444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Лео Сухов » Вечные Пески. Том 12 (СИ) » Текст книги (страница 14)
Вечные Пески. Том 12 (СИ)
  • Текст добавлен: 19 ноября 2026, 22:00

Текст книги "Вечные Пески. Том 12 (СИ)"


Автор книги: Лео Сухов



сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 18 страниц)

Глава 294

Но только почти…

И в этом «почти» крылась моя возможность победить.

Две вещи сказал Рахун, которые противоречили друг другу. И обе касались планов тёмного шептуна на мой счёт. По одной версии, он собирался меня убить. А по второй – сломать. И какой смысл ломать кого-то, если можешь убить?

Если бы Рахун и его воины не взяли пленных и не узнали того, что рассказал перед смертью веисат, что было бы? Скорее всего, я похоронил бы павших, а затем спокойно, не спеша, двинулся в обратный путь, уверенный в том, что уж моим-то людям северяне ничего сделать не смогут.

Восемь тысяч опытных воинов, а ещё несколько тысяч тех, кто может им помочь. А, кроме того, больше сотни шептунов, каждый из которых может выставить по три-четыре и даже пять-шесть «нашёптышей».

Рахун сказал, что противников от десяти до двенадцати тысяч. А затем обмолвился, что ещё тысяч шесть на подходе с севера. Что это означает? Что в итоге северян будет около шестнадцати-восемнадцати тысяч. А сколько у меня воинов в отряде? Да столько же. А значит, надо исходить из предположения, что враг в курсе численности наших сил.

Да, враг явно не знает всего. Например, что те же подростки и женщины у кочевников, если не выставлять их в первый ряд – грозная сила против небронированной пехоты. А вот знают ли неприятели, что половина моих воинов ушла на юг с караваном руды для Междуречья? Скорее всего, знают. Уж очень похоже, что количество сил подгадывали так, дабы нападающих было больше. Эдак раза в два-три.

И тревога моя была связана, скорее всего, с тем, что за нами следили. Пусть мои люди не видели чужих поблизости, но слежка была. И северяне не прозевали отбытие большого количества воинов на юг.

Рахун сказал, на них напали так, чтобы оставить без весеннего урожая. Однако у меня-то урожай собран, о чём, видимо, северяне не знали. Использовать шептунов, чтобы ускорить созревание растений, никто пока, кроме нас, не додумался. В общем, измором мой посёлок не взять.

Еды у нас теперь хватит. Возможно, и до следующей весны протянем. А вот у неприятеля дела с провизией плохи. Северяне, конечно, могут позариться на урожай с наших полей… Но пока у нас есть стрелы, им подобное счастье не светит. Все поля у нас близко от поселения. Надо будет, перебьём чужих сборщиков.

Что оставалось? Разве что моя возможность создавать нашёптанных воинов. А она свела бы на нет любые самые хитрые ухищрения противника. И тёмный шептун, по всей видимости, придумал, как заставить меня не пользоваться шёпотом… Как? Ведь его прошлые попытки мешать мне шептать не особо помогли.

В голову лез лишь один простой и действенный способ. Заложник. И такой, который был бы очень дорог лично мне.

«А ведь кто-то из своих ему докладывал… – понял я. – Про наши отношения с Меоли люди стали догадываться уже здесь, на севере… Кто-то постоянно докладывал врагу. И это не кочевники. Иначе бы северяне знали, что у меня есть резервы сил. Кто-то из тех, кто нечасто выбирался из посёлка, знал не очень много и не мог обо всём предупредить… Кто?»

«Да кто угодно! Сборщики диких растений, рудокопы, ходившие за оловом… – начал перечислять внутренний голос. – Даже кто-то из разведчиков. Можно ведь выждать так, чтобы рядом никого не было!»

«Нет… Разведчики во время вылазок всегда на виду. Ну и да, многие из них знают про возможность ускорить рост урожая, – не согласился я сам с собой. – Это либо сборщики диких растений, уходившие на добычу, либо рудокопы, тоже не сидевшие в посёлке всё время… Впрочем, неважно»

В этот момент в дом зашёл Гвел. Парень вывалил передо мной на стол чернильницу, перо и кучу выделанной кожи. Сам пристроился рядом, на одном из стульев, о чём-то сосредоточенно думая. Правда, я тоже сразу писать не стал. Вначале стоило определиться, что и кому.

