Текст книги "Конец Игры (ЛП)"

Автор книги: Лиза Элдридж

Соавторы: Бекс Дево
сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 19 страниц)

Глава 27

Ветер хлестал меня волосами по лицу, пока мы ехали вдоль побережья. Океанские волны были так близко, что я слышала их шум сквозь музыку и чувствовала в воздухе запах соли.

Это был рай.

Мои ноги были закинуты на центральную консоль между Джесси и Чарли, которые сидели спереди. Они держались за руки поверх моих ног, и мы все касались друг друга на протяжении всей поездки. Я откинулась назад, переведя взгляд на люк в крыше. Небо было идеального оттенка синего, а облака – идеальной пушистости. Они заслоняли солнце ровно настолько, чтобы оно не палило, но было очевидно, что сегодня не упадет ни капли дождя.

– Похоже, отель всего в паре миль отсюда, – сказал Джесси. Он всю дорогу давал советы под руку (руководил с пассажирского сиденья), и я видела, что Чарли раздражен, но он этого особо не показывал и просто соглашался с ним.

Чарли согласно промычал и потянулся. К этому моменту он был за рулем уже почти девять часов. Каждый из нас предлагал подменить его, но он каждый раз отмахивался от нас обоих, говоря, что пока у него есть виноградный энергетик, он в порядке. Хотя этот энергетик давно закончился, а хруст в его спине становился всё громче.

Но Джесси оказался прав, и вскоре мы оказались перед самым милым прибрежным мини-отелем, который я когда-либо видела. Снаружи он был полностью белым, с террасами на каждом этаже. На улице стояли костровые чаши, окруженные креслами, а вдалеке виднелись качели на дереве.

Я всё еще глазела по сторонам, когда моя дверь открылась, и там стоял Джесси, протягивая мне руку. Мне потребовалось мгновение, чтобы сесть прямо и опустить ноги, прежде чем я смогла взяться за нее и выскользнуть наружу.

Когда я обошла машину, чтобы взять свои сумки, Чарли был уже полностью нагружен: все наши вещи висели на нем, а по бокам он катил два чемодана на колесиках. Это была поездка всего на три дня, но казалось, будто мы с Джесси собрали вещи на несколько недель. Чарли был единственным прагматичным человеком с одной-единственной сумкой, но нам были нужны наши вещи, а я любила быть готовой ко всему.

Мы были на полпути к дверям, когда подошел носильщик и забрал сумки у Чарли. Внутри было просторно и свежо, полы были из сандалового дерева, как и стойка регистрации. По обеим сторонам были открыты панорамные окна от пола до потолка, впуская прохладный океанский бриз.

– Желаете заселиться? – спросила девушка за стойкой.

Ее глаза были прикованы к Чарли, словно нас двоих там вообще не было.

– Да, фамилия Мартин, – он начал доставать удостоверение личности и кредитку, вероятно, привыкший к этой рутине.

Клавиатура защелкала, пока она искала бронь. В лобби было тихо, из реальных звуков доносились лишь легкая болтовня других гостей и стук колесиков тележек носильщиков.

– У вас забронирован люкс, – она улыбнулась шире, чем требовалось, и я почувствовала, как по моим венам разливается ревность.

– Спасибо, – я знала, что это нелепо, но даже то, что он просто с ней разговаривал, раздражало меня.

– Вы уже останавливались у нас раньше? – спросила она, проводя маленькими пластиковыми ключами через аппарат перед ней.

– Нет.

– Что ж, я могу рассказать вам обо всех наших услугах, если хотите, у нас широкий выбор...

Ее слова растворились в воздухе, так как я перестала слушать; я скрестила руки на груди, ожидая, когда это взаимодействие закончится.

Внезапно рука Чарли обвилась вокруг меня, притягивая к себе.

– Мы ценим это, но мы долго ехали, и, думаю, мы просто хотим устроиться.

Уголок ее рта лишь на мгновение дернулся.

– Как скажете. Номер вашей комнаты написан на конверте.

Она протянула его, и казалось, Чарли почти старался не прикасаться к ней, что хоть немного, но успокоило меня.

Разобравшись с этим, мы направились к лифту, и Чарли нажал кнопку четвертого этажа.

