Текст книги "Здесь вам не тут, а магия! (СИ)"

Автор книги: Любовь Хилинская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 12 страниц)

30

– Нет, – он вновь усмехнулся. – Не куратор. Я исследователь, изучаю нестандартные отклонения миров, разрабатываю стратегии их дальнейшего развития, если нужно, цивилизация культивируется в заданном направлении в своем мире, либо переносится в новый, с дальнейшим отслеживанием.

– Как муравьи в банке, – хмуро брякнула я. – Подопытная цивилизация, подумать только! И что, как вы планируете в дальнейшем с гуннами поступить?

– Это секретная разработка, – подмигнул он. – Ты сама, кстати, попала под наше внимание недавно, когда от тебя начали исходить всплески магии, не характерной для этого мира. Наблюдения дали понять, что ты не отсюда, поэтому решено было изъять тебя.

– Как кролика? – поинтересовалась я, буравя его глазами.

Меня невероятно злило это вот отношение, как к подопытной крысе! Получается, они просто создают мир, следят за его развитием, а если что-то не нравится, могут и уничтожить! Целую цивилизацию людей. Ну, или иных существ, созданных в качестве эксперимента. Сейчас изучению подверглись гунны, потом могут и маги, виверны и прочие. И где гарантия, что войны развязаны не ими же? Вот же гады!

– Какого кролика? – опешил тот, дернув щекой.

– Подопытного, – настроение мое было близко к точке взрыва.

– Не пойму, при чем тут кролики, – недоуменно пожал плечами мужчина. – Давай лучше познакомимся. Меня зовут Радомир.

– Виола, – я была зла, как тысяча чертей. И простой болтовней меня не успокоить. – Как вы планируете дальше поступить со мной, да и вообще, с этим миром?

– Мир будем изучать, – пожал он равнодушно плечами, – здесь развивается магия, нам это интересно.

– Блин! – зло выругалась я. – Я вам зачем? Можно вернуть меня обратно?

Мужчина с интересом уставился на меня.

– Что тебе эти маги? Пусть себе живут. – Ответил он с некоторой заминкой. – У тебя другая судьба.

– И кто же мне эту судьбу уготовил? – ехидно поинтересовалась я. – Уж не вы ли?

– Нет, – он откинулся на спинку кресла, пристально изучая мое лицо. – Точно не я. Скажи лучше, кто твои родители? Как ты попала сюда?

Я продолжала буравить его взглядом. Ну уж нет, голубчик, тебе не отвертеться от моих вопросов! Ишь ты, переводит он тему!

– Я хочу знать, – твердо произнесла я, – что ждет этот мир и его обитателей? Война?

– Пфф! – фыркнул он. – Пока нет. Маги начали изучать новое направление по созданию межмировых порталов, пусть пока работают в этом направлении, а вот гуннов следует изъять отсюда. Для них мы уже подготовили другой мир, в котором их развитие будет идти без вмешательства чужеродной магии. Потом, возможно, переместим их обратно. Их развитие идет медленнее, поэтому они заведомо слабее.

– Ничего не понимаю! – я потерла виски. – Кто вы такие вообще? Как можно так играть судьбами тысяч людей? А если мир будет неинтересен?

– Уничтожим его, – равнодушно отозвался Радомир. – Сотни Кураторов создают миры, прорабатывают концепцию развития, это тренировочные полигоны.

В голове не укладывалась эта информация! Подумать только – тренировочные полигоны! То есть, какой-то Куратор создает мир, он существует тысячелетия и более, а потом – бряк! – неинтересен и подлежит уничтожению! А как же люди?

Видимо, эти размышления отразились на моем лице явственно, так как Радомир усмехнулся.

– Не переживай, Виола, это происходит крайне редко. Чаще всего мы отслеживаем и уничтожаем не весь мир, а его часть, развитие которой идет неправильно и в будущем может привести к катастрофе. Поэтому в некоторых мирах есть предания об исчезнувших цивилизациях, которые, якобы, были высокоразвиты и так далее. Я считаю, ты напрасно переживаешь, здесь все будет идти правильно, а в будущем даст значительный прорыв при обмене данными между мирами за счет налаживания постоянной портальной связи. Это интересно.

