Текст книги "Бракованная попаданка или истинная для Верховного"

Автор книги: Любовь Песцова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 21 страниц)

Глава 43

В патентном бюро меня послали далеко и надолго. Если переводить с канцелярского языка на человеческий, то мне посоветовали дальше шить платья, а не пытаться натянуть глаз на благородные тылы.

Причем я знала, точно знала, что они должны принять мое заявление, но мерзкий старикашка, который пытался заглянуть в мое отсутствующее декольте, так не считал.

Он начал придираться к каждой запятой, попутно изваляв меня в грязи.

Я аж родную налоговую вспомнила.

Только в налоговой мне не рассказывали, что такие «наглые пигалицы» как я должны не ерунду выдумывать, поскольку все равно мозгов не хватит, а замуж выходить.

Вот вроде бы здесь не было такого жесткого патриархата, какой отметился в истории родного мира, а тенденции все равно прослеживались.

Так и подмывало в него файерболом запустить. Останавливало то, что я вроде как скрываюсь, и ради этого старикашки раскрывать свое инкогнито не стоит.

Меня выгнали из кабинета с перечеркнутым заявлением, перечеркнутой схемой и советом приходить уже с готовым изделием.

Ну да, конечно. Сейчас отдам мастеру на изготовление, а он возьмет чертеж себе и сам зарегистрирует. Я не настолько наивна, чтобы верить в честность и доброту. Мы, конечно, в мире магии и волшебства, но не настолько же!

В общем, домой я вернулась злая как стая чухуахуа. И выместила свою злость, разумеется, на ни в чем не повинных тканях.

Платья для девочек, пришедших по рекомендации Лили, я закончила в рекордные сроки. Оставалось только подогнать их после финальной примерки.

Вот только мой энтузиазм было не так просто погасить. У меня всегда так. Когда злюсь, начинаю бегать из стороны в сторону, чем-то заниматься. Так легче.

И вот сейчас я решила, что мне просто необходимо обновить гардероб. Я уже ранее начала этим заниматься. Но нескольких вещей было недостаточно.

На рынке были куплены несколько отрезов зеленого шелка, бархата и муслина. А еще ткани в желтых, фиолетовых, и темно-синих тонах.

В прошлой жизни никогда не носила яркие оттенки. Моя внешность была из тех, кому больше идет пастель. Любой неосторожно добавленный акцент моментально рушил картину.

Сейчас все было наоборот. Яркая внешность Адалин требовала таких же ярких тонов. И пусть моими стараниями красок серьезно поубавилось, цветотип остался таким же. Да и черты лица никуда не делись.

Но в тех убогих платьях, которые мне еще Мия достала, я просто терялась. А душа требовала праздника.

Несколько «домашних» платьев, которые я планировала использовать для общения с клиентами или похода на рынок за тканями, я сшила на куражах за два дня.

Девочки прибежали на финальную проверку, оценили мой изменившийся образ, остались довольны моей работой и убежали, оставив меня дорабатывать их заказ.

Еще я сшила несколько блуз, юбки в пол и жакеты к ним в пару. Получалось что-то вроде моды конца XIX или начала XX века. По крайней мере, именно таких леди изображали на портретах времен революции.

Меня устраивало. Самое то, чтобы наносить официальные визиты или наведываться во всякие патентные бюро.

Я бы, конечно, предпочла брюки, но не стоит так уж сильно эпатировать публику. Повременим с этим. А то кто знает, может у них здесь все же есть место для душевно больных. Так мне там койку быстро выделят. Ибо женщины брюки не носят.

Конечно, были исключения. Магички и драконы. У тех свободы было значительно больше, чем у простых смертных девушек. Но и среди них брюки считались чем-то необычным. Их носили только по необходимости – во время конных прогулок, как части униформы в ходе боевого задания и прочее.

В общем, мне брюки не светили.

Ну и плевать. Главное, что у меня было то, о чем остальные местные девушки могли только мечтать.

Нормальное нижнее белье.

Нормальное, Карл!

Не чертов корсет, который все равно ничего не поддерживает. И не бабушкины рейтузы.

Бюстгальтер я, конечно, сшила самый простой – по типу короткой майки на застежках сзади. Без косточек и прочей ерунды.

Мне они и раньше никогда не нравились. Это для фотосессий или под специфическую одежду можно. А в повседневной жизни зачем все эти кружева?

