Текст книги "Конец Игры (ЛП)"

Автор книги: Лиза Элдридж

Соавторы: Бекс Дево
сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 19 страниц)

Глава 31

Надпись «ПОВЕЗЕТ В СЛЕДУЮЩИЙ РАЗ» вспыхнула передо мной, наверное, в сотый раз.

Я был в полной заднице.

Прошла уже примерно неделя после ссоры с Чарли и Тарой, и я чувствовал себя паршиво – хуже некуда. Хотя к этому моменту казалось, что это уже моя собственная вина. Не то чтобы они оба не пытались со мной связаться. Пытались, и не раз. Но я просто... не отвечал.

Я не мог уложить это в голове. Они были знакомы, всё это время. Чарли оказался тем самым парнем, о котором мы отпускали все эти шуточки про Мистера Отель-Для-Течек. Тем самым, к которому – хотя я и понимал, что это иррационально, – я всегда испытывал легкий укол ревности. И хотя она всегда отшучивалась на эту тему, было очевидно, что в нем было что-то, что ее удовлетворяло, и мне казалось, что я так никогда не смогу.

И до определенной степени я это понимал. Я не был альфой, это был просто факт, но он был единственным, о ком она всё еще говорила даже год спустя.

И он был моим лучшим другом.

Каждый раз, когда я об этом думал, комната шла кругом. Как я мог быть уверен, что они не скрывают от меня что-то еще? Они связали себя узами – связали узами меня, зная, что лгут. Как я мог снова им доверять?

Я запустил еще одну игру, пытаясь втянуться обратно. Всё это время я не стримил, отчасти из-за того, как себя чувствовал, но еще и потому, что игра у меня не шла. Настолько не шла, что просто пиздец. Я не выиграл ни одной катки с момента нашей ссоры. А я знал, что люди смотрят меня не только из-за моей харизмы, но и из-за скилла. В моей жизни было не так уж много вещей, в которых я преуспевал, но «OVWatch» была одной из них. Насколько бы я ни был расстроен, или что бы ни происходило в моей жизни, когда я нашел эту игру, я сразу же стал в ней хорош, и этот навык никогда меня не подводил.

Вплоть до этого момента.

Теперь же я позволял убивать нашего хилера, меня отстреливали снайперы из других дэмэдж-дилеров (игроков, наносящих урон), и меня сминали танки, когда я пытался прорваться вперед. Сейчас в моем геймплее не было ничего хорошего. И я не мог стримить в таком виде.

К этому моменту от меня не было никакого толку.

Эта игра закончилась так же, как и предыдущая, и я устал смотреть на этот экран поражения, который, казалось, вспыхивал в миллионный раз.

– Блядь! – заорал я и швырнул геймпад в стену. Он с силой ударился о нее, пластик треснул от удара. Я знал, что позже пожалею об этом, но прямо сейчас мне было абсолютно, нахуй, плевать.

Глубоко вздохнув, я положил голову на свою подставку для запястий в стиле Маверика; мой лоб погрузился в пену с эффектом памяти.

Мне нужно было выбираться из этой депрессухи.

В моем чате «HAVOC» звякнуло уведомление, и я поднял глаза. Написал Инди. Я уже отвечал ему пару раз до этого, но сейчас я реально был не в настроении разговаривать. Он предложил созвониться, но этого точно не должно было случиться.

Theybe.knot: Прости, чувак, я просто реально не в настроении

Indi_clurb: Да брось, тебе нужно с кем-то поговорить

Я вздохнул. Наверное, он был прав: просто прокручивать всё это снова и снова в своей голове, вероятно, было не лучшим решением. И к этому моменту мой убитый геймпад с этим бы наверняка согласился.

Мне потребовалось несколько минут, но я нажал кнопку вызова. Вызов шел всего пару мгновений, прежде чем на экране появилось лицо Инди. Всегда было так странно видеть его яркое, улыбающееся лицо на фоне его обстановки. За его спиной всё было черным, с атрибутикой из его любимых хоррор-игр. Прямо над ним висела полка с масками, а рядом – коллекция жутковатых кукол с глазами-пуговицами, которых он собирал.

