Текст книги "Спорим, догоню? (СИ)"
Автор книги: Лина Эвери
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 13 страниц)
ГЛАВА 10.2 АЛИНА
ГЛАВА 10.2 АЛИНА
Прозвучала команда «марш!», раздался хлопок сигнального пистолета и стадион погрузился в улюлюканья, хлопки и возгласы поддержки. Народа на трибунах прибавилось – многие родственники участников доехали до Москвы. На другом конце стадиона рванула вперед первая группа, а вторая уже стояла на подходе.
Алина размяла шею и ноги – она знала базовые правила эстафеты: схватил палочку по правилам, никуда не отклонился, сам навстречу не бежишь, а потом прочь несешься по своей линии. Ничего трудного.
Но отчего-то ей не по себе. Впереди виднеется вереница парней, что побегут последними. Рома разминался и даже Глеб. Он вытягивался, и Алина видела его крепкие, накаченные ноги. А порой из-под майки выглядывал торс…
Черт бы его побрал. Самородок!
Она отвернулась и сосредоточилась. Внимательно следила, как незнакомому парню из Атлантов передали эстафету, и он ринулся в её сторону. Шел второй, за ним сразу же остальные. Девушки рядом приготовились, ноги смотрели в одну сторону, а руки в другую, чтобы сразу стартануть. Алина сделала также, думая, может, Глеб будет рад, если они выиграют хоть сейчас? Не может же быть, чтобы лучшему игроку действительно было плевать!
И вот запыхавшийся парень приближается, протягивает руку, и Алина ловко выхватывает эстафетную палочку. Срывается с места и дальше уже ни о чем не думает. Остается она, ноги и ветер. Лишь ветровка чуть бьет по бедрам, слишком длинная…
Соперницы рядом отстают – хоть Алина стартанула третьей, легко обгоняет их. Её шаг шире, дыхание ровное, а стремление к победе всегда неотъемлемое.
Летит на всех порах и видит протянутую руку Глеба, а потом его самого. В зеленых глазах появились блики – солнце показалось из-за облаков и тень сошла со стадиона. Глеб улыбался ей и что-то кричал, отчего Алина улыбнулась сама.
Она вытянула руку с палочкой и их пальцы переплелись на секунду.
Легкий разряд, а потом все пропало.
Сначала улыбка, а потом сам Глеб – он побежал прочь, к финишу. Алина склонилась, выдыхая и могла лишь видеть, как он легко забирает первое место.
И снова – такой же хмурый, как и всегда.
Но ведь всего какое-то мгновение назад она же видела…
Алина поджимает губы, когда трибуны взрываются овациями.
Ас никогда не хотел быть Асом.
Как она сразу не поняла?
Её охватывает команда Атлантов – окрыленные победой, они приобнимают её, хлопают по спине и подпрыгивают на месте. На ушедшего Глеба никто не обратил внимания.
Алина расстёгивает ветровку и выходит из победного круга. Рядом оказывает Женя с виноватым видом и бутылкой воды.
– Поздравляю, – говорит.
Для нее эта победа не более, чем факт. Но сердце радостно стучит после бега и знания, что она приложила руку к победе.
Неужели Глеб совсем этого не чувствует? Разве так можно? Он так часто улыбается, но на стадионе… Лишь мельком.
– Спасибо, – отвечает она сухо.
– Аль, мы… прости меня. Между нами все может быть… как раньше?
Алина сжимает ветровку и оставляет её на скамейке.
Она переключается на Женю и оставляет раздумья об Асе Атлантов – все равно она ничем ему не поможет.
ГЛАВА 11.1 АЛИНА
ГЛАВА 11.1 АЛИНА
– Все хорошо, – ответила она тогда Жене.
И из него полились извинения – за то, что перепил, гадостей наболтал и пришлось его в номер тащить. Алина слушала и кивала. Её задело, но не так сильно, как казалось. Хоть «холодная сука» и отзывала в ушах, она верила, что Женя так не думает. По крайней мере, не на все сто процентов…
Они сидели на трибуне – народ потихоньку разъезжался.
– Я всегда знал, что это невзаимно, – пробормотал Женя, опустив голову.
И что ему отвечать? Алина никогда не представляла такой разговор.
