Текст книги "Сайфер (ЛП)"

Автор книги: Ларисса Йон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 11 страниц)

Глава 20

Тупая боль пульсировала в основании крыльев Сайфера, пока они с Лирой проскальзывали в комнату, где стоял его бедный ноутбук, холодный и одинокий. Но тело Сайфера чувствовало себя обновлённым, как и разум. Удивительно, что секс может сделать с парнем, да?

Не только секс заряжал его положительной энергией. Избавление от тяжёлого налёта злобы, который появился с крыльями Ашера, походил на груз, упавший с плеч. Буквально.

Он вспомнил, каким опустошённым чувствовал себя после потери небесных крыльев, каким подавленным и физически больным был. Но если потеря небесных крыльев тянула вниз, потеря пересаженных крыльев наполнила силой, которая не имела ничего общего с ангельской энергией. Сайфер вновь был сам себе хозяин.

Они успешно проникли в оружейную Баэля и вышли из неё, прихватив чистые штаны и футболку, которые он стащил у охранника, которого вырубил. И с оружием, защищённым отвратительным заклинанием, которое могло вывернуть их наизнанку, не обезвредь он его.

Но под блаженством скрывалась нить страха. Не за свою жизнь, но за Лиру. И за весь мир.

Если они не остановят Баэля, сумасшедший ублюдок уничтожит жизнь людей, Небес и весь мир Азагота. И как только Сатана окажется на свободе, куча мусора станет ещё больше. Парень захочет свести счёты.

– Ты действительно можешь вывести из строя его системы безопасности? – спросила Лира. – Даже с ослабленными способностями?

– Ага. – Он запустил своё детище. – Всё дело в компьютере. Никакой магии.

Она нервно расхаживала по комнате, грызя ноготь.

– Через сколько заклинание барьера душ спадёт?

Он проверил часы на компьютере.

– Если я не напортачил, у нас около десяти минут.

– Этого времени хватит вывести из строя системы безопасности?

Он пробрался к чёрному ходу системы безопасности Баэля и поискал триггер, установленный Джорни.

– Должно.

– Должно? – Она рассеянно потянулась к ауралу, спрятанному за поясом под рубашкой. Но тот всё равно был виден, и его скорее можно принять за кинжал, чем распознать редкий древний кол, убивающий ангелов. – Баэль узнает, когда защитные заклинания исчезнут, и кто это сделал.

– Знаю. – Для этого и был чёрный ход Джорни. Сайферу нужно только щёлкнуть виртуальным переключателем, и каждая частичка технологии Баэля вышла бы из строя. Если бы Джорни написал программу сам, лучшим техникам Баэля потребовались бы часы, если не дни, чтобы снова запустить её. Мемитим настолько хорош.

– Может ли Баэль восстановить заклинания?

– Я им всё подпорчу. Он не сможет использовать те же заклинания. Потом, конечно, его колдуны попробуют новые коды, но я выиграю нам немного времени на побег. – Он посмотрел на неё. – Твоя неспособность покинуть мир Баэля связана с барьерами заклинаний? – Когда она кивнула, он продолжил: – Тогда тебе остаётся лишь вывести нас отсюда, как только повредим их.

Она фыркнула.

– Сначала мы должны выбраться из здания и пересечь подъёмный мост. Никто не может проникнуть в замок или в окрестности, и естественно, он всё заблокирует. Поэтому придётся бежать очень, очень быстро. Оставаясь при этом совершенно незаметными.

– Остаётся верить, что Азагот справится, – сказал он, и она скептически фыркнула.

– Я всё ещё не понимаю, как ты можешь доверять кому-то из них.

– Не все хотят делать тебе больно, Лира, – мягко сказал он, открыл приложение для обмена сообщениями и отправил Хокину СМС. Взглянул на компьютерные часы. Заклинания должны сняться через три… два… один. – Пора.

Он нажал на выключатель.

***

– Отец! – Хокин проигнорировал предупреждения Зубала о том, что Азагот не только занят, но и не в лучшем настроении, и ворвался в кабинет. – Я получил сообщение от Сайфера, – сказал Хокин, затаив дыхание. – Он разрушил систему безопасности Баэля и барьер душ.

Азагот отвернулся от гриминиониса, с которым разговаривал.

