Текст книги "Осколок Хаоса (СИ)"

Автор книги: Макс Гудвин

Соавторы: Антон Туманов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 12 страниц)

– Подробности я расскажу уже по пути. Но если позволите – продолжу, – я выждал паузу, и, убедившись, что Шпагин слушает предельно внимательно, снова заговорил, – Меньшая часть души тянется к большей части, стремясь слиться. Эта тяга незаметна, но я могу создать такую конструкцию, которая считывает эту тягу и через эфирное усиление выводит в физическую силу.

– Всё еще непонятно, – покачал головой Шпагин.

– Сергей говорит про компас, – пояснил мою мысль Михаил, – Или часы, которые всегда будут указывать, где наш враг.

– Вы можете сделать из наручного компаса или часов прибор для поиском того некроманта?

– Именно, – закончил я.

Шпагин молча встал и вышел, а через пару минут вернулся с компасом на кожаном ремешке.

– До магазина сбегали? – удивился Михаил

– У меня в Волге вещь-мешок на случай служебных тревог. Там компас, линейка, карандаши, конверты, и лапша Ролтон три пакета.

– Зачем? – снова удивился Михаил.

– Положено иметь, как и курвиметр, расчёску, и мыльно-рыльные. – отмахнулся Шпагин, – Сергей, делайте свой прибор!

С этими словами он передал мне компас.

Я закрепил устройство на руке, направив внутрь него уже заготовленный для этого магический цикл. Секунды ничего не происходило, синие и красные края стрелки указывали на магнитные полюса Земли, как и положено. Но магия знала своё дело и, убрав намагниченность, красная половинка стрелки дёрнулась указывая далеко не на Север.

Сезон охоты на зомби, часть вторая.

Глава 18. Те, кто ищут смерть

– Вы уверены, что всё работает именно так? – спросил меня Шпагин, разглядывая на компас в моей руке.

Я покрутил компас в разные стороны, но стрелка упорно продолжала смотреть в одну и ту же сторону. Не на север.

– Если только некромант не выставит контрмагию, конечно, – задумчиво произнёс я и перевёл взгляд на капитана, – Так что действовать надо быстро.

– Мне не дадут под это тяжёлых, – Шпагин покачал головой, – Точнее дадут, но увязнем в подготовительных процедурах. Уйдёт. Придётся брать своими силами. Свой отдел подниму, хорошие ребята. Правда из оружия у нас только табельное.

Люди это хорошо. Некрогад всё-таки тип опасный. Но пистолетами много против армии нежити не навоюешь. Если только у Шпагина не полный личный состав магов.

– Пару-тройку автоматов я для вас найду. Как-никак, у меня в имении целый взвод негодяев недавно полёг, – ответил я и ухмыльнулся, – Вы их, впрочем, видели. Но у меня тоже пока что некомплет по персоналу: водитель позже подъедет.

– Тогда поедем на моей, – предложил Шпагин, – Напишу ребятам, они уже к твоему особняку подлетят.

Я повернулся к Мише и "подмигнул" ему блеском эфирного золота в левом глазу, скрытом от взора капитана.

– Миш, займёшься поиском защиты от этого некроза?

– Сложная задача. Много работы. Буду искать решение, собрат – ответил он, так же сверкнув золотом в газах.

***

Когда мы выходили из бань, Шпагин бросил рубль девушке-администратору. Похоже, что извинялся таким образом за суету.

Его Волга, очевидно, не шла ни в какое сравнение с автопарком Измайловых, однако вполне себе ехала. И даже ехала хорошо. Вполне себе довоенный олд-таймер. Почти как "Мустанг", что в шотландских колониях производили. Так что до моего имения добрались всего за час с небольшим.

У пепелища моего дома нас уже ждала ещё одна машина. Тоже белая Волга с курящими возле неё четырьмя сыскарями. Их пиджаки сильно топорщились из-за спрятанных под ними бронежилетов скрытого ношения. Скрытого, ага. Медленно въезжая в открывающуюся калитку, Шпагин приоткрыл окно и скомандовал:

– Парни, за мной!

Сыскари мгновенно побросали сигареты и, запрыгнув в машину, поехали за нами вслед.

