Текст книги "Не твоя девочка (СИ)"

Автор книги: Лия Романовская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Пришлось вставать, что ужасно разозлило. Легла я вчера поздно. Мы с котом до трех смотрели фильмы, потому что сегодня как бы выходной и я не планировала просыпаться в семь утра.

– Сейчас принесу, – проворчав для порядка, все же заставила себя подняться и тащиться на кухню.

Там я нашла пару таблеток анальгина, налила стакан воды. Подумав, взяла с собой весь кувшин. И не ошиблась. Пока Макс жадно опустошал кувшин, сходила за тазиком.

Макс мутно на меня посмотрел и покачал головой.

– Я сам… – просипел он и поплелся в туалет.

– Ну сам, так сам, – я проворчала и легла обратно.

Не маленький. Разберется.

Я не заметила, как заснула, а когда проснулась вновь, Макса дома уже не было и это очень порадовало. Надеюсь, что дверь он все-таки захлопнул.

Часы показывали полдень, солнце весело светило в окно и настроение отчего-то было приподнятым.

– Ну что, Локи, пойду я по магазинам пройдусь, а ты оставайся на хозяйстве. Договорились?

Кот мяукнул и подбежал ко мне. Лапкой побил по ноге, показывая, что не прочь поиграть, но у меня были совсем другие планы.

Я уже собралась на прогулку, когда позвонил Богдан.

Чертыхнувшись, все же взяла трубку.

– Да?!

– Привет…, – сказал муж и замолчал.

Ну вот блин, что за дурная привычка? Ты если звонишь, то будь добр, говори, что нужно. А нет, так и нечего звонить, отвлекать от дел.

Разумеется, я ничего из этого ему не озвучила.

– Привет… ты по делу?

– А? Нет, что ты… какие могут быть у нас с тобой дела?

Я растерялась. В голосе какая-то тоска, упрек и что там еще?

– Ну я так просто спросила. Кстати, на следующей неделе планирую приехать. На развод надо подать.

– Алис, я поэтому звоню. Ты может не это? – он замялся, а я тут же перебила.

– Что не это? Богдан, погоди, я же все решила давно. Мы с тобой обсуждали…

– Да! Но прошло столько времени. Я подумал… а почему бы нам не начать сначала, а?

Я, надо признаться, подвисал на этих ловах. Сначала? Но зачем? Какая цель? Я не верю в чистые листы, в разбитые кружки и прочее.

– Богдан, давай не будем…

– Но почему? Просто скажи почему?

– Ну, во-первых, у тебя есть любовница. Давай уж начнём с этого, – усмехнулась я.

– Нет. С Ладой все кончено. Мы расстались вчера.

– Ага. И поэтому ты тут же мне звонишь…

– Нет, не поэтому. Вернее поэтому тоже. Это я был инициатором расставания.

– Ну… а я-то тут при чем? Богдан, ну что такое в самом деле? Все решили, а ты снова начинаешь.

– Алис, вернись, а?

И столько грусти и мольбы в этом голосе, впервые слышу Богдана таким.

– Извини, мне пора уходить. На следующей неделе приеду, как и собиралась.

– Ну хотя бы давай подождем с разводом. Зачем он тебе? Твой дядя…

– Не надо приплетать моего дядю. Ок, Богдан, я пойду на это, но имей ввиду…

– Что?

Я собралась с мыслями, чтобы озвучить главное.

– Ты свободен. Я тоже. Имей это ввиду, пожалуйста.

Я сказала это. Да, я хотела, чтобы и он и я знали, что я свободна. Что я могу быть с кем захочу и не считать это изменой. В трубке повисло тяжелое молчание. Мне тоже больше нечего было сказать.

– Хорошо. Но не делай ошибки. Потом можно очень о них жалеть… Пока, – все-таки сказал муж.

Пока еще муж.

– Да, до встречи.

На душе скребли кошки. Правильно ли я поступаю? Ну что за вопрос, Алиса! Ты выходила замуж без любви, ты и живешь без нее.

Без нее ли?

Тебе же нравится Макс, что за сомнения?

Нравится ли?

* * *

Погода в начале мая радовала теплом и свежестью. Такой вкусный, ароматный ветер бывает только в этом месяце. Он несет с собой запах свежей, молодой травы, запах цветов и, конечно же, любви. Запах юности…

В груди что-то отчетливо шевелилось, пробуждая какой-то щенячий восторг. Но природу этого восторга не могла понять даже я сама.

