Текст книги "Вещь (СИ)"
Автор книги: Любовь Ладан
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 11 страниц)
– Мне надо принять душ! Влад, прошу, дай мне хоть немного свободы, – взмолилась Маша, включая воду.
– Я могу тебе спинку потереть, маленькая, – смеялся Котов, – Ладно! У тебя десять минут, и мы едем бродить по Арбату, и есть эту твою резиновую еду!
– Ты серьезно? Великий Котов будет со всеми смертными есть чизбургер и пить колу? – подтрунировала она над ним.
– Иногда полезно идти в народ! И я буду что-то с мясом, чизбургер оставь себе! Детка, никаких джинсов, узких юбок, мне нужен доступ к телу! Вообще все брюки носи, когда я в отъезде, поняла? – Влад одевался в спортивную одежду и кроссовки.
– Влад, мы ж будем на улице. Прошу, не заставляй меня чувствовать себя распутной девкой, не залезай мне под юбку при всех, – Маша в полотенце уже появилась в гардеробной.
– На улице не залезу, но не могу гарантировать, что этого не случиться где-нибудь в машине или в безлюдном углу, – Влад выпрямился и подмигнул ей, – и скажи спасибо, что не заставляю идти без трусов. Я вызову такси, буду ждать тебя внизу, поторопись, – он шлепнул её по попе, выходя из комнаты.
***
Маша поднялась на носочки и вставила Владу в ухо один наушник.
– Что ты делаешь? – Котов стоял у Арбатских ворот. Как только Маша приблизилась к нему, он инстинктивно положил руки ей на талию.
– Ты ж хотел провести время, так как провела бы его я, а без музыки я его не провожу, – она улыбнулась, и Влад не сдержался, и поцеловал её прямо посреди улицы.
Он нравится, нравится мне, нравится, нравится так.
Нравится, я без ума.
Мама, в нем 40 градусов минимум, я на максимум выжата,
От него сегодня пьяна.
Невозможно, невозможно,
что невозможно расслабиться.
Он нравится, нравится мне!*
Влад любовался Машей. Длинноногая, изящная девушка улыбалась ему искренней, даже где-то по-наивному детской улыбкой. Увидев необычную картину или сувенир в витрине, она вырывалась из его рук и затем звала его посмотреть на найденное сокровище. Она вела его мимо дорогих брендовых магазинов и пафосных ресторанов и замирала как вкопанная рядом с художниками и музыкантами. Маша заворожено слушала Rain Andy Bawn в исполнении скрипачки, а Влад, обняв Машу со спины, с упоением вдыхал её запах, зарывшись носом в изгиб её шеи. Он часто ловил себя на мысли, что он помешался на её запахе. Вышагивая вдоль абстрактных картин, Маша искала потаённый смысл в каждой из них. Влад же злил её, наклоняясь к её уху и, произнося одну и туже фразу: «Снова очередная мазня! И это тоже!». В середине улицы Влад приметил ювелирный. Он потянул Машу внутрь. В магазине девушка растерянно переминалась с ноги на ногу в середине зала. Котов знал, как умеют манипулировать женщины, остановившись напротив витрины, томно вздыхая, не говоря ни слова, и намекая только лишь взглядом, что именно следует им подарить. Маша за все время, что находилась с ним, ни разу не прибегала к таким приемам. Влад стал подозревать, что она просто не умеёт так делать. Собственно она попросила его о подарке всего один раз. И то, это скореё был не подарок, а просьба вернуть вещь, которой она лишилась по его вине. Речь шла о мотоцикле, на котором она была в день, когда он её похитил. Мотоцикл был оставлен на месте, где она упала, и найти его не удалось, потому Котов купил ей другой. Сейчас, выбирая ей украшение, он готов был потратить любую сумму, но понимал, что для Маши не важна цена, и если вещь не зацепит её, то вне– зависимости сколько она стоит, она не оденет её по своей воле, а он хотел, чтоб его подарок она захотела носить сама. Он уже довольно долго смотрел на выкладку украшений, но никак не мог найти нужное. Маша робко потянула его за рукав, уговаривая выйти из магазина. И тут он увидел широкий браслет, на гладкой полированной поверхности которого была хаотичная россыпь маленьких гаек. Котов улыбнулся, это было то, что нужно. Довольный собой, он надел браслет ей на руку и внимательно следил за её реакцией. Она улыбнулась, подняла на него глаза и чмокнула в щеку. Влад почувствовал такую радость как когда побеждает его любимая футбольная команда, или как когда отец одобрительно похлопывает его по плечу. Он невольно вспомнил, как она плакала на полу в примерочной, когда он скупил ей ворох дорогой одежды и обуви. «Купил бы кольцо с огромным бриллиантом – расстроилась бы, что отношусь к ней как шлюхе, а бижутерия со смыслом – и смотрит на меня влюбленным взглядом. В ней все уникально – красота, ум, душа. Всё-таки, пятый элемент, не иначе!» – Котов держал её за руку, когда они шли по улице, и вглядывался в свет, льющийся из её изумрудных глаз.
