Текст книги "Здесь вам не тут, а магия! (СИ)"

Автор книги: Любовь Хилинская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 12 страниц)

15

– Я остаюсь, – медленно проговорила я, нахмуренно глядя на Ника. – В своем мире я буду также уязвима, но там не будет всех вас. Здесь я хотя бы под присмотром, могу продолжать изучать магию, а появление вашего этого Куратора решит все проблемы. Есть какая-то кнопка, куда можно нажать и позвать его? Он как супермен, в плаще и трусах прилетит?

– В каких трусах? – от моей логики, похоже, у мага случился легкий шок.

– В красных, – спокойно отозвалась я. – Или в синих. Если честно, не помню, у него лосины синие, а трусы красные или наоборот.

– Он совершенно нормальный! – возмутился Николас. – И я бы на твоем месте поостерегся свои фантазии в слова облекать. Он может не оценить юмора.

– Вот еще! – фыркнула я. – Это ты, похоже, юмор не ценишь совершенно!

Я надулась, как мышь на крупу, отвернувшись и смотря в окно. Вот еще, буду я возвращаться в свой мир и сидеть там в неведении! Моя задача – максимально здесь задержаться, научиться хотя бы базовым аспектам магии, а все остальное я и сама могу по книжкам освоить. Ну и вообще, что я скажу на Земле? Исчезла из реанимации и вернулась совершенно здоровая, даже царапинки на мне нет? Как объяснить свое отсутствие на работе и тому подобные мелочи? Нет, мне абсолютно точно путь в свой мир закрыт. Осталось только донести это до Ника. А если он не хочет понимать – то это не мои проблемы!

Между тем маг сидел, отвернувшись и будто крепко задумавшись. Лоб его в области переносицы прорезала глубокая вертикальная морщина, весь вид выражал усталость и задумчивость. Подперев рукой подбородок и облокотившись на спинку кресла, вполоборота ко мне, он задумчиво сверлил взглядом стену. Или просто настолько глубоко ушел в себя, что казалось, будто душа его далеко-далеко от тела.

– Ник! – позвала я тихонько.

Нет ответа!

– Никки! – уже громче.

Молчание.

– Николас! – я вскочила и потрясла его за плечо.

Будто очнувшись, медленно он повернул голову ко мне и взглянул в лицо. Радужка его глаз была ярко-синяя, будто даже светилась изнутри. Сердце мое екнуло. Я как завороженный мотылек готова была лететь на этот свет. Николас обнял меня рукой за талию и склонился ко мне, уткнувшись виском в живот.

– Тебе нужно уйти в свой мир, – глухо произнес он. – Я боюсь за тебя!

– Я тоже за себя боюсь и потому останусь, – возразила я, ероша волосы у него на голове рукой. Пряди проскальзывали между пальцами, казались шелковистыми и послушными.

– Я не думаю, что они помчатся за тобой!

– А Арно? – я с сомнением покачала головой. – Ты забываешь, что он знает, где меня искать. И для него не секрет, что я не владею своей магией, не могу ею пользоваться.

– Ты права. – Ник поднялся и отошел от меня, потерев лоб, будто мучительно размышляя о чем-то. – Не знаю, как быть. Отец предлагает спрятать тебя на мамином острове, среди сирен, но они совершенно не владеют боевой магией и не способны защитить в случае опасности. Если ты будешь там, а гунны обнаружат, то я никоим образом не успею тебе на помощь! А если ты останешься здесь, то и мне придется остаться и защищать тебя, в то время, как отцу нужна моя помощь.

– А Лерейс? – тихо спросила я. – Может, мне затаиться среди виверн? Они примут меня?

Резко обернувшись ко мне, Николас просиял.

– Точно! – воскликнул он. – Ты с ней подружилась, она может тебя оставить в своем гнезде на некоторое время, пока мы гасим конфликт. Я сообщу отцу, а ты пока будь здесь.