– И что, все ваши с этим согласны? – я была поражена. – Ведь если Куратор создает мир, с любовью наблюдает его сотнями лет, а кто-то потом его уничтожает – ведь это неправильно!

– А ты бунтарка, я смотрю, – усмехнулся он. – На самом деле за весь период только однажды Куратор был против уничтожения мира. Он слишком привязался к его обитателям, точнее, к обитательнице, поэтому, когда Инквизиторы просчитали, что в будущем этот мир развяжет войну и приведет к краху многие другие миры, уничтожили его. К сожалению, это непосредственно коснулось и моей семьи, приведя к непоправимым последствиям, поэтому сейчас за Кураторами установлен особый контроль.

– А что же сам Куратор? – пересохшими губами спросила я, приняв это слишком близко к сердцу.

– Уничтожен, – сухо ответил Радомир. – Но успел навредить непоправимо.

Я уловила в голосе мужчины горькие нотки. Что же случилось, что он так переживает, даже пальцы вцепились в подлокотники кресла так сильно, что побелели?

– Хватит об этом, – отрезал он, почувствовав в моем взгляде жалость. – Лучше ответь на мой вопрос, откуда ты в этом мире и кто твои родители?

– Откуда я, – хмыкнула я, – мне бы и самой хотелось на этот вопрос ответ получить. Жила я на Земле, пока не попала в аварию и чудесным образом не переместилась сюда в тело одной местной девушки. Потом, благодаря, кстати, местным магам, мне удалось вернуться в свое тело. Я решила остаться здесь, так как на Земле у меня никого нет, я сирота, воспитывалась в детском доме. Что еще вас интересует?

Видимо, маг уловил в моем голосе злость, да и глаза наверняка сверкали. Он с интересом изучал мое лицо, будто старался каждую черточку проинспектировать, что мне стало неудобно.

– Радомир!

Он вздрогнул от моего оклика.

– Извини! – подняв руки ладонями в мою сторону, маг тряхнул головой. – Просто чудеса! – заявил он, вставая. – Идем!

– Куда? – успела спросить я, но была бесцеремонно выдернута из кресла и прижата к мощному торсу.

Мир завертелся, ослепляя до тошноты, давил на уши, единственным, что не давало свалиться в обморок, было горячее тело с неуловимым ароматом то ли духов, то ли чего-то другого не менее приятного, а потом все также резко закончилось. Еле устояв на ногах, я разлепила глаза и обнаружила, что нахожусь в большом светлом помещении с панорамными окнами, на фоне которых резко выделялась фигура стройной женщины с длинными светлыми волосами из моего сна! Это она скакала на единороге, смеясь будто серебряный колокольчик. И сейчас она стояла напротив меня, глядя расширившимися глазами, будто увидела привидение.

– Что это? – сейчас ее голос был хриплым.

Обращалась она к Радомиру, но смотрела на меня, не отрываясь.

– Мама! – он выдохнул резко за моей спиной. – Мне кажется, это она!

С тихим стоном женщина рухнула на пол в обмороке. Сын бросился к ней, приподнял бережно голову, а потом и всю ее, а затем также бережно уложил на диван, стоявший чуть в сторону от окна. Рукой он погладил мать по щеке, а я за всеми этими действиями наблюдала с широко распахнутыми глазами. Эта женщина была будто моим отражением в зеркале!

31

Слабый стон известил меня, что она пришла в себя.

– Где эта девочка? – еле слышно прошелестел ее голос. – Дай мне встать. Позови Тарнума!

Я будто со стороны наблюдала за происходящим, пребывая в некотором шоке от всего. Кто эта женщина? Почему она так смотрит на меня? Что вообще происходит?

Радомир быстрыми шагами вышел из комнаты, а потом вернулся, ведя за собой высокого, выше его самого, мужчину с поразительными зелеными глазами, который отшатнулся, увидев меня.

– Мне кто-нибудь объяснит, что здесь происходит? – я хотела бы, чтобы мой голос звучал не так жалко.

