Текст книги "Трилогия: Небо Титана, Небо Земли, Небо над моим домом (СИ)"

Автор книги: Макс Максимов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 31 страниц) [доступный отрывок для чтения: 13 страниц]

Гречкин сразу смекнул в чем дело. На цыпочках они вышли в коридор. Юра успел прихватить обувь. В это время их преследователи были уже двумя этажами ниже. Саша первым взобрался по лестнице наверх, а следом Юра. Несколько выстрелов с эхом прогремели в подъезде, но Гречкин успел захлопнуть дверь на крышу, а Саша тут же вставил ключ и защелкнул замок.

– В первый подъезд! Надо успеть раньше них выйти, – крикнул Саша.

Добежав до спуска в подъезд, Саша открыл дверь. Бегом они спустились до первого этажа и остановились у выхода на улицу.

– Не выходим, – с отдышкой сказал Гречкин.

Юра слегка приоткрыл дверь. Поняв, что на улице никого, они бросились за угол Сашиного дома. Неслись со всех ног по Смоленской набережной. После пересечения набережной и Смоленской улицы они забежали во дворы, и, миновав несколько арок сквозь дома, оказавшись на Ружейном переулке, остановились перевести дыхание за углом жилого дома.

– Всё, тут точно не найдут, – Саша, склонившись и уперев руки в колени, глубоко дышал, озираясь.

У Гречкина отдышка была не такая сильная. Он прислонился спиной к стене и посмотрел в телефон.

– Я вас уже два раза спас, – сказал Саша, – я думаю, я приношу вам удачу.

Васечкин сел на корточки, тоже спиной к стене.

– Спасибо, – произнес Юра.

– Куда дальше? – спросил Саша.

– Не знаю, – Гречкин поджал губы, глядя в пол.

Мужчина убрал телефон в карман и тяжело вздохнул.

– Я же вижу, что у вас что-то происходит. Что-то не хорошее. Вы расскажите мне?

– Давай пройдем еще несколько улиц, – сказал Юра, – вдруг они побежали в эту же сторону.

– За этим домом моя бывшая школа. Пойдемте туда.

– Пошли.

Глава 12. План Гречкина

Через заборы Гречкин не лазал уже двадцать лет, но идти до калитки, как сказал Саша – это обходить пол школьного двора, так что махнем тут. Минуя школьную спортивную площадку, Васечкин успел рассказать, как он однажды залез на нее ночью с телескопом, еще когда учился в одиннадцатом классе, а его прогнал охранник.

– Какая удивительная история, – пробубнил Гречкин.

Подойдя к крыльцу школы, Юра узнал, что на крыльце обычно сидели хулиганы и стреляли деньги у младших классов. У Васечкина тоже. Сразу за металлической входной дверью был тамбур, а за ним еще дверь, справа от которой находилась стойка охранника. Охранник в свою очередь стрелял у хулиганов сигареты и закрывал глаза на то, что они курят на крыльце и занимаются рэкетом. Гречкин уже ничего не отвечал на Сашины воспоминания. Они поднялись по лестнице на второй этаж, по той, с которой скатилась выпившая биологичка, когда у Саши был выпускной, и оказались в коридоре второго этажа. Пол тут поменяли на новый деревянный паркет. Раньше был другой – уложенный ёлочкой, местами с выбитыми фрагментами, а теперь параллельная доска лежит. Какая важная информация для Юры… А еще стены покрасили в бледно-розовый вместо бывшего бледно-зеленого.

– Вон, Юрий, видите окно? – Саша указал рукой. – Я в седьмом классе случайно портфелем его разбил, и маму вызвали к директору. Заставили оплачивать.

– Я забыл, где твои родители? – спросил Гречкин.

– Отца не знал. А у мамы был рак. И, в общем… три года назад ее не стало.

– Понятно… Я тоже отца не знал.

– Пойдемте, вон там открытый, – Саша ускорил шаг.

Они зашли кабинет русского языка и литературы. Саша уселся за первую парту в ряду у двери, где он сидел в одиннадцатом классе, а Гречкин подошел к окну и уперся лбом в стекло. На улице он заметил несколько человек, идущих вдоль дома напротив и тут же отпрянул. На всякий случай.

– Чего там? – спросил Саша.