Николас быстро покинул мою комнату, вновь оставив меня одну. Я взгрустнула от предстоящего расставания, но потом оживилась. Виверны! Это ж так круто! Я точно подружусь с ними со всеми и попробую полетать.

Вернувшись в спальню, я собрала часть вещей, которые могли мне понадобиться у виверн, теплую кофту, гигиенические принадлежности и принялась ждать, когда за мной придут. Посидела в кресле. Посидела на подоконнике. Послонялась по балкону. Выглянула в коридор. Да что ж такое! Может, меня забыли здесь на всякий случай и надеются, что я умру тут от голода, тогда и проблема с моей охраной исчезнет? Ну уж нет, так не пойдет! Я рванула из комнаты навстречу приключениям.

Тихо ступая, прошла по длинному коридору, свернула к лестнице и спустилась вниз. Тишина!

Заглянула в одну дверь – пусто! В другую – та же история. За одной из дверей слышались голоса. Побоявшись вот так сразу врываться, я наклонилась и попыталась подслушать, кто там находится и что говорит.

– Кхм-кхм! – раздалось за моей спиной покашливание.

Резко разогнувшись, я с возмущением оглянулась. Кто это там вздумал меня напугать? За спиной стоял высокий широкоплечий красавец с шоколадными глазами. Его вьющиеся волосы падали на лоб и спускались за уши до середины шеи. Он, сложив руки на груди, с подозрением смотрел на меня.

– Кто вы такая, милая девушка? – голос его казался медовым с бархатными нотками.

Ух! Наверняка от него млеют все барышни в округе. Но только не я.

– Могу вас тот же вопрос задать встречно, – заметила я, отзеркалив его позу и скрестив руки на груди.

– Это не я подслушивал у кабинета Верховного мага, – иронично усмехнулся он.

– Я не подслушивала! – возмутилась я, нахохлившись.

– Странный у вас способ тогда входить в кабинет, – в голосе его звучал скрытый смех.

– Слушайте, я хотела всего лишь уточнить, кто там находится и можно ли войти! – огрызнулась я. – Подслушивать – совершенно не мой метод! И вообще, почему я должна оправдываться перед вами?

– Может, потому что я родной брат Верховного Мага и волен задавать любые вопросы, – усмехнулся он.

– Хм, – задумалась я. – Все равно считаю, что это не дает вам право допрашивать меня!

В это время дверь открылась, и в проеме застыли двое – Верховный Маг и его сын.

– Виола! – воскликнул один.

– Шери! – воскликнул другой.

И оба, вернее, все трое, уставились на меня. А я что? Я ничего, я примус починяю!

– Привет, дядя, Николас! – кивнул обоим мужчинам незнакомец. – Занятные тут у вас девицы прогуливаются случайно возле рабочего кабинета.

– Позволь представить тебе моего брата, Виола, – Верховный маг довольно пожал руку незнакомцу, – это Шери Эстерсиади. Шери, это Виола, потрясающая находка Николаса.

– Позвольте выразить вам свое восхищение, прекрасная леди! – галантно склонил голову Шери, вогнав меня в краску.

Представляю, какой «прекрасный» вид у меня был сзади!

– Мне тоже очень приятно познакомиться, – пискнула я и на всякий случай отступила поближе к Нику.

– Николас, займись Виолой, размести ее, как мы договорились, а потом возвращайся. Нужно обсудить дальнейшую тактику, – Верховный довольно хлопнул брата по плечу, – пойдем, брат, нужно поговорить.

Оба мужчины скрылись в кабинете, а мы с Ником остались вдвоем.

– Хочешь есть? – он с улыбкой смотрел на меня.

– Я за любой кипишь, кроме голодовки! – отозвалась я и по удивленно приподнятым бровям мага поняла, что он не догадался о значении этой фразы. – Хочу есть и скорей давай к вивернам идем! Мне жуть как интересно, где живет Лерейс!

Ник тихонько засмеялся и сокрушенно покачал головой.

