Текст книги "Исповедь смертного греха (СИ)"

Автор книги: Макс Вальтер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 17 страниц)

Глава 18
Интерлюдия 4

Печатая каждый шаг, Михеев спешил к начальству с очередным докладом. То, что ему удалось выяснить, выходило за рамки понимания. Эти дети действовали как профессиональные диверсанты, притом что их никто и никогда не обучал ничему подобному. Он уже представлял их в своём проекте и даже видел финальный результат. Правда, всё же имелся один нюанс, способный помешать реализации планов.

– Разрешите, тащ полковник? – Он заглянул в кабинет.

– А, Михеев, заходи. Что там у тебя?

– Много чего, – улыбнулся майор. – Но начну с главного. Сегодня утром пришло сообщение от нашего человека из «Зверинца». Он настойчиво просил передать вам сообщение от Горячева. Говорит, парень лично вышел на него и очень умело манипулировал. В общем, запись их беседы прилагается.

Майор сделал бросающий жест, и над столом вспыхнул голографический экран, на котором развернулась сцена беседы, заснятая регистратором автомобиля. Полковник просмотрел её полностью, а затем пару раз перемотал, пробегая по особо сильным местам.

– Любопытно, – усмехнулся Исаев. – Жаль, не видно того, что они там смотрят.

– Как раз то, что просил передать вам Горячев. К сожалению, мы не смогли вскрыть архив. Точнее, даже не пытались. На нём стоит защита, которая уничтожит содержимое при попытке взлома. Наш подопечный открыто предупреждает об этом в своём письме и просит вас выйти с ним на связь. Пароль он передаст вам лично.

– Не думаю, что в этом есть необходимость, – произнёс полковник, смахнув в сторону экран с письмом от Горячева.

– Даже не знаю… – Михеев склонил голову. – Честно говоря, я бы хотел посмотреть на него поближе. Могу смотаться до «Зверинца», если прикажете.

– Мы и так знаем, что внутри системы крот.

– Да, но у нас для этого есть все ресурсы. Они же – всего лишь дети. Посмотрите на это. – Михеев снова бросил к столу начальства очередной экран, на котором красовался отчёт, и продолжил доклад: – Они действуют как полноценный диверсионный отряд: чётко, слаженно. Видите, как они рассчитали нападение в сауне? Всё буквально до секунды. А это, скажу я вам, сложнейшая операция, на разработку которой у нас ушло бы несколько месяцев. Эти четверо управились за две недели. У них продуман каждый шаг, каждая мелочь. Мне бы не хотелось потерять столь перспективный материал.

– Я тебя понимаю. – Исаев почесал подбородок. – Считаешь, пришло время вмешаться?

– А почему нет? – пожал плечами майор. – В общем и целом проверку они прошли уже давно. То, что мы оставили их на второй и третий круг, чисто наша инициатива.

– Да, но до предела они так и не дошли.

– Это как посмотреть. Сейчас они находятся в безвыходном положении.

– Уверен? – хитро прищурился полковник.

– С «Рудкофф» они бороться не смогут. Горячев прямо говорит об этом в письме. Он понимает, что у корпорации есть все ресурсы, чтобы стереть их в порошок.

– Не на нашей планете, – покачал головой Исаев. – Они не посмеют вмешиваться напрямую, потому что знают, чем им это грозит.

– Напрямую, может, и не посмеют, однако способов давления у них тоже хватает.

– Ладно, что ты предлагаешь?

– Действовать, – пожал плечами Михеев. – Горячев, сам того не подозревая, дал нам в руки прямые доказательства: уличил агента конкурентов на территории под нашей юрисдикцией. Мы можем обвинить его в шпионаже, и нам даже не придётся экстрадировать его рудокопам. Плюс у нас появится рычаг давления, повод натравить на них стаю юристов. Дайте мне отряд бойцов – и я лично проволоку вам крысу.

– У меня идея получше. – Исаев хитро прищурился. – Давай устроим этому Горячеву экзамен. Ты всё верно сказал, пацан развязал нам руки.

– Я не совсем понимаю, тащ полковник…

– Именно поэтому ты всё ещё не в моём кресле, Михеев. Всё, свободен. Дальше я сам.

– Есть! – Майор козырнул и развернулся на выход.

– Усиль наблюдение за подопечными. Скоро начнётся самое интересное. Если они справятся, ты получишь уникальный материал для нашего проекта.