– Так и мне сообщили. – Он, вероятно, сам почувствовал, как рухнул барьер.

– И что мы будем делать? Сайферу нужна помощь, но никто из нас не может войти в ту часть Шеула. – К тому же добираться туда чертовски неудобно. – В Шеуле много мест, куда ангелы не могли – или не хотели – заходить. Фактически, в большую часть Шеула. – Что бы это ни было, нужно торопиться. Скоро Баэль снова всё запустит.

И тогда Сайфер, если не сможет вовремя сбежать, умрёт.

– Я разберусь. – Азагот махнул гриминионису в мантии, и существо унеслось прочь.

– Разберёшься с чем? – Допрашивать Мрачного Жнеца могло быть опасно, но Хокин обнаружил, что если не уточнит детали, Азагот найдёт лазейки. Азагот мог найти лазейку в прямом стальном стержне.

– С Баэлем. – Азагот заговорил низким голосом, заставляя Хокина задать ещё один вопрос. Это было слишком важно.

– А как насчёт Сайфера?

– С ним тоже разберусь.

Тон Азагота был леденящим, и Хокин зарычал:

– Я хочу, чтобы он вернулся живым. Не едва живым. Не почти живым. А живым и здоровым. С физическим телом.

Багровые полосы вспыхнули в чёрных глазах Азагота, когда гнев и зло усилились.

– Он убил мою дочь.

– Нет, не убивал. – Хокин вытащил телефон из кармана. – Как раз перед сообщением Хокина я получил весть от Совета Мемитимов. Амелия была Праймори.

– Что? – Шок Азагота мгновенно сменился сомнением и гневом. – Как кто-либо из моих детей может быть Праймори? – рявкнул он. – Они Мемитимы. Не могут быть и тем и другим.

Хокин был так же ошеломлён новостями, как и Азагот. Насколько он знал, ни один Мемитим не обладал статусом Праймори

– Не знаю, но Совет подтвердил. У Амелии был хранитель-Мемитим с момента рождения. Его уволили с работы всего за несколько часов до её смерти.

Азагот просто стоял, а в его глазах застыла ярость, Хокин произнёс очевидное:

– Отец, ей было суждено умереть.

И что это означало, можно было только догадываться.

С шипением Азагот повернулся к входу в Чистилище, но Хокин схватил его за руку.

– Пожалуйста, отец. Он мой лучший друг. – Он смягчил голос, не заботясь о том, что слова звучали, как мольба. Потому что это была именно она. – Сайфер через многое прошёл. Он благородный мужчина.

Азагот стряхнул его прикосновение, но не обернулся. Когда он заговорил, обращался к стене.

– А если превращение в Истинного Падшего изменило это?

Хокин сглотнул, зная правильный ответ, но, не желая его произносить. Чёрт возьми, он даже не желал об этом думать. Но если хотел, чтобы отец дал Сайферу хотя бы половину шанса, должен.

– Если Сайфер стал злым, – сказал он, – я сам его уничтожу.

Глава 21

Когда Сайфер и Лира пробирались по ледяным коридорам и узким извилистым лестницам замка Баэля, завыла сигнализация. Закованные в броню стражники Рамрилы устремились к выходам из резиденции Баэля, крепко сжимая в мясистых кулаках грубые топоры и булавы с шипами. Они пока специально не искали Сайфера, но пройдёт совсем немного времени, прежде чем Баэль сквозь весь этот хаос поймёт, что только Сайфер мог быть ответственен за сбой системы безопасности и разрушение барьера.

– Сюда. – Лира потянула его по коридору, освещённому мерцающими факелами, которые отбрасывали тень на рычащих демонов. – Там есть боковая дверь. Можем подняться по лестнице во внешние подземелья.

– Подземелья? – Он оглянулся через плечо на Рамрила, который последовал за ними в коридор. Возможно, это совпадение. – Разве не их мы пытаемся избежать?

– Оттуда есть туннель, ведущий в горы Бовэл. Как только выберемся, если барьер будет опущен, я смогу вывести нас с территории Баэля. Если барьер окажется поднят, окажемся впереди его войск, и я знаю, как дойти до Хэрроугейта, который приведёт нас в мир людей.

Орда из нескольких видов демонов обогнула угол впереди, десятки глаз лидера загорелись, когда он увидел их.

Это не совпадение.