Можно было бы ожидать, что человек, у которого есть все эти вещи, будет немного жестким или серьезным, но это было в корне неверно. Мы познакомились на конвенте в прошлом году, и хотя он был стримером куда более крупного калибра, чем я, у него не было никаких проблем с тем, чтобы общаться со мной или проводить время вместе. И он был самым добрым человеком, которого я когда-либо встречал. Несмотря на его страсть к хоррорам, внутри он был сущей зефиркой.

– Привет, – сказал он, сверкнув своей яркой белоснежной улыбкой. – Выглядишь как дерьмо.

Я фыркнул, запустив пятерню в свои взъерошенные волосы.

– Спасибо.

Он громко, раскатисто рассмеялся.

– Я просто имею в виду... ты неважно выглядишь. Ты вообще спал?

Не особо, но я не хотел признаваться в этом вслух, поэтому просто пожал плечами.

– Что делаешь?

– Да как обычно, – он начал подбрасывать и ловить небольшой мячик, который крутил в руках. – Только что закончил стрим. Думал сходить на тренировку или типа того, пойдешь со мной?

Я сморщился. Даже если бы у меня не было дерьмового настроения, это звучало ужасно.

– Нет, спасибо.

– Но тренировки запускают эндорфины или типа того, тебе станет легче.

– Стало бы, если бы в итоге я не сдох на полу.

Он рассмеялся.

– Ну да, ладно, а если серьезно, что происходит? Ты сказал, что вы, ребята, поссорились, но больше ничего не объяснил.

Я перевел взгляд на второй монитор, где стояло стилизованное изображение меня в образе Маверика, которое нарисовал один из моих талантливых зрителей.

– Я когда-нибудь рассказывал тебе о Мистере Отель-Для-Течек?

– Нет, а ты бывал в «Жажде Омеги»?

– Нет, мне без надобности, но Тара бывала, и там она встретила одного альфу, примерно за полгода до того, как мы начали встречаться, над которым мы всегда... подшучивали. Я знал, что с ним что-то не так. Она честно рассказала не только о том, что лишилась с ним девственности, но и о том, что ей было очень хорошо.

Он ни разу меня не перебил, позволив объяснить всё от и до.

– В общем, когда я познакомил ее с Чарли, у нее началась течка и... они связали себя узами.

– Ох, ни хрена себе! – вырвалось у него, после чего он быстро откашлялся. – Прости, продолжай.

Я не смог сдержать легкого смешка.

– Ну так вот, это произошло, и потом было... ну, странно какое-то время, очевидно. Но мы нащупали какую-то норму между нами. И они пометили меня, когда мы поехали за город.

– Поздравляю! В отряде на одного запакованного узами засранца больше, – я немного покраснел от этих слов. У него была группа друзей, которых он так называл, и мне всегда нравилось быть одним из них.

– Ага, проблема в том, что они оба признались, что Чарли и есть Мистер Отель-Для-Течек.

Он замолчал, на мгновение заморгав.

– И они не сказали тебе раньше?

– Нет, они оба мне лгали. Уже после того, как связали меня узами.

Он тяжело вздохнул.

– Это жесть. Понимаю, почему ты так расстроен.

– Да, я понятия не имею, что мне теперь делать. Они солгали о такой серьезной вещи. Как я должен с этим смириться?

Инди задумчиво прикусил губу. И хотя он не всегда был серьезным, он знал, когда нужно включить этот режим.

– Ты любишь их?

– Конечно! – мгновенно выпалил я. – Потому меня это так сильно и бесит.

Он кивнул.

– Логично. Тебе было бы всё равно, если бы тебе было всё равно.

– Ага, – сдулся я. – Поэтому я понимаю, что в конечном итоге мне придется их простить. Я не могу жить без них. Мне просто... больно.

– И ты имеешь право на эту боль, просто не тяни с разговором так долго, чтобы не озлобиться.

Я поерзал в кресле.

– Да, ты прав. Спасибо.

Его яркая улыбка вернулась в полной мере.

– Без проблем, терапевт Инди всегда на связи, и, к слову, я беру почасовую оплату.

Я рассмеялся.

– Почему бы тебе не пойти в спортзал?

– Пойду, просто хотел убедиться, что ты в порядке.

– Я в норме, спасибо, что проверил.

– Само собой. Думаю, если бы я этого не сделал, Тара бы меня убила.

Я покраснел.

