355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Лариса Чурбанова » Пансионат Гоблинов » Текст книги (страница 1)
Пансионат Гоблинов
  • Текст добавлен: 6 октября 2016, 22:50

Текст книги "Пансионат Гоблинов"


Автор книги: Лариса Чурбанова



сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 8 страниц)

Чурбанова Лариса Михайловна
Пансионат Гоблинов

Дурное настроение способно испортить даже самое солнечное утро. Тогда и ярчайшая лазурь голубого неба и трепещущий, напоенный теплом и светом воздух будут казаться совсем иными, скучными и тусклыми, словно скрытыми за лежалой, засиженной мухами марлей. Не спасет ни густой аромат крепкого кофе, разносящийся по кухне, ни оранжевый кружок яичницы-глазуньи в обрамлении сочной мякоти помидор.

Да что там говорить! Было бы полбеды, если бы настроение было плохим, дурным, скверным – называйте, как хотите. Его же просто вообще не было! В том месте души, где ему полагалось бы находиться, красовалась серая дыра с удручающе ровными краями. А казалось бы с чего? Ведь ей, Вилене, только что зачисленной студентке одного из престижных университетов, сейчас самое время праздновать победу, пить шампанское, бросать в воздух тапочки, чепчики и прочее, и прочее, и прочее. Была же победа– ее победа– и немалая. Поступить в этот чертов ВУЗ – без денег, дружеской мохнатой лапы, репетиторов, а только лишь за счет своих мозгов и энтузиазма – было очень и очень непросто. Вообще-то она всегда училась неплохо – четверки случались редко, а в аттестате их и вовсе не было. Круглая отличница, гордость школы. А все потому, что чуть ли не с розового младенчества Вилена поняла: в жизни ей придется рассчитывать только на себя. На кого же еще то? На тетку, что ли? Эта длинная нескладная женщина не могла помочь даже самой себе. Сколько Вилена помнила ее, она экспансивно бросалась из крайности в крайность, словно из принципа презирая все доводы здравого смысла. И, как результат, шла по жизни, жалуясь на людскую злобу, собственную наивность и плохое здоровье. Кто из них кого спас, когда много лет назад погибли родители Вилены: она тетку или тетка ее – вопрос сложный. Осиротевшая малютка помогла издерганной и разочаровавшейся во всех и вся женщине обрести хоть какой-то смысл в жизни, зацепив твердым якорем реальности ее недоделанно-поэтическую натуру. Вилене тетка заменила утраченную семью, избавив от многих неприятностей – например, от детского дома. Нельзя сказать, что рано постаревшая родственница была мудрым советчиком, старшим товарищем девочки, или, что ее нежная любовь негасимой лампадой согревала жизненный путь сиротки. Нет, такого не было, да и вряд ли могло быть в силу некоторых особенностей тетушкиного характера, состоящего из множества "недо" и небольшого количества "пере". Однако один неоценимый плюс ее натура все же имела – она никогда не навязывала своего мнения и позволила своей племяннице строить себя и свою жизнь на свое усмотрение. И, когда в минуты раздумий, Вилена пыталась подвергнуть анализу свой характер и прошедшие годы, она с удивлением поняла, что не будь у нее такой тетки, она была бы совершенно иным человеком. Полнейшая неприспособленность опекавшей ее женщины, заставила девочку с малых лет научиться самой решать все свои проблемы. Она стала взрослой очень рано и оказалась гораздо более стойкой, целеустремленной и хваткой, чем ее сверстники.

Вилена привыкла добиваться намеченного, и одержанные победы всегда радовали ее, давая силы к новым свершениям. Почему же теперь, когда достигнута такая значительная цель, сорван приз на скачках, на подготовки к которым ушла чуть ли не вся сознательная жизнь, почему ей не радостно и не хочется ничего, просто не быть?

Может быть она просто устала, и когда погоня за выигрышем больше не подстегивает ее, силы просто испарились? А может быть мечта не была мечтой, а просто задачей, которую поставил холодный разум, чтобы обеспечить в дальнейшем достойную и беспроблемную жизнь?

