Текст книги "Развод или Открытый брак (СИ)"

Автор книги: Лина Шир

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 9 страниц)

Развод или Открытый брак
Лина Шир

1

– Вот чего ты вся трусишься, Аль?! Пару часов и ты рядом с Русом. Наоборот, радоваться нужно! – строго говорит лучшая подруга, и я понимаю, что нужно согласиться.

>– Знаю, – мой голос звучит как-то отстраненно.

Смотрю на информационное табло, выискивая взглядом свой рейс и понимаю, что нужно пошевелиться. Тяжело выдыхаю и затягиваю потуже высокий хвост.

– Сама подумай, тут тебя ничего не держит. Детей у вас нет, и...

– Да, кто-то должен был мне это сказать прямо в лоб. Уж лучше подруга это сделает, чем кто-нибудь другой! – улыбаюсь я, но все же неприятно.

У Таськи трое, и она не понимает какого это, когда после двадцати с лишним лет брака тебе все указывают на то, что в старости некому будет поднести стакан воды. Рустем говорит, что для этого наймет специального человека, но это он утешает и переводит все в шутку, а на самом деле то, что будет. Как будет выглядеть наша старость? Мы не молодеем.

Если в двадцать с хвостиком я могла забеременеть, но не могла выносить, то что будет теперь, когда мне несколько лет назад перевалило за сорок? Я уже бросила любые попытки думать о детях. Психолог говорит, что у меня гиперфиксация, и это тоже может как-то влиять на все эти женские функции. Удивительно, но возможно, он прав. Чем больше я хочу, тем меньше получаю.

Зато у нас есть все для того, чтобы жить в шоколаде, чего не хватало в нашем детстве. И у Рустема, и у меня детство было не самым радужным, мы даже и мечтать не могли о том, что во взрослой жизни у нас что-то будет. Но Рус очень целеустремленный, а потому добился того, что у нас есть.

– И вообще, хватит ныть! Тебе нужно поддержать мужа. Думаешь, что для него это не стресс? Он в незнакомом городе, в незнакомой обстановке... Тебе важно быть рядом. Ну... как можно ближе, ты же понимаешь о чем я? – Тася хитро улыбается, а я смеюсь, кажется это лишь нервные смешки, на другие я не готова. – Нет, ну а что? А если он там себе присмотрел уже секретаршу? М? В нашем возрасте, Алька, нужно быть той самой проституткой в спальне, потому что хозяйку на кухне может заменить ужин в ресторане, королеву в гостях... ну какие гости, если у вас полно работы, а вот... последний пункт нужно выполнять! Ну и для сердца полезно.

Закатываю глаза, но не спорю с подругой. Она права, мне нужно быть осторожнее, если я не хочу, чтобы мой муж ушел к другой, к тому же я видела статистики, где после двадцати лет брака мужчины попросту заводят себе любовниц и живут на две семьи. Мурашки по коже от одной только мысли, что Рустем может мне изменить. Безумно хочется поплевать через плечо и постучать по деревяшке, но Таська скажет, что я тем самым выдам свой возраст. Честно, я не стесняюсь своих сорока трёх, да и зачем? Я неплохо выгляжу.

– Нет, Аль, ты прислушайся ко мне. Я же не глупая... Всякое ж бывает. К тому же, большой город – большие неприятности!

– Да ну тебя, Таська! – отмахиваюсь я, хоть и понимаю, что она как обычно права, но не хочу принимать этого. – Ты же прекрасно знаешь, какой у меня Рус! Надеюсь, что дальше все будет только лучше. Надеюсь, что ты будешь приезжать к нам!

– На новоселье уж точно приеду, если позовете!

– Конечно же, позовем!

Я хочу еще поговорить о чем-нибудь, но громкий металлический голос приглашает всех пройти на посадку, и я тяжело выдыхаю. Не люблю летать самостоятельно, но все же после этого недолгого полета, я буду рядом с любимым мужем. Мне еще повезло, что у меня не так много вещей, а значит, что после перелета не так уж и долго буду ждать свой багаж.

