Текст книги "Развод. Пышка и кавказец-мажор (СИ)"

Автор книги: Лина Браун

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 5 страниц)

ГЛАВА 10. «ТЫ МОЯ»

Суббота превратилась в день, которого у меня никогда не было.

Мы не выходили из квартиры. Эльмар сходил в магазин – один, не пустил меня, хотя я спорила. Вернулся с пакетами продуктов. Готовил сам. Я сидела на кухне, пила кофе и смотрела, как он нарезает овощи. Его пальцы – уверенные, сильные – справлялись с ножом так же ловко, как и с делами поважнее.

– Ты умеешь готовить? – спросила я.

– Я владелец ресторанов. Если бы не умел, меня бы сотрудники съели.

– В прямом смысле?

– В переносном. Но однажды было близко.

Он усмехнулся. Я засмеялась. Обычный домашний смех. Никакого кокетства, никакой игры. Просто – хорошо.

Обед превратился в ужин. Ужин – в долгий разговор на диване. Я лежала у него на груди, слушала его дыхание – ровное, глубокое. Он рассказывал о семье, о брате Фариде, о родителях, которые остались в Нальчике. О том, как переехал в Москву в двадцать лет с одной сумкой и желанием заработать.

– Ты сильно изменился, – сказала я.

– В лучшую сторону?

– Не знаю. Я не знала тебя прежнего.

– Я был глупым. Злым. Обиженным на весь мир.

– А сейчас?

Он помолчал.

– Сейчас я нашёл то, что искал.

– Бизнес?

– Нет. Тебя.

Я приподняла голову, посмотрела на него. Он не шутил. Глаза были серьёзными. Тёмными.

– Эльмар, мы знакомы меньше месяца.

– А я ждал тебя тридцать лет.

Я не нашла, что ответить. Поцеловала его вместо ответа.

Ночью он снова был со мной. Другим – не нежным, а властным. Он брал меня так, как будто я принадлежала ему. И я не сопротивлялась. Потому что в этот момент я действительно была его. Добровольно. Полностью.

– Ты моя, – прошептал он.

– Твоя, – ответила я.

И это было правдой.

Воскресное утро началось с того, что Эльмар сказал:

– Я хочу, чтобы ты переехала ко мне.

Я поперхнулась кофе.

– Что?

– Переезжай ко мне. У меня дом большой, три спальни, сад, гараж. Твоему коту понравится.

– Эльмар, это слишком быстро.

– Это не быстро. Это своевременно. Ты нужна мне рядом. Каждый день. Каждую ночь.

– А если я не хочу?

Он посмотрел на меня. Без обиды, без давления. Просто – внимательно.

– Ты хочешь?

Я задумалась. Моя однушка с Васечкой. Кофейня. Ресторан. И он – врывающийся в мою жизнь, как ураган. Я боялась, что это пройдёт. Что он наиграется и уйдёт. Что я останусь с разбитым сердцем и пустой квартирой.

– Дай мне время подумать, – попросила я.

– Сколько?

– Неделю.

– Хорошо. Я подожду.

Он поцеловал меня в лоб и ушёл на кухню доваривать кофе.

Я смотрела ему вслед и ощущала, как внутри разрастается что-то тёплое. Не любовь – пока нет. Но что-то очень похожее.

В понедельник я вернулась в ресторан.

Открытие через две недели. Нужно было утвердить финальное меню, обучить персонал, провести тестовую сервировку. Я ныряла в работу с головой, чтобы не думать о предложении Эльмара. Но оно преследовало меня.

Ольга увидела моё состояние в среду.

– Ты какая-то задумчивая, – сказала она, когда мы закрывали кофейню.

– Он предложил мне переехать.

– Кто? Эльмар? – глаза Оли загорелись. – И ты что?

– Сказала, что подумаю.

– Ты что, дура?! Он красивый, богатый, он тебя спас, он тебя любит! Ты его тоже любишь! Какие ещё могут быть мысли?

