Текст книги "Жилищно-колдовское хозяйство. Прорыв астрального коллектора (СИ)"
Автор книги: Леон Монтан
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 9 страниц)
Дворовое самоуправство
Солнце, пробиваясь сквозь закопченные магическим смогом окна, лениво скользило по пыльным полкам, уставленным древними фолиантами и пожелтевшими инструкциями. В воздухе витал терпкий запах бюрократии, смешанный с легким ароматом окаменевших магических реагентов и вчерашнего борща, забытого на столе дежурного по астральному засору.
В кабинете, более напоминающем захламленный склад, чем офис, кипела утренняя жизнь. Иван Петрович хмуро листал "Правила Допуска к Астральным Коммуникациям. Издание 1978 года, с изменениями и дополнениями до 1983-го". Под обложкой тома притаился недоеденный бутерброд с колбасой – вещь более ценная в этом мире, чем любой артефакт.
– Денис! – гаркнул Иван Петрович, отчего молодой специалист, только что подложивший под шатающуюся ножку стола "Справочник по бытовым демонам и методам их приручения", вздрогнул и уронил стопку бланков Формы 7Б-альфа-дельта. – Ты опять не заполнил "Акт о Несанкционированном Проникновении Сущностей Низшего Порядка"? Мы же договаривались, что после инцидента с русалкой в третьем подъезде, все должно быть по протоколу!
Денис, с вечно сбивающимися очками и слегка покрасневшими от недосыпа щеками, поспешно поднял бланки. Он предпочитал действовать строго по инструкции, что в условиях ЖЭКа № 37 было сродни попытке провести водопровод через черную дыру. Он тайно, но безнадежно был влюблен в Варвару, или просто Варю, штатного парапсихолога-сантехника. Варя в этот момент, склонившись над старым, потрепанным магическим анализатором "Астрал-2000", с сосредоточенным видом что-то подкручивала, изредка бормоча себе под нос ругательства, немыслимые для обычной девушки, но вполне допустимые для специалиста по
устранению астральных засоров.
– Иван Петрович, я вчера до полуночи сидел над актом о демоне-посудомоечнике… – начал оправдываться Денис.
– Посудомоечник, говоришь? – Иван Петрович прищурился. – А кто будет отчитываться перед Отделом Энергетического Контроля за то, что он вампирит электричество, да еще и оставляет чашки с астральной слизью? Отписка – наше все, Денис!
Дверь кабинета резко распахнулась, и на пороге возникла запыхавшаяся, доведенная до ручки женщина бальзаковского возраста, чье лицо было исцарапано, а волосы запутаны в нечто, напоминающее плющ.
– Это просто невыносимо! – закричала она, едва переводя дыхание. – Вы должны что-то сделать! Я больше не могу жить в этом… этом… в этой теплице ужаса!
Иван Петрович, поправив пенсне, навел на посетительницу взгляд, способный заморозить даже эльфа из Северных Лесов.
– Фамилия, имя, отчество? Адрес? Суть жалобы, гражданка? И попрошу без истерик, у нас здесь не приемная астрального суда.
– Дорофеева, Анжела Станиславовна! Дом 17, третий подъезд! Этот двор… он… он съедает нас! Мой кот Барсик вчера чуть не утонул в фонтане из нектара, а мужа обсыпало какой-то светящейся пыльцой, теперь он ходит и всех обнимает! Он никогда таким не был!
Варя, отложив в сторону свой анализатор, обернулась. Её глаза, обычно серьезные, сейчас расширились от интереса.
– Пыльца? Светящаяся? Подробности, пожалуйста. Есть ли признаки астрального свечения? Или, может быть, изменение цветовой палитры ауры?
– Какая аура?! – всплеснула руками Дорофеева. – Там… там скамейки обвиты живыми лианами, которые пытаются схватить прохожих за ноги! Газоны наступают на асфальт, вырывая его с корнями! А цветы… цветы плюются чем-то липким и пахучим! И главное – это все после того, как бабка Зинаида Аркадьевна из первого подъезда решила "облагородить" двор! Она что-то там бормотала про "природную магию" и "удобрения от духа земли"!