Наша новая жизнь в Москве должна быть настолько идеальной, что я уже представляю, как мы с Рустемом будем проводить вечера вместе, а на выходных будем выбираться в музеи или галереи. Безумно люблю живопись и монотонные рассказы в музеях, где обычно Рус засыпает.

– Ну все, давай, а то опоздаешь! – подталкивает меня Тася, и я наконец-то обнимаю ее и быстрым шагом направляюсь за людьми, которые тоже направляются в столицу.

Руки дрожат, когда я протягиваю билет и паспорт, но это от прилива адреналина. Стоило бы выпить бокальчик вина перед тем, как отправляться на борт, но нет, я хочу быть абсолютно трезвой, чтобы запомнить нашу встречу. Мы с Рустемом не виделись пять месяцев. Нет, конечно же, видеозвонки и просто звонки были нашей определенной традицией. Каждый вечер, когда у него не было работы, мы созванивались по видео и пили вино и обсуждали фильмы или отделку нашей новой квартиры. Здесь, в Лейпциге, у нас была небольшая квартирка. Уютная и сделанная специально под нас, но та квартира, которую Рус сумел купить спустя три года работы в компании, была просто огромной. Удивительно, но я только сейчас допустила мысль о ребенке, которого можно было взять из интерната. Места хватит для всех, вот только будем ли мы с мужем любить его, как своего собственного. Да, это эгоистично, но... мы по-другому воспитаны.

Мое место у окошка, и я наблюдаю за тем, как усиливается ветер и где-то вдалеке развеваются флаги, которые возвышаются над зданием аэропорта.

Вздрагиваю, вспомнив, что нужно отправить мужу сообщение, чтобы ожидал моего прибытия. Он читает сразу же, но я не дожидаюсь ответа, потому что стюардесса просит отключить телефон, и я шумно выдыхаю, делая то, что она говорит.

Злюсь на себя за то, что не взяла с собой наушники или книжку. Все вылетело из головы с этим переездом. Рус сказал взять все самое необходимое, и я взяла косметичку и вещи, о книгах речи идти не могло, так как в чемодан много не помещалось. Прикрываю глаза.

Мы с Рустемом познакомились, когда мне было двадцать три. Я жила в общаге, мы с моей в то время подругой Наташкой Гладышевой жили в одной комнате, и она была любительницей водить к нам мальчишек. Каждый день разных, но с Рустемом она зачастила. И каждый раз приходили, когда я сидела за учебниками. Я тогда смотрела на него как на взрослого парня, хотя он старше меня лишь на четыре года. В какой-то момент я поняла, что меня раздражают его визиты, и старалась избегать, а он это заметил.

Помню, как сейчас, как он подловил меня, когда я шла с университета, после удачной сдачи экзамена, и предложил подвезти. А я и согласилась. С тех пор мы не расставались.

Первое свидание было безумно романтичным, как мне тогда казалось. Мы гуляли по пирсу, кормили чаек хлебом и разговаривали обо всем подряд, а потом он меня поцеловал, и я пропала... по-настоящему пропала. Его губы, руки, дыхание... я все полюбила, и разве возможно спустя годы разлюбить это? Наоборот, любовь становится только крепче.

Все-таки, мне нужно успокоиться и поспать немного, раз уж ничего больше не остается.

2

Вся суета остается за спиной, когда я оказываюсь со своим огромным чемоданом в аэропорту Москвы. Людей слишком много. Они слишком громкие, и я не могу сказать, что эта атмосфера совершенно не такая, как в Германии, где мы с Рустемом прожили большую часть жизни, потому что все точно такое же, но все чужое. Хочется обнять себя за плечи и спрятаться подальше от всех. Не люблю, толпы людей. Кажется, моя интровертная особа, привыкшая сидеть в квартирке не очень уж смиряется с московской суетой.

Кто-то пробегает мимо меня, задевая плечом, и я хмурюсь, после чего достаю из кармана джинсов телефон и включаю его. Нужно было сделать раньше, тогда я бы наверняка знала встречает ли меня муж или мне самой нужно добираться. Неторопливо веду за собой чемодан, глядя в телефон, а не себе под ноги, как вдруг кто-то хватает меня за локоть, и я взвизгиваю, оборачиваясь.

