Текст книги "Крещение огнём (ЛП)"

Автор книги: Лорен Коулмен

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 8 страниц)

Изумрудный луч прошёл от левого плеча в голову «Бушуокера», разлившись по армированному стеклу фонаря кабины. Кабина затряслась с немыслимой силой, бросая Коннора то на ремни безопасности, то на спинку кресла. Ремни больно впились в его грудь, и перед его глазами стояла багрянистая дымка от яркой вспышки лазера.

Зазвучало ещё несколько сигналов тревоги, звук в закрытой кабине «Бушуокера» был оглушающим. А Синклер видел недостаточно хорошо, чтобы понять, какие возникли неполадки!

Дышать было тяжело, грудь и живот были в ссадинах от ремней безопасности. Сигналы тревоги продолжали звучать. Коннор заморгал, избавляясь от оставшихся на сетчатке пятен. Туман исчезал, и зрение возвращалось.

Только поляризационное напыление на армированном стекле кабины и на лицевой пластине нейрошлема спасло лейтенанта от необратимых повреждений, хотя в бою даже секундная слепота могла оказаться смертельной.

Диаграмма повреждений показывала серьёзную потерю брони на всём мехе. Броня на левой руке «Бушуокера» теперь была частью истории, изумрудные лучи средних лазеров «Оуэнса» наконец пробили защиту и перерезали миомерные мышцы и плечевой привод. Она теперь бесполезно свисала вдоль бока боемеха. Остальной урон в основном был сосредоточен на левой ноге, правом боку и голове, обещая получение пробоин в этих местах в скором времени.

Если он даст воину Дымчатых Ягуаров шанс.

Быстро отключив раздражающие сигналы тревоги, Коннор, работая рычагами, начал по небольшому радиусу обходить лёгкий мех.

«Оуэнс» начал разворачиваться, но недостаточно быстро. Пар и грязный чёрный дым сочились из нескольких пробоин, покрывавших верхнюю часть корпуса небольшого омнимеха. Повреждение тепловой защиты, которое он получил ранее, перегрело «Оуэнс», лишив его скорости и, вероятно, затрудняя прицеливание. Скорее всего, пилот клана не имел возможности заменить радиаторы машины на модели Дымчатых Ягуаров, оставив «Оуэнс» уязвимым после лазерных залпов.

Это было преимущество.

Это было всё, что нужно.

Коннор мрачно улыбнулся, предугадав действия воина Ягуаров, и направился вперёд по малому кругу за теперь ограниченный сектор поворота «Оуэнса». Слишком рвущийся в бой клановский пилот пытался зайти в заднюю арку к «Бушуокеру», и вырвался слишком далеко. Теперь же Коннор зашёл «Оуэнсу» в спину.

Большой лазер выпустил рубиновый луч, пробивший лёгкую броню омнимеха, ещё больше повреждая тепловую защиту. Дрожь, заколотившая «Оуэнс», вероятнее всего говорила о том, что луч также задел корпус гироскопа.

Пулемёты машины Коннора начали бить в дыру, пробивая путь к адскому пламени, скрывающемуся в сердце каждого боевого меха.

Золотое пламя вырвалось из пробоин в броне груди «Оуэнса», оно пожирало мех изнутри, пламя выплёскивалось из коленных и тазобедренных суставов. Машина разлетелась на части как тряпичная кукла, у которой разрезали все швы. Осколки брони осыпали «Бушуокер», покачнувшийся от взрыва. Несколько больших фрагментов, бывших когда-то сервоприводами и титановым скелетом, врезались в мех Синклера, словно «Оуэнс» пытался забрать более крупного противника с собой.

Лейтенант удержал мех на ногах, снова удержавшись в кресле только благодаря ремням безопасности. «Бушуокер» возвышался над изломанным остовом «Оуэнса» и выжженным полем боя, усеянным дымящимися обломками. На нашлемном дисплее не было видно никаких врагов.

Поле боя было чистым.