– Народ ходит.

– Не те?

– Не.

– Вы обещали рассказать.

Юра сел на учительский стол.

– Мне надо немного собраться с мыслями, – произнес Гречкин, массируя себе виски. – Если в двух словах, то мы планировали улететь с Земли на моем корабле.

– На Элли?

– Да. Откуда ты знаешь? Ах… да… Катя.

– Я знаю только то, что есть какой-то инопланетный корабль. Больше ничего.

– А чего притворялся, что ничего не знаешь?

– Это глупо, но я надеялся, что вы меня сами позовете с собой.

Юра вздохнул.

– Там есть шесть капсул для гибернации, которые подходят и людям тоже, – сказал Гречкин.

– Вы, Саид, – Васечкин принялся загибать пальцы, – Стив, Мингли, Жорж. И одно…

Саша нахмурил брови и резко замолчал.

– Ты чего?

– Катя…

– О боже, еще и Катю?

– А нельзя в одну капсулу вдвоем лечь?

– Нет.

– Хорошо, ну так, а беда-то в чем? В том, что ваши друзья не успевают?

– Да. И… они везут сюда свои семьи… детей.

– О… даже так…

– Да. Мингли ехать почти шесть тысяч километров, остальным по четыре. Если Сфера долетит до Земли завтра, то они не успевают, это сто процентов. Они сейчас примерно на середине пути.

– А взять Элли и полететь за ними?

– Да. Я думал. Это вариант. Но… Элли под серьезной охраной на военной базе. Наверное… Должна быть там… Если честно… Я даже не знаю, там ли она сейчас или уже нет. Может, на ней уже кто-то улетел. Может, ее разобрали, хотя, когда я был там последний раз, она ушла в режим блокировки и никого в себя не пускала. План наш с командой был отчаянный. Мы задумали это от безысходности. А еще мы даже не знаем, как можно ее угнать оттуда, если окажется, что там есть военные, или вообще кто-то. За место на корабле будет драка насмерть в случае, если я ее разблокирую, и в случае, повторюсь, если она вообще еще там и целая.

– То есть вы решили сначала встретиться со своей командой, а после уже на месте решить, как пробраться к кораблю на военный объект? – спросил Саша.

– Ну… как-то так… да.

– Четкого плана нет и не было?

– Не было. А теперь выясняется, что они еще и не успевают доехать.

– И что теперь вы будете делать?

– Не знаю… Но, наверное, поеду к базе. Видимо, теперь уже с тобой вместе.

– И с Катей.

– Ладно… и с Катей. Далее попробуем пробраться к Элли. Улететь на ней оттуда и забрать своих.

– И их детей?

– Да. С Земли мы улетим все. Но в гибернацию лягут только дети.

– А потом?

– Потом мы погибнем от жажды.

– В корабле?

– Да.

– А сколько там можно прожить будет?

– Точно не знаю, но может года два.

– Неплохо.

– Да, продлить себе жизнь на пару лет, неплохой расклад.

– А куда полетит Элли с детьми ваших коллег?

– Мы направим ее в звездную систему, откуда она была скопирована.

– Скопирована?

– А… не важно. Есть пункт назначения. Туда она и полетит.

– А там что?

– Понятия не имею. Все, что я знаю, это то, что там есть существа, которые дышат тем же воздухом что и мы, и имеют более развитое сознание, чем наше.

– А если эти существа агрессивны?

– Я ничего не знаю. Все может быть.

– А где находится эта военная база?

– По Ярославскому шоссе до Красноармейского шоссе. Там после детского лагеря “Пушкино” будет съезд в лес.

– Катя работает в Королеве. Мы мимо нее проедем.

– Я знаю. Повезло твоей Кате. Если бы она была где-то в пригороде на юге, я бы не поехал за ней.

– Я бы без Кати не улетел.

– Ну значит, и тебе повезло.

– Если бы я вас не спас… эм… дважды, то шанса улететь на Элли вообще ни у кого бы не было.

– А у нас и так шансов мало. Чтоб все, что мы сейчас задумали, получилось, должны сойтись звезды. Если хоть что-то пойдет не так, то все, конец.

– Тогда нам надо поспешить.