Денис, бледнея, взглянул на Ивана Петровича. – Бабушка Зинаида Аркадьевна… Она же у нас на учете как "потенциально нестабильный магический субъект". Последний раз она пыталась вырастить на балконе урожай лунных камней.
Иван Петрович вздохнул. Это был тот тип проблем, который он ненавидел больше всего: несанкционированное бытовое колдовство. Оно всегда оборачивалось тоннами бумажной волокиты и необходимостью применения "радикальных методов", что порой приводило к еще большим проблемам.
– Значит, Зинаида Аркадьевна. Отлично. Варя, Денис, собираемся. Похоже, у нас "Несанкционированное Заклинание Облагораживания Двора" в чистом виде. Денис, не забудь взять протокол "О неконтролируемом фитогенезе" и "Акт осмотра территории с повышенным магическим фоном". И обязательно швабру! Вдруг там еще и слизь какая-нибудь будет.
Двор дома 17 выглядел так, будто кто-то случайно пролил на него бутыль с концентрированным эликсиром дикой природы. Сквозь асфальт, потрескавшийся под напором неистовой флоры, пробивались ярко-зеленые побеги, мгновенно разраставшиеся в кусты, а затем в деревья, перевитые гигантскими, пульсирующими лозами. Скамейки, которые еще вчера были обычными деревянными сооружениями, теперь напоминали фантастические живые скульптуры, полностью обросшие фиолетовыми лианами, с редкими, словно глаза, бутонами.
– Ну вот, – процедил Иван Петрович, с трудом пробираясь сквозь заросли, которые, казалось, активно пытались его опутать. – Типичная Зинаида Аркадьевна. Хотела как лучше, получилось как обычно – аномальная зона.
Варвара, одетая в свой рабочий комбинезон, поверх которого висел ремень с набором магических инструментов – от астрального гаечного ключа до универсального заклинательного резонатора – включила свой анализатор. Прибор жалобно пискнул и замигал всеми лампочками, показывая немыслимый уровень магической активности.
– Ух ты, – пробормотала Варя. – Это не просто рост. Здесь эффект резонанса. Она, похоже, активировала какой-то древний фейри-узел, находящийся под двором. И теперь двор не просто растет, он живет своей жизнью, поглощая ману из окружающей среды. И, судя по всему, он еще и… немного агрессивен.
Едва она это произнесла, как один из ближайших кустов, усыпанный крупными, похожими на колокольчики цветами, развернул свои венчики и, издавая шипящий звук, обдал Дениса струей ярко-красной пыльцы. Денис закашлялся, а его очки покрылись липким слоем, сквозь который мир стал выглядеть как психоделический мультфильм.
– Ой! – воскликнул Денис. – Что это?! Я чувствую… непреодолимое желание рассказать всем свои секреты! И обнять вон ту скамейку!
Варя быстро отмахнулась от приближающегося облака пыльцы. – Это пыльца "Исповеди" и "Вселенской Любви"! Похоже, Зинаида Аркадьевна где-то достала семена фейри-ландышей. Отойдите, Денис, не вдыхайте!
Иван Петрович, недолго думая, выхватил из-за пояса свой любимый "заклинательный лом" – на вид обычный лом, но инкрустированный рунами "Разрушения Замков" и "Обезвреживания Бытовых Проклятий". С видом опытного дровосека он попытался срубить одну из особо назойливых лиан. Лом с глухим стуком отскочил, а лиана, словно в ответ, резко хлестнула его по лицу.
– Тьфу ты, зараза! – выругался Иван Петрович, отплевываясь. – Это не просто флора, это… это магический Голем! Денис, давай, что там по инструкции? Пункт 3.7.2. "Применение Гербицида Противомагического Действия".
Денис, все еще покашливая и пытаясь стряхнуть с себя пыльцу, судорожно открыл толстый том. – Так… "Гербицид Противомагического Действия (ГПМД) следует применять согласно инструкциям Министерства Природной Магии. Не распылять вблизи астральных порталов и мест скопления элементалей воды. При попадании на кожу возможны временные изменения метаболизма и… неконтролируемая привязанность к домашней утвари". Иван Петрович, у нас ГПМД закончился еще в прошлом месяце, когда мы боролись с грибами-полтергейстами в подвале!