– Чёрт! – Она потащила его по другому коридору. – План Б.

– Что за план Б?

– Быстро бежать.

Он ненавидел этот план. Они пустились наутёк, демоны слишком быстро сокращали дистанцию.

– Быстрее! – крикнул он, набирая скорость, когда звук щелкающих зубов раздался так близко от головы, что он почувствовал горячее дыхание на затылке.

– Выйдем через парадный вхож, – крикнула она. – Затеряемся в хаосе.

Впереди были открыты гигантские двойные двери. За дверным проёмом во внутреннем дворе сбитые с толку демоны бегали под декоративными трупами, раскачивающимися на ветру. Сайфер рискнул оглянуться и тут же пожалел о своей ошибке. Число преследующих их охранников удвоилось.

Он призвал драгоценные остатки силы, держа на кончиках пальцев и готовый нанести удар. Без крыльев он слабее, но даже сейчас чувствовал, как растёт контроль. Компромисс, но на самом деле, в бою, возможно, лучше иметь неконтролируемую силу, чем контролируемые её крохи.

Всё будет сложно. Но если они выберутся живыми, он попросит Сюзанну приготовить что-нибудь, чтобы отпраздновать.

Они выбежали наружу, прыгнув в гущу сотен существ, которые явно понятия не имели, что происходит, но хотели быть в центре событий.

Демоны глупые.

– Сюда! – Лира указала на мост через ров с лавой. – Как только пересечём границу, я смогу унести нас отсюда.

Хорошо. Это могло бы сработать. Надежда вспыхнула в груди Сайфера. А потом он поднял глаза и резко остановился.

– О, чёрт, – выдохнул он. Проклятье.

– В чём дело?

– Заклинание. Оно не разрушилось. Азагот не поможет, и мы не можем выбраться…

Мощный взрыв сотряс землю впереди. Мост рухнул, когда гигантские глыбы камня и льда взметнулись в воздух и образовали воронки вокруг, сокрушая демонов, повозки и палатки, где продавались товары.

Под крики ужаса и боли Сайфер повалил Лиру на землю, прикрыв своим телом, когда посыпались обломки. Куски размером с баскетбольный мяч ударили его по спине и ногам, но он выживет. В отличие от бедолаги, чьи копыта торчали из-под глыбы льда размером с Фольксваген, а кровь растекалась лужей под ним.

– Я убью тебя!

Голос Баэля, прозвучавший слишком близко, заставив кровь застыть в жилах Сайфера. Он вскочил, сердце бешено колотилось, выталкивая замёрзшую кровь, как слякоть, из-за чего возникло ощущение, что всё происходит в замедленной съёмке.

Раскат грома раздробил барабанные перепонки Сайфера за долю секунды до того, как удар молнии пронзил насквозь, парализовав на месте. Агония стала его чувствами, мыслями и зрением. Очевидно, можно увидеть боль. Она была красной, блестящей и чертовски скрученной.

Вдалеке он услышал крики Лиры о пощаде. Но никто не пощадит ни её, ни его.

– Остановись, – закричала она. – Я сделаю всё, что угодно!

– Да, – прошипел Баэль. – Всё сделаешь.

Нет! Сайфер вдохнул, кашляя кровью, и, шатаясь, вслепую двинулся вперёд, его единственная цель – добраться до Баэля и задушить его голыми руками. Он услышал хрюканье, глухой удар, и внезапно ток прекратился. В ушах зазвенело, перед глазами поплыли белые пятна, и боль сменилась глухим рёвом, и когда он сфокусировал взгляд, понял почему.

Лира набросилась на Баэля. Но она заплатила за это и теперь пыталась подняться с земли, из носа и ушей текла кровь.

Баэль рассмеялся и нанёс удар, попав Лире сзади в шею и отбросив, как будто в неё попала молния. Затем намотал на кулак её волосы и грубо приподнял голову, прижавшись губами к её уху. Сайфер не мог расслышать слова, но услышал крик ужаса Лиры.

– Мудак! – Сайфер взревел от ярости и выпустил первое, пришедшее на ум оружие – шквал прожорливой демонической саранчи, которая обрушилась на Баэля вихрем зубов.

Баэль взвыл от боли, когда его разрубили на куски, дав Лире шанс подняться.

