Текст книги "Служба отлова нечисти (СИ)"

Автор книги: Леон Монтан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 13 страниц)

Глава 9 Черный рынок

Глава 9 Черный рынок

Окраина города разительно отличалась от сверкающих шпилей дворцовых кварталов. Здесь пахло сыростью, гниющими отбросами и дешёвым элем. Узкие кривые улочки были погружены в полумрак, а редкие фонари освещали лишь лужи да подозрительных личностей, жмущихся по углам.

Экипаж остановился у ничем не примечательного здания старой мануфактуры.

Дариан вышел первым и подал Рейз руку. Она проигнорировала жест, легко спрыгнув на грязную брусчатку. В её движениях, несмотря на высокие каблуки и разрез на платье, не было ни капли неуверенности – только хищная, собранная грация.

– Запомните легенду, – тихо произнёс Дариан, предлагая ей локоть. – Я – барон фон Блэк, эксцентричный коллекционер редких ядов с юга. Вы – моя спутница, Ирен. Молчите, загадочно улыбайтесь и позволяйте мне оплачивать счета.

– Я постараюсь не зевать от скуки, барон, – парировала Рейз, беря его под руку. Прикосновение к его твёрдому, как камень, бицепсу снова заставило её сердце замереть, но она мастерски скрыла это за маской холодного равнодушия.

Они подошли к тяжёлым железным дверям мануфактуры. У входа дежурили два огромных тролля-вышибалы в нелепых смокингах. Дариан молча протянул одному из них чёрную металлическую карточку с выгравированным черепом. Тролль кивнул, и двери бесшумно распахнулись.

Внутри старой фабрики царила атмосфера порочной роскоши. Просторный зал был задрапирован чёрным и алым бархатом. В воздухе витал сладковатый, одурманивающий дым магических кальянов. В центре возвышался подиум для аукциониста, а вокруг, за столиками и в полутёмных ложах, располагалась публика.

Здесь были все: от продажных аристократов в масках до криминальных авторитетов, полукровок и контрабандистов.

Как только Дариан и Рейз вошли в зал, на них обратились десятки взглядов. Лорд-командующий, даже под чужим именем, излучал подавляющую ауру власти, заставляя мелких сошек расступаться. Но большинство взглядов – мужских, липких и оценивающих – были прикованы к Рейз.

Её бордовое платье, бледная кожа и суровое, неприступное лицо действовали на присутствующих как магнит. В мире, где большинство женщин пытались привлечь внимание доступностью, её холодность была самым сильным афродизиаком.

Дариан чувствовал эти взгляды кожей. Его внутренний волк зарычал, требуя вырвать глотки каждому, кто смел смотреть на его альфу. Лорд крепче прижал её руку к своему боку, словно заявляя свои права.

– Расслабьтесь, барон, – шепнула Рейз, заметив, как напряглась его челюсть. – Вы скрипите зубами так громко, что распугаете всех продавцов.

Они заняли ложу недалеко от подиума. Официант – гоблин во фраке – тут же принёс им два бокала с зелёным игристым вином. Рейз понюхала напиток и незаметно вылила его в кадку с декоративным папоротником. Она никогда не пила на работе.

Аукцион начался.

На подиум вышел худой, как скелет, человек в цилиндре и начал бойко распродавать нелегальные товары: яйца запрещённых мантикор, контрабандные артефакты иллюзий, проклятые кинжалы.

Дариан для вида приобрёл какую-то безделушку, но его внимание было приковано к Рейз. Она сидела рядом, закинув ногу на ногу. Разрез платья обнажил её бедро почти до самого основания, и лорд-командующий поймал себя на том, что вообще не слушает аукциониста. Он смотрел на линию её чулка, на изгиб колена, и проклинал себя за слабость.

– А теперь, господа, гвоздь нашей программы! – провозгласил аукционист, сдёргивая бархатный платок с небольшого стеклянного ящика. – Десять флаконов чистейшей «Звериной жёлчи»! Идеальное средство для… усмирения непокорных питомцев. Начальная цена – пять тысяч золотых!

Дариан подобрался. Рейз тоже напряглась, её глаза сузились, сканируя зал. Ей нужно было запомнить каждого, кто поднимет ставку, каждого, кто проявит интерес к яду, сводящему оборотней с ума.

