Текст книги "Окончательный приворот (СИ)"
Автор книги: Любовь Белова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 16 страниц)
Глава 27. Обыск в доме на окраине
Машина, тихонько урча, проехала по слабо освещенной улице и остановилась в тупичке у крайних строений перед лесом. За высоким кирпичным забором, увенчанным острыми серебряными пиками, в глубине участка прятался двухэтажный особняк. Сергей Петрович бывал здесь несколько раз, когда-то Деридубы устраивали прекрасные праздники. Дом окружал шикарный сад, в котором была куча редких деревьев. Он помнил, как их с Виктором Степановичем жены обсуждали модные растения и сложности в их выращивании. По городским меркам это была огромная территория, на которой вполне можно было построить несколько приличных домов.
– Никогда не бывал здесь, уютное местечко. Тихо очень, – инквизитор открыл дверь машины, встал на порог и попытался заглянуть за забор. – Кажется, все окна светятся, ждут нас в гости.
– Может, тогда не будем никого ждать, пойдем? – Сергей Петрович уже не мог сидеть, внутри все гудело от нетерпения.
– Не пойдем, – инквизитор вернулся в машину и закрыл дверь, с улицы тянуло почти зимним пронзительным холодом. – Нам вдвоем там делать нечего. Мы здесь в рысьем квартале, в сердце их общины, кругом камеры. В этом доме уже все в курсе кто пожаловал в гости. Нас давным-давно опознали. Если явимся одни, без поддержки появится нехорошее искушение бросить нас в сырое холодное помещение. В запале не побоятся, а потом каяться начнут. Я эти дела не люблю. Лучше не давать им возможности чудить.
Ночной холод и мрак проник в салон машины, замораживая только немного начавшую оттаивать дружескую атмосферу. Мужчины отвернулись друг от друга: Сергей Петрович всматривался в начало улицы, мечтая увидеть фары служебных машин Инквизиции, а Александр уставился на запертые ворота резиденции Деридубов.
Буквально через пару минут, которые показались Сергею Петровичу часами, вдали замелькали фары нескольких машин.
– Наши едут, пошли, – скомандовал Александр и первым вышел из машины. Он уверенно направился к воротам резиденции.
Сергей Петрович подошел и встал рядом. Почти тут же к ним подъехали два микроавтобуса, под завязку набитые боевиками. Инквизиторы высоко оценивали оборотников, как противников.
– Сразу будем штурмовать или сначала по-хорошему? – крепко сбитый ширококостный боевик подошел к Александру и по очереди протянул им с Сергеем Петровичем руку для пожатия.
– Деридубы законопослушные граждане, пока не доказано обратное. Ни к кому мы врываться не будем, – Александр нажал кнопку вызова на видеофоне. Потом с улыбкой крокодила помахал рукой в камеру.
Калитка с тихим щелчком открылась, и они по очереди прошли на территорию Деридубов. Участок утопал в темноте, ни одного фонаря на территории усадьбы не светилось. Сергей Петрович замечал мятущиеся по кустам тени. Оборотни сопровождали их к большому дому. Огни в его окнах гасли по одному, пока освещение не остались только на первом этаже.
– О, господа приготовились к нашему прибытию! – Александр раздраженно поднял с дорожки камень размером с абрикос и с силой кинул его в ближайшие кусты, там кто-то вскрикнул и чертыхнулся.
Александр довольно улыбнулся, и они пошли к центральному входу. Краем глаза Сергей Петрович заметил, что пятеро боевиков незаметно отделились от общего строя и растворились в ночи.
Дверь в жилище Деридуба была сделана из нескольких ценных пород дерева, Сергей Петрович припоминал, как хозяин смаковал историю счастливого приобретения этого монстра. До резиденции Деридуба эта дверь закрывала одно сакральное место в Центральной Америке. Денег стоила прилично, но и сделана была на совесть.
В прихожей инквизиторов ожидала сама хозяйка дома. Элегантная оборотница в темно-синем пеньюаре и вечерней прическе с локонами и буклями недовольно стояла на лестничной площадке между этажами. Тамара Ивановна, оправдывая свое царское имя, с презрением взирала на пришельцев.
– Ну как это понимать? С какой стати к нам врываются, как к преступникам?
