Текст книги "Практика у Повелителя Смерти (СИ)"

Автор книги: Леон Монтан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 6 страниц)

Глава 13. Лёд и пламя

Грань миров никогда не отличалась гостеприимством, но то, что началось на подступах к сектору Потерянного Времени, нельзя было назвать просто плохой погодой. Это был настоящий астральный шторм.

Он налетел внезапно, разорвав багровое марево небес. Ветер, состоящий из концентрированного хаоса и воя нерожденных душ, ударил с такой силой, что каменные плиты под ногами начали крошиться и улетать в пустоту. Молнии цвета запекшейся крови раскололи пространство, оставляя в воздухе шипящие, пахнущие серой ожоги.

– В укрытие! – рев жнеца перекрыл грохот бури.

Соня не успела даже пискнуть, как её подхватили на руки. Владыка Смерти, не тратя времени на препирательства, просто сгрёб её в охапку, прижал к своей груди и накрыл их обоих гигантскими, сотканными из абсолютного мрака крыльями.

Они двигались сквозь ураган, как чёрный снаряд. Соня зажмурилась, уткнувшись носом в холодный вороненый доспех Мортимера, чувствуя, как снаружи бушует стихия, способная стереть её астральную проекцию в пыль за секунду.

Спустя несколько мучительно долгих минут жнец резко затормозил. Раздался глухой звук удара его сапог о камень, и вой бури мгновенно стих, превратившись в отдаленный, глухой гул.

Он опустил её на ноги.

Соня открыла глаза, тяжело дыша, и огляделась. Они находились в пещере. Точнее, это была глубокая расщелина в основании одной из разрушенных колоколен, скрытая за нагромождением тысячелетних валунов. Внутри было абсолютно темно, сухо и пугающе тесно. Пространства едва хватало, чтобы стоять им двоим, не касаясь друг друга.

Мортимер щелкнул пальцами. В воздухе под потолком вспыхнул тусклый, серебристый шарик магического света, выхватив из мрака острые углы камней и их собственные лица.

Владыка тяжело дышал. Его доспех медленно втянулся обратно в ткань камзола. Он выглядел разъяренным.

– Вы с ума сошли?! – это было первое, что выпалила Соня, пытаясь унять колотящееся сердце. Адреналин требовал выхода. – Зачем вы меня так схватили? Я бы и сама добежала!

Мортимер резко шагнул к ней. В тесном пространстве пещеры его аура заполнила всё, давя на плечи тяжестью гранитных плит.

– Сама добежала? – его голос хлестнул, как кнут. – Астральный шторм срывает плоть с костей даже у высших демонов. Твоя жалкая проекция разлетелась бы на крупицы при первом же порыве ветра! Твое безрассудство, Софья, переходит все мыслимые границы. Сначала ты предлагаешь себя в качестве куска мяса для жнеца-отступника, а теперь возмущаешься, что я спас твою жизнь?!

– Я не просила меня спасать! Я просила дать мне делать мою работу! – Соня вскинула подбородок, отказываясь отступать, хотя её спина уже уперлась в холодную каменную стену.

– Твоя работа – перекладывать бумаги в моем кабинете! – рявкнул Владыка Смерти, ударив кулаком по стене в дюйме от её головы. Каменная крошка посыпалась на её плечо. – Но нет, тебе нужно поиграть в героиню! Твое обесценивание собственной жизни патологично. Ты бросаешься в пасть смерти так, словно твоя нить ничего не стоит! Ты – глупая, смертная девчонка, возомнившая, что может перехитрить законы вселенной!

Эти слова ударили Соню под дых. «Ничего не стоит».

Злость, копившаяся в ней с момента попадания в кому, смешанная с невыносимым стрессом последних часов, наконец, прорвала плотину медицинского цинизма.

– А вы? – голос Сони задрожал, но она почти кричала, глядя прямо в его пылающие черные глаза. – Вы кто такой, чтобы судить меня?! Вы – каменная статуя! Идеальный, безупречный болванчик, сидящий на троне из чужих костей! Вы боитесь чувствовать, Мортимер! Вы прячетесь за своими законами и кодексами, потому что если вы позволите себе хоть каплю эмоций, ваш идеальный мёртвый мирок рухнет!

– Я храню равновесие! – прорычал он, нависая над ней, его дыхание обжигало её щеки холодом. – Я несу ответственность за миллиарды душ!