– Шесть тысяч! – раздался хриплый голос из соседней ложи.

– Семь тысяч! – выкрикнул тучный мужчина в маске совиной головы на другом конце зала.

Дариан поднял руку.

– Десять тысяч.

Зал затих. Десять тысяч золотых были астрономической суммой. Аукционист радостно потёр руки, готовясь ударить молотком, но тут в их ложу ввалился незваный гость.

Брутус «Мясник» Кроу – один из самых жестоких криминальных баронов столицы, промышляющий торговлей редкими магическими ингредиентами. Он был огромен, лыс и покрыт тюремными татуировками, а от его одежды несло застарелой кровью и дорогим коньяком. За его спиной маячили трое громил.

Брутус проигнорировал Дариана, уставившись прямо на Рейз. Его взгляд скользнул по её декольте, затем по разрезу на платье. Барон облизнул сальные губы.

– Шикарная птичка, – прохрипел он, бесцеремонно опираясь тяжёлыми руками о стол их ложи. – Эй, южанин. Я перебью твою ставку. Заберу зелье, а заодно куплю твою девку на одну ночь. Даю тысячу золотых сверх.

Воздух вокруг Дариана мгновенно заледенел.

Золотое свечение в его глазах вспыхнуло с такой силой, что даже сквозь полумрак стало видно, как удлиняются его клыки. Внутренний волк сорвался с цепи. Это было прямое покушение на его территорию, на его женщину.

– Убери. От неё. Взгляд, – голос лорда-командующего прозвучал так тихо, что волоски на загривках телохранителей Брутуса встали дыбом. Это был голос смерти.

Брутус, привыкший к безнаказанности, лишь расхохотался и нагло потянулся толстой рукой к обнажённому плечу Рейз.

– Да брось, барон, не жадничай…

Дариан вскочил, опрокинув столик, готовый разорвать Мясника на куски голыми руками. Он уже выпустил когти, магия альфы начала сминать пространство…

Но Рейз оказалась быстрее.

Она не стала прятаться за спину Дариана. Вместо этого, Рейз молниеносно перехватила тянущуюся к ней толстую руку криминального барона. Её пальцы сомкнулись на его запястье, нащупав болевую точку…

Звук ломающихся костей в запястье Мясника прозвучал громче удара аукционного молотка.

Брутус взвыл от боли, падая на колени.

– Вы перепутали заведение, господин, – ледяным тоном произнесла Рейз, небрежно отпуская сломанную конечность и доставая из изящного клатча зажатый в кулаке дротик с транквилизатором. – Бордель через две улицы.

В зале повисла секундная, шокированная тишина. А затем начался ад.

Телохранители Брутуса с рёвом бросились на Рейз, выхватывая тесаки.

Дариан, чья ревность и ярость уже достигли точки кипения, вступил в бой. Он дрался голыми руками, используя магию и силу оборотня. Первого громилу он схватил за горло и просто швырнул через весь зал в витрину с проклятыми артефактами. Второго ударил коленом в грудь с такой силой, что тот пробил стену соседней ложи.

Рейз тем временем элегантно увернулась от тесака третьего нападавшего. Разрез на платье сыграл ей на руку – она сделала идеальную подножку, крутнувшись на каблуках, и, когда бандит полетел на пол, с размаху вонзила дротик с транквилизатором ему прямо в задницу.

Охрана аукциона поняла, что дело пахнет керосином, и начала стрелять из арбалетов парализующими болтами. Посетители в панике ломанулись к выходам.

– Хватай зелье! – крикнула Рейз Дариану, перепрыгивая через перевёрнутый диван.

Лорд-командующий одним прыжком преодолел расстояние до подиума. Аукционист попытался схватить ящик со «Звериной жёлчью», но Дариан просто вырвал коробку у него из рук, попутно отвесив незадачливому продавцу подзатыльник, от которого тот улетел в кулисы.

– Уходим! – рявкнул Дариан.

Они пробивались к выходу спина к спине. Это был невероятный, слаженный танец. Дариан раскидывал врагов чистой силой и магией, а Рейз прикрывала его слепые зоны, метко бросая в нападающих тяжёлые стеклянные пепельницы, стулья и остатки ампул из своего клатча. В какой-то момент один из бандитов попытался ударить Дариана со спины, но Рейз молниеносно сняла туфлю и швырнула её нападающему прямо в лоб. Шпилька сработала безупречно.