– Вперёд! – Сайфер протянул ей руку. – Быстрее!

Она направилась к нему, но внезапно саранча пала замертво. Мать твою! Рой саранчи наполовину истощил силы, и Баэль обошёл рой, будто он не более чем досадная помеха. Баэль, чей гнев зажил собственной жизнью, преобразился, его тело увеличилось втрое, кожа затвердела, превратившись в чёрную броню, лицо приобрело кошмарные, слишком крупные черты, а зубы стали размером с пальцы Сайфера.

Сайфер с Лирой не выберутся.

Из последних сил он выстрелил в Баэля орудием для плавления льда, окутав ублюдка с головы до ног.

– Лира, беги!

– Нет! – Она бросилась к нему, и ему захотелось закричать от тщетности попытки. Она не могла ему помочь, а просто умерла бы вместе с ним.

– Уходи!

Взрыв льда послал колющие осколки в демонов, которые собрались посмотреть, и каким-то чудом Сайфер и Лира остались невредимыми. Некоторые демоны упали замертво, в то время как другие упали на землю и забились от боли. Третьи убежали.

Баэль взревел от ярости и поразил Сайфера и Лиру каким-то оружием, которое нанесло миллион крошечных порезов на коже, сдирая её. Агония стала самим воздухом, и сквозь крики Сайфера пробивались крики Лиры, раздирая внутренности.

– Смерть! – прокричал Баэль, перекрывая раскаты грома, доносившиеся из кроваво-красных грозовых туч наверху. – Ты умрёшь, а затем я скормлю твою душу моему Орфмэйджу, пока буду питаться твоей плотью. – Падший ангел неторопливо направился к нему. – Но не раньше, чем увидишь, что Молок и я сделаем с твоей драгоценной Лирой. – Нет. Пожалуйста, нет…

Начала опускаться тьма. Может, не в мире, а в голове Сайфера. Он не мог поднять руки, ноги, голову. Чёрт возьми, он едва мог открыть глаза. Он увидел Лиру, корчащуюся на земле, и сердце, уже изрешечённое ранами, истекало кровью. Измученный этим зрелищем, он собрал все силы, чтобы дотянуться до неё. Если бы мог просто прикоснуться к ней…

Демон взвизгнул и пробежал между ними, чуть не наступив на руку. Затем другой. Со всех сторон раздались испуганные вопли. Внезапно Баэль развернулся, внимание, и сдерживающие способности больше не были сосредоточены на Сайфере и Лире.

Какого хрена?

Застонав, Сайфер взглянул на небо. Заклинания… заклинания разрушились!

Что-то, или кто-то нападал на демонов, и впервые Баэль выглядел испуганным.

– Лира, – прохрипел он, поднимаясь на четвереньки на дрожащих конечностях.

Она посмотрела на него. Посмотрела на Баэля. А затем снова посмотрела на него, и в сверкающих глазах отразилась решимость. Что она собиралась делать?

– Лира?

Она испарилась в облаке дыма, и прежде чем Сайфер успел моргнуть, она залетела в ноздри Баэля. Его глаза расширились, и он схватился за горло, задыхаясь и давясь. И Лира, этот коварный маленький ангел, оставила аурал на земле.

Сайфер пошатываясь, поднялся. Его ноги были резиновыми, а шаги свинцовыми, но ему удалось поднять аурал и каким-то образом добраться туда, где Баэль изо всех сил пытался прогнать Лиру. Схватившись за горло, Баэль развернулся лицом к Сайферу, ненависть в его чертах сделала лицо гротескно выпуклым. Он поднял когтистую руку, между пальцами вспыхнули электрические разряды, и Сайфер понял, что удар убьёт его.

Времени не оставалось.

Он сделал выпад, ударив ауралом в грудь Баэля. И ничего не произошло. Оружие бесполезно скользнуло по броне.

Чёрт!

Всё ещё кашляя, Баэль ухмыльнулся и снова поднял руку.

Затем, из ниоткуда, прозрачно-серая бесформенная фигура обернулась вокруг Баэля, её глаза стали пустыми, а рот беззвучно открылся.

Крик Баэля не смолкал. Одна из душ Азагота. Да, Хокин!

Дым вырвался из губ Баэля, когда падший ангел вернулась в свой облик. Баэль корчился в страданиях, пока душа вращалась вокруг него, делая то, что обычно делают души.