Чтобы отвлечься от неприятных мыслей, Вилена начала рассеянно перелистывать газету. Она пыталась читать, но смысл слов будто бы ускользал от нее. Ее разум, обычно такой цепкий, словно бы плыл, повинуясь медленно несущему его течению, над информацией, совершенно ее не воспринимая. Таким образом, добралась она и до колонок с объявлениями. В жизни не читала она подобной лабуды, считая это бессмысленной тратой времени. Но теперь глаза исправно скользили по строчкам, дисциплинированно считывая черные вагончики слов и длиннющие составы предложений. " Если Ваша жизнь слишком монотонна, а Вас тянет ко всему необычному! Если Вас привлекают магия, гадание и левитация, и Вы чувствуете в себе нереализированные паранормальные способности! Тогда покупайте путевки в "Пансионат Гоблинов"!" Далее шли традиционные слова об умеренных ценах, скидках, дивном комфорте и обслуживании.

Предложение было настолько неожиданным, что пробудило Вилену от летаргии, овладевшей ее подсознанием. Прочитав объявление еще раз, она убедилась, что ей не почудилось. " Надо же, до чего дошла реклама!"– с невольным уважением перед чужой ловкостью подумала девушка. А вдруг это хитроумный трюк и не рекламная наживка, а реальная возможность соприкоснуться с таинственным и загадочным миром?

"Не дури!"– сурово одернула она сама себя.– "Это всего лишь дешевый обман для простаков."

"Не такой уж дешевый, мое золотце!" – зудел настырный внутренний голос, – "раз ты сама на него купилась."

Раздвоение личности не входило в жизненную программу Вилены, поэтому она постаралась успокоиться и начала размышлять. "В конце концов есть только один способ выяснить правду– чтобы узнать вкус яичницы надо ее как минимум попробовать. Можно просто позвонить по указанным телефонам и задать парочку вопросов. Потерять я ничего не потеряю– ведь в любой момент можно дать отбой– а ситуацию может быть проясню". Приняв такое мудрое решение, девушка, не откладывая в долгий ящик, сняла трубку телефона.

Однако, телефонный звонок ничего не дал, а может быть просто и не мог дать. Приятный женский голос на том конце провода сыпал обтекаемыми фразами. "Почему "Пансионат Гоблинов"? Просто название, да еще существует древняя легенда. Программа? В зависимости от желания и возможностей клиента– левитация, гадание, первичный курс магии. Методики? Строго научные, разработанные основателем заведения. Нет, подробнее никак нельзя– коммерческая тайна!"

"Ноу хау, за ногу тебя дери!"– резюмировала Вилена, закончив разговор. Ответы телефонистки были самыми обычными. Они могли бы быть, если "Пансионат" и в самом деле давал своим гостям возможность прикоснуться к экстрасенсорному, так и в том случае, если доверчивые обыватели оказывались жертвой ловкого обмана. "И я голову даю на отсечение, что та клушка на телефоне все равно не в курсе происходящего,"– подытожила девушка, снова взяв газету в руки. Лишь одно рациональное зерно выудила Вилена из беседы. Цена за такой отдых была ей в конце по карману. У нее была отложена сумма даже чуть большая– все каникулы, начиная с прошлого лета, девушка подрабатывала санитаркой в больнице, моя до блеска полы и таская судна за лежачими больными. Работа не бог весть какая приятная, но полученные деньги согревали. Она копила их и долго не тратила, собираясь подработать еще и приодеться перед занятиями в университете. Вилена не была щеголихой, но врожденная гордость не позволяла ей заявиться оборванкой в обществе хорошо одетых (хоть и не на свои деньги) студентов.

Теперь же девушка стояла перед выбором, мучившим людей, а возможно даже и их предков, с незапамятных времен: поступить как нужно или как хочется. Почти всю сознательную жизнь она прожила так, как нужно: анализировала ситуацию, ставила цель, определяла пути ее достижения и добивалась желаемого. Но сейчас ее жизненная машина давала сбой– не было положительного подкрепления в обратной связи.