Они вырвались из мануфактуры, оставив позади стонущую охрану и разгромленный зал.

На улице шёл проливной дождь. Их экипажа нигде не было видно – видимо, кучер испугался шума и сбежал.

– В переулок, бегом! – скомандовала Рейз.

Они бежали по тёмным, залитым дождём улицам. Вода мгновенно промочила тонкий шёлк её платья, волосы прилипли к лицу. Дариан, прижимая к груди коробку с ядом, не отставал ни на шаг, следя за тем, чтобы никто не сел им на хвост.

Адреналин кипел в крови. Они остановились только через несколько кварталов, нырнув в глубокую нишу под каменным мостом, где их было не видно с улицы.

Оба тяжело дышали, прислонившись к влажной кирпичной кладке.

Рейз откинула мокрые волосы со лба. Она стояла босиком, её роскошное платье было порвано на подоле и испачкано грязью, но её глаза сияли первобытным азартом.

Она посмотрела на Дариана, на его растрёпанные волосы и сбитый сюртук, и внезапно рассмеялась. Это был искренний, хриплый смех человека, который только что вышел живым из хорошей заварушки.

Дариан замер. Он впервые видел, как она смеётся. И это зрелище было красивее любого заката.

Его волк внутри не скулил и не просил пощады – он выл на луну от чистого, незамутнённого обожания. Его женщина не только умела доминировать, она умела драться, и она не боялась испачкать руки.

Дариан шагнул к ней, забыв обо всём на свете. Дождь барабанил по камням, скрывая их от всего мира. Расстояние между ними снова исчезло.

– Ты… невероятная, – прошептал лорд-командующий, глядя в её сияющие глаза.

И на этот раз Рейз не отстранилась.

Глава 10 Ошейник для лорда

Глава 10 Ошейник для лорда

Капли дождя, холодные и тяжелые, барабанили по булыжной мостовой, но в тесной нише под мостом воздух, казалось, можно было резать ножом.

Дариан стоял так близко, что Рейз чувствовала исходящий от него жар. Его глаза, обычно по-волчьи золотые, сейчас потемнели, превратившись в расплавленную бронзу. В них больше не было попыток взять её под контроль или задавить авторитетом – только неприкрытый, звериный голод и искреннее восхищение.

Рейз замерла. Её дыхание сбилось. Она не могла оторвать взгляд от его губ, вспоминая их грубый поцелуй в карете. Адреналин после драки смешался с первобытным влечением, и на секунду ей захотелось плюнуть на все протоколы, притянуть его к себе и посмотреть, как далеко этот дикий оборотень готов зайти.

Но где-то вдалеке, сквозь шум дождя, пронзительно свистнул полицейский свисток. Стража наконец-то добралась до разгромленного аукциона.

Рейз моргнула, сбрасывая наваждение. Внутренний инспектор отлова отвесил ей мысленную пощечину.

– Нам нужно уходить, – её голос прозвучал неестественно хрипло. Она отстранилась от Дариана, ёжась от ночной сырости. – Если нас повяжут вместе с ящиком запрещенного зелья, не поможет даже ваша должность, лорд де Морт.

Дариан тяжело, прерывисто вздохнул, словно выныривая из-под воды. Он крепче перехватил стеклянный ящик со «Звериной желчью» и кивнул.

– В отлов. Там безопасно, и у меня есть ключи от сейфа, – бросил он, накидывая свой бархатный сюртук на её продрогшие плечи. Сюртук был огромным, пах дождем, сандалом и им самим. Рейз инстинктивно запахнула его плотнее.

Они пробирались по переулкам, стараясь не попадаться на глаза патрулям. Идти босиком по грязной мостовой было тем еще удовольствием, но Рейз не жаловалась. Она лишь изредка чертыхалась, наступая на острые камни. Дариан, заметив это, просто молча подхватил её на руки.

– Поставьте меня на место! – возмутилась Рейз, попытавшись вырваться. – Я вешу как мешок с цементом, а вы и так тащите тяжелый ящик!

