Текст книги "Зеркальные миры. Перерождение (СИ)"

Автор книги: Линни Лёнок

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 42 страниц)

Ответом ей стал задорный смех.

– Так ведь весело же! И быстрее к тому же… – Нэй вновь хихикнула. – Разве нет?

Подавив в себе внезапное желание высказать фее всё, что она думала о подобных экстремальных средствах перемещения, Мари молча поспешила за своей проводницей, уже почти переходя на бег. Вот только к концу утомительного подъёма по спиральной лестнице она даже думать ни о чём уже не могла. Хотелось упасть прямо на этой круглой площадке и никуда больше не идти. Нэй же, беззаботно нарезающая круги неподалёку, только весело подбадривала спутницу и совсем не выглядела уставшей.

– Всё. Оставь меня… здесь, Нэй. Я. Больше. Не могу, – задыхаясь, пробормотала Мари, устало облокачиваясь спиной о дерево, едва ли не сползая на крепкие доски.

– Ты чего?! – Нэй обхватила ладошками её лицо и провела по лбу, словно проверяя температуру. – Мы совсем скоро придём… Потерпи ещё чуть-чуть.

Но от этих слов Мари легче не стало. Лишь захотелось ещё разок окунуться в то самое прохладное озерцо… и не вылезать оттуда, пока дыхание не выровняется, а губы не посинеют. Немного радовало её лишь то, что на этот раз они забрались не так высоко. Как оказалось, между деревьями была протянута сложная система подвесных мостов и лестниц, по которым можно было добраться в любой уголок поселения.

– Но разве феи не всегда летают? – осторожно ступая по качающимся доскам, спросила Мари. – Зачем вам всё это?

Нэй обернулась и в задумчивости дёрнула себя за вылезшую из хвостика прядь волос.

– Не все феи летают… Кроме того, в поселении есть и много других существ.

Мари хотела было уточнить, кто эти «много других существ», но запнулась на полуслове – впереди показалась причудливая постройка, спиралью охватывающая, наверное, самое толстое в лесу дерево. До этого на пути им попадались лишь такие же, как и комната Мари, вырубленные в стволах каморки. Это же построение качественно отличалось от них, напоминая скорее «домик на дереве» в человеческом понимании. Только гораздо больше и внушительнее.

– Вот и пришли, – бодро возвестила Нэй, однако голос её звучал куда тише, чем по пути сюда. – Ну, иди теперь…

Мари в нерешительности оглянулась:

– А… ты не пойдёшь?

Нэй помотала головой, легонько подталкивая её к дверям, у которых безликими статуями стояли две стражницы в полном боевом облачении. Вид закованных в массивную броню фей живо напомнил Мари истории о человеческих рыцарях и старинных воинах.

– Не бойся, – голос Нэй упал до шёпота. – Старшая – самая мудрая в поселении. Она по праву считается главой Дома Ветров с самого его основания…

– «Основания»?.. – медленно повторила Мари, смерив долгим взглядом тяжёлые двери и стражу на входе.

Эта пара метров, что пришлось пройти одной, показались ей дорогой на казнь. Несмотря на кажущуюся беспечность и бесконечные шуточки Нэй, Мари уже успела привыкнуть к своей спутнице, и оттого перспектива встретить совершенно незнакомую Старшую без какой-либо, даже призрачной поддержки здорово нервировала.

Феи-стражницы при её приближении лишь молча кивнули и посторонились. Спину отчётливо прожигал обеспокоенный взгляд Нэй, и Мари вновь ощутила странное чувство затаившейся опасности, что появлялось у неё в последние несколько лет всё чаще и чаще. Она протянула руку: не то чтобы толкнуть тяжёлую дверь, не то чтобы постучаться… как вдруг та распахнулась сама собой. Приятно запахло чем-то цветочным, оставляя после себя, правда, странный металлический привкус, что был будто бы знаком.

– А, это ты, дитя. Я уже давно тебя жду, – донёсся из темноты глубокий женский голос, и Мари с затаённым страхом переступила порог.

Внутри царил полумрак. И только двери захлопнулись за спиной, как Мари показалось, что пропал единственный в этом месте источник света. Однако стоило глазам немного привыкнуть к окружающей темноте, как Мари поняла, что ошиблась. На стенах и потолке, словно светлячки, неярко горели круглые лампы, испускающие холодный, голубоватый свет.

