Текст книги "Мясо по-французски"

Автор книги: Леонид Савельев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Звёзды

Муж бросил Милану пять лет назад. Уже четыре года она жила одна. Уже четыре года он жил один. Вернее, у него были женщины, но он так, по сути, и остался один. Милана вышла из дачи. Села на лавку и посмотрела в звёздное небо. Впервые за последние годы она почувствовала снова вкус жизни. Она думала, что засохла, и что любовь к мужу – это последнее яркое, что было в её жизни. Она думала, что вся выгорела. Думала – так. Оказалось – иначе.

– С любовью и благодарностью я прощаю жизнь и принимаю её такой, какая она есть. Я прошу прощения у жизни за мои мысли и эмоции по отношению к ней. С любовью и благодарностью жизнь прощает меня! – сказав это, Милана удивилась. Откуда эти слова?! Но она искренне так думала. Она смотрела на звёзды. Она обращалась к звёздам.

* * *

Анатолию было тяжело жить. Тяжело потому, что он ставил перед собой каждый день всё новые и новые задачи, и планомерно добивался их решения. Цели – вполне определённые. Сделать химчистку салона машины. Поставить счётчики на воду. Купить новый компьютер. Эти цели поглощали его полностью. Это помогало избавиться от эмоций.

Но жить ему стало гораздо проще, чем с женой. С ней были постоянно какие-то разногласия. Они были слишком разные. Она заставляла его постоянно нервничать. Когда ему нужно было разобраться со своими бумагами в столе – ей непременно нужно было идти на концерт. Когда он хотел посидеть в интернете – ей не терпелось в театр. Жизнь была невыносима. Разведясь с Миланой, он стал свободен в своих поступках, в своих эмоциях. Для секса было несколько ничего не значащих отношений. Это устраивало. Он не нервничал. Жил – как хотел. Решал свои мелкие задачи. Он, наверное, получил то, что и хотел. Не тратил эмоций. Но жить было тяжело.

Припарковавшись около популярной иностранной закусочной, торгующий горячими булками с котлетами, помидорами и капустой, он зашёл и встал в небольшую очередь. Молодые люди обоих полов бегали из угла в угол в своих кепках. Создавалась иллюзия быстрого обслуживания. Купив себе этих булок, картофеля фри и огромный бумажный стакан невкусного капучино, Анатолий направился к столам.

– К вам можно? Не занято? – спросил мужчину, который, нагнувшись, поедал булку с котлетой.

Мужчина поднял голову, и лицо его растянулось в улыбке.

– Толян!

– Гриня!

Они не виделись почти двадцать лет. Одноклассники. Товарищи. Почти друзья.

– Я тебя сразу узнал, гадёныш! Помнишь, как тебя звали? А, гадёныш!

– Помню, Гринь, помню…

За едой они вспоминали всех одноклассников. Кто кого видел. Кто чем стал заниматься. Кто где живёт. Кто с кем живёт.

– А ты-то сам как, Гринь?

Григорий посуровел лицом. Улыбка сползла.

– Хреново… Хотя двояко, не только хреново…

– А чё так? – Толя окунал в соус картофель и отправлял их себе в рот. Улыбка так же сошла. Неожиданный ответ. Обычно все говорят «отлично», и поехали дальше по вершинам жизни. Этому – хреново… Эмоции. Этого не хотелось. Жалел, что задал вопрос.

– Да, с женой проблемы…

– Ну, даёшь! У меня тоже были проблемы, развёлся с ней нахрен – и нет проблем.

– У нас ребёнок.

– Ну да…тебе сложнее. Но, что ж теперь. Зачем мучиться дальше?

– У неё рак.

– Уф-ф-ф… Прости. Я видно не так понял.

– И так и не так…

– Ты любишь её?

– Она родная, понимаешь. Она – мать моего ребёнка. Она просто родная… Вот как люди любят сестру… Ну как-то так…

– Так может быть, выздоровеет? Сейчас лечат.

– К сожалению…

– Прости.

– Да ничего…

Разговор исчерпал себя. Попрощались скомкано. Обменялись телефонами. Чужие проблемы. Зачем они?… Анатолий был немного расстроен. Зачем он попал за стол Гришки? Кто подвёл его к этому столу? Эмоции. А было такое хорошее настроение.