– Уважаемая госпожа Деридуб… – начал Александр, но Тамара Ивановна его перебила, обращаясь к Сергею Петровичу:
– Сереженка, а вы тут как оказались? Или теперь губернатор ездит к жителям лично на погромы? – она, как заправская актриса, запрокинула голову и поднесла руку ко лбу.
– Тамара, вы прекрасно знаете, зачем мы явились, – Сергей Петрович раздраженно подошел к основанию лестницы и задрал голову, обращаясь к хозяйке дома. – Где Виктор Степанович? Ваш сын участвовал в нападении на инквизиторов и сейчас задержан. Если вы немедленно не сообщите, где моя дочь, то…
– Я не вмешиваюсь в дела мужа. Дома его нет уже несколько дней, ищите, где хотите. Мы не должны отвечать за все те глупости, которые Виктор устроил. Он дочь мне сгубил, сына заставил участвовать в своих темных делишках, – Тамара Ивановна после каждой фразы заламывала руки. – Он сгубил вашу дочь, так же как и моих детей! – здесь она даже вскрикнула и закатила глаза.
– Хватит! – Александр понемногу начал освобождал свой дар.
Сергея Петровича привычно скрутило болью, выворачивающей суставы. Тамара завыла на одной ноте. Да, дар разрушения не самое приятное, что он испытывал в своей жизни, но Сергей Петрович переносил его намного легче в теперешнем своем безмагичном состоянии. Постепенно он абстрагировался от неприятных ощущений и стал с удивлением рассматривать странные превращения в холле. Многие старинные картины внезапно побледнели и превратились в покореженные картинки, статуи исчезли с постаментов. Мини филиал музея скудел на глазах.
– Тамара, как долго вы принимаете драконью пыль? – спокойный голос инквизитора заставил Сергея Петровича тут же задрать голову к площадке второго этажа.
На месте царицы Тамары, стояла отвратительная старуха. Темно-синий пеньюар тряпкой висел на скелетике обтянутом кожей, километровые морщины бороздили лицо женщины, превращая в уродливую маску. Тамара зарычала, обнажая провалы десен, кое-где разбавленные одинокими зубами.
Сергей Петрович от отвращения прикрыл глаза. Смотреть на оборотницу-наркоманку было неприятно.
– Что морду воротишь? – прошамкала незнакомым голосом Тамара. – Думаешь, я себе нравлюсь? – женщина зашлась лающим смехом и тут же закашлялась.
– Хватит представлений! Вы немедленно сообщаете нам, где ваш муж!
– А то что, убьешь меня? Так я сама рада сдохнуть! – Тамара снова закатилась смехом, пополам с кашлем. – И твой выродок сдохнет! – неожиданно ясные ледяные голубые глаза Тамары не отрывались от голубых глаз Сергея Петровича, доводя того до паники.
Тем временем инквизиторы поднялись на площадку к Тамаре Ивановне, одели ей ограничивающие наручники и стали спускаться.
– Взять этих тварей! Выходите, трусы! Я прокляну вас, как ваша королева! – Тамара визжала и бесновалась, пытаясь заставить членов рода вступиться за нее.
Постепенно холл заполнялся оборотниками. Инквизиторы встали полукругом возле лестницы, организуя оборонительную линию. Однако оборотники не превращались и никак по-другому не выражали агрессии. Наконец, молодой мужчина вышел вперед.
– Мы не хотим никакой войны и не собираемся ни с кем драться. Во всех незаконных делах нас заставлял участвовать Ярослав, – говорил мужчина, обращаясь к Александру.
– Трусливая тварь! Бегал за Яриком, в рот заглядывал, а как нужно вступиться за него, сразу в кусты! Предатели! Я проклинаю вас, проклинаю! – десятки фиолетовых молний вдруг заблестели в воздухе. Оборотники зашумели, и прыснули в разные стороны. Александр равнодушно смотрел, как они мечутся по холлу, выскакивают на улицу, убегают в глубину дома, а молнии преследуют и настигают их.
– Может, поможете? А то как-то нехорошо получается, – Сергей Петрович подошел к Александру ближе.