– Проходи, – вновь заговорила Старшая. – Не стоит стоять на пороге.

Мари, наслушавшись рассказов Нэй, представляла её сгорбленной старушкой с седыми волосами и глубокими морщинами по коже. Вот только женщина, что полулежала на сваленных в одну кучу подушках прямо на толстом ковре, никак не походила на этот образ. Тёмные густые волосы небрежно спадали ей на плечи и руки гладкими волнами. На коже, кажущейся при таком освещении мертвенно-бледной, не было ни одной лишней морщинки. Чуть подрагивали за её спиной почти чёрные крылья, что угадывались в полумраке лишь очертаниями да игрой света на них.

Старшая буквально приковала Мари к месту немигающим взглядом. Глаза её из-за теней казались лишь тёмными провалами. Совершенно безотчётно Мари ощутила леденящий душу ужас. Ситуация разом перестала казаться прекрасной сказкой. Бежать… Нужно бежать.

– И как тебе? – вдруг поинтересовалась Старшая всё тем же вкрадчивым голосом. – Нравится у нас?

Мари, успевшая уже отступить на шаг к двери, вновь замерла, судорожно пытаясь перебороть панический приступ.

– Моя дочь Лиэтель многое рассказывала о тебе, – продолжала глава поселения, нисколько не удивлённая подобной реакцией. – Но ты молчишь… Я пугаю тебя, дитя?

Мари отрицательно помотала головой, не надеясь даже на свой голос. Почему это происходило именно сейчас? В мыслях отчётливо проносились какие-то обрывки, что были почти не различимы, но каким-то образом до одури знакомыми. Казалось, она вот-вот вспомнит нечто важное, что уже столько времени ускользало от неё.

Старшая легко поднялась со своего ложа, и Мари на мгновение показалось, что она хмурилась из-за тени, пробежавшейся по лицу.

– Верно, тебе нечего бояться здесь, в Доме Ветров. Теперь мы твоя семья, дитя, – она положила ладонь Мари на макушку и притянула к себе за плечи.

Это действовало почти усыпляюще. Мари чуть склонила голову, прижимаясь ближе. Щёку обожгло чужим теплом, но девушка лишь прикрыла глаза. Спокойствие и умиротворение каким-то волшебным образом будто бы проникали через кожу.

Не спать!

С Мари мгновенно слетела вся сонная дрёма от неожиданной мысли, пронёсшейся в голове. Это чувство было ей знакомо.

– П-почему. Почему вы забрали меня? – она подняла взгляд – уверенность постепенно возвращалась, накатывая тёплыми волнами. – Лиэ говорила…

Рука Старшей чуть дрогнула, словно она не ожидала этого вопроса, но мгновение спустя губы феи тронула слабая, будто бы виноватая улыбка.

– Наши худшие опасения подтвердились, дитя. Позволив Лиэтель все эти годы приходить, я лично подвергла тебя опасности. И другие… – она отступила на шаг, и Мари едва подавила разочарованный вздох. – Существа других отражений тоже прознали о тебе.

В голове никак не укладывалось, как одно было связано с другим.

– Но ведь…

– У нас много врагов, дитя, – Старшей, казалось, невозможно было возразить, столь непререкаем был её голос, хоть и звучал он мягко и вкрадчиво. – И все они ищут новые пути, способы навредить нам… Круг надёжно защищает Дом Ветров, но мы и не можем прятаться здесь вечно. Каждое мгновение я провожу в беспокойстве за моих детей, выходящих за пределы поселения. И ты, благодаря Лиэтель, стала во многих глазах одной из нас.

Мари вдруг почувствовала нечто вроде сожаления, внезапно осознав, к чему вёл этот разговор.

– Я больше не смогу вернуться?

– Человек слишком хрупок, дитя, – туманно отозвалась Старшая, и тень скрыла её лицо. – Не беспокойся, мы сможем защитить тебя… В конце концов, это моя ошибка.

– Но… – Мари замерла на полуслове, так и не найдя в себе силы продолжить.