Наконец, они дошли до Макдональдса. Заказ они сделали в терминале самообслуживания, где Маша подробно объясняла Владу, чем один пункт меню отличается от другого. Разместившись за столом у окна недалеко от выхода, они с аппетитом ели нездоровую еду, не отрывая взгляд друг от друга. Маша ела мороженное, когда Влад перегнулся через стол и попросил дать попробовать ему. Маша облизнула губы, зачерпнула ложкой мороженое и протянула ему. В этот момент она боковым зрением уловила движение у их столика. Парень в куртке с накинутым на голову капюшоном схватил её сумочку, которую она оставила на столе рядом с Владом. Котов, не изменившись в лице, ребром ладони ударил его по шеё. Удар был такой силы, что парень упал навзничь, исчезнув под столом. Влад губами снял с ложки мороженое, не спеша встал, склонился над парнем, разжал его пальцы, забирая сумку, и произнес, заглядывая ему в глаза:
– Кого ты щипать* собрался, ушлепок! Бомбила тебя не учил, что надо смотреть, кого в караси* записывать? Привет ему пламенный от Кота. Пошел отсюда, пока я добрый, – Влад повернулся к Маше, протягивая сумочку.
Маша впервые видела его бандитскую сущность. Даже когда он показывал ей свою темную сторону, то он был жестоким ублюдком, но не криминальным авторитетом. И кроме татуировки до сих пор ничего в глазах Маши не связывало его с криминальным миром. Сейчас перед ней был тот самый вор в законе.
– Не бойся, маленькая! Сумку надо на плечо одевать и удерживать перед собой, – он погладил её по щеке.
Когда через пол часа они вышли из Макдональдса улицу им перегородили пятеро бриготоголовых амбалов, перекаченных стероидами. Этих бойцов с полным отсутствием интеллекта возглавлял неприятный тип, стоящий от них немного впереди. Он был бесцветным как моль, приземистым и с побитым оспой лицом.
– И тебе пламенный привет! Не ожидал тебя тут увидеть! – произнес главарь, растягивая губы в неестественной улыбке.
– Я не искал с тобой встречи, – сдержанно ответил Котов, притягивая Машу к своему боку.
– Раз уж так вышло, что ты тут, давай побазарим!
– Скоро будет важное мероприятие для многих уважаемых людей, где мы вдоволь набазаримся. Зачем сейчас время тратить? Я с девушкой отдыхаю, о делах забыл, – Котов улыбнулся и демонстративно поцеловал Машу в висок.
– Что-то тебя на малолеток потянуло! Она хоть совершеннолетняя? – ядовито заметил Бомбила.
– Я чту статьи УК*, потому она совершеннолетняя. Удивляет, что мои пристрастия тебе не безразличны, – Котов зло сверкнул глазами.
– Так я может, хочу тебе подарок сделать. Поищу бабу тебе по твоему вкусу, – не унимался главарь.
– В этом вопросе мне помощники и посредники не нужны, Костян, – отрезал Котов.
– Влад, давай поговорим. Это нам обоим нужно. А девушка твоя погуляет пока, – Бомбила перестал быковать и заговорил другим тоном.
– Хорошо, только недолго, – решил уступить Котов. Он склонился к уху Маши и тихо сказал:
– Иди вперёд, подождёшь меня у начала улицы. Они тебя не тронут.
– А тебя? – Маша обхватила его за шею, заставляя посмотреть ей в глаза. В её взгляде он увидел испуг.
– Меня тем болеё, детка! Иди, – он подтолкнул её вперёд.
