Текст книги "Любовь это иллюзия тебя (СИ)"

Автор книги: Лилит Мун

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 29 страниц)

Я проиграла ему.

Проиграла самой себе.

– Откуда он узнал? – Спросила Селена.

– Ему на телефон пришло сообщение и он слетел с катушек.

Да, то самое сообщение, которое помогло мне избежать ошибку, ведь если бы мы вновь поцеловались, то я бы сломалась. Окончательно бы умерла от того, что желаю его.

– Черт… – Прошептала Селена прикрывая свои глаза руками. – Мне кто-то постоянно писал анонимно, угрожал, что вся правда всплывет. Черт.

– Кто это мог быть? – Спросила Энни.

– Не знаю, у моего отца много недоброжелателей, может кто-то из них. Эти мрази даже ничего не требовали, просто говорили, что скоро все узнают правду.

– Кажется Лия Ким говорила, что видела вас. – Вспомнила Миллер.

– Мы даже не знакомы с этой Лией.

Девочки стали думать над тем, кто же это мог быть, а я лишь сидела и пыталась понять, почему в моей жизни столько дерьма. Судьба решила отыграться на несколько десятков лет вперед?

– Как думаете, они подерутся? – Встревоженно спросила Селена и поджала губы.

Как романтично, бывший парень и нынешний будут драться, несмотря на то, что они друзья. Как же это мило, так отчаянно любить того, кто любит другого.

Селена пыталась дышать спокойно, но я видела сомнение, которое таилось в ней, когда я вижу ту из-за которой Вини готов уничтожить своего друга, то в моей голове прокручивался наш медленный танец. Та песня играла в мыслях круг за кругом, глупое воображение проигрывало глупое развитие сюжета, мы были так близки к ошибке. Если бы Хадсон поцеловал меня, то я могла бы предположить, что я не просто забытое прошлое, а нечто особенное. Хоть я и знаю, что это вовсе не так, как есть на самом деле, я просто была игрушкой, была той, с кем он веселился и развлекался, хотя это странный способ расслабиться.

– О боже, я видела как ребята выводили Криса из дома и… Оу, вы уже видели. – Запищала Кейси, которая ворвалась в комнату.

Она тут же кинулась к Селене и те сплотились в объятьях, новая волна истерик и слез, которая появилась у них обеих вызвала во мне гнев и негодование. Почему она строит из себя жертву, если знала, на что идет и любовь вовсе не оправдание. Нельзя вызвать любовь без определенных шагов друг к другу, они оба шли на это и оба знали, к чему приведет их союз. Так нельзя.

– Девочки оставьте нас. – Попросила Кейси и мы с Энни покинули комнату.

Я посмотрела на Миллер и поняла, что она испытывала то же самое, что и я. Негодование, вопросы. Но еще ей было жаль Селену, а мне нет.

Ни капли.

Нет, это не была ревность.

Я сама не святая, начала встречаться с ее парнем, почти сразу же после их расставания и я не понимаю, почему Селена еще не вырвала мне волосы. Точно, она же ангел.

Жаль, что в моей голове одни демоны, вот почему именно она стала особенной для него.

Глава 23

Глава 23

Винтер

Я смотрел на Криса и ощущал внутри себя это паршивое чувство. Мы стояли вчетвером посреди детской площадки недалеко от дома того парня, и никто не знал, как начать разговор, но все прекрасно знали, что нас ждет. Взгляд Хилла был пустым, разбитым, кающимся. Я просто не мог понять, как это произошло и почему он молчал, почему он с Селеной и какого черта я узнаю об этом от какого-то неизвестного номера.

Какое же дерьмо.

Я слышал как Сэм тяжело дышал, он хотел что-то сказать или спросить, но был не менее шокирован чем я, даже Джефферсон стоял с хмурыми бровями и пытался понять, что вообще здесь происходит. Я сделал медленные шаги к Крису, на что тот никак не реагировал, он продолжал искушать меня своим взглядом, от которого у меня внутри все рушится.

Когда я подошел достаточно близко к нему, чтобы внимательнее рассмотреть его лицо, то я увидел решимость, он знал, что когда-то это произойдет и его тайный роман с моей бывшей девушкой раскроется. Я сделал глубокий вдох.