– Беляна! – Высокий мужчина успел подхватить женщину на руки, когда она опять упала в обморок. – Радомир!

Поняв с полуслова, что от него требуется, Радомир взял меня за руку, преодолев расстояние до меня за считанные шаги, а затем подвел к дивану. Светловолосая уже пришла в себя и огромными глазами серо-голубого цвета, как у сына, смотрела на меня. Потом протянула руку и дрожащими пальцами коснулась моей кисти. Из глаз ее вдруг потекли слезы. Всхлипнув, она прижала мою ладонь к своей щеке.

– Девочка моя, – услышала я сквозь рыдания, – ты жива!

Я почувствовала, как мир уходит из-под ног. Это моя мама???

Мужчина по имени Тарнум успел подхватить и меня. Так и не выпустив меня из рук, он уселся на диван рядом с Беляной и накрыл своей ладонью мою, так и прижатую к щеке женщины. Я чувствовала, как он скользит носом по моим волосам, вызывая толпу мурашек, но не в силах была разомкнуть зрительный контакт с серыми глазами.

– Я чувствую потоки магии, как у тебя, – пророкотал над моим ухом голос Тарнума. – Это она!

Женщина вновь зашлась в рыданиях, спрятав лицо в ладонях. Где-то на уровне бокового зрения маячил Радомир, но я не обращала на него внимания, не в силах поверить, что вот эта молодая красивая женщина – моя мама. Как она может так выглядеть? Сколько ей лет вообще? И что происходит? Сердце мое бухало сильными ударами где-то на уровне горла, руки тряслись, да и вообще, все состояние было, будто я спрыгнула без страховки с высотки и была остановлена за секунду до соприкосновения с асфальтом.

– Малышка! – прошептала мама, а я, наконец, выдавила комок из горла и тоже заплакала.

Мы сидели на диване, обнявшись и обливая друг друга слезами, а Тарнум и Радомир мялись рядом, не зная, чем помочь. Причем, если Радомир просто мерил шагами комнату, то Тарнум был рядом, обнимая маму за плечи и изредка касаясь моей головы, будто со страхом.

Я поверить не могла, что вот так просто получилось найти родственников, или, вернее, найтись самой. Удивительно, но гора мышц по имени Радомир – мой родной брат. Интересно, а Тарнум кто?

В это время в комнате появился еще один персонаж, ворвавшись ураганом. Я чуть не упала, увидев, что он как две капли воды похож на Тарнума, только глаза ярко-голубые!

– Что происходит? – громко потребовал он ответа, увидев заплаканные лица. – Кто эта девушка?

Мама опять зарыдала, прижав меня к себе и уткнувшись носом в шею.

– Кхм, – кашлянул Тарнум, – Радомир случайно нашел сестру.

– Что? – завопил голубоглазый. – Эта девушка – моя племянница?

Я была буквально вырвана из любящих объятий и рассмотрена со всех сторон. Меня бесцеремонно ощупали, обнюхали и чуть не облизали, вызвав и возмущение и истерический смех одновременно. Буквально за несколько секунд меня тискали сразу трое человек – Радомир, Тарнум и этот близнец, так и не представившийся, но оказавшийся моим дядей. А мама сидела на диване, поджав ноги и с улыбкой на мокром лице глядела на все это.

– Вы же сейчас ее задушите, – слабо запротестовала она, когда мужчины кинулись в очередной раз меня обнимать. – Тарнум, Светозар!

Радомир опомнился первым и смущенно отошел. Вообще, конечно, было забавно видеть на лицах этих троих громил такие умильные выражения. Я будто попала в последнюю серию мыльной оперы или индийского фильма. Сейчас осталось только спеть и сплясать.

Меня усадили в кресло, а все остальные расселись напротив и приготовились слушать историю моей жизни, потребовав рассказать ее в мельчайших подробностях. Я начала с того момента, который был первым в воспоминаниях – как меня чуть не удочерили, но в последний момент отказались. Это было очень обидным, наверное, поэтому и запомнилось, как острое ощущение. Дальше было не так интересно, если не сказать, что скучно, до перехода в мир Ника. Самым внимательным слушателем оказался Радомир, задававший наводящие вопросы и подмечавший такие мелочи, на которые я бы и внимания не обратила.