В глаза бросалось множество выложенных вдоль стены моего забора венков и живых цветов с чёрными лентами. Настораживает. По Бурновским головорезам действительно было кому горевать. Значит найдутся и желающие за отцов, мужей, сыновей и братьев. И ведь не объяснишь, что парни сами такой путь выбрали.

Впрочем, есть дела поактуальнее. Как минимум нужно доукомплектовать людей Шпагина. Кстати, где моя самозваная помощница?

– Маш, ты где? – телепатировал я ей, – Спасибо за ворота. Будь добра, вели Пёселю вытаскивать оружие: пять автоматов и все патроны к ним.

– Хозяин! Как поездка к должникам? – она вдруг возникла у меня за спиной и почти оглушила своим восторгом, – Пёсель! Работать!

– Напряжённо, дорогая. О подробностях позже. А чем это у нас забор украшен?

Маша перелетала над моей головой так, чтобы я могу разглядеть под её платьем призрачные трусы. Намеренно ведь это делает. После чего, махнув руками в сторону забора, сложила руки за головой и наклонила голову на бок.

– Люди приходят. В основном, женщины. Плачут, венки оставляют, цветы разные. Не знают, наверное, что после смерти есть жизнь. Вот и оплакивают, – Тут она надула губки и добавила, – Вот бы кто мне цветы подарил.

– Понятно, – телепатировал я. – Инсталляцию пока не убирай. Пусть помнят, что бывает если прибыть в дом к Алмазовым без приглашения.

– Да, хозяин, – ответила она уже совсем печальной.

Но как только она начала растворяться в воздухе, я отправил ей ещё одну мысль:

– Маш, будут тебе цветы.

Готов поспорить, не будь она сама по себе бледно-зелёным призраком, её щёки уже были бы похожи на помидоры.

Закончив разговор с призрачной ассистенткой, я перешёл на голос.

– Капитан, мы сейчас поедем брать этого злыдня. Есть риск ранений, так что давайте, свою помощь запускайте пока все мы тут живы.

– Я списался с ними уже, просят списки и копии документов по должникам, – кивнул мне Шпагин.

– Получат на пепелище по прибытию, – ответил я и, снова побеспокоил Машу, отдавая ей аналогичный приказ на подготовку документов.

– Может мне сюда бригаду ещё прислать? Чтобы грязь и послепожарный мусор выгребли и произвели оценку восстановительных работ? – понять, иронизирует ли капитан, я так и не смог.

– А у тебя есть?

– Я парень коммуникабельный. У меня много чего есть, – кинул Шпагин.

– Пусть у них будет мой номер и у юристов тоже. Как только прибудут к дому, пусть наберут, – распорядился я. Нужды особой в первой просьбе не было, конечно. Не удивлюсь, если вообще все афиллированные с отделом Шпагина люди уже знают про Алмазовых больше, чем я сам.

– Когда победим некромага, всё это оружие будет изъято. Вещдоки – это вещдоки.

– Да на здоровье, – согласился я и обратился к Мише, – Есть прогресс по антинекрозу?

Измайлов всё это время крутил в руках какую-то сложную многомерную эфирную схему, судя по всему, как раз разработки заклинания противостояния некрозу.

– Умеренный. Пока только могу сделать так, чтобы он не распространялся по телу, – он пожал плечами, – Как ты сам-себе на кладбище, но теперь заклинание и на других людей можно применять.

– Хорошо, – выдохнул я и направился в отчий подвал, откуда вернулся с верной уже своей саблей.

Пока сыскари готовятся и смотрят на таскающего им оружие Пёселя, у меня тоже есть время подготовиться.

Сняв худи, я пошёл к ближайшей луже, не пересохшей после огнеборцев. Тут их оставалось ещё немерено. Положив одежду в воду и прижал её руками, позволив воде проникнуть в ткань. А после вытащил её и отнёс на пепелище дома, где аккуратно расположил на пепле и углях.

Укрепление, повинуясь моей воле, обволокло худи, и уголь с пеплом густо стали прилипать к одежде. Плотно и прочно. А главное, в бою с магом-террористом, у меня будет вещь, которая укрепилась на фамильной земле. Не хуже бронежилетов сыскарей, только ещё и против всяких магических штук.