*  *  *

В десяти минутах ходьбы от того места, где он уничтожил «Оуэнс», Коннор нашёл три машины мобильной полевой базы, стоящие треугольником на дне неглубокой промоины. Томас Соренсон выбрал удачное место. Коннор, проверив состояние брони и урон левой руке меха, с облегчением отметил, что это место было достаточно ровным для разворачивания ремонта. Также надо было осмотреть автопушку, Синклер не собирался снова терять своё лучшее оружие посреди схватки.

Пятидесятипятитонный «Бушуокер», несомненно, когда-то выглядел и лучше. Однако было подбито три клановских меха и уничтожена станция связи. Неплохой день, хотя лейтенант бы на этом и остановился, пока везёт.

Этому не суждено было случиться.

– Рады видеть вас, лейтенант, – помахал рукой Соренсон, стоящий на земле возле одной из МПБ и державший ручную рацию. – Готовы захватить планету? Надеюсь, что да.

Синклер остановил «Бушуокер» между тремя машинами, но не начал процедуру отключения.

– Что вы имеете в виду?

В словах Соренсона не содержалось каких-то личных чувств, как и должно было быть в хорошем отчёте разведки.

– Я имею в виду, что мы всё ещё должны атаковать фабрику. Вы, Доминик Пэйн и эти три МПБ.

– Доминик выжил?

– Он вышел на связь всего несколько минут назад. Направляется к нам. На связь с «Эклипсом» также вышли выжившие из Коммандос-два. Два меха и машина МПБ пытаются завершить задачу на южной гидроэлектростанции.

Это были не лучшие новости, но, по крайней мере, обнадёживающие. Вторая команда должна была десантироваться после его людей. Если двое из них успели высадиться, то Тесса и Кейт также должны были выжить и, возможно, сейчас пытаются встретиться в условленном месте. Но…

– Эвакуации не будет?

Даже из своей кабины лейтенант видел, как Соренсон покачал головой.

– Запустите плёнку, – приказал капрал.

Зазвучал чей-то голос. Коннор узнал его, несмотря на металлические нотки и искажения от записи и ретрансляции, это был Натан Тэйлор, капитан «Эклипса».

– Мы так и не определили состояние межпланетного корабля «Блэк Хаммер». Полагаем, он сбит. Действуйте в соответствии с инструкциями, пока мы не обеспечим вашу эвакуацию. Тэйлор, конец связи.

– Это официальный ответ капитана Тэйлора на мой запрос об информации, я подумал, что вы сами захотите его услышать. Он посадил свой корабль в горах на севере полуострова, не желая подвергать его риску быть сбитым тем же, что сбило «Блэк Хаммер». Коммандос 4, 5 и 6 стараются пробиться через горные перевалы на полуостров, чтобы встретиться с нами и вытащить отсюда, но все они столкнулись с сопротивлением. В общем и целом, на данный момент, когда произойдёт наша эвакуация – неизвестно. От нас ожидают выполнения боевой задачи.

Ни одна обычная операция бы не продолжилась после таких катастрофических потерь. С другой стороны, это была не рядовая операция мехвоинов по захвату планеты. И, несмотря на то, что всё складывалось против них, Коннор не мог обвинять Тэйлора в том, что тот не хотел рисковать «Эклипсом», их единственным путём отступления с Транквила, после того, что произошло с «Блэк Хаммером». Что бы ни произошло с «Блэк Хаммером».

Синклер заставил себя заговорить уверенным голосом.

– Если мы будем двигаться достаточно быстро, и тут же ударим, мы сможем уничтожить заводской комплекс на конце полуострова. Тактика коммандос. Это была наша задача, и мы всё ещё можем выполнить её.

С половиной запланированных сил? Синклер отбросил сомнения.

– Пусть Доминик идёт на нашем фланге в нескольких километрах. В своём захваченном клановском «Шэдоу Кэте» он будет хорошим прикрывающим – сможет следить за нашим направлением наступления и атаковать приближающиеся войска прежде, чем они поймут, на чьей он стороне. Это поможет удерживать клановские силы на месте, пока мы направляемся прямо к фабрике.

Соренсон не смог удержать сомнений, они проявились в голосе и самом вопросе:

– Вы действительно считаете, что это сработает?