С трусиками было сложнее. Я начала понимать, почему здесь так уважают рейтузы.

Аналоги простой и родной резинки здесь были. Но вот добавлять ткани тянулись отвратно. Настолько, что сшить удобные трусы было практически невозможно. Приходилось сидеть и думать, как натянуть местный хлопок на те самые места, чтобы удобно было.

В общем, у меня по итогу получились такие же рейтузы. Ну ладно, симпатичнее. Но они больше всего напоминали пижамные шортики, в которых я спала в прошлой жизни. Или мужские боксеры.

Ладно, пока сойдет. В облегающих штанах, которые могли бы продемонстрировать окружающим очертания этого безобразия, здесь все равно не походишь, так что можно снять эту задачу с основных.

Девочки, наконец, забрали свои платья. Расплатились честно и, кажется, были искренне довольны моей работой. По крайней мере, обещали советовать мои услуги своим знакомым.

За неделю, что я шила им платья, ну и себе новый гардероб заодно, я успела взять еще один заказ. Но прямо сейчас не спешила приступать к его выполнению.

Я, наконец, исправила все документы для подачи заявления на патент и собиралась снова отправиться в бой с противным старикашкой.

Меня прервал стук в дверь.

У меня от этого звука скоро разовьется нервный тик. А все из-за слишком частых визитов одного настырного следователя.

Велтон заходил пусть и не каждый день. Но часто. Очень часто.

Не то чтобы мне это не льстило. Но и настораживало тоже.

А не открыть двери я не могла. Вдруг там клиент.

Вот только в этот раз там не было ни клиента, ни Велтона.

На пороге стоял мальчишка, протягивая мне какую-то бумажку. Только через минуту я сообразила, что это посыльный.

Вручив мне письмо, он еще какое-то время переминался с ноги на ногу. Очевидно, ждал от меня чаевых.

Прости, пацан, не в этот раз. У самой с деньгами проблемы.

Письмо настораживало. Кто мог его написать? У меня знакомых всего ничего. Лили и так постоянно забегает поболтать. Велтон тоже не стал бы к эпистолярному жанру прибегать. И так не стесняется мне пороги оббивать.

Писать могли Адалин. Но тогда это бы означало, что меня вычислили, и стоит готовиться к визиту супруга.

Разворачивала письмо я с замиранием сердца.

Но все оказалось не так страшно, как я успела себе напридумывать. Меня просто вызывали на очередной допрос.

Приехали.

Глава 44

Для визита в Верховный суд я решила выбрать тот самый образ леди дореволюционных времен. Не хватало только шляпки, чтобы завершить композицию. Но здесь они были не особо в ходу.

Бледность была не в моде, так же как и загар. Я видела вокруг себя людей с абсолютно разными тонами кожи – как белоснежной, так и достаточно смуглой. И никто не считал тот или иной вариант чем-то некрасивым.

Шляпы могли носить по необходимости. Но как постоянный элемент гардероба они здесь почему-то не прижились.

Удивительно, как к новому образу подходила моя трость. Она делала из девушки-калеки женский вариант английского пижона или американского денди.

В общем, посмотревшись в зеркало, я осталась довольна своим отражением. Даже волосы я не стала заплетать в привычную косу, а собрала в высокую прическу, выпустив несколько локонов, чтобы подчеркнуть шею и красивый овал лица.

И ради кого я прихорашиваюсь?

Вики, опомнись, ты на допрос идешь!

Увы, логика ускакала куда-то вслед за адекватностью. Я не могла перестать представлять пораженное лицо Ремонда, который раньше постоянно кривил нос в моем присутствии.

Наверняка считал какой-то местной бомжихой. Я только один раз перед ним в чем-то адекватном показалась… Как раз перед тем, как нас в горы выбросило и стало резко не до того, чтобы любоваться моими шмотками.

В общем, я очень надеялась утереть нос гаду.

Возможно, поэтому двери в здание Верховного суда я открывала чуть ли не с ноги.

Ну а что? Пригласили бы на допрос как всех нормальных людей в отделение местных стражей, было бы по-другому. А так сами виноваты.

И на вопросы кого-то вроде администратора кто я такая, ответила только:

– Вики Рид по приглашению.

Не стоило упоминать о том, что приглашали меня не на романтический ужин и даже не деловую встречу, а на допрос.

Где одно там и другое. Это вообще мелочи.

– Прошу, мисс Рид. Вас ожидают.