– Я почти разлюбил тебя, честно, но тогда…
– Думаю, тебе не стоит так много пить, – хмуро улыбнулась Алина.
– Да, не стоит… Я… мы ведь можем остаться друзьями?
– Конечно, – искренне ответила Алина.
Это было неловко, но она чуть приобняла его за плечо. Женя приблизился, совсем как кот, желающий поглаживаний. Алина коснулась его волос – мягких кудрей. Женя вырос хорошим и красивым парнем, но… Её сердце так гулко стучало лишь из-за непривычной близости, а не из-за него самого. С облегчением Алина выдохнула, когда Женя отодвинулся.
Они друзья. Хочется надеется, что случившееся не испортило многолетнюю дружбу… Алина и не подозревала, что слишком привыкла к окружению Жени, Веры. И без них все ощущалось… не так.
– Я хотел предложить, – Женя уверенно подскочил и голос сменился привычным: дружелюбным и теплым. – Хочу съездить к Полине Громкой. Составишь мне компанию?
– К ней? Зачем? – нахмурилась Алина, тоже вставая.
– Я… все-таки виноват в случившемся с ней, – Женя виновато почесал затылок.
Делать было нечего – они только помирились и разделяться казалось неправильным. Алина лишь грустно проводила взглядом Веру, что ушла к автобусу. Они с Женей отправились к остановке, чтобы доехать до нужной больницы.
Женя болтал обо всем сразу, как обычно. Алина привыкла отвечать лишь кивками, но тут даже участвовала в разговоре. И стоило чуть присмотреться к другу, как она поняла, о чем говорила Вера…
Достаточно было один раз взглянуть, чтобы понять.
То, как Женя отводил взгляд после долгих переглядок, как краснел, когда Алина улыбалась и волновался, когда наступало молчание.
Все было прямо перед ней, а она не замечала.
Значит, так себя ведут влюбленные люди? Алина и не подозревала, что в нее можно влюбиться. Все, чем она жила и на что обращала внимание – спорт. Мечта. Она и забыла, когда были дни, когда её волновало что-то другое.
Учеба? Плевать, она хорошо усваивала материал, и многие учителя шли на встречу, давая шанс пересдать и закрывали глаза на прогулы. В университете также – она поступила туда для галочки, ожидая уехать в Москву в этом году. Семья? Отец исправился, бросил пить и жизнь наладилась. Больше не приходилось караулить его, чтобы не засыпал с непотушенной сигаретой, готовить постоянно и таскать по врачам. Друзья? Алина вспомнила о них лишь сейчас…
И не хотела больше ссориться. Тем более из-за любви.
Что вообще такое любовь? Алина знала, что значит любить маму, отца… Но кого-то другого, парня…
Казалось немыслимым. Это точно не для нее.
Она всегда так думала. Но сейчас…
Сомнения в груди нарастали. И что с этим делать Алина не имела понятия.
ГЛАВА 11.2 АЛИНА
ГЛАВА 11.2 АЛИНА
Женя купил цветов для Полины – небольшой букет тюльпанов. Больница, большое серое здание окруженное деревьями и уже осыпавшимися кустами. Их без проблем пропустили и дали номер палаты. Отдельной – хорошо Полина устроилась.
Холодные коридоры стационара вызывали у Алины ничего, кроме отторжения. Ходящие туда сюда люди в халатах, врачебная суета, объявления по громкой связи. После того, что случилось с мамой… Алина даже когда болела избегала больниц. Здесь она чувствовала себя беспомощной. Просто наблюдателем. Невыносимое чувство.
– Что мне ей сказать? – рядом волновался Женя.
– Прости? – пожала плечами Алина, надеясь, что они тут ненадолго.
– Надо было еще шоколадку купить…
У палаты они замерли: Алина надеялась вообще остаться в стороне. Не хватает еще Полине подумать, что Алина за нее волновалась! Конечно, травмы это плохо, и никто их не заслужил, но Полина хорошо себя показала в первый день и её продвинули в полуфинал… Алина была уверена, что тут замешены не добрые намерения судей, а как обычно – деньги.
Женя собрался с духом и хотел уже постучать, как за дверью громыхнул женский голос:
– … мы для чего в Москву приехали?!
– Мам… – слабый голос Полины.
– Не могла нормально себя вести?! Ты спортсменка, не забыла?!