Бритоголовые расступились, давая ей пройти. Маша осторожно протиснулась в образовавшийся проход, а потом бросилась бежать по улице вперёд. Когда толпа бритоголовых уже скрылась из виду, Маша остановилась и набрала номер Вахитова. Запинаясь и тяжело дыша, она объяснила ему что произошло. Вахитов сказал, что будет через 10–15 минут и велел ждать у гастронома "Азбука Вкуса".
***
– Рослик, ну что ты как курица-наседка! Ты, что думаешь, я не смог бы тебя позвать, если б реально нуждался в помощи. Чего ты повелся на истерику испуганной девочки? – выговаривал Влад Вахитову, быстрой походкой приближаясь к повороту, где их ждала Маша.
Маша слышала его слова и вздрогнула от того, что теперь испугалась, что Котов не доволен её поступком. Когда Влад встретился с ней глазами, то у неё дрожали губы, и она нервно перебирала ремешок от сумки. До того как он увидел её Котов собирался всыпать им обоим за это самоуправство, но сейчас злость испарилась и захотелось обнять её и погладить по голове.
– Влад, Бомбила не предсказуем. Потому если у него пять мордоворотов, я тоже привез пять. Это паритет, мать его, – доказывал свою правоту Вахитов.
– Какой к черту, паритет! Его мордовороты нужны не для того, чтоб навалять мне, а ему – для уверенности. Меня бы они не тронули, тем болеё среди белого дня в центре Москвы. А теперь он будет думать, что смог запугать Котова, – возмущался Влад, – Ладно, все! Это уже не исправить. Х*й с ним. Пусть радуется, сучонок! Может, и хорошо, усыпим его бдительность до сходки.
Маша бледная как полотно продолжала стоять у фонаря, слушая их разговор.
– Рослик, дай мне ключи от тачки. Сам поедешь со своими мордоворотами, – Влад забрал ключи, – Маша, садись в машину.
Когда Котов уже выехал из центра, и направил машину к дому, на середине пути он съехал на обочину рядом с лесополосой, и заглушил мотор. В салоне повисла пауза. Влад отстегнул её ремень и, обхватив её за талию, заставил сесть на себя верхом.
– Маша, что по твоему он бы мне сделал? – спросил Влад, удерживая её за подбородок.
– Избил, убил! Зачем тогда ему столько громил с собой? – прошептала она.
– Если меня кто – то грохнет, то похоронят половину Москвы в братской могиле. Потому на меня может напасть только камикадзе. А этот упырь – сыкло, а не камикадзе, – объяснял Котов.
– Кто ты, Влад? – изумлённо распахивая глаза и делая рваные вдохи, спросила Маша.
– Ну, если б в воровском мире были титулы, то я был бы королем, а ты была бы моей маленькой фавориткой, – Влад сжимал её попу под юбкой, – И, знаешь, мне понравилось, что ты переживаешь за меня. А сейчас нам обоим надо снять напряжение, потому покажи мне, детка, как ты рада, что я живой и невредимый.
Влад притянул её за шею к себе, смял её губы и запустил язык в её рот. Он оттянул ластовицу её трусиков, и Маша сама подалась на встречу его пальцам, а потом и члену. Она приподнималась и опускалась над Владом, накрывая водопадом своих шелковистых волос. Влад большим пальцем надавил на её нижнюю губу, и она взяла его палец в рот и стала сосать, прикрыв глаза. У Влада от этого зрелища звёздочки пошли перед глазами, он непроизвольно ускорился и поршнем стал вбиваться в неё. Когда они оба без сил продолжали неподвижно сидеть, он произнес:
– Детка, у меня аж крышу снесло, от того что ты вытворяла с моим пальцем.
– Ты сделал из меня распутную девку, – она опустила глаза.
– Это мне говорит женщина, которая даже минет мне не делает, – ухмыльнулся Влад, сжимая её талию.
– Так найди ту, что делает, – возмутилась Маша.
– Тебя хочу, Машенька. Вот такую робкую, застенчивую, покрывающуюся румянцем, дрожащую от моих прикосновений. Все в тебе заводит, даже то, как смутилась сейчас. Я член вынимаю из тебя и снова хочу. Я мог давно тебя заставить сосать, но хочу, чтоб ты сама. День, когда ты станешь передо мной на колени и возьмёшь в рот, будет одним из самых ох*енных в моей жизни, – он держал её за голову, заставляя смотреть ему в глаза.
– Я не встану, – категорично заявила Маша.