– Нет, они сами заслужили. Многих я узнал, они ошивались в офисе Крушиева. Тот смельчак, который сейчас выступил от всего рода, очень даже добровольно и даже со скандалом пытался попасть к Дмитрию в помощники. Они все замараны по самые уши в происходящем дермеце. И потом на протяжении некоторого времени кто-то же продавал предметы искусства и покупал Тамаре наркотики. Сама она вряд ли смогла бы это делать. Поверь, это не только законно, а еще очень и очень не просто. – Александр подозвал командира боевиков: – Всех изловить и на допросы в Инквизицию. Тамару в тюрьму, проследите, чтобы поставили капельницу с живой водой, через пару часов она нужна мне вменяемая и лояльная.
В это время подошли двое боевиков, видимо из тех, которые от ворот направлялись изучать округу.
– На территории никого постороннего нет. Но были. Мы сняли частичные слепки дара.
В холл забежал невысокий пожилой гном, седая борода забавно курчавилась, маленькие глазки, злобно взирали на окружающих.
– Александр, я понял, наконец! – радостно заорал он.
Глава 28. Тени прошлого
Сергей Петрович откуда-то помнил этого гнома, но как не вглядывался, не мог узнать. Для него они все были на одно лицо: коротышки с бородами лопатой. У этого правда борода была вся седая и сильно кудрявилась. В лицо гномов различали только сородичи, другие в основном ориентировались на голоса и повадки.
– Господин Каргувальд, как так случилось, что Дмитрия Крушиева похитили из вашей больнички? – Александр свел брови в одну линию и с недовольством оглядел гнома.
Точно! Сергей Петрович тут же вспомнил экспериментальное отделение Инквизиции, которое называли больничкой, и странного гнома вспомнил. Он руководил там всем, и только, благодаря его работе, Сергей Петрович выжил после потери крыльев. Там было ужасно и тоскливо, серо. Вся жизнь казалась ему такой же унылой, как и обстановка в больничке. Не было в его мире в тот момент ничего, кроме не выветриваемого запаха хлорки и отчаяния, которые витали кажется в любой больнице.
Но неунывающий завотделением не давал закиснуть, гном пичкал его зельями, без конца тестировал. Как признался ему впоследствии господин Каргувальд, ему было интересно получить для изучения целого настоящего ангела. Обычно сородичи Сергея Петровича не переходили в физический план существования, предпочитая оставаться сгустками магической энергии.
В давние времена, видимо, было по-другому, потому что на земле хватало смесков ангелов и людей. Они самонадеянно называли себя настоящими ангелами. Когда он уже окончательно заземлился и смирился со своим положением, то по настоянию Нюты инкогнито ближе познакомился с общиной смесков. Неплохие в принципе ребята. Те уроды, которые проводили с ним ритуал, были изгоями даже среди своих – жестокие искатели волшебных крыльев. На спине заныли обрубки крыльев. Сергей Петрович передернул плечами, сбрасывая напряжение и продолжил слушать любопытный разговор.
– А ну… хм-м, – гном растеряно подбирал слова, сбитый напором начальства. – Знаешь, а ведь это почти не важно. Я тут тебе историю расскажу – бомба! Хотя, если тебя только этот недомаг интересует, изволь – мы объявили его в розыск. В ближайшее время найдем. Пару дней точно ничего не решат – Александр повелительно кивнул, но гном сделал вид, что обиделся и пошел через весь холл к деревянному креслу качалке.
– Если это напрямую не связано с твоим пациентом Крушиевым, то мне не очень интересно. Его пропажа – твоя огромная промашка, советую поторопиться с розыском. Если с ним что-то случится, я знаю, кто понесет наказание, – инквизитор закончил разговор, резко крутнулся на пятках, оставляя несмываемые черные полосы на паркете, и направился к выходу. – Сергей Петрович, поедешь со мной в Инквизицию? – Александр остановился, взявшись за дверную ручку.
– Нет, я, пожалуй, примкну к господину Каргувальду. Здесь от меня помощи будет больше. Ты же не пустишь меня на допросы? – Сергей Петрович пошел к креслу, на котором обосновался гном. Инквизитор кивнул и вышел из дома Деридубов, громко хлопнув дверью.
Господин Каргувальд с монотонным скрипом качался на кресле, подложив под голову и спину небольшие подушечки, которые были свалены большей горой рядом на полу .