До сих пор, мечтая увидеть хоть что-то за пределами белых стен, Мари рисовала себе красочные картины того, как она путешествовала бы по мирам, заводя новых друзей. Сейчас же осознание того, что её клетка стала лишь чуть просторнее, словно выбило почву из-под ног. Кроме того, была и ещё одна причина, по которой Мари хотелось вернуться в человеческий мир ещё хотя бы раз. Они так и не простились…

– Мои слова опечалили тебя, дитя, – задумчиво протянула Старшая. – Почему?

Мари закусила губу. Нет, ей не о чем горевать. Сколько раз она мечтала начать жизнь с чистого листа? Забыть всё прошлое и жить так, как повелит случай. И она не должна позволять всего одному человеку разрушить всё.

– Нет, – Мари насилу выдавила из себя улыбку: подумать о чём-то было гораздо легче, чем воплотить это в жизнь. – Ничего… я просто немного растерялась, простите. Я не должна была…

– Тебе не за что извиняться, – взгляд Старшей вновь смягчился, и она вдруг заговорщицки подалась вперёд, на мгновение становясь страшно похожей на Нэй: – Но я, кажется, придумала, что мы можем сделать.

Мари удивлённо посмотрела на фею – та даже в такой ситуации не теряла ауру величественности, хотя в глазах её мелькали озорные огоньки.

– Я отправлю тебя к нашим охотницам, – Старшая вновь приобняла её за плечи и медленно направилась к выходу. – Возможно, будет трудновато человеку подстроиться под нас… но я уверена, что всё получится, если постараться. И, быть может, через несколько лет ты уже будешь способна ненадолго покинуть Круг, дитя.

Сердце Мари забилось чаще. Сможет ли она?

– Конечно, мы не станем требовать от тебя невозможного… Всё же ты гостья в Доме Ветров, дитя, а не пленная, – Старшая вздохнула, остановившись у дверей, и вновь посмотрела на Мари. – Просто подумай об этом.

Соглашайся. Соглашайся… это шанс.

Мари тряхнула головой, отгоняя навязчивые мысли, что в последнее время звучали всё громче и настойчивее, словно кто-то шептал их ей на ухо. Хотя в кои-то веки она была с ними согласна.

– Я… – голос вновь подвёл Мари, и она кашлянула, прочищая горло. – Я попробую. И буду стараться, правда. Спасибо вам… Спасибо большое!

Старшая участливо кивнула, и в то же мгновение тяжёлые двери распахнулись, позволяя солнечному свету проникнуть в комнату. Мари прикрыла глаза от неожиданности.

– Ты станешь полноправным членом нашей семьи, дитя, – с этими словами фея чуть подтолкнула её вперёд. – А теперь ступай.

Обернувшись, Мари лишь успела заметить, как мелькнули на свету тёмно-бордовые крылья – словно тонкая плёнка, покрытая разводами, похожими на масляные пятна, – прежде чем двери с негромким стуком закрылись прямо перед её носом.

Вот и поговорили.

Мари тяжело вздохнула, вдруг осознав, что не задала ни одного адекватного вопроса. Мысленно кляня себя за робость и ругая приступы, от которых не смогли вылечить её человеческие врачи даже за столько лет, Мари не заметила, как дошла до той площадки, где они с Нэй разделились. Её новой знакомой нигде не наблюдалось, а дом Старшей отчего-то стремительно скрывался за плотной стеной тумана, явно неестественного происхождения, словно отрезая путь назад.

Неловко потоптавшись на одном месте, Мари решила медленно пойти вперёд, рассчитывая на то, что Нэй заметит её первой и не даст заблудиться. Как оказалось, это было верной тактикой – обогнув очередное дерево, она буквально нос к носу столкнулась со своей проводницей. Та, правда, обнаружилась там не одна.

– О, Мари! – Нэй невинно хлопнула глазами. – А ты быстро справилась! Как всё прошло?

– Нормально… – неуверенно протянула Мари, не в силах оторвать взгляда от странной незнакомой девочки.

Та казалась лишь призраком. Фея, выглядящая чуть младше Нэй, была совершенно белой, словно полностью извалявшаяся в меле или муке. Оттого очень ярко, почти неестественно выделялись на фоне неё ярко-синяя лента, перевивающая длинные волосы, и небольшой кулон, внутри которого горело настоящее, только отчего-то чёрное пламя. Тончайшие крылья – полупрозрачное битое стекло – за её спиной то раскрывались, завораживая всевозможными оттенками проходящего через них света, то складывались, становясь практически невидимыми.