– Вы весите как пушинка, инспектор. Если вы порежете ноги, мы не сможем быстро бегать, – невозмутимо ответил Дариан, не сбавляя шага. – И прекратите извиваться, иначе я вас уроню.

Рейз перестала вырываться, с мрачным смирением обвив руками его шею. Её мокрые волосы прилипли к его лицу, но лорд-командующий выглядел так, словно нёс величайшее сокровище империи.

В департамент отлова они ввалились глубокой ночью. Здание было пустым – дежурная смена спала где-то на нижних ярусах, только редкие всхрапывания гоблинов нарушали тишину.

Мокрые насквозь, тяжело дышащие, они прошли в крошечный, заваленный бумагами кабинет Рейз.

Дариан с грохотом водрузил ящик с зельем на её стол, сметая на пол какие-то бланки, и резко захлопнул дверь, поворачивая ключ в замке на два оборота. Щелчок прозвучал в тишине как выстрел.

Рейз сбросила его мокрый сюртук и обернулась. Она ожидала, что Дариан сейчас начнет обсуждать план действий, изучать улики или, на худой конец, жаловаться на испорченную обувь.

Но лорд-командующий не смотрел на зелье. Он смотрел на неё.

Бордовый шёлк платья, насквозь промокший, облепил её тело, превратившись во вторую кожу. Декольте и разрез от бедра больше не выглядели просто провокационно – они выглядели как вызов.

Дариан шагнул к ней. В его движениях больше не было ни капли человеческого. Он двигался как хищник, загоняющий добычу в угол.

– Что вы делаете? – Рейз инстинктивно отступила, упершись поясницей в край своего рабочего стола.

– Я больше не хочу быть хорошим мальчиком, Рейз, – его голос был низким, рычащим, вибрирующим от сдерживаемой страсти. – Я устал играть по вашим правилам. Устал держать себя в руках.

Он подошел вплотную, положив обе руки на стол по обе стороны от её бедер, отрезая все пути к отступлению.

– Вы сходите с ума, лорд-командующий, – она попыталась звучать строго, но её голос дрогнул, когда его колено мягко, но настойчиво раздвинуло её ноги в разрезе платья, прижимаясь к внутренней стороне бедра. – Вы забываетесь.

– Это вы сводите меня с ума! – Дариан повысил голос, и в нем прозвучала почти отчаянная ярость. – Вы ворвались в мою жизнь, надели на меня этот проклятый пластик, унизили, заставили моего волка скулить от обожания! Вы деретесь, как демон, вы пахнете мятой и порохом, вы не боитесь меня! Вы рушите мое мужское эго каждой своей холодной фразой, каждым насмешливым взглядом!

Он наклонился ближе, его горячее дыхание обжигало её лицо.

– Я – вожак стаи, Рейз. Я – главнокомандующий. Я привык, что передо мной склоняют головы. А вы… вы смотрите на меня так, словно я – просто бродячий пёс, которому нужно сделать прививку. И самое страшное – мне это нравится. Моему зверю нравится, когда вы доминируете. Номне , как мужчине, это просто рвёт крышу.

Рейз судорожно сглотнула. Её сердце билось так сильно, что, казалось, вот-вот сломает ребра. Она видела, что Дариан на грани. Что он больше не может сдерживать ту первобытную химию, которая искрила между ними.

И, если быть честной с самой собой, она тоже больше не хотела этого сдерживать.

Она привыкла всё контролировать. Привыкла быть сильной, суровой, непробиваемой. Но сейчас, глядя в эти пылающие золотом глаза, чувствуя его огромную, властную фигуру, нависающую над ней, она почувствовала, как внутри неё просыпается женщина. Женщина, которая хотела, чтобы этот мужчина доказал, что он достоин её.

Рейз вскинула подбородок, глядя ему прямо в глаза.

– И что вы собираетесь с этим делать, Дариан? – её голос прозвучал как вызов, как брошенная перчатка. – Будете рычать на меня? Попытаетесь задавить меня своей аурой? Я – инспектор Отлова. Меня не пронять вашим пафосом. Если вы хотите доказать, что вы альфа, вам придется постараться.

Это было всё равно что бросить спичку в бочку с порохом.

Глаза Дариана вспыхнули. Он издал низкий, утробный рык, полный первобытной ярости.

– Я покажу тебе, кто здесь альфа, – прорычал он.