– Что ты имеешь в виду?

– В смысле, я бы в любом случае проверил, как ты, просто потому что мы друзья, но она периодически пишет мне, чтобы убедиться, что ты жив.

В груди разлилось тепло.

– Хорошо знать.

– Ладно, спишемся позже.

– Давай.

Он исчез с экрана, и я повесил трубку. Может, пришло время позвонить им, по крайней мере Таре. С Чарли всё казалось немного... сложнее. Я думал, что смирился с тем, что он – это всё то, чем я не являюсь, но эта ситуация вернула всё это с новой силой.

Как раз когда я думал о том, чтобы написать Таре, в дверь постучали. Наверное, еще конфеты. Мне доставляли их всю неделю, и я был уверен, что это дело рук снедаемого чувством вины альфы, но всё равно их ел.

Я даже не знал, что существуют крафтовые кислые арбузные леденцы, но теперь назад дороги нет.

Когда я открыл дверь, воздух выбило из моих легких: там стояли не мои любимые конфеты, а Тара. Несмотря на очевидную нервозность, которая от нее исходила, она выглядела сияющей. Волосы были собраны в пучок, а на ней была майка «Streamverse» и фиолетовые легинсы.

– Привет, – застенчиво сказала она. И хотя я понимал причины ее поведения, мне это не нравилось. Это была не та Тара, которая всегда радовалась мне, которая излучала уверенность и никогда не колебалась. Эту Тару я не знал, и мне не нравилось ее видеть.

– Привет, что ты здесь делаешь? – спросил я. Я старался, чтобы это не звучало как обвинение, но сдержаться было трудно.

Я поморщился, когда выражение ее лица не изменилось.

– Я хотела проведать тебя. Мы так долго не виделись... никогда.

Я кивнул.

– Хочешь войти?

– Если ты этого хочешь, – ответила она.

Я приоткрыл дверь шире, приглашая ее внутрь. Она вошла и скинула обувь. Было так странно наблюдать за тем, как она осторожничает в месте, где раньше чувствовала себя так комфортно.

– Я сделаю чай, – сказал я, прежде чем скрыться на кухне. Я не стал дожидаться ее ответа, мне просто нужно было уйти.

Привычные движения – наполнить чайник, засыпать листовой чай – занимали руки, пока мои мысли неслись вскачь. Что она хотела сказать? Пришла поговорить? Извиниться? Сказать, что с нее хватит игры в молчанку и она больше не хочет иметь со мной ничего общего?

Последняя мысль казалась наименее вероятной, но вызывала самый сильный страх, поэтому именно она засела в голове. Я достал две кружки – ту единственную фиолетовую в моем доме для Тары – и опустил в них ситечки для заварки, прежде чем залить горячей водой. Взял мед и добавил немного себе, а ей – щедрую порцию. Ей нравилось, когда вкус меда был «на переднем плане», но мне кажется, она просто хотела, чтобы чай был на вкус как один сплошной мед.

Я взял обе кружки и понес их в гостиную. Тара сидела на диване, подтянув колени к груди и положив на них одну из моих диванных подушек. Она прижалась к ней лицом, глубоко вдыхая. Я не смог сдержать улыбку: по крайней мере, казалось маловероятным, что последний сценарий был правдой.

– Держи, – сказал я, ставя кружку на журнальный столик перед ней.

– Спасибо, – однако она не потянулась за ней, вероятно, понимая, что она горячая.

Я сел рядом с ней, заставив себя отодвинуться дальше, чем обычно.

– Так о чем ты хотела поговорить?

– О тебе, обо мне, о нас, – сказала она, обведя рукой пространство. – Я скучаю по тебе, и мне очень, очень жаль.

Я вздохнул, опустив взгляд на свой чай.

– Твоя ложь причинила мне сильную боль.

– Я знаю, – ответила она. – И у меня никогда не было таких намерений.

– Тогда какими они были?

– Не причинить тебе боль. Я знаю, что это был неправильный выбор, но я планировала всё рассказать тебе по пути домой, а потом... всё это случилось. И поскольку мы уже были связаны узами, я не знала, как тебе сказать. Я просто не хотела, чтобы ты чувствовал себя еще более брошенным из-за моих слов: «Да, твой лучший друг, с которым я связала себя узами в отчаянной попытке отвадить его от тебя, еще и Мистер Отель-Для-Течек. Надеюсь, ты не против».