– Да, – Юра встал, – возьмем машину. Ты Кате своей позвони заранее, пусть к шоссе подходит, чтоб нам никуда не сворачивать. Берем ее и едем на базу. Едем и молимся… молимся, чтоб там никого уже не оказалось, чтоб все люди сидели дома со своими близкими, и чтоб Элли там стояла целая и невредимая в режиме блокировки и ждала меня.

Глава 13. Начало катаклизма

Арендованный через каршеринг синий Джили несся по практически пустому проспекту Мира, не обращая внимания на ритм светофоров. Притормаживал Гречкин лишь на перекрестках, где была вероятность, что кто-то точно так же может выскочить сбоку. Васечкин договорился встретиться с Катей в Королеве, сразу после Пионерской улицы. Гречкин попросил Сашу не рассказывать ничего об их планах спасения на Элли, потому как Катя могла позвать с собой еще кого-нибудь, а места и так на корабле мало, всех не спасти.

На перекрестке с Орлово-Давыдовским переулком Гречкин резко дал по тормозам, когда яркая вспышка озарила дневное безоблачное небо.

– Это было близко! – воскликнул Саша. Гречкин и Васечкин вышли из машины на пустой проспект.

Свет был ярче нескольких Солнц. На фоне яркого небесного сияния проявился темный круг.

– Луна – произнес Саша, – вон, на фоне взрыва Луна! Удивительное зрелище.

– Это были ракеты? Старшипы?

– Не знаю, – Саша полез в телефон.

Спустя несколько секунд он произнес:

– Да. Пишут, что только что человечество атаковало Сферу в миллионе километров от Земли.

– В миллионе?! – крикнул Гречкин, – как в миллионе?! Она же должна еще быть на Марсе!

– Я не знаю. Значит она поглотила его раньше на… на пять-шесть часов.

Свет постепенно рассеивался. Луна вновь приобрела бледно серый, почти белесый оттенок и практически слилась с небом.

– Поехали.

Они заскочили обратно в машину. Гречкин вдавил газ в пол.

– Что пишут про Сферу? – спросил космонавт.

– Пока ничего. Пишут, что астероид должен ударить следом, но эта новость было еще до взрыва Старшипов.

* * *

Мы – это трансформация кода ДНК, которая длилась на протяжении миллиарда лет. Для того чтоб сохранить всю работу, проделанную природой для создания современного человека, надо сохранить лишь этот код. Сделать так, чтоб он не исчез за горизонтом событий черной дыры, созданной Сферой после того, как она доберется до Солнца. Когда Сфера станет черной дырой, в ней исчезнет вся информация, попавшая в нее. В теории можно восстановить практически любую информацию, ведь она не теряется полностью – материя перетекает в энергию, а энергия обратно в материю. Если огонь поглощает дрова, то дрова трансформируются в энергию и дым. Они не исчезают, и законы вселенной тем самым не стирают информацию о дровах, а лишь изменяют их структуру. Но когда материя попадает в черную дыру, ее уже никак не вернуть оттуда и не трансформировать обратно в исходный облик. Нужно сохранить информацию – код генома человека. К этому коду свелась вся эволюция живой материи на Земле. Код нашего ДНК, это код к сознанию. К единственному получившемуся сознанию на нашей планете. Главное в мире – это информация, код, чертеж, проект, а материя уже выстроится по этому проекту и снова соберется в человека.

Проект “Код человечества” подходил к своему завершению. Лазерные установки начали разгон микрозондов на солнечных парусах. Зонды эти летели в разные стороны по направлению к звездам. При подлете к звезде, на зонде сработает таймер, и антенна в виде тянущейся за зондом многометровой нити из нано-волокна отправит во все стороны сигнал содержащий в себе код генома человека. Миновав звездную систему, таймер отключит подачу сигнала до тех пор, пока зонд не приблизится к следующей звезде, а потом к следующей, вплоть до тех пор, пока батарея на зонде не сядет или пока космическая радиация не уничтожит его. Тысячи зондов доберутся до тысяч звезд и разошлют информацию о строении человека – чертеж, по которому развитые цивилизации смогут воссоздать наш вид. Если, конечно, повезет наткнуться на таковых. Проект “Код человечества” давал надежду на то, что мы не исчезнем.