– Отлично! – Иван Петрович потер подбородок. – Значит, по старинке. Где тут у нас источник? Бабка Зинаида Аркадьевна, говорите? Денис, иди, постучись к ней, только осторожно, чтобы она тебя в лягушку не превратила. А мы с Варей пока попробуем найти эпицентр.
Пока Денис, с опаской озираясь на окружающую его агрессивную растительность, направился к первому подъезду, Иван Петрович и Варя продвигались вглубь двора. Каждое дерево шептало что-то на непонятном языке, цветы вибрировали, а кусты, казалось, перешептывались, обсуждая новых "гостей".
Варя достала компактный прибор, похожий на счетчик Гейгера, но с рунами на циферблате. – Похоже на концентратор маны. Где-то здесь находится точка максимального излучения. Обычно такие узлы спят веками, но бабушка Зинаида Аркадьевна, видимо, случайно их пробудила.
– А откуда у нее такое мощное заклинание? – Иван Петрович сплюнул. – Неужто из ЖЭКовской библиотеки стащила? У нас там гримуар "Запрещенные Заклинания для Бытового Применения" как раз пропал пару лет назад.
– Вряд ли, – Варя покачала головой. – Уровень заклинания слишком… архаичен. Похоже на самодельное колдовство, но с использованием мощного источника. Что-то, что дало ей доступ к первородной магии.
В этот момент из первого подъезда выбежал Денис, весь перепуганный, с клоком фиолетовых водорослей на голове.
– Она… она не открывает! И ее квартира… – Денис указал дрожащим пальцем на окно первого этажа. – Там… там все поросло! Сквозь щели пробиваются лианы, а из-под двери течет… что-то зеленое! Она что, там тоже свой сад выращивает?!
– Неудивительно, – вздохнул Иван Петрович. – Значит, очаг у нее внутри. Ну что ж, план "Б". Ломаем дверь.
– Иван Петрович, это же незаконное проникновение! – ужаснулся Денис. – У нас нет ордера на магический взлом!
– Будет тебе ордер! – рявкнул Иван Петрович, доставая из кармана небольшой, пожелтевший бланк. – Вот, "Предписание об Аварийной Деактивации Магической Угрозы, подписанное лично Архмагом Ремёсел и Быта товарищем Кулибиным". От 1957 года! Он до сих пор имеет силу! Варя, твоя очередь. Нужна деактивация.
Варя кивнула. – Боюсь, "деактивация" здесь не поможет. Это не просто активное заклинание, это уже самоподдерживающаяся экосистема. Нужно… нужно перепрограммировать магический поток.
Она достала из своего рюкзака небольшое устройство, напоминающее старый кассетный плеер с торчащими из него проводами и мигающими рунами.
– Это мой "Парапсихологический Инвертор Потоков". Он может поглотить избыточную ману и перенаправить её в… безопасное русло. Но мне нужна чистая точка входа. И что-то, что поможет мне понять структуру её заклинания.
Вдруг, сквозь заросли, показалась сама Зинаида Аркадьевна. Старенькая, в цветастом платке, она выглядела, как если бы только что вышла из сказки, но с безумным блеском в глазах. В руках у неё был старинный, потрёпанный гримуар, перетянутый веревкой, и лопатка.
– А, голубчики! – запела она, ничуть не смущаясь разрухи. – Пришли полюбоваться? Я же говорила – двор будет самый красивый во всем Заволгограде! А то всё асфальт да бетон! Где природа?! Где душа?! Я вот нашла в одном старом магазинчике диковинном такую замечательную книжку, а в ней – рецепт для цветения! "Зеленое дыхание Земли", называется! Чудесно!
Иван Петрович быстро отреагировал: – Бабушка Зинаида Аркадьевна, вы понимаете, что ваш "рецепт" превратил двор в джунгли Амазонки? Люди жалуются! Мужчины ходят и обнимаються, коты тонут, асфальт трескается!
– Ну и что? – пожала плечами старушка. – Зато воздух какой свежий! А обниматься – это хорошо! Мир нужен! Асфальт – зло!
Варя внимательно оглядела гримуар в руках Зинаиды Аркадьевны. – Простите, бабушка Зинаида Аркадьевна, а можно мне взглянуть на вашу… книгу? Просто для ознакомления.