Алина с Женей переглянулись. Они не должны были этого слушать.
Как и Алина вчера, когда застала Глеба за явно неприятным звонком. И почему так выходит, что она всегда оказывается в таких ситуациях?!
– Тебе повезло, что отец смог договориться. Больше такого не будет. Мы заберем твою карточку, поняла?
Алина с Женей едва отскочили, когда дверь распахнулась, выпуская невысокую женщину в строгом костюме. Алина её узнала – на перроне это была добродушная дама, но сейчас… Она поджала губы, смерив их недружелюбным взглядом:
– К тебе гости, Поля, – произнесла по-доброму, будто и не орала секунду назад.
И след её простыл, оставив за собой шлейф тяжелых духов.
Ребята зашли в палату, и Полина встретила их взглядом, полным надежды. Который разбился, когда она поняла, кто пришел.
– Это вы, – произнесла она сухо.
– Прости, что не оправдали ожидания, – отмахнулась Алина, вставая у двери и не желая с ней говорить. Подтолкнула Женю вперед.
Тот, мявшись, подошел ближе и глупо протянул цветы. Полина лежала в кровати на вид полностью здоровая: рядом планшет, телефон, пакет с фруктами. Сама она накрашена и вся при параде. Лишь глаза чуть красные.
– Прости меня, – справился Женя. – Я был пьяный и…
– Мне плевать, – отчеканила Полина. – Поставь цветы в вазу.
Женя так и сделал.
А Полина смотрела так, будто вот-вот наорет и прогонит. Но вместо этого впилась взглядом в Алину и на удивление серьезно и не едко спросила:
– Эстафета. Мы выиграли?
Сжала простыни и выглядела совсем грустной.
Черт… И даже не хочется язвить.
– Конечно выиграли, – ответила Алина.
– Отлично, – выпрямилась Полина и снова глянула самоуверенно. – Этого достаточно.
Звучало как «можете идти». Алина подозвала Женю и тот, смущенно, поплелся следом. Бросил еще извинений напоследок, но Полина уже держала телефон в руках. Они закрыли за собой дверь, и Алина решила подышать – они вышли на пожарную лестницу, откуда открывался вид на погруженный в осень парк.
– Она точно была нам не рада, – подытожил Женя.
– Я думала, она тоже идет за мечтой. Как я, – произнесла Алина то, что крутилось в голове.
– Не все такие, как ты, – вздохнул Женя. – Половина нашей команды еще в строю по привычке или… из-за чужих амбиций.
Я этого никогда не хотел, ясно тебе?!
Алина не думала об этом. Бег, Олимпиада, карьера в спорте – это стало её мечтой, и она шла к ней без устали. И получала от этого истинное удовольствие, но другие… Те, кто были её соперниками, победителями – так ли это для них важно, как для нее?
Спорт не стоял у них на первом месте. Алина думала, что именно поэтому Полина и проигрывает – её интересовали гулянки и парни.
Но тут появился Глеб… Полная бестолочь, но Ас. Вырывающий победу у тех, кто подобно Алине шел к этому всю жизнь.
И почему? Ради чего?
– Помнишь, когда мы были детьми, у тебя была мечта? – неожиданно заговорил Женя.
Алина вырвалась из раздумий:
– Что?
– Ты хотела стать супергероем, – улыбнулся Женя. – Типо Бэтмена. А я бы стал твоим Робином.
Алина не сдержала улыбки – как давно это было! Как они носились по улицам, воображая себя спасителями города, как Алина ломала голову, придумывая себе геройское имя, а Женя рядом ныл «Алина же красивое имя, зачем другое?».
Но потом…
– Но сейчас ты стала старше. И после… смерти матери очень изменилась, – продолжил Женя грустно.
– Не надо, – попросила Алина.
– Прости, – сразу остановился тот.
Повисло напряжение и Женя выпалил:
– Я видел тут автомат… Пойду куплю нам попить, хорошо?
Он всегда знал, когда её надо оставить одну. Алина кивнула, и он скрылся за дверью.
Алина никогда не думала, что делает что-то неправильно.
Но приглядевшись к людям задумалась, что движет ею самой? Не чужие правила, упреки и привычка. Мечта, вот что она всегда думала. И она до сих пор горит в ней огнем. Но ощущение, что она упускает что-то, плотно поселилось в душе.