* * *

Они шли к берегу реки. Солнце село за линию горизонта, но темноты еще не наступило. Наташе нельзя было находиться на солнце. Шли молча. Придя на своё место, они сели на поваленное бревно. Стрекотали цикады. Было тихо.

– Ты её любишь? – тихо спросила Наташа.

Гриша вздрогнул.

– Кого?

– Ну, Гришенька… Я не знаю – кого… Я чувствую…

– Да…

– Кто она? – Наташа поправила парик. После усиленного курса химиитерапии выпали даже брови.

– Женщина…

– Я бы удивилась, если бы… Так кто она?

– Я с ней не встречался ни разу.

– А где она живёт?

– В нашем городе.

– Так как же?

– Я с ней познакомился по интернету.

– Давно?

– Месяца три назад. Случайно. Мы с ней только переписываемся и созваниваемся.

– А почему не встречались? И как можно полюбить по телефону или интернету? У вас ведь даже секса не было.

– Не знаю. Но так есть… Не время было – вот и не встречались.

– Из-за меня?

– И из-за тебя, конечно, тоже… Но мы не знали, что любим. Просто встречаться для секса мы не хотели.

– Когда узнали?

– Не так давно поняли… Как-то одновременно поняли…

Наташа задумалась. Она смотрела на гладь воды. Темнело.

– Тебе нужно с ней встретиться… Не знаю, вправе ли я… Я благословляю вас. Ты должен быть счастливым!..

– Я не жду твоей смерти!..

– Я знаю…

– Пока ты есть – я буду с тобой.

– Я знаю…

– Я не виноват… Так случилось…

– Я знаю…

– Мне сейчас очень сложно!.. Прости…

– Я знаю… Не за что прощения просить, Гриша, не за что!.. Я рада и мне так спокойнее. Жизнь продолжается. Я понимаю тебя, и я принимаю твои чувства!..

– Спасибо тебе.

– Как её зовут?

– У неё редкое имя… Милана.

Они молча смотрели в небо. Смотрели на звёзды…

Я охреневаю от тебя, Ефим…

Кристина проходила паспортный контроль. Девушка в кабинке пристально изучала её, сравнивая с паспортом. «Ведь прилетела же, не улетаю. Что, меня подменили?…» – ленно подумала она. Была усталость.

Кристина боялась летать. Все три с половиной часа полёта она была напряжена. Алкоголь пить она не привыкла. Не помогало – становилось только хуже. Так и сидела – комок нервов. Сейчас – усталость. Сейчас – опустошённость. Выйдя к выдаче багажа, стояла, смотрела на проезжающие по кругу чемоданы и сумки.

– Сущёва? Кристина! – рядом стоял мужчина среднего роста, одетый в дорогой костюм.

– Да… А вы, простите, кто? – всматриваясь в лицо, она понимала, что они знакомы.

Мужчина был красив. Волевой подбородок, массивные скулы, узкие губы, большие глаза, широкий лоб. По телу прошёл лёгкий озноб. Если брать что-то по отдельности, то восторга не вызывало. Но как-то странно это всё объединялось в восхитительную индивидуальность и сексуальность. Губы растянуты в лёгкой усмешке.

Она его знает! Кто он? Такая внешность, как она могла забыть? Почему не может вспомнить его? Усталость прошла. Как допинг. Как удар током.

– Не узнаёшь?

– Нет.

* * *

Как надменно она смотрела. Он узнал её сразу. Он тогда обожал её! Кристина училась с ним в одной школе. Он был влюблён в неё с шестого класса. Она тогда училась в девятом. Он был для неё никто. Она и не видела его. На малолеток не обращают внимания. Это было как сумасшествие. Он просто сходил с ума от этой красивой девушки. Она даже не знала, как его зовут. Теперь он должен переспать с ней. Должен. Обязан.

– Да и не узнаешь! Мы с тобой учились в одной школе.

– Я бы запомнила.

– Почему?

– У меня хорошая память на лица. А внешность у вас неординарная. Вы меня, наверное, обманываете!?

– Нет. Я не вру, – он опять улыбнулся, – я просто был младше тебя. Но тебя я помню. Это нормально. Я тоже обычно того, кто меня младше на несколько лет, не узнаю.

– А-а-а…Что-то я припоминаю. Неужели? Да! Помню. Вы такой маленький смешной были.

– Возможно. Меня Ефим зовут. Давай на «ты».