Черт.

Я даже не понимаю, как это произошло, сколько себя помню, они всегда ненавидели друг друга, всегда старались задеть или подколоть. Тут выясняется, что за всем этим скрывалась бурная страсть и чувства, я вспоминаю, как он спрашивал, люблю ли я Селену.

Та, про которую говорил Хилл всегда была Селена, всегда была моя бывшая девушка, из-за которой у него снесло крышу. Мне плевать на нее.

Меня злил тот факт, что Крис не говорил об этом мне, Хилл действительно думал, что я буду против их любви? Я уже говорил ему о том, что я никогда не любил Селену. Он должен был понять, что я буду не против их союза, ведь если они смогли найти друг друга среди тысячи других лиц, то никто не имеет права покушаться на такое. Тем более я.

Если бы вместо Селены была Корни, то это другой разговор, ведь они имели разное значение для меня, но при этом они не собственности и я не могу распоряжаться, с кем им встречаться или в кого влюбляться. Черт, мы были детьми, когда придумали это чертово правило, но до сих пор придерживались ему.

Я оглядел парней и понял, что они тоже не были в курсе. Адамс скрестил руки на груди, на его шее и лице вздулись синие вены, челюсть сжата слишком сильно, казалось, что сейчас он раскусит свои же зубы. Он был зол, если бы люди имели ауру, то его аура была бы темно красной.

А Оливер задумчиво глядел на Криса, похоже пытался понять его или еще что-то, но можно вечность строить теории, нужно спрашивать и разговаривать. Поэтому я вернул свой взгляд на виновника события.

– Что это сейчас было? – Немного усмирив свой гнев спросил я.

– Что именно? – Прошептал он.

– Вы вместе?

– Да. – Ответил Крис и поднял свой подбородок, тогда я понял, что у них все серьезно.

– Как давно? – Спросил из-за моей спины Адамс, который даже не пытался скрыть свое раздражение.

Хилл не отвел взгляда от меня.

– Середина лета.

Сначала я не понимал, как так произошло, что именно летом они сблизились, мы с Селеной тогда еще были вместе, созванивались пару раз в месяц и так далее, но затем мой пазл в голове сложился.

Гавайи.

Их семьи отдыхали вместе, я тогда не придал этому никакое значение, точнее я даже не знал о том, что они были вместе, но догадаться было не сложно. Я был слишком занят работой с отцом и пропустил этот период мимо своей головы, видимо я настолько был погружен в проект, что не заметил, как мой лучший друг и моя девушка крутили роман за моей спиной.

– Ты издеваешься? – Спросил Адамс, который пересек дистанцию и схватил Криса за воротник его костюма.

– Я люблю Селену. – Твердо ответил Крис. Он даже не сопротивлялся такой грубой хватке, считает, что заслужил.

– Ну конечно. – Усмехнулся Сэм и отпустил его, от чего Хилл немного пошатнулся назад. – Снова эта чертова любовь, может вы мозги свои включите?

– А ты? Когда ты вообще бегал за девчонкой лишь бы трахнуть ее? Думаешь ты сможешь избежать это? – Процедил я Адамсу, который понятия не имеет о том, что такое любовь, но так громко об этом говорит.

Я знаю, что такое любовь и что бывает, когда ты теряешь ее. Никакой ум и никакие мозги не подвластны этому ощущению, когда сердце разрывает от боли и собрать его может только один человек.

Защищаю ли я Криса? Может быть.

– Он трахал твою девушку, а ты на меня наезжаешь? – Удивился Сэм и переключился на меня. – Мы с Энни просто трахаемся, мы с ней не встречаемся, не ходим на свидания, ничего. Только секс и дружба. – Сквозь зубы процедил он и приблизился ко мне.

– Тогда заткнись и не говори ничего, если не разбираешься.

– Зашибись, я еще и виноват в том, что наш друг предал тебя?

Я посмотрел на Криса, который наблюдал за нами, он пытался казаться уверенным, но смесь страха и шока в его глазах выдавала его. Неужели он действительно думал, что я откажусь от дружбы с ним из-за Селены?

