Текст книги "Спорим, догоню? (СИ)"
Автор книги: Лина Эвери
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 13 страниц)
ГЛАВА 6.4 АЛИНА
ГЛАВА 6.4 АЛИНА
Стадион успел преобразиться за то время, что они пропадали в раздевалках. Табло загорелось, площадка была подготовлена, за трибунами виднелись подготовленные зоны для судей. Те уже восседали в привычных костюмчиках и с красными бейджиками. Обычно столь официальные судьи в легкой атлетике не нужны, что им оценивать, если все определяет, кто и когда дошел до финишной черты? Но тут было все иначе – кроме того лысого мужчины пришли представители и других клубов, присматривая себе новичков. Алине нужно было лишь одно приглашение, остальное не волновало.
– Девочки, собрались, ничего не боимся, вы сто раз это делали! – наставлял Степан Павлович.
Вера рядом нервно глядела на трибуны – собралось не так много народа, но размах все равно мог напугать. Выставленные камеры, орущая поп-музыка, запах попкорна и холодный осенний ветер. Алина задрала голову, всматриваясь в серое, затянутое облаками небо. Это день всего лишь первой победы. Необязательно ему быть идеальным во всем, так?
Жеребьевка проходила без их участия, поэтому девушек проводили к стартовой прямой. Алина приглядывалась к другим девушкам – с некоторыми была знакома, потому здоровалась, а другим лишь кивала. На нее смотрели с опасением – они не могли её не знать, Алина была звездой легкой атлетики последние два года, как перешла в старшую лигу. Её место было прямиком по центру, где оставалось лишь размяться и ждать.
Красная дорожка впереди, разделенная на несколько белых линий. Бежать всего километр – сущий пустяк, даже не оббегут треть стадиона. А ведь в финале им придется сделать целых два круга! Алина предвкушала это сильнее всего.
Вера стояла с краю и взглянула взволнованно. Алина ей ободряюще улыбнулась. Та переживает лишь из-за толпы и внимания, если бы Веру волновала победа, её бы тут не было. Она знает, что не сможет вырвать её у Алины.
– На старт! – дана команда занять позицию.
Музыка затихла, сработал щелчок фотоаппарата. Фотографа отогнали от линии, девушки замолчали и замерли, а судья-стартер появился рядом. Никакого флажка, он сжимал сигнальный пистолет. От этого в Алине зарычало нетерпение – ей хотелось уже скорее ощутить ветер и коснуться финиша. Скинула ветровку и отставила в сторону воду.
Она медленно потянулась, вытягивая руки и поворачивая шею, слыша её тихий хруст. Наклон вперед и касание коленом земли. Чуть приподнимает его, ставит по обе стороны ладони, приподнимает пальцы и подбородок, смотря лишь вперед. Финишная черта была видна отсюда. Черно-белые клетки и яркая красная лента.
Гробовая тишина – лишь тяжелое дыхание соседок по обе стороны.
– Внимание!
Алина оперлась на сильную ногу, чтобы начать бег с нее.
Все замерли в ожидании.
– МАРШ! – хлопок сигнальной ракеты и все началось.
Мир пришел в движение – Алина сорвалась с места и понеслась ветром.
Высота ног обеспечивала ей плавный, размашистый шаг, давая возможность бежать легко и прыгуче. Руки строго шли за ногами – левая нога вперед, значит и правая следом, потом наоборот. Ноги отталкиваются от земли и каждый раз Алина чувствует, что готова взлететь. Если бы люди могли летать, она научилась бы первая. Сердце билось в унисон с ритмом шагов, оставив за собой легкое облако пыли и крупицу волнения.
Эйфория наполнила каждую клеточку её тела. Ноги двигались автоматически, беспрекословно подчинялись командам, и приятная тяжесть налила стопы. Легкость охватила целиком, а улыбка озарила лицо.
Бег никогда не был для Алины физическим испытанием.
Он был искусством, её страстью, рожденным в желании свободы. И Алина ощущала её только на поле – будто ничего больше не существует.
Только она и ветер.
А впереди – её мечта.
С каждым шагом складывалась музыка её ритма, наполненного силой и триумфом. Каждое дыхание было нотой, а усилие аккордом. Алина бежала и не слышала ничего, лишь шум ветра в ушах и собственное сердце. Оно стучало быстро, будто напугано, но дело было в радости – Алина переполнялась счастьем от того, что этот день наступил.