В конце повествования я потребовала от них историю, как я оказалась на Земле в детском доме и ужаснулась, когда узнала ее.

Оказалось, что до моего рождения Светозар и Тарнум работали над одним проектом совместно с еще одним магом, Корнулом, который создал мир с развитой технической частью, а потом наслаждался, стравливая жителей этого мира между собой. Это было порочно, так как развитие цивилизации постоянно корректировалось искусственно, вносились наиболее гадкие поправки, а сами люди не вызывали никаких положительных эмоций. Кровосмешение, битвы, грызня и междоусобицы не давали развиваться ничему светлому в том мире. Тарнум принял решение ликвидировать мир, но Корнул был против. До последнего он пытался отговорить его, убил Инквизитора, а когда до полного уничтожения мира оставались считанные минуты, успел невероятным образом открыть портал сначала в нашу детскую, а потом в свой мир. Сверхновая полыхнула следом за схлопнувшимся порталом. Самое невероятное – что меня и сестру – как оказалось, мы тоже были близнецами – уволокло в разные порталы, но даже по остаточному следу было невозможно отследить, куда мы попали. Много лет отец с мамой и Светозар разыскивали меня, а позже и подросший к тому моменту Радомир. Надежды совсем не осталось, а тут я вдруг сама невероятным образом нашлась! Ну прямо индийский фильм, не иначе.

Я все это слушала, затаив дыхание. Перед моим внутренним взором вставали картины, как свидетельства того, что творилось в те времена. Невероятно! А самое невероятное, что я не одна на этом свете. Враз оказалось, что у меня не просто полная семья, а наиполнейшая, с наличием сестры-близнеца, старшего брата и младшего, которому было двенадцать лет, и который сейчас учился в школе для магов. Где сестра, было неизвестно, но все очень надеялись, что она жива и рано или поздно найдется.

На ноте всеобщей радости в голове у меня свербила одна мысль – а как же Ник?

32

С мамой мы не могли расстаться до вечера, сидя в выделенной мне комнате на кровати, потом лежа там же. Разговаривали обо всем, начиная с моих первых воспоминаний и заканчивая отношениями с Ником. Странно, но я, обычно скрытная, выкладывала ей все как на духу, не чувствуя абсолютно никакого стеснения, будто и не было этих лет в разлуке. Рассказала о детском доме, об учебе в школе, о первой влюбленности, о том, как пыталась жить взрослой почти замужней жизнью, как обожглась на этом и закрылась для других отношений, как попала в мир Николаса, влюбилась в него, как жила у виверн – все-все было рассказано и выслушано.

Только когда сон сморил меня прямо на ее плече, она переложила мою голову на подушку и тихонько вышла из комнаты. Краем уха я слышала, как они с отцом негромко разговаривают за дверью, что-то обсуждая, а потом провалилась в черноту без сновидений.

********

Утром я проснулась отдохнувшей и бодрой, хоть и спала в одежде, не раздеваясь. Вскочив, я пригладила волосы руками, прополоскала рот водой за неимением зубной щетки и пасты, умыла лицо и пошла на поиски новоявленных родственников. Первым обнаружился отец, сидящий на террасе, выходящей на море. В руке он держал кружку с чаем или чем-то подобным, глаза были устремлены вдаль.

Кашлянув, я привлекла его внимание, переминаясь с ноги на ногу у выхода.

– Виола! – вскочил он с места. – Доброе утро!

– Доброе, – смущенно отозвалась, еще раз пригладив волосы. – Кажется, я вчера неожиданно уснула.

Он усмехнулся по-доброму, отчего вокруг глаз разбежались лучики. На вид отцу нельзя было дать больше тридцати пяти лет. Высокий, с великолепной фигурой, смуглой кожей, с ярко-зелеными глазами, он был похож на одного из героев дамского романа, каким их обычно описывают в книгах. И как же удивительно было быть дочерью такого человека!

– Да уж, дочка, храпишь ты будь здоров! – подначил он меня, приглашающим жестом указав на второе кресло.