Мужчины, что шагали навстречу-оборачивались, женщины улыбались и жизнь казалась вполне себе прекрасной. Я вся такая воздушная в легком длинном платье, с распущенными по плечам волосами летела навстречу солнцу, ветру и любви. Чьей бы еще знать. Рядом неожиданно раздался звук клаксона и знакомый хрипловатый голос крикнул:

– Садись, красавица!

Я обернулась, за рулём черной БМВ Нино улыбалась во все белоснежные тридцать два зуба. Ну вот как пить дать, вставные, не бывает своих таких чудесных зубов.

Придержав подол платья, залезла в машину.

– Такая погода, а ты в автомобиле паришься, – укорила я подругу.

Нино затянулась любимым вогом, вмиг наполнившим салон легким дымом.

– Ну да… так, знаешь, дела надоели. Мне бы тоже как ты вот, платье, каблуки и пешком по проспекту мужиков соблазнять.

Я засмеялась. Ага, соблазнять, ну их.

– А я все как белка. Да и какой мне, эх… вернуться бы лет на двадцать назад. Тогда еще и сынок жив был, и я молодая была…

Дым кольцами заполнял нутро машины, и я даже закашлялась.

– Ай, что ж ты молчишь?! Я и забыла, что ты не куришь!

– Ну и память у тебя…

– Это да. Никакой. Поехали что ли на пляж? – неожиданно предложила Нино.

– Так май же только?

– Ну и отлично. Народу никого не будет, а солнце печет невыносимо, поехали?

– А купальник?

– Да какой тебе купальник? Говорю же, кроме нас никого не будет.

Ну а почему бы и нет? Я кивнула согласно. По пути купили воды, мороженого и пару гамбургеров на случай полного оголодания.

Чуть выехали за город, и вот уже песчаный берег, и карьер. На нем и впрямь ни одной живой души. Вода пока еще чистая-пречистая, прозрачная, что аж дно видно.

– Сейчас погоди, еще пару дней такая погода постоит, и толпы одуревших от жары горожан ринутся сюда. А пока наслаждайся.

Мы расстелили плед, скинули одежду, оставшись в одном белье и разлеглись рядышком. Нино лениво о чем-то рассказывала, в основном о солнечной Грузии, я так же лениво слушала вполуха, чувствуя, как засыпаю, как вдруг над головой послышался насмешливый голос:

– Ой, а тут у нас девочки отдыхают.

И тут же другой:

– Ой, да и не девочки они. Одна бабушка. Это для тебя, Вован! – и хохот.

Я с замирающим сердцем открыла глаза. Нино уже вскочила, ее реакция оказалась быстрее моей. Быть может мой ступор обусловился тем, что я узнала, вспомнила эти голоса. Это они, те парни, что напали тогда на меня возле дома.

– Ой какие мы прыткие, а радикулит не скрутит? – и снова дебильный смех, от которого у меня сердце устремилось в пятки.

– Так она ж не наша. Откуда прилетела, птичка?

Тут один из уродов, которых я теперь хорошенько могла рассмотреть, схватил Нино за волосы, и она зарычала от боли.

Я рванулась на защиту, но мне тут же подставили подножку, и я носом полетела в песок. Как уж я сумела сориентироваться и подставить руки, одним богам известно, но хвала им, нос не разбила. От страха все внутри тряслось. В голове настойчиво билась мысль: «Что они хотят? Что они могут с нами сделать?»

Я порывалась встать, но сзади меня прижали к самой земле, попросту сев сверху.

– Ой какие у нас трусики… а под ними что?

Я кое-как извернулась и цапнула сидящего на мне урода за руку, которой он прижимал мою голову.

– Сука!

Он ударил меня ногой в бок, и я закричала от боли. Где-то там от бессилия кричала и плакала Нино. Я не видела, что происходит, возле моего лица оказался чей-то ботинок и ударил по голове.

Из глаз тут же посыпались звезды, в ушах шум, вата.