– Аль, ну ты чего по сторонам не смотришь?! – говорит муж, после чего раскрывает объятия, и я падаю в омут с головой.

Прикрываю глаза и тону в родном аромате. Только его парфюм может свести меня с ума. Только его голос и его объятия могут сделать так, чтобы я расслабилась. Готова бесконечно быть в его объятиях, но Рус отстраняет меня от себя и смотрит так, будто бы пытается уловить во мне что-то, чего сразу не заметил.

– Я боялась, что ты меня не встретишь, и мне придется самостоятельно добираться до нашей новой квартиры.

– Я знаю твою тонкую натуру, поэтому не мог так поступить, – он улыбается, целует меня в висок и берется за ручку чемодана. – Идем?

– Здесь так шумно... – выдыхаю я, взяв мужа под руку, и смотрю по сторонам, пытаясь понять похожи ли люди дома на людей в Москве, и кажется, все они похожи друг на друга и только мой муж другой. – Ты уже привык?

Рус улыбается, кивает и чуть приобнимает меня за талию свободной рукой, отчего мне становится немного легче. Все же, я не привыкла к бешеному ритму больших городов. Но я привыкну. Все-таки нами здесь жить, а значит я должна влиться в это все, чтобы не выглядеть белой вороной.

Пока идем я то и дело бросаю взгляд на мужа, пытаясь понять изменился он или все такой же. Новая стрижка молодит его, и если бы не седые виски, то так и не скажешь, что этому высокому, спортивному мужчине почти пятьдесят. Раньше мне так страшно было даже представить, какими мы будем, когда нам будет за сорок, но теперь понимаю, что какими бы мы не были, мы все равно остаемся собой. На Русе темные брюки, белая футболка-поло, темно-синий пиджак и удобные блестящие туфли. На руке дорогущие часы, о которых он всегда так мечтал. Помню, как радовался, когда я сказала, что он обязан купить себе их. Кажется, это было целую вечность назад.

Он подводит меня к здоровенному черному внедорожнику и кладет в багажник мой чемодан.

– Таська долго материла меня перед рейсом? – спрашивает Рус, открывая мне дверцу, и я пожимаю плечами.

– Нет, ты же знаешь, что в любом споре она за тебя. Но я была на таком адреналине, что не помню наших разговоров.

На самом деле помню то, как она говорила присматривать за мужем, вот только я не хочу показывать Рустему свою ревность. Я ему доверяю, наверное, поэтому мы до сих пор женаты.

– Малышка моя, все уже позади! – он вновь обнимает меня и целует в висок, а я растворяюсь и обнимаю в ответ.

Всю дорогу домой я рассказываю о том, что происходило дома, когда все узнали о том, что я тоже уезжаю вслед за ним. Рассказывала, как отреагировала его сестра, как ругала меня, что я позволила ему уехать на что Рус только лишь смеялся и говорил, как она звонила ему.

Дорога занимает слишком много времени, как мне кажется, и я уже готова умолять высадить меня у первого же отеля, чтобы отдохнуть там, но вскоре наконец-то останавливаемся у многоэтажки. Рус выходит, достает из багажника чемодан, и ждёт, когда я разберусь со своими «демонами» и последую за ним. Вот только я не могу так быстро. Нужно осмотреться и запомнить где я, а самое главное нужно настроить себя на то, что... это мой... наш новый дом.

Мы проходим в просторный подъезд, заходим в лифт, и я устало приваливаюсь к стеночке, глядя на мужа. Он стоит держа одну руку на ручке чемодана, а второй что-то печатает в телефоне. Не хочу отвлекать его, хочу просто наслаждаться одним только видом того, что любимый человек рядом, а Рустем ближе, чем просто рядом.

– Какие планы на сегодня? – спрашиваю я, надеясь, что муж уделит мне время, оставив работу на потом.

– Сегодня я весь твой!

Это не может не радовать, и я выдыхаю с облегчением, после чего достаю свой телефон и громко смеюсь.

– Таське интересно, как я долетела! Любопытная женщина! Рус, иди-ка сюда! – обнимаю мужа, поправляю волосы и делаю фото в зеркало.