Я не мог винить Сэма в такой агрессии и выводах, ведь я никогда не говорил о том, что не люблю ее, что мы были вместе в качестве удобства и отмазок перед родителями, но не более. Я не хочу открывать и показывать свою душу, только не сейчас, но, чтобы ребята смогли понять Криса, мне придется это сделать.

– В чем заключается предательство? – Нахмурился я. – Я никогда не любил Селену и никогда не мечтал с ней о будущем, я не был к ней привязан, мы даже не целовались практически. – Я посмотрел на Криса с жалостью и подошел к нему, чтобы приобнять его за плечо. Я ощутил, что он дрожал, но ему нужна была поддержка и даже если он думал, что я буду последним человеком, который ему это даст, то он глубоко ошибается. – Крис знал, что я ее не люблю и если он смог стать тем, кого она полюбила, то почему я должен быть против? Селена не вещь, я никогда не претендовал на нее и так далее.

Сэм медленно, но уверенно умерил свой пыл, его плечи расслабились, а глаза опустились в пол.

– А Корнелия? – Спросил Адамс, я напрягся, вот о ней я действительно не готов говорить.

– Заткнитесь все, вы тупые идиоты. – Устало протянул Оливер и закатил глаза, несмотря на оскорбление, он спас меня от болезненной темы, я рад этому.

Джефферсон подошел к нам и дал всем подзатыльник, мы ничего не ответили, ведь были удивлены этому жесту. Оливер потер свою переносицу, чтобы показать нам, насколько сильно он недоволен этой ситуацией.

– Тебе какое дело с кем трахается Селена, если даже самому Вину нет до этого дела? – Обратился он к Сэму, а затем перевел взгляд на нас с Крисом. – Вы два идиота, Вин, который изначально хрен пойми зачем скрывал этот факт об отношениях с ней, а ты, который не мог об этом рассказать напрямую.

Я ахнул.

Впервые вижу такой напор от Оливера, нашего малыша Оли, мальчишки, который вырос на наших глазах и учился целоваться на помидорах, а затем покрылся красными пятнышками от аллергии, а девушке от страха сказал, что это возбуждение.

Джефферсон злился на нас всех.

– Кажется вы забыли, что мы друзья и практически браться, забыли, что нельзя ничего скрывать и таить, особенно если это разрушает изнутри. – Оливер покраснел от злости и меня это рассмешило, я вновь вспомнил случай с помидором. – Смешно тебе да?

– Помнишь, как ты целоваться учился? – Сквозь смех ответил ему я и остальные ребята повторили мою реакцию.

Оливер тяжело вздохнул и закатил глаза.

– Заткнись Хадсон. Как будто мы не помним, как ты убегал от Сэма с палкой, думая, что у него в руках змея. – Ответил он и усмехнулся.

– А Крис покрасил свои волосы в темный цвет, чтобы мы казались братьями. – Вспомнил Сэм и по-доброму посмотрел на Хилла, который потрепал свои светлые волосы, прежняя агрессия покинула нас и мы все глубоко вздохнули.

Кажется, теперь все поняли, что нам нужно остыть и с трезвым умом взглянуть на Криса, на человека, который кажется нашел свою судьбу и готов бороться за нее, я не хочу дальше расспрашивать его, это дело только Криса, но хочу, чтобы он понимал, что мы рядом и не собираемся поворачиваться к нему спиной.

– Ну вообще-то я просто захотел экспериментов. – Лукаво ответил Крис и присел на качели, начал раскачиваться медленно вперед-назад, к нему присоединился и Оливер.

– Ага. – Не поверил ему Сэм, он поднялся по лестнице на деревянный детский комплекс и устроился на основании горки. Я единственный кто остался в стоячем положении.

– А ты? Помнишь, когда вы первый раз встретились с Лией, ты вылил на нее воду, просто потому что она захотела тебя обнять.

– Я не давал согласия на объятья.

– Зато одна рыжая девушка делает это без спроса. – Подметил Оливер и отвел взгляд в сторону, чтобы избежать реакции Сэма.

– Мы друзья. Друзья могут так делать. – Грубо ответил Сэм.

Мы с ребятами перекинулись взглядами.

Все, кроме Сэма прекрасно понимали, к чему приводит такая дружба.