Я обдумал ее слова.

– Что значит «отвадить его от меня»?

Она застонала.

– Это очень глупо.

– Я бы хотел знать.

Ей потребовалось мгновение, чтобы ответить.

– Когда вы, ребята, поцеловались во время моей течки... у меня сорвало крышу.

Мои нервы напряглись от этих слов.

– Ты не хотела, чтобы мы были вместе?

– Нет, – быстро сказала она. – Я обожаю смотреть на вас двоих вместе. Но во время течки я соображала не очень ясно. В моей голове билась только одна мысль: «МОЁ», во всех направлениях, так что, увидев, как вы прикасаетесь друг к другу или целуетесь в тот момент, я просто... слетела с катушек.

Я мог это понять. Течка вообще была довольно эмоциональным и иногда стрессовым периодом для омеги, так что ее собственническое отношение к каждому из нас имело смысл, и мне было немного приятно, что это касалось и меня тоже.

– Я понимаю. Просто... как бы некомфортно это ни было, я не хочу, чтобы мне когда-либо снова лгали. Я ценю то, что ты заботишься о моих чувствах, но я могу сам за себя постоять. И теперь мы – стая.

Она улыбнулась сквозь слезы.

– Да, мы стая. И я люблю нашу маленькую стаю.

Мое сердце сжалось.

– И я тебя люблю.

Ее улыбка слегка померкла, уголок рта дрогнул.

– А Чарли?

Я вздохнул. Я любил и его тоже, но было в его поступке что-то, что ранило сильнее.

– Я люблю его, просто... не знаю, как простить его так же легко.

– Что ты имеешь в виду?

– Я... просто не он.

Между ее бровями залегли морщинки; она свела их в замешательстве.

– Да, ты – это ты.

Я фыркнул.

– Нет, я имею в виду... Я не умный альфа-мудак. Я просто... бета.

– Во-первых, ты не «просто», – с жаром сказала Тара. – Во-вторых, нет никаких причин завидовать Чарли, ты идеален такой, какой ты есть.

– Ты говоришь так только потому, что любишь меня, – отшутился я.

– И потому что ты не Чарли. Я люблю тебя за то, что ты – это ты.

– Знаю. И это даже не вина Чарли, что я так себя чувствую. Это всё я сам.

Тара, казалось, обдумывала эту мысль пару мгновений.

– А что, если бы ты мог... проявить над ним какую-то власть?

Я моргнул.

– В каком смысле?

Тогда она заползла на меня.

– Я имею в виду, мы пригласим его, и я покажу тебе, каково это – быть доминантом. На стриме.

Всё мое тело обдало жаром.

– Доминировать над Чарли?

Она кивнула.

– Мне это всегда помогает почувствовать себя лучше.

Я усмехнулся. Я хотел сказать ей, что это, наверное, глупость, но чем больше я об этом думал, тем лучше это звучало.

– Ладно.

Глава 32

Я мерил шагами свою квартиру. Прошло несколько дней с тех пор, как я разговаривал с Тарой, и хотя казалось, что теперь мы в порядке, она уехала к Джесси, и с тех пор я о ней ничего не слышал. Они оба снова на меня злятся? Обычно я не был склонен накручивать себя, или, по крайней мере, старался этого не делать, но сейчас ничего не мог с собой поделать.

Камео: Эй, не хочешь выпить?

Нет, я правда не хотел, особенно с Кэмом. Он был отличным деловым партнером и... в целом хорошим человеком, но при этом тем еще засранцем. Я уже начал печатать отговорку, когда подумал о том, что это, вероятно, будет лучше, чем просто сидеть здесь и сходить с ума. По крайней мере, если я буду там, я, возможно, не буду так сильно накручивать себя.

Чарли: да, буду.

Я не стал переодеваться или как-то собираться, просто схватил ключи и вышел. Мы всё еще встречались в том же студенческом баре, куда ходили много лет назад. И хотя теперь у нас обоих было гораздо больше денег, и мы могли позволить себе что-то более высококлассное, чем обшарпанная забегаловка с пивом комнатной температуры и липкими полами, ностальгия всегда возвращала нас сюда. Это было клише, но именно там мы планировали наш бизнес. Не на салфетках, как показывают в кино, а с открытыми ноутбуками, напитками в руках и корзинкой картошки фри перед нами до самого закрытия.