– Не зарекайся. Когда то ты говорила, что не раздвинешь ноги для меня, – улыбка Чеширского кота* растянулась на его лице.
Влад пересадил её на сидение и бросил ей на колени упаковку влажных салфеток.
– Мне надо уехать на пару дней. В мое отсутствие не наделай глупостей, Маша, – предупредил он.
***
Большой стол был сервирован на террасе и ломился от исконно итальянских яств: виноград, абрикосы, моцарелла, свежие овощи, чиабатта и прошуто. Стеклянные стенки маленьких ликерных рюмок запотели от ледяного лимончелло. На Палермо спускался летний вечер и терраса, увитая цветущей глицинией, погружалась в сумерки. Хозяин дома вошёл на террасу и включил фонари, которые тут же осветили мягким светом периметр. Остановившись у входа, он позвал своего гостя следовать за ним. Хозяин был уже пожилым мужчиной, но не выглядел стариком. Благородная седина покрывала не только виски, но и всю голову. Он был высоким, мускулистым. Из-под рукавов футболки выглядывали вытатуированные купола, плотным узором, покрывающие руки. На щеке у мужчины был глубокий шрам. Черные глаза внимательно изучали гостя.
– Пап, что ты пытаешься во мне рассмотреть, – спросил Влад, выходя на центр террасы.
– Смотрю, как ты изменился, – Игорь Александрович Котов похлопал его по плечу.
– И что там? Вроде каждое утро смотрю на себя, существенных изменений не наблюдаю, – улыбнулся Влад.
– Выражение глаз другое. Обычно как у хищника перед броском, а сейчас как у сытого кота, объевшегося сметаны, – отец протянул Владу рюмку с лимончелло.
– Ничего не скрыть от тебя, – Котов залпом выпил спиртное, – я и вправду чувствую себя сытым котом.
– Не расслабляйся, всегда надо быть на чеку. Ты помнишь, что в конце месяца сходка?
– Я подготовился во всех смыслах. Не переживай. И бабки собрал, и железобетонные аргументы по тем вопросам, что ты велел там поднять, тоже, – отчитался Влад.
– Бомбила тоже подготовится. Тебе бы узнать о его аргументах, – наставлял его отец.
– Уже. Он их изложил мне лично. У него их нет.
– Ты встречался с ним? – удивился Игорь Александрович.
– Случайно вышло. Он настроен на объявление тупой и беспощадной войны. Если не получит территорию Клеща, то сразу после сходки начнет мочилово по полной программе. Я этого не допущу. Поэтому если решение будет не в его пользу, я уже договорился с Валетом, что Бомбила со сходки живым не выйдет, – излагал Влад свой план.
– Ясно. Прошу, будь, аккуратен. Бомбила не дурак, он может пальнуть первым, – старший Котов переживал за сына.
– Пап, все будет по плану. Лучше расскажи как ты тут? – Влад сел в плетёное кресло и вытянул ноги.
– Так, а что у меня? Стариковские развлечения. Вот с Антонио ходим на рыбалку, ещё он пригласил меня на дегустацию своих вин. Кстати, дерьмо! Так что если Винченцо будет предлагать, ты не пробуй, просто запечатанную бутылку бери, потом в унитаз выльешь. А то я ж, дурак, купился на его росказни – букет, купаж, а там кислятина. Меня аж передёрнуло. Но я ж не мог ему об этом сказать. Сам понимаешь! Для него его вина, это как его дети. Он за оскорбление этого вина и закопает меня на винограднике, – Игорь Александрович, облокотившись о перила, по-прежнему рассматривал сына. Он безмерно гордился им и скучал по нему. Поскольку виделись они редко, то старший Котов улавливал даже малейшие перемены в характере и его внешности. Вот сейчас он чувствовал, что Влад сильно изменился с момента их последней встречи. Он все время улыбался и вальяжно растянувшись в кресле, из-под опущенных ресниц смотрел на закат. Это был не прежний Котов, натянутый как струна, с цепким орлиным взглядом.
– Пап, ты любил женщину? Мою мать любил? – неожиданно Котов посмотрел прямо в глаза отцу.
Игорь Котов опешил от вопроса. Несколько секунд он обдумывал не столько ответ, сколько причину, почему сын решил спросить об этом.