– Доброй ночи, господин Каргувальд, – Сергей Петрович, немного подумав, протянул руку для пожатия, гном тут же открыл глаза и с силой стиснул его кисть.
– Привет, Галамюэль! Как себя чувствуешь? Я тут слышал, ты круто устроился в мире людей. Стал большим человеком, – гном, не отпуская руки Сергея Петровича, больно хлопнул его по спине.
– Да так, есть кое-что, – скромно начал губернатор. – А что вы сенсационного хотели сказать Александру? Может поможет в помощи беглеца?
Гном снова откинулся на подушки, еще пару раз качнулся на кресле и уставился на Сергея Петровича:
– Я сегодня видел эту девчонку-ведьму, Варю. Так вот, говорю тебя как эксперт: на девчонке точно такая же ограничивающая печать, что и на Крушиеве. Работа тонкая, я думаю или ведьма ставила печать или она ее прятала.
От вестей о Варе, пусть даже таких, сердце Сергея Петровича сделало пару кульбитов и заколотилось сильнее.
– У нее бабка, – он откашлялся, проталкивая непонятно откуда взявшийся в горле комок, – ведьма не из последних. Варя говорила, что она глава Ведьминского круга. Я не очень слежу за жизнью ведьм, но думаю, легко сможем узнать, кто сейчас занимает этот пост.
Гном радостно потер ладони, с любопытством вглядываясь в глаза Сергея Петровича, потом кивнул каким-то своим мыслям.
– Ну, не будем терять времени, поехали! – гном соскочил с кресла-качалки. – Знаю я ее бабку, та еще стервь! Вполне могла поставить печать, если бы мозгов хватило .
Они с господином Каргувальдом вышли из особняка. Луна только показалась на небе и залила своим холодным сероватым светом сад перед домом, превращая его в странный темный лабиринт. Сергей Петрович шагнул на тропинку вымощенную белым камнем, ему казалось хорошим предзнаменованием эта светящаяся в лунном свете светлая дорога. Он обязательно найдет своих девочек, обязательно!
Городские улицы были пусты, людей на них уже не было, встретилась только пара автомобилей. Гном болтал, не умолкая, а Сергей Петрович полностью сосредоточился на дороге, стараясь не воображать себе лишних ужасов. Он совершенно не слушал господина Каргувальда, лишь изредка одобрительно мычал или кивал. А гному большего и не нужно было. Малейшего поощрения хватило, чтобы он продолжал высказывать свое мнение обо всем на свете.
– И давно ты понял, что влюблен в нее? – вопрос господина Каргувальда резко выбил Сергея Петровича из медитативного состояния.
– А? – он слегка повернул голову к гному. – С чего ты решил, что я в нее влюблен?
– Ты даже не спросил, кого я имею в виду, – господин Каргувальд весело поблескивал глазами-бусинками, поглядывая на собеседника.
– А, ну… Я же не мальчишка. Влюблен – не влюблен. Это уже не для меня, я переживаю за своих подопечных и дочь, – Сергей Петрович успел прийти в себя и врал вполне уверенно. Нет, он точно не мог в нее влюбиться, он на самом деле уже не мальчик.
Гном кинул свой провокационный вопрос, а потом снова вернулся к пустой болтовне, не мешая Сергею Петровичу копаться в своих чувствах.
В квартал богатых ведьминских особняков они въехали через шлагбаум и охрану. Вся территория небольшого поселка размещалась в городской черте и была обнесена высоким бетонным забором. Охранник на въезде позвонил хозяйке, и она уже должна была их ждать.
Домики ведьм напоминали сказочные резные котеджики, подсвеченные по фасаду фонарями. Днем здесь наверняка было очень уютно и красиво, а летом без сомнения территория утопала в цветах. Дом Вариной бабки стоял в самом центре поселка. Трехэтажный замок выделялся на фоне уютных, большей частью одноэтажных, домиков. Он был облицован темно-серым камнем, узкие бойницы окон и черная в лунном свете крыша придавали ему мрачноватый нежилой вид.