– Теперь, больше никаких тайн и секретов?

– Никаких.

Все ответили в унисон.

Оливер поднялся со своей качели и растянулся в полный рост, а затем вальяжной походкой подошел ко мне, положил свою руку мне на плечо.

– Твой секрет будет последним. – Прошептал он мне, похлопав меня по плечу он продолжил свой путь.

Ребята ушли, кто куда, Крис поехал за Селеной, Сэм вызвал такси для Энни и теперь они направляются в бар, а Оливер захотел спать.

Я остался один. Почти.

Глухой шелест раздался позади меня, заставляя меня надеяться, что кое-кто нашел меня. Обернувшись, я заметил лишь черную дворовую собаку, которая пыталась закопать свои отходы среди листвы.

Она не придет.

Не знаю, как отреагировала Корни на мой резкий уход, я должен перед ней извиниться, ведь заставил идти туда, а затем оставил одну, в обществе моей бывшей девушки. Я осмотрел свои руки, которые несколько часов назад прижимали к себе Колли, мы тянулись друг к другу, чтобы завершить наш чудесный танец любви.

Кажется, что я схожу с ума только от мысли о том, что мы были так близки. Запах полевых цветов все еще висит у меня в груди и прямо сейчас я готов отдать миллионы, чтоб его обладательница была рядом и прижалась ко мне.

Она хотела этого точно так же, как и я, просто сама для себя еще не признала, и я знаю, что у меня будет еще шанс пробраться к ее душе. Только для начала мне нужно узнать, какая вещь заставила ее думать, что я все испортил, ведь я относился к ней как к принцессе. Теперь Корни действительно принцесса.

Ледяная принцесса.

Ого, кажется, у меня появился еще один план.

***

Сегодня по плану у нас с парнями тренировка в зале, который принадлежит Университету и прямо сейчас я считаю, сколько ударов сделает Сэм в грушу подряд за одну минуту. Пока что выходит около двухсот раз, но его цель сделать намного больше, ведь мировой рекорд триста двадцать два удара. Адамс не занимался боксом профессионально, пару лет назад он ушел от наставника и теперь тренируется самостоятельно. Для него это метод, чтобы выбросить свои эмоции, злость и прочее, а также единственное место, где можно легально бить людей.

Оливер бегал на дорожке, а Крис где-то вдалеке качал трицепс, а мне выпала роль личного помощника Сэма.

– Сколько? – Спросил он, по его лицу тек пот, а глаза горели. Адамс пытался восстановить дыхание.

– Сто девяносто два. – Ответил я.

Сэм снял перчатки и кинул их в угол, затем нагнулся вниз, чтобы поднять полотенце и воду, он демонстративно поднял вверх край своей футболки и облил себя, а затем начал вытираться. Две девушки подошли к нам и игриво оглядели нас.

– Приветики, может поможете двум девушкам с подстраховкой? – Спросила блондинка и покрутила прядь между своих пальцев.

Если бы это была другая блондинка, то я с радостью бы страховал ее всю жизнь, но та, что сейчас стоит передо мной уже в пролете, все другие девушки меня не интересуют.

– Вон там парень на дорожке бегает, он, может быть, вам поможет. – Сухо ответил Сэм и начал разминать свою шею.

Когда девушки ушли я в недоумении покосился на Адамса, неужели это представление было для меня? Как приятно.

– Не смотри на меня так. Просто блондинки меня больше не заводят.

– Другая была брюнеткой.

– Она тоже.

– Неужели теперь только рыжие девушки тебя заводят? – Усмехнулся я и подошел к нему, чтобы взять свою бутылку с водой.

Открыв колпачок, я поднес ее к своему рту и начал жадно глотать, будто не пил сто лет, затем вернув на место бутылку я увидел подавленный взгляд Сэма.

– Тебя заводят только парни?

– Ты идиот? – Тут же резко ответил он. – Меня заводят девушки, точнее теперь только одна и это пугает.

– А ту одну тоже только ты заводишь?

– Понятия не имею. – Проворчал Сэм. – И прежде, чем ты начнешь затирать мне что-то про любовь, то знай, что ты пойдешь к черту. Это временно, скоро все снова станет на свои места, когда мы наиграемся.