Порывшись в поясной сумке, я всё-таки нашёл булавку. Как-то раз её обронила Меоли, пока мы гуляли по берегу озера вдвоём. Булавку я сохранил, а вот отдать постоянно забывал. Ей-то я и решил заколоть письмо. Однако сначала я над булавкой пошептал, используя один из шёпотов, подаренных Дараном. Эта крошечная вещица должна была стать последним рубежом обороны. А в первую очередь я надеялся на охрану посёлка. Ну и рассудительность самой Меоли.

Послание написал быстро. Основной посыл был в том, чтобы Меоли не забывала носить булавку, приложенную к письму. А когда я скажу особое слово – использовала. Собственно, больше ничего конкретно ей я решил пока не писать. Остальное предназначалось не только девушке, но и всему ближнему кругу.

Этим-то посланием я и был занят до тех пор, пока не вернулся Саший. Выглядел он теперь бодро, без особых следов усталости. Поэтому я, не затягивая, приступил к делу.

– Мирим говорил, ты знаешь шёпот, который считается не очень правильным, – пошёл я напролом, глядя на Сашия.

– Я таких штук пять знаю… Но они ведь потому и неправильные, что их не надо использовать… – с опаской отозвался шептун, даже слегка отодвинувшись. – А что именно потребуется?

– Шёпот, который мобилизует все жизненные силы человека, – объяснил я, переводя внимательный взгляд с Сашия на Гвела.

– Это очень опасно, Ишер… – повторил молодой шептун, отрицательно помотав головой. – Я как-то раз использовал его на себе и чуть не умер… Не стоит на него полагаться, это рискованно.

– Он даст человеку или животному возможность не спать несколько дней? – спросил я.

– Ишер, не стоит… – вновь попытался уйти в отказ Саший, но я его прервал:

– Так даст или нет?

– Даст… Но чем дольше человек под шёпотом, тем сильнее откат! Может и умереть!.. – напомнил Саший с умоляющим видом.

– Хорошо… Вернее, плохо, но других выходов я не вижу. Саший, Гвел, слушайте внимательно. Рахун сказал, что северяне отправились в обход озера с востока. Это было где-то четверть назад. Если верить картам, составленным нашими разведчиками, до нашего поселения идти им полторы четверти, то есть пятнадцать дней. А нам, чтобы доехать домой по этой стороне озера, нужно дней десять… Это если спать и отдыхать, – я многозначительно посмотрел на Гвела. – Я не буду приказывать… Решение за тобой. Но, Гвел, если согласишься…

– Я не отказываюсь от своих слов, – сын Виссарии в этот момент стал неуловимо похож на решительную мать-воительницу, и я невольно улыбнулся тому, как он повзрослел, хоть ситуация и не располагала к веселью. – Готов рискнуть. Но как быть с переханами?

– Подожди с ними. Пока ещё Саший не согласился даже на тебя. Ну что, Саший, сможешь ошептать Гвела? – я вновь взглянул на шептуна.

– Смогу… Но даже если Гвел всего дней пять проведёт так, он может умереть! – упрямо повторил тот, тоже изрядно радуя меня ответственным подходом к жизни товарища.

А аргумент, чтобы его переубедить, у меня был. Я уже всё продумал…

– Мы воины, Саший. Мы всегда рискуем жизнью. Но когда Гвел достигнет дома и передаст мои послания, его будет вытаскивать Алана.

Саший тут же закивал. Алана была признанным авторитетом среди молодой поросли. Её целительский дар впечатлял даже самых талантливых.

– Собственно, посланий четыре, – гораздо спокойнее продолжил я, увидев облегчение в глазах обоих парней. – Меолеане, Ситранису, Истору и Алане. Гвел, тебя в командовании знают, и сразу поверят, что ты от меня. Но тебе придётся ехать очень быстро. Не спать, есть на ходу и пить на ходу… Нужно будет опередить врага.

– Я всё сделаю! – с готовностью пообещал тот.

– Саший? – я посмотрел на шептуна.