– Ну ты и обжора! Идем уже, маленький проглот!

16

Оказывается, чтобы попасть к вивернам, нужно было получить разрешение от вожака стаи. Я вся извелась, стоя на маленьком плато высоко в горах, ожидая, когда Ник вернется после разговора с Астартом, так звали могучего ящера. И еще выяснилось, что они не просто ящеры, а ящеры-оборотни, умеющие обращаться в людей. Самое интересное, что не все из них пользовались второй ипостасью. Были такие, которые жили только в звериных обличиях, например, сам вожак, другие только в человеческих. А некоторые перекидывались по желанию. Именно поэтому община виверн была закрыта для общения с другими людьми, и именно поэтому Николас с отцом так легко согласились спрятать меня здесь. Не каждый злодей будет согласен сунуться к огнедышащим громадинам за маленькой худенькой мной.

К нашему удивлению, Астарт легко согласился и даже лично прибыл взглянуть на меня. Я чуть кирпичей не наложила от неожиданности, когда в голову мне фыркнули горячим дыханием. Медленно повернувшись в ту сторону, я только и пискнула «мама!» и отшагнула назад.

– Мелковата! – вынес свой вердикт ящер.

Голос его громом разнесся над плато.

– И ничего не мелковата! – обиделась я. – Я ж не в суп к вам пришла, а в гости! А гостям нужно радоваться любым, хоть они мелкие, хоть страшные, хоть вредные!

Из затрепетавших ноздрей ящера вырвались струйки пара. Он вновь фыркнул.

– Мы не едим суп! – пробасил он, а потом безо всякого перехода заметил: – Я ее забираю, Николас, можешь уходить.

Маг, стоявший до того невдалеке, выдохнул с облегчением. Понравиться этому вредному вожаку было очень тяжело, он вообще не любил людей, а магов тем более. Еще в то время, когда предки виврен – драконы – воевали с магами, те применяли к ним свою силу и нарушили баланс в организмах ящеров, что привело к вырождению. Передние лапы со временем атрофировались и сейчас им приходилось в звериных обличьях пользоваться только мощными задними и крыльями, что доставляло некоторое неудобство. С тех пор виверны неохотно контактировали с магами и только недавно согласились сотрудничать.

– Виола! – Ник приблизился ко мне. – Я должен идти. Постарайся быть хорошей девочкой, не зли их. Сюда Арно точно не сунется, он боится огнедышащих.

– Ник! – я шагнула к нему порывисто и обняла за талию. – Я не люблю долгих прощаний! Я буду ждать тебя, как Пенелопа Одиссея, возвращайся с победой!

Мы коротко поцеловались, так как было неудобно это делать под сверлящим взглядом Астарта, потом маг открыл портал и ушел, подмигнув мне на прощанье.

– Идем! – могучий хвост хлестанул по плато. – Будешь жить с Лерейс, раз уж ты с ней знакома.

Я медленно обернулась и посмотрела на Астарта. Он нетерпеливо выпускал пар из ноздрей, крылья его были чуть разложены и готовы к полету.

– Нам нужно спуститься вниз? – с дрожанием в голосе спросила я, скосив глаза к подножию плато.

Здесь было не меньше 50 метров!

Переведя взгляд на Астарта, я растерянно пролепетала:

– И как я спущусь?

– А ты смешная, – судя по булькающим звукам и клубам пара, этому ящеру было смешно.

Ага, мне б тоже было смешно, если б я была как он, а он как я. И, стоя на краю обрыва, боялся спуститься!

– Давай мне на спину!

Я с удивлением узрела, как он вытянул одно крыло, предлагая мне забраться по нему на спину. Подойдя поближе, я потрогала перепонку, которая наощупь казалась мягкой и тонкой.

– А она не порвется? – с сомнением спросила я.

– Ха-ха! – Астарт не удержался и расхохотался. Это было похоже на гром. – Забирайся быстрее, девочка, а то я тебя унесу, как мы носим добычу!