– Ты в курсе, что если ты разобьешь сердце Энни, то тогда Корни… Корнелия вырвет тебе член вместе с яйцами?

– Получается она дотронется до моего члена? – Поиграл бровями Сэм и тут же получил от меня кулаком в торс.

Его слова разозлили меня, ведь говорить и шутить в таком роде о Колли нельзя, никому нельзя.

– Прости. Знаешь, если сравнить то, как вы с Корнелией смотрите друг на друга с тем, как это было у тебя с Селеной, то я вижу огромную разницу.

Я замер, если он догадается обо всем, то обязательно расскажет Энни, а та разболтает Корни, этого нельзя допустить. У меня уже есть план о том, как я верну себе Колли, и никто не может его нарушить.

– Ты о чем? – Спросил я запуская таймер на телефоне, я пытался скрыть волнение в голове, но кажется не получается.

– Забей. Давай вернемся к ударам.

Хоть он и смог забить на это, но не я. Если даже такой идиот, как Сэм замечает все, то почему же мне так тяжело понять Корни.

Глава 24

Глава 24

Корнелия

– Мы будем сидеть в одной машине? – Холодно спросила я у Винтера, на что получила кивок.

Сегодня мы поехали в кино под открытыми небом, с Хадсоном, всеми его друзьями и…Селеной. Я понимаю, что скорее всего это лишь показательная поездка, чтобы она видела, кого упустила, но от этой мысли мое сердце сжимается.

Я старалась не думать о Винтере, о ней и о вчерашнем вечере, я всячески избегала все, что может заставить меня мысленно вернуться в ночь хэллоуина и прочувствовать все эмоции вновь.

Обида. Разочарование. Страх.

Ревность.

Вини припарковался на заднем ряду, когда все остальные предпочли быть поближе к большому экрану и колонкам, он принес мне мой любимый сок и кукурузные чипсы. Все выглядело так, словно мы влюбленная парочка, которая мечтает о свадьбе с белыми голубями и большом доме наполненным детским смехом.

Мерзость, даже в прошлом от этого ощущения и представления меня бросало в жар.

Шел показ фильма Счастливого дня смерти. Я его смотрела, точнее это был первый ужастик, который мне показал Вини. Интересно, а он об этом помнит?

Я украдкой взглянула на него и оторопела.

Он все это время смотрел на меня, а я даже не почувствовала, ведь была увлечена просмотром, точнее пыталась сделать вид. На самом деле мои мысли крутились вокруг Хадсона, что он думает и как выглядит, хоть он был и в своей обычной одежде, черный низ и верх, обязательно оверсайз, но меня манило лишний раз посмотреть на него. Я смогла выдержать и проглотить этот магнетизм к личности Вини, не взглянула на него, не обратила внимание даже тогда, когда он кашлял, явно пытаясь привлечь мое внимание.

Сейчас я позволила себе поглотить его взглядом и исследовать каждый миллиметр на его лице. Вини запустил свою руку в свои волосы и еще сильнее взъерошил их, черные пряди опустились немного прикрывая манящие синие глаза. Он был уставшим, я могла его понять, узнать, что твой лучший друг встречается с твоей бывшей за спиной, это как удар в сердце, наверное.

Предательство – есть предательство и оно всегда болезненно воспринимается. Несмотря на свою обиду на него и желание держаться как можно дальше, мне хотелось выслушать его, хотя я понимала, что могу не выдержать ванильных рассказах про другую.

Хадсон положил свою руку на руль, но его тело было повернуто в мою сторону, кажется, что фильм его вовсе не интересовал, хотя это было легко объяснить.

Он уже смотрел этот фильм, а для других хотел сделать вид, что мы с ним пара и нам не до просмотра.

От этой мысли я непроизвольно сжала губы, а в груди что-то защемило.

– Почему ты не смотришь фильм? – Спросила я напрямую, чтобы не оттягивать момент разочарования.

– Я знаю его наизусть, если ты не забыла. – Прошептал Вини, словно боясь, что нас могут услышать. От тишины его голоса по моему телу пробежала мелкая дрожь.