Минуты пролетели словно секунды.
Впереди лишь трибуны, дорожка и мерцающая лента.
Она коснулась её животом, срывая и пронёсшись с ней вперед. Раздался первый свисток и пришлось остановиться, резко оборачиваясь, чтобы увидеть поверженных соперниц.
С трибун раздались аплодисменты, а фотограф закрутился рядом.
– Как ты, Ас? – хмыкнула Алина, переводя дыхание, смотря на пришедшую четвертой Полину.
Ничего от красоты не осталось, лишь красное запыхавшееся лицо и стекающий тональник. Полина злобно глянула, но отвернулась. Её подруги пришли еще позднее и сразу окружили её, успокаивая.
Алина распустила тугую резинку волос, взлохматив их. К ней подошел тренер и как обычно похлопал по плечу.
– Как всегда умница, Комарова, – похвалил он.
– Почти новый рекорд, – рядом оказался Женя, протягивающий воду. Тоже почему-то весь красный.
Алина схватила бутылку и осушила её. Глоток холодной воды после победы был слаще всего. Подошла Вера – чуть сгорбившись, держась за бедра. Пришла не самой последней. Алина хлопнула её по плечу одновременно с тренером, что пошел к остальным девушкам.
– Сегодня ты была быстрее обычного, – сказала Вера на выдохе.
– Хочешь сказать, раньше я бегала медленней?
– Нет, – хмыкнула Вера. – Но я со старта видела только твои пятки. Обычно я наблюдаю хотя бы спину…
– В этот раз все серьезно, – Алина обернулась к трибунам судей, что что-то записывали. Рядом с ними хронометристы, что определяют четкое время участниц.
Еще один глоток.
Около судей крутились парни в красном – Атлеты ждали своей очереди. Среди них был и Ас, но Алина отвернулась, не желая портить себе настроение после хорошего забега.
ГЛАВА 7.1 ГЛЕБ
ГЛАВА 7.1 ГЛЕБ
Глеб не хотел признавать, но он загляделся на зануду Комарову во время забега.
Вообще смотреть не хотел, думал отсидеться в раздевалке, но Макс погнал на поле. И вот он, в чертовой красной майке, облокотился на трибуны и не заметил, как скука сменилась интересом.
С самого начала зацепился за нее – в отличии от остальных не волнуется, не вертится нервно на месте, поглядывая то на трибуны, то на тренера. Стоит прямо, быстрая разминка и секунда на занятие позиции. Горящие глаза вспыхнули, когда раздалось громкое «марш!». И будто не ноги понесли, а ветер.
А эта улыбка на финише…
Грудь стиснули неприятные воспоминания. Как Глеб сидел, рылся в интернете, желая найти хоть каплю информации, что мать скрывала от него. Старые записи соревнований отца, видео отливающее желтизной, но зато его улыбка…
Он пересекал финиш и светился – совсем как эта девчонка.
– Ей словно это ничего не стоило, – присвистнул Макс.
– Не важно, – Глеб слишком резко ударил по перегородкам трибуны, уходя.
Остальные последовали за ним, а взгляд судей неприятно пощекотал спину.
Они будут смотреть, анализировать, ждать.
Но он им ничего не даст. Вначале порадуются, но потом…
С меня хватит, знал Глеб.
– Не смей поддаваться – не на первом забеге, – буркнул Макс в ухо.
Они разошлись по линиям. Глеб знал, что остальные парни ненавидят его, завидуют. Раньше он их жалел, а сейчас плевать. Пусть потерпят еще немного, и он больше не будет стоять у них на пути.
Как у этого Ромы, которого опять поставили рядом. Быстрые переглядки и взгляд к финишной прямой.
Никто из этих бедолаг не обгонит природный талант.
Какая досада.
– На старт! – судья приготовил сигнальный пистолет.
Опять после него будет звенеть в ушах…
– Внимание!
Глеб занял позицию, расслабил руки и напряг ноги. Пробежит, как обычно…
– МАРШ!