Я с испугом, согнувшись в три погибели и распластавшись по крылу, пыталась забраться наверх. Со стороны, наверное, было очень смешно смотреть, как я это делала. Мне было страшно от высоты, от того, что могу сделать ящеру больно, от того, что вообще могу не доползти. Эта мышиная возня скоро надоела ему и крыло выпрямилось, став параллельно земле. Стало значительно легче, и я быстро переместилась в район спины ящера.

– Садись ближе к шее, чтоб попа между крыльями была, держись за шипы! Полетели!

– Ааааааааааа!

Я сама от себя не ожидала, что могу так заорать! Это было неожиданно и очень страшно! Огромные крылья быстро подняли тело ящера вместе со мной ввысь, а потом он резко спланировал вниз. Надорвав голос, я замолчала, вцепившись в выступ в районе шеи Астарта и зажмурившись. Ноги мои были настолько напряжены, что дрожали, да и вообще, казалось, что вся я как натянутая струна. Сердце – цвиг-цвиг – билось так быстро, будто хотело выпрыгнуть из груди, внизу живота собрался тугой комок, готовый выплеснуться тошнотой. Борясь с липким страхом и чтобы не стошнило, я вцепилась еще сильнее в гребень и буквально втиснулась в тело виверны.

Совершенно неожиданно полет замедлился, а потом ощутился мягкий толчок о землю. Медленно я разжала ледяные пальцы и приоткрыла глаза. Мы приземлились в центре деревни. Нас окружили жители в простой одежде, ребятишки разных возрастов застыли у матерей, кто держа за юбку, кто за руку. И все молчали.

Астарт вытянул крыло, и я буквально съехала по нему, с трудом встав на дрожащие ноги.

– Кто это? – слышался шепоток среди людей.

Будто услышав их, Астарт вытянул шею вверх, став еще выше, а потом громовым голосом потребовал тишины. Это было зря – все итак внимательно смотрели на него, замерев.

– Это магиня Виола, ее нужно приютить в нашей общине, – прогрохотал голос ящера сверху.

– Магиня! – зашептались в толпе.

– Мы же не вмешиваемся! – пискнул кто-то тоненьким голоском.

– И ты права, Наджала, мы не вмешиваемся, – Астарт обвел всех взглядом. – Но сейчас появилась опасность, которая заставляет нас пересмотреть свои взгляды. Угроза, нависшая над магическим миром, угрожает и нам. Гунны!

При этом слове в толпе заволновались, загомонили.

Я с интересом наблюдала за вивернами, стоя по-прежнему рядом с Астартом.

– Лерейс! – из толпы отделилась девушка. – Вы с Виолой знакомы, я поручаю ее тебе.

Взмахнув крыльями, Астарт взлетел и вскоре был уже высоко.

Я с интересом уставилась на подошедшую селянку, пытаясь угадать в ней черты ящерицы. Но, к моему величайшему удивлению, их не было. Она была похожа на некрасовскую крестьянку, высокая, крепкая, с длинной шеей, темно-русыми волосами, заплетенными в длинную косу, спускающуюся до пояса, потрясающими серо-зелеными глазами, словно опушенными веером черных ресниц.

– Здравствуй, маленькая подружка, – глубоким голосом произнесла она. – Пойдем со мной.

Я послушно потрусила за Лерейс, с любопытством оглядываясь по сторонам.

17

В доме Лерейс, или, вернее сказать, избе, я расслабилась. Странно, но это произошло впервые за все время моего нахождения в этом мире.

Усевшись в мягкое плетеное кресло и подогнув под себя ноги, я лениво рассматривала обстановку в комнате, которая по-совместительству была и кухней и гостиной, и чувствовала, что засыпаю.

