Текст книги "Ты захочешь меня снова (СИ)"
Автор книги: Лу Берри
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 6 страниц)
Глава 5
Дышать.
Как тяжело, но как же необходимо – просто дышать.
Удары сердца – бешеные, яростные, оглушающие – отдавались в каждой клеточке тела. Стуком в висках. Вибрацией на кончиках пальцев…
Ноги едва слушались, но я упрямо толкала вперёд коляску, чтобы подойти ближе. Желая в мельчайших деталях рассмотреть этих двоих, убедиться, что не померещилось…
Хотя и так знала – все это реальность.
И многое становилось теперь понятным.
Его придирки ко мне, отсутствие желания и ласки.
Он просто сравнивал. Меня с ней. И я, видимо, проиграла.
А она была такая… холеная.
Туфли на каблуках, о существовании которых я уже и забыла – когда у тебя ребёнок, то думаешь в первую очередь об удобстве и комфорте, а не о вычурности.
Короткая юбка, обнажающая стройные ноги.
Гладкий шёлк волос – видимо, у неё имелась такая роскошь, как пара часов времени, которые можно потратить на укладку…
Макияж. Нюдовый, но весьма выразительный. Ради такого тоже нужно провести у зеркала отнюдь не пять минут…
Я отметила и длинные ресницы, и наращенные ногти, покрытые кричащим розовым лаком…
Она была такая… необремененная. Ничем, кроме забот о себе самой.
Я не знала, но была уверена – у неё нет ни семьи, ни детей.
Я бы предпочла не знать и ее саму – в прошлое мужа никогда не лезла, на то оно и прошлое, чтобы его не ворошить, но нашлись в свое время «добрые» люди, которые поведали о ней, показали её фото…
Рассказывали, вздыхая и старательно изображая простодушие, о том, как Вася её любил.
Меня это тогда не беспокоило. У всех взрослых людей есть своя история, есть в анамнезе отношения, которые никуда не привели, но оставили свои шрамы. Это – нормально. Ненормально другое – на этом зацикливаться, жить прошлым.
Вася – не жил. И мне было важно лишь то, что в настоящем он со мной, а не с кем-то там, кто уже вышел из его жизни, причём добровольно.
Я была в себе уверена, не боялась конкуренции. Привлекательная, состоявшаяся в жизни женщина… на тот момент. Теперь же…
Я с некоторой горечью и стыдом оглядела свою одежду – выскочила из дома довольно поспешно, не выряжаясь. Футболка, шорты, кроссовки…
Простушка на фоне хищницы.
Впрочем, мне не нужна была помпезная одежда, чтобы показать, чего я стою.
Сделав глубокий вдох, я направилась к ним. Никакого плана у меня не было, было лишь желание – сорвать это милое свидание.
Что будет дальше – в этот момент я не думала.
Когда приблизилась к столику, эти двое меня даже не заметили – до того были поглощены друг другом. Лишь она, заметив сбоку от себя движение, приняла меня, видимо, за официантку, потому что, даже не удостоив взглядом, бросила:
– Принесите ещё мидий. В соусе дорблю.
Я опустила взгляд на стол. Перед ней уже стояло наполовину пустое блюдо с мидиями – похоже, эта дрянь ни в чем себе не отказывала… за чужой счёт.
Недолго думая, я схватила его со стола. Резко, смачно опустила посуду прямо ей на лоснящуюся башку…
– Сначала эти доешь. Ну как, вкусно?
При звуке моего голоса Вася вздрогнул. Медленно, словно неверяще, повернул голову…
А я уже вооружилась другой закуской, стоявшей на столе. С наслаждением зарядила и размазала прямо по его жалкой, предательской роже нечто, напоминавшее паштет… изумительного коричневого цвета, что весьма ему подходило.
Чертов лживый говнюк!
Он чертыхнулся. Любительница чужих мужей вскочила с места и, истерично пытаясь убрать соус хотя бы с глаз, пронзительно закричала…
– Ты охренела?! Тебя уволят, сука!