…

Я ничего не понимаю, дезориентирована. В глазах все плывет. Где-то позади не слышно больше криков Нино. Меня так мутит, что я уже вообще ничего не чувствую и не соображаю. Ползу куда-то, ощущая, как из носа течет вода. Вижу Нино, она обнимает себя и качается из стороны в сторону. Чьи-то ботинки носками кверху. Мат, крики. Шум драки. Я подползаю к подруге, прижимаюсь к ней, и мы вместе сидим и качаемся. Кто-то поднимает меня на руки и куда-то несет. Чувствую, что это кто-то не опасен, смотрю на него мутными глазами, а перед ними все плывёт. Ни черта не понимаю, кто это, но очень похож на Богдана. Или это Макс? А нет, это Сашка. Да, точно, конечно… Сашка…

Закрываю глаза, приваливаюсь к груди и засыпаю.

* * *

– Ну что же вы, Алиса Сергеевна так неосторожны? – передо мной на стуле сидел старый знакомый – следак Ушаков.

– А вы, Дмитрий Сергеевич теперь на каждый мой чих приходить будете? – я была очень недовольна и даже не собиралась этого скрывать.

Мы находились в доме Вертелецкого, и это была основная причина, почему я так злилась.

Два дня я провела в больнице и на третий меня благополучно выписали. А там уже приехал Богдан и они вместе с Максом отвезли меня в родной город несмотря на все мои возражения и уверения, что я справлюсь без него.

– Справилась уже, – ворчал он всю дорогу до дома, – хорошо, что Макс поехал за вами. Иначе не знаю, чем бы все это кончилось.

Я досадно поморщилась. Действительно, не приди тогда Макс нам на помощь, эти отморозки или убили бы нас, или вообще… не знаю, что хуже.

– Мог бы и пораньше… – проворчала я, скорее назло Максу, который в этот момент вел машину, чем реально так думая.

– Да уж куда быстрее, – спокойно ответил он.

Да знаю, знаю, что весь этот кошмар длился от силы пять минут, но все равно обидно. Когда Макс подъехал к пляжу и встал недалеко от припаркованной там же машины Нино, мы только вышли. Через несколько минут он заметил парней, идущих в том направлении, куда мы как раз направились. Вначале он не придал этому особого значения, но тут услышал мои крики и тут же бросился на выручку прекрасных дам. Надо сказать, Макс оказался отличным бойцом, и мой муж не зря держит его так близко к телу. Да ладно, что уж там. Я должна быть по гроб ему благодарна. Неизвестно чем бы все закончилось, если бы не он. И, конечно, Макс заслуживал моей благодарности, а не вот этого всего. Умом-то я понимаю, но злость на всех и всё вокруг не давали покоя.

А еще я злилась, что не поговорила с Нино. Муж обещал, что позже я обязательно с ней свяжусь, но пока ей не до меня. На звонки она не отвечала, и я решила повременить с этим.

– Дай ей время. Женщина такое пережила… – в этом Богдан безусловно был прав и тут я снова взглянула на него другими глазами. Где тот зверь, что рисовало мое воображение еще год назад? Не видела я в нем никакой жестокости, агрессии, хоть убейте.

– Я мужу её оставил контакты – человек слово дал, что тебе позвонят. А пока он её увез. С работы тебя тоже рассчитал заочно.

– Зачем?! – тут же вспыхнула я.

– За надом! – отчеканил Богдан. – Выздоровеешь, вернешься, если захочешь…хотя вряд ли твоей подруге захочется видеть рядом человека, который присутствовала при её унижении.

Я тут же вспомнила Нино, стыдливо прикрывающую голую грудь руками, её звериный оскал и ненависть ко всем вокруг. Её слёзы и боль, за которую мне хотелось порвать тех подонков на куски.

Да, наверное, лучше пока оставить Нино в покое. Потом я обязательно позвоню ей, поговорю… потом.

– Что с этими ублюдками?

Муж усмехнулся, но во взгляде тут же вспыхнул огонек ненависти.

– Макс сделал им значительно внушение. Такое, что они больше никогда никому не навредят.

– Но он же не убил их? – я волновалась не за тех отморозков. Я не хотела, чтобы Макс был убийцей.

Богдан внимательно на меня посмотрел и покачал головой.

– Спи, давай. Завтра к тебе следак придет, что-то там узнать хочет. Не против?