Катя попрощалась со своими коллегами. Еще раз зашла в кабинет, где работала последние пять лет, и села за свой деревянный стол. Девушка разглядывала шкафы с книгами, хрустальную люстру, стены, обшитые панелями, имитирующими дерево, линолеум на полу.

– Посидеть на дорожку… – подумал она, – больше никогда я это все не увижу.

На рабочем столе ее находилась спиральная галактика Сомбреро. Девушка не меняла обои виндоуса с момента, как пришла работать в СЭТИ. Эта галактика ассоциировалась у Кати с началом ее рабочего дня.

Девушка выключила компьютер.

После развода Катя проводила на работе практически все время. Ее кабинет стал ей почти домом. Иногда она даже ночевала тут, на диване.

Катя подошла к окну и оперлась руками на подоконник. Из окна был вид на лес, за которым располагался космодром.

Будильник вывел ее из меланхолии. Пора выезжать – брат хотел повидаться напоследок.

* * *

Когда Саша с Юрой проехали метро Алексеевская, на небе снова вспыхнуло. Да так, что пришлось на мгновенье зажмурить глаза и остановиться. Они вышли из машины.

– Не взяли значит ракеты ее, – произнес Юра, щурясь и пытаясь разглядеть хоть что-то на сияющем небе.

– Только накормили, – сказал Васечкин, – энергия – это масса, а масса – это энергия. Е равно эм ц квадрат. Сфера впитала в себя энергию ядерных бомб и астероида. Ничего с ней не случится от таких столкновений!

Гречкин с Васечкиным стояли на дороге, глядя на диск Луны на фоне еще более яркого взрыва, чем предыдущий. Контур Луны угасал, но перед тем, как поблекнуть, он значительно изменил свою форму. Нарост на его правой стороне относительно наблюдателя с Земли выглядел, будто вскочивший волдырь.

– Вон она! – Саша первым заметил Сферу, приземлившуюся на спутник Земли.

* * *

Машина мчалась со скоростью сто километров в час. Подъезжая ко МКАДу, космонавт притормозил и съехал на правую полосу.

– Погоди, – напряженно произнес он, – нам сейчас нельзя к базе.

– Почему?

Юра задумался, закусив кулак.

– Что? – спросил Саша.

– Пойдет волна. Луна же стала в разы тяжелее.

– Пойдет. Но может мы успеем доехать?

– Не знаю… А если не успеем? Да и неизвестно сколько нам придется там провести времени. А высоких зданий там нет. Не стоит рисковать.

– Сколько километров до базы?

– Примерно сорок.

Саша принялся звонить Кате. От МКАДА до Пионерской улицы в Королеве было пять километров. Катя по просьбе брата на своем Форде Фиеста поехала в сторону Москвы. Васечкин пока ничего не сообщил ей про волну, которая должна была нестись сейчас вслед за Луной.

* * *

Васечкин и Гречкин сидели в машине по направлению к области в ожидании Кати. У Саши от удивления вылезли на лоб глаза, когда он прочитал заголовок новости ”Луна поменяла свое направление”. Васечкин молча прочитал весь текст и медленно, с напряженным видом повернулся к Юре, расслабленно сидящему и глядящему вдаль шоссе.

– Ты чего? – спросил Космонавт.

– Ты знаешь в какую сторону вращается Земля вокруг своей оси?

– Шутишь? С запада на восток.

– А Луна вокруг Земли?

– Так же с запада на восток. Но тут подвох детский – восход Луны мы встречаем на востоке, потому что она для нас как бы висит в небе в одной точке и практически не движется. А движение ее нам кажется, потому что Земля вращается вокруг своей оси.

– Все верно. Луна вокруг Земли вращается очень медленно за двадцать семь дней. И для нас Луна восходит на востоке и катится к западу.

– Ты мои знания проверяешь?

– Нет. Пишут, что Луна летит теперь для нас с запада на восток!

– Что?

Васечкин сунул под нос Гречкину телефон.

– Это значит, – начал Саша, – что Луна будет делать оборот вокруг Земли быстрее, чем Земля делает оборот вокруг своей оси!

– Для этого Луна должна облетать Землю за сутки. А Луна делала оборот вокруг Земли за двадцать семь суток. Получается, Луна ускорилась больше чем в двадцать семь раз!

– Да, и значит, волна пойдет с запада, с Атлантики.