– Лучше бы без этого… Я лекарь ведь, а своим шёпотом могу убить… – всё ещё слегка сомневаясь, пробормотал тот. – А вдруг он до Аланы не дотянет…

– Саший, если бы можно было иначе, я бы так и поступил. Но, к сожалению, нас заманили в ловушку. Северяне напали на веисатов, зная, что я постараюсь им помочь. А теперь нацелились на наше поселение, когда меня там нет.

– У них всё равно ничего не получится! Сколько бы их ни было! – возразил молодой шептун.

– Понимаешь, им и захватывать-то не нужно. Достаточно ворваться и кое-что сделать под прикрытием шума, – озвучил я свои подозрения. – Ну и страху навести, само собой. Они попытаются убить как можно больше наших. Соответственно, нужно сделать так, чтобы наших умерло поменьше, а их – как можно больше. Да, потом всё равно будет противостояние, но от первого боя очень многое зависит.

– Но потом ведь ты вернёшься! И призовёшь этих своих «ИйСовых воинов»! – не сдавался Саший.

– Вполне вероятно, что я не смогу, – честно признался я. – И не спрашивайте почему. Я и сам пока всех подробностей не знаю. Но если наш враг будет хоть немного успешен… Я могу оказаться не в силах помочь.

– Значит, только так… – вздохнул шептун, хотя моё заявление о невозможности помочь его явно обеспокоило.

Да и Гвела тоже. Многие из наших привыкли надеяться, в крайнем случае, на «нашёптышей» воеводы.

– Прости, что приходится тебя об этом просить, – кивнул я, возвращаясь к теме.

– Ладно… Но понадобится… Нужна… – Саший замялся, явно снова расстроившись.

– Нужна жертва, – кивнул я. – Одного перехана хватит?

– Так много не надо… Там, кажется, были небольшие местные танаки во дворе этого дома. Думаю, одного хватит, – кивнул Саший. – Только…

– Только, боюсь, умирать он будет долго… – догадался я. – Саший, поверь, про жертвы и прочее я знаю.

Проще было бы научить его шёпоту сбора жизненной силы. Тем паче, её вокруг после битвы до сих пор было хоть залейся. Однако этот шёпот я собирался раскрыть лишь одному человеку. И то под клятву. И лишь потому, что другого выхода не осталось.

– А переханы? – напомнил Гвел. – Не пешком же мне…

– Нет, не пешком, – я улыбнулся. – Но твоё ездовое животное будет необычным. Ему тоже не нужен будет ни сон, ни отдых, ни еда.

– Я на песчаном воине, что ли, поеду? – глаза у парня расширились от удивления и страха.

– Ну-у-у… Нет. Я постараюсь сделать не воина, а именно ездовое животное. Чтобы тебе удобно было, – я вновь улыбнулся. – Оно странное, возможно, выйдет. Зато выносливое и быстрое. Быстрее перехана. А если не получится, тогда уж сделаю специального «нашёптыша».

В моей прошлой жизни были животные, на которых ездили, сражались и даже пахали. Я помнил, как они выглядят, и примерно понимал, как должны двигаться. Надо было лишь потренироваться, чтобы такого зверя создать. Да, у этого «нашёптыша» не будет моих навыков, зато ехать на нём, в любом случае, удобнее и быстрее.

Закончив с разговорами, мы приступили к делу. Для Сашия и его шёпота отловили танака. Бедное животное связали и положили на землю, а четверо мужчин держали его за ноги. Четверо, потому что даже танак в процессе того, что ему предстояло, мог стать грозным противником. И да, умирал он, к моему сожалению, очень долго. И боли испытал незаслуженно много.

Может, я и не слишком хорошо представлял, как устроен организм танака, но мог найти, по аналогии с человеческим, болевые точки. Несчастное животное пришлось мучить почти два гонга. Пока Саший не показал, наконец, что можно заканчивать. И мучения танака были сразу же прерваны одним ударом в сердце.

Это было отвратительно. Честно скажу. Пытая врагов, я не ощущал столько омерзения, сколько издеваясь над безвинным животным. Жаль, это было необходимо. И некому меня было за такое осудить. Закон Воды запрещал использовать жертвы для шёпота, но Закон Песка разрешал их для спасения жизней. Меньшее зло, чтобы предотвратить большее зло. Этот принцип работает далеко не всегда… Однако мы были именно в той ситуации, когда тебе стыдно перед танаком, но ещё стыднее будет перед множеством людей, которых ты мог бы уберечь, но не сумел.