Немного подумав, я встроил в худи и систему сброса пепла и грязи. Мало ли какая дрянь прилетит в меня. А если не прилетит, и сыскари всё сделают сами, то и слава богам.

Укрепление высушило мою кофту, так что можно было надеть её не переживая за дискомфорт.

Теперь можно сказать, что я подготовился к битве. Условно, конечно. Хорошо бы щит повторить, который я тогда в отцовском подвале сделал. И пару големов. Пёсель полезнее тут. Но на подобные операции времени нет. А вот сделать станок, который бы производство этих щитов и големов автоматизировал… Оставим на перспективу.

Я встал и оглядел руины родного дома. Скоро я восстановлю его. Силами пробуждённых Осколков верну величие Алмазовым и Хаосу.

– Сергей Владимирович, может всё-таки переоденетесь? – отвлёк меня от размышлений Шпагин.

– Как аристократ хочет, так и одевается, – ответил я ему, но тему продолжать не хотел, и спросил в упреждение, – Ваши люди готовы?

– Готовы. Можем выдвигаться.

– Значит выдвигаемся. Минутку только, позвоню своему водителю.

Капитан кивнул и, развернувшись, пошёл к своей Волге.

Я же достал телефон и набрал Коле.

– Твоё благородие? – услышал я скучающий голос.

– Тойоту хочешь?

– Снова воевать предлагаешь?

– Условия те же. Только враг злее. Тебе понравится, – улыбался я во все зубы

– Прав ты, твоё благородие. Уже руки чешутся.

– Добро. Я на борткомпьютер Тойоты геолокацию скину. Ты за нами езжай.

Я положил трубку и проследовал за Шпагиным к его машине.

***

Надо признать, но даже при наличии магического компаса искать некромага-террориста в крупнейшем городе полушария задача нетривиальная. Особенно, если некромага там нет. Но если ехать только туда, куда указывает стрелка на компасе, то поиск кажется не таким уж и проблемным. Впрочем, одним моментом мне показалось, что стрелка на компасе ведёт нас не совсем прямо. Либо техномагия сбоила, либо цель перемещалась.

– Может я и не много смыслю в этой вашей техномагии, но что-то не работает ваш артефакт, – высказался коллега Шпагина, усатый возрастной мужчина с лысиной и лишним жирком на животе.

– А если он просто в метро? – предположил капитан, – Сидит и ездит по кольцевой?

– Можно его там и взять, – предложил Михаил, – Но чем МКАД не кольцевая?

– Тем, что на МКАДе мы. И мы в пробке, – поддержал я мысль капитана.

– Сейчас брать в любом случае опасно, людей много, – пояснил капитан, – Будем ждать закрытия.

– А зачем он так ездит вообще? – спросил Михаил, почёсывая подбородок.

– Бесы его знают, он же психопат! – выдал Шпагин с нехарактерной для себя экспрессией.

– Возможно там он охотится? – предположил я.

– На кого? – удивился Шпагин, ему такая версия почему-то показалась неубедительной.

– Он же террорист, ищет уязвимости в конструкциях, – выдержав небольшую паузу, произнес я. – Чтобы “эффективнее”.

А вот про Осколки узнавать Шпагину пока не стоит. Да и из уст человека с моим образованием подобный тезис звучит убедительнее. Миша же меня прекрасно понял и продолжать этот разговор не стал.

Стрелка продолжала крутиться. Чем больше я следил за компасом, тем больше у меня было подозрений, что Шпагин оказался прав. Некромаг действительно ездил по кругу без остановки.

Только ближе к ночи стрелка остановилась. Как раз в тот момент, когда мы прибыли к Киевскому Вокзалу. Оперативно выгрузившись из машин, мы поспешили к закрывающеимся дверям метро. Перехватим на выходе. По крайней мере изначальный план был примерно таким. Краем глаза я заметил припаркованную неподалёку от здания вокзала серебряную Тойоту, от которой бодрой походкой шёл улыбающийся в предвкушении битвы Николай.

– Привет сыску! – выдал он.

– Мой человек, – сообщил я Шпагину.

– Я видел его на трансляции, – кивнул капитан, – Приветствую, боец лишним не будет!

***

В технические залы нас пропускать не хотели. Какая-то женщина в форме московского метрополитена держалась за дверь так, словно мы ломились в её квартиру. Однако ситуацию разрешил Шпагин, сунув даме бальзаковского возраста и бальзаковских же пропорций в лицо ксиву, после чего вежливо попросив не мешать следствию.