Глава 14. Первая волна

Катя остановилась на противоположной стороне шоссе и вышла из машины. Уголки ее рта слегка растянулись в улыбку, которая на самом деле скрывала боль. Девушка медленно пошла в сторону разделительной полосы. Васечкин, наоборот, с широкой, немного глупой улыбкой, с возгласом “Как ты быстро добралась!”, чуть ли не бегом пересек дорожное полотно в область и обнял сестру. Гречкин остался сзади возле Джили.

– Привет, – сказала она Саше, а Юре кивнула, подняв ладонь. Гречкин кивнул в ответ.

– Давно не виделись, – сказала Катя, глядя на брата.

– Да, с нового года. Ну как у тебя дела? – Саша стоял и сиял от радости. После того, как он узнал, что они с Катей спасутся, да еще и полетят в космос. Да еще и на инопланетном корабле… Сашу захлестнула кратковременная эйфория, даже невзирая на надвигающееся цунами.

– Я конечно все понимаю, но может сейчас не время? – Гречкин произнес эту фразу не наигранно злобно и намеренно громко.

– А куда нам теперь спешить? – спросила Катя.

– Есть куда, – ответил брат, – сейчас я тебе все расскажу.

Саша тут же принялся тараторить, описывая, как они проберутся на военную базу и улетят на Элли, правда перед этим придется отсидеться где-то на возвышенности. Гречкин огляделся. Шестнадцатиэтажка стояла по восточную сторону от Ярославского шоссе, но дом был явно панельный. Его может смыть волной, сложить напором, как карточный домик. Повсюду, куда ни глянь, были такие же панельные дома, собранные как из конструктора. На западной стороне от шоссе Юра увидел огороженный забором дом, с виду явно элитный, и с большой вероятностью имеющий железобетонную монолитную конструкцию. Этажей там было всего десять. Гречкин, как и Васечкин, понятия не имел, когда точно пойдет волна и какой она будет высоты, потому что не было данных для расчета текущей массы Сферы. Факт – волна будет, значит надо забраться повыше. Юра быстренько открыл в телефоне карты и посмотрел адрес того дома. Потом забил этот адрес в риэлторском агентстве, где удостоверился в том, что дом и правда монолитный.

– Пошли, – отвлек он от оживленного диалога Катю и Сашу, – вон к тому дому.

Гречкин резво шел впереди, Саша с Катей следом. Миновав дорогу-дублер, съезд со МКАДА, потом заезд на МКАД, они ступили на дворовую территорию. Оказавшись у Холмогорской улицы, дома 2, корпуса 3 (как гласила вывеска) Гречкин задрал голову и произнес:

– Выше десятого этажа она же не может быть… наверное…

– Тут код-домофон, – сказал Саша, подойдя к двери.

Катя подошла к окну возле первого подъезда и постучалась. Спустя несколько секунд из окна выглянула женщина. Хмурая, с недовольным вопросительным взглядом, мол, чего надо, сидели бы дома…

– Здравствуйте, – Катя улыбнулась, – мы оповещаем жильцов. Мы научные сотрудники из института… океанологии. Сфера приземлилась на Луну. Мы не знаем массу Сферы, но считаем, что скоро будет сильный прилив. Вам необходимо подняться на крышу. И не могли бы вы открыть нам дверь.

– Прилив? Это из-за чего это прилив? У нас тут морей нет, – ответила женщина, подозрительно рассматривая незнакомцев: Юра первый бросился ей в глаза в его желтой спортивной кофте и джинсах, Васечкин был в серой водолазке и брюках, как обычно, а Катя в строгом женском пиджаке, блузке и черных хлопковых штанах.

– Волна пойдет с Атлантического океана, – сказал Гречкин.

– До него сто тысяч километров, – усмехнулась женщина.

– Всего две тысячи семьсот, – сказал Юра, – но перед этим есть еще Балтийское море, до него тысяча.

– Что-то вы мне лапшу на уши вешаете, – ответила она, – идите-ка лучше восвояси!

– Кто там? – раздался голос из квартиры.

– Да черти какие-то приперлись, – сказала она, закрывая окно.

– Дура… – тихо произнес Юра. Окно снова распахнулось, оттуда высунулся парень лет двадцати.