Зинаида Аркадьевна, польщенная таким интересом к её "творениям", протянула ей гримуар. Варя быстро пролистала страницы, её глаза бегали по древним рунам и иллюстрациям.
– Так и знала! – воскликнула Варя. – Это не "Зеленое дыхание Земли"! Это "Великое Затмение Древесного Духа"! Заклинание, которое не просто ускоряет рост, а наделяет растения коллективным разумом и защитной агрессией! И оно подпитывается от эмоционального фона жильцов!
Чем больше недовольства, тем сильнее растут растения!
Денис побледнел еще больше. – То есть, чем больше мы злимся на этот двор, тем он становится сильнее?!
– Именно, – подтвердила Варя. – Нам нужно не просто остановить рост, а деактивировать эмоциональную подпитку. И… мне нужен вход. В квартиру Зинаиды Аркадьевны. Там, скорее всего, находится основной артефакт, который она использовала для усиления заклинания.
Иван Петрович решительно кивнул. – Прорыв! Денис, за мной! Варя, ты координируешь действия.
Они пробились к двери квартиры Зинаиды Аркадьевны. Дверь, опутанная толстыми лозами, выглядела как вход в древнюю гробницу.
– Так, – Иван Петрович достал свой заклинательный лом. – Отходим! «Деконструкция Дверного Полотна, Усиленного Магией Хаоса»!
Он ударил ломом. Вспышка синеватого света, треск дерева, и дверь с грохотом отлетела внутрь, обнажая зрелище, которое даже видавшие виды сотрудники ЖЭКа не сразу смогли осмыслить.
Квартира Зинаиды Аркадьевны была… лесом. Тропические лианы свисали с потолка, орхидеи размером с тарелку цвели прямо на стенах, а пол был устлан ковром из мха и экзотических трав. Посреди всего этого великолепия, на столике, стоял обычный старый горшок с геранью, от которого исходило мощное, пульсирующее магическое излучение. А рядом, уютно свернувшись калачиком, спал огромный, толстый ежик, мурлыкающий во сне.
– Герань? – поразился Денис. – Это все из-за герани?!
– Не просто герань, – поправила Варя. – Это "Герань-Катализатор". Особый вид, который усиливает любые заклинания, связанные с ростом. А вот и наш "артефакт".
Она достала свой "Парапсихологический Инвертор Потоков" и несколько проводов.
– Мне нужно подключиться к источнику. И мне понадобится кое-что… из обычных бытовых приборов. То, что сможет служить проводником.
Иван Петрович оглядел буйство зелени. – Из бытовых? Может, тот старый телевизор? Вон, в углу, кажется, еще работает.
– Не пойдет, – покачала головой Варя. – Нужен прибор, который символизирует… рутину. Что-то, что может "впитать" в себя избыток эмоций и переработать его.
Денис вдруг подпрыгнул. – Я знаю! У Зинаиды Аркадьевны же есть стиральная машина! Она говорила, что только ей доверяет свое белье!
Варя просияла. – Отлично! Стиральная машина – это гениально! Она же "отстирывает" грязь! А мы "отстираем" магию!
Они пробрались к ванной комнате, где среди зарослей папоротников и цветущих лотосов стояла старенькая, но добротная стиральная машина "Вятка-Автомат". Варя быстро подключила свой инвертор к её электрической цепи, а один из проводов протянула к горшку с Геранью-Катализатором.
– Итак, план такой, – объяснила Варя. – Инвертор будет поглощать избыточную ману из герани, а стиральная машина, запущенная на режим "деликатной стирки с отжимом", будет символически "отжимать" агрессивную магию, перенаправляя её в безвредное измерение – возможно, в Отдел Снабжения ЖЭКа, им там все равно нечего делать. Но нам нужно что-то, что снизит эмоциональный фон.
Иван Петрович вдруг расплылся в улыбке. – Я знаю! Денис, есть у тебя с собой шоколадка? Или что-нибудь сладкое?
Денис, недоуменно, достал из кармана плитку молочного шоколада. Иван Петрович взял её, развернул и с торжественным видом протянул Зинаиде Аркадьевне.
– Бабушка Зинаида Аркадьевна, вы так усердно "облагораживали" двор, что, наверное, устали. Вот вам – за ваш труд.