– Любил. Любовь делает мужчину слабым, глупым и уязвимым. Потому с женщинами должен быть один формат отношений: трахнул, забыл, трахнул следующую. Благо недостатка в бабах у тебя быть не может, Влад! – на скулах отца выступили желваки. Он явно был зол.
Услышав ответ, Влад помрачнел, выпрямился в кресле.
– А если не хочется другой! Если та, что трахаю сейчас, настолько хороша, что ни одна другая с ней не сравниться? – спросил он.
– У тебя появилась постоянная женщина? – старший Котов принял стойку – ноги на ширине плеч и положил руки в карманы.
– Да!
– И что у неё там такое между ног, что ты оторваться не можешь? Или она сосет как пылесос? – Игорь Котов злился. У него были стойкие убеждения, и он до сих пор считал, что сын их разделяет.
– Она вообще не сосет, папа! Не умеёт! А между ног у неё ох*енно! Узко так, как не было ни у одной раньше! Я не знаю, как тебе объяснить. Меня все в ней заводит: голос, запах, волосы, глаза, губы, то, как смотрит на меня, как касается. Черт, да в ней все идеально! Мне нравится не только её трахать, мне нравится просто, что она находится рядом со мной. Я восхищаюсь ей! Её умом, храбростью и верностью! Да, папа, и это в ней тоже есть! – Влад не думал, что разговор с отцом пойдет о Маше. Просто хотел понять природу чувств к ней. Хотел узнать о любви отца, на которого похож и, значит, способен на такие же чувства, как и он.
– Не бывает верных женщин! Это не в их бл*дской природе! Если женщина тебе верна, это означает, что она пока не встретила нужного размера член или кошелек! – Игорь Котов был в ярости.
– А может такое быть, что она ошибка природы? Что она уникальна, и ты такую, как она не встретил? А мне повезло? – с вызовом спросил Влад.
– Может! В этом мире все может быть! Но вероятность этого одна сотая процента! И пока ты не убедился в этом, я хочу, чтоб ты не позволял ей использовать тебя! Пообещай мне! – отец сверлил его черными, как бездна глазами, такими же, как у Влада.
– Ты не поверишь, пап! Она ничего у меня не просит, ей ничего не нужно от меня, кроме одного! – Влад сделал паузу.
– Вот мы и добрались до главного! Чего же хочет твоя идеальная? – вкрадчиво спросил Котов старший.
– Хочет, чтоб я её отпустил, но я не отпущу, – Влад замолчал, и, казалось, даже звуки ночи затихли. Повисла гробовая тишина.
– Покажи мне её фото, – попросил отец.
Влад достал смартфон, поискал нужные фото и видео и отдал телефон отцу. Старший Котов рассматривал Машу с удивлением, у него даже брови поднялись вверх.
– Влад, куда делись роскошные шалавы, которых ты обычно выбирал? Она же выглядит невинным ребенком! – Игорь Котов не мог скрыть своего недоумения.
– Роскошных шалав я трахнул и забыл, как ты и велел. А она и была невинным ребенком до встречи со мной, – Влад потянулся к ещё одной рюмке лимончелло.
– Как получилось, что она оказалась в твоей постели? – Котов старший продолжал пролистывать фото.
– Она сделала то, за что я хотел её наказать. А когда она оказалась у меня в руках, я понял причину её поступка. И чем больше узнавал её, тем больше понимал, что хочу, чтоб она оставалась рядом со мной, – Котов опрокинул ещё одну рюмку в рот.
– Влад, она очень красива. И если она ещё настолько же необычна как ты говоришь, то она их тех женщин, которых называют роковыми, – печально произнес Игорь Александрович.
– Хочешь испугать меня? – Влад поднялся с кресла и положил руки отцу на плечи, заглядывая ему в глаза.
Теперь они стояли рядом, и без всякого теста ДНК было очевидно, что они отец и сын. Рост, повадки, даже улыбка и прищур глаз все было одинаково. И хоть старший Котов и был разочарован в любви и женщинах, но такое сходство, говорят, возможно, только, если ребенок зачат в любви.
– Роковая, это значит, что она может не только погубить тебя, ещё кого-то кто рядом, но и может погибнуть сама. В любом случае, она как огонь, с ней рядом небезопасно! – отец вернул Владу смартфон.
Глава 21. Плохой парень.
Маша приоткрыла дверь в его кабинет и замерла у входа. Влад стоял у рабочего стола, раскладывая документы на столе.