А вот это было неожиданно. Не то, что меня ожидали, а то, с какой вежливостью начала разговаривать девушка, стоило ей услышать мое имя.

И проводили меня не куда-то в пыточные подвалы, а к кабинету, в котором я уже успела побывать.

В святая святых Реймонда Хольта.

Появиться эффектно не вышло. Перед тем, как пригласить меня в кабинет, девушка известила его хозяина о моем визите.

Но даже так я надеялась произвести как минимум необычную реакцию.

Увы, ее не последовало.

Стоило зайти, Реймонд впился в меня взглядом, осмотрев с ног до головы. Казалось, он впитывает каждую деталь моего образа.

Но еще до того, как я успела обрадоваться, что мой коварный план удался, я поняла, что ничего кроме привычного угрюмого выражения лица не увижу. Только стандартную каменная непробиваемую маску.

Ууууу зверюга неумная! Ну как можно мной не восхититься?

Более того, казалось, что за ней скрывалась злость. Да за что он меня так не любит?!

– Я на допрос, – сказала я очевидное.

– Нет.

Все же, вести интересную беседу – его конек.

– Так курьер ошибся и отнес письмо не мне? Тогда не смею задерживать и удаляюсь.

– Нет. Письмо было адресовано правильно. Но тебя вызвали не на допрос.

И снова просто невероятно информативно.

У него что, после похищения исчезла способность внятно строить предложения и поддерживать диалог? Так вроде в прошлый раз все в порядке было. Ну, относительно.

– И зачем же?

– Вот за этим, – сказал он, указывая в угол.

Там на стуле была разложена мантия, которую я больше недели расшивала чуть ли не со слезами на глазах.

Ну знаете! Это уже свинство!

– Если вам так не нравится, можете не носить! Необязательно было вызывать меня, чтобы сказать об этом. Сомневаюсь, что для вас потеря одной рабочей мантии критична. Или вы все же хотите, чтобы я возместила вас ущерб и оплатила ее стоимость? Если да, то подавайте на меня в суд. Мне же почку продать нужно, чтобы такую сумму выплатить! И микрозаймы здесь еще не придумали.

– Нет, – снова сказал этот невозможный мужчина.

Захотелось хорошенько съездить по этой угрюмой физиономии.

– Я вызвал тебя, чтобы дать заказ на еще одну вышивку.

Я сдулась моментально, как воздушный шарик.

– То есть мантия все же понравилась.

– Весьма, – выдал Реймонд.

Ну из его уст изысканный комплимент!

– Оценка шикарная. Но боюсь, вышивка все же не мой основной профиль. Это была разовая акция, в ходе которой я пыталась избежать заключения под стражу.

Он поморщился, как от зубной боли. Неужели все же совесть имеется? Или реально зуб болит?

Скорее, второе.

– Отказаться не получится. Это приказ императора.

Я икнула. И поняла, насколько попала.

– Не переживай, оплатят его более чем достойно.

В этом я не сомневалась.

– Так что можешь отменить работу на ближайшее время. Император хочет получить плащ, расшитый в такой же технике как можно скорее.

Я снова икнула. Чувства были противоречивые. Во-первых, было очень жаль собственные руки. Во-вторых, появились перспективы выбраться из финансовой ямы.

А еще была одна идейка…

– А можно натурой расплатиться?

Кажется, я зря это сказала. Реймонд посмотрел на меня взглядом «умри все живое». А хуже всего то, что он встал, обошел стол, разделяющий нас, и навис надо мной, заставляя вжать голову в плечи.

– Такие шутки очень не приветствуются, – прошипел он. – Особенно на приеме у императора.

И тут я совершила одну из главных ошибок в своей жизни. Подняла голову, посмотрев ему в глаза.

Они были слишком близко. Все было слишком близко. Я чувствовала его дыхание на своем лице и казалось, улавливала эмоции. Его злость была осязаема, словно аромат духов, расползающихся по комнате. И она ощущалась со странным оттенком горечи и даже отчаяния.

Внезапно захотелось дотронуться до его кожи. Провести подушечками пальцев по щеке, успокаивая. А еще лучше – поцеловать.

Я отвела взгляд, легонько тряхнула головой, отгоняя наваждение. И с трудом сосредоточилась на том, что вызвало столь бурную реакцию с его стороны. На очередной очень непочтительной шутке.