Недолго думая, пользуясь тем, что она не может нормально видеть, я подрубила своим кроссовком её каблук так, что она не удержалась на ногах. Падая, эта шлендра пыталась схватиться хоть за что-то, в итоге перевернув с диким грохотом столик, часть содержимого которого приземлилась ей на башку, породив еще больше криков и проклятий…
Потеряв человеческое лицо, она материлась так, что стыдно было это слушать.
Но я слушала. И наслаждалась.
Весь внешний лоск как-то разом с неё слетел, обнажив мерзкое нутро.
А когда эта шваль попыталась подняться, я с наслаждением наступила ей на волосы, пригвождая обратно к асфальту.
– Вася! Вася, где ты?! Помоги! – истошно заорала она.
Я склонилась к ней.
– Вася тебе не поможет, шлюша-дорогуша. Так что в следующий раз, прежде, чем намылиться в ресторан с чужим мужем, подумай, чем это может для тебя кончиться.
Она дёрнулась, раздался треск…
Под моей подошвой осталось несколько её длинных тёмных прядей. Я хохотнула. Пожалуй, на этом можно было заканчивать.
Даже не обернувшись на мужа, не интересуясь его реакцией на все случившееся, я подхватила коляску с дочкой и быстрым шагом пошла прочь.
Боль от предательства смешивалась внутри с эйфорией от позора этой дряни.
Пусть Вася полюбуется, на кого меня променял.
Глава 6
– Ты что устроила, Лия?!
Крик мужа раздался прямо с порога. Спустя два часа после того, как я оставила его с этой дрянью в ресторане.
Домой он, очевидно, не торопился. Надо полагать, все это время утешал эту гадину, ведь это оказалось для него важнее, чем спасать семью.
И это уже был приговор.
Гневные, громкие шаги приблизились, ворвались в комнату. Я поднялась ему навстречу…
– А ну заткнулся, кобелина, – отчеканила металлическим голосом. – Разбудишь дочь – я тебе бубенцы оторву.
Он потрясенно замер посреди гостиной. Посмотрел на меня так, будто видел впервые…
Ещё бы. Я ведь никогда раньше с ним так не говорила. Ни таким тоном, ни в таких выражениях.
Но подстраиваться больше ни под кого не собиралась. На мою любовь, ласку и заботу он ответил изменой. Значит, теперь мы будем говорить по-другому. Так, как он того заслуживал.
Онемев, он стоял и хлопал глазами. Видимо, то дерьмо, которое хотел на меня вылить, резко застряло у него в горле.
Я молча ждала.
Наконец он откашлялся. Принял грозный вид… Но говорил уже куда тише, не смея повышать голоса.
– Я спросил, что ты устроила там, в ресторане. Ты сдурела, Лия?!
Я спокойно скрестила на груди руки.
– А ты не сдурел бегать на свидания с какой-то быдловатой дрянью, будучи женатым, и зная, что тебя ждут дома?
Он хмыкнул. Обвёл меня с головы до пят выразительным взглядом, словно желая подчеркнуть этим каждый мой недостаток…
Внутренности запылали. Но я упрямо вздернула подбородок. Нет уж. Я больше не позволю меня принижать. Не позволю заставлять чувствовать себя какой-то уродиной.
А его голос прозвучал неожиданно ласково, когда он произнес:
– Ну что ты разбуянилась? Не надо так волноваться. Ну, встречаюсь я с ней и что? Я же от тебя не ухожу. И никуда не денусь, у нас ведь семья.
От запредельной наглости его слов меня захлестнуло волной гнева и отвращения.
Благодетель! Никуда он не денется, вы подумайте! Так, пошляется с этой сучкой и ко мне снова придёт, а я, видимо, должна быть от этого счастлива, ведь меня не бросают, от меня не уходят!
И ещё хватает совести называть это «семьей»!
– Ты идиот? – спросила, презрительно усмехнувшись. – Или меня держишь за идиотку? Ты не денешься – денусь я! Мне мужик, собирающий всякую падаль, рядом не нужен!