– Вы же Юрий Гречкин! – произнес он, – чего там с волной?! Это из-за Луны, так ведь?

Парень посмотрел вверх.

– Да. Будет прилив. Сильный. Очень сильный, – сказал Юра, – мы хотим подняться на крышу. И соседям своим скажите об этом.

– Набирайте код – двенадцать, ключ, сорок четыре, тридцать восемь.

– Ключи от крыши реально раздобыть? – спросил Саша.

– Ты их знаешь, что ль? – снова раздался голос той женщины.

– Можно сказать и так, – ответил парень, – сходи к Татьяне Ивановне, надо ключи от крыши… и это… как его… всем сказать надо, пусть поднимаются.

– На крышу?

– Ну а куда?!

* * *

В доме из нескольких тысяч жильцов после обнародования сведений о грядущем конце осталось менее пятисот человек. Большинство уехали к родственникам в менее населенные города и деревни. На крышу вышло и того меньше – человек триста. Начало августа в этом последнем для землян году выдалось прохладным. На крыше было ветрено. Луну, летящую с запада, видно не было – ее скрыли густые кучевые облака. Гречкин, стиснув брови, уперся взглядом в телефон. Катя и Саша стояли перед Юрой возле металлической оградки на краю и смотрели на безлюдный серый город. Ощущение было, будто наступила поздняя осень. Волосы девушки развивались, движимые потоком ветра. Народ разбрелся по крыше, но в основном люди стояли, так же возле ограждения на западной стороне, откуда должна пойти вода.

– Пошло! Пошла волна! – воскликнул Юра, вылупив глаза, глядя в телефон. – Вот! Пишут, чтоб все забрались как можно выше!

Саша с Катей обступили Гречкина.

– Линия волны тянется с юга через Рим до Санкт-Петербурга и уходит дальше на север, – принялся читать Юра, – Все затоплено до этого рубежа. Водный фронт движется со скоростью более пятисот километров в час. Высота затопления достигает пятнадцати метров. Избегайте панельных домов, поток легко их сносит. Ищите монолитные строения. Сейчас скорость движения Луны составляет чуть более пятидесяти километров в секунду, что в пятьдесят раз быстрее, чем было. Так же Луна приближается к Земле. Её угловой диаметр увеличился на пять процентов.

Юра закончи читать и, в ожидании комментариев, посмотрел на Сашу, а потом на Катю.

– Если представить европейское побережье Атлантического океана, то как раз по косой линии волна и идет, – сказала Катя, – до Балтийского моря тысяча километров, Атлантический океан соединен с Балтийским морем через Северное море. Луна погнала воды Атлантики по пути наименьшего сопротивления – в первую очередь по воде Северного моря к Балтийскому. С Балтийского волна вышла на сушу. И дальше если смотреть на карту, фронт волны уходит юго-западнее, повторяя контур береговой линии. Если скорость волны сейчас пятьсот километров в час, то до нас она дойдет примерно через час двадцать.

– Скорость движения Луны по орбите выросла более чем в пятьдесят раз, – начал рассуждать Васечкин, – значит, она делает оборот вокруг Земли примерно в два раза быстрее, чем Земля делает оборот вокруг своей оси. При такой скорости и орбите Луна должна пролетать над нами примерно раз в сутки, а приливы должны быть примерно каждые двенадцать часов, но не с востока, а с запада. Но это утверждение было бы справедливо только в случае стабильности движения Луны. А стабильности нет. Луна приближается к Земле, и ее орбита уменьшается. Значит, она будет пролетать над нами чаще, чем раз в сутки. Но насколько чаще? Ответа дать невозможно.

– Н-да… со вздохом протянул Юра.

– Мы бы успели доехать до базы, – сказал Саша, – до нее сорок километров.

Гречкин схватил паренька за плечо и отвел чуть в сторону от людей. Наклонившись к его уху, он злобно процедил:

– Ты чего орешь, балбес! Меня и так пытаются убить!

– Ладно, ладно… – Саша отвернулся от сверлящего его взглядом Юры.

– Ни на какую базу мы сейчас не поедем. Ясно?

– Ясно.

– А если тебе там придется потратить на поиск Элли час или два или пять? Или на вскрытие дверей? Или на бой с охраной? Корабль что, тебя там на парковке ждет?