Зато теперь Гвел мог не спать несколько суток.

Скакуна для него я создал сам, уже без жертв. С помощью сбора жизненных сил. Правда, нашёптанное животное вышло не с первой попытки. Какой она была по счёту, я затруднился бы ответить, потому как сбился после двадцатой. Но раз пятьдесят я точно пытался. И, в конце концов, у меня действительно получилось. Передо Гвелом стоял скакун, который умел быстро бегать под седлом, не путаясь в своих же ногах и не спотыкаясь о препятствия.

Если бы я не создавал так много разных песчаных воинов, вряд ли бы что-то путное вышло. Сказался опыт, полученный за последнее время. И всё равно легко мне не было, так что разлитая после битвы жизненная сила пригодилась. Делать что-то, совсем иное и отличающееся от себя самого, оказалось энергозатратно.

Я настроил скакуна скакать к нашим, вокруг озера, держась линии берега. Эту команду нашёптанный зверь понимал. А ещё я подобрал три слова, который могли понадобиться Гвелу. Одно – останавливало скакуна. Второе – заставляло ехать. Третье – отменяло четырёхногого «нашёптыша», позволяя ему рассыпаться. Я его и сам мог уничтожить, на расстоянии. Но лучше пусть это сделает Гвел. Тогда я буду знать, что парень цел, а задание выполнено.

Ещё полгонга, и Гвел умчался вперёд. А все, кто остался, включая меня самого, занялись похоронами. К вечеру подтянулись бойцы, которых я отправил с беженцами. Да и сами веисаты вернулись проводить родных в последний путь.

На закате запылали погребальные костры, а плач тех, кто потерял в бою близких, разнёсся далеко над берегом Нового озера.

Ночевали в поселении, выставив усиленные дозоры. Я боялся, что враги могли уйти недалеко, чтобы всё же ударить в темноте. Однако ночь прошла спокойно. Никто поблизости не мелькал, никто не пытался пробраться в посёлок. И утром мы выступили в обратный путь.

Я знал, что Гвел мчится в это время к нашему будущему городку. Скакуна я ощущал, как продолжение себя, и был уверен, что седока тот не сбросил. Так что я хоть и волновался, но мирило с происходящим понимание, что я сделал всё что мог. Больше просто не сумел бы. Разве что сам кинулся бы в город. Однако тогда илосцы и беженцы остались бы по дороге без главной защиты.

Двигались мы медленно. К сожалению, нам серьёзно не хватало телег, гнуров и переханов. В некоторые телеги я и так запряг «нашёптышей», которые постепенно подъедали мои запасы жизненной силы. И всё равно это лучше, чем идти пешком – иначе можно было добираться и две четверти, а это неприемлемо.

За четыре дня мы только доехали до реки, выросшей из ручья. А Гвел, по моим ощущениям, уже был дома. Это, кстати, было странно… Ощущать животное, которое будто бы часть тебя, но где-то очень далеко, хоть ты и понимаешь, где… Я чувствовал, что скакун добрался до цели. И что он остановился, когда Гвел отдал условный приказ. Правда, я не спешил его отпускать – мало ли что. Пусть постоит ещё немного, подождёт.

Собственно, когда я со своими переправился через реку, прилетело новое ощущение. Скакун наконец-то рассыпался, получив третью команду. О, как же мне хотелось нашептать ещё таких животных, чтобы побыстрее оказаться дома… Но легче было сделать сотню песчаных воинов, чем одно подобное создание. А бросить своих людей и беженцев я по-прежнему не мог.

Мало ли что ждёт у городка. На меня-то северяне напасть не посмеют, это проверено. А вот на пять сотен илосцев и беженцев – запросто. Особенно, если их самих окажется намного больше. Оставалось сжимать зубы и ехать вперёд, надеясь, что обойдётся. Что Истор отзовёт всех с удалённых работ. Что Ситранис сумеет организовать оборону. Что Меоли прицепит булавку и будет осторожна.