Первое фото из новой жизни. Мы такие счастливые, мне кажется. Рустем улыбается, целуя меня в висок, а я счастливая, и это видно на фото. Пусть в нелепой оливковой толстовке с каким-то мультяшным персонажем, в джинсах и кроссовках, но зато счастливая.

Квартиру Рустем открывает сам, после чего передает мне ключи.

– Теперь это твой ключ! Не потеряй. – Улыбается муж, закрывая за собой дверь и следит за моей реакцией.

Я видела квартиру по видеосвязи, но вживую она еще больше. Просто огромная.

Снимаю кроссовки и делаю первые шаги, осматриваясь по сторонам. Высокие потолки сводят с ума. Я не привыкла к таким, но это очень красиво. Вся квартира в бежево-коричневых тонах, как я и хотела. В гостиной огромные панорамные окна, из которых открывается вид на всю Москву. Кажется, о таком и мечтать не могла, но это теперь есть. Следую в кухню. Просторная и уютная. Теперь мне придется готовить в несколько раз чаще, чтобы удивлять Рустема, который жил без меня эти несколько месяцев.

Вновь иду в гостиную, подходя ближе к окнам и смотря на оживленную улицу. Хочется пройти и посмотреть другие комнаты, но руки Рустема сгребают меня в объятия. Я чувствую спиной его грудь и прикрываю глаза, обхватывая его руки своими. Кажется, это то о чем я мечтала долгими вечерами в Лейпциге.

Его губы проходятся по моей шее, и я улыбаюсь, выдыхая. Кажется, что теперь все будет меняться только в лучшую сторону.

– Отсюда видно твой офис? – спрашиваю я, глядя на множество высоток вдалеке.

– Вот там! – говорит Рустем, указывая пальцем на дальнее здание. – Если хочешь, то завтра устрою тебе экскурсию.

– Хочу...

В голове всплывают слова Таськи о том, что нужно наблюдать за Рустемом, ведь «большой город – большие неприятности». Как подумаю о том, что у него кто-то может появиться, так мурашки по коже. Конечно же, я доверяю своему мужу, но все же хочу посмотреть где и с кем он работает. Просто, чтобы успокоить себя.

3

– Так, говори, что Таська тебе наплела. По глазам вижу, что что-то тебя волнует! – вдруг говорит Рустем, когда я внимательно осматриваю нашу новую спальню.

Наверное, все волнующие меня вопросы написаны на лбу, но так или иначе он прав. Из-за слов подруги я теперь ощущаю себя не в своей тарелке. Такое ощущение, что на каждом шаге подвох. Конечно же, этого не может быть, ведь мы с Рустемом всегда откровенны и честны друг с другом, но все же... страшно узнать то, чего по сути не может быть.

– Аль, – он обхватывает мое лицо руками, заставляя смотреть в его глаза, и я уже готова сдаться. – Ты же знаешь, что она может говорить все, что угодно, но все-таки меня ты знаешь лучше, верно?

Киваю, но все же не могу выкинуть из головы слов подруги. Вдруг мои розовые очки не дают трезво смотреть на ситуацию? Что если я не замечаю очевидных вещей. Хочется прямо сейчас кинуться к шкафу и проверить все рубашки, а потом порыться еще и в корзине для белья, чтобы наверняка себя успокоить. Да, после этого можно сказать, что я не доверяю своему мужу, но это не так. Я доверяю, но проверять тоже следует, чтобы вовремя заметить.

– Позовем Таську на новоселье? – улыбаюсь я, чтобы разбавить ситуацию, отчего Рус притягивает меня к себе и целует.

– Ты правда сейчас хочешь поговорить о новоселье? Аль, я соскучился... Я так тебя хочу...

От этих слов у меня каждый раз кружится голова, когда я слышу, что мой муж спустя столько времени говорит мне о том, как желает меня. Это не может не радовать. Встаю на носочки, целую его, обнимая за шею. Каждый вечер, после наших созвонов я мечтала это сделать, а теперь могу насладиться им сполна. Рустем тоже скучал, и я чувствую его по тому, как крепко он прижимает меня к себе, и как жадно целует мои губы. Не хватает воздуха. Мы отрываемся друг от друга лишь на мгновение. Я пытаюсь отдышаться, а Рустем тянет вверх мою дурацкую толстовку и чуть улыбается краешком губ.