Я приехал, сел на один из наименее потрепанных барных стульев и заказал «Манхэттен». Мне реально нужно было почувствовать крепость того, что я собирался сегодня пить.

Кэм приехал вскоре после этого. Меня рассмешило то, что даже после всего он всё еще носил свою потертую кожаную куртку, черную рубашку и выцветшие черные джинсы. Он был ярким примером того, что это была «не просто фаза».

– Эй, – позвал я, помахав ему рукой.

Он опустился рядом со мной, подозвав бармена, чтобы заказать себе бурбон.

– Где ты, черт возьми, пропадал? – спросил он, едва ответив на мое приветствие. – Давненько тебя не видел.

Я изогнул бровь.

– Вероятно, это потому, что ты никогда не задерживаешься на одном месте достаточно долго, чтобы кого-то навестить?

Кэм стал заядлым путешественником, как только мы заработали денег, и я не мог его за это винить. Он всегда говорил о желании путешествовать, как только закончится этот кошмар с бессонными ночами на кофеине. И он не врал.

Он пожал плечами.

– Тебя что, окольцевали или типа того?

Я отвел взгляд и сделал глоток, надеясь сделать вид, что просто не расслышал его.

– А, так и есть. Это не по мне, но я за тебя рад.

– Это с... той девушкой, которую я встретил.

Он издал шипящий звук, делая глоток.

– Тебе придется быть немного конкретнее.

Я откашлялся.

– С той, которую я встретил в «отеле для течек».

Теперь он повернулся ко мне.

– Ты же знаешь, что не должен преследовать их до дома или типа того.

– Я что, похож на тебя? – не то, чтобы он когда-либо так делал, но что-то подсказывало мне, что он вполне на это способен, если бы захотел. – Нет, мы встретились, потому что она встречается с Джесси.

Он моргнул, глядя на меня пару мгновений, словно загружая информацию в мозг.

– Джесси отхватил себе омегу? Рад за них.

Я застонал, уткнувшись лицом в руки.

– Это серьезно.

Он вздохнул.

– Ладно, рассказывай всё.

И я рассказал. Рассказал об обмене номерами после «отеля для течек», о том, что ни разу не написал ей, о Глитче. Затем обо всем, что произошло, когда Джесси нас познакомил. К тому времени, как я закончил, у меня пересохло во рту; не думаю, что я когда-либо в жизни так долго говорил.

– Блин, я знал, что ты тот еще извращенец, – было его единственным комментарием, когда я закончил.

У меня вырвался резкий смешок. Конечно, именно об этом он и подумает после всего услышанного.

– И теперь я просто... жду и надеюсь, что они примут меня обратно.

– Примут, – сказал он с абсолютной уверенностью.

– Откуда ты знаешь?

– Вы связаны узами. Это дерьмо просто так не проходит.

Это было единственным, что давало мне надежду во всем этом. Разорвать узы было не так просто, как закончить отношения или даже развестись; это был физический процесс, который мог навсегда изменить тебя. Я бы никогда не стал бороться ни с одним из них, если бы они выбрали этот путь, но всё внутри меня кричало о том, насколько бы это было ужасно.

Мой телефон завибрировал. Я был уверен, что это рабочий чат. Они болтали весь день, и обычно я отключал уведомления, но это был проект, к которому меня подключили, и я хотел хотя бы быть в курсе.

Однако, когда я достал телефон, мир вокруг замер.

Малышка: Приезжай ко мне.

Всё было так просто, но я не мог сказать «нет».

– Мне нужно идти.

– Что? – сказал Кэм. – Но ты даже не допил свой...

Его голос стих, когда я вышел из здания, направляясь прямиком к своей машине. Я с визгом шин вылетел с парковки и помчался к Джесси. Получу ли я второй шанс? Или мне скажут проваливать? Я не был уверен, но в любом случае я был готов.

Я быстро припарковался и побежал на его этаж, перепрыгивая через три ступеньки, пока не добрался до двери.

Несколько мгновений я просто стоял там. Я знал, что должен постучать, но что-то меня останавливало. Я сделал глубокий вдох. Я ни за что не позволю своим нервам всё испортить.