Он сорвался с места инстинктивно и ноги сами понесли вперед. Соперники сразу оказались позади и треск их кроссовок отзывался в ушах. Глеб не крутил головой, смотрел в одну точку, давая телу сделать все за него. Он лишь давал команду, а разумом был не тут…
Был дома, с сестрой, помогал ей делать домашку. Собирал прикид на вечеринку, собираясь танцевать до самого утра.
Думал о гитаре, что осталась под кроватью и снова запылится к его возвращению.
Ждал, когда наконец эта чертова дорожка закончится…
Ноги начали болеть не от усталости, а от скуки – они просились куда угодно, но не сюда.
Глеб прикрыл глаза, спокойно вдыхая ртом полной грудью и пересекая черно-белую черту. Лента обвивалась вокруг его руки, он остановился и сбросил её.
Щелчки камеры, аплодисменты, Жанна Олеговна уже рядом:
– Хороший результат, но ты можешь лучше, – сказала она сухо. – Ершов, ты вообще старался?!
Она перекинулась на Макса, что дошел третьим.
Как обычно – Рома Галицын уже за спиной, гордый обладатель вечного второго места, сплёвывает на землю и вытирает пот со лба. Для них это был не пятиминутный кросс, а упорный труд. Глеб коснулся майки – не мокрая, лишь чуть влажная. Осенняя прохлада пробежалась по коже, освежая.
– Почти, – улыбнулся ему лениво Глеб.
– Это ненадолго, – уверенно бросил Рома, уходя прочь от тренера и остальных.
Верно – Глеб планирует отдать ему или Максу первое место, и до этого мига осталось не так и много времени.
Поскорей бы – как же надоел этот спорт!
Глеб запрокинул голову, вглядываясь в серое небо. Словно насмешка над и так дрянным настроением.
– Я тебе еще покажу, понял?! – с силой опустилась на плечо рука Макса.
– Понял-понял, – Глеб не любил спорить с другом.
– Ты еще посмотришь… Метеор херов блин…
Глеб невесело хмыкнул и почувствовал чей-то взгляд. Чуть обернулся и заметил знакомые зеленые цвета. Клуб «Гармонии Ветра» устроился рядом, кто-то отдыхал, а кто-то разминался, ведь на поле уже несли преграды для барьеристов.
Алина стояла посреди них с бутылкой воды и смотрела на него задумчиво и неотрывно. Не двигалась почти. Волосы распустила, мягкие и спутанные на вид. Глеб облизал губы, подумав, загляделась ли она него так же, как он? Он почти открыл рот, чтобы подколоть, как раздалось громогласное:
– Поздравляю, Глеб! – Полина ворвалась и накинулась на шею.
– Чуть не снесла, – Глеб приобнял её и опустил на землю.
Глянул обратно на Алину, а она уже отвернулась.
– Ты тоже молодец, Макс, – похвалила Полина. Уже приободрилась после очередного поражения, хотя Глеб видел, как она поджимала губы, смотря в спину Комаровой.
– Чертов Галицын – мы с ним наравне шли, – выругался Макс.
– У меня есть предложение, – отвлекла его Полина поглядывая на Глеба. – Как насчет вечеринки?
Уловив искру интереса от Глеба, Полина расплылась в улыбке.
– Почему бы и нет? – поддержал он, усмехаясь.
Все что угодно – лишь бы сбежать отсюда.
ГЛАВА 7.2 ГЛЕБ
ГЛАВА 7.2 ГЛЕБ
Решение о вечеринке принялось легко и информация потекла между клубами. Конечно, только между Атлантами и Гармонией Ветра, хотя Глеб с удовольствием посидел бы в компании побольше и повеселей. Но вряд ли им удастся большой толпой сбежать из-под надзора тренеров.
Полина сразу же придумала, где можно устроить движ – в подвальном помещении гостиницы, где располагался небольшой спортзал. Оттуда музыку никто не услышит и проверять не придет – чем не отличный план?
С алкоголем тоже быстро решили – напиваться никто не хотел, некоторые и вовсе решили остановиться на газировке, но многие хотели расслабиться. Первый день был переполнен тревогами и нервами – наблюдать, как организаторы московских клубов ходят между ними, что-то записывают, было невыносимо. Максим и вовсе из-за этого чуть не запнулся на одном из забегов. Он в числе первых хотел оторваться и успокоится, перекурить без нотаций. Завтра у них в любом случае просто тренировка и удастся перевести дух после гулянки.