– Ты не позвонил, не сказал, что уже вернулся. Не хотел меня видеть? – Маша нервно обняла себя руками.
Влад выпрямился и, продолжая стоять у стола, рассматривал её. Пару прядей выбились из её косы, кремовая блузка обтянула высокую грудь, а фалды бежевой юбки подчеркивали её округлые бедра. В её глазах была обида и недоумение.
– Закрой дверь на щеколду, – не двигаясь, дал ей распоряжение Влад.
– Зачем?
– Ты ж не хочешь, чтоб весь офис узнал, как я не хотел тебя видеть. Закрой дверь и иди ко мне, – Влад снял пиджак, расстегнул манжеты рубашки и подвернул их.
Она послушно закрыла дверь и подошла к нему. Котов улыбнулся, и неспешно стал расстегивать её блузку, снял бюстгальтер и накрыл руками её грудь. Он услышал, как под его ладонями бешено заколотилось её сердце. Маша потянулась к поясу его брюк и подрагивающими руками расстегнула его ширинку, высвобождая член. Влад переместил руки ей под юбку и до боли сжал её ягодицы. Она застонала и подалась вперед, опираясь руками о его торс. Влад рывком сорвал с неё трусы и провел пальцами между её ног.
– Ты ж моя умница, рад, что ты рада меня видеть. Моя мокрая девочка, – Влад подхватил её за талию и посадил на край стола.
Надавив ей на живот, он заставил её немного откинуться назад, и вошел в неё, медленно, аккуратно, давая ей время растянуться и принять его. Придерживая её за спину, он ускорил толчки. Маша старалась сдерживать стоны и вцепилась в его плечи, сминая ткань рубашки. Когда она часто задышала, выкрикнув его имя, он уложил её спиной на стол, закинул её ноги себе на плечи и, неистово вбиваясь в неё, закрыл ей рот рукой. Влад застонал, а Маша как от разряда тока выгнула спину, её крик утонул в его ладони. Несколько минут они оба приходили в себя. Влад притянул её к себе, заставив сесть. Он гладил её по обнаженной спине, чтоб помочь ей унять дрожь.
– Детка, если ты быстро не оденешься, то мы пойдем на второй заход. А нам надо работать, – он помогал одевать ей блузку.
Когда он склонился над ней, пытаясь справиться с маленькими пуговицами у её воротника, она обвила его шею руками и поцеловала. Сама испугалась своего поступка, и тут же отстранилась. Но Котов, схватив её лицо своими большими ладонями, жадно набросился на её губы. «Сама поцеловала, сама расстегнула ширинку, сама! Машенька, детка, у нас, похоже, новый этап в отношениях: когда ты уже не только позволяешь мне брать тебя, но и несмело проявляешь инициативу. Как же мне это нравится! Как же заводит!» – проносилось у Влада в голове, пока он яростно сминал её рот. Когда он отпустил её, она продолжала сидеть на столе, у неё не было сил, чтоб встать. Влад же в это время полностью оделся, взял в руки папку и бросил Маше на колени. Маша, все ещё тяжело дыша, открыла её и увидела документы на корпорацию Давыдова – «Айсберг». Она растеряно подняла глаза на Котова.
– Да, ты правильно поняла, детка. Это наша новая цель захвата, – произнес Влад, хищно оскалившись.
– Прошу, не заставляй меня идти против него, – взмолилась Маша.
– Я пожалел тебя и не заставил наблюдать, как я медленно убивал Волкова, но на уничтожение Давыдова ты будешь не только смотреть, но и примешь в нем участие. Я его не убью, но лишу всего. Я не знаю, что ты там до сих пор к нему испытываешь, но он виноват, Маша! Он виноват, что ты оказалась у меня. После того, что ты сделала в Сочи, он должен был понять, что я приду за тобой, и должен был думать о твоей безопасности, а он был так беспечен или так глуп, что позволил тебе войти в зал для переговоров, где был я…
– Нам просто в голову не приходило, что ты сам был в казино и знаешь меня в лицо! Мы думали, что там были твои люди, но не ты сам! А Роман Олегович, вообще не знал, что я войду туда, он распорядился, чтоб я ушла в отпуск, – пыталась защитить его Маша.