Но нет, эта душа не станет его убивать.

Это дело рук Сайфера.

С боевым кличем, пропитанным жаждой мести, Сайфер вонзил аурал в сердце Баэля. На этот раз оружие попало точно в цель. Баэль ахнул, когда его тело содрогнулось в конвульсиях, из трещин, образовавшихся на коже, поднимался дым. Шипение горящей плоти сопровождало предсмертные крики, и зло внутри Сайфера было потрясено этим.

Наконец, когда Лира крепко обняла Сайфера, ублюдок рухнул.

Баэль умер. Монстр, который терроризировал этот регион Шеула на протяжении веков, исчез. Каким-то образом они выжили, но Сайферу предстояло столкнуться ещё с одним монстром по имени Азагот.

Глава 22

Азагот ненавидел ждать.

Люди всегда поражались его терпению, но видели только то, что он хотел. Его внешность очень сильно отличалась от того, что происходило внутри. Там сидел взвинченный, беспокойный зверь, которому не нравилось ждать момента мести. Или удовольствия. По крайней мере, теперь, когда Лиллиана дома, не нужно ждать последнего. Её присутствие успокаивало монстра, пока он ждал новостей из Шеула.

Он отправил сотни душ уничтожить Баэля, и, если повезёт, Молок будет с братом.

Но пока гриминионисы не принесли их души. Они вернули десятки других душ, которые забрали из мира Баэля, но не те, которые нужны Азаготу. Прошло уже много времени.

Мощный выброс энергии заставил волосы на шее Азагота встать дыбом, и прежде чем он успел моргнуть, другая, не менее мощная волна энергии обрушилась на него. Чёрт.

Ривер и Ревенант пришли в гости, и Азагот не сомневался, что встреча не будет дружеской. А значит, встреча будет в выбранном им месте, месте, которое давало ему стратегическое преимущество. Он распахнул дверь кабинета как раз в тот момент, когда Зубал резко остановился перед ней.

– Мой господин…

– Знаю. Направь их в Чистилище.

Зи дёрнулся.

– М-мой господин?

– Выполняй. И пошли кого-нибудь, занять Лиллиану. Не хочу, чтобы она была рядом с Ривером или Ревенантом. – Он сомневался, что кто-то из мужчин причинит вред Лиллиане, но был уверен, что они каким-то образом использовали бы её при необходимости.

– Да, сэр.

Он быстро прошёл по проходу в Чистилище, и через несколько мгновений материализовался Гадес.

– Привет, босс, – сказал Гадес, его синий ирокез сегодня был подстрижен почти до макушки. – Кого пришёл пытать?

– Никого. Мы ждём гостей, и у нас всего около минуты на подготовку.

– Гости?

– Ривер и Ревенант.

Гадес округлил глаза.

– Но разве их присутствие не ослабит завесу между Шеулом и Шеул-Гра?

– На это я и рассчитываю, – сказал Азагот. – Они знают, что не смогут уничтожить меня здесь, не разрушив барьеры и не освободив миллионы душ демонов. Ни один из ангелов, ни за что не стал бы так рисковать. Возникший в результате хаос быстро распространился бы, затронув не только мир демонов, но и людей. И поэтому же не станут задерживаться надолго, зная, что одно их присутствие прожжёт дыры в завесе, как кислота.

Гадес кивнул.

– Понял. Я переведу ремонтную бригаду в режим ожидания.

– Нет. – Азагот взглянул на портал, через который ангелы могли появиться в любой момент. – Не хочу, чтобы ты исправлял ущерб, причиняемый их присутствием.

– Ты что такое говоришь, чёрт подери? – Если Гадес когда-то был ошеломлён сильнее, Азагот не знал об этом. Он прочистил горло и поспешно добавил: – Мой господин?

Не в настроении ни объяснять свой приказ, ни отвечать на вопросы, он рявкнул:

– Иди. Они скоро придут.

Гадес расправил крылья и взлетел как раз в тот момент, когда Ривер и Ревенант вышли из портала.

Ривер крался к нему, как бык, выражение лица омрачалось яростью. Девственно-белые с золотыми прожилками крылья развевались высоко над сверкающими алыми и золотыми доспехами.