Экскалаторы уже не работали, так что мы спускались вниз по двум параллельным замершим лестницам. Верхнее противопожарное освещение едва светилось и сыскари включили фонарики на сотовых, чтобы освещать себе путь.

Чтобы удостоверится, что некромаг действительно ждёт нас внизу, я повернул компас боком так, чтобы стрелка вращалась в вертикальной плоскости. И она указывала вниз. Ошибки быть не могло. Я сжал эфес отцовской сабли левой рукой. В правой же я держал маленький приборчик, что указывал нам путь. Путь тут был один.

Спустившись на станцию, мы оглядели платформу, но ни одной живой души в поле зрения не было. Неживой, впрочем, тоже. Стрелочка показывала влево, в перегон.

– Да он конченный! – выдал Николай.

– Он трупы поднимает. Такая характеристика ему лишь польстит, – ответил Шпагин и первым спрыгнул на пути.

Удивительно, я впервые видел капитана с оружием в руках. Вооружён он был полуавтоматическим пистолет модели барона Стечкина. Притом, что базово эти пистолеты рассчитаны на 20 патронов, Шпагинский ствол был снаряжен удлиненным магазином. Даже интересно, сколько там патронов: сорок, шестьдесят?

– Пятьдесят четыре, – сообщил Шпагин.

– Что пятьдесят четыре? – спросил его Николай.

– Недели я его ловлю, – небрежно ответил Шпагин.

Продолжает подслушивать меня, жук! А я ведь даже его сигарет не курю! Давно он так? Знает ли капитан о нихонском искусстве “кинцуги”, склеивании разбитой посуды?

Ну ладно, Алексей Валерьевич, подключайся.

“Мы с тобой, Лёха, охотимся не на террориста и даже не на некроманта. Мы с тобой охотимся на пробужденное древнее божество,” – телепатировал я в пространство.

Отреагирует ли он на переход на “ты”? В конце-концов, это же мои мысли. И, прежде чем он задаст какие-либо вопросы, я усиленно подумал о моих последних с личом словах. А главное, о том, что такое расколотые боги.

Шпагин остановился. Остановилась и вся группа, идущая за ним.

– Что там? – спросил у него толстячок, сомневавшийся в эффективности моего компаса.

– Ничего, – выдохнул он.

– Алексей Валерьевич, будьте добры ваш магазин, чары на него наложу, – проговорил я.

«Это Стечкин, а не ТЫ-ТЫ,» – услышал я в своих мыслях.

Всё-таки отреагировал. Шпагин повернулся ко мне. Его лицо казалось хмурым, тем не менее, зажав кнопку на пистолете, он отделил магазин от рукояти и протянул его мне.

“Почему сразу не сказал?” – прозвучало в голове.

– Раньше времени не было, – сообщил я, укрепляя каждую пулю внутри магазина. Сначала целиком, а потом, распределяя это укрепление вдоль.

“И чего удивительного в укреплении?”, – добавил я, – “Самая обычная штука же, даже не стихийная.”

Теперь пули Шпагина будут не просто пробивать противника, они будут раскрываться словно цветочный бутон и рвать плоть. Не гуманно, да. Запрещёно Харбинской конвенцией, да. Зато против нежити эффективно.

“Там проснувшийся бог, да?” – уточнил он у меня, когда я вернул ему магазин.

“Осколок, не бог.” – покачал я головой теллепатируя.

“Я должен еще что-нибудь об этом знать?” – спросил он.

“Это вся информация,” – закончил я поднимая руку с компасом.

Стрелка устройства больше не вела прямо по тоннелю, она указывала направо, как раз туда, где в стене находилась железная дверь. Слегка открытая, созерцающая нас свой внутренней темнотой дверь.

Алексей Валерьевич шагнул в темноту, сканируя её через призму мушки и целика Стечкина. Следом шёл усатый следак. За ним молодые. Замыкали эту колонну мы с Мишей и Колей.

И вновь мы шли узкому, в полтора мужских корпуса, коридору из красного кирпича. Стены отражали звуки наших шагов, делясь с нами эхом. Где-то наверху слышался шум бегущей воды. Канализация? Подземная река?