– И что это было? – спросил меня Чарли.

Я повернулась к нему.

– Не понимаю, о чем ты.

Его рука легла мне на плечо и притянула к нему, прежде чем он поцеловал меня в висок.

– Не нужно ревновать, малышка. Вы двое – всё, что мне нужно, – я чувствовала, как он пытается успокоить меня через связь, и, должна признать, это работало.

Мои щеки вспыхнули.

– Я не ревную.

Он ухмыльнулся.

– Ну да, конечно. Скажи это своему запаху, которым ты меня буквально пропитала. Уверен, всё лобби могло его учуять.

Джесси на секунду рассмеялся, но я подалась вперед и бросила на него такой взгляд, что он закусил губу, пока не замолчал.

– Скажи, что я не прав. – снова вмешался Чарли.

Я застонала.

– Прости, что мне не нравится, когда какая-то левая девица флиртует с моим альфой!

Он притянул меня к себе, и его запах тоже внезапно заполнил лифт.

– Я не говорил, что мне это не нравится. Обожаю твою собственничность.

Мое лицо загорелось, когда я спряталась у него под мышкой. Эта самая собственничность изначально и привела нас к этому. Сначала я думала, что это всё испортило, но оказалось, что это лучшее, что могло случиться с нами всеми.

Я схватила его за воротник и потянула вниз для поцелуя. Двери открылись, и Чарли отстранился, шагнув вперед, чтобы придержать лифт. Когда я обернулась к Джесси, я заметила, что он отводит взгляд, словно не желая нам мешать.

Я закатила глаза и потянула его на себя, прижавшись губами к его губам. На мгновение он показался опешившим, но быстро растаял в моих объятиях.

Когда я отстранилась, его глаза подернулись поволокой, а губы немного припухли – мой любимый его вид.

– Готов?

Он лишь кивнул, взял меня за руку и потянул из лифта, который Чарли всё это время придерживал для нас. Наш номер был недалеко от лифтов, и когда дверь открылась, я не могла не ахнуть.

Первое, что бросилось в глаза, – огромное окно с видом на океан. Одна только гостиная была больше всей моей квартиры: там стояла пара диванов, камин, который сейчас было бы слишком жарко использовать, и самая большая картина с тигром, какую я когда-либо видела, во всю заднюю стену.

Подойдя ближе к большому окну, я поняла, что это не просто большое окно, а раздвижная стеклянная дверь, ведущая на балкон. Когда я открыла ее, меня обдал океанский бриз. Я прошагала по гладкому дереву, которое приятно грело ступни от солнца. Балкон был огромным, а ограждение полностью стеклянным, что открывало отличный вид на океан внизу. Первым делом я направилась к джакузи, накрытому мягким тентом. Мне не терпелось в него залезть. Я не была в отпуске с самого детства, да и тогда мы обычно ездили в ближайший к нашему дому кемпинг, где были только детская площадка и несколько разбрызгивателей для газона.

Это определенно был апгрейд по сравнению с разбрызгивателями. Чаще всего из них работал только один, и всем приходилось вставать под него по очереди.

Я ахнула, когда чьи-то руки обвили меня, и я почувствовала этот маслянисто-черничный запах.

– Обожаю запах океана, – сказал Чарли, положив подбородок мне на макушку.

Мое внимание переключилось с запаха океана и теперь было полностью сосредоточено на нем.

– Здесь красиво.

– Не так красиво, как ты, – сказал он.

Я закатила глаза и повернулась к нему лицом.

– Это было так банально.

– Но правдиво, – с улыбкой сказал он. – Джесси собирается спуститься на пляж, а потом на дощатую набережную. Ты в деле?

– Всегда, – сказала я с ухмылкой.

Мою кожу стянуло от океанской соли, пока мы шли к набережной. Я уже почти высохла, но моя накидка на купальник всё еще липла ко мне во многих местах из-за воды. Она была прозрачно-фиолетовой и идеально подходила к моему бело-фиолетовому бикини тай-дай. Когда я впервые надела его, Чарли испытал некоторые... чувства. Но как только я показала ему другие свои варианты, он признал, что этот – лучший, при условии, что он нигде не развяжется, о чем он очень беспокоился. Хотя я не была уверена почему. Он пропитал меня своим запахом так сильно, что даже океанская вода не смогла его смыть – не то чтобы я возражала.