– А должен был знать, должен был подумать! Вместо этого он бросил беззащитную девочку к моим ногам! А потом он оставил тебя без помощи у Волкова, и всё это я ему спускать не намерен. Он старый мудак, который использовал тебя и дважды подставил! Так что ты разберешься в материале и построишь мне поэтапную стратегию по обвалу всей его империи! – Влад склонился над ней, удерживая её за плечи.
Котов лукавил. Причина того, что он решил сейчас разделаться с Давыдовым, была в том, что их бизнес – интересы опять пересеклись, и Влад, зная, что Маша знает «Айсберг» изнутри, понимал, что теперь с её помощью уничтожить конкурента будет легко. Но истинную причину ей знать не стоило, потому что тогда Маше морально сложнее было бы выступить против Давыдова.
– Он многое сделал для меня, я ему обязана. Я не хочу ему мстить! – Маша все ещё надеялась избежать того, что для неё подготовил Котов.
– Маша, я плохой парень. Не получиться остаться рядом со мной чистым невинным ангелом! – Влад поднял её лицо за подбородок.
– Ты решил мне крылья сломать? – обречено спросила она.
– Нет, я за эти крылья держу тебя, чтоб ты от меня не удрала. Но я весь в крови и в адской саже, потому твои крылья уже не будут белыми, – Влад снял её со стола, поставил на пол и развернул за плечи в направлении выхода из кабинета, – Иди, работать.
***
Весь день Маша не находила себе места. Она не могла! Не могла так поступить с Давыдовым. К вечеру она решила ещё раз поговорить с Владом. "В конце концов, что он мне сделает? " – подумала она, входя в гостиную, где Котов сидел на диване и пил виски. Это было плохим знаком, потому что когда он пил – это, означало, что он хотел успокоиться. Котов взбешён? Маша знала, что Влад страшный человек, но ведь ей, по сути, он ещё ни разу ничего не сделал. Угрожал, но не сделал. И проигнорировав то, что Влад явно был не в настроении, она собралась с духом, подошла к нему и сказала:
– Я не буду этого делать. Я не могу.
Котов на несколько секунд замер, внимательно изучая её лицо, потом поставил стакан на журнальный столик и поднялся с дивана. Он обошел её и стал у неё за спиной.
– Ладно, маленькая. Как скажешь! – Он положил ей руки на талию, взяв её в тиски, – Такой ты ожидала ответ от меня услышать? – неожиданно заорал он, встряхивая её как тряпичную куклу.
Машу от страха парализовало. Она слышала свой пульс, который ускорился так, что, казалось, сердце выпрыгнет и побежит прятаться за портьеру.
– Если это так, детка, то ты меня с кем-то перепутала. Я был слишком нежен с тобой, потому что ты была послушной, и ты решила, что можешь диктовать мне условия? Я тебе сейчас вытрахаю всю эту дурь из твоей головы! Покажу тебе – каким я могу быть! Когда поймёшь, что такое не для тебя, скажи мне, что снова будешь хорошей девочкой, и прежний Влад вернётся, – с этими словами он буквально выдернул её из одежды.
Он нещадно мял её тело, шлёпал по бёдрам, груди, промежности, прикусывал до крови шею. Котов сорвался с цепи. Он брал её больно, грубо, словно хотел разорвать, а не овладеть. Поставил её на диван в развратную коленно-локтевую позу: головой в подушки с выпеченной пятой точкой вверх. Он был в ярости и не столько от того, что она не подчинилась ему, сколько от того, что она защищала Давыдова. Котов ревновал к нему! И эта ревность имела вот такое уродское проявление. Влад тянул с силой её за волосы, словно хотел снять с неё скальп, выгибал её тело так, что у неё кости трещали. Маша вскрикивала, стонала от боли, рвано дышала, но не плакала. От такой близости она совсем не возбуждалась и Котов брал её на-сухую, больно разрывая её нутро.
– Подумай над своим поведением, детка, если не хочешь, чтоб я продолжал уроки послушания! – сказал ей на ухо Котов, натягивая брюки, и оставляя её растерзанную на диване.
***
«Влад, уже столько времени прошло, а я никак не могу забыть о той чудесной малышке. Её прекрасный голос до сих пор звучит у меня в ушах. Признайся, ты специально тянешь время, чтоб повысить цену за неё. Ты уже точно должен был наиграться с ней. Хватит! Отдай девчонку мне, ведь именно поэтому ты мне её и показал. Знал, что она в моем вкусе. Ты обещал подумать над условиями! Я готов на все! Любая сумма! Винченцо Виларди».