Спешил я, как только мог. И не только я. Даже веисаты-беженцы, прочувствовав важность момента, из сил выбивались.

Однако помочь своим я всё равно не успел.

В последнюю ночь спали мало, встали затемно и сразу рванули в путь. Вперёд неслись так быстро, как могли. И, несмотря на все усилия, опоздали.

Когда наш новый дом показался вдали, битва уже заканчивалась. В первый момент сердце невольно пропустило удар. Но когда я рассмотрел, что практически все домики целы, а недостроенные стоят и не полыхают, да и вообще, пожаров не так уж много, у меня от сердца отлегло. Всё было не зря.

Особенно порадовали вражеские трупы в большом количестве. Мои люди как раз начинали стаскивать их в кучи, чтобы предать огню. А главное, своих я среди убитых, на первый взгляд, не обнаружил. И это радовало ещё сильнее. А уж когда я увидел Меоли, которая вместе с моими ближниками выскочила меня встречать, то и вовсе не сдержал улыбки.

И не слушая докладов, соскочил с перехана. Чтобы, наконец, сделать то, что давно хотел. Подошёл к любимой и крепко обнял, зарывшись носом в её волосы. И никто не скорчил осуждающее лицо, никто не зашептался за спиной из-за нарушения приличий.

А приятнее всего было, что Меоли в ответ тесно прижалась, встав на цыпочки. И, обняв одной рукой, второй нежно поглаживала по волосам. Меня так с двенадцати лет никто не пытался успокаивать…

Глава 295

– Ну рассказывайте подробно, что произошло, – велел я, когда старшее командование засело в шатре для совещаний.

Уже наступил вечер, стемнело, но днём пообщаться толком не вышло. Мёртвых надо было сжечь, последствия налёта северян – устранить, а беженцев – разместить. Пустых домов у нас не имелось, так что пришлось искать, куда бы веисатов пристроить.

– Давай отчёт сначала, – предложил Истор.

– Давай. И, первым делом, как Гвел? Жив, это я понял. А подробнее? – нахмурив лоб, спросил я.

– Я его шёпотом заставила заснуть, чтобы лучше восстанавливался, – вступила в разговор Алана. – Завтра буду будить, не раньше. Вымотался он серьёзно, конечно… Прошу, не надо такой шёпот использовать больше.

– Выбора не было, – признался я. – Либо так, либо как мы приехали.

– Я понимаю, но на всякий случай прошу… – расстроенно согласилась Алана. – В общем, за Гвела не переживай. Завтра будет здоров, бодр и весел.

– Отлично! – кивнул я и посмотрел на Истора.

– Во время налёта пострадали двадцать четыре дома, один складской сарай и большая грядка. Трое человек погибли, и больше трёх сотен ранено. Врагов убито две тысячи тридцать один человек. Не думали они, в общем, что их тут ждать будут…

– Куда они прорывались, удалось понять? – я задумчиво потёр лоб.

– Куда-то в центр поселения! – ответил Ситранис. – Как поняли, что их встречают, сразу попытались занять дома и отбиваться оттуда, изнутри. Не знаю, правда, зачем… Им проще было бы отступить.

– Что-то мне не нравится это… – признался я. – Вы дома, где враг побывал, проверили? Следы какие-то подозрительные были?

– Да там все дома с подозрительными следами… – развёл руками Истор. – Не знаем, что и проверять…

– Всё проверяйте. Они явно что-то сделали, – объяснил я ему.

– Может, не успели? – с надеждой предположил Тадар. – Могли же они сглупить?

– Не похож наш враг на глупца, – я вздохнул. – А само нападение, именно как нападение, было глупостью. Сколько их, кстати, было?

– Тысячи четыре, – сообщил Ситранис.

– А у нас воинов только в посёлке несколько тысяч. А ещё есть те, кто может камни кидать и из лука стрелять, – кивнул я. – И они о нашем количестве, скорее всего, знали. Нападение должно было в чём-то им помочь… Позволить что-то сделать… Надо искать.

– Будем искать, хватит тебе переживать! – устало выдохнула Алана. – И сам извёлся, Ишер, и нас изводишь.