Глеб был воодушевлен, но затея чуть не сорвалась – работник гостиницы очень уж не хотел отдавать им ключи.
– Мы же спортсмены, нам нужно тренироваться, – канючила Полина, хлопая ресницами и выдавливая голос.
– Всю ночь? – работник мялся.
– А как же? – лисой улыбнулась Полина.
Парень сдался и ключи у них в руках.
– Умница, – искренне похвалил Глеб.
Полина расцвела:
– Пойду соберу девчонок. Остальное на вас, – подмигнула она, отдавая ключи.
Связка зазвенела в руках, Глеб с Максом пошли собирать парней, чтобы подготовить зал.
– Ты бы начал с ней встречаться, – говорит Макс по пути.
– С кем?
– С Полиной, дурила. Такая красотка пропадает! Она же тает от любого твоего слова, а ты! – искренне возмущался Макс.
– Сам к ней подкати.
– Да, я... да я пытался, – Макс потер шею.
– Сегодня выпадет хороший шанс.
– Но она ведь в тебя влюблена – это все знают.
Глеб не любил говорить об этом и просто раздраженно вздохнул.
Никаких отношений – это решение было принято давно. Полина клевая девчонка и пусть разглядит классного парня в виде Макса перед собой. Он будет боготворить её и носить на руках, а Глеб слишком сухарь для этого.
И у него и так достаточно проблем…
Любовь уж точно не входит в планы.
Они спустись вниз по пожарной лестнице. Кроме двери спортзала тут еще были душевые, туалет и прачечная. Последняя закрыта наглухо – пользуются ли ей вообще? Сейчас вряд ли – они заняли все номера, а уборка будет завтра. Спортзал открыли и обнаружили солидное помещение, заполненное еле живыми тренажёрами, гантелями и зеркальными стенами.
– Тут со времен совка ничего не изменилось, – фыркнул Макс, одним касанием едва не уронив велотренажер.
– Вытащим все в душевую. – распорядился Глеб. – И места будет вагон.
Появились парни из клуба. Двое несли звенящие коробки.
– Смотрите, что удалось пронести, – один из них заговорщицки хмыкнул.
– Жанна Олеговна что, померла, как ты умудрился?! – поразился Макс.
Внутри светлое пиво, а в другой коробке малиновый сидр. Девчонки будут в восторге.
– Если я напьюсь, вы виноваты, – пригрозил Макс.
– Пф, это не тебе одному!
Возмущения потонули в работе – пришлось потратить изрядно сил, чтобы все перетащить. Но зато какая красота, когда тут пусто! Даже дышать легче. Маты пристроили к стенам, чтобы было на чем сидеть, Макс принес колонку с музыкой, а Глеб пожалел, что так и не смог протащить свою гитару.
Вернувшаяся Полина с девчонками добавили атмосферы – умудрились красиво приглушить свет, натащили одноразовых стаканов, а на скамейке разложили напитки. Смех и гам, полное отсутствие спортивной формы, шипение открывавшихся бутылок – все это придавало Глебу ощущения спокойствия. Он схватил пиво и с наслаждением сделал глоток.
Глоток жизни, глоток свободы. И дело не в алкоголе, а во всем сразу. Глеб любил вечеринки, потому что в толпе можно затеряться и перестать думать о чертовом спорте и долге.
Тут он никому ничего не должен.
Его обязанность – хорошее настроение и отдых. А это Глебу по плечу.
ГЛАВА 7.3 ГЛЕБ
ГЛАВА 7.3 ГЛЕБ
Если не знать, что они в старом спортзале в подвале советской гостиницы, можно и не догадаться никогда. Глеб был доволен, а приходящий народ поражался – будто перенеслись в клуб! Конечно, они льстили, но это было лучше тех несчастных заброшенных подвалов в Звездном, с которых Глеб начинал свой путь тусовщика. Напитки медленно исчезали со скамеек, преображенных в столы, а сам Глеб держал уже третью бутылку. Пиво его никогда не брало, он пьянел лишь от виски.
А вот хорошего настроения добавляло с головой – Глеб развалился на синем мате, наблюдая за смешно дрыгающимися подпитыми парнями и девушками, что еле сдерживали смех.