– Так точно, тащ полковник!

– Всё, иди уже, – раздражённо махнул Исаев, и майор покинул кабинет.

Некоторое время полковник сверлил взглядом экран с письмом от Горячева. Затем подвёл его ближе и внимательно перечитал.

– Выделить контакт! – скомандовал он, и визор послушно исполнил команду, подсветив ай-ди Горячева. – Набери.

Перед глазами полковника вспыхнуло окно вызова, а в ухе прозвучали гудки.

– Алё, – прозвучал девичий голос, отчего Исаев несколько растерялся, ожидая услышать другого.

– Кхе, – прокашлялся он, прерывая неловкую паузу. – С кем имею честь разговаривать?

– Это Дарья Пересветова, – представились на другом конце. – Вы полковник Исаев?

Глава 19
Изоляция

Оказавшись в одиночке, первым делом я решил как следует выспаться. Требовалась полная перезагрузка, как телу, так и мозгу. Нужно было полностью отключиться от всего, очистить разум, успокоиться и посмотреть на ситуацию ещё раз, но уже чистым взглядом.

Сама камера, точнее комната, в которой я оказался, ничего особенного из себя не представляла. Кровать, тумбочка слева, немного свободного пространства и крохотный санузел за отдельной дверью. Там душ, туалет и раковина с мыльно-рыльными принадлежностями. Под потолком голографический проектор, в углу – широкоформатная камера видеонаблюдения. Вот и весь интерьер.

Вдоволь отоспавшись, я измерил шагами свободное пространство. Получилось всего три – негусто, но мне хватит. Синяк давно сошёл, кости целы, так что пора возобновлять тренировки. Первым делом – разминка. Хорошо бы начать с пробежки, чтобы как следует прогреть все мышцы, однако в моих условиях реализовать это невозможно. Впрочем, есть и другие способы.

Я остановился посередине комнаты, ноги вместе, руки по швам. Раз – прыжок. Ноги на ширине плеч, руки в стороны. Два – ещё прыжок. Ноги снова вместе, руки по швам. Поехали…

Я скакал до тех пор, пока на лбу не проступили первые капельки пота. Затем перешёл к приседаниям, но не в качестве физических нагрузок, пока только для разогрева. Присел, выпрыгнул, хлопнул над головой в ладоши. Так десять раз. Следом – упор лёжа и классическое отжимание. Без азарта, спокойно, тоже десять раз.

Закончив, я перешёл к следующему упражнению. Отжался от пола, не отрывая рук, оттолкнулся ногами, поджимая их под себя. Эдакое приседание в упоре лёжа. Распрямил ноги и снова отжался, но теперь уже с хлопко́м в ладоши. Повторить десять раз.

Усевшись на корточки, заложил руки за голову и пошёл гусиным шагом. Три шага, разворот, ещё три шага – и так до тех пор, пока ноги окончательно не забьются. Теперь – взмахи руками и так далее, всё по классике. До тех пор, пока по спине не побежала струйка пота.

Разогреть нужно каждый сустав, каждую мышцу. Разогнать кровь и лимфу по телу. Только после этого можно приступать к силовым упражнениям.

Здесь выбор тоже невелик, даже турника нет, чтобы разнообразить тренировку. Но я не капризный, отжиманием тоже можно довести тело до нужных кондиций. Двадцать повторов на ладонях, ещё двадцать – с хлопко́м, затем на кулаках, на пальцах, каждые двадцать выталкиваний убирая по одному, пока они не закончатся. И, наконец, на тыльной стороне кисти, чтобы укрепить запястья. И то же самое, но теперь снова с хлопками.

Далее – приседания. Вначале просто пятьдесят, следом – с выпрыгиванием, потом на левой ноге и, соответственно, столько же на правой. Теперь руки в пол, ноги вперёд под прямым углом и… Держаться до последнего, пока всё тело не затрясёт – и ещё чуть-чуть, исключительно на волевых усилиях.

Две минуты – бой с тенью, чтобы разогнать кровь и разработать напряжённые мышцы, и планка. Точно так же держать, пока есть силы, а когда они закончатся, максимально держаться на волевых, чтобы повысить предел организма и расширить границы возможного.

Снова разогнать кровь – и можно приступать к растяжке.