И Алина достала телефон, набирая номер отца. Кто, если не он, мог ей помочь?
ГЛАВА 11.3 АЛИНА
ГЛАВА 11.3 АЛИНА
Со Звездным у них едва ли отстают часовые пояса, папа ответил почти сразу.
– Дочь, привет! Что случилось?
Он на работе, легко догадалась Алина.
Не стоило звонить, отвлекать.
– Па, извини, я не хотела мешать… Я позвоню потом.
– Не-не, че случилось?! Я не занят.
Шум строительных машин отдалялся, потом и вовсе пропал. Остался лишь чуть запыхавшийся голос отца. Он был взволнован, потому что легко понял – что-то не так. Алина облокотилась на перегородку на пожарной лестнице и осознала, что понятия не имеет, что хотела сказать.
Пап, мне кажется, я что-то упускаю.
Моя мечта – действительно моя?
Что со мной не так?
– Я… похожа на холодную суку, папа? – спросила она сипло.
– Че?! – взревел тот. – Кто тебе такое сказал?!
О, он убьет Женька, если узнает. Алина хмыкнула и успокоила:
– Не суть. Я думаю лишь о беге, да? Ты сам называл меня ледышкой, помнишь?
– Льдинкой, – поправил, успокоившись.
– Ты был прав, – выдохнула Алина. – А я и не заметила…
– Дочь, ты… ведь помнишь, как так вышло.
Алина моргнула. Помнит ли?
Все изменилось после смерти мамы. Так стремительно, будто и было изначально. И лишь Женя возвращал её в детство рассказами, хотя сама она предпочитала забыть вовсе.
– Ты ушла в спорт, а я в бутылку, – продолжил папа грустно, но Алина чувствовала, что он улыбается. – Я всегда думал, что ты выбрала правильный путь. Уж получше моего!
Алина прижала пальцы к переносице. В душе все заныло от боли.
Она ненавидела об этом разговаривать, но сейчас это было нужно.
– Ты знаешь, что я переживал. Но бороться с тобой бессмысленно было. Я гоню тебя на дискотеку, кто бы подумал! А ты на площадку убегаешь. Преподы твои все твердили, что в подоле не принесешь и вырастешь как это… здоровой ячейкой общества.
Точно речь её учителей. Алина фыркнула.
– Но я не хотел, чтобы ты упустила свою молодость в тренировках.
– Что это значит? – выдохнула нервно Алина.
– Первая любовь, гулянки! А ты все это... клуб, дом, площадка, опять клуб… Ты такая серьезная выросла.
– Мне пришлось. Мне уже… уже поздно.
– Никогда не поздно, дочь. Рано могилу роешь.
Алина прыснула от смеха.
Чуть слезы не выступили на глазах. Мама сказала бы точно также.
Никогда не поздно, говорила. Поэтому в свои последние месяцы жила так, будто все в порядке. Сходила на танцы, хотя всегда откладывала. И даже на вокал! Алина с отцом наивно считали, что она поправляется – не может умирающий человек так улыбаться и плясать!
Но они ошибались.
Если бы мама была рядом…
– Наверное, ты прав.
– Твой старик иногда должен говорить толковые вещи, а?
ГЛАВА 12.1 АЛИНА
ГЛАВА 12.1 АЛИНА
В гостиницу Алина вернулась в напряженных раздумьях.
Разговор с отцом не помог так, как она ожидала. Он порой находил такое слово, благодаря чему Алина приходила в себя, но сейчас… Вроде и помог, а вроде…
Алина не понимала, согласна ли она с ним. После того, как отец бросил бутылку, они никогда не ссорились. И зачем – Алина была идеальной дочерью. Оценки приемлемые, спортсменка, домой приходила вовремя, всегда звонила и предупреждала, если задерживается. Отец смотрел порой странно и теперь она понимала почему – он все ждал, когда пробудится бунтарский подростковый дух, а тот так и не появился.
Никогда не поздно.
Для чего? Вечеринок и гулянок? Алина не создана для этого! Даже эта последняя вечеринка, на которую её затащили – все, чего ей хотелось, так это поскорее сбежать оттуда. Танцевать стесняется, пить не приемлет – о каком отдыхе и веселье идет речь?
Все ли она делает правильно?