Хадсон заметил это, его уголок губ дернулся, пытаясь скрыть улыбку или насмешку. Зарождающееся раздражение внутри моей грудной клетки дало о себе знать, когда мне захотелось надеть на его голову пакет.

– Не забыла. – Наконец-то ответила я.

Я тяжело сглотнула. Между нами повисла напряженная тишина, в которой висело столько вопросов, что можно было несколько ночей разбираться каждую фразу и каждое слово. Мучительная пауза заставляет мои мозги отключиться, я пытаюсь понять о чем думает Винтер глядя в его глаза, но кроме томной апатии я ничего не вижу. Не понимаю, действительно ли он себя так чувствует или вновь надел на себя маску безразличия, как это делаю я.

– Я хотел. – Начал Хадсон, но остановился, чтобы подобрать слова. – Я хотел извиниться, я не должен был оставлять тебя одну там, должен был как минимум проводить тебя домой, а позже со всем разобраться. Просто эмоции нахлынули на меня и мои мозги отключились. – На одном дыхании сказал он.

Я приоткрыла рот, чтобы что-то ответить, но не смогла. Я вижу, что Вини действительно раскаивается, он волнуется, боится, что я не прощу его или еще что-то. Это можно понять по тому, как сильно он сжимает челюсть, а его кадык дергается, но почему ему жаль?

– Все в порядке. – Сухо ответила я. – Я понимаю, твоя любимая и твой лучший друг встречались в тайне от тебя. – Я тяжело вздохнула прежде чем продолжить, оказывается, что произносить это вслух намного тяжелее, чем думать. – Мне жаль, что все так вышло.

– Корни… – Выдохнул Хадсон. – Все не так.

– Что?

Винтер потер затылок, его глаза опустились вниз, словно он искал там ответы на мой вопрос.

– Селена не моя любимая. – Признался он и я удивилась.

Мои брови нахмурились, а спина выпрямилась, кажется, что я сейчас нахожусь во сне, потому что не понимаю, что сейчас происходит. Мое сердце перестало биться, а кровь в венах застыла от услышанного, ведь если Селена не его любимая, то тогда зачем он все это придумал, почему он так разозлился и почему я чувствую облегчение от его слов.

– Что?

Кажется я сейчас похожа на попугая, ведь повторяла это не только вслух, но и в своей голове. Взгляд Хадсона беспомощно бегал по кругу, но так тщательно избегал мои глаза, ведь если мы поймаем зрительный контакт, то уже никуда не деться, по крайней мере – мне так казалось.

– Селена никогда не была моей любимой. – Прикрывая глаза прошептал Вини.

Ну все, сейчас все вокруг должно лопнуть.

Мое тело стало каменным и отказывалось как либо шевелиться, если Селена никогда не была его любимой, то тогда зачем он устроил эту игру, зачем издевался надо мной, неужели ему не хватило того, что в прошлом он уже сломал меня.

Кажется мои догадки подтвердились, он лишь хотел вновь влюбить меня в себя и разбить, как сделал это тогда.

– Тебе было мало? – Судорожно спросила я, пытаясь держать оборону.

Вини нахмурился и посмотрел в мои глаза, пытался сделать вид, что не понимает о чем я говорю.

– Зачем ты все это затеял? – Спросила я, вернув свое самообладание.

– Ты меня разозлила, когда сказала, что воспользовалась мной ради утешения, я хотел отомстить. Прости. Я идиот.

– Ты что? – Удивилась я, немного вскрикивая.

Идиот еще смеет винить меня в том, что я лишь отзеркалила его поведение.

– Ты… – Я остановилась, пытаясь собрать кучу вопросов. – Это ты использовал меня три года назад, это ты решил поиграть с маленькой сломанной девочкой, чтобы поднять свое эго. – Я с отвращением взглянула в его глаза. – Точно так же, как ты делаешь это сейчас.

– Я не пользовался тобой. – Нахмурился Вини. – По крайне мере три года назад.

– Не разыгрывай комедию, я все прекрасно слышала своими ушами.

Хадсон вопросительно изогнул бровь.