– Да понял я. Хватит на меня шипеть, – Васечкин вырвался и вернулся к Кате.

* * *

Ветер становился все сильнее. Час пролетел незаметно быстро за разговорами и чтением новостей от частных каналов людей, живущих западнее. Писали о страшных последствиях.

Вдали появилось что-то темное, будто кто-то натягивал на небо невероятных размеров черный чехол. Вскоре стало ясно, что черное полотно под облаками, это бесчисленные стаи птиц, летящие широкой стеной с запада. Крик миллионов птиц сливался в какофонию звуков, издаваемых различными видами, обитающими в умеренном поясе планеты. Над черной рябью облака летели неестественно быстро. Их гнала за собой Луна. А если сказать точнее, то Сфера, обладающая огромной массой и гравитацией. От порыва ветра на проезжую часть упал рекламный щит. Снизу у кого-то распахнулось окно и раздался звук бьющегося стекла. Ветер начал завывать и свистеть, залетая в здание.

– Может зайдем внутрь? – предложила Катя.

– Если усилится, зайдем. Я хочу это увидеть, – ответил Гречкин, вглядываясь вдаль города. Тени от облаков с огромной скоростью бежали по стенам и крышам многоэтажных домов, по дорогам и дворам, будто кто-то ускорил ход времени.

Поток воды появился не сразу. Люди зашумели, когда вдали, практически на краю видимости с десятого этажа, стало заметно, как рушатся дома. Не предназначенные для выдерживания цунами или землетрясений большинство строений Москвы осыпались. Поток воды приближался. Катя и Саша, вцепившись в забор руками, в ужасе смотрели, как все ближе и ближе подбирается стихия, которую пока еще можно было заметить лишь по обрушению зданий. Понимание того, что в каждом доме сейчас находятся люди, ввергало в шок. У Кати потекли слезы. Ветер тут же прижимал их к щекам и смахивал с лица. Юра подошел к оградке. Встал возле девушки. С другой стороны от нее стоял Саша. Поток катился по всему материку, унося миллионы жизней в секунду. Грохот от наводнения и разрушения строений только сейчас дошел до людей и смешался с галдежом птиц, гулом ветра и криками наблюдавших катастрофу. На соседних крышах тоже стоял народ. Вскоре поток стало видно. Он не возвышался постепенно, как это бывает при наводнении, а шел стеной из-за огромной скорости и из-за того, что верхние слои потока загибаясь, накатывались на нижние. Стена воды со скоростью гоночного болида неслась, подминая, закручивая под себя все, что попадалось на пути – машины, автобусы, деревья, стены домов, столбы, остановки, все это смешалось в неразборчивую пенистую кашу из всевозможных кусков умирающего города. Бурлящий поток уже прошел по Москве от западного района до центра. Границы водной стены уходили южнее и севернее вдаль за горизонт, смывая все с поверхности Евразии. Вскоре вода смоет все и с остальных материков Земли. Вот уже дома вблизи начали обрушаться вместе с толпами людей на крышах. Крики ужаса и плач не утихал. Стихия безжалостно убивала всех без разбора – детей, женщин, мужчин. Когда вода дошла до дома, на котором стояли Юра, Саша и Катя, то грохот и шипение зловещего потока стали настолько громким, что заглуши все людские возгласы. Из-за гула, Гречкину казалось, что поток обволакивает его и вот-вот унесет. Волна обогнула монолитный дом, врезавшись в него как в скалу. Уровень воды поднялся до восьмого этажа. Брызги доставали до крыши. Попадали на лица. Ветер рвал хлопающие окна на девятом и десятом этажах под ногами. Ураган набирал силу и стал настолько мощным, что люди не сразу сообразили, что надо спасаться. Некоторых сразу снесло в воду. Гречкин схватил Катю за руку, а другой рукой хлопнул Сашу и рванул ко входу дом. Следом за ними образовалась очередь. Началась паника. Людей сдувало ветром с крыши. Шум и свист резали уши. На лестницу набилось человек сто. Большую часть тех, кто был на крыше, унесло ураганом. Люди сидели на корточках закрывая уши. Женщины и дети плакали от испуга. Юра, прислонившись спиной к стене, обнял Катю и прижал к себе. Васечкин подпирал сестру с другой стороны. В разбитое окно залетали брызги соленой воды Атлантического океана, а ветер пулей проносился над головами сидящей в подъезде и дрожащей от страха толпы.