Мы оба в предвкушении. Не виделись несколько месяцев, не касались друг друга и так соскучились. Каждый поцелуй теперь наполнен этими сладостными терзаниями и ожиданиями. Каждый будто бы напоминает о том, как долго мы ждали этого момента, чтобы оказаться наедине. Только я и он.

Сбрасываю с его плеч пиджак, вновь обнимаю за шею, целуя и вдыхая его аромат. Провожу руками по его плечам, чувствуя, как напряглись его мышцы. Крепкие, можно даже сказать стальные. Неудивительно, ведь он, как-то ещё и умудрился записаться в спортзал. Ходит пару раз в неделю, когда есть свободное время, а иногда пропускает, но его тело и впрямь изменилось до неузнаваемости.

Тяну футболку вверх и кидаю ее в сторону, проводя пальцами по крепкому и горячему телу мужа. Он изменился. Стал нежнее за время в разлуке. О чем я только думала, когда всерьез восприняла слова подруги? Мой муж только мой.

Рустем подхватывает меня на руки, целует и вскоре опускает на огромную постель. Целует, шепчет о том, как соскучился, стягивает оставшуюся одежду и любуется тем, что я наконец-то оказалась в его власти.

Сердце гулко тарабанит ритм, в голове шумит, дыхание сбивчивое, но я не хочу останавливаться ни на миг. Я тоже соскучилась. Хочу поскорее ощутить наше единство, но Рустем тянет, будто бы желая насладиться этим самым моментом. Не выдерживаю. Приподнимаюсь, хватаю его за пряжку ремня и дрожащими пальцами расстегиваю. Слышу, как муж смеется, помогает мне, и через мгновение уже опускается ко мне на кровать, целуя жадно.

Мы одно целое, и многие наши бывшие друзья завидовали тому, что мы во всем идеально подходим друг другу. Во всем. Рус чувствует меня, знает где нужно поцеловать, где сжать или погладить. Я целиком и полностью поддаюсь ему, а он может делать со мной все, что угодно, потому что знает, что я поддержку его во всем. Особенно, если это касается дел в нашей постели.

Еще во время наших отношений я боялась этого момента. Кажется, до глубины души боялась предательства. Знала, что Рустем может использовать меня для своих корыстных планов, но в первую нашу ночь, когда все случилось, он не ушел. Он остался со мной, крепко обнял, и мы нежились в объятиях друг друга. Это было незабываемо. Даже спустя годы я помню каждую эмоцию, которую испытала в то время. Теперь же, эти эмоции были намного богаче. Каждый раз я влюблялась в мужа все больше и это непередаваемое чувство правило мной.

Удовлетворенные мы нежимся в постели. Рус перебирает мои волосы, я вырисовываю узоры на его груди и вот-вот замурлычу от того, насколько приятно мне быть рядом. Прислушиваюсь к его сердцу: колотится, как у колибри. Мое вторит в такт, и я улыбаюсь.

– Я скучала... – шепчу я, не открывая глаз и наслаждаюсь тем, как пальцы мужа массируют кожу головы и просто ворошат волосы.

– И я... Наконец-то понял, что это не отделка квартиры серая, а моя жизнь без тебя.

– Ты никогда раньше не говорил мне этого, – улыбаюсь я, прикрыв глаза.

Картинка идеальной семьи – не просто картинка, а кадр из нашей жизни. Да, без детей, но зато в гармонии друг с другом. Хотя, я все еще теплю надежду на то, что все может получиться. Я еще не списала себя со счетов, может быть даже получится. Стоит побродить по московским клиникам, и может быть тогда что-нибудь станет понятнее.

– Не говорил, потому что не расставался с тобой на целую вечность. Теперь никуда тебя не отпущу!

– Я никуда и не собираюсь... только с тобой, и только вместе! Кстати, мне же нужно будет выбрать что-нибудь что надеть завтра к тебе на работу! Хочу, чтобы все видели, какая у тебя жена! – улыбаюсь, после чего сажусь и оборачиваюсь на мужа.