– Что это слишком быстро.

– Марина, тебе двадцать восемь лет. Ты разведена. У тебя кот. Какое «слишком быстро»?

Я не ответила. Ольга права – глупо отказываться от счастья из страха. Но страх не уходил. Он сидел глубоко, врос в кости, и я не знала, как его выкорчевать.

В четверг я не выдержала.

Я написала Эльмару: «Можно приехать к тебе вечером? Поговорить».

Он ответил через минуту: «Жду».

Его дом оказался за городом. Двухэтажный особняк в коттеджном посёлке, с высоким забором и камерами на воротах. Я приехала на такси, и водитель спросил: «Вы тут живёте?». Я ответила: «Пока нет».

Эльмар встретил меня у входа. Джинсы, простая футболка, босиком. Он выглядел как обычный мужчина, а не как властный бизнесмен. Это успокаивало.

– Хочешь экскурсию? – спросил он.

– Покажи.

Дом был большим, но не кричаще-дорогим. Светлые стены, деревянная мебель, много книг. Никакой пошлой роскоши – только спокойная элегантность.

– Здесь живёшь один? – спросила я.

– Один. Убираться приходит домработница два раза в неделю. Готовить я умею сам.

– А скучно не одному?

– Бывает. Раньше я не замечал. Теперь заметил.

Мы вышли в сад. Маленький фонтан, яблони, качели. Я села на качели, он рядом.

– Эльмар, я боюсь, – сказала я.

– Чего?

– Что мы торопимся. Что ты ошибаешься во мне. Что я не та, кто тебе нужен.

Он взял мою руку.

– Марина, ты не можешь решать за меня, кто мне нужен. Это моё решение.

– А если ты разочаруешься?

– Если разочаруюсь – это будет моя проблема. Не твоя.

– Ты не боишься ошибиться?

– Боюсь. Но я готов рискнуть. А ты?

Я смотрела на него. На тёмные глаза. На седые волоски на висках – ему только тридцать, а седина уже пробивается. На его руки, которые держали мою ладонь так, будто не собирались отпускать.

– Я готова, – сказала я.

Он улыбнулся. По-настоящему. Широко и открыто – так, как умел только со мной.

– Переезжаешь?

– Переезжаю. Но с котом.

– Кот уговорил.

Он обнял меня. Крепко. Так, что стало трудно дышать – и я не захотела, чтобы он отпускал.

– Спасибо, – прошептал он мне в волосы.

– За что?

– За доверие.

– Ты уже говорил это.

– Повторю сто раз.

Я уткнулась носом в его плечо. Кофе, дерево, сад – и что-то ещё, своё, его. Не тот дом, который у меня был. Тот, который у меня теперь будет.

ГЛАВА 11. ОН БОЛЬШЕ НЕ ПРОБЛЕМА

Переезд занял три дня.

Я не думала, что у меня так много вещей, но коробки заполнили весь коридор, и Вася, возмущённый вторжением в его территорию, залез в самую большую из них и отказывался выходить. Эльмар приехал помогать – с Фаридом и двумя мужчинами, которых я не знала. Фарид таскал коробки как погрузчик, улыбался и подкалывал брата: «Ты жениться собрался, а везёшь её в дом как контрабанду». Эльмар не отвечал. Но я видела – ту самую почти-улыбку, которая означала, что он доволен.

В новой комнате было светло. Большое окно выходило в сад – те самые яблони, которые я разглядывала с качелей. Эльмар спросил: «Тебе нравится?» Я ответила: «Слишком хорошо для меня». Он сказал: «Перестань». Я перестала. По крайней мере, попыталась.

Вася освоился на второй день. Он обошёл весь дом, обнюхал каждый угол, поцарапал кресло в гостиной (Эльмар не ругался) и лёг спать на диван, свесив лапу, как будто жил здесь всю жизнь. Предатель.

– Твой кот меня принял, – сказал Эльмар вечером, когда мы сидели в саду.

– Он принял твой диван.