– Три года назад, когда ты позвал на барбекю со своими друзьями. Ты и Сэм сидели на заднем дворе. – Я тяжело вздохнула, где-то внутри все кололо от болючих воспоминаний. – Ты сказал, что я лишь развлечение и способ возмужать перед отцом. Получилось? – Процедила я.

Винтер раскрыл глаза от осознания и воспоминания, кажется он и вовсе забыл то, как разбил мне сердце три года назад. Я обхватила себя руками и откинулась на спинку переднего сиденья, словно защищаясь, ведь знаю, что Вини умеет кусаться и атаковать, очень больно. Я предательски взглянула на него пытаясь понять, для чего он притворяется.

Хадсон прикрыл лицо руками тихо ругаясь в них, он выглядел потерянными, его плечи напряглись, а тяжелое дыхание создавало атмосферу, словно здесь сейчас кого-то убьют.

– Я никогда не пользовалась тобой, я сказала это, чтобы не выглядеть дурой, но сейчас я понимаю, что любить не стыдно. Стыдно пользоваться другими. Сейчас ты единственный, кто оказался дураком.

Винтер отпустил свои руки на колени, нервно протирая их и наконец-то смог посмотреть в мои глаза.

– Прости. – Мягко прошептал он.

Я рассмеялась.

Прости. Это единственное, что он смог мне сказать?

– Подожди. Прости меня, я не знал, что ты услышишь и я вообще не должен был так говорить.

– Но ты сказал.

– Да, потому что тогда я впервые влюбился, впервые ощутил то чувство, когда не хочется терять кого-то. Я любил тебя, я хотел встретить с тобой старость в гребанном вишневом саду. – Последнее предложение Вини старался сказать как можно тише, но от его хриплого голоса теплота внутри меня затмила все раздражение. – Я испугался, я боялся, что если я расскажу кому-то о тебе, то ты уйдешь, сбежишь. Так и вышло. Когда мне сказали, что ты погибла, то я подумал, что умер сам. Корни. Я действительно тебя любил.

Мое сердце забилось в бешенном ритме, играя с другими органами танец смерти, кажется, что весь мир остановился и в моей голове повторялись те самые слова, которые я так жаждала.

Я действительно тебя любил.

Я смотрела на него пытаясь обнаружить хоть какой-то намек на фальш, хоть что-то, что заставит меня потушить все мои надежды и вернуться в разрушительную реальность, которая погубит меня.

Но шли минуты, а я все еще оставалась здесь, все еще в моей голове кругом ходили его слова, я боялась осознать их, боялась принять за действительность несмотря на то, что это была правда.

Я видела, как Хадсон впал в тремор, все его тело предательски тряслось, он словно пытался осознать происходящее вместе со мной. Мы изумленно смотрели друг на друга, прокручивая события трехлетней давности и то, что происходило эти месяцы. Кажется, что все неправда, я не могу сложить в голове эти события и сопоставить их. Многие слова и действия обрели новый смысл.

Мальчик, которого я так отчаянно любила. Мальчик, который долгое время сидел в моем сердце и не собирался выходить перестал казаться монстром, теперь вихрь действительно стих и вместо него повисла лишь нагнетающая тоска по прошлому, за которую я больше могу не винить себя.

– Получается все, что было между нами не было враньем? Не было иллюзией? – Спросила я, мой голос дрожал, точно так же, как все мое тело.

– Не было. Все было искренно.

Бежать.

Первая мысль, которая настигла меня, когда я показалась такой уязвимой.

Но мое тело не слушалось меня, хотя мне нужен свежий воздух.

– Можно спросить? – Осторожно спросил Хадсон.

– Спрашивай.

– Твоя мама… Как вы встретились?

Я ни с кем не обсуждала эту тему, мне казалось, что это не должно иметь какое либо значение для меня и для других.

– Я нашла письма, которые она отправляла. – Начала я, глотая ком в горле. – Когда я уехала, то не знала где жить и, я хотела посмотреть в глаза той, которая бросила меня.

– Но, а ты спросила почему она так поступила?

– Нет, мне не интересно, она дала мне денег, жилье и еду, больше от нее я ничего не хотела получить. – Отрезала я.

Мне действительно не интересно, я не хочу слушать ее глупые оправдания и верить лживым словам о том, как ей жаль.