– Веришь, у меня есть все основания изводиться. Жаль, до вас никак донести этого не могу, – ответил я без злости. – Эти люди пришли сюда по приказу тёмного шептуна. Того самого, который сначала натравил орду на Кечун, а потом ещё четыре на весь Край Людей. У него ведь почти получилось уничтожить всех людей. Он умудрился пробудить орды одновременно с разных сторон. Не дурак он, совсем не дурак. И если обещал своим людям, что я не вмешаюсь, значит, у него есть план.

– Ишер, мы всё понимаем, но и ты пойми… Очень сложно искать неизвестно что непонятно где! – всплеснул широкими рукавами Ферт. – Мы получили твоё письмо, отнеслись к нему серьёзно. Сделали всё, чтобы после налёта четырёх тысяч человек у нас погибло только трое. И мы будем искать это непонятно что неизвестно где. Во всяком случае, постараемся найти. Но обещать не можем…

– Это я понимаю. Как они вообще подобрались-то так близко? – спросил я.

– Не поверишь, под водой! Если бы я сам раньше рядом с водой не жил, не знал бы о таком способе. А меня здесь все называли перестраховщиком, между прочим!.. – с улыбкой пожаловался Ситранис.

– Неужто дыхательные трубки использовали? Все четыре тысячи человек? – не поверил я.

– Лучше… Ты их щиты видел? – с энтузиазмом спросил Ситранис.

Я припомнил щиты противника, и понял, что они и в самом деле выглядят странно. Слишком выпуклые, зато довольно тонкие, от сильного удара не спасут.

– Странные, – согласился я.

– Всё ещё проще: это даже не щиты! – ответил Ситранис. – Если такой перевернуть и с ним в воду зайти, то под щитом останется мешок с воздухом. Надолго не хватит, понятное дело, но мыс обогнуть по воде – вполне.

– А к мысу они как мимо дозорных прошли? – уточнил я.

– Так они и не прошли. Это мы их пустили, брат! Всегда лучше бить замёрзшего и мокрого врага, чем сухого и согревшегося! – Ситранис захохотал. – Но вообще у нас там, по большому счёту, и дозорных-то почти нет. У нас были дальние дозоры, мимо которых, как мы думали, не пройдёшь, и дозорные вокруг жилых домов. А на мысу, где стройка, мы и не ставили никого. Там ведь брать нечего, кроме камня.

– И как они мимо дальних дозоров проскочили, а? Тем паче, в количестве четырёх тысяч? – заинтересовался я.

– Мы думаем, что так же… – подал голос Тадар. – Я говорил с разведчиками, они указали несколько мест, которые с берега не рассмотришь. Берег там рваный, есть низины, куда наши дозоры и не заглядывают. И если двигаться под водой, то мимо дозоров пройти можно. Просто придётся несколько раз выбираться на сушу там, где наши люди не видят.

– И сколько до ближайшего такого места? – спросил я.

– Где-то пару гонгов, если бегом, и гонга три-четыре, если идти осторожно, – загнув пальцы, быстро подсчитал Тадар.

– Они как раз за ночь и добежали… – кивнул я. – Надо будет что-то с этими местами сделать. Хотя, наверно, северяне теперь и не полезут этим путём.

– Я бы не полез, – согласился со мной Ситранис. – Это вариант на один раз.

– И они об этом знали. Наверняка задумали что-то на случай, если основной план провалится, – вздохнул я.

– Как-то слишком сложно!.. – заметил Тадар.

– Всегда помни про четыре орды, которые начали движение одновременно с разных концов Края Людей, – напомнил я. – Да, сложно… Однако тот, кто провернул такое, может даже неудачу себе на пользу обернуть.

Собственно, как рассказали командиры, когда враг начал выходить из воды, его уже ждали на берегу. Ударили стрелами и камнями сразу, пока нападающие только шли по мелководью. Доспехи у северян были так себе, кожа да ткань. Стрелы и камни собрали обильную жатву. А когда северяне всё-таки выбрались, прикрываясь щитами, наши стрелки отступили в поселение, заняв новые позиции. По сути, боя стенка на стенку так и не получилось. Врагу перекрыли улицы отрядами копейщиков, но расстреливали со всех сторон. Камни, дротики, стрелы. В общем, всё в ход пошло.