Рядом, конечно, прильнула Полина. Она принарядилась и была на каблуках, застежку на которых постоянно поправляла. Глеб был уверен, что ей неудобно, но ничего не говорил.
Едва сквозь грохочущую музыку было слышно, как хлопнула дверь. Глеб с интересом глянул и удивленно моргнул:
– Смотрите кто пришел, – произнес он.
Танцующие рядом тоже любопытно обернулись: в дверном проеме растерянно оглядывалась Алина Комарова будто ошиблась дверью. Она даже дернулась в сторону, словно собираясь уйти, но её остановила подруга, схватив за рукав толстовки.
Некоторые из «Гармонии Ветра» давно присоединились к ним, без вопросов и предупреждений – отдыхать любят все. Но Алину Глеб точно не ждал – какими усилиями её сюда затащили? Точно обманули, судя по стремительному двигающемуся рту подруги и пацана рядом.
Глеб плавно поднялся с мата, а Полина следом, схватив за запястье:
– Прогоним её? Она все испортит! – прошипела она.
– Да ладно тебе, – отмахнулся Глеб, сбрасывая руку.
– Будет портить кислой миной всю вечеринку… – бубнила Полина, оставшись позади.
Еще как будет – лицо Алины с каждой секундой все недовольнее, как у бабки посреди оргии. Ей бы палку, платок и Глеб легко мог представить, как она всех лупит и кричит «срам какой!». Он подошел к ним, друзья Алины – если Глеб правильно помнил: Вера и Женя – сразу замолкли и виновато уставились на него.
– Мы слышали, тут вечеринка… – пробормотала Вера. Глеб вспомнил, что поцеловал её в поезде во время игры в бутылочку. Но переживала и краснела девушка вовсе не из-за этого.
– И рады будут всем, – согласно закивал Женя.
– Конечно, – приветливо распахнул руки Глеб. Позади него танцевали, болтали, пили и хорошо проводили время. – Мы ведь теперь одна большая и дружная команда.
Вера глянула на Алину с видом – «вот видишь!». А та поджала губы и наконец заговорила. Её голос, переполненный раздражением и желанием читать нотации, Глеба развеселил. Дело в алкоголе или он уже привык к этой зануде – вопрос.
– Вы сошли с ума, – выдохнула она. – Алкоголь во время соревнований? Это же запрещено. И вредно.
– Аль… – схватилась за нее Вера.
– Тренера знают? – сузила глаза Алина, впиваясь требовательным взглядом в Глеба.
А он лишь сделал еще глоток – шипящая газированная жидкость разлилась по телу, придавая легкости и озорства.
– Не помню, чтобы у нас стоял запрет на отдых, – говорит он мягко, будто с ребенком.
– Мы приехали не отдыхать! – моментально парирует.
– Пф, – Глеб со смехом фыркнул. – Ну тогда иди – побегай вокруг гостиницы или чем ты там любишь заниматься.
– И что плохого? – Алина скрестила руки на груди.
– Всю жизнь пробегаешь, а оглянешься – как ничего и не было, – продолжил, чуть наклоняясь к девушке.
– Лучше так, чем прожигать жизнь на пьянках, – жестко чеканит.
– Необязательно же пить, – запротестовала Вера.
– Верно, – согласился Глеб, выпрямляясь. – Мы никого не спаиваем. Вон, Макс не пьет.
– Он курит, – Алина поморщилась, будто жука съела.
Глеб не выдержал, хохотнул и хлопнул её по плечу, заставив подпрыгнуть от неожиданности:
– Хватит уже быть… такой! Отдохни уже!
Он заглянул Алине в глаза – искренне, словно упрашивая, даже губы надул для эффекта. Глеб играл, шутил, но в глубине души чувствовал отчаянное желание заставить эту трудягу расслабиться.
Хотел узнать, может ли она улыбаться хоть где-то, кроме стадиона.
Вера рядом тоже умоляюще глянула на подругу, а Женя тоже не отходил. Эти двое будто ждали её разрешения.
И Алина сдалась, устало выдохнув.
– Хорошо. Но пить я не буду.
– Как хочешь, – улыбнулся Глеб и подмигнул. – Наслаждайся.