– Да плевать вам на души! Для вас они просто статистика! Розовые, желтые, зеленые бумажки! – Соня толкнула его в грудь обеими руками, но жнец даже не шелохнулся. – Вы не знаете, каково это – бороться за них по-настоящему! Знаете, почему я так себя веду?! Знаете, почему я готова лезть на рожон к этому чёртову Корвусу?!

Её голос внезапно сломался. Горло перехватило спазмом, а на глаза навернулись злые, горячие слёзы, которые она так ненавидела.

– Потому что я врач, Мортимер, – прошептала она, и по её щеке скатилась первая слезинка. – Врач, который ничего не смог сделать. На моем последнем дежурстве... у меня на столе умер девятнадцатилетний парень, мотоциклист. Я качала его сорок минут. Я сломала ему ребра, делая массаж сердца. Я была по локоть в его крови и слышала этот долбаный ровный писк аппарата. Я не спасла его, не спасла себя.

Она бессильно опустила руки, прижимаясь затылком к холодному камню.

– Если я смогу спасти эти триста душ с парома, значит, я не просто так занимаю место во вселенной. Значит, я не бесполезна.

В пещере повисла оглушительная тишина. Снаружи продолжал выть шторм, но здесь, внутри, время словно остановилось.

Гнев жнеца испарился, смытый отчаянием в её голосе. Он стоял перед ней, и его идеальная броня дала колоссальную, невосстановимую трещину.

Владыка Смерти смотрел на слезинку, застывшую на её щеке. Для божества, привыкшего к вечности, человеческая жизнь была лишь вспышкой. Но эта конкретная вспышка сейчас обжигала его так сильно, что он не мог дышать.

Он медленно поднял руку. Его длинные, бледные пальцы, лишенные сейчас всякой магии, осторожно, почти робко коснулись её щеки. Большой палец стер влажную дорожку.

Кожа Сони была горячей, а его пальцы – обжигающе холодными. Этот контраст прошил их обоих ударом тока.

– Бесполезна? – голос Мортимера стал низким, хриплым и до боли откровенным. Он сделал полшага вперед, втискиваясь в пространство между её раздвинутыми ногами, так близко, что их тела почти соприкоснулись. – Ты думаешь, я каменная статуя, Софья? Ты думаешь, мне легко нести это бремя?

Глава 14. Бинты и магия

После бури, бушевавшей в пещере – как астральной, так и той, что опалила их обоих изнутри, – мертвая тишина вокруг казалась оглушительной.

Они шли по растрескавшимся плитам центральной аллеи. Багровый туман стлался под ногами, скрывая обломки древних надгробий. Соня чувствовала новую силу, бурлящую внутри. Её тело, всё еще помнящее тяжесть и жар Владыки Смерти, отзывалось легкой, тягучей мышечной болью. Это было странное, дикое ощущение: идти на смертельную битву, чувствуя себя абсолютно живой, наполненной до краев чужой, божественной энергией.

Мортимер шел на полшага впереди. Его коса оставляла в воздухе едва заметный серебристый след. Плащ струился за ним, сливаясь с тенями. Он был собран, смертоносен и пугающе прекрасен. Но Соня прекрасно знала, каким он может быть без этой брони.

– Щиты Корвуса впереди, – не оборачиваясь, произнес жнец. Его голос был сухим, сосредоточенным. Владыка переключился в режим полководца. – Помните план, Софья. Вы не делаете ни шагу дальше линии горгулий.

– Да помню я, – пробормотала Соня, поправляя воротник своей пострадавшей хирургической куртки. – Встать, посветить своей душой, подождать, пока клюнет. Никакой самодеятельности.

Они миновали разрушенную арку. До центрального входа в черный собор оставалось метров двести. Воронка из украденных душ выла над шпилями, вращаясь с тошнотворной скоростью.

И вдруг всё изменилось.

Тени, мирно лежавшие у подножия обломанных колонн, внезапно ожили. Они не просто отделились от камня – они вырвались из него с пронзительным, режущим слух визгом. Пространство исказилось, воздух мгновенно промерз до состояния сухого льда.

Засада.

– Назад! – рявкнул Мортимер.