Максимально отставив левую ногу, я присел на правой, стараясь коснуться задницей пола. Почувствовал, как натянулась жила, посидел немного, привыкая, и сменил ноги. Дальше ногу на пятку, и всё то же самое. Потом левую на носок, а правую согнуть в колене, отставив её как можно дальше. Главное – не спешить. За неделю отсутствия тренировок мышцы успели задубеть, хоть и не сильно. Впрочем, времени у меня достаточно.

Я уселся на пол, максимально развёл ноги в стороны и принялся наклоняться вперёд, стараясь тянуться как можно дальше. Потом наклоны к каждой ноге, в попытке дотянуться до их пальцев. Достал, замер на несколько секунд, выдохнул, привык к боли, расслабился. Следующее упражнение.

На растяжку я убил почти час, завершив её полноценными шпагатами, продольным и поперечным. Теперь пришло время для рук. Правую завёл сверху над головой, левую – снизу, вдоль поясницы, сцепил пальцы в замок за спиной и немного попрыгал.

Сменил руки, пропустив левую сверху, и всё повторил. Следом попытался правой рукой дотянуться до левой лопатки. Чтобы преодолеть сопротивление тела, помог себе левой рукой, зажав правую в локтевом сгибе. Сменил руки – повторил. Таким образом ушло ещё полчаса.

Я чувствовал, как к мышцам возвращается эластичность, а тело наполняется энергией. Лучший способ избавиться от любых зажимов и спазмов. Недаром наши предки придумали йогу, а большой спорт позаимствовал из неё кучу упражнений на растяжку.

Закончив с прелюдиями, я перешёл к отработке ударов. Вначале – прямые. Медленно, полностью контролируя тело, чтобы выполнить его идеально в техническом плане. Ускорялся постепенно, с каждым десятым ударом наращивая темп – и так до предела, который снова попытался перешагнуть.

Следом – боковые, точно так же медленно прорабатывая каждый элемент.

В удар должна вкладываться вся масса тела. Здесь работает и нога, и корпус. Чуть недовернул носок – удар выйдет недостаточно мощным. Переборщил – потерял устойчивость. Важно всё. Даже то, как рука возвращается в исходное положение. Траектории скупые, самые короткие, чтобы не терять в скорости.

Отработав верхние удары, в голову, я перешёл к нижним, по корпусу. Здесь тоже своя техника и дистанции. Короткие удары – самые опасные и быстрые. Я успел почувствовать их на себе, в спаррингах с более опытными бойцами. Однажды пропустив крюк в печень, я перестал пренебрежительно относиться к защите корпуса. Удары по нему могут быть не менее опасны, чем в голову.

Отработав одиночные выпады, я перешёл к сериям. Вначале – классика: двойка прямых и хук. Пока без движения, исключительно с места. Ноги при этом всё равно работают, но точка опоры не меняется.

Достигнув предела в сотню повторений, я добавил в серию локти и принялся чередовать атаки, разбрасывая руки то в пулемётной очереди прямых, то накидывая в воображаемую грушу боковыми.

Каждый раз завершал серию выходом на короткую дистанцию с добиванием локтем. Иногда прямым, рубящим, иногда направляя выпад снизу вверх, иногда – сверху вниз, под небольшим углом. Если такой пропустить, свет в глазах погаснет в девяносто девяти процентах случаев. А если он прилетит в челюсть, то в ближайший месяц побитый сможет питаться только через трубочку.

Ушёл ещё час. Пот заливал глаза, но я не обращал на него внимания, продолжая молотить воздух перед собой.

Закончив с руками, я перешёл на ноги. Вначале – нижние удары, лоу-кики по внешней части бедра. Затем – по внутренней, прямые рубящие с подворотом пяткой.

Самый сложный из них – позаимствованный из техники винь-чунь. Удар наносится пяткой во внутреннюю часть бедра и идёт по траектории изнутри наружу, по небольшому кругу. Очень опасный выпад. Просто потому, что нелепый и неожиданный. Не побоюсь этого слова: коварный. Им можно работать как со средней дистанции, так и практически вплотную. Ногу подрубает только так, а за счёт малой площади соприкосновения причиняет адскую боль.

Закончив упражнения с ударами по ногам, я перешёл на высоту корпуса. Прямые – самые быстрые и в то же время самые очевидные. Можно бить всей стопой, чтобы отбросить противника, можно подушечками пальцев, для проникающего поражения, или пяткой, чтобы остановить, сбить атаку.