– Второй вопрос.

– Валяй.

Винтер прочистил горло и выпрямился, чтобы заглянуть мне глубоко в глаза, от этой интенсивности я немного сжалась на сиденье.

– Наш поцелуй, ты действительно поддалась ностальгии?

– Да.

Я врала.

Я не хочу говорить ему о том, что я действительно желала этого, не хотела говорить, что я нуждалась в этом, ведь тогда он поймет то, что я до сих пор не могу признать.

– Что дальше? Раз мы все выяснили, то смысла от договора нет и мы можем притвориться незнакомцами. – Пробормотала я, пытаясь понять его намерения на дальнейшие наши взаимодействия.

– Мы не сможем быть незнакомцами, мы можем побыть друзьями, можем просто здороваться, но мы уже достаточно притворялись. – Мягко ответил он. – Скажи чего хочешь ты?

Чего хотела я?

Хотела умереть.

Я не смогу смотреть на него как на друга, не могу, не могу избегать всю жизнь, словно мы никогда не были связаны прошлым. Пульсирующая боль ударила в мою грудь при мысли, что мне придется делать вид, что одно лишь его прикосновение не вызывает во мне бурю эмоций, я уже делала это, но теперь это кажется труднее, когда вся правда всплыла наружу.

Я не понимаю, испытываю ли облегчение от этого, потому что все казалось легче, когда мы старались делать вид, что ненавидим друг друга, что мы притворяемся и на самом деле никогда не испытывали чувство. Но сейчас я смотрю правде в глаза и вижу, что все признаки указывали на это, но я отчаянно не верила в это, боялась ложных надежд.

Туман ясности окутал мое сознание и я вновь погрузилась в свои эмоции, я проигнорировала присутствие Винтера и тяжело вздохнула, но этого было недостаточно.

– Я не знаю. Давай останемся друзьями. – Прошептала я.

Дура.

Какими друзьями, когда я дрожу при взгляде в его небесно голубые глаза и тону в них, как в океане.

Одно я знаю точно, Винтер Хадсон вновь заставил меня влюбиться.

И нам определенно нельзя быть вместе, мне ни с кем нельзя встречаться, как оказалось я и вправду приношу много боли, я должна оставаться лишь воспоминанием.

– Хорошо, друзьями.

Мы одновременно тяжело вздохнули, наши глаза как и мысли ходили ходуном пытаясь оценить ситуацию, а я пыталась уложить все в своей голове. Абсолютно все знаки внимания были проявлены потому что он так захотел, потому что Вини действительно хотел до меня дотронуться.

Нет.

Потому что Хадсон хотел меня раздражать, хотел меня бесить, он ведь сказал, что пытался мне отомстить и прекрасно знал, что я не переношу прикосновения от других людей. Только Вини не знает, что он не другой и единственное, почему я избегала его объятий и прочего, так это то, что я боялась своей реакции на это.

Стоп. Хватит придумывать ответы в своей голове, Винтер сейчас рядом со мной, раз уж мы теперь друзья, как бы странно это не было. Но он может ответить на мои вопросы.

– Почему ты решил рассказать правду? – Спросила я, выпрямляясь в кресле, словно для меня это обыденный разговор.

– Потому что… – Хадсон замер, он посмотрел на меня, а потом вновь перевел свой взгляд в сторону фильма. – Потому что понял, что нельзя так относиться к тому, кого любил.

Если до этого Вини пытался уловить со мной зрительный контакт и пытался заставить посмотреть на себя, то сейчас всячески избегал моих глаз. Хадсон делает вид, что ему интересно смотреть фильм, что ему интересно разглядывать огромный баннер об анонсе слева от экрана, делал вид, что ему интересно рассматривать другие машины.

Я не сдавалась, я смотрела только на него, но уже другими глазами.

Сейчас передо мной сидел маленький мальчик, который запутался в прошлом, точно так же как и я три года назад, своими словами я сломала ему представление о том, что между нами было. Заставила Вини думать о том, что наша история полна лжи и обмана, что я никогда его не любила и относилась как к игрушке. Я почувствовала в груди укол вины за это, ведь знаю, что для Хадсона это было важно. Теперь знаю.