Из мрака соткались с десяток фигур. Они напоминали людей, но их конечности были неестественно вытянуты, а вместо лиц зияли гладкие черные маски с единственной вертикальной щелью. В руках они сжимали клинки, с которых капала густая, светящаяся зеленоватая слизь.

Ассасины бездны. Элитные цепные псы жнецов.

Они атаковали абсолютно бесшумно, скользя над землей.

Мортимер шагнул им навстречу, заслоняя Соню. Его коса описала широкую, ослепительную дугу. Лезвие разрубило сразу двоих противников. Те рассыпались в прах без единого звука, но на их место тут же прыгнули еще четверо.

Начался танец смерти. Владыка двигался с запредельной скоростью. Его плащ превратился в смертоносные крылья, отбивающие удары, а коса пожирала тьму, оставляя после себя лишь пепел.

Соня, повинуясь инстинкту, отскочила за поваленную колонну. Она должна была быть наживкой для главаря, но эти твари явно не собирались брать пленных.

Бой длился секунды, но для Сони время растянулось. Она видела, как Мортимер методично уничтожает врагов. Он был неуязвим, божество смерти в своей стихии.

Восемь из десяти ассасинов уже стали пылью. Девятый рухнул, пронзенный древком косы.

Десятого не было видно.

Интуиция, обостренная до предела, взвыла сиреной. Соня резко обернулась.

Десятый ассасин не атаковал Мортимера. Он всё это время полз по стене разрушенной часовни, слившись с камнем, и теперь падал прямо на Соню сверху. В его занесенной руке блестел кинжал, сочащийся ядовитой зеленой скверной. Он целился точно в грудь, туда, где сияла нить жизни.

Соня инстинктивно вскинула руки, понимая, что не успеет уклониться.

– Соня!

Рев жнеца разорвал пространство.

Совершив пространственный скачок, владыка Смерти материализовался прямо перед ней в ту же долю секунды, когда ассасин нанес удар.

Мортимер не успел поднять косу для блока. Он просто закрыл её своим телом.

Раздался отвратительный влажный хруст.

Кинжал ассасина, усиленный темной магией пробивания щитов, с размаху вошел в левый бок жнеца, пробив вороненый доспех как фольгу. Острие вышло с другой стороны, остановившись в миллиметре от щеки Сони.

Владыка Смерти даже не дрогнул. Не издавая ни звука, он свободной рукой перехватил горло ассасина и сжал пальцы. Тварь захрипела и мгновенно обратилась в черный пепел, который осыпался на плиты. Кинжал, лишившись хозяина, с мерзким чавканьем выпал из раны и со звоном ударился о камень, мгновенно проплавив в нем дыру.

Всё стихло.

Жнец покачнулся. Его коса с глухим стуком упала на землю, возвращаясь в небытие. Он тяжело оперся правой рукой о колонну, опустившись на одно колено.

– Мортимер! – Соня бросилась к нему, падая на колени рядом.

Она протянула руки к его боку, но жнец резко, с пугающей грубостью оттолкнул её.

– Не... прикасайся, – прохрипел он. Его голос дрожал.

Соня не удержала равновесие и больно ударилась спиной о камень, но тут же подалась вперед. И замерла, в ужасе глядя на рану.

Доспех в месте удара растворился. Из глубокого разреза под ребрами толчками вытекала кровь. Она была серебристо-черной, похожей на расплавленный звездный свет, смешанный со смолой. И хуже всего было то, что края раны шипели. Зеленоватая гниль – некротическая скверна – расползалась по идеальной бледной коже жнеца, как быстрорастущая плесень, пожирая его плоть.

– Это яд Корвуса. Скверна Пустоты, – тяжело дыша, Мортимер попытался подняться, но мышцы не слушались. Его лицо стало пепельно-серым. – Отойди от меня, Софья. Эта дрянь заразна для живых. Одно касание – и твоя нить сгниет.

– Закрой рот, пациент, – процедила Соня.

Страх мгновенно перегорел, уступив место ледяной, хирургической концентрации. Для неё это уже был не бог, не повелитель. Это был раненый с острым токсическим шоком и некротизирующим фасциитом неясной этиологии.

Соня снова бросилась к нему, на этот раз игнорируя его слабый рык.

– Я приказываю тебе... уйти! – Мортимер попытался отстраниться, его глаза вспыхнули багровым светом. – Ты умрешь!