Зинаида Аркадьевна, которая до этого момента с блаженной улыбкой любовалась своими зарослями, взяла шоколадку. Её глаза, полные безумного блеска, вдруг смягчились.
– Ой, а ведь и правда… устала. Спасибо, голубчик. Так давно не ела шоколада.
По мере того, как она откусывала кусочек за кусочком, буйство растений в квартире начало медленно увядать. Лианы ослабли, цветы потускнели, а ежик-катализатор перестал мурлыкать и просто засопел.
Варя быстро нажала кнопку на инверторе, и стиральная машина загудела, словно древний магический артефакт. Руны на её корпусе засияли, а из вентиляционного отверстия потянулся легкий ветерок, пахнущий свежестью и… немного мокрым бельем.
Двор начал "сдуваться". Лианы отползали от скамеек, газоны с шипением отступали от асфальта, а цветы сворачивали свои "плюющиеся" венчики. Это был не мгновенный процесс, а скорее ускоренная перемотка назад. Через десять минут двор выглядел… обычным. Немного побитым, с трещинами на асфальте, но совершенно нормальным.
– Успех! – воскликнула Варя. – "Несанкционированное Заклинание Облагораживания Двора" успешно деактивировано! И без разрушительных последствий!
Иван Петрович критически оглядел двор, затем посмотрел на Зинаиду Аркадьевну, которая доедала шоколадку.
– Ну что ж, Зинаида Аркадьевна, – сказал он. – За несанкционированное магическое вмешательство в благоустройство территории, создавшее угрозу для граждан и муниципальной инфраструктуры, вам выносится предупреждение, штраф в размере двух минимальных магических окладов и предписание на принудительные работы по уборке прилегающей территории в течение месяца. Без магии!
Зинаида Аркадьевна лишь улыбнулась. – Конечно, голубчики. Без магии. А шоколадка была вкусная.
Вернувшись в ЖЭК № 37, уставшие, но довольные собой, сотрудники приступили к самой сложной части работы – бюрократии.
Денис аккуратно заполнял «Акт о деактивации аномального фитогенеза с применением методов психоэмоциональной коррекции и бытовой инверсии». Он старательно выводил каждую букву, пытаясь не забыть ни одной детали.
– Иван Петрович, а как мы запишем в отчете про ежика? Он же, по сути, был катализатором. Это под какую категорию подходит? «Фауна, способствующая магической нестабильности»?
Иван Петрович, отпивая чай из своей щербатой кружки, усмехнулся. – Никак. Ежик – это просто ежик. Не усложняй, Денис. Запиши: "В результате своевременных и профессиональных действий сотрудников ЖЭК № 37, аномальное фито-магическое проявление было локализовано и устранено. Примечание: Животные в процессе деактивации не пострадали". И все! Главное – чтобы бумажка была красивая.
Варя сидела рядом, проверяя показания своего анализатора. – Интересно, а куда делась вся эта избыточная мана? Мой инвертор показал, что она не просто рассеялась…
В этот момент зазвонил телефон. Денис поднял трубку. Его глаза расширились.
– Алло? Да… ЖЭК № 37. Что? Полтергейст в Отделе Снабжения?! Все ручки летают, стулья танцуют, а документы сами себя подписывают? И главный снабженец ходит по потолку, распевая песни про любовь к канцтоварам?!
Иван Петрович и Варя переглянулись. Варя слегка покраснела.
– Ну вот, – пробормотала она. – Теперь мы знаем, куда делась избыточная мана… Кажется, Отделу Снабжения потребуется срочный "Делирийный Успокоитель" и пару килограммов шоколада. И еще один "Акт о несанкционированном проникновении сущностей низшего порядка", Денис. Только на этот раз – коллективных.
Денис вздохнул, но на его лице появилась легкая улыбка. Он взглянул на Варю. – Варя, ты… ты сегодня была просто великолепна. Твой "Парапсихологический Инвертор" и идея со стиральной машиной… это было гениально.
Варя, чуть улыбнувшись, похлопала его по плечу. – Спасибо, Денис. Ты тоже молодец. Главное – не забывать про швабру. Никогда не знаешь, когда понадобится.