Я кивнула, и он выключил свет, оставил меня один на один с моими невесёлыми мыслями. Мыслями о Максе, спасшим мою жизнь, о муже, примчавшемся в трудную минуту и о том, что теперь я окончательно запуталась. И больше ничего, совсем ничего не понимаю…

* * *

И вот теперь Ушаков сидел передо мной и пытался узнать, что мне известно о Сашке.

– Ваш эм… партнер, да, партнер по танцам…вы в курсе где он?

Я удивленно приподняла брось.

– Нет, откуда бы? Меня и в городе не было.

– Говорят, что он давно не появляется в клубе.

Я молча изучала свой маникюр, сейчас выглядящий просто отвратительно.

– А еще, что вас очень заинтересовало его исчезновение.

– И? Прошло три месяца с тех пор, как я уехала. Вы хотите сказать, что все три месяца его нет?

– Да, по-видимому, это так, – кивнул Дмитрий Сергеевич.

– Надо же… я и не думала. Тогда, три месяца назад меня удивило, что он два раза подряд не пришел в клуб. Я думала, что он обиделся на что-то и поэтому не брал трубку. А потом и вовсе отключил телефон. Но мы не лучшие друзья, чтобы мне всерьез пришло в голову переживать по поводу его отсутствия. Своих проблем хватало.

– А ему было на что обижаться? – неожиданно спросил Ушаков и так хитро на меня глянул, что я тут же поняла – все он знает, видит. Делает вид, что не знает, но сам все прекрасно понимает. Но игру придется продолжать.

– Мало ли… мы, если честно и правда повздорили. Саша утверждал, что я должна и дальше танцевать с ним в паре. Я же была другого мнения. В смысле я вовсе хотела забросить танцы.

– Почему?

– Надоело. Да, так просто… надоело и все. В планах были совсем другие увлечения, например йога, ландшафтный дизайн, возможно рождение детей.

Брови Ушакова поползли вверх от моего наглого вранья. Пожалуй, что я уже и сама верила в то, что говорю. А если верю я, может и он поверит? Чем черт не шутит?!

– И вы больше его не видели с тех пор? И не общались?

– Нет… конечно нет, зачем бы мне утверждать обратное?

– Понимаете, в чем дело, Алиса Сергеевна…просто очень странно получается. В вашего мужа стреляет какой-то неумеха-киллер, затем пропадает ваш друг, вы снимаете с вашего счета большую сумму денег и срочно уезжаете из города.

Пока он все это говорил теперь уже у меня глаза на лоб полезли. Е-мае… это ж если так поразмыслить, то очевиднее некуда– именно я организовала покушение на мужа, один к одному.

– Но это глупо, – вырвалось у меня.

– Что именно?

– Я же не идиотка так подставлять себя.

Но взгляд Ушакова будто спрашивал: «Уверена? Уверена, что не идиотка? А может это такой план, сойти за дурочку?».

– Можно полюбопытствовать, зачем вам понадобилась такая крупная сумма денег?

– Да, конечно… я их подарила.

– Подарили? – казалось, его забавляли мои слова.

– Да, а что здесь такого? Я подарила их подруге. Вы знаете, для меня это конечно деньги, но не такие уж и большие, как вам может показаться, – я усмехнулась. Очень уж хотелось позлить этого напыщенного индюка.

И видя его заигравшие желваки, добавила:

– Это легко можно проверить, если захотите.

Дмитрий Сергеевич хмыкнул, что-то записал в блокнот.

– Скажите, а почему вы раньше не обратились ко мне?

– А никто не заявлял о пропаже. Парень сирота. Вы должны знать. А тетка, у которой он снимал квартиру не сразу в полицию обратилась. Спустя почти месяц. Совесть заела. Про вас никто и не вспомнил видимо, ну а я, когда дело мне передали, я сразу о вас подумал… – снова улыбнулся он, да так, что у меня сердце в пятки ушло.

– Понятно… но больше, увы, ничем не смогу вам помочь, я все сказала. Извините, у меня голова что-то болит. Травма знаете ли…

– Хорошо, Алиса Сергеевна, конечно. Выздоравливайте и спасибо за разговор.

Я попрощалась и Ушаков уже находясь возле самой двери с улыбкой произнес:

– Надеюсь вы понимаете, что если за вас возьмутся всерьез…

И, так и не договорив, кивнул все так же с улыбкой и вышел. А я выругалась.