– Очень приятно, Ефим. Хорошо, давай на «ты», – Кристина, открыто улыбнувшись, протянула руку, Ефим, склонившись к руке, нежно её поцеловал.

– Ты за рулём? Могу подвезти, у меня тут машина, на стоянке.

– Я – на такси.

– Да, брось ты. Пойдём.

– Ну, пойдём, – Кристина застенчиво улыбнулась. – Нужно только чемодана дождаться.

– А ты чем сейчас занимаешься? – чтобы не молчать спросила она.

– Я люблю риск. И работа у меня рискованная… Опасная работа! – ухмылялся Ефим. – Сейчас вот из командировки, из Лондона.

Она сняла подъехавший чемодан. Он взял его, в другой руке была его сумка. Мило болтая об общих учителях, они направились к выходу. Он чувствовал, что она хочет его. Она умело это скрывала. Очень умело. Но его опыт закоренелого холостяка и множества женщин не давал ей шансов соврать. Он знал, что будет в ближайшее время между ними. Знал. Точно знал. Он будет обладать ею.

Ей было хорошо идти рядом с ним.

* * *

Мужчина в тёмно-синей майке с динозавром на спине и светлых джинсах сидел за рулём. Медленно двигаясь в потоке машин, он приблизился к шлагбауму. Нажав кнопку и взяв талон, он двинулся к зданию аэропорта. С трудом найдя место для парковки, он, спешно закрыв машину, поспешил в зону прилёта. Зайдя в помещение, взглянул на электронное табло и направился в конец зала. Стоя в толпе встречающих, он улыбался сдержанной улыбкой. Стоял и ждал. Постепенно улыбка сошла с его лица. Он медленно пошёл к выходу. В этот момент у него зазвонил телефон. Он остановился, смотря холодными глазами перед собой, заговорил в трубку. Губы растянулись в ухмылке.

* * *

Кристина испытывала животное желание, находясь рядом с Ефимом. Они, выехав из аэропорта, как вырвавшись на свободу, понеслись по трассе в направлении города.

– К тебе или ко мне? – Ефим смотрел вперёд на дорогу. Руки лежали на руле, левая кисть свисала, правой он нежно поглаживал кожу руля.

Кристина пристально смотрела не его мужественные сильные руки. На его кисть, поглаживающую руль. Еле заметно сглотнула появившуюся слюну.

– Ефим… А с чего ты взял, что я должна прыгнуть к тебе в постель?

– Потому, что ты хочешь этого.

– Ты ошибаешься! Ошибаешься… Нужно мне было на такси ехать!..

– Я не ошибаюсь, и ты это знаешь…

– Даже, если это и так, это ровным счетом ничего не меняет. Я люблю своего мужа.

– Так это ты мужу звонила, когда мы к стоянке шли?… Подвинется. После ещё больше любить будешь. После измены всегда больше любят.

– Я охреневаю от тебя, Ефим…

Ефим улыбался, он был уверен, что через каких-то полчаса он будет сидеть, а она, стоя перед ним на коленях, страстно его целовать. Он знал женщин.

– Так куда едем?

Кристина назвала адрес. Продолжая улыбаться, Ефим протянул руку и взял Кристину за коленку.

Доехали молча. Всю оставшуюся дорогу он нежно поглаживал её ногу. Но как только рука пыталась пойти выше, Ефим получал настойчивый отпор. Ухмылялся.

Подъехав к указанному дому, он остановился, собравшись припарковаться.

– Не нужно парковаться, я быстро выскочу. Спасибо тебе Ефим, что подвёз.

– В смысле?

– Что, «в смысле»?

– Ты меня к себе не приглашаешь?

– Вроде как я тебе объяснила, Ефим. Я замужем. Я люблю мужа. Я никогда не изменяю мужу. И он мне доверяет.

– Раз доверяет, то тем более. В чём проблема?

– Во мне.

– Раз ты его любишь и, как ты скорее думаешь, он тебя, то почему он тебя не встречает?

– Он на дежурстве. Он – полицейский.

– Так, не понял… Ты на самом деле так вот возьмёшь и уйдёшь?

– Да.

– …Ну и вали на хрен отсюда! Как была в школе шалавой, так и осталась! Шаболда! Прошмандовка!

– Спасибо вам, Ефим, что любезно подвезли меня. Я заберу свои вещи из багажника?