Коннор выключил систему связи и, не ответив, начал процедуру глушения меха. Это спасло его от выбора между ободряющим преувеличением и уклончивым ответом. Кроме того, Соренсон был достаточно умён, чтобы узнать правдивый ответ самому.

Но какой у них был выбор?

Глава 3.
В огонь

– Хорошо, я направляюсь вперёд. Не опаздывайте.

– Вас понял. Удачи, Доминик.

– Угу, само собой.

– Ладно, лейтенант. Доминик Пэйн вышел вперёд, чтобы атаковать с фланга фабрику мехов. Он войдёт на территорию комплекса, как только вы начнёте движение, и встретится с вами на втором мосту. Оттуда вы сможете продолжить атаку комплекса.

– Также мы, наконец, добились успеха в расшифровке кодов из уничтоженного центра связи на пляже. Эта информация позволила нам частично взломать клановскую систему шифрования, что позволит нам перехватывать их радиопереговоры. Нужные коды были загружены в компьютер вашего боевого меха, так что с данного момента вы сможете напрямую слышать их планы. Надеюсь, это поможет.

– Давайте покончим с этим.

Транквил, родные планеты кланов

29 апреля 3060 г.

– …А-а-а… не могу… не-е-е-т…

В пусковой установке над левым плечом «Тора» взорвались ракеты, разрывая броню на левом боку и подрывая основной боезапас. Крик сменился статикой помех, а затем всё стихло. Изнутри корпуса клановского омнимеха вырос красно-оранжевый огненный шар, разорвавший корпус в районе шарнира поворота и отрывая обе ноги.

Левая перелетела через голову «Бушуокера» Коннора, приземлившись в реку.

Правую отбросило вбок, на ближайшее минное поле, где она привела в действие несколько скрытых взрывных устройств.

Искорёженный и обезображенный металлический каркас, всё, что осталось от некогда могучей боевой машины, рухнул в нескольких метрах от места взрыва. Одна из лучших моделей мехов кланов, пилотируемая упорным воином. Звёздный коммандер Фрейя шла за ними по пятам несколько километров.

– Неосторожная дура!

Голос по радио была тихий, частично приглушённый помехами. Коннор понял, что это была частота связи Дымчатых Ягуаров, которую теперь позволял подслушивать его компьютер. Говоривший не скрывал презрения и злости в голосе. Если Синклер не ошибался, то это должен был быть звёздный капитан Хасаан Фьюри, упоминавшийся в других перехваченных сообщениях.

Облегчение в голосе капрала Соренсона также было очевидным.

– Хорошая работа, лейтенант. Вы были правы, мы должны были съехать с дороги и подбить её раньше.

Лёгкие Коннора горели. Хватая ртом горячий воздух кабины, он закашлялся от острого запаха горелой изоляции закоротившего монитора. К счастью, ему не надо было давать комментариев, поскольку вмешался Доминик Пэйн.

– Это Стрелок, двигаюсь с запада. Где моя поддержка?

Коннор до этого момента бежал позади. Короткий взгляд на часы миссии подсказал ему, как много драгоценных минут он потратил, разбираясь со звёздным коммандером. Синклер уже уничтожил электростанцию этого комплекса, достаточно впечатляющую, учитывая, что тут был только один завод по производству мехов, теплицы и несколько складов и бараков. Но теперь он должен был встретиться с Домиником, чтобы атаковать небольшой прибрежный остров, на котором располагалась фабрика.

– Ты где, Доминик?

– Дерусь на этой стороне второго моста с «Блэк Хоком», вариант «Курита», и «Страйдером».

Короткая пауза и всплеск громких помех.

– Поправка, уже только с «Блэк Хок-Ку». Чёрт! Это было неприятно. Лучше спросить, где вы?