– Попробуй только заставить меня уйти, и я тебя потом с того света достану! Ой, подожди, мы ведь уже тут! – Соня грубо перехватила его руки и прижала их к его животу, чтобы не мешал. – Сидеть смирно!

Глава 15. Синдром отмены

Магия Смерти – абсолютна и непреклонна, но даже у неё есть свой предел прочности.

Владыка Мортимер понял это в тот момент, когда попытался шагнуть навстречу Чёрному Собору, над которым выла воронка из украденных душ. Он вскинул руку, призывая свою косу. Оружие послушно соткалось из мрака, лезвие вспыхнуло... а затем по нему пошла сеть мелких трещин.

Свет мигнул и коса с хрустальным звоном рассыпалась на мириады серебристых искр, которые тут же растаяли в багровом тумане.

Жнец замер. Он попытался сделать вдох, но вместо воздуха грудь обожгло расплавленным свинцом. Колени Владыки Смерти подогнулись. Если бы Соня не оказалась рядом в ту же долю секунды, он бы рухнул на растрескавшиеся плиты некрополя.

– Мортимер! – она подхватила его под руку, подставив свое плечо. Вес древнего бога был колоссальным, но адреналин придал ей сил. – Что такое? Рана открылась?!

Она лихорадочно ощупала его левый бок. Нет, плотный рубец держался, но ткань камзола вокруг него была пропитана холодным потом. Лицо жнеца стало не просто бледным – оно приобрело цвет старого, выцветшего пепла. Тьма, которая всегда клубилась вокруг него тяжелым плащом, сейчас истончилась до жалкой, рваной дымки.

– Эта дрянь... – хрипло выдохнул Мортимер, опираясь на неё. Каждое слово давалось ему с трудом. – Ты выжгла яд, Софья. Ты спасла мою суть. Но он успел сожрать слишком много первородной энергии. Мой резерв... пуст.

Он поднял взгляд на Чёрный Собор. Оттуда, из-за разрушенных витражей, уже чувствовалось приближение ледяной, враждебной воли Корвуса. Мятежный жнец почувствовал всплеск магии во время стычки с ассасинами и теперь готовил армию к вылазке.

Владыка Смерти, существо, не знавшее поражений с момента сотворения миров, сжал зубы так, что на скулах заиграли желваки. Ему хотелось шагнуть вперед. Разорвать мятежника голыми руками.

Он посмотрел на Соню. На её разорванную хирургическую куртку, на перепачканные его кровью руки, на упрямо сжатые губы.

Если он пойдет в бой сейчас, то не просто проиграет. Он не сможет её защитить. Корвус легко доберется до неё.

Эта мысль ударила больнее отравленного кинжала. Гордыня бога отступила перед инстинктом защитника.

– Мы уходим, – слова на вкус были как битое стекло. – Возвращаемся в цитадель, немедленно.

– Но как же... души? Паром? – Соня вскинула на него отчаянный взгляд. – Вы же сами сказали, если он их поглотит...

– Я сказал – мы уходим! – рыкнул Мортимер, но рык сорвался на глухой кашель. На его губах выступила капля серебристо-черной крови. – Я не могу рисковать тобой. Сейчас я бесполезен в бою.

Соня, как любой хороший врач, умела мгновенно оценивать риски. Спорить с пациентом в состоянии острого истощения было преступно. Она перехватила его поудобнее, закинув его тяжелую руку себе на шею.

– Поняла, тактический отход. Открывайте вашу дверь, шеф, пока нас тут не накрыло.

Мортимер из последних сил поднял свободную руку. Пространство перед ними с неохотным, тяжелым скрежетом разорвалось, открывая портал прямо в кабинет Высшей Канцелярии.

Они ввалились внутрь за секунду до того, как передовые отряды теневых стражей Корвуса вырвались на аллею некрополя. Портал захлопнулся, отрезая вой воронки.

Оказавшись в знакомом, пахнущем древней пылью и озоном кабинете, Мортимер потерял остатки контроля. Его ноги подкосились. Соня, кряхтя от натуги, дотащила его до исполинского кожаного дивана и буквально свалила на мягкую обивку.

– Так, лежать. Не дергаться, – скомандовала она, тяжело дыша.

Владыка Смерти закрыл глаза. Его грудь прерывисто вздымалась. Впервые за целую вечность он был уязвим.

Прошло несколько суток.