Он поморщился.
– Лия, ну а чего ты хотела? Посмотри на себя в зеркало!
Он снова пытался меня унизить. Но я не намеревалась этого позволять.
– А ты на себя смотрел? Морду свою козлячью разглядел?
Он вздохнул.
– Не злись. Просто пойми… Я же мужчина. У меня есть потребности. А при виде тебя у меня, уж извини, все падает. После родов ты так изменилась, что я совсем тебя не хочу… Но это не причина рушить семью.
– Ох, какой ты, оказывается, прекрасный семьянин! – издевательски восхитилась я.
– Именно так, – остался он невозмутим. – Я вас не бросаю, несмотря ни на что.
Он нас не бросает… вы подумайте только!
Следующая мысль вспыхнула в голове очищающим, спасительным пожаром.
Да я сама его брошу!
Нет, вовсе не уйду с дочкой в никуда, оставшись со всеми заботами один на один, и позволив ему и его бывшей-нынешней шлендре наслаждаться жизнью, как ни в чем не бывало.
Я его проучу.
Я получу возмещение за все, что вложила в этот брак.
Я покажу ему, каково мне пришлось. Дам осознать и прочувствовать, как он сам меня довёл до того, что теперь перед собой видел.
Пусть вкусит всех прелестей родительства, которых так избегал!
А я наконец приведу себя в порядок.
Снова стану той, кого он когда-то хотел.
Той, кого захочет снова.
Но уже не получит.
Подступив к нему вплотную, я посмотрела мужу прямо в глаза и негромко, но отчётливо сказала:
– Ты жалок. И не понимаешь одной очень важной вещи. Я-то исправлю свою внешность, стану такой, какой и была, даже лучше. А ты так и останешься тем говном, что ты есть.
Больше ничего не добавляя, я развернулась и ушла в спальню, к Настеньке.
Нужно было тщательно спланировать новую жизнь.
Глава 7
Закинув ноги на стол, с удобством откинувшись на спинку массивного кожаного кресла, Вася нетерпеливо всматривался в экран своего телефона.
Ждал ответа. Алчно ловил каждое слово, внимательно вчитывался в каждую букву, когда приходило сообщение от неё…
От Маши.
У него горела работа. Ждали отчеты, контракты, поставщики, нужно было просмотреть несколько резюме потенциальных сотрудников, а он не мог, да и, откровенно говоря, попросту не хотел отрываться от телефона. Все, на что был сейчас способен – это гипнотизировать взглядом экран в ожидании нового послания…
И к черту все остальное. В конце концов, он сам себе начальник, так что может делать что угодно...
Вчерашняя выходка Лии не отвернула от него Машу. Вася не был идиотом, хорошо понимал – на это есть причины. И вряд ли дело в том, что его бывшая внезапно воспылала к нему безумными чувствами, как пыталась то показать…
Но ему нравилось обманываться. Нравилось наблюдать, как она перед ним змеей вьется, как смотрит на него так, словно он – предел её мечтаний. Нравилось слушать ее ласковые, на грани подобострастия, речи… Он жадно впитывал в себя её вероятную ложь, чувствуя себя хоть немного отмщённым…
За то, что когда-то она выбрала не его.
Так бывает – мы любим человека сильнее, чем тот любит нас. И потом вторая половина легко уходит в новую жизнь, а ты остаёшься с огромной, зияющей дырой в груди на том месте, где когда-то билось сердце. И вроде существуешь, двигаешься, дышишь, но больше не ощущаешь себя прежним, полноценным…
Вася думал, что давно пережил это расставание. Отпустил, простил, забыл…
Но вот увидел её недавно, спустя долгое время, и стало ясно – не отболело, не отгорело, не отревело…
А ведь у него теперь была жена. Любящая, заботливая, вот только…
Она не была Машей.
Мысли о Лии заставили его хмыкнуть.
Откровенно говоря, ему даже понравилось то, что устроила накануне жена. Как она была хороша там, в ресторане!
Боевая, уверенная, огненная. Готовая сражаться за него, как волчица.