С боковыми всё проще, там вариантов не так много. Знай себе стреляй по рёбрам подъёмами. В тхеквондо такое называется «сет-бон». Не самое страшное, что можно исполнить ногами. Применяется больше для того, чтобы ошеломить противника и заставить его отступить. Но из этой серии легко можно развить любую атаку. Правда, и работает это только с неопытными бойцами. Достаточно разорвать дистанцию или контратаковать в прыжке с выбросом ноги назад, как атакующий сразу превращается в жертву.

На ноги я сделал особое усилие, так как давно их не практиковал. В последнее время на тренировках мы особое внимание уделяли борьбе и работе в партере. Для зрителя со стороны такой вид боя неинтересен, он больше похож на возню. Однако на деле это отдельный мир, где каждое неосторожное движение неминуемо ведёт к поражению. Чуть зазевался – и ты в удушающем или болевом захвате. При этом вариантов, как туда можно угодить, миллионы. Своеобразная шахматная партия.

Жаль, но приёмы борьбы в одиночку не отработать, а партнёра у меня нет. Вот я и пользуюсь тем, что имею, вспоминая и усваивая пройденный материал.

Пошли удары с разворота, затем в голову, в прыжке, в пряжке и с разворота… И так до тех пор, пока я не прошёл их все и не повторил каждый по сотне раз на каждую ногу. Традиции нарушать нельзя, а значит, пора переходить в серии и комбинировать всё это. Но пока использовать только ноги. И да, всё ещё без движения, с места.

Миновал очередной час. Силы практически иссякли, но я не закончил. Нужно ещё объединить всё то, что я прошёл по отдельности. А потому в серию ударов ногами я начал добавлять руки. А там и до боя с тенью добрался.

Узкое пространство помещения не позволяло особо маневрировать, но это даже неплохо. Михалыч как-то устраивал нам тренировку, при помощи матов имитируя узкий коридор. Было очень познавательно. Бой в ограниченном пространстве – это совершенно другая техника. Приходится пересматривать все свои знания, за что многие поплатились.

Вот и сейчас я представил себя в аналогичной ситуации и метался по комнате, имитируя драку с противником, который помыслил лишить меня жизни.

Ушло ещё полчаса, а вместе с ними окончательно испарились мои силы. Однако я не рухнул в кровать и не забылся тяжёлым сном, а приступил к заминке. После такой интенсивной тренировки просто нельзя сразу переходить к отдыху. Сердце может не выдержать – и это не шутка.

Я принялся успокаивать тело. Движения стали плавными, дыхание – менее частым, но более глубоким. Десять минут в таком темпе, и я опустился на пол, полностью сосредотачиваясь только на дыхании. Вдох – выдох, вдох – выдох… Глубоко, насколько хватает лёгких, без остановки тридцать раз. А затем, на выдохе, задержка дыхания на пятнадцать секунд. Медленный вдох полной грудью – и еще задержка дыхания на пятнадцать секунд. И снова: вдох – выдох, вдох – выдох… Ещё тридцать раз, но теперь, после выдоха, задержка дыхания на тридцать секунд.

Кровь так сильно насытилась кислородом, что я даже не заметил, как пролетело время и пора уже делать вдох. Ещё тридцать раз, сразу, без задержки дыхания на вдохе. Глубоко, полной грудью, пока не закружилась голова. И очередной выдох с задержкой на минуту.

Вот где пришлось контролировать тело, сопротивляясь инстинктам. Но я справился. Ещё раз медленно, глубоко вдохнул, и только после этого отправился в душ.

А когда вернулся в комнату, наконец-то ощутил то, чего добивался: полную отстранённость от ситуации и своего положения. Я перезагрузился, а значит, пора взглянуть на то, что мы имеем, с другой стороны. Непредвзято. Так, словно всё это происходит не со мной.

Я вызвал в памяти мой разговор со шпионом «Рудкоффа», несколько раз прокрутил свои слова и его ответы. И не нашёл в нём изъянов. А учитывая тот факт, что инженер тут же кинулся звонить своим хозяевам, мне удалось поставить его в тупик. На секундочку: взрослого человека, обученного работать в тылу конкурентов. Неплохо.

Мой дальнейший шаг тоже можно считать здравым решением. Я не кричал о помощи, не просил подкрепления, просто констатировал факт: на территории интерната действует крот, и проект Исаева может быть скомпрометирован. Также дал понять, что не доверяю третьим лицам, а потому архив с доказательствами зашифрован. Но я готов лично передать от него ключ. Здесь тоже всё гладко.