ГЛАВА 8.1 АЛИНА
ГЛАВА 8.1 АЛИНА
И как они умудрились её уговорить?
Причем хитро поступили – дождались, пока примет душ, немного заскучает и нахлынули со своими «слышала, Атланты устроили небольшую вечеринку?»
Небольшую. Ага.
Вера пыталась не показывать, но была довольна. Крутилась на месте, попивала сидр и горящими глазами глазела на танцующих парочек. Из их клуба тут было чуть больше половины. Ромы не было – отдыхает спокойно, а не терпит долбежку по ушам и носу, ведь курили тут не стесняясь.
Алина стояла в углу, думая, что ей здесь не место. Она должна быть на поле – вечерняя пробежка, растяжка, а потом сон. Вместо этого она старается делать вид, что не хочет сбежать.
Тоже смотрела на танцующих и поджимала губы. Не хотелось признавать, но Алина стеснялась танцевать. Она не делала этого никогда со времен детства! Даже не помнит, как искренне дрыгаться под музыку! Она сможет разве что покачаться из стороны в сторону…
Взгляд цеплялся за Глеба Рохмана – чертов душа компании.
Стоило ему подойти к кому-нибудь, компания сразу же улыбалась и раздавался смех. Он перемещался по залу наслаждаясь, пару раз потанцевал один, несколько с девчонками.
Выглядел куда счастливее, чем на стадионе.
Алине не понравилось, что она увидела – она ожидала от Аса увлеченности, старания, но увидела лишь… ничего. Глеб пробежал кросс практически с закрытыми глазами, а победив не выдал ни капли эмоций.
Ему было плевать – вот что она увидела.
А сейчас улыбка не сходит с его лица. Как тогда, когда он играл на гитаре в поезде.
Алина и этого признавать не хотела, но Глеб пел очень хорошо. Она сама не заметила, как заслушалась и уснула. Музыка лилась из его рук плавно, а голос притягательный, мелодичный.
Лучше бы он пел, а не гремел этот клубный хип-хоп.
– Дамы, а я вас потерял, – объявился Женя.
Едва не споткнулся и не упал на них. Взгляд затуманен, а язык заплетается.
Налакался. Отлично.
– Когда успел? – выдохнула Алина. Злиться на него нет смысла – Женя просто помощник и напиваться имеет полное право, хоть Аля все равно этого не одобряла.
– Да там… раздавали… я и взял, – пожал он плечами, смешно выпячивая нижнюю губу.
Вера хихикнула, а Алина закатила глаза – и эта туда же.
– Я это, думал потанцевать, – говорит Женя резко и даже связно.
– Так иди, – не понимает Алина.
– Ну… там сейчас медляк хотели включить…
Алина поднимает брови, все еще не понимая. Женя смотрит как щенок побитый, нервно кусая губы.
– Я могу потанцевать с тобой, – выпаливает Вера не менее нервно.
Что это с ними? Алкоголь не идет на пользу их мозгам…
– Н-нет, я это… Тогда пойду, – Женя взлохматил и так спутанные кудри. – Может, вам принести чего?
– Спасибо, ничего не надо, – Вера поникла, как увядший цветок.
– Я видела где-то тут газировку, – вспомнила Алина.
Женя чуть прибодрился, подмигнул ей и ушел, едва не упав.
Он стал выше за последние годы, но для Алины – все еще дурашливый друг-детства, который плакал, когда она оставляла его одного. Вера мялась рядом, хотела что-то сказать, Алина решила её не торопить. Но успел вернуться Женя – принес банку какой-то оранжевой дряни.
Алина чуть трясущимся руками взяла банку, открыла и едва не улыбнулась, услышав «чпоньк» и шипение газов.
Она обожала эту дрянь. Могла литрами пить, но тренер быстро намекнул, что от газировки надо отказываться. Алина могла забыть о вредной и жирной пище, могла поддерживаться диеты, но лишить себя газировки…
Это было сложнее всего. И она все же позволяла себе насладиться вкусом газированного напитка Богов несколько раз в год по праздникам…
Почему сегодня нет? Она сделала глоток и прикрыла глаза от наслаждения. Пузырьки лопались на языке, шипели и притворная сладость заполняла рот.