Виверна в своем человеческом обличье куда-то вышла, велев мне дождаться ее, а мне и деваться было некуда. Поэтому я оглядывалась, подмечая разные уютные детали и сама не заметила, как уснула. Снилось мне опять море. Я лежала у берега на песке, ласковые волны покачивали на своих гребнях, волосы мои развевались в воде. Вот так и наступает полный релакс, которого в моем техническом мире добиться очень сложно.

Проснулась, когда меня осторожно потрясли за плечо.

– Виола! – тихонько позвал меня женский голос.

– Ммм! – простонала я, чувствуя, как тело затекло, и нехотя открывая глаза. – Лерейс!

Сонно потерев глаза, я выпрямилась и обратила внимание, что за окном, занавешенном вышитой льняной занавеской, уже сумерки. Сколько же я спала?

Будто прочитав мои мысли, виверна усмехнулась:

– Не стал будить тебя, намаялась, поди. Давай к столу, сейчас поужинаем и уже в кровать пойдешь. Завтра побеседуем, утро вечера мудренее. Я, кстати, баньку истопила, пойдешь? Здесь у нас не как у Никки в доме, нет душа и других удобств. Все по-деревенски.

– Знаешь, – я встала и с хрустом размяла позвоночник, потянувшись руками вверх и в стороны, – всегда мечтала побывать в настоящее русской деревне. Я ж детдомовская, сирота, там мы только в книгах о таком читали.

– Ну вот и побывала, – хохотнула Лерейс. – Правда, не знаю, что такое «русская», но то, что здесь деревня, так это точно. Ешь давай, картошка печеная вот, капусточка квашеная, сало.

– Сало! – я подскочила к столу. – Обожаю сало! Ммм, какая вкушнятина!

Откусив приличный кусок хлеба и запихав в рот сало, я блаженно щурилась. Вот это еда, вот это я понимаю! А не всякие эти тарталетки придворные с чаем! Тьфу, а не еда!

Виверна с улыбкой наблюдала за мной, держа высокую кружку с чем-то горячим двумя руками, будто грея ладони об нее.

– Ты дитя еще такое, Виола, – заметила она, когда я, насытившись, икнула и зажала рот рукой, вытаращив глаза. – У нас в твои годы еще даже гребень хвостовой не прорезывается, а тебя уж, поди, замуж выдать хотели?

– Не, никто не хотел, – я помотала головой. – Я как рак-отшельник в бутылочном горлышке – всех вижу, все замечаю, но ко мне не подходи. Ты мне лучше расскажи, как так получается, что ты у Ника в ангаре этом была? Ты ж можешь человеком обращаться!

– Могу, – осторожно отозвалась Лерейс, – только ни к чему это среди магов. У Ника в друзьях там маг жил с темным нутром, прогнившим, незачем ему знать, что у меня такая особенность. Только сам Ник и его семья посвящены в нашу тайну, да ты теперь вот. Мы ж закрытой общиной живем, Кольцевые горы защищают нас от проникновения извне, сюда только порталом можно добраться, а я знаю, что портал можно строить только туда, где был раньше. Ну или прилететь на крыльях. Маги такой возможностью не обладают. Так что нашу тайну никто и не знает. И ты храни ее, Ник за тебя поручился перед Астартом. Влюбился он в тебя.

– Кто? – я чуть не подавилась чаем. – Астарт?

– Да при чем тут Астарт? – Лерейс поморщилась. – Этот отшельник живет на вершине горы, никто ему не нужен, сам по себе. Никки в тебя влюбился. Никки в тебя влюбился. Наелась?

Я согласно кивнула, допив чай. Лерейс поднялась, я вслед за ней.

– Идем, покажу умывальню, да спать пойдешь. Вижу, утомлена ты сверх меры. Отдыхать надо.

Я шла вслед за виверной, вертя головой. Выйдя на улицу, мы оказались в маленьком уютном дворике, а потом вошли в огородик, где аккуратными рядками были высажены самые обычные морковь, лук, капуста и другие характерные для деревенской усадьбы растения. От земли чувствовался запах воды, все было полито.