Ревенант шёл рядом, его чёрные с серебром крылья были смирно сложены на задней пластине светопоглощающей брони из чёрного дерева, но в оскаленных клыках не было ничего смиренного.

Оба ангела были готовы к битве, и Азагот в ответ наполнил своё тело силой.

– Я предупреждал не выпускать души. – От мощного голоса Ривера, поющего с силой, вибрировал сам воздух. – Я предупреждал не убивать Баэля.

Виновен в первом обвинение, но не во втором. Хотя и не из-за недостатка попыток. Его разочарование от того, что ему не вернули душу Баэля, было почти сокрушительным.

– На хрен остыньте, парни, – сказал Азагот. – Если бы Баэль был мёртв, его душа пришла бы ко мне, и я бы уже препарировал её.

Конечно, оставалась вероятность, что другой невероятно могущественный демон или падший ангел уничтожил или пожрал душу, но она настолько мала, что казалась абсурдной.

Ривер окинул взглядом голую местность, нечто напоминающее, прихожую к остальной части Чистилища, и Азаготу стало интересно, заметил ли он демонов вдалеке, медленно двигающихся к ним, привлечённые силой двух ангелов.

– Ты ошибаешься. – Ривер повернулся к Азаготу. – Гриминионисы не смогли забрать душу. Он и его брат Молок… отклонения.

Азагот усмехнулся.

– В смысле, отклонения?

– Они – близнецы, – ответил Ривер. – Но они – единое целое.

Ревенант повернул голову к брату.

– Что?

– У них единая душа, – объяснил Ривер. – Убить одного означает воссоединить две половины и сделать оставшегося «брата» целым. И намного, намного сильнее.

Как интересно. Азаготу удалось убить физическое тело Баэля. К сожалению, ублюдок ещё был жив в другом теле и даже сильнее, чем раньше. Как аппетитно.

– Ты не мог поделиться этой информацией раньше? – процедил он сквозь зубы.

Ревенант ткнул Ривера в плечо.

– Какого хрена!

Ривер свирепо посмотрел на них обоих.

– Я не знал, придурки. Выяснил всего несколько часов назад, когда просмотрел в Библиотеке Акаши.

Чёрт возьми, Азагот скучал по Небесной библиотеке, которая содержала подробности о каждом человеке, каждом событии, каждой вещи в истории Вселенной.

– И что? – Ревенант скрестил руки на груди, и перчатки с шипами звякнули о броню. – Какая у них история?

Азаготу тоже было любопытно. Не потому, что переживает, а потому, что информация – оружие.

– Я узнал, – начал Ривер, – из-за их раздвоенной души их изгнали с Небес самыми молодыми в истории. У них не было сочувствия, и им доставляло удовольствие причинять боль другим. Людям, животным, другим ангелам. Их собирались казнить, но Молок сбежал. Баэля нельзя было казнить из-за страха воссоединения душ, поэтому архангелы отрезали ему крылья и выгнали. Молок провёл церемонию и сам отрезал себе крылья, чтобы также пасть. Оба присоединились к Сатане, и оказались здесь.

Незначительное затруднение. Азаготу просто нужно убить Молока. Молокаэль? Баэллок? Неважно. Незначительное, чёрт подери, затруднение. Так почему же это не казалось таким незначительным? Сильно звенели тревожные колокольчики.

– Послушай, Азагот, – сказал Ривер. – Знаю, что ты убил Баэля. Ты облажался. Не делай этого снова. Не убивай Молока.

– Или что?

– Или уничтожат и тебя.

Тревожные колокольчики зазвенели сильнее, и теперь тело вибрировало от целой симфонии предупреждений.

– Вы мне угрожаете?

– Нет, Азагот, предупреждаем. – Голос Ривера стал низким, зловещим, а крылья затрепетали от силы. – Если убьёшь его, всё, что знаешь, всё, кем являешься… будет уничтожено.

Внезапная, горячая и мощная ярость обожгла вены Азагота.

– Ты не понимаешь, чего хотят Баэль и Молок? Освободить Сатану и свергнуть Ревенанта, и они убивают мою семью, чтобы это произошло! – Он повернулся к Ревенанту. – Почему ты ничего не можешь сделать? Ты грёбаный Король Ада. Ты же не собираешься сидеть, сложа руки, и терять трон во время восстания.