Музыка сменилась – Женя не соврал, включили что-то медленно и попсовое. Музыкальный вкус Алины любил более банальную музыку, обычно для бега, поэтому слов она не узнала.
Но смысл поняла – опять что-то о любви.
Женя рядом громко прокашлялся, а рядом неожиданно появился лохматый подтянутый парень, от которого разило куревом – друг Глеба, Макс.
– Привет, – улыбнулся он, обведя всех взглядом, но остановился на Вере. – Не хочешь потанцевать?
– Я? – распахнула та глаза.
Макс дружелюбно кивнул.
Вера глянула на Алину, и та пожала плечами – ей то какое дело? Женя вообще даже не повернулся, присосался к очередной бутылке.
Вера поджала губы, но все-таки улыбнулась и взяла Макса за руку, уходя. Ей очень хотелось на вечеринку, может сможет повеселиться. И так унылая весь день. Она упорхнула на импровизированный танцпол, на котором Алина не могла себя представить. Хотя как-то с Женей они танцевали…
Тот хмыкнул и произнес её мысли:
– А когда-то ты рвалась отдавить мне ноги. Не то, что сейчас.
– Да, – Алина хмыкнула. – Было время.
– Да… – протянул Женя. Они стояли совсем рядом, плечом к плечу. Он чуть повернулся, смотря как-то странно – будто через пелену тумана. – А помнишь, как ты задумала смастерить тарзанку у яблони бабы Нины?
– Что? – Алина удивилась и чуть не подавилась. Что вспомнил-то! – Это было сто лет назад!
– Ага. Ты была непреклонна. Пришлось натырить тебе досок с чужих дач…
– Ты сам на это согласился, – отмахнулась Алина, но с улыбкой – приятное детское воспоминание согрело изнутри.
– Я тогда хвостиком за тобой ходил. Куда ты – туда и я.
– И поддерживал все сумасшедшие идеи.
Это было чистой правдой – дружба началась с того, что маленького Женю задирали, а Алина заступилась. Они познакомились жарким летом, когда Алина гостила у бабушки, а Женя жил по соседству. Потом они обнаружили, что и в городе живут рядом, отчего продолжили дружить. Но каждое лето проводили вместе – бок о бок, неразлучно.
Алина почти и забыла те дни – наполненные постоянным смехом, беготней и шалостями. И плачущим Женей, конечно. Он плакал по любому поводу: когда что-то не получалось, когда падал и ранился, когда Алина на него кричала. Но стоило обнять и по голове погладить, как становился шелковым, как и всегда.
«Приручила ты его» – сказал его отец, Степан Павлович.
Женя смотрел внимательно и теплый взгляд сменился грустным.
– А потом ты изменилась.
Улыбка исчезла и с лица Алины. Она сжала банку.
– Стала закрытой и… зацикленной на спорте, – продолжил Женя. – Да еще и грубой такой.
– Я была грубой недолго, – поправила Алина.
– Но ты ранила меня в самое сердце, – то ли в шутку, то ли серьезно произнес Женя.
Да, потому что умерла мама.
И маленькая Алина тяжело это пережила, если пережила вообще.
Они редко говорили об этом, и Алина ощутила неожиданный стыд – она ведь вела себя отвратительно. Женя все знал, был с ней осторожен и мягок, а ей хотелось лишь побыть одной. Кричала на него, злилась и даже ударила – толкнула в лужу. Но Женя отряхнулся и сказал – «все будет хорошо». И никогда на нее не обижался, не отвернулся и до сих пор здесь. Они были совсем мелкие, но все же…
Преисполненная воспоминаниями и моментом, Алина кладет ладонь на Женино запястье. Его рука с пивом замирает, так и не дотягиваясь до рта.
– Не помню говорила или нет, но… Спасибо. Что был рядом, – произносит она, чуть смято, не привыкшая говорить вслух то, что на душе.
Алина его ценила как друга – хоть и знала, что спорт и мечта отдаляют от него, от Веры. Поэтому после сказанного ощутила, как камень свалился с груди.