Он улыбается, проводит пальцами по предплечью и шумно втягивает воздух.

– Моя жена самая... – звук входящего сообщения отвлекает Рустема, и он прикрыв на мгновение глаза, тянется к тумбочке, на которой и оставил телефон.

– Я в душ! Позже можешь присоединиться! – поднимаюсь с постели и полностью обнаженная и босая направляюсь в ванную комнату.

Слова Таськи уже не кажутся чем-то ужасным, наоборот, они больше подходят на сказку. Не самую удачную. Прикрываю дверь, встаю напротив зеркала, рассматривая фигуру. Не идеальная картинка, стоит тоже прогуляться в спортзал, но для своего возраста я выгляжу идеально. Я бы сказала, что очень даже.

Включаю душ: система точь в точь, как у нас дома... в Германии. Об этом Рустем позаботился, потому что знает, что я со всем этим на вы, и если что-то новое появляется, я буду ходить кругами, чтобы набраться смелости и сделать что-то. Он меня любит, и делает все для того, чтобы нам вдвоем было комфортно. Только нам.

4

Рус так и не присоединился ко мне в душе, поэтому я несколько напряглась. Может быть что-то по работе не ладится?

Выхожу из ванной в одном полотенце и направляюсь в спальню, где муж уже сидит не только с телефоном, но и с ноутбуком. Прикрыт пледом по пояс и что-то внимательно высматривает в экране. Не хочу ему мешать, потому иду за чемоданом, чтобы достать белье и что-нибудь, чтобы переодеться, попутно осматриваю нашу квартиру. Она огромная и почти уютная, несмотря на то, что совершенно необжитая, но я уверена, что сумею принести в нее то, чего не хватает, а именно семейные фото и запах еды. Рустем всегда говорил, что ему нравилось в детстве, когда он возвращался из школы и заходил домой к бабушке, которая его воспитала, там всегда пахло свежей выпечкой. Время прошло, а любовь к ароматам приготовленной еды никуда не делась.

Несу чемодан в гостиную. Открываю и сразу же достаю нижнее белье, натягиваю трусики, бюстгальтер и копошусь дальше, чтобы отыскать что-нибудь что надеть поверх, как вдруг слышу:

– Зря ты ходила в душ, потому что я решил еще раз показать тебе, как я соскучился!

– Рус, нужно потерпеть, к тому же...

– Потерпеть?! Ну, все! – с этими словами муж бросается ко мне, хватает в свои горячие объятия и целует вновь.

Не помню, когда в последний раз страсть накрывала нас с головой, но возможно всему «виной» долгая разлука, после которой мы наконец-то воссоединились.

Весь день мы проводим в постели, прерываясь лишь на попить и поговорить о том, как соскучились друг по другу. Спорили кто больше, кто как мечтал встретить друг друга и вообще находили миллионы всевозможных тем.

Когда за окнами начало смеркаться, Рустем предложил заказать доставку, чтобы не готовить ничего, да и выбора особо не было, потому что в холодильнике, кроме яиц, молока и бекона ничего не было, а яичница на ужин не самое хорошее.

Пока ждали доставку еще раз приняли душ, на этот раз нужно было поторопиться. И да, Рус вышел первым, а я еще какое-то время потратила на то, чтобы высушить и собрать волосы крабом, сделать ночную маску, чтобы разгладить морщины, надеть белье и белую атласную пижаму, состоящую из топа с кружевом и шортиков. Эту пижаму мне подарил Рустем на прошлую годовщину свадьбы. Девятнадцатую.

– Аля, ужин стынет! – кричит из гостиной муж, и я поправляю выбившиеся пряди у лица и, разложив свою крема по полочкам, выхожу.

– Уже привезли? Так быстро?

– Это просто тебя долго не было. Выглядишь просто шикарно... – говорит с придыханием, а смотрит... как же он смотрит на меня. – Так, какой фильм выберем?

– Хм... давай посмотрим что-нибудь легкое. Не хочу нагружать мозг ненужной информацией.

Сажусь на диван, смотрю на все контейнеры, которые стоят на столике и смеюсь, когда Рус уходит в кухню за вином и бокалами. Чуть не забыли самое главное.