Джесси и Чарли шли чуть впереди меня. У Джесси всё еще было обернуто полотенце вокруг талии, выставляя напоказ всё его множество татуировок и веснушек. С его светлыми пляжными локонами он выглядел так, словно прожил на пляже всю свою жизнь, хотя мы знали, что он куда больше предпочитает компанию своей кровати и компьютера. Я бы больше беспокоилась о том, насколько потрясающе он выглядит, если бы к этому моменту не была уверена, что он пахнет как ходячий парфюмерный бар.

Чарли был ничуть не лучше: его полотенце было накинуто на широкие плечи, а по накачанной спине и загорелой коже стекали капли воды. Он был практически полной противоположностью Джесси: на его коже не было ни единой отметины. Я не могла не задуматься, думал ли он когда-нибудь о том, чтобы сделать татуировку. Надо будет спросить его позже.

– Хотите остановиться за чуррос? – спросил Джесси, указывая на киоск на углу с большой выцветшей на солнце вывеской.

– Ты же знаешь, что они мои любимые, – сказала я, подходя и становясь рядом с ними.

– Потому и спросил. Погнали.

Мы подошли к ларьку и встали в очередь; запах жареного теста и коричного блаженства наполнил воздух. Мы взяли по одному на каждого и продолжили прогулку. Они были идеально хрустящими снаружи и воздушными внутри, с идеальным количеством сахарно-коричной посыпки. Поистине волшебно.

– Почему бы нам не зайти сюда? – спросил Чарли, останавливаясь перед пиццерией под названием «Flour Girl Pizza».

– Ты всё еще голоден? – спросила я. Мы перехватили по сэндвичу перед тем, как уйти с пляжа, но я не удивилась, что мой огромный альфа всё еще хотел есть.

– Ага, пойдем.

Мы зашли внутрь. Место выглядело как любая другая забегаловка с пиццей: облупленный клетчатый пол, красные виниловые кабинки и стойка с мармитами и пиццами за стеклом, готовыми к раздаче порционными кусками.

Что-то в дальнем углу зала привлекло мое внимание. Очевидно, это был какой-то аркадный автомат, и нам определенно нужно было его заценить.

– Добро пожаловать, могу я вам помочь? – спросил сотрудник за стойкой. На нем был козырек с надписью «Flour Girl Pizza».

– Мне слайс «баффало чикен», – сказала я, понимая, что тоже немного проголодалась.

Чарли и Джесси заказали пиццу с прошутто и фетой напополам. Пока мы ждали, когда они разогреются в печи, я указала назад.

– Можно мы пойдем туда и посмотрим на автоматы?

Улыбка Чарли стала странно широкой.

– Да, нам стоит.

Мы подошли туда, и я увидела, что тот, который я приметила изначально, был классическим «Street Fighter». Рядом стоял оригинальный «Donkey Kong», а следом – «Pac-Man».

– Это просто потрясающе! – сказала я, радостно шагая по проходу.

Когда я прошла мимо «Defender» и дошла до конца, я замерла. Там, рядом с автоматом, слегка задвинутым в угол, горели те самые синие и красные огни, которые казались мне такими знакомыми. Это был винтажный пинбольный автомат «Удивительный Человек-паук», почти в идеальном состоянии. Свистящие звуки и коронные фразочки мысленно вернули меня в то время, когда я стояла на ящике в прачечной, чтобы дотянуться до кнопок, а мама давала мне лишние четвертаки на игру. Помню, иногда я прятала свою грязную одежду в надежде, что загрузок стирки станет меньше, а четвертаков – больше.

– Тебе нравится? – спросил Чарли у меня за спиной, когда я провела рукой по прохладному металлическому краю.

– Ты знал, что он здесь?

Он кивнул.

– Поэтому мы и приехали на этот пляж. Ты рассказывала, как много это для тебя значит, и я захотел найти его для тебя. Но я бы не справился без Джесси. Его навыки поиска куда лучше моих.

На глаза навернулись слезы, а к горлу подкатил ком. Я взглянула на них обоих: они стояли там и смотрели на меня.

– Это самое милое, что кто-либо когда-либо делал для меня.