– Не может быть! – возмутилась я, приняв всерьез его слова. – Я не храплю!

Засмеявшись, Тарнум легко взъерошил мои волосы, будто я была девчонкой-несмышленышем, чем вогнал в окончательное смущение.

– Я шучу, – сказал он. – Не поверишь, когда мы с твоей мамой познакомились, я вообще не умел шутить. Страшно вспомнить, сколько лет прошло с тех пор!

– Сколько? – полюбопытствовала я, оглядываясь.

Место, в котором мы находились, было удивительным – бескрайний берег моря с растущими на нем пальмами, белым мелким песком, а вдали виднелись горы, как их обычно изображают на картинах. Красиво!

– Если в привычном для тебя исчислении, то пятьдесят, – он усмехнулся. – По моим меркам это как песчинка в пустыне.

– Ты очень старый? – было как-то естественно называть его на «ты».

Захохотав, отец откинул голову. Он был невероятно красив в этот момент. Я понимала маму, почему она вышла за него замуж.

– Я не старый, детка, я бессмертный.

Я обомлела! Как так? Ведь бессмертие невозможно!

А отец продолжил:

– Я могу слегка постареть внешне по собственному желанию, что я и сделал, когда жена родила мне детей, могу вновь стать юным. Эту особенность я приобрел внутриутробно в первичном мире. К сожалению, сам мир умирает, спасти его невозможно. Все сумеречные маги, коими мы являемся, обладают даром бессмертия. Много столетий назад я родился, даже уже и не помню, сколько. Но жить полной жизнью начал, только обретя семью. И сейчас я очень рад, что ты с нами.

– И я, – я смущенно кинула на него взгляд и уселась в кресло. – Я тоже обладаю бессмертием?

– Пока не знаю, – серьезно ответил отец. – Внешне ты очень похожа на мать, а она бессмертна. Надеюсь, и ты унаследовала эту нашу семейную особенность. Светозар, кстати, отправился в твой мир, решил посмотреть, не там ли твоя сестра.

– А как вы назвали нас при рождении? И вообще, реально узнать, я старшая или младшая?

– Пока нереально, – подумав, отозвался он. – Если мы найдем твою сестру, тогда будет ясно по излучению ауры – у старшей она будет чуть ярче. Жаль, вас украли в столь нежном возрасте, когда еще невозможно было сказать, какими будут ваши глаза. Я думаю, они такие же разные по цвету, как и у нас со Светозаром. Это особенность всех сумеречных близнецов. Нас рождается очень мало. Удивительно, что в одной семье две пары таких близнецов – мы с братом и вы с сестрой.

Сестра! При этой мысли сердце мое наполнилось теплом. Я надеюсь, ее удастся найти в ближайшее время. И еще нужно решить вопрос с Ником. Расстаться с ним было выше моих сил. Об этом я и хотела поговорить безотлагательно.

– Ты же понимаешь, – выслушав меня, чуть помедлив, сказал отец, – что рано или поздно он уйдет за грань?

Мои глаза вдруг наполнились слезами. Думать об этом я не хотела.

– В этом и заключается вся боль бессмертных, дочь. Мы вынуждены терять тех, к кому привязываемся. И именно поэтому большое чудо – появление вашей мамы и наша с ней встреча. Светозар до сих пор не нашел свою пару, Радомир еще даже не задумывается об этом, но скоро придет такое время. Пока не поздно отказаться, ты можешь подумать.

– Нет! – я затрясла головой. – Если мне суждено прожить долгую жизнь, я хочу прожить ее с тем, кого люблю. Искать сотнями лет кого-то, зная, что жив тот, кому отдано мое сердце – я не готова. Сколько отмеряно, столько мы будем вместе.

Отец смотрел на меня долгим взглядом. Молчал.

– Хорошо, – сказал, наконец, он. – Я думаю, ты вправе сама пройти свой путь. Хочешь, я научу тебя открывать портал, куда бы ты ни пожелала?

– Да! – я кивнула, завороженная его словами.