“Он прямо?” – спросил у меня Шпагин.

“Да, если мы не перестали внезапно верить компасу”

“Чего нам ждать от пробудившегося бога?” – снова задал он вопрос.

“Всего,” – честно ответил я.

Капитан поднял кулак, приказывая всей группе остановится.

Впереди снова была дверь, возле которой мирно сидело тело. Точнее скелет. Сидел и держал стальную ручку тяжёлой ржавой двери.

Не нужно было быть магом высокого уровня, чтобы увидеть и понять, что перед нами самый настоящий некрокострукт. Пусть спящий. Или пока ещё не активированный.

“Мысли?” – спросил у меня Шпагин.

“Дай посмотреть” – отрезал я, пробираясь вперед через его людей.

Скелет сидел и смотрел на нас пустыми чёрными глазницами.

“Магия…” – громко подумал Шпагин. – “Но не могу понять какая и что делает…”

“Сейчас спрошу у компаса” – ответил я, направляя артефакт в сторону скелета.

Я погрузился в себя, чтобы послать свой разум по эфирным каналам в моём теле к душе, что была закована у меня на запястье, впервые вступая с ней в диалог. Сущность встретила меня испуганно, видимо памятуя как Миша нещадно вырезал её из моей тогда ещё больной руки.

Последняя цитадель частицы души некромага ощетинилась словно дикобраз. Но для меня это было не более опасно чем случайная встреча с дикобразом реальным.

Оно утратило способность думать, утратило способность говорить. Так что, чтобы получить от сущности хоть какой-то толк, я отправил ей разговорник с базой простых слов. И дал чуть больше территории в руке, чтобы та могла отвечать развернуто на вопросы.

– Ты жив лишь потому, что я тебе позволил, – сообщил я сущности, – Будешь мне помогать, будешь жить.

Сущность вздрогнула, чем заставила стрелочку на компасе крутануться. Теперь я чётко вижу, что тварь, сидящая во мне, меня слышит и понимает.

– Чего ты хочешь? – спросило нечто.

– Взгляни на магию на скелете и скажи что она делает, – распорядился я.

– Это привратник, он открывает эту дверь. Если что не так – громко кричит.

– Как его обойти? – спросил я.

– Осколок, ты обещаешь, что я буду жить?

– Ты неправильно понимаешь наше сотрудничество, – покачал я головой.

– Я прекрасно всё понимаю. Обещай мне, или все на километры вокруг узнают, что ты подошёл к ЕГО логову…

– А не сжечь ли тебя дотла? – уточнил я.

– Я тут уже был и знаю пароли от входа. Пообещай мне что я выживу, или дерись с коллекционером на его условиях!

Глава 19. Те, кто спорят со смертью

– Прыщ, заткнись, – шикнул я на комочек чёрной энергии на своём запястье. Больно он разорался.

– Как ты меня назвал, человек?! Да я… – он было начал формировать какое-то вызывающее заклинание, но я осадил его, укрепив эфирную клетку, в которой он томился.

– Во-первых не человек, а Осколок Хаоса Мудрец, – пусть знает, с кем дело имеет, – во-вторых, ты буквально гнойник у меня на руке, который я собираюсь выдавить…

– …! АЙ!

– Не будешь слушать, буду заставлять, – сказал я, ещё немного подогрев его темницу, – У меня к тебе деловое предложение. С гарантией выживания.

Тёмная сущность поёжилась, но отозвалась надеждой. Удивительно, частица души некроманта мечтает о жизни.

– Я хочу уничтожить твоего господина и все остальные его гаплоконструкты. Но я собираюсь оставить тебя. Ты станешь его единственным уникальным и полноправным наследником, – отправил я мысленный сигнал.

– Заманчиво стелишь, человек. Каковы гарантии?

Ух ты, “стелишь”. А по фене он, интересно, ботает? “Блатной некромант”… Звучит как название для книги.

– Ты меня первым убить пытался. У нас тут дилемма заключённых, знаешь ли. Либо предаём друг-друга и получаем по шапке, либо сотрудничаем и имеем успех.

Прыщ недовольно фыркнул, но, кажется, принял во внимание, что я действительно готов ему доверять в определённых пределах.