Я бросилась к ним обоим, и они поймали меня, заключив в крепкие объятия.

– Да не за что, пирожочек, – сказал Джесси. – Я люблю тебя.

– Я тоже тебя люблю. – Я отстранилась и вытерла глаза.

Сотрудник за стойкой крикнул, что наша пицца готова.

– Я заберу, – сказал Джесси, слегка кивнув мне в сторону Чарли.

Он ушел, оставив нас наедине.

– Это и правда невероятно, – сказала я.

– Всё что угодно для тебя, малышка, – легко ответил он.

Его темные глаза сияли, в них было столько заботы, что я думала, меня разорвет от чувств.

– Я люблю тебя, Чарли.

У него на мгновение перехватило дыхание.

– И я тебя люблю, Тара, очень сильно.

– А Джесси? – спросила я.

Он оглянулся на него: Джесси смеялся над чем-то, что говорил ему кассир. Было очевидно, что он пытался дать нам минутку наедине, и это было действительно мило с его стороны. Но именно в такие моменты также было видно, насколько он был коммуникабельным и располагающим к себе.

Чарли коротко кивнул. Я знала, что всё началось со сложностей, но, похоже, после их совместного выходного всё налаживалось, что делало меня такой счастливой. С того самого дня, как мы познакомились, было очевидно, что Чарли заботится о Джесси больше, чем просто друг, и хотя Джесси этого не замечал, он чувствовал то же самое.

– Думаю, сейчас самое подходящее время, чтобы... сделать всё официально. Между нами всеми.

Ему потребовалось мгновение, чтобы осознать смысл моих слов, но по его лицу было прекрасно видно, когда до него дошло.

– Ты имеешь в виду, связать его узами?

Я кивнула.

– Я хочу, чтобы были только мы. Навсегда. А ты?

– Я тоже, – ответил он без колебаний. – Но мы должны сначала спросить его.

Я снова бросила взгляд в ту сторону.

– Мы спросим, но, думаю, сначала нам стоит сделать для него что-нибудь приятное.

Коварная улыбка Чарли внезапно стала точной копией моей.

– И что же ты задумала?

Глава 28

– Я так готов к джакузи, – сказал я, выходя на террасу. Ночной воздух был слегка прохладным, но всё еще теплым – идеально для джакузи. Как только Тара упомянула о его существовании, мне не терпелось скорее вернуться и залезть в него.

Когда я вышел, Чарли уже стоял там, наклонившись, чтобы включить подогрев. Мой взгляд скользнул по его подтянутой заднице и бедрам, и я ничего не мог с собой поделать. Хотя эта динамика была для нас в новинку, я понял, что всегда на него смотрел. И я понял это, потому что, глядя на него, узнавал многие изгибы и линии мышц, которые видел. Я смотрел и раньше, очень много.

Как я мог так долго этого не замечать?

– Как тут дела? – спросила Тара. Она всё еще была в шортах и майке после душа. Разве она не планировала залезать?

– Отлично, – ответил Чарли. – Можешь сбегать за полотенцами? Я забыл их.

– Я могу сходить, – сказал я, пытаясь встать.

Тара положила руку мне на плечо, когда я едва успел приподняться со стула, и усадила обратно.

– Я схожу, лимонная долька. Просто расслабься, я скоро вернусь. – Она коротко поцеловала меня, прежде чем вернуться в номер.

– Я тоже не могу перестать пялиться, – сказал Чарли.

Я посмотрел на него, понимая, что мои глаза были прикованы к ней.

– Иногда я просто поверить не могу, как мне повезло.

– Аналогично. С вами обоими.

Кровь прилила к моим щекам, и я отвел взгляд.

Его смех разнесся вокруг, казалось, отражаясь от самих звезд над нами.

– Давай, залезай.

Мне не нужно было повторять дважды. Я встал и подошел к бурлящей горячей воде. Чарли протянул мне руку, я взял ее, перешагнул через бортик и погрузился в теплую бездну.

Хотя сегодняшний день был полон веселья, мои мышцы ныли, и горячая вода мгновенно меня расслабила. Стон вырвался у меня, когда я устроился у одной из форсунок, позволяя струе бить мне прямо в спину.