И третий шаг: самоизоляция. Пожалуй, самый умный ход и всех, что я сделал в последнее время. Теперь у меня есть время подумать, проанализировать прошлое и составить планы на будущее.

Итак, что бы я сейчас сделал на месте Исаева? Отправил в интернат штурмовой отряд корпорации? Точно нет. Лишний шум никому не нужен, а ШОКовцы точно привлекут внимание. Тогда что? Выслал своего агента? Возможно.

Что ещё? Оставить всё как есть? Очень сомнительно. Полковник не похож на человека, который пускает дела на самотёк. По крайней мере, там, на космодроме, он за нас сразу ухватился, что-то приметил. Мы явно под наблюдением, об этом говорит шаг с вербовкой Викульцева. Тогда какой ещё может быть вариант? Правильно: отдать шпиона нам на растерзание.

Я усмехнулся, глядя в потолок. А ведь это будет гениальный ход с его стороны. Ход, способный решить всё одним махом. Так мы точно сдадим экзамен на профпригодность, плюс устраним проникшую в систему крысу. Лично я бы на его месте так и поступил. Цинично и расчётливо. Да, есть риск, что мы провалимся или даже убьёмся об этого шпиона. Но в случае нашей победы полковник получит такой джек-пот, что все галактики вздрогнут.

Готов ли я на это пойти? Даже не обсуждается. Тем более что выбор у нас не сильно велик. Либо мы – либо нас. По крайней мере, агент «Рудкоффа» озвучил именно такие условия. Не факт, что полковник примет подобное решение, но подготовиться к нему стоит. Ведь когда я выйду из карцера, счёт пойдёт буквально на минуты. А значит, весь план нужно составить и реализовать заранее таким образом, чтобы в финале реализовать лишь исполнение.

Я сидел на кровати и жевал остывший обед, который мне подсунули под дверь во время тренировки. Обслуживанием занимался бот, а значит, и договориться с ним не получится. В том смысле, что я даже не могу передать послание своим и хоть как-то скоординировать действия.

Мозг работал на пределе, но всё, что он генерировал, я без сожалений отметал в мусор. Первая мысль была самой дерзкой: назначить крысе встречу где-нибудь в укромном месте и свернуть ему шею. Но дыр в этой схеме было столько, что я устал их рассматривать. И в первую очередь я не был уверен, что вообще смогу справиться с ним физически. Он профессиональный шпион, и наверняка обучен драться.

Второй вариант – организовать несчастный случай. Что-то типа того, какой произошёл с Джонсоном. Но и здесь, как я ни крутил ситуацию, рассматривая её со всех сторон, попросту не смог отыскать ни одного подходящего решения.

Были ещё третьи, и четвёртые, и даже пятые… но ни один из этих вариантов не выдерживал критики.

Тогда я попытался зайти с другой стороны, начиная с наших возможностей и ресурсов. Мы не так уж и безобидны, как могло показаться на первый взгляд.

Дашка уверенно использует коммуникации интерната и способна ослепить его систему безопасности в любой момент и в любой точке. Санёк, несмотря на юный возраст, очень неплохо овладел словом. Он и раньше имел подвешенный язык, а сейчас вообще способен заболтать любого. Прекрасный пример, как он отработал техника в «Палантина-сити». Совершенно незнакомый человек доверился ему без колебаний и даже провёл через охраняемую зону по техническим помещениям. Продолжи мы дальше, взяли бы под контроль весь развлекательный комплекс.

Мишка пока никак себя не проявил, но готов действовать хоть сейчас, нужно лишь дать отмашку. Имеет зачатки механика и, скорее всего, сможет им стать. Мы потеряли полгода, раскачивая его не в том направлении. Но кто же знал?

И как всё это можно использовать?

Я прожевал кусок котлеты из синтетического мяса, и взгляд упал на пустую тарелку. За размышлениями я даже не заметил, как всё подмёл. Так, стоп, а это что?

Я присмотрелся к посуде и хмыкнул. Мои друзья меня не оставили. На тарелке имелась краткая инструкция. Точнее, всего несколько слов: «Настройки, mesh-сеть, 15–430 МГц». Тонкие царапины на пластике, которые проявились после того, как на них побывала котлета.