Дариан сгреб её в охапку, отрывая от пола. Он одним рывком смел с рабочего стола стопки актов, скрепок и пустых кружек, освобождая место, и с силой, но бережно, усадил Рейз на освободившуюся поверхность.

Его руки зарылись в её мокрые волосы, фиксируя её голову, а губы обрушились на её рот.

На этот раз поцелуй не был просто порывом. Это было объявление войны и акт безоговорочной капитуляции одновременно. Дариан целовал её жестко, властно, сминая её губы, проникая языком глубоко, требуя полной отдачи. Он доказывал свою мужскую силу, заставляя Рейз запрокинуть голову и издать тихий, сдавленный стон, который потонул в его губах.

Рейз ответила на поцелуй с не меньшей яростью. Её руки скользнули по его широким плечам, пальцы впились в ткань его рубашки. Она чувствовала мощные бугры его мышц, чувствовала, как его огромное тело прижимается к ней, вдавливая её в стол.

– Со мной нельзя обращаться как с дворнягой, Рейз, – хрипло зашептал Дариан, отрываясь от её губ и покрывая горячими, кусачими поцелуями её шею, спускаясь к ключицам. Его руки властно скользнули по её бедрам, задирая мокрый шелк платья выше. – Меня нужно гладить только против шерсти. Ты понимаешь? Только против шерсти.

Он доминировал. Он брал инициативу в свои руки – сильный, властный мужчина, хищник, который наконец-то дорвался до своей истинной пары. Каждое его прикосновение было пропитано жаром и электричеством. Рейз, которая всегда диктовала условия, вдруг обнаружила, что ей безумно, до одури нравится подчиняться его ритму.

Она выгнулась навстречу его рукам, тяжело дыша. Жар внизу живота превратился в пульсирующее, невыносимое желание.

Но Рейз была инспектором отлова. И даже в моменты абсолютной страсти её потребность в контроле никуда не исчезала. Она хотела этого мужчину, но она хотела его на своих условиях.

Когда рука Дариана скользнула под край её белья, заставив её судорожно выдохнуть и сжать его плечи до синяков, Рейз вслепую потянулась к верхнему, не запертому ящику своего стола.

Её пальцы нащупали то, что она искала.

Дариан, ослепленный страстью, готовился сорвать с неё остатки одежды, когда Рейз резко уперлась свободной рукой ему в грудь, останавливая.

Он тяжело, прерывисто задышал, глядя на неё затуманенным, золотым взглядом.

Рейз, чьи губы припухли от поцелуев, а в глазах плескалась ответная, дикая страсть, медленно вытащила руку из ящика стола.

На её ладони лежал зачарованный ошейник послушания.

Это был узкий, изящный ремешок из черной драконьей кожи, усеянный мелкими, тускло мерцающими рунами подавления. Такие ошейники Отлов использовал в крайних случаях – для усмирения высших, самых опасных хищников, которые отказывались подчиняться приказам. Ошейник не причинял боли, но он создавал абсолютную, магическую связь между вожаком и зверем.

Рейз молча показала ошейник Дариану.

В кабинете повисла звенящая, электрическая тишина. Слышно было только их тяжёлое дыхание и шум дождя за окном.

Это был момент истины. Момент, где сталкивались человеческая гордость лорда-командующего и первобытные инстинкты его внутреннего волка. Если он откажется – игра окончена. Если он разозлится – они разрушат этот кабинет в драке.

Дариан смотрел на узкую полоску чёрной кожи. Его грудь тяжело вздымалась. Мышцы на скулах ходили ходуном. Человеческий разум кричал ему, что это унижение, что альфа не носит ошейников. Но его внутренний зверь… Зверь, глядя на властное, ожидающее лицо Рейз, просто таял от экстаза. Это было высшее проявление доверия. Признание её безоговорочной власти.

Лорд-командующий перевел взгляд с ошейника на её глаза. В них не было насмешки, только обжигающий огонь.

Дариан медленно, с хриплым, глубоким рычанием, полным капитуляции и дикого возбуждения, опустился на колени прямо перед ней.

Он сам наклонил голову, подставляя свою мощную шею.

Рейз сглотнула. Её руки дрогнули, когда она обернула черную кожу вокруг его шеи и защёлкнула магнитный замок.