Сергей Петрович дежурно улыбнулся, пытаясь сразу же расположить к себе ведьму и нажал на обычную без затей кнопку звонка. Хозяйка тот час открыла, как будто ожидала под дверью. Фальшивая улыбка моментально сползла с лица, и Сергей Петрович с ненавистью уставился в знакомое смуглое лицо и наглые карие глазки, он узнал бы ее даже через тысячу лет. Наглая тварь! Ни грамма раскаяния на лице, только легкая судорога страха промелькнула и тут же исчезла. Узнала.
Глава 29. Родная кровь
– Ну, здравствуй, Кассандра. Давно не виделись, – Сергей Петрович презрительно скривился, прожигая ведьму ненавидящим взглядом.
Она почти не изменилась: высокая, сухая, даже в домашнем костюме застегнутая на все пуговицы. Именно такой холодной вымороженной воблой он запомнил ее в больнице, возле постели умирающей жены.
– И тебе не хворать Галамюэль, – слова ведьмы прозвучали, как издевательство. Руки до боли сжались в кулаки. Ненависть мутной волной поднялась изнутри, туманя сознание. Только волевым усилием Сергей Петрович сдержал порыв наброситься на женщину. Еще лет пять назад он бы ударил ее за ехидное пожелание не болеть. – Вижу, что еще не отошел с нашей последней встречи, всё дуешься на меня зачем-то, – ее строгий вид контрастировал с нарочито простоватым говором и вмиг поглупевшим лицом. – Ежели не угодна тебе – иди с миром, не звала, не держу!
Волна ненависти схлынула так же быстро, как и поднялась. Она этого не стоила, старая интриганка. Сергей Петрович разжал кулаки и злорадно усмехнулся. Ушлой старухе наверняка еще не успели доложить, зачем он здесь. Такие люди, как она, везде стараются держать чуткие уши, чтобы быть в курсе событий. А теперь Кассандра оказалась в затруднительной ситуации, вроде Сергей Петрович должностное лицо, но может ли губернатор области приехать по делам к другому должностному лицу в час ночи без предупреждения? Наверняка нет! И теперь она судорожно ищет большую кучку дермеца, которую нагребла в недавнем прошлом. Он по лицу видел, как она пытается понять, где прокололась. А то, что грешков за ней водилось не мало, он не сомневался.
– Хватит этих расшаркиваний! Мне не интересны ваши старые склоки, – гном оттеснил Сергея Петровича от двери и вытащил из внутреннего кармана пиджака свиток. – Дела инквизиции не терпят отлагательств! Пустите нас в дом или собирайтесь, поедете с нами в Инквизицию для допроса.
Гном деловито развернул «Разрешение на любого вида вмешательство в жизнь магических существ», скатанное по старой традиции трубочкой и продемонстрировал его ведьме. Она удивленно приподняла брови, не спеша отступила вглубь дома и приглашающе махнула рукой.
Мрачно. Это первое, что пришло Сергею Петровичу в голову, когда он увидел громадный полутемный холл. Слабый свет огромной хрустальной люстры со второго уровня потолка не мог светить комнату целиком. Темные ночные тени притаились за каждым предметом, превращая мебель и вазы в монстров из фильмов ужасов. Темно-серые оштукатуренные стены казалось, впитывали в себя рассеянный свет люстры, делая помещение еще более неприветливым. В доме было зябко, Сергей Петрович передернул плечами, похоже, старуха экономила на отоплении. Тоска. Ему стало жаль Варю, которая провела здесь безрадостное детство.
– Пройдемте в кабинет, там будет удобнее, – Кассандра пересекла холл и открыла темную дверь, практически незаметную на фоне стены.
А вот здесь уже запахло уютом. Сергей Петрович вдохнул терпкий запах дыма. Тьму кабинета разгоняло живое пламя камина, который занимал противоположную от входа стену. Библиотека у Кассандры была шикарной, Сергей Петрович мельком глянул на корешки редких книг и присвистнул про себя. Обычно такая коллекция собиралась несколькими поколениями предков. Возле окна стоял основательный массивный стол. Пока Сергей Петрович с господином Каргувальдом осматривались, ведьма, не задерживаясь, прошла и села за стол.
– Ну-с, присаживайтесь! – Кассандра откинулась на спинку кресла и повелительно указала на стоящие у дальней стены даже на вид неудобные стулья.
Теперь стало понятно, для чего ведьма позвала их в кабинет, Сергей Петрович сам любил проделывать такие фокусы с посетителями, но совершенно не любил, когда их проводили с ним.