Медленно я поднял руку и постучал.

К моему удивлению, дверь открыла Тара; она раздраженно изогнула бровь, ожидая, пока я заговорю.

– Ну?

Я стоял в замешательстве.

– Ты же сама сказала мне приехать?

– Да, и что? Тебе нечего мне сказать?

– М-мне жаль?

– Почему ты звучишь так растерянно? Ты игнорировал меня, затем скрывал свою личность большую часть года, а потом начал встречаться со мной и моим парнем, так ни во всем и не признавшись? Это был... пиздец, Чарли. Полный пиздец.

Я вздохнул, она была права. Я всё испортил.

– Мне правда очень жаль, Тара. Я никогда не хотел, чтобы всё вышло так. Я просто... испугался.

Она хмыкнула, отступая в сторону, чтобы впустить меня.

– Насколько именно тебе жаль?

Когда я переступил порог, у меня было чувство, будто я иду прямиком в ловушку, но в ту, в которую сам позволил себе попасть.

– Очень. Я никогда не хотел причинить боль ни одному из вас.

Я огляделся и понял, что Джесси нигде не видно.

Тара потянулась из-за моей спины, чтобы закрыть дверь.

– Отлично. Раздевайся.

Мне потребовалось мгновение, чтобы осознать ее слова.

– Раздеваться? – повторил я, как попугай.

– Я что, заикаюсь, моя жалкая альфа-игрушка для ебли? Я сказала тебе раздеваться. А теперь делай, что велено, щеночек.

Мои щеки загорелись. Хотя отношения между нами всегда были более гибкими, она никогда не была такой... прямолинейной. Мой член уже начал твердеть в штанах, когда я выполнил ее приказ: скинул обувь, стянул футболку через голову, после чего расстегнул штаны и спустил их вниз, отбросив в сторону.

– Да, госпожа. – Я никогда раньше не произносил этого вслух, только в сообщениях, и сейчас это было еще лучше.

Тара достала из-за спины маленькую прозрачную пластиковую клетку, на которой позвякивали золотые ключики.

– Надень это.

Я опустил на нее взгляд.

– Это... – Я видел клетку для члена (устройство для ограничения эрекции и сексуальной разрядки) только в порно и никогда даже не думал о том, чтобы ее использовать.

– Именно! – жизнерадостно сказала она. – Мне нужно повторить приказ?

– Н-нет. – Боже, из-за ее слов я сейчас так возбужусь, что не смогу ее надеть. Я отстегнул заднюю часть, обхватил ею себя – она едва налезала даже в невозбужденном состоянии – и защелкнул; замок закрылся с чувством абсолютной окончательности.

Затем я снова посмотрел на нее, ожидая указаний.

Она достала из кармана своего халата пару небольших кожаных ремешков, соединенных одной более длинной деталью.

– Это надевается на бедра.

Я взял у нее ремни; мой взгляд на мгновение зацепился за ее декольте, видневшееся в вырезе шелкового фиолетового халата. Было ли под ним хоть что-то?

Эта мысль не покидала меня, пока я оборачивал прохладные кожаные ремни вокруг своих бедер, затягивая их так, чтобы они слегка впились в кожу.

– Вот так?

– Идеально, – мягко сказала она. – Ты серьезно хочешь, чтобы между нами всеми всё было хорошо? – Ее рука поднялась и коснулась моей щеки с удивительной нежностью.

Я подался навстречу теплу ее ладони. Вблизи ее фруктовый, цитрусовый аромат окутал меня, заставив снова почувствовать себя целостным.

– Да. Я не хочу ничего больше, чем всё исправить. Для нас всех.

Тара нежно поцеловала меня в губы.

– Проверка светофора: все камеры включены. Мы будем трахаться, пока ты смотришь. Чат будет управлять вибратором, пристегнутым к твоему члену.

Мой член уперся в клетку, пытаясь стать твердым.

– Зеленый, – выдохнул я. Хотя это звучало как пытка, это была самая сладкая из возможных пыток. – Мы сделаем это прямо сейчас?

– Ага, – усмехнулась она. – Джесси прямо сейчас общается с чатом.