– Значит, я иду в комплекте с диваном.

– И с домом. И с садом. И с фонтаном.

– И с сердцем.

Я посмотрела на него. Он не шутил.

– Эльмар, ты слишком быстро говоришь такие вещи.

– Я думаю об этом каждый день. Если говорю вслух, значит, уже не могу молчать.

Я взяла его за руку. Крепко.

– Я ещё не готова сказать то же самое.

– Я подожду.

Он поцеловал меня в висок, и мы пошли ужинать. Он готовил пасту с морепродуктами – я не знала, что он умеет и это. Оказалось, он умел всё. Или я просто не видела его настоящего раньше.

На следующей неделе случилось то, чего я не ждала.

Звонок в дверь раздался во вторник, когда я была одна. Эльмар уехал в ресторан, Вася спал на диване, я пила чай на кухне и читала книгу. Обычный вечер. Ничего не предвещало бури.

Я открыла дверь.

На пороге стоял Евгений.

Небритый, осунувшийся, в мятой рубашке. Не похожий на того холёного мажора, который приходил в мою кофейню. Он выглядел так, будто не спал несколько дней. Или несколько недель.

– Привет, Мариш, – сказал он. Голос хриплый, как после болезни.

– Тебе здесь не рады.

– Я ненадолго. Поговорить.

– Нам не о чем говорить.

Я попыталась закрыть дверь, но он успел просунуть ногу в щель.

– Не уходи, – сказал он. – Пожалуйста.

Вот это слово – «пожалуйста» – остановило меня. Я никогда не слышала его от Жени. Ни разу за пять лет.

– Что тебе нужно? – спросила я, оставляя дверь приоткрытой.

– Поговорить. Пять минут. На улице, если не хочешь пускать в дом.

Дом. Он назвал Эльмаров дом «домом». Не «его особняк», не «хата кавказца». Дом. Может быть, он действительно изменился. Или просто научился притворяться лучше.

Я вышла на крыльцо. Закрыла дверь за собой – чтобы Вася не выбежал. Чтобы у меня был путь к отступлению.

– Говори.

– Я проиграл, – сказал Женя. – Твой кавказец уничтожил бизнес отца. Забрал контракты. Перекупил поставщиков. Отец не выходит из дома, мать плачет.

– Ты этого хотел. Начал войну.

– Я хотел вернуть тебя.

– Нет. Ты хотел наказать меня за то, что я посмела жить без тебя.

Он замолчал. Опустил голову. Я впервые видела его таким – сломленным, беззащитным, жалким.

– Ты права, – сказал он тихо. – Я идиот. Я всегда был идиотом.

– Это не новость.

– Я хочу попросить у тебя прощения.

Я не ожидала этого. Стояла и смотрела на бывшего мужа – мужчину, который унижал меня, изменял, пытался посадить в тюрьму. И теперь просил прощения.

– За что именно? – спросила я. – За унижения? За измены? За полицию?

– За всё.

– Прощения просят, когда хотят что-то получить. Что ты хочешь?

Он поднял голову. Глаза были красными.

– Я хочу, чтобы ты поговорила с Эльмаром. Попросила его остановиться. Он разрушает мою семью.

– А твоя семья не разрушала мою?

– Марина, пожалуйста. Я больше не приду. Я уеду в другой город. Я подпишу все бумаги, какие скажешь. Только пусть он оставит отца в покое.

Я смотрела на него. Внутри боролись жалость и злость. Жалость к его отцу, который не был мне врагом. Злость к нему – за то, что он втянул семью в эту войну.

– Я поговорю с ним, – сказала я. – Но не ради тебя. Ради твоих родителей. Они всегда были ко мне добры.

Евгений кивнул. Развернулся и пошёл к калитке. На полпути остановился.

– Марина.

– Что?

– Он правда тебя любит. Я таких глаз никогда не видел у мужчины.

– Уходи.

Он ушёл.