– Да какие шутки? Я серьезна как никогда! Если императору так понравилась моя вышивка, может быть он, он сможет поспособствовать тому, чтобы я получила патент.

– Это в патентное бюро, – сказал Реймонд, моментально успокоившись.

Хотя мне показалось, что отодвинулся от меня он с некоторым сожалением. Как-то странно посмотрел на меня, а затем подошел к окну, устремив взгляд на городскую площадь.

– Я там уже была, – ответила я, вздохнув из-за того, что долбаный Реймонд Хольд больше угрожающе не нависает надо мной. – Но милейший работник этого заведения посоветовал мне «не заниматься ерундой», а выходить замуж.

Кажется, впервые за все наше знакомство этот мужчина посмотрел на меня без враждебности. Но все еще с недоверием, как будто я пыталась его обмануть.

А затем он встал и пошел прямо на меня. Снова!

Я не знала, радоваться или паниковать. Отступать назад или идти навстречу. А главное – где взять новые мозги, которые нормально работают?!

Но он всего лишь подошел к шкафу, сменив форменную мантию на камзол.

Зачем было так пугать? И к чему это переодевание?

Я окончательно перестала его понимать.

– Пойдем. Покажешь мне, что это за старичок и почему он отказывается регистрировать патенты, хотя это его прямая обязанность.

Кажется, неприятности на этот раз, ради разнообразия, будут не у меня, а у мерзкого старикашки.

Глава 45

Он шел слишком быстро. Я молчала примерно пять минут, стараясь успевать за ним. До момента, пока нога из-за слишком интенсивных движений не начала подворачиваться.

– Я, конечно, все понимаю. Но не могли бы вы, лорд, проявить каплю сочувствия к инвалиду?

Я очень старалась, чтобы эта фраза прозвучала вежливо и без издевки.

Не получилось.

И даже слово «лорд» вышло не так как должно звучать – как вежливое обращение к титулованной особе, – а скорее глумливо. Вот примерно с той же интонацией, с которой в родном мире мне кричали «уважаемая». Сразу было видно, сколько там уважения.

Наверное, Реймонд тоже это понял. Потому что остановился, зыркнул на меня как на врага народа. И снова потянуло холодом, а под ногами появился туман.

В прямом смысле. По полу от этого квадробера чешуйчатого расползались сизые клубы.

Еще один вейпер на мою голову!

– А это у вас всегда так? – Указала я на туман.

– Нет.

Люблю наши беседы. Они всегда так душевны. Хотя было похоже, что ответил он автоматически, а сам о чем-то задумался.

По-хорошему стоило оставить дракошу в покое и позволить витать в своих мыслях, но у меня ведь отсутствует критическое мышление, поэтому я продолжила:

– То есть только в мою честь показательные выступления? Польщена. А это все ваши таланты?

– Нет.

Ну какой приятный диалог, я не могу.

– А, ну да, у вас еще глаза светятся. Тоже какая-то магия? Если вы туман вызываете, то, может еще и молнии?

Он остановился, как вкопанный. Конечно, из-за моего темпа ходьбы налететь на него у меня не было ни малейших шансов, но все равно неприятно.

– Что ты сказала?

– Про молнии? Я просто предположила. Нужно ведь беседу поддерживать. Вы невероятно интересный собеседник, вам говорили?

Ну вот зачем я снова так откровенно издеваюсь? У меня что, вообще инстинкт самосохранения отсутствует?

Раньше за собой подобного не замечала. Может смерть так влияет? Развивает слабоумие…

– Нет. Про глаза.

– А, вы об этом. Ну еще при первой встрече, когда я упала, а вы угрожали меня страже сдать за вашу порванную мантию, у вас глаза таким инфернальным синим цветом полыхнули. Я подумала, что вы меня сейчас на месте сожжете.

Он молчал. Очень долго. Очень напряженно.

– Ты когда-нибудь употребляла ипсум?

– Если вы мне расскажите что это, я смогу ответить на этот вопрос.

И тут он сделал то, что я ожидала от него меньше всего. Схватился за виски и выдал то ли стон, то ли рык. Но определенно это было проявление внезапного осознания надвигающийся катастрофы.

– В чем дело?

– Иди за мной, – бросил он.

Еще и посмотрел как солдат на вошь. Снова! Ну что за несправедливость?

Так обидно стало!

А я для него наряжалась, дура. Аристократкой дореволюционных времен себя возомнила. Еще и эти дурацкие мысли, куда б их деть! То пожалеть его хочется, то поцеловать. А больше ничего не хочется?