Чарли и сам казался немного покрасневшим, когда скользнул в джакузи, усевшись на скамейку прямо рядом со мной. Наши бедра соприкоснулись, и я бы вздрогнул, если бы не находился в почти кипящей воде. Даже после того, как мы признались друг другу в своих чувствах, между нами еще не было близости такого уровня, особенно без Тары.

Его рука легла на бортик позади меня, едва касаясь моих плеч.

– Я очень рад, что мы поехали в эту поездку.

– Я тоже, – сказал я с улыбкой, позволяя себе немного растаять в его объятиях. Он был таким теплым. Тара говорила мне, что он пахнет черникой, и хотя это, вероятно, было всё в моей голове, иногда я был уверен, что чувствую этот запах.

– Боже, как ты вкусно пахнешь, – сказал Чарли; его лицо почти зарылось в мои волосы. Его вторая рука опустилась мне на бедро, и я немного заерзал, мой член начал твердеть в шортах. Он всегда был тактильным, но это казалось очень смелым шагом, даже для него.

– Я думал, беты ничем не пахнут, – сказал я; мой голос дрожал сильнее, чем мне бы хотелось.

– Запах не сильный, – сказал он, его лицо скользнуло ниже, нос задел мою шею. – Но когда я нахожусь так близко, от тебя исходит этот слабый лимонный аромат, от которого я зависим с тех самых пор, как мы были подростками.

– Серьезно? – спросил я. Никто никогда мне об этом не говорил, но с другой стороны, до них я в основном был с другими бетами.

Он подтверждающе промычал.

– Я всегда его обожал. Настолько сильно, что он спровоцировал мой первый гон.

Я отстранился.

– Серьезно?

– Да, помнишь, как я прижал тебя к кровати, прежде чем сорваться и побежать к себе домой?

О. Я действительно это помнил. В то время я просто подумал, что это произошло ни с того ни с сего, и я случайно оказался рядом. Я очень волновался, он несколько дней не приходил в школу, но когда вернулся, сказал, что в порядке и не очень хочет об этом говорить.

– Я забыл, потому что ты не хотел об этом говорить, – сказал я ему.

– Да, тогда я понял, что окончательно и бесповоротно пропал, влюбившись в тебя, и что мне, вероятно, пиздец.

Я сглотнул ком в горле.

– Жаль, что я не знал этого тогда. Думаю, всё было бы иначе.

– Возможно, – ответил он. – Но, если бы что-то пошло иначе, у нас не было бы Тары.

Я улыбнулся. Да, не было бы, так что, возможно, всё сложилось идеально. Хотя я не мог заглушить ту мысль на задворках сознания, которая твердила мне, что я был лишь временной частью их договоренности.

– И всё же я жалею, что не провел тот гон с тобой, – прошептал он мне на ухо. – Не делая ничего, кроме как трахая твою тугую дырочку снова и снова, пока ты не стал бы податливым и не истекал бы мной.

Звук, вырвавшийся у меня, был непроизвольным.

– Чарли, – заскулил я. К этому моменту мой член стал твердым как камень.

– Что, звездочка? Изнываешь от нужды при мысли о моем члене глубоко внутри тебя? Или это из-за этого?

Мои глаза были полуприкрыты и полны похоти, но они широко распахнулись, когда я проследил за его кивком туда, где теперь стояла Тара.

В ее руках не было полотенец, только она сама в купальнике. Я даже не был уверен, можно ли это так назвать. Маленькие черные треугольники едва прикрывали соски, а подходящие к ним плавки были точно такими же – настолько узкими, что я мог разглядеть очертания ее киски.

Блядь, что они со мной делают?

Рука Чарли поползла вверх, почти касаясь моего изнывающего члена, но всё же не доходя до него. Тара повернулась без всякой причины, демонстрируя стринги, съеденные ее ягодицами, показывая всё это во всей красе.

Я сейчас точно умру, я был почти уверен в этом. Или уже умер, и это был рай. В любом случае, я не хотел, чтобы это когда-нибудь заканчивалось.

– Что происходит? – спросил я.

– Не понимаю, о чем ты, – сказала Тара, неспешной походкой направляясь к джакузи. – Просто захотела насладиться горячей ванной с вами.