* * *

Мужчина ехал из аэропорта за белой BMW. Руки впивались в руль. Пальцы были белые. Желваки играли на волевом лице. На лбу проступал пот, хотя в машине было нежарко. Мужчина боролся с непреодолимым желанием вдавить педаль в пол своего старенького KIA и въехать в зад преследуемой машине.

Когда машина остановилась, он, притормозив неподалёку, сразу выключил фары. Сидя в напряжении, смотрел. Пот со лба капал на его руки, впившиеся в руль. Когда девушка вышла и пошла к подъезду, волоча за собой чемодан на колёсах, он завёл машину. BMW его уже не интересовала. Он поехал в другую сторону. Он поехал к цветочному круглосуточному магазину. Купив цветы, он вошел в подъезд, в который недавно зашла девушка, встал спиной с стене. Долго смотрел на двери лифта. Потом медленно протянул руку и нажал кнопку

* * *

Кристина была в ванной, когда хлопнула входная дверь.

– Серёжка, ты?

Молчание.

– Серё-ё-ёж?!

Дверь в ванну открылась. В двери стоял улыбающийся муж с букетом цветов.

– Любимая, как отдохнула?

– Отлично, Серёжка! Сейчас фотки тебе покажу!

– Может, потом? – муж подошёл и начал поглаживать её торчащую из воды ногу.

– Да. Пожалуй, потом. Иди, постель разбери, я быстро.

– Ты соскучилась? – Сергей пристально смотрел ей в глаза.

– Спрашиваешь?!

– Кристь?

– Что, Серёженька?

– Ты точно одна ездила?

– Что за вопрос, Серёж? Ты, что меня ревновать начал?

– Нет, конечно… Я тебе доверяю. Ладно, пошёл разбирать постель.

Он развернулся и пошёл в спальню. Позже, уже когда он вышел из ванны и закрывал дверь, жена его окликнула.

– Откуда у тебя эта дурацкая майка?

– Да вот, купил на днях. Не нравится?

– Нет! Жуткая безвкусица. Не носи её. А лучше – выкини. Ты в ней как лох выглядишь. Такой дурацкий динозавр на спине.

– Дурацкий динозавр, говоришь? – задумчиво произнёс муж – Да, пожалуй, выкину её… Давай, быстрее приходи – я жду тебя!..

* * *

Ефим заехал во двор своего дома. Было темно. Середина ночи. Лицо было хмурое. Каменное лицо. Припарковавшись, он вышел из машины и, открыв багажник, взял свою сумку. Был задумчив. Пикнув сигнализацией, направился к дому. Сделав пару шагов, он услышал сзади громкий хлопок. Что-то с огромной силой ударило его в спину.

Уже падая, он почувствовал боль. Боль раздирала. Боль рвалась внутри. Нестерпимая боль. Он хотел крикнуть. Открывая рот, он прохрипел. Весь рот был полон какой-то слизи. Что за вкус? Знакомый вкус. Дотянувшись рукой до губ, он посмотрел на руку. Кровь. Эта кровь – откуда она во рту? Голова кружилась, перед глазами поплыли круги. Он пытался вздохнуть и крикнуть, лёжа на асфальте, но выходил хрип… Он увидел приближающиеся ноги в кроссовках. Ноги взяли его сумку и спешными шагами начали удаляться. Последнее, что он увидел – это вытекающая из него чёрная жидкость, которая расходилась всё дальше и дальше от него по асфальту.

* * *

Кристина прижималась к мужу. Он курил в потолок.

– А ты знаешь, Серёж… Я не на такси приехала.

– Да? А на чём? На трамвае?

– Меня подвёз мужчина, который учился в моей школе… Он меня младше на несколько лет, я его не узнала, конечно.

– …И где же ты нашла этого мужчину?

– Когда багаж получали. Он из Лондона прилетел. Он галантен. Сказал, что влюблён в меня был. Чемодан мой носил, только на «вы», и вообще – очень приятный парень…

– Ну, что же, хорошо, что есть хорошие люди. Семья-то есть у него, не рассказывал?

– Рассказывал – всю дорогу и о детях своих и о жене. Фотографии даже показывал. Видно, семьянин хороший…

Сергей нежно погладил её по голове.

– Видно, хороший… Может, и нам пора о детях подумать, Кристь?