– Хорошо у тебя здесь, – глубоко дышала я, – спокойно и аромат такой чудесный.

– Простой жизнью живу, – ответила Лерейс. – У нас здесь некуда спешить. Живем мы долго, чужих не бывает, вот и приходится заниматься чем-то. Многие наши не держат огороды, охотятся, все чаще в зверином обличье живут, а я так не могу. Мама моя приучила. Они с отцом душа в душу жили, также вот огородик держали, пока война не началась. Погибли, а я осталась с теткой. А потом и свой дом завела.

– А почему замуж не вышла? – полюбопытствовала я.

Лерейс кинула на меня быстрый смущенный взгляд.

– Да есть тут один упертый тип, никак не хочет признавать, что иногда нужно становиться человеком, – буркнула она.

– Может, ты не так убеждаешь? – мне было интересно, кто ж этот счастливчик, на которого такая красавица обратила внимание.

– Да куда уж убедительнее, – мрачно отозвалась виверна. – Уже и голая перед ним ходила и предлагала в паре полетать, и добычу принесла, а он делает вид, что не понимает.

– Да уж, ситуация, – вздохнула я. – Надо что-то придумать. Может, борща сварим и позовем его в гости?

– Борща? – заинтересованно переспросила Лерейс.

– Ну, это суп такой, с мясом и овощами. Я тебе помогу, будешь потом его угощать, чтоб прикипел. У нас на Земле говорят, что путь к сердцу мужчины лежит через желудок. Вот и будем проводить осаду и взятие пленных. Главное – потом прокормить этого пленного мужчину.

Я улыбнулась виверне, а она, немного подумав, заливисто рассмеялась.

– А ведь точно, Виола, я раньше и не думала, что его человеческой едой привечать надо. Давай иди мойся, я здесь подожду.

Я послушно направилась в баню, уже жарко натопленную. В предбаннике было сложено полотенце, мыло, ночная сорочка, а в самой парилке стояла бадья с холодной водой и деревянным ковшичком рядом. Березовый веник тоже был приготовлен, но я сегодня не склонна была париться. Разделась, вошла в парилку, села на лавку и посидела там, прогревая косточки. Само мытье не заняло и пятнадцати минут, а после я, завернув волосы полотенцем на манер тюрбана и натянув сорочку, вышла к Лерейс.

– Ух ты, смешная какая! – воскликнула она. – Спать хочешь? Пойдем, провожу.

Я еле разлепляла глаза, почувствовав после бани невероятную усталость.

Лерейс проводила меня в спальню, где я, едва коснувшись головой подушки, провалилась в сон.

18

Утро началось часа в 4 с противного кукареканья. Несчастная птица надрывалась у меня над ухом так, будто призывала спасаться от пожара. Я натянула подушку на голову. Не помогло. Сверху придавила рукой. Петух голосил как чокнутый. В голосе его слышались задорные нотки, призывающие селян немедленно подниматься и с бодрой улыбкой бежать на поле, косить траву или что там принято делать в такую рань в деревне.

– Ну подожди, певун проклятый, я до тебя доберусь, – я отчаянно встала, всунула ноги в тапки и выглянула в окно.

Черный петух с разноцветным хвостом из красно-желто-зеленых перьев, свесив набок яркий красный гребень, самозабвенно орал, сидя на заборе.

– На тебе! – в певца полетел тапок.

Петух, возмущенный до глубины своей птичьей души, перелетел на другое место, заклекотал рассерженно, скосил на меня глаз и заорал снова.

– Да что ж такое! – я кинула второй тапок. – Есть!

Попав в жирную тушку и согнав наглую птицу с забора, с чувством выполненного долга улеглась в постель и закрыла глаза.

– Кукареку! – раздалось почти у меня над ухом.

Подскочив, как ошпаренная, я увидела этот будущий суп восседающим прямиком на подоконнике и метнулась к нему с целью выпотрошить немедленно.