Звук прозвучал как удар грома.

Руны на ошейнике коротко вспыхнули синим светом, фиксируя магическую связь.

В ту же секунду крышу у Дариана сорвало окончательно. Смешение абсолютного человеческого доминирования, которое он проявлял мгновение назад, и абсолютного, добровольного звериного подчинения создало такой коктейль адреналина, который невозможно было описать.

Он вскочил на ноги, сгреб её со стола в охапку и, рыча прямо ей в губы, бросил её на старый, продавленный кожаный диванчик в углу кабинета.

Диван жалобно скрипнул, принимая их общий вес. Старая кожаная обивка пахла пылью, чернилами и сотней бессонных ночей, проведённых Рейз за отчётами. Но сейчас всё это не имело значения.

Дариан навис над ней – огромный, горячий, с глазами, пылающими расплавленным золотом. Капли дождя всё ещё блестели в его тёмных волосах, срывались с острых скул и падали на её разгорячённое лицо. Ошейник – узкая полоска чёрной драконьей кожи – контрастно выделялся на его мощной шее, и от этого зрелища у Рейз перехватывало дыхание.Лорд-командующий королевской стражи. Альфа-оборотень… на коленях. В её ошейнике.

– Ты хоть понимаешь, что ты со мной сделала? – его голос был низким, вибрирующим, почти неузнаваемым. Он упёрся ладонями по обе стороны от её головы, и Рейз почувствовала, как прогнулись старые пружины. – Ты сломала меня, разобрала на части и собрала заново. Как ты это делаешь, Рейз?

Она не ответила – просто потянулась к ошейнику, обхватила его пальцами и резко, властно притянула Дариана к себе.

Эффект был мгновенным. Лорд-командующий издал звук – что-то среднее между рычанием и стоном, – и его губы обрушились на её рот. На этот раз поцелуй был не просто требовательным. Он был голодным. Дариан целовал её так, словно пытался выпить саму её душу, – глубоко, жадно, сминая её губы, прикусывая нижнюю, тут же зализывая место укуса языком. Его клыки царапали нежную кожу, и от этой опасной, звериной ласки по телу Рейз пробегала дрожь.

Его руки не теряли времени. Одна ладонь зарылась в её мокрые волосы, фиксируя голову в нужном ему положении, а вторая скользнула вниз – по шее, по ключицам, к краю бордового шёлка.

– Это платье, – прорычал он ей в губы, – сводило меня с ума весь вечер. Каждый ублюдок на том аукционе смотрел на тебя.

С этими словами он сжал ткань в кулаке и рванул. Дорогой шёлк затрещал, расходясь по шву от декольте до талии. Рейз ахнула – то ли от возмущения, то ли от возбуждения, она и сама не поняла.

– Вы… вы испортили платье, которое стоит больше моего месячного жалованья, лорд-командующий! – выдохнула она, но её голос предательски дрогнул, когда его горячая ладонь накрыла её обнажённую грудь.

– Я куплю тебе сотню таких платьев, – хрипло пообещал Дариан, наклоняясь и проводя языком по её ключице, собирая капли дождя с разгорячённой кожи. – И лично порву каждое.

Его губы двинулись ниже. Он целовал её грудь – жадно, оставляя влажные дорожки и лёгкие следы зубов. Рейз выгнулась навстречу, вцепившись пальцами в его плечи. Под её ладонями перекатывались бугры мышц – твёрдых, как стальные канаты. От Дариана пахло дождём, сандалом и чем-то диким, звериным, от чего у неё кружилась голова.

– Боже, Рейз, – простонал он, уткнувшись лицом в ложбинку между её грудями. Его голос звучал почти страдальчески. – Ты пахнешь… ты пахнешь так, что мой волк сходит с ума. Мята. Порох. Иты . Твой запах. Он преследует меня с того самого дня в клетке.

Его рука скользнула по её животу, по боку, по бедру – туда, где разрез платья открывал доступ к обнажённой коже. Пальцы Дариана были горячими, чуть шершавыми, и каждое их прикосновение отзывалось электрическим разрядом где-то внизу живота. Он огладил внутреннюю сторону её бедра – медленно, почти мучительно, – и Рейз закусила губу, сдерживая стон.