Глава 15. Путь к Останкинской башне

Спустя несколько часов шум от ветра начал стихать, а уровень воды постепенно опускаться: Луна летела на восток с огромной скоростью и с неимоверной силой тянула за собой воду и атмосферу.

Интернет перестал работать, потому что все сервера были разрушены. Электричество полностью пропало. Наступил блэкаут.

Гречкин первым высунулся на улицу. Ураган ослаб до штормового ветра. Подойдя к краю крыши, Юра увидел, что вода опустилась до пятого этажа. Перепуганные жильцы дома на крышу выходить не спешили.

– Саш, Кать, – крикнул он, – идите сюда.

Голова Васечкина робко высунулась из проема, а Катя вышла без страха. Следом за ней вышли еще несколько человек, и только потом Саша.

– Раз Луна приближается к Земле, – тихо произнес Юра, – следующий прилив будет сильнее. Как вода сойдет, надо уходить отсюда.

– И куда? – спросила Катя.

– Заберемся на Останкинскую башню, – ответил космонавт.

– А как же все эти люди? – спросил Саша.

– Они все равно завтра или послезавтра погибнут, – сказал Гречкин.

– Как ты можешь так хладнокровно говорить? – с неприязнью произнесла Катя.

– Их скорая смерть – это факт. Смирись с тем, что Земле и всем ее обитателям пришел конец, – сказал Юра.

– Нет, я все же скажу им, чтоб шли на Останкинскую башню, – сказала Катя, – я не могу просто уйти. Я понимаю, что в этом не много смысла, но… я просто не могу…

– У них своя голова на плечах. Они также как и мы читают новости. С собой мы никого звать не будем, – ответил Юра.

Гречкин подошел к оградке на краю и огляделся. Уцелевшие дома торчали из воды и выглядело это все нереалистично, будто кошмарный сон. Практически на всех крышах оставшихся строений толпились люди. Большая часть домов Москвы вместе с жильцами оказалась снесена потоком.

Катя с Сашей подошли сзади. Васечкин слегка перевесился через ограждение, посмотреть до какого этажа опустилась вода.

– Быстро уходит, – произнес парень, – уже четвертый этаж видно.

– Тут неподалеку есть оружейный магазин, – тихо произнес Юра – надо будет зайти.

– Зачем? – спросила Катя.

– Что-то мне подсказывает, что за место на башне будет конкуренция, – сказал Юра, – не одни мы такие умные. Сейчас вам жалко всех этих людей, но помяните мое слово, когда у них встанет выбор, кому спастись, а кому утонуть, они с легкостью набросятся на вас и не мешкая убьют, спасая свои жизни.

Девушка изменилась в лице – нахмурилась и опустила взгляд.

– Оружейный магазин, наверное, смыло, или мародеры унесли оружие в прошлые дни, – сказал Саша.

– Посмотрим, – ответил Гречкин и тоже заглянул вниз – вода была уже на уровне третьего этажа.

– Уходит так же быстро, как и пришла, – сказал Васечкин.

– Ну что? – Юра посмотрел на Сашу с Катей, – спускаемся потихоньку?

– Пошли, – ответил парень.

Катя, немного поразмыслив над словами Гречкина, решила все же не говорить никому, куда они направляются, но спустившись на девятый этаж, обернулась и крикнула тем, кто был выше на лестничном пролете:

– Следующий прилив будет сильнее. Ищите себе другое убежище!

* * *

Вода спала, но ушла не отовсюду – те районы Москвы, которые были в низинах, превратились в озёра. Когда Юра, Саша и Катя вышли из подъезда, они оказались совершено в другом мире. Картина города изменилась полностью. Вместо большинства домов лежала груда камней и бетонных панелей, рассыпавшихся горкой и вытянутых по направлению хода волны. Сотни искореженных машин валялись будто игрушечные, перевернутые, смятые и прижатые к стенам и развалинам. В немногих уцелевших зданиях были выбиты все стекла. Не осталось ни одного целого дерева, все были вырваны с корнем или сломаны. Раскиданные повсюду в неестественных позах обезображенные трупы приводили в ужас.