Она задумалась, смотря перед собой. Зазвонил мобильный Сергея.

– Да. Хорошо, еду.

Встал начал собираться.

– Ты куда?

– Убийство на моём участке. Ты спи. Устала с дороги. Я постараюсь как можно раньше освободиться.

* * *

Приехав на место, Сергей сразу узнал машину провожатого Кристи.

– Привет, Николаич.

– Здорова, здорова… Давно не виделись… Часов пять уже…

– Ну, вот… Выстрел в спину. Убитый – Ефим Петрович Ким. Примерно час назад, умер от потери крови. Сердце вряд ли задето.

– Что о нём известно? Кроме того, что он женат и у него дети?

– Ты чего, Николаич? Какие нахрен дети? Какая жена? Он с наркотой связан, выйти не могли на него долго. Видно, свои его и бахнули. Свидетели говорят, сумку у него после выстрела мужик отнял.

– Да это я так шучу… Про семью…

– Юморист ты, Николаич. Смешная шутка.

В кармане завибрировал телефон. Звонила Кристина. Отошёл в сторону. Снял трубку.

– Скажи, ты точно одна ездила? Без Ефима?

Кристина не ожидала, что Сергей ТАК возьмёт трубку.

– Точно… Одна ездила… А что? Ты мне уже не доверяешь?

– Не знаю… Я занят, приеду – поговорим.

– … Серёж… Ты долго? Кого там убили-то?

– Да, бомжа какого-то… Думаю, недолго… Скоро буду. Пока. – сухо сказал Сергей.

«Откуда он знает имя Ефима? Я же ему не говорила, как его зовут!» – Кристина с испугом смотрела на погасший монитор телефона.

Шеф-повар

Алиса Позднякова медленно передвигалась в пробке. Бесцельно. Нужно было подумать. В динамиках тихо играл Monsieur Minimal с композицией «Love Story». Ей нравился голос солистки. Нужно где-то остановиться и собраться с мыслями. Чужой город. Посмотрев по сторонам и увидев впереди по направлению движения какой-то ресторан и свободное парковочное место рядом с ним, она, не раздумывая, припарковала свой Volvo. Не выключая двигатель с работающим климат-контролем, Алиса дослушала песню. Только после этого заглушила машину и открыла дверь.

Посмотрев на фасад ресторана, и, с секунду подумав, она скинула балетки. Перегнулась назад через сиденье, достала туфли на высоком каблуке. Начав обувать туфли, она чертыхнулась… Стрелка! Прямо с пятки на колготках пошла длинная стрелка – почти до середины икры. Сокрушённо вздохнув, открыла «бардачок» и достала оттуда новую упаковку колгот. Вышла из машины и села на заднее сиденье, которое было скрыто от посторонних глаз шторками. Алиса легла на задний диван и, подняв ноги к потолку машины, начала снимать колготки. В дверь постучали и сразу открыли. Позднякова лежала к открывшему дверь мужчине ногами. Ноги– у потолка, колготки – на щиколотках, и голая попа – в стрингах.

– Ой, простите!..

Дверь захлопнулась. Позднякова продолжала лежать в прежней позе, не шелохнувшись.

– Пипец! – высказалась она, чувствуя, что, начинает запоздало краснеть.

Кто это был? Какого чёрта он распахивает двери чужих машин? Понятно, что был мужчина, но какой – не разглядела! Сняв колготки, она села. Открыв упаковку, она сидя начала осторожно надевать новую пару. Натянув до колен и секунду подумав, нажала кнопку закрывания двери и опять легла на диван, задрав к потолку ноги. Закончив переодевание, и, надев туфли, она вышла из машины и направилась к входу в ресторан.

Зал ресторана был стильный. Народу немного. Персонал – обходителен, вежлив, доброжелателен и улыбчив. Музыка! Тихо играл The Dave Brubeck «Take five». Восхитительно! Ей и нужно было такое место, такая музыка. Принесли меню. Пытаясь собраться с мыслями, начала его изучать. Ни одного знакомого блюда. Ничего подобного она нигде не видела. Алиса была в небольшой растерянности. Что заказывать? Да, недёшево тут… Музыка закончилась, и начала играть следующая композиция «Kathy;s Waltz». Подошёдший официант поинтересовался, готова ли она сделать заказ. Заказав какой-то салат и воду без газа, она с удовольствием погрузилась в звуки музыки.