Некоторое время я хмурился, пытаясь переключить мозг между тем, на чём зациклился, и посланием. А затем полез в настройки визора. Стоило вбить нужные настройки и переключить частоту сигнала, как мир вокруг изменился. Не в прямом смысле, конечно, но я приобрёл связь.

Буквально в ту же секунду по защищённому каналу пришло сообщение, в котором имелась только ссылка. Не задумываясь, я тут же зафиксировал её взглядом и перешёл. Диалоговое окно мигнуло, перебросив меня в чат, где уже вовсю разгорался спор между моими друзьями.

– Что за шум, а драки нет? – спросил я.

– Ну наконец-то! – чуть ли не закричал Мишка. – Ты там что, уснул⁈

– И уснул, и потренировался. Что у вас?

– Да заткнитесь вы! – рявкнула Дашка, и в канале наступила тишина. – Исаев выходил на связь.

– Отлично, – улыбнулся я. – Что он сказал?

– Мало хорошего, – вместо неё ответил Санёк. – Он предложил нам самостоятельно решить проблему.

– Так и сказал? – уточнил я.

– Не так, конечно, – вмешалась Дашка. – Он сказал устранить проблему.

– П-хах, как-то так я и думал, – хмыкнул я. – Как вам удалось настроить связь?

– Это всё Мишка, – с гордостью за приятеля доложила Дашка. – На самом деле связь как таковая сейчас не работает. Ни в сеть, ни куда-либо ещё ты выйти не сможешь. Только общаться с нами.

– Это уже много.

– Согласна.

– Так в чём прикол?

– В частоте сигнала и отсутствии серверов. Мы работаем на одной частоте, по типу раций. То есть по меш-сети, используя любой ретранслятор, который есть между нами. Без разницы, вай-фай точку или визор проходящего мимо сотрудника. А низкие частоты способны проходить практически через любые препятствия, в том числе и толстые бетонные стены, в которые тебя поместили. Обычный высокочастотный сигнал через них не проходит. Мишка разобрался с этим вопросом, а я смогла перенастроить наши визоры. Теперь мы все выпали из общей сети, так как сменили частоту приёма и передачи. Долго мы так прятаться не сможем, рано или поздно это заметят.

– Молодцы. Миха, я в тебе не сомневался.

– Да ладно, я почти ничего и не делал, – засмущался приятель.

– Так, теперь давайте к делу. Как я понял, вы уже что-то придумали?

– Да пока ничего толкового, – буркнул Санёк. – Мы так-то тебя ждали.

– Вы сейчас где?

– У меня в палате, – отозвался Косой. – Я вообще спал, когда эти двое налетели. Василиса Ивановна мне каких-то капель дала, я с них сплю целыми днями. Но она говорит, что всё так и должно быть, мол, организм лечится во сне. А я от них вялый как не знаю кто…

– Что за капли?

– Какой-то «Сомнолекс».

– Много их у тебя?

– Да почти полный пузырёк.

– Ясно, – пробормотал я, уже формируя мысль. – Есть идея, но тебе, Миш, придётся пожертвовать нам капли и кое-что умыкнуть в медблоке.

– Да я только за! – оживился приятель.

– Что ты задумал? – заинтересовалась Дашка.

– На этот раз мы будем работать все вместе, – продолжил я. – Даш, найди какой-нибудь препарат, который способен вызвать смерть при передозировке. Желательно чтобы был в доступе без специального рецепта. Тогда его не будут держать в сейфе.

– Пф-ф-ф, да элементарно! – даже не выдержав паузу, вмешался Санёк. – Инсулин. Если вколоть его человеку без диабета, это гарантированная кома, а потом смерть. Две ручки в мышцу – и до свидания.

– Откуда ты знаешь? – резонно поинтересовалась Дашка.

– Да у нас в шахтёрском городке у одних так дочка умерла. Да ты помнишь, наверное, нам тогда лет по семь было.

– Ты про Любку, что ли? – уточнил Мишка.

– Ну. У неё мать диабетик, постоянно на инсулине сидела. Держала в холодильнике. А Любка нашла и поиграла в маму. Кольнула себе в ногу. Родители когда поняли, что случилось, у них истерика была.

– Да тут будет…

– Всё, давайте без лирики, – осадил друзей я. – Это точно сработает?

– Да сто процентов, – опередил Дашку Санёк.

– Я уточню, – всё же ответила подруга. – Но, скорее всего, сработает.

– Миш…

– Да, я слышал. Найду.

– Хорошо. Действовать будем следующим образом…