Она залезла внутрь и, вместо того чтобы сесть на противоположную сторону, где еще оставалось место, подошла и уселась мне на колени, закинув ноги на Чарли. Моя рука легко обняла ее.

– Ну, так о чем вы тут болтали? – спросила она.

Я уже инстинктивно собирался ответить «ни о чем», но Чарли меня опередил:

– О том, как Джесси чуть не обрюхатили во время моего первого гона.

Я простонал, желая, чтобы этот разговор закончился, но Тару это совершенно не интересовало.

– Серьезно? Расскажи подробнее, – она поерзала у меня на коленях, казалось, намеренно потираясь о мой ноющий член.

Чарли тоже не помогал ситуации, прижимаясь ко мне сильнее. Если бы в словаре была фотография рядом с термином «би-паника», то это был бы я прямо сейчас, потому что, о боже мой.

– Рассказывал ему о том, как этот легкий лимонный запах сводил меня с ума, делая его таким, что перед ним невозможно устоять.

– Согласна, – продолжила Тара. Она глубоко вздохнула, отчего ее сиськи слегка подпрыгнули прямо перед моим лицом. – Я всегда его обожала.

– И становится еще хуже, когда он возбужден, – добавил Чарли, целуя меня в шею сбоку.

– Блядь, что вы двое делаете? – спросил я, извиваясь больше, чем мне бы того хотелось.

– Мы просто разговариваем, разве нет? – рука Тары зарылась в мои волосы, довольно сильно сжав пряди.

– Ага, просто проводим время стаей, – пробормотал Чарли.

От слова «стая» я громко ахнул. Никто из нас раньше не использовал этот термин по отношению ко всем нам вместе.

– Время со стаей важно, особенно когда один из твоих партнеров не помечен.

Этот разговор, казалось, принимал серьезный оборот.

– То, что следует исправить, не думаешь?

Мой взгляд заметался между ними.

– Вы говорите то, о чем я думаю?

– О том, что мы хотим, чтобы ты был в нашей жизни вечно, и не хотели бы ничего больше, чем сделать тебя частью нашей стаи? – спросила Тара. – Да.

Дыхание, вырвавшееся у меня, было прерывистым.

– А ты? – спросил я Чарли.

– Думаю, я ясно дал понять, что для меня это всегда был ты. Без тебя ничего бы не вышло. Просто с тобой в комплекте шел небольшой бонус, – он подмигнул Таре у меня на коленях, которая хихикнула в ответ.

– Вы уверены? – продолжил я. – Узы – это серьезное обязательство, а я всего лишь бета. И я не уверен, что хотел бы включать кого-то еще.

– Ты же знаешь, я с опаской относилась к появлению одного альфы, – сказала Тара. – Тот, который нам в итоге достался, довольно хорош. Но меня вполне устраивает, что это мое «навсегда». Вы оба даете мне всё, что мне нужно.

На глаза навернулись слезы, которые я попытался сморгнуть. Всё это время мысль о том, что этого никогда не произойдет, была свежа в моей памяти, заставляя чувствовать, будто мое время с ними ограничено. И хотя беты не могли создавать узы сами, их могли привязать к себе, и это означало навсегда, так же, как это было бы с любым из них.

– Для меня будет честью. С вами обоими.

– Ох, щеночек, это не для тебя должна быть честь, а для нас. Ты такой идеальный партнер, больше, чем мы когда-либо могли мечтать, и мы хотим тебе это доказать.

Внезапно ее губы оказались на моих, вжимая меня спиной в стенку джакузи. Она повернулась, чтобы оседлать меня. Ее бикини ничего не скрывало, позволяя ее коже касаться меня повсюду. Мои руки заскользили по ее животу, бокам и спустились к заднице. Я часто признавал это, но я никогда не перестану поражаться тому, насколько она потрясающая.

И насколько теперь она была моей.

И это было не единственное место, откуда я получал внимание. Чарли не отходил от меня ни на шаг, его руки блуждали по нам обоим, чуть ли не скрепляя нас вместе. Он прокладывал дорожку поцелуев вдоль моей челюсти, по шее, пока не добрался до уха, слегка покусывая его.

Вода вокруг нас бурлила, но жар внутри меня разгорался куда сильнее.