Постепенно мысли начали стекаться в нужное русло. Ей нужно остаться на ночь в городе. Её статьи понравились. В редакции были поражены, как она с лёгкостью могла узнать любую композицию, тут же назвав исполнителя, и даже выдать короткую справку по нему и рецензию. Что могло удивлять, когда она, обладая феноменальной памятью, постоянно слушала музыку? Музыку практически любых стилей и направлений, но только качественную – достойную её слуха. Единственно в чем она была профан, так это в отечественной эстраде. Но это от неё и не требовалось. Завтра должна состояться встреча с главным редактором. Будет окончательное интервью.

Подошедший официант начал составлять тарелки с подноса. Поставив салат, фантастически разложенный, он поставил перед ней еще одну тарелку. На тарелке было что-то очень красивое. Как это красиво! Кусок чего-то был накрыт тонким слоем розового желе, всё это сервировано зеленоватым соусом. Посыпано мелкими точками каких-то специй или трав… И желе, и точки были разложены с ювелирной аккуратностью. Салат!.. Если бы она взялась так сервировать, ей бы даже с линейкой для измерения пропорций понадобилось не менее часа. Она восхищённо смотрела. Это просто произведение искусства! Такое нельзя есть! Растерянно взглянула на официанта.

– Красота-то какая!.. Но я не заказывала ничего, кроме салата и воды!

– Я помню. Это вам подарок от нашего шеф-повара.

– Подарок?! Почему подарок?

– Не могу сказать… Вы что-то ещё будете заказывать?

– Нет, спасибо… Позовите, пожалуйста, вашего шеф-повара.

– Хорошо, я передам ему, что вы хотите его видеть. Приятного аппетита.

Молодой человек удалился. Звучал Fous De La Mer «Naver stop loving». Алиса начала пробовать еду. Потрясающе! Ничего необычнее и вкуснее она не ела. Салат был превосходен. Кусочек чего-то оказался рыбой. Она просто таяла во рту. Соус был необычен и, в сочетании с этой рыбой, был восхитителен.

– Вы меня звали?

Алиса подняла голову. Ой! Главное не подавать виду. Нужно вести себя разумно. Она всегда терялась перед такими красавцами. Парень был высок, с мужественным, потрясающе красивым лицом. Одетый в белую поварскую одежду, он выглядел очень эротично.

– Да… Присядьте, пожалуйста.

– Я не могу. Я на работе. Я не могу сидеть с посетителями.

– Можете!.. Вы же шеф-повар! Я хочу поговорить с вами.

Видно, что он был в небольшом замешательстве.

– Хорошо. Я выйду к вам. Мне только нужно переодеться.

– Ладно. Я подожду.

Когда он вышел, заиграл Una Mas Trio, бойкаю весёлая песня «Margaita». Алиса улыбалась. Вот чего не ожидала: похоже, она начинает влюбляться…

* * *

Я подъезжал к работе. Около входа была припаркована машина, посередине двух мест. Встав ровно посередине, чужое авто заняло сразу два места. Я озадаченно стоял, включив поворотник перед парковкой. Тут водительская дверь машины открылась, и оттуда вышла стройная девушка. Красива!.. Аж дух захватило!.. Девушка вышла, открыла заднюю дверь – и опять скрылась в своей Volvo. Подумав, я поставил на «аварийку» и вышел из машины. Подойдя к задней двери, я предварительно постучав, открыл ее. Слова застряли в горле… Первое, что я увидел, это была голая попа и ноги со снятыми колготками, поднятые к потолку. Что она делает? Занимается спортом? Возбудился моментально…Но зачем для этого раздеваться? Впрочем, кто их, женщин, знает, они – другие люди, мне их не понять… Я смутился. Извинившись, ретировался. Поставив в ближайшем дворе свою машину, я пошёл переодеваться.

Она была в зале. У меня не было девушки уже больше года. Я постоянно был весь в работе. Я работаю по 16 часов в сутки без выходных в двух ресторанах. Постоянно на кухне. Мне некогда знакомиться. Кругом – одни мужчины. Работаю не из-за денег. Это моя жизнь. Создавая свои блюда, я вкладываю в них всю свою душу. Я и не умею знакомиться. Не умею поддержать разговора… Обычно спрашиваю что-то вроде: «Как дела? Что нового?». Потом понимаю, что какое новое, если я и старого не знаю… Начинаю смущаться, закрывать рот рукой, смотрю вдаль и молчу… Так и живу один. Один в огромном городе, один среди миллионов женщин…

Я приготовил одно из своих лучших блюд. Тайно наблюдая за ней, я понимал, что ей нравится. Она восхищена. Ей интересна моя работа. Она понимает, что я делаю!