Иван Петрович, довольный, что проблема решена (хоть и создала новую), довольно крякнул. – Ну что ж, ребята. Один астральный засор прочистили, другой образовался. Обычный день в ЖЭКе. Главное, чтобы отчеты были в порядке. И чтобы завтра не пришла жалоба на русалку, забивающую сток в ванной.
Он встал, потянулся и, кряхтя, направился к вешалке, чтобы снять свой рабочий плащ. Завтра будет новый день, новые жалобы и новые "Несанкционированные Магические Проявления". Ведь в мире, где магия была такой же обыденностью, как водопровод, жизнь никогда не останавливалась, а абсурд был неотъемлемой частью рабочего процесса ЖЭК № 37. И где-то в Отделе Снабжения, подписывая сам себя, летал в невесомости главный снабженец, напевая оды любимому скрепочному степлеру.
Плесневые демоны
Скромная табличка на двери – «ЖЭК-37, микрорайон „Солнечный“. Отдел Астрального Благоустройства» – слегка поскрипывала от сквозняка, нагоняя пыль с потрескавшегося линолеума. Внутри, за стойкой, напоминающей бункер, Клавдия Петровна – женщина лет пятидесяти пяти, с прической, способной выдержать астральный шторм, – монотонно вещала в трубку.
– Да, да, я понимаю, Валентина Сергеевна. Несанкционированный портал в подвале – это серьезно. Но вы же понимаете, протокол номер семь, пункт "бэ": "Аномальные пространственные пробоины в пределах жилых помещений, не вызванные прямой магической агрессией, рассматриваются как коммунальные засоры межпространственного характера и передаются в Отдел Канализационно-Мерных Искажений". Нет, мы не можем просто так прислать инспектора. Сначала заявка формы А-38-бис в двух экземплярах, потом акт о первичном осмотре...
В этот момент дверь с легким скрипом отворилась, и вошла Варвара. Молодая, с рыжими волосами, собранными в небрежный пучок, в видавшем виды, но на удивление чистом рабочем комбинезоне и с тяжелым кейсом в руке. На бледном, не выспавшемся лице – ни тени удивления от услышанного. Привыкла.
– Доброе утро, Клавдия Петровна. Что у нас сегодня? Межпланарные пробки или опять домовой за водку взялся?
– А, Варя! Как раз тебя жду. Новое дело, прямо скажу, из ряда вон. Даже по нашим меркам.
Клавдия Петровна, прервав свой диалог с Валентиной Сергеевной, тяжело вздохнула и протянула Варваре распечатанный бланк.
– Бабушка Евдокия из квартиры 212. Плесневые демоны.
Варвара приподняла бровь.
– Плесневые? Обычно плесень – это к нашему Отделу Фунгицидно-Аномальной Очистки. Почему ко мне?
– Так она не просто плесень, Варя. Она… активная. Ворует. И шепчет. По ночам.
Клавдия Петровна понизила голос до конспиративного шепота:
– Бабушка Евдокия клянется, что они у нее из холодильника сметану вытаскивают и шепчут: «Ты зря надела эти брюки!». А потом, утром, у нее реально не застегиваются.
Варвара с трудом подавила улыбку.
– Понятно. Диагностика проведена? Акт о демонической активности имеется?
– Конечно! Старший инспектор Прохоров вчера заходил. Обосновал астральное присутствие по классификации Г-14 «Посредственные бытовые инферналы». Но с пометкой: «Устойчивы к стандартным дематериализаторам, требуется вмешательство специалиста по направлению „Демонический Клининг“». В общем, твоя епархия. И протокол предписывает использование освященных реагентов.
– Опять эти «освященные» реагенты, – пробурчала Варвара, осматривая содержимое своего кейса. – Просто хороший промышленный фунгицид с добавлением отбеливателя и чуть-чуть освящённой воды из-под крана, но по нормам Отдела Церковно-Коммунальных Таинств. Ну да ладно. Адрес?
– Улица Зачарованной Канавы, дом 13, квартира 212. Не забудь акт о выполненных работах по форме ЖЭК-ДЕМОН-001. И чтобы там было указано точное количество уничтоженных сущностей, Варя. Считай внимательно! Аудит у нас скоро.