– Это Мина, – возвестила Нэй, переводя взгляд с одной своей знакомой на другую. – Одна из моих кровных сестёр.

– Младшая, – бесцветно обронило привидение, медленно поднимая глаза, в которых едва ли можно было отличить радужку от белка, на Мари.

Та одним лишь титаническим усилием заставила себя остаться на месте, а не метнуться прочь от жутковатой особы, и даже попыталась было приветливо улыбнуться. Улыбка вышла, правда, несколько кривоватой и нервной, но Мину, казалось, это нисколько не обидело.

– Я видела тебя во снах, – голос её был едва ли громче шёпота ветра, но всё же без труда различимый. – Ты сильно припозднился.

Мари неуверенно скосила взгляд на Нэй. Отчего-то Мина вызывала совершенно противоречивые эмоции. Странный кулон, висящий у неё на шее, напротив, притягивал взгляд, будто бы давно потерянная где-то ценность, но Мари не могла даже предположить, где она могла видеть такой. Кроме того, эта оговорка…

– Прости, но я… девушка, – слова вышли несколько неловко, и Мари с силой сцепила пальцы, словно ища в этом хоть какую-то уверенность.

Мина удивлённо заморгала:

– Да? – она склонила голову чуть набок. – Вот как.

Мари вновь покосилась на Нэй, но та лишь руками развела. Видимо, такое поведение казалось странным даже для фей. Но не успел никто из них сказать ещё хоть слово, как Мина вдруг просто растворилась в воздухе, оставляя растерянных девушек наедине.

– Это… – Мари от удивления никак не могла выдать связанную фразу.

– О, не беспокойся об этом, – Нэй же, хотя и пыталась казаться такой же непринуждённой, как и всегда, была заметно сбита с толку. – Мина – единственная вёльва в поселении за последнее столетие. Она часто говорит странные вещи… но никому это ещё не вредило.

Мари глубоко вздохнула, судорожно пытаясь сбросить с себя оцепенение.

– А вёльва (1) – это?..

– Ну… это кто-то навроде прорицательницы, – только и отмахнулась Нэй, вновь становясь похожей на себя. – Правда, магия, которой обладает Мина, недоступна даже верховным жрицам. Это такой врождённый дар.

Мари ничего не ответила, но в голове отчётливо билась мысль о том, что ей просто необходимо было поговорить с Миной без посторонних. Как бы ни пугала её эта таинственная фея, названная вёльвой, неким странным образом казалось, что она могла прояснить очень многое в нынешнем положении дел.

***

1) Вёльва – в скандинавской мифологии провидица.

Глава 3. Опасности

Первый день в Доме Ветров пролетел слишком быстро: после визита к Старшей, отнявшего все силы, Нэй почти сразу же повела Мари в комнату. И как бы ни хотелось побольше увидеть и осмотреть всё на новом месте, фея была непреклонна.

– Тебе надо больше отдыхать, – неожиданно твёрдо отрезала она. – Переход и так дался тебе нелегко.

– Но я… – Мари, попытавшись вновь возразить, получила лишь ощутимый толчок в спину.

– Даже и не спорь, – Нэй настойчиво оттесняла её к постели. – Успеешь ещё находиться.

– Ты говоришь прямо как доктор, – тихонько посмеиваясь, пробурчала Мари, но всё же забралась на застеленную скамью.

Нэй гордо приосанилась, упирая руки в бока.

– Между прочим, лекарки тоже хранят жизнь! А я уже почти лекарка, так-то!

– Это как? – Мари во все глаза разглядывала девчонку, будто бы увидела её впервые; в голове совершенно не укладывалось, как в таком юном возрасте можно было иметь полноценную профессию.

Нэй смущённо взлохматила волосы и присела на край кровати, поправляя тонкое одеяло.

– Вообще, ты… ну, моя последняя практика перед проверкой, – она хихикнула, заметив, как мгновенно поменялась в лице Мари. – Так что я уж никак не могу позволить тебе умереть от усталости или истощения.