– Я не “Прыщ”, у меня имя есть, – услышал я в мыслях недовольный голос.

– Это согласие?

– Зови меня Цахес, – мой вопрос он проигнорировал.

– Так ты согласен? Или мне тебя всё-таки вы-ле-чить? – продолжил я, отдельно протянул последнее слово

– Да! Шеол тебя дери! Пароль: “Шёнэ аугэн хиер”

“Здесь красивые глаза” по-немецки. Забавно. Ещё и представился персонажем сказки Гофмана, что глаза воровал. Выглядит логично, конечно.

– Помни, Цахес, если что-то пойдёт не так, ты перестанешь существовать, – произнёс я и направил пучок эфира ко лбу скелета.

Небольшое сканирующее заклинание. Ничего не делает, только отображает имеющиеся магические структуры.

На черепе показались золотистые круги, пересекаемые множеством стрелок и чёрточек. Снова незнакомые знаки. Хотя бы раз я встречу уже изученный ранее магический алфавит? Впрочем, если Прыщ не врёт, когда я назову пароль, дверь откроется без происшествий. Может даже Цахесом его начну звать, мол, заслужил.

Я наклонился над скелетом-привратником и произнёс три немецких слова.

В глазницах засияло бледно-голубое свечение. Скелет поднялся в полный рост и, вытянул руки пред собой, начал сливать их в одну единую структуру. Кости предплечий превратились в плывущую по воздуху кашицу, постепенно принимающую форму ключа. По крайней мере, у меня создавалось такое впечатление.

“Ключ” втёк в центр двери и, по-видимому, несколько раз повернулся в магическом дверном замке. После чего дверь полностью покрылась костяной кашицей.

Когда ключ вытек обратно, снова превратившись в руки скелета, пред нами предстала не ржавая дверца технического тоннеля метро, а тяжёлая, обитая железом, дверь из тёмного дерева. Чем-то она напоминала вход в средневековый баварский храм.

Скелет отошёл в сторону и, взявшись за железное кольцо, теперь заменявшее ручку, приоткрыл вход дальше.

Кажется, Прыщ не обманул.

– Я первый.

– Серёг? – попытался остановить меня Миша.

– Как минимум у меня есть частица души хозяина этого места. Остальным лечиться от некроза не приходилось.

– Идём цепью, – скомандовал Шпагин.

И я шагнул прямо навстречу щитам и тумблерам. Скелетный ключ снял иллюзию с двери, но внутри продолжала висеть магическая голограмма, имитирующая щитовую. Когда пропустила меня сквозь себя, я оказался в просторном освещенном десятками подвешенных под высоким потолком ламп зале.

Прямо по центру сферического зала стоял каменный куб очень похожий на колхидские дольмены. С той лишь разницей, что у этого была дверь. Резная деревянная дверь на тяжёлых петлях. Вокруг дольмена же кругами расположились десятки могильных плит. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться что находится под ними.

Стрелка компаса указывала точно в центр зала. На каменный домик.

– Склеп в метро! Охренеть! – выдал Коля как только вошёл в зал вслед за остальными бойцами.

И он был абсолютно прав. Склеп в метро – это охренеть.

“Кое-кто недорабатывает” – кинул я мысль Шпагину

“Они там в тайной совсем от рук отбились” – ответил капитан, проигнорировав укол в свой адрес.

– Оружие к бою. Он там, внутри, – отчётливо прошептал я, извлекая саблю из ножен.

Наш противник, однако, сам вышел нам навстречу, не дожидаясь штурма. Его фигуру покрывала броня из костей и сухожилий, из сочленений которой исходило бледно-голубое свечение. Лицо, если они конечно было, скрывала такая же маска как у уничтоженного мною на кладбище лича. Человек был выше меня на пару голов, массивен и статно сложён, словно перед нами стоял сам барон Вахитов.

– Вы оказались глупее, чем я предполагал, – некромаг покачал головой, – Но личам и не нужен интеллект!

Он воздел руки к небу, а из под его маски вырвался протяжный хрип. Глазницы и рот засияли ледяным светло-голубым. Затряслись стены склепа. С потолка посыпались камни с грязью.

– Присоединитесь же к моей армии мёртвых, ложные боги и их марионетки!