Бег, соревнования – та жизнь, о которой она мечтала?
Алина была зла на саму себя – почему эти мысли забрались в её голову в такой важный период?!
Желая отвлечься, она сбежала в номер. Полины, конечно, не было и она наслаждалась одиночеством. Чуть задержалась, смотря на дверь напротив.
Номер Глеба и Ромы. Странное желание постучаться спугнули мимо проходящие девочки. И хорошо – Алина не знала, о чем говорить и с кем…
Рома был её другом, хоть и не таким, как Женя и Вера. Но она считала, что они очень похожи – спорт был на первом месте в их жизни.
А Глеб…
Чертов Глеб!
Это вообще его вина! Алина со злостью пнула чемодан. Если бы он не маячил рядом, такой странный и непонятный, она бы не задумалась обо всем! Лучший в клубе, в их городе, едва ли не в Москве, но ему на это плевать!
Его улыбка умерла, когда он принял эстафету. И Алина отчего-то чувствовала, что нуждается в его улыбке. Если бы он улыбался во время кросса, как и она, было бы легче! Прыгал при победе или проявлял хоть каплю эмоций! Но вместо этого холодная отчужденность заполняла стадион, когда он пересекал финишную черту…
И такое ощущение, что только Алина замечает это…
Она садится на кровать и подключается к местному вай-фаю. И вбивает в поисковой строке браузера: «Рохман».
Рассказ тренера распалил любопытство. Может, это поможет лучше понять ситуацию? Глеба?
Приходиться добавить немного про спорт, но в результате ей открывается множество ссылок десятилетней давности:
«Победитель Олимпиады разбился в ДТП!»
«Страшное ДТП унесло жизнь звезды Российского спорта…»
«Сергей Рохман – звезда легкой атлетики!»
Погиб… Сердце неприятно сжалось. Алина сглотнула, решив, что зря она полезла, но все же…
«… гололед унес жизнь Сергея Рохмана, победителя Олимпиады 2000-го года, занявшего Первое место среди Легких атлетов, Призер преодолевший рекорд на дистанции 400-та метров. В последние годы Сергей, из-за проблем со здоровьем и старой травмы на играх 2002 года, не принимал участиях в соревнованиях, но мир ждал его возвращения. Теперь это невозможно – мир большого спорта скорбит по Сергею вместе с его родными – у спортсмена осталось двое детей…»
Алина переключила вкладку на видео с соревнований. У нее захватило дух, не смотря на плохое качество сьемки – она ведь помнит эти игры по телевизору! Тогда, еще не увлеченная спортом, она все равно льнула к экрану с мамой…
И вот момент, когда Сергей Рохман вырывает золото – это был красивый мужчина, очень похожий на Глеба. Более густая шевелюра волос, тонкая дорожка усов и крепкое, напряженное тело. Только его пятка оказалась за финишной чертой, только трибуны взорвались овациями, как он начал улыбаться…. А потом, весь красный и едва не плачущий, поднял руку вверх с зажатым кулаком, празднуя победу. К нему подбежали тренера, обнимая, а он продолжал смотреть на трибуны и что-то кричать.
Как это должно быть потрясающе – забрать золото на Олимпиаде. И слышать толпу, скандирующую твое имя. Знать, что твои старания привели к успеху. И все было не зря…
Но в празднующем Сергее Рохмане было ни капли от его сына… Вспоминая его опущенную голову после победы, Алина не поверила, что они родственники.
Зато сразу отметила талант – они с отцом начинают бежать с одной ноги и одним широким размахом. Кроме отличного роста, они отлично сложены, что позволяет без труда набирать скорость на больших дистанциях, а на малых сразу идти на опережение.
Алина грустно вздохнула. Этот радостный мужчина умрет всего через пару лет…
Дверь чуть скрипнула и приоткрылась. Алина от неожиданности откинула от себя телефон.
– Можно? – раздался тихий голос Веры.
Потом появилась она сама – в уличной одежде и заплетенными волосами, смущенно опуская глаза.
Алина мягко ей улыбнулась, забывая о Рохманах.
– Конечно.
ГЛАВА 12.2 АЛИНА
ГЛАВА 12.2 АЛИНА
Вера присела на кровать рядом. Алина вздохнула – она терпеть не могла ссориться или мириться. Одно не изменилось – Вера всегда приходила первая, после того как неделю отдуется. Тут получилось быстрее.