Когда она позвала меня, я растерялся. Хотя и предполагал, что такое может быть. Мало того, она ещё потребовала с ней посидеть. Я не мог отказать. Переодевшись, сел к ней за стол. Никакого смущения. Никаких дурацких вопросов с моей стороны. Разговор был до того естественен, что мне казалось, что я живу с этой девушкой уже ни один год. Но говорить, что это был я когда открыл дверь машины я не стал. Ей бы было неудобно.

Девушку звали Алиса. Наговорившись, мы комфортно молчали. Ни я, ни она не испытывали неудобства от того, что мы молчим. Мы чувствовали, что успеем наговориться. Время наше – его будет у нас полно. Всё впереди. И я чувствовал, что она тоже так чувствует.

– А ты кто по профессии, Алис? Что-то связанно с кухней.

– Нет. Я музыкальный критик. Музыкальный журналист.

– Да? Я как раз в основном, всю музыку приношу сюда, что здесь играет.

– Eastenders «Capitalism».

– Это сейчас играет?

– Да.

– Я не запоминаю. Просто невозможно запомнить. Просто играет музыка, которая мне нравится. Которая, как мне кажется, подходит нашему ресторану, моим блюдам…

– Очень подходит!..

Мы провели с ней сумасшедшую бессонную ночь у меня. Уже под утро я понял, что всё это не просто. Что всё это надолго. Я любил. Похоже, это было взаимно…

С утра Алисе нужно было ехать в редакцию. Накормив её завтраком, я отпустил её. Встретимся с ней вечером. За завтраком вместе и решили, что она никуда не поедет, а будет жить пока у меня. Потом решим с её полным ко мне переездом. Даже если у неё не выйдет в этом издательстве, куда она сейчас собиралась, всё равно поступим так.

Проводив её, я отправился на работу. Там меня ждал американец. Он сказал, что принял окончательное решение, и что он готов назначить меня шеф-поваром в свой нью-йоркский ресторан, подписав контракт сразу на три года. Его ресторан и так имел престижные две звезды из максимально возможных четырёх. По его словам, он был уверен, что я подниму рейтинг минимум до трёх звёзд, а, возможно, и до максимальных эстетских четырёх. Это была моя мечта! Я мечтал о таком предложении последние пять лет. Это полная свобода творчества.

Я совершенно спокойно отказался. Куда я поеду, когда у меня есть Алиса? Если сказать, что американец был удивлён – это ничего не сказать! Мне было неудобно перед ним. Но, что я мог сделать?!

* * *

Главный редактор был полный мужчина с красным лицом. Ему было на вид далеко за пятьдесят, хотя из-за полноты и лысины понять его возраст было невозможно.

– Ну, мне нравится, молодец! Из тебя выйдет толк!

– Спасибо.

– Более того, ты мне сама нравишься.

– Спасибо.

– Думаю, я могу обеспечить тебе отличную карьеру.

Алиса молчала, еле-еле улыбаясь краешком губ.

– Надеюсь, загранпаспорт есть?

– Конечно!

– Ну и хорошо… Через три дня едешь со мной на Ибицу. Буду там тебя трахать. А заодно напишешь ряд хороших статей о новых дарованиях с фестиваля. В общем – поедем работать.

– Через три дня?

– Да, через три. А пока я буду тебя эти три дня трахать тебя у себя дома.

Редактор, подойдя к ней, потрепал её за щёку и взял за грудь…

* * *

Что с ней могло случиться? Она не приехала ко мне на работу как обещала. Я сидел на лавке у своего подъезда. Она же должна приехать! Где она?

Сердце просто не выдерживало!.. Я даже не мог обратиться в полицию. Я не знал ни её телефона, ни её фамилии, я ничего о ней не знал!.. Кроме того, что мы любим друг друга – это я знал точно!

Я сидел и ждал… Она приедет! С ней ничего не могло случиться! Она приедет – и мы с ней будем счастливы!..