Васе льстило, что разом две женщины хотели его внимания.
И будь Лия в прежней форме… он бы, может, и удержался от свиданий с Машей. Но жена уже давно не радовала его глаз, не вызывала в нем желания…
Их семейная жизнь превратилась в день сурка, в одни и те же повторяющиеся события, где он вкалывал изо дня в день, чтобы содержать семью, а она смотрела за ребёнком и домом…
Порой Вася вообще ощущал себя ей не нужным, забытым. Казалось, что с рождением Насти он словно отошёл куда-то на задний план, сделался невидимым…
А после и сам остыл к Лие. Смотрел на её располневшее тело, на простую одежду, которая не вызывала никаких фантазий, и не испытывал ни малейшего желания к ней прикасаться.
Хотя, вроде как, и любил её, и ценил. И разводиться вовсе не собирался, он ведь приличный, ответственный мужчина…
Но и не взять от Маши то, что она откровенно предлагала, что ему, как он считал, вполне причиталось, тоже не мог.
В конце концов, ничего такого страшного в измене ведь нет. К этому всего лишь надо проще относиться!
Телефон завибрировал, возвещая о новом сообщении. Он накинулся на него голодным ястребом…
На этот раз слов не было. Было лишь фото. Но такое, что у него мгновенно во рту пересохло, а нижняя часть тела отозвалась весьма конкретным образом…
Маша… в белье. Черном, кружевном, весьма… откровенном.
Он смотрел на это, как завороженный.
А следом прилетело сообщение…
«Прикупила новое белье… Как тебе?»
Вася сглотнул.
«Ты нереальная. Никого красивее в жизни не видел».
На миг где-то внутри него шипящей змеей шевельнулась совесть, намекая на то, что это несправедливо по отношению к Лие, но…
Лии тут не было. К тому же, она уже знала о его встречах с Машей. И она с этим, конечно же, смирится. А куда денется?
У них маленький ребёнок. Куда она уйдёт? Не к мамаше же своей. И вообще, без него Лия с Настей пропадут!
Следующее сообщение от Маши пришло в виде голосового…
«Знаешь, Вась… тут такая застежка неудобная на лифчике… может, заглянешь в гости… поможешь… расстегнуть?»
Он невольно облизнулся. Скинув ноги со стола, неловко поерзал в кресле…
Черт! Как же откровенно она себя предлагала! Какая томность, какая призывность звучала в её голосе… С каким будоражащим придыханием она говорила… И как же ему это нравилось, как его это возбуждало!
Он приготовился было записать ей ответ, но вдруг…
В дверь постучали. Вася вздрогнул, словно внезапно застигнутый за каким-то преступлением…
– Что? – гаркнул коротко.
Дверь отворилась и в кабинет заглянула его администратор, Катя. Лицо у неё было растерянное…
– Василий Андреевич, там…
– Я! – уверенно заявил знакомый голос.
Вася потрясенно уставился на появившуюся в проёме, словно черт из табакерки, жену.
А Лия решительно отодвинула Катю в сторону и…
Вкатила в кабинет детскую коляску.
Вася опешил. Никогда прежде жена не врывалась к нему на работу, тем более без предупреждения. Да ещё и с ребёнком!
– Ты почему тут? – только и смог спросить растерянно.
Лия ослепительно улыбнулась.
– Мне нужно по делам. Поэтому с Настенькой посидишь ты.
Глава 8
Наверно, почти каждой маме непросто сделать такой сложный, но очень важный и необходимый шаг – оторвать от себя ребёнка, доверить его кому-то другому, и просто поверить в то, что без нее дитя вовсе не пропадёт…
Я часто сетовала на то, что никто за прошедшие месяцы ни разу не предложил мне помощи, но я даже не думала о том, легко ли будет решиться на то, чтобы эту самую помощь принять.
Впрочем, помощи мне никто не предлагал и сейчас. Просто теперь я собиралась получить ее самостоятельно, можно сказать – принудительно и насильно.