– Я… – хотела начать Вера.
– Прости меня, – перебила Алина, решив отстреляться сразу. – Я действительно, ну… на многое не обращаю внимание.
Вера удивленно захлопала глазами.
– Ты извинилась или у меня галлюцинации? – спросила она сипло.
– Не заставляй меня повторять, – пихнула её ногой Алина – она сидела у изголовья кровати по-турецки, а Вера устроилась на углу.
– Но все же, – Вера наигранно протёрла глаза.
Алина чуть не пнула её еще раз, но Вера спрыгнула с кровати, чтобы обойти её и сесть поближе. И выглядела довольной, что уже радовало.
– И ты меня прости, – сказала, вздохнув. – Я не должна была тебе грубить.
– Мир? – подняла брови Алина.
– Конечно. Я не могу на тебя долго злиться, ты же знаешь, – улыбнулась Вера.
С сердца прям сразу камень упал.
И с Женей помирилась и с Верой – наконец эти игнорирования закончатся и все вернется на круги своя. Ну, почти все…
– С Женей говорила? – будто прочитала мысли Вера.
– Да. Тоже мир. А ты с ним…
Вера фыркнула, потому Алина не закончила фразу. Спрятала лицо в ладонях. Боже, она никогда об этом не разговаривала! И что следует говорить вообще?
– Я с ним не говорила, – легко ответила Вера. – Но думаю… думаю ему признаться.
– В любви?!
– А в чем еще? Возможно, это будет глупо – он точно отвергнет меня…
– С чего ты взяла?!
– Он любит тебя с детства, Алин. А я… всегда была третьей лишней.
Алина чувствовала, что краснеет. Помирилась хорошо, но эта проблема никуда не делалась. Остается лишь разгребать, и Алина понятия не имела, как.
В сердечных делах она полный ноль.
– Неправда. Я никогда так не думала, – произнесла Алина глухо.
– Мы уже определили, что ты вообще об этом не думала, – громко фыркнула Вера, пихнув под бок.
– Я уже извинилась!
– Мне всегда приходилось за вами бегать! – начала жаловаться Вера, едва давая себе возможность подышать – выговориться ей хотелось давно. – Женя всегда шел за тобой, а ты на поле! Я и в клуб этот вступила только… из-за вас! Я думала уйти после школы, но… Тогда бы мы точно перестали общаться. Раньше хотя бы мы учились вместе, а теперь!
– Ты осталась из-за нас? – удивилась Алина.
– Вы мои лучшие друзья! Конечно, из-за вас! – воскликнула Вера огорченно. – Но тогда я поняла, что… Не могу так вечно. Смотреть, как Женя на тебя влюбленными глазами смотрит, а я просто… В общем, я признаюсь ему. И после этих соревнований уйти из клуба.
Закончив тираду, Вера с вызовом глянула на Алину. А та лишь растерянно выдала:
– Если это то, чего ты хочешь… То хорошо. Я не собираюсь из-за этого переставать общаться с тобой.
– Боже мой, я точно сплю, – неверующе выдала Вера. – И не будешь отговаривать? Где твое «надо идти до конца»?
Алина опустила голову. Действительно, скажи это Вера хотя бы неделю назад, то Алина завалила бы её нравоучениями. Мол зачем тогда в клуб ходила, зачем решила ехать на соревнование, разве это не приносит тебе удовольствие...
Сказала бы, что разочарована – ведь Алина уважала тех, кто шел до конца, а не тех, кто сходил с дистанции.
Чертова неделя.
Чертов Рохман.
– У тебя должны гореть глаза от твоего дела, – сказала Алина просто, вспоминая видео, что посмотрела мгновение назад. – Иначе это все бессмысленно.
Вера ничего не ответила, лишь подсела поближе, почти вплотную. Положила руку на плечо, будто успокаивая.
– Ты права. Твои глаза всегда горели ярче наших, но с каждым годом… – Вера замялась. – Я просто хотела сказать – не забывай, что жизнь создана не только для исполнения мечты. Хорошо?
Опять же – неделю назад Алина бы прыснула, сказав – а для чего еще?
Но сейчас с улыбкой ответила:
– Хорошо. Я постараюсь.