Глава 4

На самом деле я действительно подарила Юльке некоторую часть денег. Малую толику от всех, но не так уж и мало. И конечно, я понимала, что если они и правда возьмутся проверять меня, то поймут, что Юльке перепало не так уж и много. На резонный вопрос, где остальное, у меня пока нет ответа. И придется идти к мужу в самом крайнем случае и все объяснять.

Что дальше?

Началась новая эпопея в доме Вертелецкого. Надо отдать должное, он стал просто до тошноты заботливым, чем вызывал неимоверное раздражение. Меня вообще в последнее время всё и все раздражают ужасно.

Богдан настойчиво предлагал мне чем-нибудь себя занять, ну хотя бы теми же самыми танцами, но я ничего не хотела. Вот совсем ничего, ни капельки. Даже не представляла, что может меня хоть как-то развеселить. По ночам снились отморозки, крики Нино. Её глаза в тот момент, когда она прикрывала обнаженную грудь. Снилась наша первая встреча, где она поведала про сына. Я вновь и вновь набирала номер, но он так и оставался вне зоны действия сети.

Богдан надеялся, по его же словам, что моя хандра со временем пройдет. Но ни через неделю, ни через две, ни даже через месяц ничего не изменилось. Макс куда-то исчез, по крайней мере я его не видела с того момента, как вернулась в родной город. Естественно, у мужа спрашивать не решалась. Чтобы, чего доброго, не подумал лишнего. Однажды Вертелецкий подошел ко мне, пока я спала, точнее притворилась спящей и долго-долго смотрел, пока я не выдержала и не открыла глаза.

Больше всего поразило его лицо в тот момент – улыбка и блеск в глазах. Какой-то детский восторг на лице. Наверняка, что-то выгорело, какая-то сделка.

– Ты давно тут? – я сделала вид, что только что проснулась. Не хотелось ставить его в неловкое положение.

Приподнялась, придерживая простыню на обнаженной груди.

– Тсс…не вставай. Ты такая красивая, когда спишь, – он подсел ко мне и погладил по волосам.

– Прости, – я тут же отстранилась. Не то чтобы мне было неприятно, но… было в этом жесте что-то слишком родное, отцовское, такая нежная забота, какой между нами никогда прежде не было.

Именно тогда пришло решение, о котором я потом неоднократно жалела. Но это было после, а пока…

– Богдан, мне нужно уехать…

Он резко отвел взгляд в сторону, я видела, как на щеке заиграла желвака, как напряглись скулы. Как на шее запульсировала вена, а кулаки сжались. Я видела, но назад пути не видела.

– Почему?! – зло спросил муж.

– Я не вижу себя здесь. Я не живу здесь. Дело не в тебе… не только в тебе. Дело в нас…

– Ну да, давай скажи вот это чудесное – милый, проблема во мне, а ты хороший. Слишком хороший для меня, – вяло передразнил Богдан женский голос.

– Почему же? Не хороший. По крайней мере не слишком.

Вертелецкий недоуменно покосился на меня, секунда, другая и вот он уже хохочет.

– Нда, Лиса… ты очень необычная женщина. Я сразу это понял, как только увидел тебя в первый раз у бассейна.

Я скривилась, вспоминая нашу первую встречу, когда этот дядька показался мне самым большим гадом на планете. Сейчас-то я уже понимала, что все это не так. Что он не такой уж и гад, точнее вовсе и не гад. Как-будто. Хотя что я знаю о его делах? Возможно, это со мной он разыгрывает доброго парня, а сам там только и делает, что своими бандитскими делами занимается.

И тут я решилась на то, что давно меня так сильно мучило.

– Ну сам посуди, если бы ты был таким славным парнем, каким хочешь показаться, то разве две прошлые жены считались бы до сих пор без вести пропавшими? – невинно хлопая глазками, спросила я.

Вертелецкий уставился на меня, даже немного подавшись вперед. А я подумал, что зря я преступила эту опасную черту. Сейчас мне точно не поздоровится. Вон он руку уже поднял и… покрутил пальцем у виска.

– Мда, дура ты и есть дура…

И что-то мне так обидно стало от его слов. Чего это я дура? Оттолкнула его со своей постели, накрылась одеялом с головой и отвернулась к окну.

– Да ладно тебе, не дуйся. Когда-нибудь ты и сама поймешь, как была не права. Ты просто не знала этих баб.