– Не сдерживайся, – рыкнул Дариан, поднимая голову. Его золотые глаза горели. – Я хочу слышать тебя. Я хочу, чтобы весь этот проклятый департамент знал, что ты – моя.

– Я не ваша, лорд-командующий, – выдохнула Рейз, но её тело говорило об обратном. Она развела бёдра шире, приглашая его, и её пальцы снова нащупали ошейник. Она дёрнула за него – на этот раз сильнее, заставляя Дариана запрокинуть голову и обнажить горло. – Этовы – мой.

От этого жеста и этих слов зрачки Дариана расширились, почти полностью поглотив золотую радужку. Он замер на секунду – огромный хищник, застывший в руках властной укротительницы, – а затем издал такой глубокий, утробный рык, что Рейз почувствовала его вибрацию всем телом.

– Да, – выдохнул он, и в этом слове была вся его капитуляция. – Да, чёрт возьми. Я твой.

Дальше всё смешалось в калейдоскопе жара, влажной кожи и сдавленных стонов.

Дариан стянул с неё остатки платья – теперь уже просто рваные лоскуты шёлка, – и на мгновение замер, глядя на неё. Рейз лежала перед ним на старом диване: обнажённая, раскрасневшаяся, с припухшими от поцелуев губами и растрёпанными мокрыми волосами, разметавшимися по кожаной обивке. Её тело было поджарым, сильным – тело женщины, которая привыкла драться и усмирять хищников. На рёбрах виднелся свежий синяк от удара прикладом, на предплечье – царапина. Но для Дариана в этот момент она была прекраснее любой придворной красавицы.

– Ты совершенна, – выдохнул он, и в его голосе не было ни капли лести. Только благоговение.

Рейз потянулась к его рубашке. Пуговицы полетели в разные стороны, когда она рванула ткань, обнажая его торс. Под дорогой тканью скрывалось тело воина: широкие плечи, рельефная грудь, покрытая редкими тёмными волосками, дорожка которых убегала вниз, к поясу брюк. Старые шрамы – белые полосы на загорелой коже – рассказывали историю сотен боёв. Рейз провела по ним кончиками пальцев, и Дариан вздрогнул, словно от удара током.

– Сколько раз тебя пытались убить? – прошептала она.

– Недостаточно, чтобы остановить меня, – ответил он, перехватывая её руку и поднося к губам. Поцеловал костяшки – те самые, которыми она вырубила охранника на аукционе. – Эти руки… я видел, что они делают. И я хочу чувствовать их на себе. Везде.

Он освободился от остатков одежды – брюки и бельё полетели на пол, к груде шёлковых лохмотьев, – и Рейз на секунду забыла, как дышать.

Дариан был огромен. Во всех смыслах. Его возбуждённая плоть – толстая, с выступающими венами, – упиралась ей в бедро, и от осознания того, чтоэто сейчас будет внутри неё, по телу Рейз пробежала сладкая судорога. Она инстинктивно облизнула губы, и Дариан проследил за этим движением с голодным, почти болезненным выражением лица.

Рейз приподнялась на локтях, глядя ему прямо в глаза, и снова потянула за ошейник, привлекая его к себе. Их губы встретились, и на этот раз поцелуй был медленным, глубоким, почти мучительным. Она чувствовала, как его сердце колотится – сильно, часто, прямо напротив её груди.

Дариан опустился на неё всем телом. Его вес был тяжёлым, но приятным – она чувствовала себя окружённой, защищённой, пойманной. Его бёдра раздвинули её ноги шире, и головка его члена скользнула по её влажным складкам. Рейз ахнула ему в губы.

– Ты мокрая, – выдохнул он, и в его голосе звучало почти благоговение. – Такая мокрая для меня. Скажи, что ты хочешь этого. Скажи, Рейз.

– Я… – она задохнулась, когда он провёл головкой по клитору – медленно, дразняще. – Дариан, чёрт тебя побери…

– Скажи, – повторил он, и теперь в его голосе звучала сталь. Даже в ошейнике, даже на грани безумия, он оставался альфой. – Я хочу услышать, как ты просишь.

Рейз посмотрела ему в глаза. Золотые, пылающие, полные обожания и голода. Она могла бы бороться. Могла бы снова дёрнуть за ошейник, заставить его подчиниться. Но в этот момент она поняла: это не битва, это танец, и сейчас его черёд вести.