А Женя выкатил глаза пораженно, будто она превратилась в жабу. Бутылка выскользнула из рук, со звоном разбилась об пол, и он резко приблизился. Не успела Алина отскочить, как разлитое пиво заляпало серые спортивки, а Женя схватил за лицо, притянул и поцеловал. Теперь уже Алина распахнула глаза и застыла в ужасе на секунду. Показалось, что даже музыка выключилась, были лишь его чересчур влажные губы и противный звук причмокивания – он старался углубить поцелуй, но Алина крепко сжала зубы.
Алина оттолкнула его, грубо ударив в грудь. Женя отлетел и не упал чудом.
– Сдурел?! – рявкает она, вытирая рот.
– Я… – Женя моргнул, будто в первый раз её увидел, а потом прозрел и снова подскочил ближе. Алина испугалась очередного налета поцелуев и вжалась в стену. – И ты впервые сказала мне спасибо, а я…
Он сглотнул и выпалил на весь зал:
– Я ведь тебя с самого детства люблю!
О Боже.
Алина покосилась вбок и поняла, что музыка действительно больше не играет, а все затихли и следят за ними. Какой кошмар – она неверующее вернулась к Жене, что был готов на колени упасть, судя по разбитому виду. Алина осторожно заговорила, стараясь быть мягче:
– Ты слишком пьян. Не хочешь пойти спать?
– Нет! – резко вопит Женя. – Ты собираешься отвечать мне?!
– Что? Ты говоришь бред, потому что напился, тебе лучше уйти спать!
– Бред? – выдохнул Женя пораженно. – Ты что, не веришь мне?
– Дело не в этом.
– А в чем? В том, что ты холодная сука?!
Раздалось громогласное «ух», а Алина могла лишь открыть рот в шоке.
Он точно сошел с ума.
Женя ткнул в нее пальцем и так напомнил себя мелкого, кричащего на нее, что она опять его обидела. Но теперь он старше и обвинял её не в том, что она не стала делиться шоколадками.
– Тебе на всех плевать. Просто признай это! – выплюнул он и ушел вглубь зала, растолкав толпу.
Алина, хмурая и уверенная в несправедливом наезде, могла только наблюдать за его уходом. А народ вокруг поглядывал с ухмылками, отчего она не сдержалась:
– Тут не на что смотреть!
Музыку как по щелчку включили. Алина выдохнула, потирая переносицу и наблюдая, как Женя с кем-то громко переговаривается и открывает бутылку. Его хлопают по плечам, успокаивая, но Алина злится – что это вообще было?!
Раздраженно цокает и замечает рядом стоящую Веру.
– Ты видела, что он устроил? – спрашивает Алина.
– Он признался тебе в любви, – сухо, будто читая, произносит она.
– Идиот, – Алина фыркнула.
– Идиот? – Вера не поверила услышанному. – Как ты могла не замечать?
Алина заработает себе складку на лбу – так часто поднимать брови и морщиться за один вечер!
Не стоило идти сюда. Стоило остаться в комнате.
– О чем ты? – лишь спрашивает.
– Аля, это все видели, – проникновенно произносит Вера, подходя ближе. Голос дрожит, но что не так?
– Видели что?
– Боже… – вздыхает. – Это не может быть правдой. Иначе ты и правда такая холодная, как Женя и сказал…
– Холодная сука? Серьезно? – презрительно выдала Алина, до сих пор не верившая, что он так сказал.
– Как ты можешь так себя вести? Он ведь твой друг!
– И?
– А я твоя подруга! И ты знаешь… не говори, что не знаешь, что я чувствую.
Алина отрицательно покачала головой, поглядывая в сторону двери – отчаянно захотелось сбежать.
– Ты и этого не видела? – грустно улыбнулась Вера, а потом поджала губы, оскорбившись, не получив никакого ответа. – Мое сердце болело, а ты не видела. Он же мне нравится!
– Женя тебе нравится? – удивленно выдохнула Алина, а получив уничтожительный взгляд Веры, раздраженно выкрикнула: – Откуда я могла знать?!
– Достаточно было открыть глаза! – выпалила Вера и, взмахнув волосами, ушла в сторону, скрываясь за парочками.
Алина смяла жестяную банку, а потом прижала её ко лбу.
Они издеваются над ней.
Почему наорали они, а виноватой себя чувствует она?! Алина еле сдержалась, чтобы не кинуть банку в веселящуюся толпу.
Вечеринки точно не для нее. Сходила один раз –и что получила?
Просто кошмар.