Что?! Да какими бы они не были, это что, повод их убивать?

– По-моему тебе просто заняться нечем. От безделья несешь всякую чушь.

Сам ты чушь, хотелось сказать мне.

Но я промолчала, ничего не ответила этому подонку.

Богдан еще немного повздыхал и, наконец, похлопав меня по спине, вышел.

А я, непонятно почему, разревелась.

* * *

На следующий день собралась и поехала в гости к Юльке. Хоть уже не раз обещала себе этого не делать. Она, конечно же, была уже в курсе моих приключений и увидев меня, тут же принялась ахать и охать. Не уверена, что подруга была искренна, но все равно лишняя забота и внимание мне не помешают. Потому что мне и пойти-то не к кому. Нет ни мамы, ни папы, ни дяди.

Я встречаюсь с ними только на кладбище, но мертвые они мало могут мне помочь…

– Ой, я бы, наверное, умерла на месте, – защебетала Юлька, разливая вино по бокалам.

– Да брось, – я усмехнулась, нарезая сыр. – Ты бы еще им пендаля в путь дала, волшебного. Зная твой-то характер.

Юлька засмеялась и кивнула. Что есть, то есть.

– Кстати, что там с той девой? – вспомнила я про разлучницу.

– Какой? – Юля удивленно захлопала глазами.

– Ну которой ты руку сломала.

– А… нормально все. Богдан все уладил.

Что?!

Я не оборачиваясь и стараясь говорить ровно, ответила:

– Он мне ничего не говорил.

Секундная заминка.

– Да? Странно… я думала, сообщит.

Я все еще не поворачивалась к ней лицом. Не хотела, чтобы она видела мое смятение. Мне было очень неприятно. Моя подруга и мой муж что-то без меня решают, встречаются. Так, Алиса, соберись. Не показывай, что тебя это задело. Считай до десяти и медленно поворачивайся. Так, как будто ничего не произошло. А ничего и не произошло. Ребята просто встретились, просто поговорили. Юля попросила всесильного Богдан решить проблему, всего-то. Но он-то, он… мог бы и сказать. Ну и что это изменило бы? Да даже если и ничего, мне было бы просто приятно, да просто это нормально, что муж ставит в известность жену о том, что помог ее собственной подруге.

– Ты себе сейчас палец отрежешь, – Юлька отдернула мою руку с малюсеньким кусочком сыра, в ней оставившимся, от ножа, которым я действительно чуть не полоснула по пальцам.

– Ой, и правда.

– Да что с тобой такое?

– Прости… это все та травма, – нашлась я.

– Ой ты моя бедная, – подруга вытащила из окаменевшей руки нож и обняла меня.

А мне больше всего на свете хотелось вырваться из душных объятий и послать её к черту.

Разумеется, я сдержала этот порыв. Кое-как высидела положенное время, словно робот, отвечая на вопросы и что-то там спрашивая сама. Позвонила Пашке, чтобы приезжал за мной (я таки отвоевала себе право не таскаться по своим делам с охраной) и, когда он приехал, постаралась не выдать, как я счастлива, что приходится прощаться.

А выйдя от неё, с удовольствием вдохнула свежий воздух. Наконец-то…

* * *

Наступило лето. Сразу жаркое, сухое и безветренное. Уехала от Богдана я налегке, прихватив с собой лишь одну спортивную сумку с вещами и маленькую с документами и, разумеется, кота. На развод подавать все же пока не стала. Однако четко обозначила мужу, что считаю и его, и себя свободными людьми. Он скривился при этих словах, как кот зубной боли, но спорить не стал. И слава богам. Потому что тогда я бы много чего ему сказала, а это могло плохо отразиться на моей жизнеспособности. Да.

Квартиру я арендовала ту же, что и в прошлый раз, благо хозяйка, как и помещение меня полностью устраивали. Женщина, передавая мне ключи так странно на меня косилась, что я не выдержав, спросила:

– Что?

– Да нет, ничего, – она пожала плечами и вновь уставилась на меня.

Боги, что же ей Макс с Богданом такого наговорили, что она теперь ТАК на меня смотрит? Надо бы узнать при случае.

Честно говоря, я все-таки надеялась вернуться на прежнюю работу. Но для этого нужно было дозвониться до Нино. Сама она так и не позвонила и, хотя я и понимала, что у нее стресс, все-таки мне было немного обидно. Я-то в чем виновата перед ней?