Людей, само собой, успели вывести из домов, которые могли оказаться на пути. Поэтому даже занятые врагом дома были пустыми. В итоге, полный разгром и потеря двух тысяч опытных воинов у северян. А воины именно что опытные, это легко можно было понять по количеству лент и украшений в волосах. Однако оно и понятно, на сложное дело новичков не пошлёшь. В общем, врагу мы нанесли серьёзное поражение.

Ещё две тысячи северян сумели уйти, прорвавшись на север. Преследовать их наши не стали. Там, на севере, для врага были заготовлены ловушки, куда северяне должны были попасть на пути к нашему городку. И вестовые отправились к засадным отрядам загодя. Так что, вполне возможно, и эти две тысячи не смогут уйти. Всё-таки они пешком, а наши люди поголовно на переханах.

Правда, этот исход наш враг тоже мог предусмотреть. Тёмный вообще, как я заметил, людские жизни не особо ценил. Тысяча трупов здесь, пара тысяч там… У него и планы, и масштабы были другие. Всё же он хотел смерти почти всем людям.

Зачем ему был нужен я? Думаю, я был его пропуском в будущее. Изначально тёмный шептун мстил. Призвал орду, наслал её на Кечун, умудрился выжить… И одно это уже говорило о том, что он не сумасшедший. У него было какой-то план на будущее. И, по всей видимости, я в этом плане получил своё место. Не просто же так меня собирались ломать, а не убивать.

Шептун понимал очевидную истину. Когда Дикий Шёпот разберётся с Краем Людей, то придёт и за ним. Уверен, тёмный не хотел умирать, а решил скрыться от Дикого Шёпота. Как и тот одержимый, который жил во времена Дарана. Но разве же это жизнь? И тут появляюсь я, со своей способностью создавать «нашёптышей» десятками тысяч, стоит только в бой ввязаться.

Что бы я сделал в такой ситуации? Постарался бы такого полезного человека на свою сторону перетянуть. А как это сделать проще всего? Если ты, конечно, не отягощён моральными принципами. Сломать волю, посадить на короткий поводок, ну и всегда иметь заложника на случай, если вдруг заартачится. Сначала заложником была бы Меоли, а потом ещё кто-нибудь. Дети мои, например, которых бы Меоли позволили от меня родить.

Отвратительно, но вполне в духе предыдущих деяний тёмного шептуна. Моя полезность вовсе не отменяла того, что я для него – просто кусок мяса. Именно так он относился ко всем людям. Достаточно было посмотреть на его планы. Да хотя бы тот же налёт на наше поселение. Даже если бы налёт оказался успешным, четыре тысячи воинов всё равно не смогли бы уйти. Даже если бы они использовали ту же Меоли, как живой щит. Ушёл бы, в лучшем случае, десяток воинов.

Не дурак он, к сожалению. Позорный грязный иух, немного сумасшедший, но не дурак. Именно это я и пытался объяснить ближнему кругу на совещании. И видел, что они слышат меня, но оценить размер проблемы не могут.

Кажется, на меня даже обиделись немного. За то, что хвалил и давил, а не просто хвалил. Так-то я мог их понять. Отбить ночное нападение четырёх тысяч головорезов, которые каким-то неведомым образом подобрались к поселению? Блестяще. Вот только это поражение входило в план настоящего врага. И расстроить его до конца мы до сих пор не смогли. Поэтому я и волновался.

В связи с чем не стал затягивать то, чего делать не хотел, но нужно было. Сразу после совещания я перехватил Ферта под локоть и увёл к берегу озера, где никто не мог услышать.

– Ты же научился постоянно держать шёпот? – спросил я.

– Да, научился, – ещё не понимая, к чему я веду, глянул на меня пожилой шептун.

– Тогда я тебя сейчас научу одному шёпоту… – кивнул я.

– Прямо сейчас? – удивился Ферт.

– Прямо сейчас, – подтвердил я. – Дело небыстрое, но… Пусть на это вся ночь уйдёт, однако выучить ты его должен. Правда, сначала ты поклянёшься мне перед девятью. В том, что никогда никого этому шёпоту не обучишь. Если только я сам не попрошу тебя об этом. И попрошу не просто так, а три раза подряд.