Пытаясь нагнать график, Коннор побежал вглубь комплекса и тут же остановился на полном ходу. На нашлемном дисплее возникла пиктограмма омнимеха, подписанная как «Пума» основной конфигурации. Компьютер не всегда мог точно определить конфигурацию омнимеха, но две пушки-излучателя частиц облегчили эту задачу. Ему не надо было даже смотреть на диаграмму повреждений, чтобы понять, что благодаря звёздному коммандеру Фрейе, один точный залп пробьёт броню в любом месте «Бушуокера». Исходя из информации на коллиматорном индикаторе, «Пума» ждала сразу за углом двухэтажной теплицы.

Синклер пошёл напролом через стеклянное здание, срезая угол.

У звёздного капитана Фьюри тут, должно быть, было много сенсоров.

– Засек одну модель Внутренней Сферы, – почти сразу же выкрикнул он. – Защищайте эти объекты!

Такой приказ легче было отдать, чем выполнить, когда пятидесятипятитонный боевой мех уже оказался внутри здания, и единственным способом достать его, было также вломиться внутрь и атаковать.

Пилот «Пумы» решил перестраховаться, пробив одну стену рукой, но не зайдя внутрь. Это было ошибкой, давшей Коннору преимущество, – его «Бушуокер» оказался в укрытии из пышных зарослей плодовых деревьев и других растений. Только одна из лазурных плетей выстрелов ПИЧ хлестнула его. Рукотворная молния расплавила броню, ручейком стёкшую по левому боку на корни деревьев, поджигая их.

Очередь из автопушки «Бушуокера» прошла мимо, разнеся вдребезги ещё одну стену теплицы. На табло неисправности мигнул и тут же погас огонёк механизма подачи снарядов. Опять.

Большой лазер и ракеты компенсировали промах предательски непредсказуемой автопушки, оставляя глубокие пробоины в печально известной тонкой броне «Пумы».

Неравного размена было достаточно, чтобы убедить воина Ягуаров в том, что ему нужно в укрытие, но было слишком поздно. Лёгкий мех только начал отходить, когда второй залп Коннора накрыл его. Ракеты оставили несколько отметин на груди и ногах, а рубиновый луч большого лазера проник глубоко в центр торса.

«Пума» упала как марионетка с обрезанными нитями, трясясь, словно при парезе.

Из дыры в броне полетели большие куски металла – гироскоп разлетелся на части от катастрофического отказа. «Пума» неуклюже перевернулась, оказавшись в густых зарослях квилара. Коннор развернулся к ней спиной и продолжил движение, обрушив несколько опорных балок и дальнюю внешнюю стеклянную стену. За «Бушуокером» здание теплицы сложилось внутрь, как карточный домик.

Фьюри не нужны были никакие датчики. Где бы он ни ожидал, разрушение теплицы должно было быть хорошо заметно.

– Страваг! – выругался он на частотах Ягуаров. – Я сам раздавлю их.

Но где был местный командир? И если уж на то пошло, где был Доминик? Ноги бегущего между двумя зданиями и по второму мосту «Бушуокера» лязгали о металлическое дорожное покрытие. Лейтенант увидел разбитый и дымящийся силуэт «Блэк Хока», его кабина была вмята внутрь, очевидно, выстрелом из гауссовой пушки. Несомненно, дело рук Доминика. Но никаких признаков «Шэдоу Кэта».

– Это Стрелок. Я перешёл последний мост и атакую фабрику. Тут «Орион»!

Это ответило на оба вопроса. «Орион» был старой моделью из Внутренней Сферы. Не идя ни в какое сравнение с технологичными клановскими омнимехами, он всё же весил семьдесят пять тонн, на полшага отстав от штурмовых мехов. Это была одна из самых больших машин, которые пока видел тут Синклер. Очевидно, её пилотировал звёздный капитан.

Имевший разницу с «Шэдоу Кэтом» Доминика в тридцать тонн, мех явно превосходил коммандос.

Заставив «Бушуокер» слегка превысить его максимальную скорость, восемьдесят пять километров в час, Коннор бежал по прибрежной равнине к третьему мосту, но слишком медленно. С обеих сторон входа в заводской комплекс стояли узкие башни, но лейтенант почти не обратил на них внимания. Он увидел «Шэдоу Кэт» Доминика в опасном танце вокруг большего «Ориона». Тот двигался медленно, но со смертельным изяществом, постоянно угрожая превратить омнис Доминика в металлолом. «Шэдоу Кэт» нанёс ощутимый удар из гауссовой пушки, но на «Орионе» было в два раза больше брони, чем на его меньшем противнике. Коннор, не успевая, бросил «Бушуокер» через мост, вот его плоские ступни уже начали топтать мягкую почву небольшого острова, сокращая расстояние до места схватки.

Слишком поздно.

Покрывавшие землю металлические обломки блестели в свете дневного солнца, как свидетельства жестокого боя. На левой ноге «Ориона» сквозь остатки брони виднелся титановый каркас, а большие зияющие дыры в груди и правом боку говорили о попаданиях из пушки Гаусса. Но в тот момент, когда прицел «Бушуокера» захватил цель, наведя большой лазер и автопушку, семидесятипятитонная машина с лихвой вернула долг.

Залп из двадцати ракет дальнего действия, сделанный с невозможно малой дистанции, покрыл рваными дырами правую руку и корпус «Шэдоу Кэта». Лучи двух средних лазеров впились в левую ногу меха Доминика, приведя в негодность коленный сустав.

А затем восьмидесятимиллиметровые снаряды автопушки «Ориона» осыпали повреждённые ракетами части машины коммандос, ломая силовые рамы и отбрасывая омнимех назад.

Атака была сильнее, чем мог выдержать гироскоп меха, и тот рухнул на одно из вспомогательных зданий фабрики. Под «Шэдоу Кэтом» Доминика обрушилась стена, а затем, словно в замедленной съёмке, два этажа из дерева и камня засыпали упавший мех.

Погребая мехвоина заживо.

– Доминик, нет!

Коннор изо всех сил вжал гашетки, открыв огонь из автопушки и лазера с дальней дистанции. Он слышал в голове запомнившиеся слова инструктора из академии: «боевой мех надо убивать долго», и понимал, что шансы того, что Доминик Пэйн пережил падение машины и обрушение здания, были весьма велики. Немного побитый и нуждающийся в помощи, чтобы выкопаться, мехвоин должен был остаться в живых.

Но у него не будет никаких шансов, если «Орион» продолжит обстрел сквозь обломки.

Звёздного капитана Хасаана Фьюри надо было отвлечь, остановить.

Несмотря на отчаяние, Коннор пессимистично предполагал, что автопушку снова заклинит, или выстрелы пройдут мимо. Орудию не с чего было прерывать свою череду неудач. Произведённая заводом «Мидрон», автопушка надежды оправдала, и поток снарядов из обеднённого урана прошёл мимо левой руки массивного «Ориона». Они искрошили угол главного заводского здания и сбили одну из трёх труб, начавшую медленно падать. Рубиновое копьё лазера, однако, попало точно в цель, заставив несколько наполовину расплавленных бронеплит осыпаться с угловатой груди меха звёздного капитана.

Будто человек, которого внезапно похлопали по плечу, титан начал разворачиваться, выискивая источник раздражения и поднимая левую руку. Громадная машина как будто просто указывала направление кому-то, если бы не залп двадцати РДД, неожиданно выпущенный из цилиндрической пусковой установки, установленной вместо кисти. Четыре ракеты прошли мимо по слишком большой дуге, но основная часть роя полетела точно в приближающийся «Бушуокер», и остановила его наступление цветами взрывов, рваной линией прошедших от правой ноги, по корпусу и вдоль левой руки.

Одна взорвалась рядом с кабиной, встряхнув Коннора, но не настолько, чтобы сбить прицел. Две небольшие стайки его собственных ракет ответили «Ориону», осыпав его левые руку и ногу. Лазер повышенной дальности ударил прямо в неповреждённый левый бок тяжёлого меха, забрызгав расплавленной бронёй бедро меха и короткую траву острова.

Автопушка дала осечку, но не заела. Это не сильно радовало, учитывая её «эффективность» на этом задании.

Волна жара захлестнула Синклера, пока термоядерный реактор удовлетворял возросшее потребление энергии. Показания шкалы нагрева вошли в «жёлтый» диапазон, но быстро опускались. Если бы у него было несколько секунд, молодой лейтенант смог бы поддерживать оптимальную температуру и не испытывать трудностей с замедленной реакцией перегретого миомера на команды или помехами в системе наведения.

Однако такой роскоши, как время, у него не было. Коннор быстро начал заходить «Ориону» в левый фланг, предпочитая столкнуться с тяжёлой установкой РДД и средним лазером, вместо другого вооружения Хасаана Фьюри – ещё одним лазером и автопушкой, которая у него наверняка работала. Конечно, стоило предполагать, что Фьюри был опытным воином, который может заставить «Орион» развернуться достаточно быстро, чтобы воспользоваться всем оружием.

Это превращало бой в рискованное предприятие, но уступающий противнику двадцать тонн, Коннор должен был рискнуть.

«Орион» действительно попытался провернуться на месте. Коннор понял это по широкому повороту угловатых плеч и заступу правой ступнёй перед левой. А затем тяжёлый мех споткнулся и едва не упал. Из странной позы «Ориона» и из того, что Фьюри едва удержал машину на ногах, Коннор сделал предположение, что бедренный сустав меха был заклинен последней ракетной атакой и расплавленной большим лазером бронёй.

Это серьёзно мешало движению противника, уже едва способному поспевать за «Бушуокером». Шансы выровнялись – Коннор теперь сражался с большей, но серьёзно повреждённой машиной и, безусловно, более опытным мехвоином.

На близкой дистанции системам наведения РДД редко удавалось захватить цель, но даже в таком случае ракеты не всегда успевали встать на боевой взвод. Однако Фьюри уже показал, что его мех не страдает от этих недостатков. Рука с пусковой установкой развернулась в сторону «Бушуокера», полыхнув сапфировым светом среднего лазера и огнём залпа ещё двадцати ракет, безжалостно обрушившихся на грудь пятидесятипятитонного меха. На контрольной панели замерцали красные огоньки, сообщая о том, что несколько ракет пробили левый бок, терзая титановый каркас машины и уничтожая механизмы подачи боеприпасов в находящуюся на плече пусковую установку.

Не то что бы Коннор попытался бы воспользоваться своими РДД, но, учитывая неисправность автопушки, новый урон продолжал лишать мех огневой мощи.

– Хорошо смеётся тот… – прошептал Синклер, его голос неожиданно громко прозвучал под нейрошлемом.

Прицел уже пылал золотым, и лейтенант повёл его на левую ногу «Ориона». Начав с пулемётного огня, мехвоин осыпал пулями броню на левом боку и ноге машины противника, ожидая, пока индикатор нагрева не опустится до нижней части «жёлтого» диапазона, а после этого выстрелил из центрального лазера.

Рубиновый луч прорезал остатки брони ноги «Ориона». Лазер расплавил достаточно металла, чтобы высвободить бедренный сустав, но продолжал врезаться глубже.

Миомерные мышцы рассекались как плоть под скальпелем, и луч впился в ферротитановые кости каркаса «Ориона». Внутренняя структура прогибалась, плавилась и, наконец, сложилась под весом боевой машины. Семидесятипятитонный мех опрокинулся на левый бок без надежды подняться. Левая рука первой ударилась в землю и развернула корпус меха так, что «Орион» упал кабиной вниз. Армированное стекло выступающего фонаря разбилось вдребезги, а металлический каркас вмялся внутрь в пространство для пилота.

– Вольноррр… – последний заглушаемый помехами крик отрицания и боли Фьюри вдруг прервался. Коннор поморщился, представляя последние секунды звёздного капитана.

– Звёздный капитан Фьюри, доложитесь.

Новый властный голос, без малейших ноток злости. Коннор не помнил, чтобы слышал его раньше на частотах Ягуаров. Но он недолго пытался понять, кто говорил – Доминик всё ещё нуждался в помощи.

Хотя, уже нет.

«Шэдоу Кэт» возвышался посреди здания, стряхивая деревянную стену с одного плеча. С места, где стоял Коннор, фабричное строение выглядело неожиданно пустым, что не имело никакого смысла. Но потом он понял, почему Доминик Пэйн смог просто встать и отряхнуться от мусора. То, что казалось кирпичом и металлом, на самом деле было раскрашенной фанерой. Даже окна были без стёкол и настоящих отверстий, а просто нарисованы.

– Надо поосторожнее с этими зданиями, – передал Доминик. – Взгляните на них поближе. И на те башни у моста.

Прежде чем Коннор успел спросить мехвоина о чём-либо, снова раздался тот же голос, что и некоторое время назад.

– Хасаан Фьюри, это звёздный полковник Раташ Озис! Отвечайте немедленно!

– Кажется, он не очень рад, – сказал Соренсон, чьи МПБ пересекали третий мост на остров.

Капралу явно нравилась эта мысль.

Коннор посмотрел на лежащий на земле «Орион», стоящий «Шэдоу Кэт» члена его копья, и кривая усмешка коснулась уголков его губ.

Фактически, это нравилось и ему.

*  *  *

– Впечатляет, не так ли? – Доминик пнул опорную балку, одну из тех, что поддерживали внешнюю стену фабрики. – Столько работы для ложного объекта. Потёмкинской деревни.

В этот раз Коннор разделял пессимизм Доминика. Два мехвоина покинули свои мехи, пока техники МПБ занимались их машинами и подбитым, но подлежащим ремонту «Орионом». Они втроём с капралом Соренсоном вошли внутрь здания, изображающего сталелитейный цех «фабрики».

Три угольные топки создавали множество дыма, поднимающегося по деревянным трубам для создания иллюзии рабочего процесса создания брони. Проблесковые огни за несколькими настоящими окнами «главного завода» изображали вспышки сварочных аппаратов.

Только башни по бокам моста были настоящими и действительно опасными.

– Лазерные башни, – сказал Коннор, покачав головой. – Корабельные лазеры, готовые сбить любой межпланетный корабль, приближающийся к этой фальшивой фабрике.

Он глубоко выдохнул, бросив взгляд на Соренсона.

– Теперь мы знаем, что случилось с «Блэк Хаммером».

Доминик выглядел обеспокоенным. Более чем обычно.

– Этот командующий галактики Корбетт не играет по обычным клановским правилам. Без бэтчелла? Сбить межпланетник скрытой батареей вместо славы боя на боевых мехах? Разве это не похоже на отклонение от обычной тактики и философии Дымчатых Ягуаров?

Он огляделся, чтобы понять, разделяют ли его мнение. Коннор спокойно пересёкся с ним взглядом, не выдавая своих мыслей, хотя они совпадали с мыслями Доминика. Соренсон отвёл глаза.

– Ну, теперь, когда эти башни отключены, может, нам удастся улететь с этой богом забытой планеты?

Капрал смущённо поёжился, и Коннор пронзил его внимательным взглядом. В целом, Томас Соренсон нравился лейтенанту. Крепкий коротко стриженый блондин шести футов роста с угловатыми чертами лица, Томас был больше похож на типичного сержанта-инструктора строевой подготовки, чем на специалиста по анализу разведывательных данных. Коннор раньше представлял его себе худым, похожим на хорька, типом человека, который говорит только то, что он позволит тебе знать.

К счастью капрал не боялся говорить начистоту и довольно часто имел какую-то полезную информацию. Но под демонстративной компетентностью капрала Коннор чувствовал уязвимость. Соренсон не был офицером разведки. Он привык получать указания от старшего, а этот старший был на борту «Блэк Хаммера».

– Вы уже разговаривали с Тэйлором, – догадался Синклер. – Да?

Соренсон кивнул.

– И очень маловероятно, что мы увидим его в ближайшее время. Я сообщил ему о лазерных башнях, прежде чем прийти к вам, – он поднял руку, останавливая порывающегося что-то сказать Доминика. – Я должен докладывать все разведданные своему начальнику, а в его отсутствие – командующему операцией.

Доминик неохотно кивнул.