Маша читала эти строки в он-лайн переводчике, и чувствовала, как воздух закончился в легких: «Он показал ему меня, чтоб, когда надоем, выгодно продать. Ублюдок». Она сидела перед монитором и качала головой, не веря тому, что видит.
После того как Влад бросил её в гостиной, она с трудом поднялась, приняла душ, пытаясь под потоками воды унять боль. Получалось плохо. Тело болело так, будто по нему проехал каток, внутри полыхало огнем. Но самое страшное было не это. Маша влюбилась в Котова. Сейчас же своим отношением к ней Котов потоптался на её чувствах. «Дура! Какая же дура! Он же говорил, чтоб я помнила кто он! Помнила, зачем он меня держит рядом с собой! А я поплыла, расклеилась… уже чуть ли не семью с ним стала планировать, идиотка! Нельзя такого любить! Маша, отрубай сердце, включай мозги! Они тебя никогда не подводили!». И она принялась душить в себе все зачатки привязанности, благодарности, теплоты к нему. Она смотрела на себя в зеркало и старалась запомнить в красках результат его «урока послушания». Все тело было в засосах, синяки проступали на шеё, на запястьях, на внутренней стороне бедер, кожа покраснела на местах, где он нещадно хлестал её ладонями. Маша понимала, что второго такого раза она не выдержит, потому придется дать ему то, что он хочет. Хочет план по уничтожению Давыдова – получит. Поэтому она решила немедленно заняться этим, тем болеё расслабиться и поспать у неё бы все равно бы не получилось. Она спустилась в рабочий кабинет Котова, где был его ноутбук. Этот ноутбук был домашним, на нем не было никакой важной информации, потому доступ к нему был даже без пароля. Влада в доме не было. Маша устроилась в кресле у него в кабинете и уже полночи разрабатывала стратегию захвата корпорации «Айсберг», когда в Skype прилетело сообщение Винченцо. Увидев, знакомое имя, она не удержалась и раскрыла его, а затем перевела. И вот теперь потрясенная, она не могла себя собрать. Маша знала, что Котов относится к ней как вещи, сегодня собственно он ещё раз наглядно это продемонстрировал, но что это может быть настолько буквально! Что он её просто продаст как подстилку б/у! Это за гранью! «Мне надо спасать себя. А то эти мрази так и будут меня продавать друг другу, пока я не окажусь в борделе, где буду обслуживать по двадцать клиентов в день. Я должна срочно катапультироваться с этого падающего самолета!».
***
Влад в бешенстве вышел вечером из дома и направился в ночной клуб. Ему хотелось упиться в хлам, чтоб забыть все, что он сейчас с ней сделал. Он сам не понял, как это получилось. Думал, как всегда, начнет пугать, и она расплачется, попросит пощады, и он отпустит. «Упертая, сучка! Ни одной слезинки! Типа делай, что хочешь со мной, но я буду защищать этого своего престарелого благодетеля! Что там такое у тебя к нему? Детская влюбленность что ли? Платоническая любовь? Что?» – Влад в ярости ударил по рулю, – «Бл*дь, я животное. Я ж растерзал её всю, на ней живого места, наверное, нет. Бедная девочка! У неё ж кожа нежная, она ж узкая внутри. Что ж я наделал! Сука! Надо было, как то иначе заставить. Ведь до сих пор же обходился без таких мер, а сейчас как с катушек слетел!». Котов резко развернул машину на трассе, собирался сразу вернуться, но потом представил как сейчас войдет в дом и увидит её там на диване, где он её оставил, и ужаснулся. Он не знал, что делать дальше. Влад остановил машину и снова развернулся и направился в клуб. Идея напиться показалось ему единственно верной. Просидев в клубе до 5 утра, он отчаянно пытался залить все свои душевные терзания алкоголем, но он его не брал. Забыть о том, что он сделал, не получалось, стало ещё хуже, потому что теперь дико разболелась голова. Котов направился домой. Войдя в дом, зашел в гостиную, затем в спальню – Маши нигде не было. Позвонил охране, чтоб узнать, где девушка. С удивлением узнал, что всю ночь она провела в его кабинете с ноутбуком. Когда он распахнул дверь в кабинет, она действительно сидела в кресле, замотавшись в плед как в кокон, и уставившись в экран лэптопа.