– О, у меня есть планы на Молока, – протянул Ревенант. – Я больше беспокоюсь о тебе.

– Как мило.

Ревенант ухмыльнулся.

– Не настолько обеспокоен.

Конечно. С какой стати ему беспокоиться о семье Азагота?

– Тебе лучше побеспокоиться, – прорычал Азагот. – Или весь Подземный мир воспримет твоё бездействие как трусость.

Ревенант обнажил клыки, глаза стали кошмарными, и, прежде чем Азагот успел моргнуть, парень оказался у него перед носом.

– Назови меня ещё раз трусом.

– Отойди, мудак, – предупредил Азагот. – Это мой чёртовый мир, и у тебя здесь нет власти.

Вспышка света почти ослепила его, когда Ревенант вспыхнул как сверхновая, доказывая, насколько ошибался Азагот.

– Я могу растопить тебя при желании, мальчик с душонками.

Невидимая сила загнала Азагота в мавзолей, вызвав гнев и Азагота и внутреннего демона. Он обернулся в своего зверя, рога и огромные крылья устремились к небу.

– Как ты смеешь. – Его голос, искажённый яростью и обликом, заставил саму землю пошатнуться под ногами. – Как ты смеешь нападать на меня в моём мире.

Ревенант зашипел и стряхнул руку Ривера.

– Ты напал на мой мир, отправив души выполнять твои приказы в нарушение договора. Каков твой следующий шаг? Освободишь Сатану?

– Никогда, – прорычал он, и шок от самой идеи снизил ярость на ступеньку.

Ревенант широко расправил крылья, костлявые когти на концах кривились, будто хотели разорвать Азагота на куски, как тушёную свинину.

– Уверен?

Уверен ли он? Сатана шантажировал Азагота целую вечность, угрожая миру и его детям, если Азагот откажется перевоплощать души, которые нужны Сатане. Он убивал гриминионисов, требовал верности, которую Азагот отказывался давать, и всегда платил один из детей Азагота. Так что к чёрту Ревенанта и адского жеребца, на котором приехал.

– Не подвергай сомнению мою ненависть к Сатане, – прорычал Азагот.

Он атаковал, кипя от крови. Он мог бы использовать любое из тысячи видов оружия, имевшихся в распоряжении, но хотел почувствовать, как плоть разрывается зубами, а кровь струится между когтей.

Ревенант ударил его в лоб. Ударная волна разнесла кости на части, насколько Азагот мог видеть в кратком проблеске, который получил перед тем, как кулак Ревенанта прилетел в лицо. Боль, когда череп снова сросся, только больше разозлила, и Азагот вцепился в горло Ревенанта так сильно, что раздробил трахею и позвоночник ангела. Кровь полилась из горла Азагота, горячая и мощная, а затем Ривер разнял их, отшвырнув обоих на сотню ярдов в противоположных направлениях.

– Хватит!

Внезапно Азагот обнаружил, что висит в воздухе на кончиках пальцев Ривера. Ревенант был по другую руку Ривера, схватившись за искалеченное горло. Ублюдок. Внутри Чистилища он исцелялся не так быстро, как должен.

Ривер бросил брата на землю.

– Закончили?

– Он первый начал, – прохрипел Ревенант.

Раздражённо покачав головой, Ривер повернулся к Азаготу и бросил его следующим.

– Откуда мы узнаем, что ты не сговоришься с кем-нибудь освободить Сатану?

Оскалив зубы, он вложил всё, что имел в следующие слова, которые прочувствовал до глубины души и в крови, которая текла в венах.

– Я лучше умру.

Тишина затянулась, когда вокруг закружилась вонь обугливания. Затем, наконец, Ривер кивнул.

– Хорошо. Передай Лиллиане мои наилучшие пожелания. И поздравляю с тем, что ты снова станешь отцом.

– И мои тоже, – прохрипел Ревенант. – Мудак.

Азагот склонил голову, наблюдая, как братья уходят, прежде чем осмотреть повреждения Чистилища. Как он заметил ранее, всё вокруг было сплющено и выжжено. Возможно, несколько душ уничтожены, но ему плевать. Больше волновало то, что небольшая секция барьера между Чистилищем и Шеулом ослабла. Всего лишь крошечная трещинка, которую не смог бы увидеть никто, кроме Гадеса.