Дом 13 по Улице Зачарованной Канавы был воплощением всего того, что ЖЭК-37 пытался, но не мог исправить. Стены облупились, обнажая под ними то ли кирпич, то ли проклятые руны. Из подвала тянуло не то сыростью, не то запахом серы, а в одном из окон, на первом этаже, виднелись явно несанкционированные глифы, судя по запаху, – для призыва эльфов-подростков, которые потом замусоривали двор фантиками от несуществующих конфет.
Варвара поднялась на второй этаж. Дверь квартиры 212 была обвешана амулетами, чесноком и, почему-то, старыми CD-дисками. Постучала. За дверью послышалось шуршание, потом тихое, испуганное:
– Кто там? Нечисть? Уходите, у меня святая вода кончилась!
– Бабушка Евдокия, это Варвара, из ЖЭКа. По вашей заявке о плесени.
Дверь приоткрылась, и на пороге показалась маленькая, сгорбленная старушка, в платочке, с тревожными глазами.
– Ой, девонька! Заходи, заходи скорее! Только осторожно. Они хитрые. Шепчут!
Варвара вошла. Квартира была классической «бабушкиной» – старые обои, ковры на стенах, множество фотографий и икон. Но воздух был густым, влажным, и отчетливо пахло чем-то затхлым, с легким, почти неуловимым, зловонным привкусом.
– Где они себя проявляют, бабушка?
Бабушка Евдокия махнула рукой в сторону кухни.
– Везде, доченька! На стенах, за холодильником, даже на потолке! И особенно в холодильнике! Мою сметанку вчера доели! А я ее для оладий берегла!
Варвара достала из кейса свой основной инструмент – «Освященный Дезинфектор „Святой Архангел Михаил“» – тяжелый, хромированный баллон с длинным шлангом и распылителем, напоминающий огнемет, но с маркировкой «Для обработки аномальных органических субстанций». Рядом с ним лежал небольшой, но мощный промышленный ультразвуковой репеллент, способный, по заверениям производителя, пробить даже астральный щит.
– Понятно. Начинаем с кухни.
Как только Варвара приблизилась к холодильнику, по стене за ним что-то зашевелилось. Серовато-зеленые, липкие пятна плесени начали набухать, выпуская из себя мелкие, с ноготь, копошащиеся существа. Они были похожи на миниатюрных жуков, но состояли из вязкой, мерзкой плесени, с маленькими, блестящими глазками.
– Вот они! – Бабушка Евдокия вскрикнула, отшатнувшись. – Вот эти гады!
Один из плесневых демонов, размером с крупного таракана, юркнул из-за холодильника, схватил с пола крошку хлеба и на невидимых лапках метнулся обратно, прямо к щели в плинтусе.
– Стоять! – Варвара активировала «Святого Архангела Михаила». Из распылителя хлынула струя жидкости, издавая резкий, химический запах. Это была не просто святая вода, а мощнейший раствор хлора с неизвестными, но явно агрессивными добавками, который при соприкосновении с плесенью шипел и испарял нечто вроде пара.
Плесневые демоны завизжали – высоким, раздражающим писком, похожим на скрежет стирофора. Некоторые из них растворились прямо на месте, оставляя после себя лишь мокрые, темные пятна. Но другие, более крупные, начали метаться по стенам, словно призрачные тени, становясь почти невидимыми.
– Они уворачиваются! – ахнула Бабушка Евдокия. – Я же говорила, они хитрые!
Варвара выругалась себе под нос.
– Протокол ЖЭК-ДЕМОН-001 не учитывает аномальную скорость регенерации и уклонения…
Она сосредоточилась. Вспомнила технические характеристики распылителя. Максимальное давление, дальность струи. Проблема была не в силе раствора, а в точности попадания. И в том, что этих тварей было слишком много.
Вдруг из угла кухни, где стоял старый шкаф, послышался шепот. Не просто шепот, а целая какофония голосов, сливающихся в неприятный гул.
– Твоя прическа выглядит как птичье гнездо!
– Наверное, ты забыла помыть посуду?
– Эй, ЖЭК-работница, твой начальник все равно тебя недооценивает!
Варвара нахмурилась. Это уже переходило все границы.
– Заткнитесь! – она резко повернулась к шкафу.
Из-под него поползла крупная, пульсирующая масса плесени, размером с футбольный мяч. Она была темнее остальных, почти черной, и из нее постоянно вылуплялись новые, более крупные плесневые демоны, которые тут же расползались по кухне. Это был источник.