– Занятно, – Сергей Петрович подошел к камину и встал спиной к ведьме, – Господин Каргувальд, я вот совсем не люблю ведьм. Сразу оговорюсь, не всех конечно, но большинство. Лживые, продажные, жадные – я могу бесконечно перечислять их качества, – гном согласно хмыкнул.
– Вы пришли ко мне среди ночи, чтобы сказать, какие все ведьмы плохие? – раздраженно проскрипела Кассандра. – Если да, то я не намерена это выслушивать! Я иду спать, а вот утром, как положено, приеду на беседу в Инквизицию. Я подчеркну – беседу! – голос ведьмы окреп, в нем слышалось возмущение и нотки триумфа. – Я не просто бродяжка какая-то, я – верховная ведьма Ведьминского круга! Я просто подам на вас жалобу. Что за самоуправство! – голос Кассандры стал срываться на крик.
Сергей Петрович резко развернулся, в несколько шагов достиг стола ведьмы и с грохотом опустил кулаки на столешницу перед ней, заставляя бумаги подпрыгнуть.
– А ну цыц! Развизжалась! Я, я, я!– Сергей Петрович навис над сжавшейся от неожиданности ведьмой. Она пыталась собраться и начинала, что-то говорить, но он снова прицикнул и продолжил: – Вообразила себя самой умной? Думаешь, спряталась в своем замке и тебя никто тут не тронет? Ты думала, что никто не откопает твои старые грешки? – и тут повинуясь интуиции, Сергей Петрович неожиданно продолжил: – Но Деридуб все узнал. Узнал ведь? – он пытливо заглядывал ведьме в лицо, спрятанное в зыбких тенях, а потом вдруг снова ударил что было сил по столу, с него с грохотом посыпалась и покатилась по полу какая-то мелочь. Ведьма начала вставать. – А ну, села! Он же был здесь?! Что ты с ним сделала, отвечай? Или клянусь, ты пожалеешь!
Ведьма откинулась на спинку кресла и откашлялась, ее руки все так же продолжили лежать на подлокотниках.
– Я не могу понять, к чему этот цирк. Да, я не отрицаю, Деридуб приходил ко мне. Сначала он атаковал меня на службе, но не дождался приемного времени, а потом вломился домой. Бегал, угрожал, – ведьма села прямо и с вызовом глянула на Сергея Петрович. – Я наслышана, что бедный мужчина потерял дочь, поэтому отнеслась с пониманием к его истерике. Но вам, – Кассандра усмехнулась, поправила пряди волос, выпавшие из пучка, и положила руки на стол, – вам скидки на горе не будет. Я завтра же подам жалобу и буду настаивать на снятии с должности и солидной компенсации.
Да уж, с наскока такого титана как Кассандра не взять. В ее глазах уже появилось злорадство. Может зря они так просто к ней помчались, единственно полезного, что сумели выяснить – это то, что Деридуб заходил сюда.
– О, спешить не стоит, – гном незаметно подошел к столу и встал рядом с Сергеем Петровичем. – Я так надеялся на конструктивный диалог, но он похоже не состоится, – гном притворно вздохнул и не спеша достал из очередного бездонного кармана антимагические наручники. – Маргарита Вениаминовна Козельская, в ведьмовстве прозываемая Кассандрой, вы обвиняетесь в страшных преступлениях, не говоря уже о моральной стороне дела, – ведьма улыбалась, свысока поглядывая на гнома. Сергей Петрович тоже не понимал, что тот задумал. – Вы варварским способом, используя запрещенные зелья и обряды, запечатали дар у своего внука и внучки. Я подчеркиваю – варварским! Из-за этого жизнь и здоровье указанных субъектов неоднократно подвергалась опасности.
Ведьма со стоном откинулась на спинку кресла и прикрыла лицо руками, фактически признаваясь в преступлении.
Сергей Петрович с восхищением поглядел на Господина Каргувальда, тот подмигнул и пригладил бороду.
– Вы нам поведаете, где мать двойняшек? Я так подозреваю, ваша дочь жива?
Ведьма отняла руки от лица и с ненавистью посмотрела на Сергея Петровича:
– Для меня она сдохла двадцать пять лет назад.