Улыбаясь, он отряхнулся и, насвистывая весёлую мелодию, направился к порталу в Шеул-Гра. Но когда вошёл в свой кабинет, тщательно проверил себя.

Лиллиана сидела в его кресле с отсутствующим выражением лица, одной рукой сжимая запотевший стакан чая со льдом.

– Что случилось? – Он бросился к ней.

– Не знаю, – тихо ответила она. – Ты скажи.

– Ничего.

Она посмотрела на него, как на тупицу.

– Я не дура. Ты весь в крови, у тебя торчат рога, и что-то тряхнуло Шеул-Гра с такой силой, что повалило статуи и разбило посуду всего через несколько минут после прибытия Ривера и Ревенанта. Так что не вешай мне лапшу на уши. – Она поднялась, и когда он потянулся, помочь, оттолкнула его руку. – Ты выпустил души, чтобы убить Баэля, и они узнали?

Азагот всегда разделял работу и семью. Он не хотел, чтобы Лиллиана узнала о неприглядной части его работы… или о неприглядной части его самого. Не хотел, чтобы она видела, как происходила выжимка души.

– Я не хочу, чтобы ты волновалась, Лилли. У тебя и так достаточно забот

– Не надо, – предупредила она. – Не закрывайся от меня. Никогда больше. Ты поклялся.

Он хотел отрицать, что отгораживался. А если так, он хотел заверить, что делал это для её же блага. Но то, что он закрывался, отчасти привело к её уходу. Он держал её в заложниках эмоционально, не показывая ту часть себя, которой она жаждала. И затем, когда он выражал эмоции, это был гнев. Всегда гнев.

Он обещал, что станет лучше. Пришло время выполнить обещание.

– Ты права. – Он тихо вздохнул. – Баэль мёртв, и Чудо-Близнецы знают об этом. Но они – наименьшая из забот. Молок ещё жив, и стал могущественнее, чем прежде. Он будет преследовать меня и нападать со всеми силами.

– Поэтому ты спешишь забрать всех детей из человеческого мира? Чтобы они оказались скрыты.

Он кивнул.

– И именно поэтому ты всегда со стражей. Молок не остановится ни перед чем, чтобы получить от меня то, что хочет.

Лиллиана упомянула, что цербер, с которым она подружилась на острове Ареса, возможно, присоединится к ним, и пёс – желанная гостья. Азагот не любил зверей, но церберы отчаянно преданы, и никто не стал бы нападать на Лиллиану, когда рядом с ней кто-то из них.

– Зачем ты так сильно нужен Молоку? – спросила Лиллиана.

Он потянулся за любимой бутылкой рома.

– Потому что у меня есть ключ от тюрьмы Сатаны.

– Ключ? – Она побледнела и откинулась на спинку. – Сатана в Шеул-Гра?

– И да, и нет. – Он оставил бутылку и подошёл к Лиллиане, которая нужна ему больше, чем алкоголь. – Когда Ревенант и Ривер поймали Сатану в ловушку, создали межпространственную тюрьму, используя ту же базовую частоту, что и Чистилище. Тюрьма Сатаны находится как внутри Шеул-Гра, так и снаружи. Я один могу добраться до неё. – Прислонившись к столу, он обдумал слова. – Ну, Ривер и Ревенант тоже могут, но только если им удастся найти.

Лиллиана посмотрела на свой живот.

– Мне это не нравится, Азагот.

Вот почему он не хотел рассказывать ей ни о чём. Он хотел, чтобы весь стресс и всё уродство легли на его плечи. Не на её. Несмотря ни на что, Азагот защитит Лиллиану, и обеспечит безопасность, чего бы это ни стоило.

– Мне тоже, Лилли, – сказал он, наклоняя голову, чтобы поцеловать её, демонстрируя не просто привязанность, а обещание. – Но я не позволю ничему случиться с тобой или нашим ребёнком.

Отступив, он вытащил белое перо с золотым наконечником из правого рукава и чёрное перо с серебряным наконечником из левого и положил их на рабочий стол. Ни Ривер, ни Ревенант не заметили, как он взял их.

Лиллиана потянулась за ними, и тонкие пальцы скользнули по нежному блеску.

– Что это? Я имею в виду, очевидно, что перья, но для чего?

– Страховка, – мрачно сказал он. – Это страховка.