– Х-хорошо. Давай сделаем это, – я ожидал разговора, может быть, криков и, в худшем случае, отсутствия какого-либо решения, но к такому я не был готов. Однако я говорил искренне: я сделаю всё, чтобы исправить ситуацию.

Даже если меня будут доводить до грани (эджинг – практика поддержания высокого уровня сексуального возбуждения без наступления оргазма) на стриме часами.

– Уверена, вам всё равно придется поговорить после, – сказала Тара, угадав мои мысли по бушующим во мне эмоциям. – Но это то, чего он хотел, так что... – она пожала плечами.

– Значит, так мы и поступим, – я расправил плечи, несмотря на свой странный наряд, и последовал за ней в спальню.

Тара открыла дверь. Джесси развалился на кровати в нижнем белье, резинка его боксеров восхитительно впивалась в изгиб бедра, пока я плелся вслед за Тарой – огромный, здоровенный альфа, находящийся под полным контролем маленькой омеги.

По крайней мере, пока.

– Привет, чат, – сказала Тара, распахивая халат и сбрасывая его на пол, чтобы продемонстрировать крошечные фиолетовые стринги и подходящий бюстгальтер. – Это Глитч. Да. Тот самый Глитч.

Смотреть на всё это было немного чересчур. Я всегда был по ту сторону экрана, но увидеть своими глазами, как творится магия, оказалось более сюрреалистично, чем я думал. Освещение, которое она использовала, было ярче, чем казалось, а маленький зеленый огонек, сигнализирующий о включенной камере, ощущался как тяжесть тысяч чужих глаз.

– Привет, – застенчиво сказал я. Я посмотрел на Джесси, который смотрел прямо на меня. В груди потеплело, когда я понял, что в его взгляде больше нет той холодной пустоты, теперь он пылал жаром.

Тара, будучи первоклассным профессионалом, не торопясь пристегнула вибратор к моей ноге, включила его и выдвинула свое кресло, чтобы я сел.

Пока я опускался на сиденье, она потянулась под стол, к ряду ящиков, и достала пару наручников и кляп-намордник.

При виде этого намордника меня снова отбросило в наш первый раз, когда на меня надели его, чтобы я не связал себя с ней узами, но теперь мы были связаны, и это было нужно лишь для того, чтобы добавить мне унижения.

Она зашла сзади, завела мои руки за спину и защелкнула на них наручники, лишив меня свободы движений. Затем надела намордник, закрепив его на моем рту. Я всё еще мог говорить, но, взглянув в камеру, понял, насколько непристойно я выгляжу.

– Я подумала, раз уж ты так любишь наблюдать за мной через камеру, ты не будешь против посмотреть на нас через монитор.

Вибратор прижимался прямо к моим яйцам и основанию члена, но этого явно было бы недостаточно, чтобы я кончил. В отличие от прошлого раза, когда мне приходилось наблюдать через отражение, теперь я смотрел в монитор, и их изображение было для меня таким же четким, как и на стриме.

Я наблюдал, как она медленно идет обратно к кровати, понимая, что настоящее шоу вот-вот начнется.

– Ваша миссия проста, чат, – мягко сказал Джесси, когда Тара скользнула к нему на колени. – Заставьте Глитча кончить прямо в этой клетке для члена или хотя бы доведите его до такого отчаяния, чтобы он совсем обезумел.

– А в качестве награды Джесси будет вколачиваться в мою киску, пока я не расплачусь.

Я застонал, звук непроизвольно вырвался у меня из груди. Эти двое вместе всегда невероятно меня заводили, а уж когда они меня дразнили, это чувство только усиливалось.

Чат был прямо передо мной, но он летел так быстро, что я едва мог что-то разобрать. Я скорее почувствовал, чем увидел, как пришел первый донат, напрягшись, когда вибратор заработал в медленном, мучительном темпе.

– Черт возьми, – простонал я, не ожидая, насколько болезненным будет пытаться возбудиться в этой штуковине.

– Я хочу, чтобы этот альфа превратился в изнывающую от нужды лужицу спермы, – с улыбкой сказала Тара, медленно стягивая с Джесси белье, высвобождая его член, который тяжело дернулся.

Tkuser: Задонатил $20 кто-то наконец сможет вставить слово, пока ты не перебиваешь своими конскими донатами, время для мести

Tkuser: Задонатил $15 я знала, что ты не урод по ту сторону экрана. Так горячо.