А именно – переложить заботы о ребенке на мужа. Не насовсем, конечно, и отнюдь не полностью. Всего на несколько часов, чтобы наконец переставить фигуры на этой шахматной доске и сделать ход Королевы.
Мне нужно было время на себя. А Васе будет совсем нелишним на своём опыте осознать, как это тяжело – ухаживать за ребёнком. Кормить, развлекать, укладывать спать, и просто постоянно следить за тем, чтобы дитя не убилось.
Конечно, я переживала о том, как дочка будет без меня. Не травмирую ли её тем, что исчезну – пусть даже всего на несколько часов?..
Но в итоге пришла к выводу, что на это нужно решаться. Что для всех нас это будет во благо.
Черта с два я позволю Васе шляться с этой дрянью и дальше, пока я заперта в четырёх стенах и просто морально и физически разрушаюсь. Воспитывая, между прочим, его ребёнка, которого он так хотел, так просил. А теперь вёл себя так, будто тут и вовсе не причём и Настенька нужна только мне.
Раз у него есть лишнее время на встречи с этой гадюкой – я найду, чем его занять взамен. Пара дней – и он только и будет, что о сне мечтать, да об отдыхе хотя бы в течение пяти минут, а не об этой шлюшке.
А потом я сделаю так, что он живо вспомнит, почему на мне женился. И захочет все то, от чего сейчас отказался. Захочет меня, над которой так мерзко насмехался.
Ну а пока…
Пока я могла наслаждаться его растерянной, потрясенно вытянувшейся физиономией.
– Лия, ты с ума сошла, что ли? – наконец прорезался у него голос.
Нахмурился, показывая свое недовольство. Только я теперь плевать хотела на его физический и моральный комфорт. Он об меня буквально ноги вытер, так что я в долгу за это не останусь.
– Я в уме, как никогда прежде, – откликнулась с холодной улыбкой.
– Но у меня тут не детский сад! – возмутился Вася.
Пыжился, как индюк. Пытался показать себя главным, продавить меня под свою волю. Но отныне это больше не работало.
Женщина готова на многое ради мужчины, когда верит, что её любят. Но когда её предают… с такой же силой и такой же страстью способна мстить.
И теперь передо мной был не любимый муж. Передо мной был изменник и относиться к нему я буду соответствующе.
– Василий Андреевич, можно я уже пойду? – донёсся из-за спины писк администратора.
Откликнуться решила сама.
– Идите, Екатерина.
Она, словно только того и ждала, скрылась за дверью, плотно прикрыв за собой. Мудрое решение, ибо кто знает, что тут сейчас будет твориться в этом кабинете.
– Ты почему приказываешь моей сотруднице?! – прошипел муж, вставая с кресла.
– А ты хочешь, чтобы весь твой офис слышал наш разговор? – парировала, вздернув бровь.
– А говорить и не о чем, Лия! Ты заканчиваешь этот цирк, забираешь дочь и идёшь домой!
– Ну вы посмотрите, кто тут раскомандовался, – откликнулась насмешливо. – Если ты ещё не понял, то я тебе сейчас объясню, Васенька. Первое – ты не можешь мне приказывать, я тебе не собака. Второе – я с тобой не шучу. Ты такой же родитель, как я. И отвечаешь за дочь в равной со мной степени. И раз у тебя находится время на шлюху, то на дочь найдётся и подавно.
– Но я здесь, если ты не заметила, работаю!
Не обращая внимания на его возмущения, я достала сумку с тем необходимым, что понадобится дочке за время моего отсутствия, и подошла к столу, чтобы водрузить её туда. И тогда увидела это…
Телефон мужа лежал на столе незаблокированный. Поэтому я разглядела его переписку с этой Машей, а там – и весьма откровенное фото, что она ему отправила…
Вася дёрнулся было, намереваясь схватить телефон, но я была быстрее. Сцапав смартфон, с издевкой поинтересовалась:
– Вот это ты называешь работой?