Материнская плесень.
– Вот она! Главная гадина! – воскликнула Бабушка Евдокия, целясь в нее распятием.
Варвара оттолкнула старушку.
– Бабушка, отойдите! Это уже не бытовой инфернал. Это… почти начальство.
Она переключила режим распылителя на «направленный поток», уменьшив площадь поражения, но увеличив концентрацию и давление.
– Стандартный фунгицид их только разозлил, – пробормотала она. – Нужна другая тактика. Что там Протокол П-17 «Уничтожение особо живучих биологических аномалий»? А, точно. «Применение комбинации механического воздействия и химического выжигания с последующей астральной стабилизацией».
Варвара схватила ультразвуковой репеллент. Он был громоздким, с массивной излучающей головкой. Она направила его на пульсирующую массу и нажала кнопку.
Воздух завибрировал. Послышался низкий, нарастающий гул, от которого задребезжали стекла. Плесневые демоны на стенах замерли, их маленькие глазки замерцали. Материнская плесень застонала, издавая звук, похожий на медленный выпуск воздуха из болотной жижи. От ее поверхности начали отваливаться куски.
– Громко, конечно, – Варя крикнула Бабушке Евдокии, закрывшей уши руками. – Но эффективно! Ультразвук дестабилизирует их клеточные структуры!
Она продолжала держать кнопку, медленно, методично «прожаривая» каждую часть пульсирующей массы. Плесень съеживалась, темнела, превращаясь в сухие, хрупкие корочки. Шепот стих. Мелкие демоны, лишившись источника, заметались в панике, пытаясь убежать, но Варвара не дала им шанса. Она переключила «Святого Архангела Михаила» на широкий распыл и прошлась по всей кухне, добивая остатки.
Через десять минут кухня была наполнена едким запахом хлора, но воздух стал чище. Стены, хоть и были теперь мокрыми и местами обесцвеченными, были свободны от живой, шепчущей плесени. На полу лежали сотни мелких, сухих крупинок – остатки уничтоженных демонов.
Бабушка Евдокия выглянула из-за двери, где пряталась.
– Закончила, доченька? Они… они исчезли?
– Исчезли, бабушка. И не вернутся. Я тут сейчас еще Астральный Фиксатор распылю, чтобы ничего обратно не полезло. Это по Протоколу Ф-22 «Защита от повторного вторжения бытовых аномалий».
Варвара достала из кейса небольшой аэрозольный баллончик. Спрей был почти без запаха, но ощущался как легкая волна прохлады. На самом деле, это был обычный антибактериальный спрей, но на этикетке красовалась печать ЖЭК-37 и надпись «Сертифицирован Отделом Паранормальной Гигиены».
– Ну что ж, – Варвара оглядела чистую, но пахнущую больницей кухню. – Кажется, все.
Бабушка Евдокия подошла к холодильнику, осторожно открыла его.
– И сметана… цела?
Варвара заглянула.
– Ой, бабушка, сметана-то… она еще вчера просрочилась. Ее уже никакие демоны есть не будут.
Бабушка Евдокия прищурилась.
– Так вот почему они мне шептали про брюки! Мерзавцы! Из-за просроченной сметаны!
Варвара тяжело вздохнула. Магический мир, ЖЭК, абсурдная бюрократия – все это было неотъемлемой частью ее жизни. Иногда она мечтала о работе в обычной сантехнике, где самый большой ужас – это прорвавшаяся труба, а не прорвавшаяся труба из Лимба. Но потом вспоминала, как ей нравится чинить сломанные «Астральные Водонагреватели» или перенастраивать «Портальные Роутеры», которые соседи устанавливают без разрешения, и понимала, что эта работа, хоть и безумна, но по-своему интересна.
Она достала бланк ЖЭК-ДЕМОН-001.
– Итак, бабушка Евдокия. Подписывайте здесь, что работы выполнены в полном объеме. Уничтожено: одна Материнская Плесневая Сущность (Г-14-Альфа), 347 мелких Плесневых Демонов (Г-14-Бета), а также предотвращена дальнейшая Аномальная Деградация Продуктов питания.
– А что мне теперь делать со сметаной? – спросила старушка.