Даже не спросил кто мы такие! А я, между прочим, его лича почти что голыми руками завалил! Впрочем, возможно, что ему попросту было плевать, что за людишки ворвались в его покои. Он не пытался нас убеждать, словно злодей в фильмах. Мы ему помешали, и он решил совместить приятное с полезным: наказать нарушителей, и пополнить войско. Даже обидно, на самом деле. Я-то собирался пару ласковых ему высказать.

Клубы светло-синего наполнили пространство. Пол затрясся, и из-под могильных плит начали вылезать их обитатели.

– Построение полукругом! – закричал Шпагин.

Его бойцы в то же мгновение выполнили команду, выстроившись дугой около входа.

У самого Шпагина есть укрепленные патроны. А вот у его людей таких нет. Помощь им делегирую Мише, он-то точно придумает что-нибудь. Я же пока буду прорываться через светло-голубой холодный туман. Вперёд, к главному злодею Московского метрополитена.

– Я не знаю кто вы, и зачем пришли, но ваши тела не пропадут даром! – прогремело хрипящее эхо над нашими головами.

– Мы с Горсвета! У вас тут долг за электричество накапал! Совсем не платите! – выкрикнул Шпагин, на ходу закидывая в рот сигарету и взводя затвор своего пистолета.

– Шутишь, божок? Ну, значит будешь у меня шутом! – некромант разразился раскатистым смехом, больше похожим на скрежет ржавых цепей по надгробию.

Божок? Шпагин тоже Осколок? Почему я раньше не замечал?

– Долго говоришь, – выдохнул я, начиная своё движение вперед.

Из-под земли у моих ног показалась пара гнилых голов, срубленная в то же мгновение отцовской саблей. Моя цель – некромант, а зомби – препятствие к цели.

– Алмазов на 12 часов! – завопил Шпагин, – На одиннадцать, на час – одиночными! Бей нежить!

– Да восстанет Хаос! – вдруг вырвалось у меня, когда я ещё ускорил шаг.

В тот же миг лезвие отцовской сабли покрылось золотистым огнём.

Звуки выстрелов оглушали эхом, твари продолжали лезть на меня. Впрочем, они то и дело падали с простреленными головами по левую и по правую сторону от меня. Кинетическая энергия пуль сбивала их с ног, но уже на земле, они продолжали шевелится. После чего снова вставали и снова падали, встречая собой шквальный огонь людей Шпагина. А я шёл вперёд, нанося размашистые удары отцовской саблей. Зомбикосец, блин.

Напитанная хаотическим эфиром сталь резала кости, словно те были из сливочного масла. Я вращался и даже не парировал их неуклюжие выпады. Замахи трупов были до смешного нелепыми и неловкими. Я колол и, пронзив, разрывал тела напополам.

Туман был настолько густым, что даже силуэт некроманта скрылся из видимости. Зато воткнувшиеся в мою худи костяные иглы помогли мне скорректировать направление движения. Главарь целился не по видимости. Тут ультрафиолет или тепловизионное зрение, что там в этой эпохе использует нежить? Однако бил он точно в мой силуэт. Не зря кофту укреплял. Надо будет в следующий раз ребятам такие же сделать. И принт в духе “Алмазов team” или “Хаос team”. А потом на мерч. Сражения с зомби как-то располагают к бизнес-идеям.

“Миш, он шипы кидает, может быть некротический яд.” – телепатировал я.

“Нет шипов пока.” – внезапно ответил мне Шпагин.

“Что ты делаешь на нашем канале связи?” – удивился я. Предполагалось, что сознание Демиурга существует как бы над мыслительными процессами наших физических оболочек, и ментальщики нам не страшны. А тут такое…

“Ну, не знаю, насколько он ваш… Мысли которые вылетели из черепа, они, типа, общие…” – то ли на серьёзных щах, то ли в шутку заключил Шпагин.

“Понял, нет тут игл,” – ответил мне Миша. – “Нежить только, блин, и много…”

– Патроны беречь! – завопил Шпагин сзади.

Хаос, я и так танковал в авангарде. Да, блин, в который раз уже именно от меня всё и зависит.

Когда я только заходил в этот зал, он не показался мне шибко большим, однако теперь каждый его метр, каждый шаг тянулся подобно вытекающему из раны гною.