Я стояла на крыльце и смотрела, как захлопывается калитка. Внутри было пусто. Ни злости. Ни обиды. Только усталость.

Вечером я рассказала Эльмару о визите Жени.

Мы сидели в саду, пили вино, и я говорила спокойно, без надрыва. Он слушал, не перебивая. Когда я закончила, он спросил:

– Ты хочешь, чтобы я остановился?

– Я хочу, чтобы закончилась эта война. Ты победил. Зачем тебе добивать его отца?

– Чтобы он не поднялся снова.

– Он не поднимется. Ты отнял у него всё.

Эльмар смотрел на меня долго. Потом отставил бокал.

– Хорошо. Я остановлюсь. Но если Евгений ещё раз появится...

– Он не появится.

– Откуда такая уверенность?

– Он боится. Я видела его сегодня. Он сломлен.

– Ты жалеешь его?

– Нет. Я жалею себя прошлую, которая терпела его.

Эльмар обнял меня.

– Ты сильная, – сказал он.

– Нет. Просто перестала бояться.

– Это и есть сила.

Мы сидели в саду, смотрели на звёзды, и последний страх уходил – как вода сквозь песок. Евгений больше не имел надо мной власти. Никакой. Совсем.

Я была свободна.

ГЛАВА 12. ЕЁ ВЫБОР – ЕГО НАВСЕГДА

После того вечера в саду что-то изменилось. Не между нами – внутри меня.

Я перестала оглядываться на прошлое. Евгений уехал в другой город, как и обещал. Его отец закрыл автосалоны, и семья перебралась в Сочи – подальше от позора и долгов. Кто-то сказал бы, что это жестокая победа. Я называла это справедливостью. Не потому, что я злая. А потому, что больше не могла жалеть тех, кто не жалел меня.

Ресторан «Almar» открылся в первых числах октября.

Я помнила этот день в деталях. Утро, туман над садом, кофе, который сварил Эльмар, и моё платье – новое, купленное вчера. Тёмно-зелёное, бархатное, с длинными рукавами и открытой спиной. Я смотрела на себя в зеркало и впервые не искала недостатки. Я видела женщину. Не толстую. Не тонкую. Просто женщину. Свою.

– Ты готова? – спросил Эльмар, заходя в спальню.

– Да.

Он подошёл, поправил мне серьгу – ту самую, которую подарил на прошлой неделе. Маленькие изумруды. Мои любимые камни.

– Ты красивая, – сказал он.

– Я знаю.

Он улыбнулся. Широко, открыто – так, как умел только со мной.

– Поехали.

Ресторан был полон. Алексей стоял на кухне с подносом, отдавал последние распоряжения поварам. Виктория, администратор, встречала гостей и провожала к столикам. Дмитрий, управляющий, проверял счета.

А я – я была в своей лаборатории.

Последние штрихи на торте – финальный десерт вечера. Панна-котта с ванилью и малиновым соусом. Не мудрёно, не пафосно. Просто вкусно. Так, как я умела.

– Марина, – в дверях стоял Эльмар. – Иди к гостям.

– Я не умею быть на публике.

– Научишься. Иди.

Я вытерла руки, сняла фартук и вышла.

В зале играла музыка – тихая, ненавязчивая. За столиками сидели люди в дорогих костюмах и платьях. Рядом с Эльмаром я шла через зал – и не чувствовала себя чужой. Он держал мою руку, и этого было достаточно.

– Марина, это мои родители, – сказал Эльмар у центрального столика.

Я замерла.

– Мама, папа – это Марина. Моя женщина. Скоро – жена.

Я смотрела то на него, то на его родителей. Мать – красивая женщина с добрыми глазами и платком на плечах. Отец – высокий, седой, с лицом, вырезанным из гранита.

– Очень приятно, – сказала мать. – Эльмар много о вас рассказывал.

– Правда? – я посмотрела на него.

– Не всё, – ответил он. – Только самое важное.

Мать улыбнулась. Отец кивнул. Я выдохнула.