Постельный режим для божества оказался испытанием более суровым, чем битва с армией демонов. Жнец ненавидел свою слабость. Он ненавидел лежать на диване, пока Соня носилась по кабинету, организовывая вокруг него подобие больничной палаты интенсивной терапии.

Она притащила откуда-то пледы, заваривала ему литрами травы, заставляла пить какие-то укрепляющие астральные настойки, по вкусу напоминающие жженую резину.

– Пей, это восполняет ману, или как там у вас называется этот магический гемоглобин, – безапелляционно заявляла она, поднося кружку к его губам.

Он морщился, но пил. Не потому, что верил в отвары, а потому, что спорить с ней было бесполезно. К тому же её руки, поддерживающие его затылок, были такими теплыми, что ради этого прикосновения он был готов выпить даже яд.

Постепенно его силы возвращались. Смерть невозможно убить. Рубец на боку посветлел, аура начала уплотняться, заполняя кабинет привычным, комфортным сумраком. Тени перестали жаться по углам и снова гордо струились по базальтовому полу. Он был на пути к полному выздоровлению.

И вот тогда началось самое страшное.

Соня решила, что кризис миновал, и вернулась к своей работе. У неё накопилась гора дел в «зеленой зоне». Она уходила за свой стол в дальнем углу кабинета, или, что было еще хуже, отправлялась в архивные коридоры, чтобы найти нужные бланки.

И каждый раз, когда она исчезала из поля зрения, Мортимера накрывало.

Это началось как легкий дискомфорт. Владыка Смерти проснулся после очередного целительного транса. В кабинете стояла та самая безупречная, эталонная тишина, которую он ценил превыше всего в мироздании. Ни звука, ни вздоха.

Он открыл глаза. Угол Сони был пуст. Ясеневая этажерка стояла на месте, кактус Иннокентий топорщил иголки, но самой девушки не было.

Мортимер сел на диване. Внутри, под ребрами, там, где находилась его бессмертная суть, вдруг образовалась сосущая, холодная пустота. Это не имело отношения к ране. Это было чувство абсолютного, невыносимого вакуума. Ему показалось, что воздух в цитадели стал слишком разреженным.

Он прислушался. Его сверхъестественный слух, способный уловить шепот душ на краю вселенной, сейчас был настроен на одну-единственную частоту. Он искал ритм.

Глава 16. Совет Теней

Зал Затмения находился на самом дне политической иерархии Междумирья, но по уровню пафоса превосходил даже личный кабинет Владыки Смерти.

Сводчатый потолок терялся во мраке, освещаемый лишь тусклыми, кроваво-красными жаровнями, подвешенными на невидимых цепях. В центре зала располагался колоссальный круглый стол, высеченный из кости какого-то древнего левиафана. Запах серы, разложения и концентрированной власти здесь был таким густым, что его можно было нарезать скальпелем.

Соня поправила воротник своей новой формы. Мортимер, чье чувство прекрасного всё-таки взяло верх, материализовал для неё костюм из тончайшего, матового шелка цвета ночного неба. На левой груди мерцала серебряная вышивка – личная печать Повелителя Смерти. В руках Соня сжимала черный кожаный планшет с зажимом для бумаг, куда предусмотрительно налепила свои неоновые стикеры.

– Правило номер один, практикантка, – негромко, но веско произнес Мортимер, останавливаясь перед исполинскими коваными дверями зала.

Владыка выглядел безупречно. Никаких следов недавней раны или истощения. Его спина была прямой, плащ клубился тьмой, а профиль напоминал лик карающего божества. Никто в Совете не должен был знать, что несколько дней назад он едва не умер у нее на руках.

– Не говорить, пока к вам не обратятся напрямую, – продолжил он. – Правило номер два: не реагировать на провокации. Совет Теней – это сборище древних, тщеславных и очень опасных хищников. Они почувствуют, что вы – живая. Они попытаются прощупать вас, чтобы ударить по мне.

– Шеф, вы меня обижаете, – Соня щелкнула автоматической ручкой. – Я три года дежурила в приемном покое по субботам. Думаете, ваши демоны страшнее пьяных десантников в День ВДВ?

Жнец скосил на неё взгляд. В его глазах мелькнуло то самое тепло, которое теперь предназначалось только ей, но оно тут же скрылось за маской ледяного владыки.