Головы, головы, головы! Они летели с плеч! Когтистые пальцы цеплялись за мою кофту. А я бежал вперёд, размахивая пылающей саблей так, что она стала похожа на веер. Почти вслепую, однако довольно скоро увидел слабое очертание некроманта.

Он и не думал прятаться. Он просто ждал, пока нежить растерзает всех непрошенных гостей. Интересно, каково же было его удивление под этой глупой стальной маской, когда он увидел бегущего меня?

Я бы понял, если бы он, например, попятился, но человек в костяных доспехах шагнул мне навстречу. Из-за его спины со скрипом вынырнули четыре костяные лапы, как у четырёхлапого паука. Мертвого и созданного из человеческих костей.

Очередная пачка разрубленных тел, под канонаду идущей позади команды, пала к моим ногам.

Некромант ударил первым. Интуитивно уклонившись от первого удара, я не успел парировать второй и пропустил заостренную кость над своим левым плечом.

Моим ответным ходом стал рубящий удар по диагонали. По телу твари я промахивался, но зато глубоко цеплял его правую сторону, отламывая, таким образом, несколько костяных пластиной от некро костюма и одну настоящую кость с мясом в тканях одежды.

Противник отпрыгнул на своих ногах столь высоко, что в мгновение оказался на крыше торчащей будки склепа, оставляя меня снова с нежитью на близкой дистанции.

Что будет если человеку отрубить руку? Крику будет на всю Ивановскую. А если вскрыть грудную клетку и сломать пару рёбер? Тоже.

Этот же просто взирал на меня сверху вниз, даже не жалея истекающую кровью рану.

Да и крови никакой не было. Снова лич что-ли? Да они издеваются!

– Проклят! – услышал я шёпот из-под маски.

Моя худи вздрогнула, а у меня под одеждой вдруг стало невыносимо жарко.

Пепел родного дома остановил магию. Однако до противника было метра четыре, а я может и Демиург, но так далеко и высоко не прыгаю.

“Выше меня! На три пальца. Дай залп!“ – попросил я у Шпагина.

“Есть” – жёстко ответил он в моих мыслях.

И фигуру лича сбросило с каменной будки словно ветром. Очередь из девятимиллиметровых пуль творит чудеса.

Возможно не все они попали, но физика есть физика. И крутанувшись с саблей вокруг своей оси, я обезглавил новую пачку лезущих на меня из тумана тварей. Осталось только найти лича за будкой. Туда я и поспешил со всех ног.

Его гогот вдруг заглушил выстрелы, а я, в какой-то момент срубив ещё пару гниющих тел, продолжал шагать вокруг строения по шевелящимся телам. Надеюсь увидеть за поворотом тяжело раненного выстрелами врага. Но на что я вообще рассчитывал?

Заглянув за угол, я резко убрал голову назад. Прямо перед моим лицом скользнули заточенные кости. Лич выпрыгнул на меня и снова ринулся в атаку.

Кости словно иглы тату-машинки начали пронзать воздух, заставляя уклоняться и парировать. Однако это не могло продолжаться вечно. Тем более, что сзади мой торс охватили сразу несколько трупов. Пока что только торс, слава Хаосу, а не руки, иначе всё кончилось бы слишком быстро и не в мою пользу.

Отбив очередной костяной коготь, я наклонил голову влево, так что коготь пронзил мертвеца стоящего на моей спиной. Хват слегка ослаб. А вот второй коготь ударил прямо мне в голову. Благо вымазанный в пепле капюшон худи принял это на себя.

Мой череп ошпарило болью, а горячая кровь хлынула на лицо.

– Ха! – выдохнул я, делая выпад.

Неправильный с точки зрения фехтования, с провалом корпуса вперед, но кто-нибудь, когда-нибудь фехтовал с личами, будучи в захвате мертвечины?

Укол пришелся твари прямо под железную маску, сразу поверх костяного доспеха. В горло. Мои догадки подтвердились. Когти смерти и не думали замедлятся. Хотя у нормальных людей магия перестаёт работать, если человек мёртв.

Единственным моим шансом было развернуться корпусом и головой, уводя саблю влево.

Сразу два когтя впились в моё тело, чуть протыкая худи, но не проникая глубже. Хорошее худи.