– Будет у нас борщ с курятиной! – прошипела я, успев только кончиками пальцев коснуться хвостовых перьев.

– Кукареку! – ухмыльнулся петух.

– Лично тебе кишки выну, – пообещала я мрачно, высунувшись в окно по пояс и узрев наглеца сидящим на большой бочке.

Вздохнула – там мне его из окна ничем не сбить. Может, пойти на улицу и попробовать поймать его?

Решив так и сделать, вышла из своей комнаты в кухню-гостиную, осторожно прокралась мимо спальни Лерейс и вышла сначала в сени, а затем и во двор. Предательская дверь протяжно заскрипела.

Петух гордо восседал на заборе и голосил. Переступив босыми ногами, я решительно сошла на утоптанную землю, ощутив под нежными ступнями все мелкие камешки и острые травинки.

– Кукареку! – увидев меня, этот бройлер нещипанный перелетел чуть дальше и с интересом принялся вертеть головой, разглядывая меня то правым глазом, то левым.

Я резко выдохнула, сдув с лица выбившуюся прядь волос и уперев руки в бока. «Как же тебя поймать, мерзкая птичка?» – размышляла я, мрачно глядя на забор.

Если я шагну к петуху, тот перелетит через забор и начнет голосить там, а если оставлю все как есть, он будет орать тут. Сна ни в том, ни в другом случае мне не видать.

Оглядевшись, я увидела лежащий у лавки мешок и подхватила его. Сделав вид, что у меня в руке корм, я сделала мелкие движения пальцами, имитируя, что сыплю корм, а второй рукой разворачивая мешок. Глупая птица заинтересовалась.

– Цыпа-цыпа-цыпа, – негромко звала я, злорадствуя. – Иди сюда, мой хороший!

Петух не спешил. Я скумекала, что надо что-то реально насыпать, чтоб он увидел и подняла с земли горсть песка. Есть! Этот тупень слетел с забора и важным шагом направился ко мне, рассчитывая полакомиться с утра в одиночку. Но не тут-то было! Едва он приблизился, я выхватила мешок, расширила его двумя руками и кинулась на петуха! Не удержавшись на ногах, я полетела на землю, подмяв под себя мешок и успев схватить наглую тушу за хвост.

– Я сварю из тебя суп! – прошипела я и смахнула второй рукой выступившие от боли в ободранных коленях слезы.

Петух заорал благим матом и вырвался, оставив у меня в руке часть своей красоты.

– Черт! – я стукнула по земле кулаком.

– Ха-ха-ха! – услышала я чей-то хохот. – Ну ты даешь, милая девушка!

Подняв голову, я посмотрела на обладателя голоса и узрела высокого парня в простой рубахе, расстегнутой до пояса и свободных брюках. Он отворил калитку, вошел и протянул мне руку.

– Давай помогу!

– Спасибо, я сама, – я встала сначала на четвереньки, а потом и на ноги, отряхнув сорочку от земли.

Оглянувшись, узрела петуха, с важным видом выхаживающего возле курятника. Он явно чувствовал себя победителем. Переведя взгляд на парня, мрачно оглядела его, отметив влажные, как после купания, волосы, квадратный волевой подбородок, широкие плечи и крепкие руки.

– Давай, я тебя тоже поразглядываю, что ли, – усмехнулся он.

– Нет уж, спасибо, – буркнула я. – Доброго утра тебе, незнакомец. Я спать, пока проклятая птица угомонилась.

– Так весь сыр-бор из-за пения Сидора, что ли? – захохотал парень. – Тебе придется привыкнуть, он каждое утро нам арии выдает.

– У этого супового набора еще и имя есть? – возмутилась я. – Обалдеть!

– Меня, если что, Вэйрином зовут, – крикнул тот мне в спину.

– Виола! – отозвалась я, потихоньку притворяя за собой скрипучую дверь.

Спать оставалось совсем немного, надо успеть словить эти часы!