Это же драконы! Они тут людей за себе подобных не считают. Ящерки несчастные!

И главное снова чуть ли не побежал. Правда, на этот в другом направлении.

Только в этот раз останавливать и напоминать про инвалидность я не стала. Если не совсем дурак, сам вспомнит. Просто шла в привычном для себя темпе.

Вспомнил. Остановился, подождал, когда я догоню. Ну хоть на этом спасибо. Ждал молча. Хотя по лицу было видно, что сейчас кто-то вспыхнет то ли от гнева, то ли от нетерпения.

Даже захотелось снова поддержать «приятную беседу». Ну чисто чтобы позлить отдельно взятых ящериц. Но я сдержалась.

Кстати, шли мы теперь не в сторону патентного бюро, а в совершенно противоположную.

– И куда мы направляемся?

Ответом меня не удостоили. Кажется, Реймонд окончательно ушел в свои мысли. И даже так умудрялся казаться высокомерной задницей.

Как у него это получается? Талант, однако.

Впрочем, идти было не далеко. В конце императорского парка за кованной оградкой, оплетенной чем-то вроде дикого винограда, была небольшая часовня.

Ну, я предположила, что это здание имеет какую-то сакральную составляющую. Чем-то оно напоминало маленькие соборы в старой Англии. Ничего удивительного, вся столица напоминала именно Туманный Альбион с его уникальной архитектурой.

А рядом с вот этой конкретной ящерицей, еще и погода была соответствующая. Ну прям идилия.

Впрочем, отличия нашлись достаточно быстро. Мозаичные окна изображали не святых и священные писания, а парящих драконов, изрыгающих огонь драконов, возвышающихся над городом драконов… Ну в общем, тенденция прослеживалась.

И посреди большого зала, как раз в том месте, где обычно находится место проповедника, возвышала статуя.

Почти античная мадам из белого мрамора с протянутыми к залу руками. Казалось, она хочет кого-то обнять. Но одна сторона ее лица была обезображена чешуей, а за спиной раскинулись крылья.

Ясно, меня привели в драконий храм. Мамочки!

Это еще зачем? А зачем вообще ходят в храм?

В то, этот ненормальный вдруг решил на мне жениться, я не поверю. Скорее отпевать пришел. Ну или бесов из меня изгонять.

Да, это, пожалуй, самая адекватная теория.

Реймонд прошел прямиком к статуе, и вложил свою руку в мраморную ладонь.

Ну ладно. Помолиться человеку приспичило. Кто я такая, чтобы осуждать кого-то за религию?

Я решила скромно постоять в уголочке и подождать, когда внезапный теологический приход закончится.

Но не тут то было.

– Иди сюда.

– А? Ладно.

Ну подошла, мне не сложно.

– Руку сюда положи, – указал он на вторую мраморную ладонь, протянутую чешуйчатой мадам.

–Зачем?

– Делай, как тебе говорят, – зарычал Реймонд.

Вот это уже было странно. И выполнять его приказ совсем не хотелось. А вдруг это какой-то ритуал и он меня потом сожрет?

Да нет, не должен. Тут драконы вроде девственницами не пытаются. К тому же я вообще, на минуточку, замужем, поэтому от этого недостатка давно должна быть избавлена.

Я протянула руку с опаской и дотронулась до статуи.

Ну обычная. Холодный камень быстро нагревался от моей кожи.

И через пару секунд начал светиться. Начиная от каменных рук, заканчивая кончиками крыльев.

Это так должно быть?

Испугавшись, я убрала ладонь, даже спрятав за спину. И Реймонд не стремился вернуть ее назад.

Он сам отошел от статуи и застонал так болезненно, что казалось, у человека какое-то непоправимое горе. Ну, то есть, у дракона.

– Что происходит?

Мне снова не ответили. Какое-то время Реймонд смотрел на меня, а затем сделал то, из-за чего у меня глаза на лоб полезли.

Он рассмеялся.

Его низкий баритон отражался от стен храма, превращаясь в какие-то раскаты грома. И от этого становилось жутко. Тем более смех был явно не позитивный. В нем чувствовалась горькая ирония. Настолько, что я без слов поняла всю глубину непростой ситуации, в которой оказался Реймонд.

Осталось понять, при чем здесь я и нахожусь ли я такой же заднице, как и он?