– Вы недооцениваете их мерзость, Софья. Просто стойте за моим правым плечом и делайте вид, что записываете протокол.

Он толкнул двери. Створки со стоном разошлись.

Когда они вошли в Зал Затмения, голоса стихли. Двенадцать высших лордов преисподней сидели за столом. Это были существа из ночных кошмаров: кто-то выглядел как оживший клубок теней и паутины, кто-то – как прекрасная, но смертоносная статуя из оникса, источающая яд.

Но самым колоритным был лорд Валтор, сидящий напротив пустующего кресла Мортимера. Трехметровый демон с кожей цвета запекшейся крови, огромными витыми рогами из обсидиана и глазами, в которых плескалось адское пламя. От него исходила аура агрессивной, грубой животной мощи.

Мортимер прошел к своему месту во главе стола. Соня семенила следом, стараясь шагать ровно и не пялиться на клыки и щупальца присутствующих. Она встала за правым плечом жнеца, положив планшет на сгиб локтя.

– Жнец, – Валтор осклабился, обнажив два ряда акульих зубов. Его голос походил на скрежет камнедробилки. – Мы уж думали, ты не почтишь нас своим присутствием. До Совета дошли слухи... что Канцелярия дала течь. Кажется, один из твоих цепных псов, жнец Корвус, сорвался с поводка и начал жрать чужие души?

По залу прокатился тихий, шелестящий смешок. Лорды прощупывали почву. Они знали о мятеже и хотели посмотреть, насколько ослаб их вечный надзиратель.

Мортимер остался стоять, опираясь обеими руками на край стола. Его аура начала медленно, неотвратимо заполнять зал, понижая температуру и заставляя жаровни мигать.

– Корвус – моя забота, Валтор. Я созвал вас не для того, чтобы выслушивать ваши домыслы, – голос Владыки Смерти был холодным, как ледник. – Мятежник собирает армию в секторе Потерянного Времени. Я объявляю это место зоной карантина. Любой демон, дух или жнец, замеченный в пределах десяти астральных миль от часовен без моего приказа, будет считаться пособником Корвуса и подлежит немедленному стиранию из ткани мироздания.

Наступила тяжелая тишина. Лорды переглянулись. Никто из них не хотел попадать под горячую руку Мортимера, но признавать его диктат было ниже их достоинства.

Валтор, чье эго было размером с небольшую планету, откинулся на спинку своего массивного кресла. Его горящий взгляд медленно скользнул мимо жнеца и сфокусировался на Соне.

Ноздри демона расширились. Он шумно втянул воздух.

– Карантины, угрозы... Ты стал слишком нервным, Жнец, – протянул Валтор с издевательской ленцой. – Может, это потому, что ты нарушил собственные правила?

Он вытянул длинный, когтистый палец в сторону Сони.

– Что это за кусок мяса за твоей спиной? От неё разит живой кровью. С каких пор Повелитель Смерти таскает с собой на заседания Совета ручную зверушку?

Соня почувствовала, как на неё устремились двенадцать пар глаз. Взгляды были липкими, оценивающими, полными презрения и гастрономического интереса.

Мортимер замер. Тьма вокруг него взвилась, готовая броситься на Валтора. Владыка Смерти не терпел неуважения.

Соня, стоящая за его плечом, прекрасно видела, как побелели костяшки его пальцев, сжимающих край костяного стола. Она помнила, как он истощил себя несколько дней назад. Если он сейчас сорвется на Валтора, если применит высшую магию, Лорды могут заметить его слабость. Совет Теней – это стая гиен. Они разорвут его, если почуют кровь.

Его нужно было прикрыть.

Прежде чем Мортимер успел открыть рот и вынести демону приговор, Соня громко, демонстративно щелкнула ручкой.

Сухой, абсолютно земной канцелярский звук в готическом Зале Затмения прозвучал настолько абсурдно, что все вздрогнули.

Соня шагнула из-за спины жнеца и подойдя вплотную к столу, положила свой планшет перед собой. С абсолютно непроницаемым, скучающим лицом она посмотрела прямо в пылающие глаза Валтора.

– Протокольная запись для стенограммы, – звонко и четко произнесла Соня. – Имя: Валтор. Должность: высший лорд. Диагноз: острая гиперкомпенсация на фоне глубокой астральной дисфункции.

Демон растерялся. Его челюсть слегка отвисла.