Донаты и комментарии продолжали сыпаться, а мой взгляд метался между ними и Тарой, которая пристраивалась к Джесси. Его член был таким огромным, и ему было позволено быть твердым, что вызывало во мне зависть, ведь мне приходилось бороться с собственной эрекцией.

Моя омега потерлась об него, вздыхая от удовольствия, пока ткань ее трусиков пропитывалась ее смазкой.

– Боже, Джесси, ты ощущаешься просто невероятно.

Его рука скользнула по передней части ее бедер, отодвигая трусики в сторону, чтобы начать выписывать круги по ее клитору.

– Блядь, сладенькая, ты такая охуенная. Ты такая тугая. Твой альфа не смог тебя растянуть?

Произнеся это, он посмотрел прямо в камеру – на меня. От унижения, сорвавшегося с его губ, мое тело задрожало. Вибратор не останавливался, но так и не разгонялся достаточно, чтобы по-настоящему столкнуть меня с обрыва. Меня прошиб холодный пот; казалось, финишная черта моего оргазма отодвигалась всё дальше и дальше.

– Пожалуйста, – взмолился я. Я не был уверен, к кому обращаюсь. К чату, к ним, к Богу. К кому угодно.

Джесси осторожно вошел в Тару, его бедра напряглись, когда его член начал скрываться внутри нее дюйм за дюймом.

– Не волнуйся, – пробормотал он сквозь стиснутые зубы в ответ на ее полный нужды стон. – Я сделаю это за него.

– Да, пожалуйста, – простонала она, когда он вошел до самого конца и его член полностью исчез внутри нее. Ее взгляд тоже метнулся к камере, и я знал, что она смотрит на меня. – Тебе нравится смотреть, Папочка?

– Да, – выдохнул я. – Хотя я бы предпочел трогать.

– Какая жалость, ведь непослушным альфам этого не позволено.

– Ох, какие мы глупенькие, – мягко сказал Джесси, всё еще трахая нашу омегу. – Мы забыли упомянуть, что Глитч сегодня вечером будет удваивать все донаты, так что самое время быть очень, очень щедрыми, чат.

Я тоже не знал, что делаю это, но, честно говоря, мне было плевать: тратить на них деньги – ради них – всегда будет приносить мне удовольствие.

После этого упоминания донаты хлынули рекой: чат едва успевал появиться на экране, как тут же исчезал, сменяясь новым сообщением. Вибратор усилил интенсивность; к этому моменту он должен был работать почти на максимуме.

– Блядь, мне так нужно кончить, – я понятия не имел, возможно ли вообще кончить в таком положении. Сначала казалось, что нет, но теперь всё казалось возможным.

Тара жестко скакала на Джесси, и от звуков шлепков, когда он вколачивался в нее до самого основания, у меня шла кругом голова. Ее каплевидные сиськи идеально подпрыгивали при каждом движении, позволяя мне представить, как они оба выглядели подо мной в прошлый раз, что еще сильнее приближало меня к разрядке.

В каком-то смысле это почти напомнило мне мой первый раз с ней. Зеркальную стену в «Жажде Омеги». И то, как Тара наблюдала за тем, как мы жестко трахались на протяжении всей ее течки.

Но теперь вместо отчаяния Тары, повисшего в воздухе густым туманом сиропного вишневого лимонада, это было мое отчаяние. Запах маслянистой корочки пирога, который становился слегка горьковатым от того, что перепекся – моя нужда достигла пика, когда Джесси поставил Тару на колени, вдалбливаясь в нее сзади, пока его рука вжимала ее голову в матрас.

– Кончай для меня, пирожочек, – мягко проворковал он. – Покажи своему тупому альфе, как его омежья шлюшка скулит ради члена беты.

Тара ахнула, наполовину завывая в простыни; ее кулаки сжались на ткани.

– Джесси, пожалуйста!

Я никогда не видел Джесси таким. Обычно он был таким покорным, но эта его новая сторона интриговала меня еще больше. Каждый раз, когда я открывал в нем новую грань, я влюблялся всё сильнее и сильнее, и этот случай не был исключением.

Он звонко шлепнул ее по заднице, и звук эхом разнесся по комнате.