И Вилена приняла решение– раз поступая как должно она не получила радости, для разнообразия стоит поступить так, как хочется. Многие бы девушки, выбирая между возможностью хорошо одеться с ног до головы, и интересным отдыхом, выбрали бы последнее? Но Вилена была одной из немногих, и мужчин, смотрящих ей вслед на улице, привлекала не только ее приятная внешность, но и аура незаурядной натуры, излучаемая ею.

Как бы то ни было, утром следующего дня деньги были извлечены из чулка и благополучно обменены в агенстве на документ, удостоверяющий ее право в течении месяца жить, столоваться и обучаться магии в "Пансионате Гоблинов". Собрать чемодан было делом не долгим, прощание с теткой тоже не отняло много времени, и вот уже полосатый автобус увозил ее из города.


Пансионат Гоблинов

-1-

Магическая обитель, куда вскоре прибыла Вилена, поразила ее своим невыносимо английским видом. Торфяная пустошь, на которой располагался пансионат, до боли походила на болота Уэльса. Тем паче, что таковое впечатление, создававшееся уже от полного отсутствия растительности крупнее кустарника и изумрудной зелени травы. И еще более усиливалось от белой громады дома в викторианском стиле и серых каменных глыб, разбросанных вокруг него. Из какого камня был построен дом, девушка затруднилась бы ответить: ее познания в минералогии были весьма скудны. Но ощущение старости постройки и мрачной величественности было просто потрясающим. И стрелка барометра в сердце Вилены начала склонятся в сторону веры опубликованному объявлению. Казалось, только заверни за угол дома, и нос к носу столкнешься с собакой Баскервилей. Заходить же внутрь пансионата было и вовсе боязно: не вызывало сомнения наличие там глубоких подвалов, густо населенных фамильной нежитью.

Тем не менее, зайдя внутрь, девушке не пришлось пугаться еще больше. Хотя там выдерживалась та же атмосфера, что и снаружи, все же было гораздо уютнее. Ее проводили в небольшой зал, обставленный достаточно скромно, без ожидаемого мраморного камина. Все здесь скорее напоминало средней руки госучреждение. Внешность дамы-регистраторши также была достаточно обыкновенной, безо всякой демоничности– пухленькая старушка с пушистыми седыми волосами. Этакий добродушный божий одуванчик, ласковая бабушка неизвестных внучат– проказников!

Сначала вопросы, задаваемые ею, были самыми обыкновенными: имя, отчество, фамилия, возраст и прочее. Затем бабулька стала допытываться, какие сны Вилена изволит видеть, и как полнолуние сказывается на ее характере. Потом потребовались сведения о ее тайных страхах. Девушка возмутилась и отказалась отвечать. Регистраторшу это ничуть не обескуражило, ее располагающее лицо продолжало излучать радушие. Она, как ни в чем не бывало, продолжала выспрашивать Вилену. Потом, прекратив бесцеремонный допрос, бабулька все также доброжелательно подхватила девушку под локоток и повлекла по широкой лестнице на второй этаж.

Комната, куда поместили искательницу магических знаний, оказалась двухместной. Одна кровать была уже занята. На ней располагалась молоденькая девушка, пожалуй, ровесница самой Вилены, смуглая и на удивление худощавая. Ее очень длинные черные волосы были распущены и поминутно падали ей на лицо. Отбрасывая их, смуглянка открывала очень миленькие ушки, украшенные массивными золотыми серьгами. Короче, весь ее облик свидетельствовал о принадлежности или попытке примазаться к цыганскому племени.

Пока Вилена удивленно разглядывала свою колоритную соседку, та платила ей той же монетой и в двойном размере: выглядывавший из-за занавеса волос по-птичьи круглый глаз пристально ее оценивал.

"Посмотри, посмотри, "– думала про себя вновь прибывшая отдыхающая. – "Слава богу, и кожей и рожей я не обижена. " И она была права. Лицо гладкое, черты его правильные, губы в меру пухлые, глаза зеленые, волосы темно-русые, по плечи. Да и фигурка тоже ничего себе, правда, не ахти какая соблазнительная, но аккуратная, как говориться, в пропорции.

Взаимному изучению положила конец регистраторша, добродушно призвавшая "милых девочек" познакомится и подружиться. Видимо, дел у нее было еще множество, потому, бросивши сей клич, она тут же исчезла. Видно было, что будь ее воля, бабка застряла бы в комнате надолго, охая, всплескивая руками и говорливо булькая. Вилене же, основательно уставшей с дороги, это было совсем ни к чему. Поэтому она от всей души порадовалась, что наделенная столь суетным характером бабулька, обделена при этом свободным временем для его проявления.

Знакомиться с соседкой девушке тоже не хотелось, но правила хорошего тона требовали хотя бы представиться. Оказалось, что юную брюнетку зовут Марией. Вилена, не удержавшись, полюбопытствовала:

– Почему ты сюда приехала?

– А как же, – белозубо улыбнулась девушка. – Я цыганка, то есть по маме цыганка, – слегка смутившись, поправилась она. – Еще бабка моя кочевала, гадала, амулеты для приворота продавала. А родители, они просто в городе живут. Я бабку просила– научи, а она уперлась– и ни в какую. Упрямая она. Но мы все упрямые– здесь я и без нее все узнаю.

– Ты давно приехала? Чем тут занимаются?

Мария беспечно махнула рукой:

–Да я почем знаю, я за час до тебя вселилась. Бабулька, что тебя привела, говорит, завтра, мол, все узнаете.

Черноволосая Мария была полна энтузиазма и дальше продолжать разговор, но Вилена уклонилась, отмолчалась и, отбросив все раздумья, легла спать.

Завтрак опять по уши погрузил Вилену в атмосферу доброй старой Англии. Пищу принимали в огромной зале, увешанной гобеленами с батальными сценами. Благородные рыцари в могучих доспехах, украшенных веселенькими плюмажами благородно лупили своих не менее благородных врагов. Худосочные дамы с нездоровым цветом лица и высокими залысинами на бледных лобиках, причудливо изогнувшись, взирали на этот мордобой с нескрываемой скукой. Только один гобелен выделялся из общей кучи: снежно-белый единорог склоняется перед девицей в причудливых розовых тряпках. Девица, которая по замыслу автора, видимо должна была символизировать невинность, Вилене не понравилась: "Корова, она корова и есть, даже в шелках и кружеве", так заклеймила она вышитую даму. А вот единорог приковывал к себе внимание. Нежные ноздри, казалось, трепетали как живые, круглый карий глаз косил на зрителей с непередаваемым лукавством. Гордо выгнутый шелковый хвостик почему-то напоминал девушке веселого пони, на котором она каталась в раннем детстве. "Жили же когда-то такие создания!" – с неожиданной грустью подумала Вилена.

Мебель была тоже донельзя английской: прихотливо изогнутые стулья и неимоверно длинный дубовый стол вызывали ожидание какого-то типического дополнения в том же духе– то ли безумного Болванщика с Соней и Мартовским Зайцем, то ли почтенного слуги с бакенбардами и тарелкой овсянки.

Кормили, однако, не овсянкой, а манной кашей с омлетом. Вилена стойко ненавидела их с раннего детства и потому ограничилась бутербродом и кофе. Публика за столом подобралась на редкость разношерстная. Несколько изможденных молодых людей с длинными волосами, дамы неопределенных лет невыразительной наружности, пара хорошеньких девушек, видимо подружек, и один жизнерадостный толстяк со сверкающей лысиной. Он заинтересовал девушку больше всех– за ним было интересно наблюдать. Живо прикончив свою порцию и все бутерброды, до которых могла дотянуться его пухленькая ручка, пузан впал в задумчивость. Взгляд его блуждал сначала по столу, потом по гобеленам, а пальцы выколачивали требовательный и очень голодный ритм. Наконец его ублаготворили увесистой добавкой, и только пожрав ее, лысый успокоился и умиротворенно сцепил пальцы на брюхе.

"Зачем его-то сюда занесло?" – изумилась про себя Вилена. – "За те же деньги накупил бы себе еды, да не манной каши, а какой-нибудь окорок или суп-жюльен. Со всеми остальными все более-менее понятно. Большинство тут какие-то недоделанные. Они эту свою незавершенность чувствуют и от нее хотят избавиться. И я, наверное, тоже!" – неожиданно для себя закончила она.

Однако, девушке на удалось додумать эту свежую мысль– в зале появился распорядитель, директор или как там его еще. Короче, Вилена как-то сразу осознала, что именно он тут самый главный. Безукоризненный черный костюм-тройка, белоснежная рубашка, выбрит, лощен. Впрочем, на такой суховатой фигуре и недорогая одежда смотрелась бы неплохо. Светлые, рыжеватые с проседью волосы напоминали гриву льва. "Только все-таки это не настоящий лев. Он больше смахивает на игрушечного, причем только что вынутого из дальнего угла шкафа и побитого молью. Да и лицо не мешало бы подновить. Жаль, морда не костюм, утюгом не разгладишь!"

Распорядитель меж тем приятно улыбнулся.

– Друзья мои! Я сердечно приветствую вас в "Пансионате Гоблинов". Надеюсь, что все вы уже оправились от дорожных трудностей, а потому позвольте мне перейти к основной части нашей программы. К сожалению, – тут он прижал к груди сцепленные в замок руки, – за столь короткий срок усвоить даже основы всех областей магии вы будете просто не в силах. Поэтому первые несколько дней у нас отводятся для тестирования. Выявляются ваши склонности к какому-либо определенному направлению. Конечно, – поспешил продолжить магический начальник, заметив недовольную физиономию Марии, тревожно заерзавшей по стулу, – мы всенепременно будем учитывать ваши пожелания. Заверяю вас, все возникающие вопросы будут разрешаться мной лично. Позвольте представиться, Арнольд Убегаев, директор пансионата, к вашим услугам.

Речь директора была воспринята аудиторией по-разному. Дамы средних лет были очарованы, покорены и околдованы; девчонки похихикали; у длинноволосых юношей на бледных физиономиях, казалось, зажглась неоновая вывеска: "Осторожно! Конфликт поколений!". Мария же не удержалась и фыркнула на ухо Вилене: "Старый хрыч! Наверное, в прошлой жизни служил конферансье в цирке!"

Тем не менее, группа обучающихся покорно снялась со стульев и отправилась на тестирование.

-2-

Учебные помещения находились в левом крыле дома, а столовая и спальни – в правом. Поэтому, отправляясь на тестирование, ученики вновь оказались в приемной зале, где за конторкой сидела уже знакомая им бабулька. Здороваясь, она приветливо улыбалась всем, слегка покачивая головою. Директор остановился около и, слегка опершись о стол, сделал широкий приглашающий жест.

– Вы, конечно, уже встречались с Софьей Викторовной. Она – одна из старейших наших работников. Потомственная ведьма в седьмом поколении, прошу любить и жаловать!

Старушка мило зарделась. Ситуация все более становилась похожей на театральное действо. Вилене это уже начинало как-то надоедать. Но через некоторое время они пришли в компьютерный класс, и она сразу умиротворилась. Работа на компьютере всегда ей нравилась, подкупая своей логичностью, отсутствием эмоциональной окрашенности и некоей отстраненностью. Директор-распорядитель покинул их. Группу разбили на две части– по пять и шесть человек. Одни пошли на медицинское обследование на энцефалографах и прочих приборах. Мария, Вилена, толстяк и девчушки– подружки остались работать с опросником.

Помогала и наставляла их в этом женщина, которая сразу же понравилась юной интелектуалке. В ее мягких голубых глазах за толстыми линзами очков было так много от поблескивающего экрана дисплея, что она казалась старшей сестрой этих умных машин. Вилена справилась со своим заданием довольно быстро, тогда как другие, не имевшие еще навыков подобной работы, все еще продолжали путаться в кнопках. Сидя со смиренно сложенными на коленях руками, девушка погрузилась в размышления. В школе у них были занятия по психологии, да она еще по своей дотошности ходила и на факультатив. Поэтому Вилена не была полным профаном в этой науке, однако с такими тестами ей не приходилось встречаться никогда. Местами они напоминали опросники Айзенка и Кеттела, но, в общем и целом, представляли собой совсем другую разработку. Девушка не выдержала и решила поспрошать об этом у приставленной к ним компьютерной дамы. Та живо откликнулась. Видно было, что проявленный интерес ей приятен.

– Видите ли, опросники, по которым вы сейчас работали, созданы основателем нашего пансионата. Он был просто невероятно талантлив, многогранен до безумия. Экстрасенсорная психология – лишь одно из его детищ, хотя и самое любимое.

– А я думала, что пансионат создан Убегаевым, – удивилась Вилена.

Тут компьютерная фея потупилась и отвела глаза. Пауза затягивалась, но положение спасли начавшие подходить один за другим остальные ученики.

– Сейчас вы можете отдохнуть, погулять по парку, – приветливо улыбнулась всем наставница. Постарайтесь восстановить свои силы– после обеда вы пойдете на индивидуальное сканирование. Всего доброго.

Толстяк первым выскочил из класса– видать уже успел проголодаться. За ним, взявшись за руки, убежали и смешливые девчонки. Мария и Вилена уходили последними. Они уже стояли в дверях, когда учительница вдруг снова заговорила:

– Если у вас возникнут какие-нибудь вопросы по программам, – тут она намеренно выделила голосом это слово, – милости прошу. После сканирования у вас– свободное время.

Вдруг Вилене показалось, что кремово-желтые стены класса будто бы посерели и перестали стоять прямо, наклоняясь и наползая на людей. Потянуло затхлостью подвала, хотя можно было поклясться, что воздух в комнате остался по-прежнему свежим: нос не улавливал никакого постороннего запаха. Перемена эта прошла также быстро, как и появилась. Оглянувшись на соседку, Вилена поняла, что Мария ничего не заметила. На лице преподавательницы тоже не отражалось ни смятения, ни испуга. "Пригрезилось, " – решила девушка. Но, уходя, еще раз окинула комнату внимательным взглядом. Компьютерная дама сидела за своим столом, низко опустив голову. Тонкие нервные пальцы ее изо всей силы сжимали виски. А сверху, со стены, на нее язвительно, словно живой, смотрел портрет Ностардамуса. И тут Вилена чуть не закричала: теперь взгляд этих пронзительных глаз был направлен на нее.

-3-

Следующее обследование было сугубо индивидуальным. Группа Вилены столпилась в медицинской приемной– этаком миленьком предбанничке, уставленном мягкими креслами и заваленным всевозможным чтивом. Никто не мог решиться первым войти за белую дверь с табличкой "Лаборатория". В конце концов, толстяк мужественно решил пожертвовать собой, сделал несколько стремительных шагов и скрылся за ней. Пузана не было довольно долго. Оставшиеся девушки принялись листать журналы, но было видно, что это занятие их не увлекает и не отвлекает. Первой не выдержала Мария. Отбросив глянцевые листки с улыбающимися красотками, она вскочила и нервно пробежалась по комнатке.

– Не могу больше ждать! Когда лысый выйдет– я пойду, – заявила цыганочка с вызовом глядя на сидящих. – Да что там с ним делают, право слово...

Никто не собирался ей возражать.Когда толстяк, наконец, показался в коридорчике, Мария легко как змейка проскользнула в лабораторию. Пузан же с шумным пыхтением плюхнулся в кресло. Он покраснел как вареный рак, пот так и лился с него градом. Осушив принесенный сердобольными подружками стакан воды, первопроходец стал рассказывать, что же с ним происходило.

– Сплошные проводочки, резиночки и на руки и на ноги. На голову– шлем. В глаза– свет. Лежите, говорит, спокойнее! А как спокойнее, когда налепил на меня до черта всякого разного, а я щекотки боюсь!

И понемногу начала вырисовываться картинка титанической битвы толстяка с проводочками и требовательным доктором, а также требовательного доктора с толстяком и проводочками. А когла выяснилось, что в первый раз исследователь просканировал одновременно и себя и своего пациента, будучи крепко примотан к нему злополучными проводочками, девчушки-подружки не выдержали и просто покатились со смеху. Пузан оскорбился и ушел, и его живот в такт его шагам подпрыгивал также обиженно и надменно.

Вилена без сожаления пропустила девушек вперед. Нервозности она не чувствовала, только некоторую неловкость. Ей немного претила роль подопытного кролика, но поскольку без этого обойтись было невозможно, оставалось только смириться.

Мария вышла из кабинета слегка притихшая и как бы погруженная в себя. Узнав, что ее соседка идет последней, она кивнула и, погрузившись в соседнее кресло, собралась ее ждать.

В противоположность яркому и светлому компьютерному классу, лаборатория была окрашена в холодные небесно– голубые тона. Солнце заглядывало сюда не особенно настойчиво, и в комнате царил если не легкий полумрак, то нечто весьма к нему приближенное. Единственным светлым пятном среди всей этой строгой прохладности был сам врач. Его ярко рыжая голова была настолько разлохмачена, что вместе с не менее всклокоченной бородой, создавала впечатление маленького колючего солнышка. Сам же исследователь был человеком невысокого роста, нескладным и очень худым. Белый халат сидел на его тощих плечах как бурка горца. Фамилия его вполне ему соответствовала– Недоевцев.

– Ну, Вы проходите, проходите. Вон туда, пожалуйста, к энцефалографу, – голос у Недоевцева был почти мальчишеский.

Вилена покорно двинулась к кушетке. Врач долго возился, прикрепляя датчики, а когда девушка попыталась расспрашивать его, только замахал руками: "Молчите, молчите!"

– Я Вам потом все расскажу, если интересуетесь, – попытался успокоить ее Недоевцев, радостно щелкая тумблерами. – Вы уж извините, я, наверное с Вами не очень вежлив– запарился сегодня совсем.

Но когда все обследования были завершены, рыжий честно сдержал свое слово и даже угостил ее чашечкой кофе– вероятно для того, чтобы рот ее был занят и вопросов не задавал.

–У человека существует девять энергетических оболочек. Все они могут быть зарегистрированы нашими приборами. И в зависимости от различных характеристик этих оболочек индивид способен к той или иной деятельности. К левитации– если в какой-то момент замкнуть на себя все свои поля и свести их взаимодействие с окружающим к нулю. К целительству– если может ощущать чужую энергетику и работать с ней. К предсказаниям– если некоторые его оболочки иногда теряют жесткую привязку к вектору времени. Ну, магия в целом– это более сложно, тут нужно много совокупностей– это я Вам объяснять не буду. Важно другое, и тут выше головы не прыгнешь! Ну не дано тебе– хоть удавись– все равно ничего не добьешься. Законы наследования экстрасенсорики так же незыблемы как законы Менделя! Та или иная способность обычно передается через поколение, через носителя противоположного пола– так называемые "молчащие". Они очень восприимчивы, все чувствуют, часто даже могут предсказывать события– но возможности влиять на что-либо лишены начисто.

Вилена слушала и кивала, помимо своей воли погружаясь в дремотное непротивленчество. А Недоевцев наклонился к ней ближе и продолжал:

– И, вы понимаете, если у человека предрасположенности нет– работать с ним без толку. То есть, мы, конечно, можем обучить его всем приемам, процедурам, но в его руках они не будут действовать.

"Наверное, я магически бездарна, " – пронеслось в голове у девушки, – " и этот хмырь пытается деликатненько меня подготовить. Как слон в посудной лавке, честное слово!"

Но странное дело, она чувствовала, что ничуть не огорчена, а только рассержена на глупость и неловкость рыжего. Поэтому Вилена решила сама брать быка за рога. Вырываясь из мягкой оцепенелости, она врезала врачу без всяких экивоков:

– Не проще ли сказать мне прямо, что я лишена экстрасенсорных способностей? И Вам и мне будет легче.

– Да боже ж ты мой, речь совсем не о вас, – всполошился Недоевцев, всплеснув руками. Рукава белого халата нервно затрепетали, и доктор стал походить на потревоженную курицу. – Я про вашу соседку. Такие случаи всегда прискорбны. С ней, конечно, поговорит директор, но ей будет нелегко. Я просто подумал, что вы могли бы ее поддержать и все такое.... – тут рыжий окончательно смутился и, опустив взгляд, принялся терзать обивку кресла.

" А ведь она ему нравиться, " – подумала Вилена, по-новому, с теплотой глядя на врача. А вслух произнесла:

– Так вот почему ее бабушка не захотела обучать ее гаданию– значит она знала. Не беспокойтесь, доктор, я позабочусь о ней.

Вилена поднялась и вышла, осторожно прикрыв за собой дверь, стараясь не глядеть на мятущегося Недоевцева. Взявшись за руки, девушки пошли бродить по парку. И, конечно, весь остаток дня Вилена посвятила своей соседке, начисто позабыв о странном происшествии в компьютерном классе.

-4-

Признаться, Вилена ожидала, что по результатам тестов будет проведено торжественное открытое собрание. Однако, видимо, в душе директора доводы рассудка взяли верх над балаганными тенденциями – и собеседование проводилось с глазу на глаз. В основном все выходили из директорского кабинета спокойные и удовлетворенные – видимо устремления большинства не противоречили их возможностям. Но на Марии, как и предсказывал Недоевцев, разочарование отозвалось тяжелым ударом. Не было ни истерик, ни криков, но сухие, разом воспалившиеся глаза, натянувшаяся кожа и маской застывшее лицо, говорили сами за себя. Лучшее уж бы она плакала.

Вилена поняла, что все заготовленные ею слова глупы и ничего не значат. Они не смогут утешить ее соседку – она просто не услышит их. Но все равно бросать Марию одну явно не годилось, и девушка пошла за ней следом. Так, вдвоем они и дошли до своего номера. Через некоторое время неудавшаяся гадалка подняла голову и испытывающее взглянула на Вилену:

– Ты ведь все знаешь? Откуда?

– Мне Недоевцев рассказал, сразу после сканирования, – честно призналась та.

– Даже если я часами буду смотреть в хрустальный шар, то увижу только свое отражение, – медленно, слегка нараспев, продекламировала Мария. Она словно бы обращалась к кому-то невидимому за спиной своей соседки. – Только это неправда! Неправда! Не может такого быть! – немного успокоившись, девушка продолжала. – Но я все равно буду учиться, и у меня все получится.

– А тебе предложили что-то другое? – поинтересовалась Вилена.

– Да, глупости всякие – историю магии изучать, будто оно мне надо! – мгновенно вспыхнула Мария. Видно было, что она мало-помалу приходит в себя. – Ты лучше иди, послушай, что тебе этот урод скажет.

– Я быстро, и вернусь, – отозвалась ее подруга, вставая.

Когда она подошла к директорскому кабинету, весь народ уже разошелся. Только сам Убегаев дожидался ее, вальяжно развалясь в мягком кресле. Удивительно, как странно изменился весь облик директора. Здесь, в своем кабинете сидел совсем другой Убегаев – без нарочитой любезности, конферанса, желания угодить. Теперь он был надменен, насмешлив и страшен.

– Ну как, утешили подружку, мадемуазель? – приветствовал распорядитель Вилену, чуть приподнимаясь. – Но оставим это. Присаживайтесь, лучше поговорим о вас.

Девушка молча присела на край стула. Директор в своем новом обличье не нравился ей еще больше.

– Так чем же вы хотели бы заняться в нашем пансионате? – вкрадчиво, интимно наклонясь к Вилене, спросил Убегаев. – Обычно, мы сразу даем определенные рекомендации, но в вашем случае – директор картинно развел руками, – я говорю вам, милая девушка, выбираете, что хотите.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю