Текст книги "Крещение огнём (ЛП)"

Автор книги: Лорен Коулмен

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 8 страниц)

Глава 5.
Сложные решения

– Благодаря нашему набегу на административный комплекс, у нас есть хороший набор карт этой подземной фабрики. И это их фабрика по производству мехов, лейтенант. Исходя из того, что я смог пока выяснить, она, вероятно, их единственная на Транквиле. Она также плохо защищена. Ягуары слишком сильно полагались на то, что местоположение фабрики будет неизвестным.

– Главный вход был преднамеренно обрушен, грубый, но эффективный барьер против штурма, пока Ягуары не закончат несколько новых омнимехов. Эпона Ри находится на позиции у входа, она полагает, что смогла бы пробиться, но не уверена в этом. Так как времени у нас мало, я нашёл ещё один путь. Вы зайдёте с противоположной стороны с помощью пары фокусов из области прикладной инженерии.

– Ожидайте передачи данных.

Транквил, родные планеты кланов

1 мая 3060 г.

Коннор знал, что под концентрированным огнём его «Ориона» и трофейной «Пумы» Доминика у семидесятитонного «Тора» нет шансов.

Первый лазурный луч из двух пушек-излучателей частиц Пэйна оставил шрам из расплавленной брони в нижней части башнеобразного корпуса. «Орион» атаковал следом, его ракеты сорвали последние остатки защиты на левой ноге врага и расширили дыру на левом боку омнимеха, обнажая каркас. Автопушка Коннора вгрызлась глубже, проникая в бункер с боеприпасами для установки РБД «Тора» и подрывая боеголовки и горючее.

С огромной силой весь боезапас из более чем сотни ракет взорвался. Расцвёл огненный шар, детонация разворотила весь левый бок омниса, серьёзно повреждая тепловую защиту и крепления левой руки. Главное оружие «Тора», гауссовая пушка, бессильно повисла вместе с конечностью.

Только система раздельного хранения боеприпасов предотвратила уничтожение меха, направляя взрыв наружу, а не дальше, вглубь корпуса. Маленькое утешение, так как ужасная сила развернула «Тор», заставила его оступиться и, наконец, опрокинула машину на левый бок.

Прямо под выстрел второй ПИЧ Доминика.

Рукотворная молния с треском прочертила извивающуюся змеёй линию от орудия «Пумы» до головы «Тора». Поток энергии пробил броню и армированное стекло кабины, мгновенно превратив кабину в крематорий. И то, что было небезнадежным падением, превратилось в роковое погружение в смерть, современный омнимех превратился во много тонн деталей и металлолома.

Две мобильные полевые базы въехали в громадную пещеру, третья была потеряна на поверхности, когда звезда ягуарских омнимехов застала коммандос врасплох. В той битве Доминик потерял «Шэдоу Кэт», машина была полностью уничтожена, но пилоту удалось успешно катапультироваться. Если бы клановские пилоты работали вместе, а не как пять отдельных воинов, они бы смогли бы прикончить и Коннора.

Тяжело дыша от поднявшейся температуры в кабине, Синклер окинул взглядом подземный шахтный комплекс, от которого оставались лишь искорёженные дымящиеся обломки. Три клановских меха также лежали на усыпанной гравием земле. Они больше не представляли угрозы, и вместо них лейтенант смотрел на разрушенный конвейер. Соренсон обещал, что они смогут использовать его, чтобы попасть в фабричный комплекс.

Пещера, в которой тот размещался, была не более чем в ста метрах. Но она была за цельной каменной стеной, так что не было разницы, сто или тысяча.

Капрал словно услышал своё имя в мыслях Коннора, и его голос зазвучал в наушниках.

– Мы засекли слабый сигнал от Эпоны Ри. Она наполовину разобрала дорогу до фабрики и попытается успеть встретиться с нами, пока мы будем продвигаться дальше. Её последняя мобильная полевая база доведёт меня, а вы продолжите перемещение в сталелитейный цех.

– Просто прекрасно, – сказал Коннор. – Но как мы попадём туда, если конвейер сломан?

Конструкция проходила в семи метрах над землёй, это был длинный мост от рудного сепаратора сталелитейного цеха до рампы у каменной стены на месте добычи руды. Соренсон планировал, что два меха поднимутся по рампе на ленту конвейера, войдут в сепаратор и пробьют внутреннюю стену, что позволит им выйти с другой стороны сталелитейного цеха. Хороший план, однако, сейчас мост был обрушен посередине. А лазание никогда не была сильной стороной боевых мехов.

Шум помех предупредил о новой перехваченной передаче Дымчатых Ягуаров.

– Слишком тихо. Что они делают? Всем постам, выйти на связь!

Хотя качество передачи было плохим, Коннор посчитал, что говорит звёздный коммандер Древин, находившийся на фабрике воин. Соренсон перехватил несколько радиопередач между Древином и Раташем Озисом. Древин был в отчаянном положении. Люди в отчаянном положении опасны. Клановские воины в отчаянном положении – опасны вдвойне.

– Я не могу связаться с Эпоной, – сообщил по обычной частоте капрал. – Слишком много камня между нами.

Одна из мобильных полевых баз начала попытку разворота, чтобы оказаться в направлении выхода.

– Надо быстро объехать гору, а то мы потеряем её.

Коннор покачал головой. Он не мог позволить, чтобы Соренсон начал паниковать сейчас.

– Успокойтесь, капрал. Остановите базу, – он подождал, пока будет выполнен его приказ. – Теперь подумайте, Томас. Вы до сих пор вели нас. Ваш изначальный план был нарушен, так что придумайте что-то новое. Мы примерно в двух сотнях метров от цели. Найдите решение.

Должен был быть другой путь. То, что он его не видел, не значило, что его не найдёт Соренсон. Этот человек был прирождённым аналитиком.

– Это то, что у тебя лучше всего получается. Давай же.

«Пума» Доминика топталась на небольшом пятачке. Воин нервничал, пока специалист-аналитик разведданных пытался придумать новый путь. Коннор ждал, мышцы от напряжения сводило судорогой. Он снова рисковал, каждая потерянная секунда отдаляла Эпону Ри от всякой поддержки.

Наконец раздался голос:

– Невозможно, лейтенант. Прошу прощения. Сквозь стены тут не пробиться, а ваши мехи не могут взобраться наверх. Им нужен лифт или рампа… Рампа!

Коннор позволил себе улыбнуться. Возглас Соренсона был эквивалентен возгласу «Победа!».

– Вы не в двух сотнях метров от цели, сэр. Вы в шести. Вам надо взобраться на этот мост и попасть в первый отсек сепаратора, – по одному из вспомогательных дисплеев Коннора побежали символы передаваемых данных. – Уничтожьте следующие опоры под конвейером.

Он не понимал, чего он добьётся, обрушив ещё часть моста, но капрал пока его не подводил. Коннор переключился на лазеры – не было смысла тратить драгоценные боеприпасы, а если коммандос всё удастся, не будет времени на пополнение боезапаса. Эпона рассчитывала, что они будут там.

Мелькнули рубиновые лучи, подрубив одну балку, а затем другую. Мост искривился, даже через броню кабины Синклер услышал вой испытывающего перегрузки металла, но конструкция не обрушилась. Третья и четвёртая опоры также упали, даже толстый металл не мог противостоять оружию меха.

Конвейерная система рухнула.

Её поддерживающая часть упала, но лента осталась целой, одним концом образуя импровизированную рампу. Грубая работа, но если всё получится, то жаловаться не стоит. Коннор первым поднялся наверх, молясь о том, чтобы конструкция выдержала семьдесят пять тонн его «Ориона». Она выдержала. Лейтенант прошёл сквозь дробилку первого дробления, и оказался в сепарационном отсеке.

– Южная стена, – напомнил Соренсон. – Прожгите её.

Заработали лазеры, но если балки поддались относительно легко, то тут металл сопротивлялся. Красно-оранжевые капли расплавленного металла медленно капали на пол сепаратора. Это был лучший сплав технического сорта, который должен был выдерживать годы серьёзных нагрузок. Он и не должен был поддаться быстро.

Вспышка помех.

– Они идут. Никому не трогать командира! Он мой.

Снова Древин. Исключено, что он уже раскусил их план, значит, он имел в виду Эпону, как если бы она вела объединённые силы. Она почти добралась до укреплений Ягуаров и без поддержки рядом!

Коннор прекратил огонь из лазеров, поднял руки и начал методично наносить удары по ослабленному металлу. Тот начал трещать и прогибаться, но отказывался поддаваться. Доминик стоял за «Орионом», не имея возможности встать рядом и помочь. Наконец Коннор отвёл свою громадную машину слегка назад и просто двинул вперёд, нацелившись угловатым плечом в уже повреждённое место стены.

Долгую секунду металл держался, а затем со скрежетом поддался.

«Орион» неловко прошёл через образовавшееся отверстие. Коннор оказался в тесном проходе, предназначеном для рабочих в экзоскелетах, но в принципе проходимом на боевом мехе.

Осторожничать времени не было: мехвоин просто выжал, насколько осмелился, рукоять контроля скорости. Несколько раз «Орион» задевал стены, сдирая такую важную броню. Первым признаком битвы была короткая вспышка рубинового света, мелькнувшая из-за следующего поворота.

Вторым – зов Эпоны о помощи.

– Кровь Блейка! – выкрикнула она, акцент лишь слегка смягчил это древнее ругательство. – Я тут с «Аннигилятором» танцую! Никто партнёра не заберёт?

За поворотом проход быстро переходил в камеру, выходящую на заводской комплекс. Комплекс имел примерно пятиугольную форму, и мог похвастаться изощрённой конструкцией, которую коммандос ещё не встречали на Транквиле. Как и в прошлой подземной фабрике, Дымчатые Ягуары попытались оставить на полу как можно больше открытого пространства. Здания вытягивались вдоль стен, превращая всю пещеру в один большой зал с металлическими стенами.

Странная башня посреди этого зала была оплетена толстыми кабельными каналами, три тяжёлых кабеля расходились к трём автоматизированным боксам по производству мехов, находящихся в разных углах помещения. Три меха, два из которых были омнисами, были почти завершены. Они покоились в своих колыбелях, пока над ними продолжали хлопотать машины.

А завершёнными мехами были чудовищный «Аннигилятор», по сторонам от которого были «Тор» и, как ни удивительно, «Оуэнс».

«Аннигилятор» был двенадцать метров высотой и сто тонн весом, всем своим видом являя штурмовой мех. Голова была похожа на толстый гребень над пулевидным телом, которое стояло на массивных ногах. Руки говорили о смертоносности машины, каждая оканчивалась двумя крупнокалиберными стволами автопушек. В бою с этой моделью требовался не просто серьёзный подход. Требовалось убедить себя не принять безоговорочной капитуляции. Хотя «Аннигилятор» был не омнимехом, он всё же был построен по клановским технологиям и следовал идее обмена скорости на сокрушительность огневой мощи.

И в данный момент эта мощь была направлена против Эпоны Ри.

На Транквиле она успела пересесть на отремонтированный трофейный клановский «Шэдоу Кэт», похожий на тот, что потерял Доминик. Однако модель Эпоны несла два больших лазера повышенной дальности и пусковую установку РБД-6.

Рубиновые лучи лазеров Ри укололи врага, но это был не «Аннигилятор». Она игнорировала титана и наносимый ей урон, атакуя вместо него меньший мех – семидесятитонный «Тор». Её тактика внесла замешательство в ряды противника, «Тор» старался убежать от её огня, вместо того, чтобы ответить меху, который звёздный коммандер Древин выбрал для себя. «Шэдоу Кэт» Эпоны был гораздо быстрее, и сновал по большой пещере, продолжая обстреливать омнис Ягуара, пытаясь по возможности находиться как можно дальше от «Аннигилятора». Сдерживающие действия в ожидании помощи.

Которая только что прибыла. Первый ракетный залп Коннора попал в спину штурмового меха, дробя броню, но не пробив её. Будучи самым слабо защищённым местом, спина «Аннигилятора» всё равно могла выдержать несколько серьёзных попаданий, прежде чем будут нанесены внутренние повреждения.

Автопушка «Ориона» ободрала броню на правой ноге противнка. Оба лазера вонзили свои изумрудные лучи в левую руку меха, что рассеяло урон, а не развило преимущество первого попадания в спину.

Этот залп мог и не доказать опасность «Ориона», но высота меха Синклера, сопоставимая с «Аннигилятором», могла заставить принять его за командира коммандос. Ни один ценящий своё наследие офицер Дымчатых Ягуаров не откажется от вызова на бой.

Когда опасный противник повернулся к нему, Коннор не сумел побороть дрожь. «Орион» не мог противостоять «Аннигилятору», все в комплексе знали это. Особенно мехвоин Ягуаров, поднявший обе руки, направив все четыре автопушки на Коннора.

У звёздного коммандера Древина было мало шансов промахнуться по медленному «Ориону».

Вспышки трассеров осветили пещеру, прочертив полосы к тяжёлому меху Синклера. Крупнокалиберные снаряды вгрызлись в броню на груди и обеих руках «Ориона». Семидесятипятитонный мех затрясся от попаданий, как только что дрожал его пилот. Он запнулся, сделав шаг назад, и коммандос неудачно пытался удержать равновесие, используя все свои навыки и силу воли.

Громада «Аннигилятора» тяжело шагала вперёд, медленно, но неумолимо.

Но, падая назад и пытаясь восстановить контроль над израненным боевым мехом, а также вернуть себе инициативу, Коннор вдруг вспомнил урок из академии.

Тема урока была «Ориентация в обстановке».

– Это может спасти жизнь мехвоину, – обещал лектор, говоривший короткими рубленными фразами, словно считая каждое слово. – Кто-то рождается с этим умением. Ему можно научиться, да. Но ему можно научиться неправильно. И тогда конец.

Ориентация в обстановке покрывала множество факторов. Требовалось больше, чем просто держать в голове поле боя, как какую-то гигантскую шахматную доску, хотя это включалось в понятие. Когда Коннор в попытке обхитрить гравитацию наклонил «Орион» вправо, это произошло потому, что он знал о каменной стене с той стороны. Боевой мех сильно ударился о неё, лейтенант слышал далёкий скрип обрываемых на спине бронепластин.

Однако это было лучше, чем упасть на землю и, вероятно, никогда не подняться снова из-за «Аннигилятора».

Другим аспектом «ориентации» были фигуры на этой воображаемой доске. Приближающийся штурмовой мех. «Оуэнс», только сейчас показавшийся с другой стороны башни. «Пума» Доминика, которая, судя по показаниям нашлемного дисплея, должна была выйти из камеры и оказаться слева от «Ориона».

«Шэдоу Кэт» Эпоны Ри, преследующий «Тор». «Тор», пробежавший мимо «Ориона» и «Аннигилятора», остановившийся, чтобы повернуться к противнику. Теперь командир воина Дымчатых Ягуаров переключился на «Орион», и он, наконец, мог ответить на атаки.

Хотя Синклер пока не сражался вместе с Ри, он верил, что она не попадёт под обстрел «Тора». Картина в голове складывалась как нельзя лучшим образом. Ориентация в обстановке помимо прочего включала координацию всех факторов и понимание, как они зависят один от другого. Предсказывание решений, как врагов, так и своих товарищей.

Выявление того момента, когда враг наиболее уязвим, например, когда повернулся спиной к бывшей цели.

Кланы учили своих пилотов вести бой один на один, вместо участия в обычном хаосе поля боя. Воин выбирал цели и пытался уничтожить её, игнорируя все остальные. По мнению Коннора, клановских воинов учили неверно.

И это может погубить их.

– Со мной, Доминик!

Он едва успел отдать приказ, нажимая гашетки. Стреляя не по «Аннигилятору», который нёс на корпусе десять тонн целой брони, а по «Тору», уже повреждённому атаками «Эпоны». Его автопушка извергла разрушительный поток снарядов, прошедший по левой руке семидесятитонного меха и оторвавший её ниже локтя.

Главный калибр «Тора» был потерян, рука с грохотом упала на каменный пол пещеры.

Через долю секунды Доминик пробил двумя выстрелами ПИЧ броню на правом боку омниса. Бело-голубые молнии расплавили большую часть защиты двигателя и уничтожили аппаратуру управления правой рукой, тут же бесполезно обвисшей. Практически погибший «Тор» получил ещё один удар – в правую ногу попали оба средних лазера и одна из ракет ближнего действия Коннора. Уже изуродованная Эпоной конечность не смогла перенести этого залпа. Нога выгнулась наружу в сломанном коленном суставе, а затем отломилась. «Тор» упал на бок и больше не поднялся.

Эпона сразу поняла своё преимущество и прекратила преследование своего противника, оказавшись позади «Аннигилятора». Штурмовой мех отказался от неё в пользу «Ориона», очевидно полагая «Шэдоу Кэт» менее значащей целью. Собравшись доказать воину Ягуаров его неправоту, она сделала залп из обоих лазеров и пусковой установки РБД. Рубиновые лучи метнулись к спине «Аннигилятора». Один из них прошёл слишком низко, попав в бедро, но второй смог прорезать броню и повредить что-то из жизненно важного оборудования штурмового меха.

Расплавленная броня потекла на пол, а затем из пробоины полетели куски металла, когда гироскоп машины начало разрывать на части. Три ракеты, попавшие туда же, ускорили кончину машины, и «Аннигилятор» сначала упал на колени, а затем, медленно и почти грациозно, – на пол.

Штурмовой мех тут же попытался подняться на руках, чтобы продолжить битву, невзирая на разрушенный гироскоп. Воин Ягуаров не сдавался.

Доминик уже отделился, чтобы сразиться с «Оуэнсом». Коннор с Эпоной приблизились к поверженному гиганту, чтобы продолжить его обстрел. Нельзя было дать ему возможность встать на ноги или даже просто приподняться, чтобы он не открыл огонь из автопушек. Упавший мех полосовали всё новые и новые цветные лазерные лучи, которые снова и снова посылали коммандос. Через секунду после того, как «Оуэнс» пал под выстрелом ПИЧ Доминика, «Аннигилятор» также вышел из боя. Мех просто перестал шевелиться.

Коннор заметил большую дыру в задней части головы машины, один из больших лазеров Эпоны завершил борьбу звёздного коммандера.

Поле боя и фабрика остались за тремя коммандос группы «Дамокл».

– Неплохая работа, Эпона.

«Пума» Доминика подошла и встала напротив «Шэдоу Кэта», возможно, чтобы Пэйн мог помахать рукой через армированное стекло кабины.

– Нам бы не помешала твоя помощь наверху, когда звезда омнисов атаковала нас. Ну, лучше поздно, чем никогда, – сказал он, забыв, – по мнению Коннора, делая вид, что забыл, – что Эпона сюда прибыла первой.

– Поздно? – Синклер слышал, как её голос дрожит от всплеска адреналина. – Пэйн, ты себе представляешь, чего мне стоило добраться сюда вообще? Чёртова миссия чуть не провалилась, нас разбросало по всему полуострову.

Доминик дипломатично уступил.

– Прости, Ри. Я рад, что ты с нами. Хотя больше всего я был бы рад «Блэк Хаммеру».

Эпона Ри успокоилась, возвращаясь к своим как обычно спокойным интонациям.

– Все сведения, включая перехваченные передачи Ягуаров, указывают на то, что всё почти потеряно. Если не считать Кейта Эндрю, который застрял на севере, мы – это все, кто остались.

Коннор вздохнул про себя, а затем нижней челюстью прижал контакт открытия канала связи.

– Нам бы не помешала кавалерия, – передал он.

Уже не первый раз пессимистичный взгляд Доминика на мир начинал казаться верным. И с каждой прибавкой в его разношёрстной команде, ощущение становилось сильнее.

«Шэдоу Кэт» Эпоны развернулся к большему «Ориону».

– Это ещё не всё. Кейт столкнулся с тяжёлыми лазерными башнями в северной части третьего оперативного района…

– Мы сталкивались с такими, – перебил её Доминик.

– Ну, эти могут вести огонь не только по кораблям на низкой орбите, но и по наземным целям. Так что не ждите большой поддержки, пока они работают.

Ри на секунду замолчала, давая осознать новость, а затем продолжила:

– На самом деле, просто ведём осторожную игру, и не ожидаем многого.

– Исключительно хорошие трофеи у нас. Что может быть лучше клановской фабрики.

– Например, межпланетник в рабочем состоянии.

– Я работаю над этим, Доминик. Тем временем, Эпона ранее разведала несколько хороших маршрутов в следующий район операций. Пока Озис приближается к нам, мы лучше отправимся дальше. Каждый шаг делает нас ближе к «Эклипсу».

– Знаете, я не помню, чтобы подписывался на пеший тур по Транквилу. Но рад ли я оказаться тут? Будьте покойны!

Глава 6.
Разделенные[2]2
  Англ. «asunder». Игра слов, a Sunder – штурмовой мех «Сандер». (Прим. пер.)


[Закрыть]

– Все, слушайте меня. У меня есть часть перехваченного радиообмена между офицерами Дымчатых Ягуаров, которую добыла Эпона Ри. Я немного почистил её:

– …не важно. Ему нужно постоянное дообеспечение, пока он преследует этих вольнорожденных в гряде Кэскейд.

– Раташ Озис приказал держать межпланетный корабль наготове для себя.

– Вы хотите поспорить об этом с командиром галактики Корбеттом, воут?

– От. Просто будьте готовы к возвращению звёздного полковника Озиса в Дурган. Он будет недоволен, если не сумеет к тому времени уничтожить этих суратов.

– Так, вы слышали? Вот: «приказал держать межпланетный корабль наготове для себя». Вот он, ребята. Наш билет на «Эклипс». Я нашёл его. Теперь вы должны убедить их подбросить нас. Или убедим, или должны надеяться на спасательную команду. Что думаете, лейтенант?

Транквил, родные планеты кланов

2 мая 3060 г.

Клановские мехи атаковали. Коннор Синклер поудобнее перехватил скользкие от пота рукоятки управления.

Дышал он с трудом. Пот жёг в уголках глаз лейтенанта.

Последний набег коммандос превратился в отчаянную попытку выжить, и единственным утешением было то, что его маленький отряд заставлял платить большую цену. Разбросанные по земле обломки вражеского «Шэдоу Кэта» и «Аннигилятора» всё ещё дымились и были горячими настолько, что светились красным на тепловизоре. У «Мэд Кэта» была покалечена нога, он с трудом держал равновесие после взрыва боезапаса, разнёсшего бок семидесятипятитонного омнимеха. Он отступил в относительную безопасность укреплённого форпоста, чтобы получить короткую передышку, а воины группы «Дамокл» остались сражаться с приближающимся отрядом из четырёх свежих машин Дымчатых Ягуаров.

Этот второй отряд приближался с северо-востока, чтобы поймать коммандос на прибрежной долине, заставляя силы Внутренней Сферы отступать в область, где они будут окружены горами с двух сторон и морем с третьей. Ещё один «Мэд Кэт», бегущий перед «Шэдоу Кэтом», «Тором» и «Валче».

Казалось, путь к отступлению был за вражескими мехами. Однако Соренсон уже засёк неясный приближающийся сигнал, который, вероятнее всего, был ещё одним мехом, готовым перехватить любую попытку сбежать противника. Капрал держал свои мобильные полевые базы в четверти километра от поля боя, подъезжая как можно медленнее, оттягивая прибытие. Вместе с единственной уцелевшей МБП Эпоны Ри, у коммандос снова было три этих принципиально важных машин. Но это число могло быстро уменьшиться, если омнимехи обратят на них внимание.

Коннор уже перестреливался с приближающимся «Мэд Кэтом». Его трофейный «Тор» оказался в худшем положении: противник вёл массированный лазерный и ракетный обстрел, а он мог пользоваться пока только одним большим лазером. В ушах Синклера звенело от взрывов двух ракет, попавших в голову его меха.

Соотношение сил было очень плохим, пока враг не сблизится настолько, что Коннор сможет пустить в ход автопушку на левой руке «Тора». У стодвадцатимиллиметрового орудия была ограниченная дальность стрельбы, но оно могло нанести ужасающие повреждения даже самому крепкому меху. Коммандос могли надеяться пробиться и уйти, ввязавшись в серию поединков с противником.

Надежда была безжалостно убита, когда компьютер Синклера перехватил передачу Дымчатых Ягуаров.

– Вы бросите вызов, воут звёздный коммандер?

– От, Стефен, – сказал женский голос. – Сдачу не принимать. Просто уничтожить.

Коннор пустил «Тор» задним ходом.

– Отступаем! Отступаем!

Его воины не выстояли бы против огня этого вновь прибывшего подразделения. Броня «Шэдоу Кэта» Эпоны была больше воспоминанием, чем фактом, да и у «Тора» выглядела не так хорошо. Серый дым валил из пробоины в груди «Пумы» Доминика, чрезвычайно высокий нагрев меха объяснялся потерей одного из теплообменников.

То, что мехвоины коммандос сами нанесли не меньше урона, не играло роли. Они встретили серьёзно превосходящие силы.

– Никакой пощады! – приказала звёздный коммандер, бросаясь вперёд и делая несколько выстрелов из лазеров по «Тору» Коннора.

Находящиеся по её сторонам мехи также выбрали себе противников, «Валче» и «Шэдоу Кэт» вместе атаковали «Пуму» Доминика, ведя огонь из всего вооружения. Из-за ближайших защитных сооружений вышел первый «Мэд Кэт», взяв вместе с «Тором» под перекрёстный огонь мех Эпоны. Её «Кэт» попал под град из двенадцати ракет, осыпавших ослабевшую броню левого бока, а затем снаряд из гауссовой винтовки «Тора» попал ей в грудь. Лазерный луч срезал последнюю бронезащиту на правой ноге.

– Двигатель горячий, – передала она, предупреждая, что потеряла часть защиты реактора. – Активный зонд также потерян.

– Сожгли ещё один теплоотвод, – доложил Доминик. Из-за перегрева реактора для конфигурации «Пумы» с двумя ПИЧ это было почти также критично, как повреждения Эпоны. Однако они вдвоём всё же смогли вывести из боя повреждённый «Мэд Кэт», отрезав уже покалеченную ногу, а также лишив мех правой руки.

– Новый контакт, – выкрикнул Соренсон. – С запада на полном ходу приближается «Сандер».

Коннор пытался частично укрыться за одним из наклонных въездов в потрёпанный битвой форпост. После передачи Соренсона он повернулся и бросился вперёд, чтобы оказаться между приближающимся строем Дымчатых Ягуаров и своими коммандос. «Сандер» был девяностотонным омнимехом, разработанным во Внутренней Сфере, несомненно, он оказался тут как трофей. Штурмовик приблизился в мёртвой зоне каменного выступа, как и первые четыре меха. После того, как пятым мехов в звезде омнисов оказалась штурмовая машина, на спасение оставалось мало шансов. Коннор решил, что продаст себя как можно дороже, чтобы купить время для отступления своих двух мехвоинов и МБП Соренсона к океану, где они окажутся в сомнительной, но безопасности прибрежных холмов.

Манёвр сыграл в пользу лейтенанта, так как «Тор» ушёл из под новой волны ракет. С лазерами «Мэд Кэта» так не повезло. Оба нанесли глубокие раны, почти отрезав руку «Тора» и превратив последнюю броню на правом боку в расплавленную лужу на земле.

Синклер ответил выстрелом собственного лазера, алый луч впился в левое плечо «Мэд Кэта». Который отвернулся от него… развернувшись в направлении, откуда пришла звезда. Манёвр казался бессмысленным, хотя Коннор уже и не держал в голове всю картину боя в этом хаосе. Пока мысли метались в поисках того, что он упустил, лейтенант приготовил приказ подчинённым уходить в сторону побережья.

Эпона Ри догадалась раньше и командира копья, и Соренсона:

– Эй… ЭЙ! Это же наш «Сандер»?!

Пушка-излучатель частиц «Сандера» выстрелила хлыстом рукотворной молнии, полоснув горизонтально по округлому корпусу «Мэд Кэта». Между двумя машинами мелькнула болванка гауссовой пушки, попав прямо возле проплавленного шрама и смяв крепления одной из установленных на плече пусковых установок. Коробчатая конструкция отделилась от омниса с протестующим скрежетом и упала на землю. От детонации ракет внутри изуродованное оружие снова подлетело в воздух и упало в стороне.

Потерявший равновесие от мощного залпа «Сандера» и лишившийся более девяти тонн брони и вооружения, тяжёлый мех споткнулся и упал на правый бок, но тут же начал пытаться подняться.

– Вы меня слышите? – радиосигнал был слабым, прерывающийся и заглушаемый помехами больше, чем передачи Дымчатых Ягуаров, но слышимый. – Приветствую, «Дамокл»! Кажется, вам не помешает помощь.

Несмотря на повреждённую систему связи, Коннор почти узнал голос. Но снова Эпона опередила его.

– Аллен Маттила! Мастер преуменьшать.

Это был воин из её изначального отряда, третьей команды.

Коннор вспомнил, как однажды встретил его на борту «Блэк Хаммера» – большой, темнокожий мужчина с Нью-Сиртиса, с обычно самонадеянным поведением пилотов штурмовых мехов.

Заслуженное поведение, решил Коннор сейчас, когда три клановских омнимеха разом прекратили наступление, неожиданно вынужденные обороняться. Прибытие «Сандера» обеспокоило их. И совершенно правильно. Присутствие единственного штурмового меха на поле боя склонило чаши весов в другую сторону, и Коннор не собирался отказываться от преимущества, когда оно буквально само пришло к ним.

– В атаку, «Дамокл»! Это наш шанс.

Бой продолжился, и первым делом Синклер собирался прикончить упавшего звёздного коммандера. Сейчас, находясь под обстрелом всё ещё готового сражаться врага, лучше всего было атаковать самую опасную цель. Ни один из трёх оставшихся омнисов не совершил той ошибки, которую совершил на заводе звёздный коммандер Древин, они не повернулись спиной к врагу. Вместо этого они дали задний ход, уходя назад и влево в надежде увеличить дистанцию между собой и противником. Пытаясь удержать все вражеские войска перед собой. Хорошая тактика в большинстве ситуаций, если бы не одно маленькое преимущество «Тора».

Он прыгал.

Прыжковые двигатели превратили реакционную массу в плазму, направляя её по трубке Вентури с магнитным экранированием. Это создавало достаточно подъёмной силы, чтобы «Тор» мог пролететь над землёй до ста пятидесяти метров. Поднявшись в воздух и развернувшись в самой высокой точке траектории, Коннор приготовился приземлиться прямо позади клановских машин.

Оказавшийся между огневой мощью «Сандера» и крупнокалиберной автопушкой Коннора строй Дымчатых Ягуаров рассыпался. Каждый воин попытался спасти в первую очередь свою жизнь. Не снабжённый прыжковыми двигателями «Валче» остался на земле, подставляя свою спину Синклеру, а не уже продемонстрировавшему свою смертоносность «Сандеру». Вражеские «Шэдоу Кэт» и «Тор» оба взмыли воздух на реактивных струях, пытаясь избежать таким образом опасности. «Тор» прыгнул вперёд, чтобы оказаться подальше от Доминика и Эпоны. «Шэдоу Кэт» увеличил дистанцию, прыгнув назад.

Но это было неважно. Они все попали в ситуацию без удачного выхода.

Над полем битвы раздался рёв автопушки. Коннор удерживал гашетку, делая особенно длинную очередь. Он собирался выпотрошить врага, несмотря на риск получить заклинивание.

Снаряды из обеднённого урана оставляли рваные дыры в спине «Валче». Цепочка попаданий, начавшаяся от левого бедра, прошла почти до правого плеча. Броня раскалывалась как яичная скорлупа под молотком, металлические обломки сыпались на землю, а яростная атака достигла внутренностей машины. Физическая защита реактора была уничтожена, и жёлтое пламя полыхнуло наружу громадным протуберанцем. «Валче» взорвался, энергия взрыва заставила «Тор» Синклера потерять ещё полтонны брони спереди меха и сделать несколько неуклюжих шагов назад.

Дела у его товарища в «Шэдоу Кэте» шли немного лучше, у него даже осталось время на один последний залп. Два больших лазера ударили рубиновыми ножами. Один из них превратил пусковую установку ракет ближнего действия в наполовину расплавленную массу, а второй завершил начатую звёздным коммандером работу, перерубая правую руку в локтевом суставе.