Снова посмотрела на фото. Стало тошно от мысли, что я себе не могла позволить надеть такое вот белье. Впрочем, и у этой дамочки, всплывшей в жизни моего мужа, как говно, которое не тонет, тоже были не такие уж и идеальные формы. И все же её он хотел, а меня…
Я тряхнула головой, прогоняя эти думы. Посмотрим ещё, за кем останется эта война.
Нет, я вовсе не собиралась драться с какой-то швалью за мужика, который того вообще не стоил. Но пожалеть о том, что сделал, ему придётся.
– Я тебе все сказал уже, – проговорил он злобно, сквозь зубы. – Я буду встречаться, с кем хочу! Твоё дело – воспитывать дочь! И радуйся, что я от вас не ухожу!
Это заявление было настолько омерзительным, что я не удержалась.
– Раз так, то я тоже буду встречаться, с кем хочу, – отчеканила в ответ. – Видишь ли, ты меня тоже, как муж и отец, не устраиваешь. Я выбрала тебя отцом своего ребёнка и сильно ошиблась. Но это ещё не поздно исправить! Я найду Насте нового папу, которому будет важна семья, а не скакание по дешевым шлюхам, которые сегодня с одним, завтра – с другим! Быстро же ты забыл, как твоя Машенька выбросила тебя, словно мусор, как только на горизонте показался кто-то поинтереснее!
На его скулах бешено ходили желваки. Он сжимал кулаки так, что побелели костяшки пальцев. Было видно – его сильно задели мои слова. И мне это было до чёртиков приятно.
Но, как ни странно, из всей моей речи он отреагировал лишь на одно…
– Отец Насти – я! Не будет у неё другого папы!
– А на кой черт ты ей такой нужен? – отозвалась, не скрывая отвращения. – Что ты есть в её жизни, что тебя нет – никакой разницы! Что ты вообще для неё сделал? Ты задумался вообще хоть раз, что она о тебе вспомнит много лет спустя? Мы все смертны, Вася. Какую память ты оставишь дочери о себе? Какими словами она будет о тебе говорить? А может, не будет вообще? А когда будешь подыхать… твоя дочь, возможно, даже об этом не пожалеет. А ты сам? Не боишься в конце жизни остаться наедине с сожалениями?
Он открыл было рот, чтобы что-то сказать, но так и не смог издать ни звука.
Я устало указала на сумку.
– Там питание для Настеньки и расписание, по которому её надо кормить. И все прочее, что вам пригодится. Присматривай за ней хорошенько, понял? Если ты не заметил, она понемногу начинает ходить. И если я, вернувшись, увижу на ней хоть малейшую царапину или вообще шишку, ты об этом сильно пожалеешь.
Я подошла к дочке, которая все это время на удивление тихо и покорно сидела в коляске, и, поцеловав её, сказала:
– Побудешь немного с папой, моё сокровище?
Дочка нахмурилась, став вдруг очень похожей в этом на своего отца. Протянула ко мне ручку…
– Ма-ма…
– Мама вернётся, – уверила я её. – А ты пока оторвись на папе.
Настя, словно понимая меня, повернула голову к отцу. Широко улыбнувшись, выдала…
– Па-па!
Это слово она сказала впервые. И мы оба с Васей растерянно замерли.
Он смотрел на дочь так, словно вообще только что осмыслил её существование. Будто до этого она казалась ему какой-то не настоящей, игрушечной…
Что ж, теперь его ждало множество открытий.
Выпрямившись, я пошла было к двери, но вдруг осознала, что все ещё сжимаю телефон мужа в руке…
И он все ещё не заблокирован.
Хмыкнув, я решила внести свою лепту в эту пошлую переписку.
«Не позорься. Выглядишь, как сарделька, обтянутая верёвочкой», – напечатала я быстро его шлюхе.
«Что?», – пришёл мгновенно ответ в сопровождении рыдающего смайлика.
Отвечать дальше я не стала. Попросту взяла и заблокировала её.
Бросив телефон на стоявший рядом диван – вряд ли мужу теперь скоро будет до него дело – я выскользнула за дверь.
Нужно было многое сегодня успеть.