– Капитан Тэйлор не будет рисковать «Эклипсом», пока мы не сможем убедительно доказать, что других башен нет.

– Что с отправленными к нам на выручку людьми? – спросил Коннор, готовясь к плохим новостям. Он доверял Соренсону, и знал, что тот по своей инициативе уточняет все скользкие моменты.

– Рота встретила серьёзное сопротивление. Они наступают недостаточно быстро, а теперь не могут и отступить, не понеся серьёзные потери. Теперь мы должны помочь им, сами атаковав второй район боевых действий. Настоящие фабрики находятся там.

Коннор оживился, хотя Доминик был совершенно не обрадован разговорами о новом задании.

– Вторая команда что-то нашла? – спросил Синклер, прежде чем Пэйн прокомментировал ситуацию. В мыслях он начал обдумывать встречу. – Если мы сможем связаться с ними, может…

Соренсон с побледневшим лицом перебил лейтенанта:

– Второй команды больше нет, сэр.

– Нет? – Доминик вмешался в разговор. – Ты хочешь сказать, рассеяны? Захвачены в плен?

Капрал грустно покачал головой.

– Они уничтожили гидроэлектростанцию и нашли входы в два больших подземных комплекса. Но клановские войска настигли их на втором этапе операции. Никто не выжил. Перехваченные отчёты явно свидетельствуют об этом. Пленных не было. Как и было приказано.

– То есть теперь у Тэйлора вдвое меньше причин прийти сюда и спасти нас, – покачал головой Доминик. – Великолепно.

– Есть ещё восемь пропавших без вести мехвоинов, которых мы можем найти, – напомнил сокопейнику Коннор. – Если вторая команда смогла десантироваться, то Кейт и Тесса наверняка также смогли.

Самое страшное было в последних словах Соренсона, которые Доминик упустил из виду.

– Кто отдал приказ не брать пленных? – спросил он.

– Насколько я знаю, приказ исходил от этого звёздного полковника Раташа Озиса, которого вы слышали по радио. Тот, который очень злился из-за смерти Фьюри. Однако из других перехваченных передач я могу сделать логический вывод, что эти приказы шли от Брэндона Корбетта. Также я заключаю, что это сам Корбетт сражается со спасательными отрядами с «Эклипса».

Синклер кивнул в знак признательности за прямоту.

– Ты хорошо работаешь, Томас. Продолжай в том же духе.

Не следует обвинять гонца в принесённых им вестях, и Коннор хотел, чтобы Соренсон продолжал держать его в курсе всех дел.

– Ты уже проложил маршрут к южному побережью полуострова?

– Я обнаружил высохшее русло реки, которое мы можем использовать для начального этапа перехода. Оно находится примерно в пяти километрах к юго-западу от мыса. Русло обходит несколько военных целей, что, думается, будет разумно на данный момент. Я недавно перехватил приказ Раташа Озиса об увеличении сил местных гарнизонных постов, – он помолчал. – Разумеется, это означает, что заводы сами по себе будут очень хорошо охраняться.

Доминик криво улыбнулся им обоим.

– Всё лучше и лучше, – сказал он. – С каждой. Новой. Минутой.

*  *  *

В трёх километрах вниз по руслу реки коммандос нашли Тессу Макконелл. Или то, что от неё осталось.

Насколько Коннор мог судить, что-то сожгло часть её посадочного парашютного устройства. Скользящий удар установленных на острове корабельных лазеров? Неудачная встреча с аэрокосмическим патрулём? Это было не важно. Без торможения «Крусейдер» Тессы падал быстрее, чем могли компенсировать его прыжковые двигатели.

Обе ноги частично вошли в землю. Внутренний скелет бёдер вошёл в грудь меха, пронзив термоядерный реактор и вызвав его катастрофическое разрушение. От «Крусейдера» осталось не так много. Одна рука и покорёженная голова, отброшенная на несколько сот метров.

Почему Тесса не катапультировалась? Это был вопрос, на который они никогда не смогут ответить. Всё, что могли сделать два мехвоина, это похоронить останки. Над могилой не было произнесено ни слова.

Что можно было сказать?