– Ишер, мне сложно учить новое… – заколебался шептун. – Мне уже ведь много лет… Я не такой гибкий, как вы, молодые.

– И всё же выучить этот шёпот тебе придётся, – я покачал головой. – Ферт, послушай… Я вижу, вы мне не верите насчёт тёмного шептуна. А если не верите до конца, то и должного старания не будет. И тогда его план может осуществиться. А по этому плану я, вероятно, не смогу помочь с обороной. Если не будет моих «нашёптышей», вы окажетесь один на один с двенадцатью-четырнадцатью тысячами отморозков с севера, которые начнут вас рвать со всех сторон. Понимаешь?

– Я ведь могу делать «нашёптышей»! – возразил Ферт.

– Но ты не можешь делать их тысячами, – ответил я. – Я научу тебя… Но ты поклянёшься перед девятью в том, о чём я просил. Никому и никогда не передавать этот шёпот. Саший сумел так взбодрить Гвела, что тот не спал четверо суток, всего лишь подобием того, чему научу тебя я.

– Убил танака и сунул в рану палец? – мрачно усмехнулся Ферт. – Это и я могу… Только это очень грязная и мерзкая сила, Ишер…

– Она может быть совершенно чистой. Даже палец в рану совать не придётся, – отозвался я. – Её можно просто собрать из воздуха. Там, где умирали люди, демоны и мои же нашёптанные воины. И никакой грязи, просто жизненная сила, что выплеснулась из умирающих. Со всей округи.

– Вот как ты создавал целое войско… – высоко подняв брови, оценил Ферт. – Собирал силу, создавал воинов, собирал силу, создавал воинов… А я всё понять не мог, как у тебя получается. Но как ты узнал такой шёпот⁈

– Подслушал. По совету одного божества, – улыбнулся я. – Но её дары… Они всегда с двойным дном.

– Это же невероятные возможности… – задумался Ферт.

– Угу. Колоссальные. Можно заставить пару тысяч человек умирать в мучениях, а взамен получить сто тысяч воинов… В самом деле, невероятно! – с сарказмом оценил я.

– Ну, если с этой стороны подойти… – смутился шептун.

– Всегда подходи с этой стороны, Ферт, – посоветовал я. – Что бы ты ни придумал, всегда представь самое мерзкое, что можно сделать с твоей придумкой, и будь уверен – это сделают. Шёпот, который я тебе открою, должен умереть вместе со мной и тобой. Это не обсуждается. А выучить ты его должен за эту ночь.

Ферт справился быстрее. Всё-таки шёпот вождя орды не такой уж был и сложный. Чтобы поднять небольшой вихрь, глотку приходилось драть сильнее. А сбор требовал всего нескольких простых звуков. Надо было только их знать.

Я их знал, а теперь знал и Ферт. Главное, клятву он дал очень тщательную и подробную. Чтобы даже мысли в голову не пришло передать шёпот ещё кому-то без моего разрешения. Пожилой шептун глубоко проникся тем, что я ему рассказал. Про будущее, которое станет возможным, если такой шёпот будут знать все. Про ужасы этого будущего, и к чему оно приведёт.

И да, оказывается, я один не знал, как «подзарядиться» с помощью жертвы. Ну а другие шептуны узнавали о подобной гадости ещё в молодые годы. Просто мои «учителя» из шептунов, примкнувших ко мне, предпочитали уберечь «ученика» до поры до времени.

Кстати, царским указом использование жертв было запрещено. Не под страхом смерти, но, если узнают власти, несколько лет служить будешь без права отказаться.

А метод был простой, как булыжник. Никакого сбора. Ткнуть пальцем в рану, и выходящая жизненная сила будет впитываться. Зная это, Ферт живо смог представить, что будет, если жизненную силу кто-то научится, кроме нас, втягивать с большой площади. И ему, к счастью, перспективы не понравились. Видимо, я не ошибся с выбором.

А утром люди всерьёз взялись за поиск возможных «закладок» северян. К слову, до утра эти, на моё поселение напавшие, не дожили. Оставшиеся две тысячи перебили по пути на север, ещё на наших землях. Об этом рассказывали вестовые, приезжавшие в лагерь.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю