Текст книги "Жилищно-колдовское хозяйство. Прорыв астрального коллектора (СИ)"
Автор книги: Леон Монтан
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 9 страниц)
Волшебный ремонт
ЖЭК № 37 микрорайона «Солнечный», юго-западный астральный округ города Заволгограда, едва справлялся с обычной работой, не говоря уже о магической. Обыденная магия здесь была настолько же привычной, как и прогнившие трубы или вечно текущая крыша. Разница лишь в том, что трубы могли течь из преисподней, а крыша – пропускать не дождь, а мелких, но вредных элементалей стихий.
Раннее утро в дежурной части ЖЭК №37 встретило Ивана Петровича, матерого сотрудника с морщинистым лицом и взглядом, который видел слишком много астральных тараканов, запахом перегоревшего портативного оберега. Он, как всегда, уже пил третий стакан крепчайшего чая, заваренного на высушенных корнях Мандрагоры – от нервов.
Денис старательно листал «Постановление о борьбе с бытовыми полтергейстами. Том III, Приложение Б». Его новенькая форменная мантия цвета хаки была еще не заляпана фантомной слизью.
Рядом с ними, на табуретке, закинув ноги на стол, сидела Варя, ее огненно-рыжие волосы растрепались, а глаза, казалось, видели не только физический, но и эфирный план одновременно. Она чистила свой универсальный ключ-отмычку, который мог открыть как ржавый вентиль, так и замок на вратах в Подпространство.
– О, Дениска, – прохрипел Иван Петрович, отставляя кружку. – Все по инструкции? А если полтергейст не читал инструкцию? Или он из Нижней Австрии, а не из верхневолжского астрала?
Денис вздрогнул. – Иван Петрович, инструкция универсальна! Главное – протокол соблюсти. Вы же сами говорили – без бумажки ты не домовой.
– Говорил, да. Но не всегда с ней жить надо. Иногда и крепкое слово помогает, а то и заклинание «Отвали, нечисть!», – Иван Петрович потер подбородок. – Ну, что там у нас по заявкам?
– Так… – Денис провел пальцем по светящемуся планшету. – Жалоба № 472 от жильцов дома №17 по улице Везучего Оборотня. «Фасад несанкционированно меняет цвет». Жалоба № 473, тот же адрес: «Дом самопроизвольно трансформируется». Жалоба № 474: «На окнах растут грибы, и они говорят».
Варя присвистнула. – Грибы, которые говорят? Это что-то новенькое. Обычно они только галлюцинации вызывают.
Иван Петрович резко выпрямился. – Дом №17? Это тот, который мы красили две недели назад?
Денис кивнул. – Да, тот самый. Вы еще тогда распорядились использовать «ускоряющее заклинание», чтобы сэкономить на рабочих часах…
– Ну, а что? – Иван Петрович развел руками. – Средства экономим, план выполняем, фасад блестит. Пришло же письмо из Главного Управления Астрального Фонда Жилья: «Увеличить скорость выполнения малярных работ на 300%». Я вот и увеличил. Мы же не виноваты, что склад нам прислал ускоряющее заклинание из сектора «Астральная флора», а не из «Бытового строительства». Думали, оно универсальное!
Варя оторвалась от ключа. – А, так вот почему. «Астральная флора»… Это же заклинания, настроенные на быструю адаптацию и рост с учетом окружающей среды. То есть, жильцов. И их настроения. Ой-ой-ой…
– Чего «ой-ой-ой»? – Иван Петрович нахмурился. – Поехали, разберемся. Денис, блокнот и карандаш взял? Варя, свой этот… паранормальный сканер.
Дом №17 по улице Везучего Оборотня встретил их в глубоком меланхоличном синем цвете, на грани фиолетового. Оконные рамы тоскливо скрипели, а крыша, кажется, вздыхала. Из трубы валил не дым, а легкий, почти незаметный туман, пахнущий осенней грустью.
– Мда, – протянул Иван Петрович. – Кто-то тут явно недоволен. Видимо, отопление опять не включили.
Денис достал планшет. – По инструкции 4.3.1-Б: «При обнаружении несанкционированного изменения цветовой гаммы здания произвести замер эмоционального фона жильцов…»
– Замерь мне тут! – отмахнулся Иван Петрович. – Дом, вон, сам замерил. Варя, что скажешь?
Варя приложила ладонь к стене. Стены были прохладными и слегка вибрировали. – Чувствую… смесь раздражения, легкой депрессии, чьего-то плохого настроения после вчерашней пьянки, а еще – жуткую злость из третьей квартиры. Кажется, там кто-то потерял пульт от телевизора.
Едва она договорила, как по фасаду прошла дрожь, и синий цвет начал стремительно сменяться грязно-бурым, а затем – пятнисто-зеленым. Стены будто покрылись мхом, а из-под оконных рам выросли небольшие, но весьма реалистичные шляпки мухоморов.
– О, вот и говорящие грибы, – усмехнулась Варя. – Кажется, они не очень довольны.
Один из мухоморов, что вырос прямо над входной дверью, раскрыл крошечный ротик и пропищал: – За ЖЭК! За ЖЭК ответите! Сколько можно без горячей воды!
Из подъезда высунулась бабушка с кошельком. – Молодые люди! Это безобразие! Мой внук теперь боится выходить! Говорит, дом на него сердится! А эти грибы! Я вот собрала немного, они ж съедобные?
Иван Петрович поспешно отступил. – Ни в коем случае, бабуля! Это астральные грибы! От них не только живот заболит, но и аура позеленеет!
– Нужно немедленно изолировать аномалию! – выпалил Денис. – Согласно пункту 5.2.3: «При угрозе распространения несанкционированной флоры – опрыскать раствором “Антифлор-13”».
– Антифлор-13 от астральной флоры только их веселее сделает! – фыркнул Иван Петрович. – У меня есть метод проверенный. – Он достал из своей сумки небольшой флакончик с мутной жидкостью. – Это «Выворотень души». Считай, что шоковая терапия для здания. Нанесешь – оно все лишнее сбросит.
– Но, Иван Петрович! Это же запрещено! – ужаснулся Денис. – У нас нет разрешения от Бюро Астральной Безопасности! Там побочные эффекты…
– Побочные эффекты! – Иван Петрович махнул рукой. – А то, что дом в грибницу превращается, это не побочный эффект? Варя, ты пойдешь со мной на крышу, Денис, ты пока что опрашивай жильцов, вдруг кто-то знает, у кого там пульт затерялся.
Пока Денис, бледный и трясущийся, пытался заполнить бланки «Опроса астрально-пострадавшего населения», Иван Петрович и Варя поднимались на крышу. С каждым этажом дом все сильнее трансформировался. На втором этаже стены стали шершавыми, как кора дерева, на третьем – окна превратились в подобия глубоких, печальных глаз.
На крыше дом №17 предстал во всей красе. Из вентиляционных отверстий торчали огромные, пульсирующие грибные споровики, а сама крыша напоминала гигантскую, покрытую плесенью шляпку.
– Да-а-а, – протянул Иван Петрович, глядя на это безобразие. – Дошло. Эта штука… она не просто ускорила покраску. Она связала дом с коллективным бессознательным жильцов. И теперь он… эмпат.
– Именно, – подтвердила Варя, поглаживая один из споровиков. – И эти грибы – это не просто грибы. Это материализовавшиеся мысли. Чувствую, что кто-то очень хочет уехать в лес, подальше от всех.
– В лес, говоришь? – Иван Петрович достал «Выворотень души». – Ну что ж, устроим им лес. – Он начал брызгать жидкость на крышу, приговаривая нечто похожее на заговор, но больше напоминающее ругательства сантехника на особо упрямую трубу.
Жидкость шипела, испарялась, и дом задрожал. Грибы на крыше начали скукоживаться, цвет фасада хаотично менялся: от ярко-красного до кислотно-желтого, от угольно-черного до радужного.
Внезапно дом выдохнул. И вырос. На глазах у изумленных ЖЭКовцев, он медленно, но верно стал превращаться в нечто совсем невообразимое. Стены стали словно из золотистого песка, окна – узкие щели, а крыша… Крыша поднялась вверх, формируя зубчатые башни и шпили. Дом №17 превратился в замок из песка. Гигантский, великолепный, но… из песка. И по нему начали ползти маленькие крабики. А из окон слышались приглушенные крики: «Песок! Везде песок! Даже в крупах!»
– Отлично! – воскликнул Иван Петрович. – Хоть и замок из песка, но зато никакой заразы. И крабики! Они безобидные. В отличие от говорящих грибов.
– Иван Петрович, – Варя посмотрела на него с укоризной. – Вы просто заменили одну проблему на другую. Теперь дом – это мечта ребенка, но кошмар для уборщицы. И он еще не стабилен. У кого-то, видимо, просто фантазия разыгралась.
Спустя полчаса, когда Денис, почти рыдая, записывал жалобы на «песок в чайнике» и «песчаные дюны в гостиной», а Иван Петрович пытался поймать сбежавшего краба, Варя подошла к дому и снова приложила ладонь к стене.
– Я поняла, – сказала она. – Заклинание «Астральная флора» не просто усилило настроение, оно его исполнило. Грибы – это чей-то страх. Песочный замок – чья-то тайная мечта о тропическом отпуске. И сейчас, судя по всему, тут кто-то смотрит боевик, потому что одна из башен начала стрелять лазерами.
Действительно, из самой высокой башни выстрелил тонкий лазерный луч, который едва не попал в пролетающую мимо астральную чайку.
– Лазеры?! – взвизгнул Денис. – Это же по 6.1.4 «Правил использования бытовой магии» запрещено! Я обязан вызвать Комитет по Астральному Надзору!
– Слушать меня, салабоны! – Иван Петрович хлопнул себя по колену. – Мы не можем просто так его отменить! Это же не заглушка на унитазе! Дом теперь как живой. Значит, с ним надо… договориться. Или хотя бы дать ему правильный посыл.
– Правильный посыл? – переспросил Денис. – Вы предлагаете… коллективную медитацию?
– Почти! – Иван Петрович расцвел. – Варя, ты же у нас парапсихолог-сантехник. Можешь как-то это… настроение направить? Чтобы дом стал… нормальным?
Варя задумалась. – Чтобы дом стал нормальным, нужно, чтобы все жильцы захотели одного и того же. Чего-то простого, мирного… И позитивного.
– Решение найдено! – Иван Петрович хлопнул в ладоши. – Вечером устроим коллективный просмотр чего-нибудь умиротворяющего. «Прогулки по лесу» или «Как растут кристаллы». И пусть все жильцы смотрят! А Варя будет их ауру… корректировать.
План был настолько абсурден, что мог сработать. Вечером того же дня, после долгих уговоров и обещаний снижения квартплаты (а также угроз вызвать Астральную полицию), жильцы дома №17 собрались во дворе. ЖЭК привез огромный проектор, на котором Варя транслировала видеозапись спокойного морского прибоя.
Варя встала в центр двора, закрыла глаза и начала глубоко дышать. Ее руки светились слабым голубоватым светом, и она медленно двигала ими, словно дирижируя невидимым оркестром. Жильцы, поначалу скептически настроенные, под воздействием ее спокойствия и монотонного шума прибоя начали расслабляться. Кто-то тихонько посапывал, кто-то мечтал о море.
Дом №17, который к этому моменту успел превратиться в огромную раковину моллюска с окнами-жемчужинами, начал меняться. Песок осыпался, раковина медленно сжималась, шпили и башни исчезали. Цвета плавно перетекали из пастельных в более глубокие, насыщенные.
Наконец, когда видео подошло к концу, дом замер. Он стоял теперь, как ни в чем не бывало, обыкновенным панельным зданием. Но не совсем. Его цвет был не просто серым, а глубоким, умиротворяющим аквамариновым, с легким перламутровым отливом. И самое главное – он больше не трансформировался. Только иногда, когда кто-то из жильцов был особенно счастлив или, наоборот, очень печален, по его стенам пробегала легкая волна цвета, словно невидимая рябь.
– Удалось! – прошептал Денис, вытирая пот со лба. – Почти по инструкции!
Иван Петрович довольно крякнул. – Главное – результат. Завтра же напишу акт о «стабилизации астрально-эмоционального поля здания». И запрос в Управление – пусть проверят, какого лешего они нам прислали это заклинание.
На следующее утро в ЖЭК №37 было относительно тихо. Денис дописывал отчет, сверяясь с формулировками из «Кодекса Бытовой Магической Безопасности». Варя что-то паяла, бормоча про себя про энергетические узлы и астральные перегрузки. Иван Петрович уже пил свою мандрагоровую заварку.
– Ну что ж, – сказал он, глядя на перламутровый дом за окном. – Хоть и чудит иногда, но жить можно. Зато теперь дом №17 – самый спокойный во всем Заволгограде. Ни одного полтергейста, ни одного астрального засора. Видимо, все элементали чувствуют это умиротворение и обходят стороной.
В этот момент зазвонил телефон. Денис поднял трубку, его лицо тут же вытянулось.
– Да, слушаю… Что? Домовой ворует носки? И перекладывает ключи?…
А… нет, это стандартная процедура, бабушка… Нет, мы не вызовем «Отдел Борьбы с Призрачной Мебелью» из-за одной тумбочки…
Он повесил трубку, тяжело вздохнув. – Ну вот. Обыденность.
Иван Петрович усмехнулся. – Обыденность, Дениска, это и есть наша с тобой работа. Главное, чтобы домовой не додумался украсть какую-нибудь часть дома. А то у нас тут уже был случай с самоходной ванной.
Варя подняла голову от паяльника. – Кстати, Иван Петрович, а что там с той ванной? Так и не нашли?
Иван Петрович загадочно улыбнулся и отпил чай.
– Не твое дело, Варя. Не твое дело… Иногда, чтобы магию починить, надо просто уметь закрыть кое на что глаза. Или дать ей новую задачу.
За окном дома №17 перламутровый цвет слегка поменял оттенок, став чуть более розовым. Наверное, кто-то внутри проснулся в хорошем настроении и с мыслью о весне. В ЖЭК №37 знали: завтра будет новый день и новые астральные приключения, требующие и старой смекалки, и свежих инструкций, и непревзойденного мастерства починки всего, что только может сломаться в мире, где магия – это просто очередная коммунальная услуга.
Акт о нецелевом использовании Стикса
Рассвет над Заволгоградом всегда начинался с надсадного гула. Это не город просыпался, а запускались на полную мощность астральные турбины ТЭЦ №4, подающие эфир в магическую сеть. В ЖЭК №37 микрорайона «Солнечный» утро было традиционно мёртвым: пожухлые фикусы в кадках, скрипучий линолеум, запах вчерашнего доширака, перебиваемый лёгким шлейфом окаменевшей магической пыли.
Иван Петрович, матёрый сотрудник с тридцатилетним стажем, провёл по облысевшему затылку ладонью. Он допивал свой чай – крепкий, забористый, с добавлением пары капель стабилизатора пространственно-временных потоков. Без него Иван Петрович чувствовал, что мир вокруг подозрительно ровный. Его изъеденные карманы рабочей робы украшали не только разводной ключ и пассатижи, но и набор древних рун, амулет от бытового полтергейста и небольшая фляжка с «Призрачным Отпугивателем» собственного розлива.
Рядом с ним, за идеально чистым столом, сидел Денис. Его форменная спецовка была накрахмалена, а в руках он держал «Астрально-Нормативный Справочник» за 2007 год – фолиант толщиной с кирпич. Денис предпочитал действовать строго по инструкции, отчего иногда казался чуть более плотным, чем требовалось для свободной циркуляции эфира.
– Так, – Денис откашлялся, – согласно пункту 3.4.15 «Положения о предотвращении несанкционированных прорывов междумировых коммуникаций», для случаев, классифицируемых как «внеплановое просачивание внепространственных жидкостей», требуется…
– Требуется дать ему по морде, этому твоему пункту, – пробурчал Иван Петрович, отхлёбывая чай. – Требуется, Дениска, опыт. А то ты до инфаркта дочитаешь этот свой талмуд.
В этот момент в диспетчерскую впорхнула Варвара. Она всегда приносила с собой лёгкий аромат озона и что-то новенькое из мира технологий. Сегодня это был портативный спектральный анализатор, который она привычно цепляла к поясу. Варя была штатным парапсихологом-сантехником, и это сочетание в ЖЭКе №37 никого не удивляло. Кто ещё, как не она, мог определить, почему из крана течёт не вода, а эльфы-призраки?
– Доброе утро, – звонко сказала Варя, вынимая из кармана небольшой голографический проектор. – Только что пришла заявка. Очень странная. Адрес: улица Лучевая, дом 13, квартира 42. Жилец Наумов.
Иван Петрович аж поперхнулся чаем. – Наумов? Тот самый ? Опять? Этот недоучка с кафедры бытовой некромантии? В прошлый раз у него из кухонного крана летучие мыши вместо горячей воды летели! Мы тогда три дня пытались понять, как ему насчитали тариф за «крылатые водопотоки».
– Именно, Иван Петрович, – кивнула Варя. – Но на этот раз всё серьёзнее. Засор унитаза. Но формулировка… – она включила проектор, и в воздухе завис текст заявки: «Из сантехнического прибора вытекает нечто, похожее на туман, но с отчётливым запахом тлена и периодическими проблесками костяных фрагментов. Вчера вечером оттуда вылезла рука и помахала мне. Прошу принять меры, так как я не смог найти её в своём справочнике нежити, а мне для экспериментов нужны только подходящие образцы».
Денис аж подпрыгнул: – Рука?! Несанкционированное появление фрагментов нежити! Это же нарушение статьи 7.9.3 «О правилах использования бытовых магических устройств»!
– Иди собирайся, Денис, – вздохнул Иван Петрович. – Варя, бери свои прибамбасы. Чует моё сердце, без магии по локоть в чём-то мерзком тут не обойтись.
Путь до Лучевой, 13 занял минут пятнадцать на стареньком, видавшем виды УАЗике, который в ЖЭКе ласково называли «Призракомобиль». Внутри он был напичкан не только обычными инструментами, но и заклинаниями-ловушками для мелких бесов, экранами от ментальных атак и даже маленькой установкой для нейтрализации астрального тумана.
Квартира 42 встретила их запахом чего-то среднего между затхлым болотом, горелыми благовониями и дохлой кошкой. Наумов оказался худощавым мужчиной средних лет, с растрёпанными волосами, в засаленном халате, и с явными кругами под глазами. В одной руке он держал колбу с мутной жидкостью, в другой – подозрительно пульсирующую жабу.
– Наконец-то! – воскликнул он. – Вы даже не представляете, какой это кошмар! Я же просто пытался настроить поток негативной энергии для моего нового проекта – «Универсальный Некро-Пылесос». А этот… этот провал… он всё портит!
– Какой провал, гражданин? – сухо спросил Иван Петрович, оглядывая заваленную книгами по некромантии, черепами и странными аппаратами комнату.
Жилец указал в сторону санузла. – Ну, этот… портал. В унитазе. Я думал, это просто засор, знаете, когда что-то чужое попадает. Ну, я туда заклинание «Очистка Душ» для верности. И тут как повалило!
Из ванной доносилось нечто вроде влажного хлюпанья и слабого, почти неразличимого стона. Денис побледнел. Варя достала свой анализатор.
Войдя в санузел, они увидели истинный масштаб катастрофы. Из унитаза, откуда обычно текла обычная водопроводная вода, теперь медленно и зловеще вытекала густая, тёмно-серая жижа, пахнущая смертью и отчаянием. Она расплывалась по плитке, оставляя после себя жуткие слизистые следы. Из этой жижи периодически выплывали… фрагменты. Один маленький скелет рыбы, потом обломок чего-то, похожего на древнюю кость, а затем – кульминация – медленно высунулась бледная, полупрозрачная кисть, которая пошевелила пальцами, будто проверяя качество воздуха.
– О, это новая! – воскликнул жилец , заглядывая через плечо Вари. – Вчерашняя была поменьше. Интересно, это приток? Или основной поток?
Иван Петрович окинул взглядом унитаз, потом кисть, потом жильца. – Так, понятно. Бытовая некромантия. Несанкционированный портал. Иван Петрович с кряхтением полез в свой вещмешок. – Денис, отойди. Варя, держись подальше. Сейчас я по-старинке.
Он вытащил небольшой молоток, подозрительно похожий на ритуальный, и начал что-то бормотать. – Дедушка Варфоломей учил: если засор магический, значит, и прочищать надо с душой. А ну-ка, «Отпирайся, зараза потусторонняя, и несись обратно, откуда приплыла!»
Иван Петрович, размахнувшись, собирался ударить молотком по трубе, явно намереваясь не столько починить, сколько «поставить на место».
– Иван Петрович, стой! – воскликнула Варя. Она быстро подняла свой анализатор к порталу. – Это Стикс! Точно! Я вижу астральные маркеры его течения. Это не просто засор, это полноценный межмировой прорыв в реку мёртвых! И судя по характеру излучения, он нестабилен! Если вы ударите, вы рискуете либо расширить его до размеров гостиной, либо… схлопнуть вместе с Заволгоградом.
Денис в ужасе уронил свой справочник. – Стикс?! Но это же, согласно статье 5.11 «О потоках нежилых вод», требует особого протокола! Это нецелевое использование нежилых потоков для личных нужд! Там же штрафы… а ну-ка, вот! «Несанкционированное подключение к загробным водным артериям – карается конфискацией имущества и штрафом в размере до пятисот стандартных астральных единиц!»
В этот момент раздался громкий стук в дверь. На пороге стоял Инспектор из Астрально-Водопроводного Надзора. Его форма была безукоризненна, очки сидели идеально на переносице, а в руках он держал увесистый планшет и папку с бланками.
– Граждане сотрудники ЖЭК №37, – начал Инспектор, даже не взглянув на хозяина квартиры, который в это время пытался поймать парящий над унитазом маленький, полупрозрачный черепок. – Я получил уведомление о внеплановом просачивании. Разрешите пройти?
Иван Петрович тяжело вздохнул. – Проходите, инспектор. У нас тут, кажется, не просто просачивание, а целая водокачка из преисподней.
Инспектор вошёл в санузел. Его взгляд скользнул по луже Стикса, по высунувшейся руке, по жильцу, который теперь пытался извлечь из слива что-то, напоминающее позвонок. Инспектор даже не моргнул. Он достал свой планшет.
– Так-с, – пробубнил он, листая электронные страницы. – Прорыв коммуникаций… ммм… категории «Ц» – «Целенаправленное нарушение целостности пространственно-временного континуума с использованием штатных бытовых приборов». Это уже не по нашей части, но… – Он наклонился к унитазу, прищурился. – Ага! Жидкость! И это явно не водопроводная вода!
Рука из Стикса потянулась к его папке. Инспектор, не глядя, отмахнулся. – Не трогайте мою документацию, пожалуйста! – Он достал небольшой пробоотборник и взял пробу из лужи. – Хмм. Отчётливый запах… э-э-э… душистой серы? И повышенное содержание… эманаций отчаяния.
Варя вмешалась: – Инспектор, это Стикс! Река мёртвых! Жилец случайно открыл портал.
Инспектор поднял голову. – Стикс? – Он посмотрел на унитаз, потом на жильца, потом снова на унитаз. – Ну, разумеется! Акт о нецелевом использовании Стикса! Это же совершенно очевидно!
Денис схватился за голову. – Акт о нецелевом использовании Стикса? Такого пункта нет в справочнике!
– Теперь будет! – отрезал Инспектор. – Пункт 8.1.5. «Несанкционированная врезка в общепланетарные мистические водотоки с целью организации личных нежилых потребностей». Вы, гражданин N, – он ткнул пальцем в ошарашенного некроманта, – использовали загробную реку для чего? Для бытовых нужд? Для, цитирую, «Универсального Некро-Пылесоса»? Это же вопиющее нарушение! Стикс – это охраняемый ресурс! Его нельзя просто так… отводить себе в унитаз!
Пока Инспектор заполнял протокол, бормоча о «штрафах за несанкционированное канализирование посмертных вод» и «компенсации за моральный ущерб загробному миру», команда ЖЭКа пыталась придумать, как закрыть портал, не усугубив ситуацию.
– Так, – Варя активировала свой планшет. – Похоже, портал работает по принципу обратного сифона. Чем больше нежити через него проходит, тем сильнее тяга. Нужно перекрыть подачу… но откуда?
– Нужна заглушка, – прокряхтел Иван Петрович. – Но не простая. Какая-нибудь… антимагическая. Чтобы оно обратно не полезло.
– У меня есть идея! – Варя быстро что-то набирала на планшете. – Если Стикс реагирует на чистые души… а что, если подать туда… наоборот, концентрированную бюрократию? Что-то, что настолько отторгает саму концепцию жизни и смерти, что даже Стиксу станет не по себе.
Иван Петрович удивлённо поднял бровь. – Концентрированную бюрократию? Это как?
– Я могу перенастроить наш портативный нейтрализатор эфира, – объяснила Варя. – В нём есть функция «Астральный Вакуум», которая, по сути, создает зону абсолютного безразличия. Если усилить её данными из нормативных актов и инструкций, она станет «Бюрократическим Вакуумом». Стикс не выдержит такого потока чиновничьего равнодушия!
Денис, услышав это, вдруг оживился. – Точно! Если залить туда формуляр Ф-734 «Акт о неготовности объекта к приёмке» со всеми подпунктами и подпунктами подпунктов! Он же вызывает у большинства сущностей тоску!
– Прекрасная мысль! – Варя быстро модифицировала прибор.
Пока Инспектор, ни на секунду не отвлекаясь от своей работы, диктовал жильцу Наумову его права и обязанности перед лицом загробного мира, Варя и Денис сосредоточились на унитазе. Иван Петрович держал наготове свой молоток, на случай, если «бюрократия» не сработает, и придётся переходить к «радикальным мерам».
Варя включила модифицированный нейтрализатор, и тот начал издавать низкий, гудящий звук, похожий на коллективный вздох уныния. Из его сопла потянуло холодком, пропитанным запахом канцелярии и безысходности. Денис начал зачитывать пункты из своего справочника вслух, монотонно и без эмоций, словно заклинание: «…согласно подпункту 3.14.7 статьи 9 «О регулировании нетипичных потоков в системе жилищно-коммунального хозяйства»…»
Мгновенно, поток Стикса из унитаза замедлился. Высунувшаяся рука дёрнулась, затем медленно, будто утомлённая, начала втягиваться обратно. Скелет рыбы, парящий в жиже, погрузился. Из портала потянуло не то чтобы воздухом, а скорее… вакуумом энтузиазма.
– Работает! – прошептала Варя. – Продолжай, Денис!
Денис, вдохновлённый, заговорил быстрее: «…необходимо заполнить бланк заявления о перепланировке магических коммуникаций формы МК-27-Б, предоставив три копии, заверенные уполномоченным астральным нотариусом, с приложением справки о составе семьи, а также выписки из лицевого счёта за последние три года, справки об отсутствии задолженностей по коммунальным платежам, включая оплату за эфирное вещание, и квитанции об оплате государственной пошлины за рассмотрение заявления!»
Эффект был поразительным. Стикс не просто уходил, он сворачивался. Поток иссяк, а потом, с тихим, почти неуловимым хлопком, портал в унитазе захлопнулся, оставив после себя лишь влажные, но уже не зловещие следы. Унитаз был пуст.
Инспектор, наконец, закончил заполнять свой протокол. – Итого, гражданин, – торжественно объявил он, – на вас налагается штраф за несанкционированное использование нежилых потоков для личных нужд, согласно новому пункту 8.1.5, в размере двухсот астральных единиц, плюс компенсация ЖЭКу за амортизацию оборудования. И предупреждение о недопустимости дальнейших экспериментов, затрагивающих межмировые коммуникации без соответствующего разрешения.
Он протянул распечатанный протокол. Наумов вздрогнул, но взял его.
– Молодцы, сотрудники, – сказал Инспектор, бросив взгляд на пустой унитаз. – Оперативно. Хотя, конечно, хотелось бы, чтобы вы заранее подавали заявки на использование нетрадиционных методов устранения засоров. Придётся внести это в ваш личный делопроизводство.
Иван Петрович молча убрал свой молоток. – Поехали, ребята. Кажется, пора заваривать новый чай. И, Денис, ты теперь знаешь, что читать из своего справочника, когда обычные методы не работают.
Возвращаясь в ЖЭК №37, УАЗик «Призракомобиль» ехал непривычно тихо. Иван Петрович задумчиво смотрел в окно.
– Так, значит, бюрократия загробный мир отпугивает, – пробормотал он. – А я-то всё по старинке. Надо будет в следующий раз, если опять какая-нибудь домовая плесень заведётся, Денису дать почитать акт о несвоевременной оплате услуг ЖКХ. Может, сама убежит.
Варя улыбнулась. Денис, чувствуя себя героем, открыл свой справочник и начал листать, ища самую скучную и длинную статью. За Заволгоградом садилось астральное солнце, и где-то вдалеке слышался знакомый гул турбин ТЭЦ №4. В ЖЭКе №37 наступал вечер, предвещая новые вызовы и очередные абсурдные проявления магии, которая, как и всё государственное, работала через пень-колоду. Но для этого и существовали они – обычные сотрудники, что просто пытались делать свою работу.