– Пойдемте в номер, – хрипло прошептал Чарли, отрываясь от моей шеи. Нам не потребовалось много времени, чтобы выбраться из джакузи. Забыв о полотенцах, мы, оставляя мокрые следы на полу, поспешили внутрь. Мы едва добрались до огромной кровати, как мои ноги подогнулись.

Я рухнул на матрас с глухим «уф» и быстро оказался в окружении. Тара опустилась ниже, стягивая с меня шорты, а Чарли оказался прямо по другую сторону от нее, обхватывая мой член, как только он освободился. Я выгнулся на кровати, мое тело непроизвольно реагировало на них.

– Хочешь попробовать его на вкус, малышка? – спросил Чарли, наклоняя мой член к ней, словно это был леденец.

Ответа не последовало. Тара просто наклонилась и взяла мою головку в рот, опускаясь по стволу так далеко, как позволяла рука Чарли, прежде чем подняться обратно. Блядь, это было так охуенно, что я думал, что растаю прямо на кровати. Превращусь в лужу, которую им придется слить в банку и унести домой.

– А вот и тот самый лимонный вкус, – сказала она, высунув язычок, на котором поблескивала капля моей предсеменной жидкости. Ей потребовалось лишь мгновение, чтобы вернуться к делу, без труда заглатывая меня и сводя с ума.

В следующий раз, отстранившись, она выпустила меня изо рта с чмокающим звуком и лизнула вдоль ствола. Вскоре я почувствовал еще один язык с другой стороны. Я резко приподнялся на локтях и увидел Чарли прямо рядом с ней – по сути, они вдвоем сосались, только между ними был мой член. Их губы скользили по обеим сторонам, и они оба снизу вверх смотрели на меня.

Я умер. Это было единственным разумным объяснением. Иначе всё это было слишком хорошо, чтобы быть правдой.

Мои руки зарылись в их волосы, такие разные на ощупь. У Тары они были шелковистыми, и за них было удобно держаться. А у Чарли – короткими, и им определенно не помешал бы кондиционер.

Они протиснулись между моих ног, раздвинув их так, чтобы каждому хватило места. Чарли приподнялся, заглатывая меня почти до самого основания. Тара спустилась ниже, рукой приподняв мои яйца и взяв их в рот, крепко посасывая.

– Я сейчас кончу, – вскрикнул я. – Блядь, мне нужно кончить.

Чарли отстранился, хотя его кулак сомкнулся на мне; смазка от их смешанной слюны облегчала его движения.

– Как думаешь, малышка? Позволим ему?

Теперь отстранилась и она, тоже лишь поглаживая мои яйца.

– Не знаю, а он уже заслужил это?

Я недовольно проворчал:

– Я думал, сегодня всё должно быть ради меня.

Тара цокнула языком, неодобрительно прищелкнув им по нёбу.

– Я что, слышу дерзость? Нам такого не надо.

– Нет, пожалуйста, – быстро сказал я. – Я буду хорошим, – я уже давно не дерзил (не вел себя как брат – в контексте БДСМ поведение нижнего партнера, который намеренно провоцирует верхнего, часто ожидая наказания). Обычно я так не делал – только если этого требовала конкретная сессия. Как правило, я был довольно послушным сабмиссивом, но, похоже, мне предстояло выяснить, что бывает, когда начинаешь огрызаться.

Тара проползла по мне; ее скользкая киска, которая теперь была почти полностью обнажена из-за сползшего бикини, мимолетно скользнула по моему члену. Она один раз поцеловала меня в губы, прежде чем продолжить двигаться вверх, пока ее руки не уперлись в изголовье кровати, а ее киска не оказалась прямо над моим лицом.

– Как насчет того, чтобы ты сначала заставил меня кончить, а потом мы посмотрим, заслужил ли ты это.

– Пожалуйста, – взмолился я.

– Посмотрите-ка, кому нравится наказание, такая хорошая маленькая шлюха, – сказал Чарли, прежде чем снова опуститься на мой член так медленно, что это было почти больно.