Оказалось, никаких особых умений и заклинаний, как в мире Ника, тут не требуется. Нужно всего лишь пожелать оказаться в каком-то определенном месте – и вуаля – ты на месте. Собственно, другая вся магия творилась также – нужно было просто пожелать. Ни тебе заклинаний, ни пассов – ни-че-го!

Сотворив в руке кружку с чаем с молоком, я чуть не застонала от блаженства. И шоколадку! О, боже, это просто невероятно!

Видя удовольствие, написанное на моей моське, отец попросил кусочек и вскоре был одарен мною огромной плиткой молочного шоколада.

Праздник живота начался!

33

К Николасу я попала только после завтрака. Судя по хаосу, творящемуся в лагере магов, искали меня. Когда, наконец, отец Ника увидел меня, он замер на месте, удивленно глядя на то, как я приближаюсь. На всякий случай ощупала голову – вдруг к бессмертию прилагаются рога? Но нет, все было в порядке. Тогда чего он уставился?

Он стоял столбом, ожидая меня, а я уже чувствовала себя дискомфортно, не зная, что думать.

– Добрый день, – сказала я, подойдя на расстояние около метра.

– Приветствую, – отозвался маг. – Я думаю, ты хочешь поговорить с Ником?

– Да!

Мне напоминало это театр абсурда. Что изменилось во мне так, что на меня смотрят, будто у меня две головы?

– Сейчас позову.

Верховный маг испарился, будто за ним гнались бесы, собираясь поджарить на костре, и уже в следующий миг я увидела Николаса.

– Виола!

Оказавшись рядом со мной, он схватил меня и крепко прижал к себе.

– Я так переживал! – выдохнул он, в мгновение проваливаясь в телепорт и оказываясь в своем доме в горах.

Взяв мое лицо в ладони, Николас принялся осыпать его легкими поцелуями, потом увлекся и начал целовать губы, скользя ладонями по моей спине. Я обняла его, прижавшись всем телом, ощущая прокатывающиеся волны от низа живота к ногам, застонала негромко, когда руки Ника проникли под мою рубашку.

Дальше все было как во сне – сплетение тел, взлеты и падения, сбитые простыни, влажная кожа, поцелуи и объятия.

Несколько часов мы провалялись в постели, не имея ни сил, ни желания разговаривать. Уже после, приткнув голову на плечо Ника, я устало положила руку ему на плоский живот и подняла лицо вверх.

– Я бессмертная, – тихо сообщила, ожидая реакции.

Чуть повернув ко мне голову и скосив глаза, он хмыкнул:

– Когда твой брат явился в наш лагерь, я так и понял.

– Радомир? – ахнула я. – Когда? Прошло ведь не больше суток!

– Глупышка, – меня поцеловали в нос, – в разных мирах время течет по-разному. Пока ты знакомилась с родителями, мы здесь познакомились с твоими братом и дядей. И могу тебе сказать, я не проиграл.

– О, боже, – простонала я, пряча лицо у него на груди, – он побил тебя?

– Нет, – внутри у него заклокотал смех. – Даже более того, и я его не побил.

– А как же тогда?

– Искусство дипломатии! – в голосе Ника я слышала смех.

Мы вновь поцеловались, а потом он вскочил.

– Что там делают мужчины для любимой женщины в твоем мире? Вернее, не в твоем, а на Земле? Готовят завтрак в постель? Лежи, сейчас вернусь!

Он ускакал, обернув простыню вокруг бедер, но вскоре вернулся, неся поднос с дымящимся кофейником и булочками с сыром.

– Штранный жавтрак! – с набитым ртом прошамкала я. – Шейчаш уже ношь!

– Ночник! – заявил Ник, а я прыснула:

– На Земле так лампу называют, которая в спальне ночью светит.

– Тогда не знаю, поздний ужин, может?

Мы дурачились до самого рассвета, не испытывая ни стеснения, ни скуки. Только с первыми лучами солнца, заглянувшего в окно, устало обнялись и улеглись под одеяло.

– Ты выйдешь за меня? – спросил он, когда я зевала.

Чуть не поперхнувшись, уставилась на него сияющими глазами:

– Конечно, да! Тебе так просто от меня не избавиться!

– А тебе от меня!

Конец.