– Я хочу тебя, Дариан, – произнесла она – тихо, но твёрдо. – Я хочу, чтобы ты взял меня. Прямо сейчас. Жёстко. Так, как твой волк хочет взять свою пару.

Эти слова сломали последние барьеры.

Дариан вошёл в неё одним мощным, глубоким толчком – и Рейз вскрикнула, выгнувшись дугой. Он был большим —очень большим, – и её тело на мгновение запротестовало, растягиваясь вокруг него. Но она была готова. Её мышцы сжались вокруг его плоти, и Дариан застонал – низко, хрипло, уткнувшись лицом в изгиб её шеи.

– Чёрт… Рейз… – его голос сорвался. – Ты такая узкая. Такая тугая. Я… дай мне секунду…

Он замер, давая ей привыкнуть. Его мышцы дрожали от напряжения – она чувствовала это всем телом. Каждая жилка на его члене пульсировала внутри неё. Рейз обхватила его бёдра ногами, притягивая ближе, и провела ладонями по его спине, чувствуя, как перекатываются мышцы под кожей.

– Двигайся, – приказала она, сжимая ошейник. – Я не стеклянная, лорд-командующий. Трахни меня как следует.

И Дариан подчинился.

Он начал двигаться – сначала медленно, глубоко, почти выходя из неё полностью и снова погружаясь до основания. Каждый толчок выбивал из лёгких Рейз воздух. Её ногти впивались в его лопатки, оставляя красные борозды. Старый диван скрипел в такт их движениям – ритмично, непристойно.

– Быстрее, – выдохнула она, и Дариан ускорился.

Теперь он вбивался в неё с силой, от которой диван сдвигался при каждом толчке. Звук их соития – влажные шлепки, сдавленные стоны, хриплое дыхание – наполнял маленький кабинет. Рейз вцепилась в ошейник, используя его как рычаг, и Дариан рычал от этого жеста, теряя остатки контроля.

– Да… да, Рейз… дёргай сильнее… – его голос был сломленным, умоляющим, совершенно не похожим на голос лорда-командующего. – Я твой… полностью твой…

Она чувствовала, как внутри неё нарастает напряжение – тугое, горячее, скручивающееся в тугую спираль где-то внизу живота. Дариан почувствовал это тоже – его волчье чутьё улавливало каждую перемену в её теле, – и он изменил угол, приподнимая её бёдра выше, входя ещё глубже.

– Вот так, – прорычал он, и его большой палец скользнул вниз, находя её клитор. Он начал массировать его круговыми движениями – грубовато, но именно так, как ей было нужно. – Кончи для меня, Рейз. Кончи на моём члене. Я хочу почувствовать, как ты сжимаешься вокруг меня.

Его слова, его голос, его пальцы – всё это столкнуло её за грань.

Оргазм накрыл Рейз с сокрушительной силой. Она вскрикнула – громко, не сдерживаясь, – и её тело выгнулось дугой, мышцы влагалища судорожно сжались вокруг члена Дариана. Он зарычал в ответ, чувствуя, как она пульсирует вокруг него, и сделал ещё несколько глубоких, рваных толчков, продлевая её наслаждение.

– Я сейчас… Рейз, я… – его голос сорвался.

– В меня, – выдохнула она, глядя ему прямо в глаза. – Я хочу почувствовать это. Всё.

И Дариан кончил – с рёвом, который, наверное, был слышен на всех этажах департамента. Его семя излилось глубоко внутрь неё горячими, пульсирующими толчками. Он рухнул на неё, дрожа всем телом, уткнувшись лицом в изгиб её шеи. Его дыхание было рваным, хриплым. Ошейник всё ещё мерцал синими рунами на его шее.

Несколько минут они лежали молча. Дождь за окном стихал, превращаясь в редкую морось. Где-то вдалеке пробили городские часы – три удара. Три часа ночи. Самое тёмное время перед рассветом.

Рейз медленно провела пальцами по его волосам – влажным, спутанным. Дариан не шевелился, только его дыхание постепенно выравнивалось. Она чувствовала, как его сердце бьётся – всё ещё быстро, но уже не так бешено, – прижатое к её груди.