Ладно… если гора не идет к Магомеду, значит Магомед сам пойдет к горе.

Я надела джинсовые шорты, белую футболку, завязала волосы в пучок, нацепила черные солнечные очки и отправилась в бар. Кот жалобно мяукнул на прощание и помахал хвостиком.

Но вместо бара меня ждал сюрприз.

На двери вислое объявление «Продается» и номер телефона.

Я ринулась в ресторан, куда меня в первый раз привела подруга, и выдохнула с облегчением.

Никаких табличек. Внутри заведения посетители, все как прежде. Я подошла к стойке, где высокий красивый молодой грузин протирал бокалы.

– Привет, Резо, а Нино тут появлялась?

Он как-то странно на меня посмотрел и неуверенно покачал головой.

– Я хотела обратно к Нино на работу просится, а там закрыто.

– Ну да… они уехали. А ты разве не знала?

– Как? Куда?

– Да домой, в Грузию. Бар продают пока, а ресторан друг мужа купил. Ничего переделывать не стал, и нас тут же оставил, что не может не радовать. А…эмм…ты что, ничего не знала?

Я, поджав губы с досады, покачала головой.

– Спасибо, – тихо произнесла и пошла к выходу.

– А ты чего, не посидишь даже? – крикнул он мне вдогонку.

Но я лишь рукой махнула.

Надо же… уехали и ничего мне не сказали. А должны были? Ну мне казалось, что мы подруги…

Дома ко мне тут же приветливо подскочил котенок, потёрся он ногу.

– Ну хоть ты-то меня не предашь? – погладила малыша по мягкой пушистой шерстке и почувствовала, как на глаза сами собой навернулись слезы.

Ой как мне себя жалко, кто бы знал.

Теперь работу придется искать. И хотя в этот раз проблем с деньгами вроде бы нет, но все ж таки Богдан прав, я маюсь от безделья, а это не есть хорошо.

А чего, собственно, тянуть кота за бантик? Сегодня же и начну, раз не удалось вернуться на прежнее место.

Я разобрала немногочисленные вещи, пообещав завтра же пройтись по магазинам, чтобы прикупить обновок. Сварила кофе и, открыв ноутбук, принялась рассматривать вакансии.

Кем бы я могла работать? Психолога мы стразу отметаем. Нет ни желания, ни опыта. Зачем получала данный диплом – вовсе загадка. Говорил мне дядюшка, учись на экономиста. Но я, в свои восемнадцать, воспротивилась до слез. Дядя, поняв, что и так сильно прогнул меня в замужестве, хоть тут не стал давить. Пошел на встречу. И вот теперь я понимаю, что зря не послушалась его. Эх, придётся снова администратором куда-нибудь устроиться. И все равно, что маленькая зарплата, я уж точно не из-за нее работать собралась.

Но сколько не искала, ничего более-менее интересного так и не нашла. Ну и ладно.

В голову то и дело лезли мысли о Нино. Где она теперь, что с ней? Почему не поговорила со мной, не объяснилась? Я ведь тоже как-бы переживаю, я тоже там была. Мне тоже не так чтобы хорошо. Порой ночами снится тот пляж, крики Нино, противный голос, обещающий мне «сладкую ночь любви». Я просыпаюсь всегда в тот момент, когда получаю удар ногой по голове.

Богдан сказал, что эти ублюдки в полиции, но мне никто так и не звонил. И у меня, надо сказать, очень большие сомнения относительно того, что Макс в самом деле сдал их ментам.

А что, что он с ними сделал?

Я, с одной стороны, всеми фибрами души успела возненавидеть мелких ублюдков, и сама не раз желала им всего, что только возможно. Но с другой… есть закон. Есть мораль какая-то, и, если он убил их, например, то чем же сам отличается от них?!

Не хочется думать, что Макс убийца. Ох, как не хочется. Но и в то, что он отпустил их, мне тоже слабо верится. Вот бы сейчас поговорить с Нино…

Я смотрела на вечереющий город из своего окна и на глаза вновь наворачивались слезы. Да что ж такое?! Что у меня за жизнь такая? Ну почему, почему у меня все не как у людей?