У нас семейная идиллия. Мы любим друг друга и кажется это уже навечно. Вот только... Тема детей все также остается больной для нас обоих.

Удивляюсь тому, как вкусно готовят в ресторанах и как здорово, что нам привезли все быстро, в горячем виде. Всегда любила наши с Рустемом походы по ресторанам. Такое ощущение, что эти моменты могут не повториться, потому что у него много работы, а я... я могу приготовить и сама. Но сам факт, что мы выходим в люди уже говорит о том, что даже спустя годы мы остаемся верны друг другу.

– Рус, я тут подумала... – промакиваю губы салфеткой и отставляю контейнер с пастой с креветками на столик и беру бокал вина.

– Да-да, я весь твой! – улыбается муж, переключив свое внимание на меня, и погладив по колену.

– Знаю, что ты остро можешь отреагировать, но... до моего отъезда из дома, я просмотрела пару московских клиник репродуктивного здоровья и...

Вижу, как лицо мужа меняется в одно мгновение. Будто бы по щелчку пальцев. Он протягивает руку к бокалу с вином, делает пару глотков. На меня не смотрит, будто бы обдумывает свой ответ, после чего шумно выдыхает и кивает головой. Не понимаю его реакции, пока его губ не касается лёгкая улыбка, а рука вновь не возвращается к моему колену.

– Конечно же, мы можем попробовать, Аль... Можем, но... кхм... – он вновь делает глоток вина и пожимает плечами.

– Стой, стой... – боюсь, что сейчас его аргументы будут слишком железными, и я вновь передумаю.

После многочисленных попыток забеременеть самостоятельно, после стольких же ЭКО, мне больно узнать о том, что это все не приведет к результату. Чувствую, как руки дрожат и отставляю бокал на столик.

– Аль... Алевтина, – ненавижу, когда называет меня так, но все серьезные разговоры, он начинает именно так, и я знаю, что он скажет. – Я понимаю тебя и твою позицию, но ничем не могу тебе помочь. Сколько раз мы пробовали? Не отвечай, я прекрасно помню каждый раз, и каждый раз ты по несколько месяцев приходила в себя. Это я про моральное состояние, а физическое? Прости, я не хочу этого говорить, но... ни один ребенок не стоит твоей жизни. Без детей я могу жить... Мы живем уже двадцать лет без них и сможем дальше, а вот без тебя я уже не смогу...

Не знаю, как расценивать эти слова. С одной стороны понимаю, что любит меня, с другой... совершенно не понимает. Я же хочу выполнить свой долг, как женщина. А какая я женщина, если не родила ребенка? Не родила наследника своему любимому мужу?

Провожу руками по лицу, чтобы сдержать слезы и киваю, после чего тянусь к бокалу с вином и допиваю все содержимое залпом.

– Прости, я... не хотела портить вечер. Просто думала, что сейчас самое время поговорить об этом.

– Аль, – он придвигается ближе ко мне, кладет мои ноги к себе на колени и приобнимает меня. – Давай больше не будем затрагивать эту тему... Она болезненная для нас обоих. Нужно думать о будущем. О нашем будущем. И лучше будет, если ты перестанет загоняться по поводу детей.

– Да, я понимаю. Все хорошо. Нужно... нужно Таське отзвониться. Я обещала ей позвонить, как только освобожусь. – Спускаю ноги на пол, поднимаюсь с дивана, и обойдя журнальный столик, направляюсь в спальню, где оставила свой телефон.

Осадок после разговора с Рустемом все никак не усядется. Не люблю это неприятное чувство будто бы мы поругались. Не ругались же... просто больно. Он будто бы не хочет счастья для нас, а я... я будто бы не могу понять его опасений, хотя прекрасно знаю о рисках. Протягиваю руку к телефон, как вдруг экран рядом лежащего телефона Руса загорается. Плюс третье новое сообщение и восемь пропущенных от контакта «Наташа».

– Рус?! Рустем, тебе по работе наверное звонили! – зову мужа, хотя желание просмотреть сообщения все-таки есть, но я доверяю ему.