Тара перестала нависать надо мной и навалилась всем весом своего тела. Я внезапно оказался в раю. Мне нравилось, что она не боялась перенести на меня весь свой вес. Я едва мог дышать, и какая же это была бы прекрасная смерть. Я прижался языком к ее клитору, кружась вокруг него. Мои руки сжали заднюю поверхность ее бедер, ногти впились в них, сминая мягкую кожу. Я обожал в этом всё.

У меня вырвался стон, когда Чарли продолжил сосать мой член; его медленный темп был недостаточным для того, чтобы я кончил, но достаточным, чтобы удерживать меня на самом краю. Понятия не имею, где он этому научился. Чарли никогда не любил растягивать удовольствие. Он брался за всё в лоб и обычно предпочитал просто поскорее с этим покончить. Но, видимо, именно здесь он обрел то терпение, которого ему не хватало всю нашу жизнь.

Вскоре мои ноги раздвинули еще шире, и палец, холодный от смазки, коснулся моего прохода. Я ахнул, едва не подавившись Тарой, но боже, его палец был таким толстым, когда он протолкнул его до первой фаланги.

Тара, услышав, что я начинаю кашлять, приподнялась, нависнув надо мной.

– Цвет, лимонная долька?

Я сделал глубокий вдох, понимая, что это моя возможность прийти в себя.

– Зеленый, госпожа.

– Хороший мальчик.

Она снова опустилась на меня, еще раз прижав свою киску к моему рту. А Чарли продолжил: его первый палец вошел в меня полностью, более легко, и вскоре к нему добавился второй.

Я весь изнывал к тому времени, когда ноги Тары надо мной начали дрожать. Она дала мне крошечное пространство для вдоха, но совсем небольшое, и нехватка кислорода делала задачу не кончить еще более сложной.

– Боже, я близко, – вскрикнула Тара. – Не останавливайся. Я хочу кончить тебе на лицо.

Я тоже этого хотел, хотя и не мог ей об этом сообщить. Я не хотел ничего большего, чем чувствовать ее вкус, зная, какой сладкой она всегда была.

Она начала втираться в мое лицо, и я позволил ей вести, позволил ей находить удовольствие надо мной, пока она не превратилась в клубок из стонов и ругательств.

Она полностью опустилась мне на лицо, окончательно перекрыв кислород, но мне было абсолютно плевать.

– Заставь его кончить, Папочка, – сказала Тара.

Чарли резко набрал темп, трахая меня тремя пальцами и жестко посасывая мой член. Из-за этого и задержанного дыхания мне пришел конец: потоки спермы выстрелили из меня прямо в глотку Чарли.

Он ни разу не отстранился, просто глотал, сжимая меня и выдаивая мой член, пока я не опустошился, а потом и еще немного.

Когда перед глазами поплыло, а всё вокруг начало расплываться, Тара слезла с меня, и я сделал длинные, судорожные вдохи.

Мне не удалось долго отдыхать: Чарли навалился на меня, втягивая в поцелуй и постанывая от вкуса Тары, которым было покрыто мое лицо. Вскоре я понял, что чувствую в нем и свой собственный вкус. Он определенно проглотил не всё и теперь передавал это мне своим языком.

– Вы двое вместе – самое восхитительное, что я когда-либо пробовал на вкус, – сказал он, отстраняясь.

Мое дыхание было прерывистым, а член всё еще твердым как камень. Тара всегда была из тех, кому нужна хорошая выносливость, и хотя я не был альфой в гоне, я мог выдержать несколько раундов, прежде чем по-настоящему выдохнуться.

– Мы с тобой еще ой как не закончили, щеночек, – сказала Тара.

У меня не осталось костей, но меня без труда перевернули, пока я не оказался нависшим над Тарой, а Чарли не оказался позади меня. По задней части шеи скатились капли пота от осознания того, что мы собирались сделать.

Тара потянула меня вниз и страстно поцеловала; ее язык легко сплелся с моим. Она на вкус была как игристый алкоголь, который мы пили на улице, и ее вишневый аромат, который всегда присутствовал, совсем немного.

Когда прикосновение Чарли достигло низа моей спины, я прогнулся, слегка подставляясь. Его рычание позади заставило нас обоих содрогнуться.

– Покажи его мне, – сказал он. Он обращался не ко мне, а к Таре, которая разорвала наш поцелуй и потянулась вперед, чтобы широко раздвинуть мои ягодицы.