Бросила недопитую кружку в раковину. Вспомнила, что сегодня не обедала, но есть совершенно не хотелось. А, к черту!

Утра вечера мудренее. Я подхватила Локи на руки и направилась в комнату, чтобы тут же завалиться на диван и под мерное урчание кота, уснуть.

Глава 5

Разбудил меня звонок. Я вскочила, словно ошпаренная. Подбежала к двери.

– Кто?

Но в ответ тишина. Посмотрела в глазок – никого. И тут только сообразила, что звонок продолжает звонить. Черт! Телефон. Стационарный, мать его.

Точно, я же вчера отключила мобильный, вот кто-то и надрывается с утра пораньше. Хм… домашний телефон знают только трое – Петруша, Макс и муж.

Взяла трубку – звонил муж.

– Ты зачем телефон отключила? – голос сердитый, будто я что-то ему должна.

Но я не стала грубить в ответ. Спокойно ответила, что спала, поэтому и отключила телефон.

– То есть тебе мало прошлого раза, да?!

– Богдан, что ты хочешь? – я устало привалилась к стене.

– Хочу, чтобы ты не отрубала телефон, зная, что я волнуюсь. Мне хватило тех переживаний…

– Послушай… – начала я, но он тут же перебил.

– Нет, это ты меня послушай, Алиса! Мне плевать, что ты там себе надумала. Мы пока еще не разведены. А даже если и разведемся, это ничего не поменяет. Я все равно о тебе волнуюсь, потому что… – тут он запнулся, – Потому что я тебя люблю.

Мне нечего было ответить на это. Как-то сразу расхотелось дерзить. Все-таки когда тебе признаются в любви, ты как минимум должен уважать чужие чувства. И еще… мне как будто стало приятно что ли.

Так, стоп. Что за глупости?! Он просто заговариваете тебе зубы.

Ага… на фиг ему это надо? А вот это и нужно выяснить.

– Мне казалось, ты любишь Ладу, – я все-таки не удержалась.

– А мне казалось, что я сказал тебе, что мы с ней расстались.

– Это еще не повод ее не любить.

– Все, Алиса. Хватит. Я и так многое тебе позволяю. Слишком многое. Не переходи границы, иначе…

– Что иначе? Ты со мной разведешься? – развеселилась я не на шутку.

– Иначе добром это все не кончится.

Ого… а вот это уже похоже на угрозы.

– Я тебе ничего и никогда не обещала.

– Я это знаю. И только поэтому позволяю тебе жить чёрт знает где и делать черт знает что.

Хм…

– В общем, я жду, когда ты уже наиграешься в самостоятельность и наконец насладишься своей крутостью в полной мере. А потом жду домой.

Я хотела что-то ответить, но он тут же предложил:

– И никогда больше не отключай мобильный.

В ухе раздались короткие гудки.

Да пошёл ты!

С силой опустила трубку на рычаг. Командир чертов. Надоели!!!

Пару дней я занималась полной ерундой. Пять раз протерла пыль, раза три полы, приготовила черничный пирог, вымыла кота, позанималась под Синди Кроуфорд, пару раз повалялась в ванной, перечитала все журналы в доме… ничего не помогало избавиться от мыслей о Нино, Сашке и Максе.

В итоге на третий день не выдержала – нацепила спортивный костюм, так как на улице вдруг резко похолодало, кепку и кроссовки, и решила прогуляться по городу. Ну а что? Схожу в соседний торговый центр, наконец-то немного прибарахлюсь, потому что все, что брала с собой – этот костюм, пару футболок, шорты и одно платье – вряд ли хватит надолго. Плюс нужно купить хоть какой-то косметики и всяких моющих средств. Короче, затариться по полной.

До магазина добралась почти бегом, так холодно стало на улице. Прошлась по отделам со шмотками и обувью – набралось три пакета, которые я тут же и попросила придержать. Спустилась в цокольный этаж – набрала всяких порошков, шампуней и прочей ерунды. В отделе косметики пробыла подольше – все-таки это намного интереснее, чем разглядывание очередной тряпки. По-хорошему надо бы машину купить, но я так и не решила пока что – куда, собственно, на ней ездить. А что я вообще решила в своей жизни?

Впереди замаячило кафе, устало опустилась подальше от витрины и вездесущей толпы, за столик возле барной стоки. Тут же подошла симпатичная блондинка с меню.