– Не понимаю… сколько тебе лет, Нэй?

Та лишь неопределённо пожала плечами, только добавляя вопросов совершенно сбитой с толку Мари.

– Ну, я не уверена, как это будет по меркам людей, но… – Нэй задумчиво обняла колени, смотря куда-то в пол. – Мы вообще довольно редко запоминаем свой возраст. Глупо это – ориентироваться на то, сколько тело просуществовало в отражениях, разве нет?

Мари нахмурилась. Эта позиция была ей знакома из общения с Лиэ… Но неужели среди фей подобные суждения действительно являлись столь распространёнными?

– И как же определяют, когда идти обучаться… или работать?

– Определяют? – не сразу поняла Нэй. – А! Да никак. Обычно мелкие постоянно крутятся около сестёр, узнавая что-то новое, обучаясь то тут, то там, как от жриц-матерей отнимаются. И так пока сами не решат, куда им дальше идти.

Она помолчала немного и вдруг добавила, будто бы вспомнив нечто важное:

– О! Ну, разве что особо способных почти сразу забирают жрицы. Точнее, оставляют у себя за Внутренним Кругом и не выпускают к остальным.

– Их что, взаперти держат? – ужаснулась Мари, кутаясь в тоненькое одеяло, хотя на улице и не думало холодать.

– Нет, конечно! – Нэй беспечно отмахнулась. – Просто они живут там, в другой части поселения. Ну… и малышки ещё с ними, пока не подрастут. Жрицам и так трудно, чтобы отвлекаться на всех остальных.

Мари тяжело вздохнула. Всё же человеческое сознание отличалось от разума фей – многое казалось странным и непривычным. Она с тоской вспомнила про совсем немногословную Лиэ, которая лишь единожды обмолвилась, что являлась жрицей, правда, наотрез отказываясь рассказывать хоть что-то из своего обучения. Интересно, где она сейчас?

– Точно, чуть не забыла! – воскликнула вдруг Нэй, доставая из холщового мешочка какие-то склянки.

– Это что? – Мари на мгновение показалось, что в комнате привычно запахло больницей и медикаментами.

– Выпей, – фея протянула пузырьки с чем-то полупрозрачным. – Это поможет быстрее приспособиться к нашему отражению.

– Опять лекарства, – скривилась Мари.

Нэй лишь руками развела:

– Ничего не поделаешь. Ты всё-таки с десяток дней провалялась без сознания.

Мари, уже откупорившая первый пузырёк, поражённо застыла:

– «Десяток»?

– Ну да, когда сестрица тебя принесла, мы вообще думали, что поздно уже пытаться… Да ты не волнуйся так! Всё же обошлось.

Мари медленно моргнула.

– Нэй, а не знаешь, где сейчас Лиэ?

– Сестра Лиэтель? – фея задумалась, но уже спустя мгновение покачала головой. – Неа, я её уже давненько не видела. Скорее всего, опять пропадает в другом отражении. Занятые они, эти жрицы, – жуть просто!

Мари разом погрустнела. Залпом проглотив кислые лекарства, плотнее закуталась в одеяло, сворачиваясь клубочком. Видно, у подруги опять нашлись какие-то более важные дела. И от этой мысли стало вдруг безумно обидно, словно вся сказка рушилась прямо на глазах.

Было совсем темно вокруг, когда Мари, наконец, проснулась. Она и не заметила, как задремала в тепле, но подозревала, что тут не обошлось без действия лекарств Нэй. Самой феи нигде не обнаружилось – вероятно, та вернулась к себе, когда поняла, что подопечная уснула.

Ветер неторопливо колыхал зелёный занавес, позволяя полоскам неяркого, белесого света расчерчивать противоположную стену. Мари легко спрыгнула со скамьи и с наслаждением прошлась босяком по травяному ковру. Сколько уже лет она не выходила на улицу?

Отогнув полог, выглянула наружу, глубоко вдыхая прохладный ночной воздух, и, не придумав ничего лучше, уселась прямо на пол, свесив ноги. Было страшновато находиться на такой высоте без какой-либо поддержки, отчего пальцы почти намертво вцепились в ближайшую стену. Но ощущение свободы, хоть и весьма ограниченной, как оказалось по итогу, перебивало все страхи.

До самого утра Мари так и не сомкнула глаз, бездумно смотря на простирающийся перед ней лес, позволяя мыслям свободно течь, не задерживаясь в голове. Лишь один раз она вернулась в комнату за одеялом, немного продрогнув на свежем воздухе. Некие вспышки и голоса чудились далеко внизу, но звук их был столь призрачным, что Мари, даже прислушиваясь изо всех сил, так и не смогла ничего разобрать. Неба почти не было видно из-за густой листвы над головой. И это немного огорчало – очень хотелось увидеть звёзды. Было ли небо фей похожим на человеческое? На которое они так любили смотреть с Ирнестом…

Она прерывисто вздохнула и поджала губы. Нет же, ведь совсем незачем было грустить. Не о чём жалеть. Сказочный мир простирался насколько взгляда хватало… вот только почему-то перед глазами стоял вовсе не вековой лес. Мари словно бы смотрела через тонкую преграду стекла и видела парня, улыбающегося ей снизу. А на карнизе одиноко лежала закинутая после череды неудачных попыток ромашка.

Глаза обожгли непрошенные слёзы.

Верхушки деревьев уже начинали понемногу светлеть, когда вдруг чувство неясной тревоги задребезжало по нервам. Мари резко оглянулась, но в комнате никого не обнаружилось. Да и негде там было прятаться – лишь голые стены, пара пустых ниш и широкая скамья. Однако тревога, плавно перерастающая в панику, никак не хотела униматься; весь Дом Ветров казался сейчас одним огромным затаившимся противником.

Чуть ли не ползком Мари перебралась ближе к кровати, забившись в угол насколько это вообще было возможно. Почему именно сейчас? Она уткнулась лбом в колени, подтягивая их ближе. Если не смотреть – страх утихнет. Ведь бояться – это…

…удел слабых.

Мари закрыла ладонями уши, но чужие слова раз за разом звучали прямо в голове. И от них некуда было бежать и совершенно невозможно спрятаться.

Беги. Защищайся…

В таком состоянии и застала её Нэй. Легко перескочила порог, откинув занавес, но отчего-то так и замерла в проходе, будто бы не решаясь проходить дальше. Мари чувствовала её страх так же отчётливо, как и собственный.

– Мари? – голос феи звучал тоньше, чем ранее. – Ты уже проснулась?

Чувства, бурлящие внутри, немного поутихли, словно прислушиваясь к гостье.

– А ты ранняя пташка, – неловко возвестила Нэй, не двигаясь с места.

Мари хотела ответить, но ни звука не донеслось из горла, словно оно более не принадлежало ей. Только пальцы сильнее сжимались, впиваясь в колени. Нечто страшное вот-вот норовило случиться. Крупная дрожь прошибла тело, и шею сдавило обжигающим ошейником.

Уходи. Уходи…

– Эй, Мари! Готова к прогулке?

Нэй сжала кулаки и нетвёрдо шагнула вперёд. Мари задержала дыхание, следя за феей одним взглядом. Ноги напряглись как перед прыжком. В горле пересохло.

– Ну, пойдём, – продолжала уговаривать Нэй. – Будет весело! Я покажу тебе поселение… а если поторопимся, можем даже посмотреть на урок учительницы Лиф.

Прокатившаяся по позвоночнику волна жара вдруг заставила резко выдохнуть. Мари с трудом разжала стиснутые до боли зубы:

– «Учительницы»?

– Ага! – Нэй сделала ещё шаг вперёд. – Я у неё тоже училась! Лиф рассказывает о растениях и животных из разных отражений. Строгая она, правда… но зато слушать её очень интересно!

Мари не ответила. Медленно, словно нехотя, напряжённые едва ли не до судорог мышцы расслаблялись. Дыхание выравнивалось.

– И охотницы тоже слушают уроки этой… Лиф? – уцепилась она за тему, которая оказалась способна отогнать панику.

– Конечно! Учительница и сама была одной из них, – Нэй ощутимо обрадовалась интересу. – Давай же! Поспешим…

Понадобилось ещё не меньше десяти минут, чтобы Мари окончательно успокоилась. Она и сама прекрасно знала про эти свои повторявшиеся приступы паники или неоправданной злости, но лечащий врач прямо утверждал, что в том ничего страшного не было. Всего лишь одно из распространённых психических заболеваний, которое отчего-то совершенно не поддавалось ни многолетнему лечению, ни снадобьям фей, которые притаскивала Лиэ в тайне от людей.

– Старшая сказала, что я могу попробовать стать охотницей, – вдруг обронила Мари, на ходу дожёвывая завтрак, когда они с Нэй уже спускались по спиральной лестнице.

– О! Тогда тебе точно нужно заглянуть к Лиф… – фея важно кивнула, перепрыгивая сразу через несколько ступенек. – И ещё, думаю…

Всю оставшуюся дорогу она задумчиво перечисляла имена тех, у кого так или иначе перенимали опыт юные охотницы, рассказывая немного про каждого. Мари, правда, совершенно никого не запомнила, хотя список был не таким уж и внушительным.

– Ну, вот и всё, – возвестила вдруг Нэй, остановившись неподалёку от просторной полянки, что уютно расположилась прямо между корнями огромного дерева. – Я тебя тут оставлю ненадолго, ладно?

Мари растерянно оглянулась. Неужели опять?

– Нэй…

– Да ладно тебе, – только и отмахнулась та. – Посидишь тихонько, послушаешь… а я мигом обернусь. Вот увидишь!

– Нет, постой!..

Но Нэй уже не слушала. Она легко подпрыгнула вверх и через пару секунд скрылась среди густых листьев. Мари тяжело вздохнула, бросая настороженный взгляд на заполненную феями площадку. Возраст их существенно разнился, что только подтверждало рассказы Нэй. Вокруг небольших групп старших бегали совсем ещё маленькие девочки, увлечённо крутящие головами, будто бы пытаясь увидеть и услышать как можно больше всего.

Мари несмело приблизилась, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания. Слишком давно она не видела столько личностей сразу и в одном месте. И оттого становилось страшно неуютно.

Однако стоило только ступить на площадку, как феи вдруг разом обернулись. Настороженные, любопытные, презрительные… все взгляды были обращены только на неё. Мари ощущала себя в слепящих лучах прожектора, и не оставалось ни единой возможности укрыться от них. Отголоски паники вновь взметнулись, прокатываясь волной мурашек.

– Так, все собрались? – бодро возвестил звучный женский голос откуда-то сверху. – Вижу-вижу… О, у нас пополнение!

Высокая смуглая женщина ловко прошлась по огромному корню, даже не глядя себе под ноги, и почти бесшумно спрыгнула на площадку, несмотря на кажущиеся тяжёлыми ботинки. Взгляд Мари сразу же зацепился за белые, застарелые шрамы, покрывающие руки учительницы почти полностью, которые совершенно не скрывали ни плотная безрукавка, ни накидка, доходящая фее до середины бедра.

– А ты тот самый человек, видимо… Ну надо же! Удивительное событие в нашем поселении, – женщина невесело улыбнулась, а её единственный глаз, не сокрытый чёрной повязкой, чуть сощурился. – Я – Лиф, инструктор по выживанию. Постарайся не слишком мешаться нам, хорошо?

Мари, ничего не ответив, села чуть поодаль от остальной группы. Она, конечно, не рассчитывала на особо тёплый приём, но ехидные реплики учительницы оказались довольно неприятными. Да и неловкости только прибавилось.

В первые минут тридцать Мари совершенно не понимала, о чём вёлся разговор. Лиф пружинисто вышагивала перед феями, которые уселись прямо на землю, и рассказывала странные истории, по всей видимости, из жизни, то и дело прерываясь, чтобы задать какой-либо вопрос. Ученицы наперебой отвечали, стараясь заслужить скупую похвалу. Мари же тем временем всё больше убеждалась в том, что Лиф легко можно было спутать с человеком. Даже её гладкие чёрные волосы, собранные в простой хвост, странным образом отличались от пёстрых причёсок фей. Кроме того, накидка, полностью скрывающая спину, прятала и крылья, только увеличивая… нормальность облика Лиф. И это, по мнению Мари, было как раз-таки странным.

Ещё через пару минут она окончательно заскучала. Даже малютки феи были знакомы с этим миром куда лучше человека, а Лиф, казалось, не считала нужным разъяснять и так всем очевидные факты для незваной ученицы. Прислонившись спиной к жёсткой коре, Мари тщетно пыталась выцепить из разноголосых реплик фей хоть какую-то информацию, что без наглядного представления было делом весьма непростым.

– Колыбель Фреи оплетает деревья, чаще всего сухие, – как по бумажке, без запинки отвечала высокая фея с нежно-сиреневой копной волос, что крайне странно сочетались с густыми чёрными бровями, придающими её лицу вечное выражение хмурости. – Растение это чрезвычайно полезно: оно экранирует магические линии, скрывает ауру и маскирует запах…

Она выглядела совершенно уверенно, но отчего-то с каждым новым словом Лиф всё ехиднее улыбалась, и Мари вдруг стало до нестерпимости смешно, будто бы разом вспомнилась давно позабытая забавная история.

Да… хищники в засаде весьма полезны.

Все, как по команде, обернулись, словно бы и они услышали эту странно отчётливую мысль. Мари ощутила, что широко улыбалась, только когда от напряжения дёрнулась щека. Она же не могла сказать это вслух?

Улыбка, напоминавшая скорее ироничный оскал, увяла в мгновение ока. Мари судорожно сглотнула, поймав взгляд той самой хмурой феи. В отличие от остальных присутствующих, в её глазах читалась неприкрытая неприязнь. Неизвестно, чем бы кончилась эта немая сцена, если бы не учительница Лиф, которая справилась с удивлением куда быстрее своих подопечных и оттого вдруг громко захохотала, мгновенно перетягивая внимание на себя:

– Вот именно! – она совсем по-кошачьи фыркнула и добавила на пару тонов ниже: – Правда, я и не ожидала, что человек догадается об этом быстрее вас…

Всего одной этой фразой Лиф прибавила новенькой и интереса младших, и обидчивого презрения старших фей. И Мари совсем не считала, что столь нескромное, лишнее внимание было к лучшему.

– Возможно, ты и не так безнадёжна, как я считала, – учительница скрестила руки на груди, не торопясь возобновлять урок. – Как твоё имя, девочка?

– Мари… – голос чуть дрожал, словно сомневаясь в словах, что произносились вслух. – Марисоль.

– Отлично. Быть может, я и смогу запомнить тебя, человек.

– Она ведь даже летать не может, – раздался вдруг слишком громкий шёпот, словно хозяйка его и не думала таиться.

Лиф разом помрачнела, Мари же ещё больше вжалась спиной в дерево, подтягивая к себе колени как спасительный круг.

– Вы серьёзно думаете, что это так важно? – вопрос прозвучал ровно и даже как-то буднично, что, правда, довольно резко контрастировало с непринуждённым дотоле тоном Лиф. – Что ж. Тогда это означает мой позорный провал, как инструктора по выживанию…

Женщина медленно, будто бы с сожалением качнула головой и вдруг стянула с плеч накидку, оборачиваясь к ученицам спиной. Никто так и не решился вымолвить хоть слово. Мари, как и большинство остальных, была совершенно сбита с толку, увидев лишь жалкий обрывок одного крыла, скрывавшийся под тканью.

– Величайшая глупость – считать, что крылья дадут вам большое преимущество, – Лиф вновь обвела взглядом своих учениц. – Там, за Кругом, вы не только охотницы, но ещё и лёгкая добыча… Вспоминайте об этом почаще. И, быть может, – она горько усмехнулась, – ещё не поздно задуматься о смене профессии?

Остаток урока прошёл почти в гробовом молчании. Не было больше весёлых историй и ехидных подначек – только сухие сведения и теория. Изредка на Мари оборачивалась то одна, то другая фея, но она усиленно пыталась не замечать их, борясь с желанием убежать и снова забиться в какой-нибудь тихий и тёмный уголок.

И почему она вообще считала, что сможет влиться в компанию после стольких лет?

К счастью, Лиф, немного оттаявшая к концу занятия, не стала сильно оттягивать заключение. Махнув всем на прощание, она заявила, что несомненно будет ждать человека на завтрашнем занятии, и была такова – легко взобравшись по корням, скрылась среди деревьев так стремительно, что Мари даже не успела ничего ответить.