Вечер тянулся медленно. Я пробовала десерты, которые готовила моя команда – ассистенты, которых я обучила за последние две недели. Всё было идеально. Алексей похвалил панна-котту. Дмитрий сказал, что продажи превысили ожидания.

А Эльмар смотрел на меня. Весь вечер. Каждую минуту.

– У тебя слипнется взгляд, – сказала я шёпотом, когда мы остались на минуту одни.

– Пусть.

– Эльмар, ты при родителях не говори глупостей.

– Родители в восторге.

– Они не могут быть в восторге. Они меня не знают.

– Они видят, как я на тебя смотрю. Этого достаточно.

Он поцеловал меня – при всех. Никто не осудил. Фарид засвистел. Мать улыбнулась. Отец нахмурился для вида.

В полночь ресторан опустел. Остались только мы и уставший персонал. Виктория проводила последних гостей, пожелала спокойной ночи и ушла. Мы остались одни в пустом зале.

– Ты счастлива? – спросил Эльмар.

– Да.

– Я тоже.

Он взял меня за руку и повёл в лабораторию. Там, среди нержавейки и печей, где пахло шоколадом и ванилью, он опустился на одно колено.

– Эльмар, встань, – сказала я. – Пол холодный.

– Марина, выйдешь за меня замуж?

Внутри всё остановилось. А потом понеслось, забилось, закружилось.

– Мы знакомы два месяца.

– Я знаю.

– Это слишком быстро.

– Я знаю.

– Люди скажут, что ты меня купил.

– Наплевать.

– А если я откажу?

Он посмотрел на меня. Серьёзно. Спокойно.

– Ты не откажешь.

– Почему ты так уверен?

– Потому что ты меня любишь. И потому что я люблю тебя. И мы оба это знаем.

Я стояла над ним и смотрела в его тёмные глаза. В них не было ни капли сомнения. Только уверенность. Только любовь. Моя любовь, которую я так долго прятала.

– Да, – сказала я. – Да, Эльмар. Я выйду за тебя.

Он встал, обнял меня и поцеловал – долго, глубоко, так, что колени стали ватными.

Кольцо было старинным. С бриллиантом. Оно село на палец идеально, будто всегда там было.

– Я люблю тебя, – сказала я впервые.

– Я знаю. Я ждал.

Мы стояли в лаборатории, среди моих печей, моих десертов, моей жизни. И я знала – всё правильно. Каждый шаг привёл меня сюда. Каждая боль. Каждая слеза. Каждая ночь, когда я думала, что не справлюсь.

Я справилась.

Свадьба была через месяц.

Маленькая, без пафоса, только для близких. Родители Эльмара, Фарид, Оля, несколько друзей. Вместо ресторана – его дом, наш дом. Вместо торжественных речей – музыка и танцы до утра.

Я была в белом платье. Не пышном, не кричащем. Простом. Свободном. В нём я могла дышать, двигаться, смеяться.

– Ты красивая, – сказал Эльмар, когда я вышла.

– Я знаю.

Он засмеялся. И я засмеялась вместе с ним.

Вася сидел на крыльце и смотрел на гостей с высоты своего кошачьего превосходства. Фарид пытался его погладить – получил по рукам. Ольга плакала, когда мы обменивались кольцами.

Я не плакала. Я улыбалась.

Потому что всё, что было раньше – осталось в прошлом. А будущее стояло передо мной в чёрном костюме, с тёмными глазами и акцентом, который я полюбила больше всего на свете.

– Я люблю тебя, – сказала я.

– Я знаю, – ответил он. – И я люблю тебя.

Мы поцеловались под крики «горько», и я знала – это навсегда. Не потому, что так написано в книгах. А потому, что мы сами так решили.

Моё прошлое – измена, боль, страх. Моё настоящее – любовь, дом, ресторан «Almar». Моё будущее – он.

Эльмар.

Мой кавказец. Мой мажор. Мой выбор.

Свободный. Окончательный. Навсегда.

КОНЕЦ.