Текст книги "Мой нахальный ангел (СИ)"

Автор книги: Лана Стендере

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 14 страниц)

Глава 16

Остап

Звонок Вероники удивил меня, ведь с момента нашего разговора прошло всего пару часов. Что же заставило её так быстро и резко изменить своё мнение? Когда могу приступить? Да хоть сейчас, но я сказал: “послезавтра”. Почему? Мне просто нужно время для себя.

Я уже сейчас точно знаю что с Тео будет трудно, в разы тяжелее чем с Викой. Хотя их нельзя сравнивать. Моя сестра боец, скорее всего такой родилась, Теона принцесса. И это не обидное прозвище, а констатация факта. Она слишком хрупкая как внешне, так и эмоционально, какая-то тонкая, полупрозрачная и невесомая. Не знаю как вообще можно причинять такой как она боль.

После университета я направился в спортзал, мне нужно размяться и расслабиться. В квартире у меня висит груша, по утрам хожу на пробежку, но сейчас мне нужен бассейн.

Быстро оформляю абонемент, переодеваюсь и иду в бассейн. Удивительно, но несмотря на то что сейчас разгар рабочего, здесь многолюдно. Выбираю себе самую дальнюю дорожку и опускаюсь в воду.

Пока я рассекаю своим телом воду, мысли в моей голове приходят в норму. Мне нужно обнулиться и подготовиться.

В бассейне провожу несколько часов. Плаваю до ломоты в мышцах, а потом довольный еду домой.

Два дня пролетают быстро. Я трачу их в основном на чтение. Но читаю не свою любимую психологию, а женские романы. Точнее романы о героях абьюзерах. Как оказалось их сейчас великое множество: властный герой, грубый герой с тяжелым характером и прочая подобная муть. И в каждой из них хрупкая, нежная героиня растопила сердце чудовища.

У меня сложилось впечатление, что Тео начиталась подобной литературы и решила, что и она сможет приручить монстра. И пока она поглаживала его за ушком и считала, что приручила его, он питался её жизненной силой и отбирал силу воли.

Заканчиваю читать очередной эпой о влюбленном монстре и выхожу из приложения. Смотрю на время – пора выдвигаться. Сегодня тот самый день, когда я с легкой руки Вероники, стану личным психологом для её сестры.

Тори я не посвящаю в подробности личной жизни, но это временно: моей сестре сейчас есть о чём и о ком думать. Я ухожу из дома тихо, не привлекая к себе внимания. Хотя Вика и не будет лезть ко мне с расспросами, она уважает личные границы.

До дома сестёр доезжаю быстро, на улице меня ждёт Вероника. Думаю нам стоит поговорить наедине, пока Тео не в курсе, что я уже здесь.

– Добрый день, Вероника, – здороваюсь с девушкой.

– Здравствуй, Остап.

Она подходит ко мне и бросив быстрый взгляд на дом, начинает тихо говорить. Вероника боится что Тео может нас услышать. Девушка напряжена и видно что ей неуютно.

– Я всё ещё думаю, что привлечь тебя было глупой затеей, но сейчас у меня совсем нет никакого выбора.

– И что же такого произошло, что ты решила принять моё предложение?

– Она порезала пальцы. Хотя убеждает меня, что сделала это случайно.

– Не думала что это может быть правдой? – вздернул бровь.

– Нет. Не думаю. И теперь ещё больше уверена, что поступаю глупо, доверяя тебе.

– Знаешь, слышать такое довольно обидно. Хорошо, что я не особо впечатлительный, правда? Мы закончили?

– Нет! Запомни, я люблю свою сестру и её благополучие очень важно для меня.

– Что же ты не торопилась спасать её от мудака?

– Пыталась, но она меня не слушала.

– Ты попробовала и смирилась. Но это не для меня. Я иду до конца. Ты попросила о помощи. Моё главное условие: ты не мешаешь, чтобы ни было. Я не собираюсь вредить Теоне.

– Если ты её обидишь, я тебя придушу, – тихо сказала Вероника.

– Справедливо.

Она подошла к двери дома и открыла её, пропуская меня вперёд. Быстро огляделся – красиво и очень стильно.

– Нам наверх, – указала на лестницу девушка.

Поднимались мы в тишине, я рассматривал интерьер, чтобы не смущать девушку, а она о чём-то думала. Мы подошли к нужной двери, Вероника тихо постучалась, но ответа не последовало. Тогда она просто толкнула дверь.

– Теона, к тебе гости, – радушно сказала она.

Переступил порог комнаты и застыл. Теона сидела на кровати, подтянув к подбородку колени и раскачивалась взад-вперед. Лицо её глаза опухли и покраснели от слёз.

– Она всё время плачет и не хочет со мной разговаривать, – тихо сказала Вероника.

Думаю я понимаю почему Тео не торопится откровенничать с сестрой, ведь она не поверила, что произошёл несчастный случай. Вероника уже нарисовала себе логичную, в её понимании картину, и теперь свято верит в неё.

– Дальше мы сами, – отвечаю ей.

– Предлагаешь мне уйти?

– Говорю прямо: оставь нас.

Она психанув выскакивает за дверь и сильно ею хлопает. От этого звука Теона вздрагивает и её оцепенение наконец-то спадает. Тео поднимает голову и смотрит на меня, её глаза расширяются. Девчонка начинает вытирать глаза рукавом домашней кофты, а потом хрипло спрашивает:

– Что ты здесь делаешь?

– Пришёл помочь тебе.

– Я не просила, – зло отвечает она.

– Просила. И даже сама не понимаешь насколько отчаянно.

– Мне не нужна ничья помощь! Уходи!

– Какая ты не гостеприимная. А я то тебя и накормил, и напоил, и спать уложил. И после этого заслужил лишь направление к двери?

Щеки Тео немного краснеют. Хоть какие-то краски появляются на её лице.

– Прости. Но я хочу побыть одной.

– Увы, но такой роскоши у тебя больше нет, – отвечаю ей и наконец начинаю идти в сторону кровати.

Сажусь напротив неё и внимательно смотрю, а Тео пытается отвести взгляд.

– Не смотри на меня, – тихо просит она. – Я ужасно выгляжу.

– Подумаешь нос слегка распух от слёз. Что же в этом ужасного?

– Тебя вообще невозможно смутить?

– Нет. Я же не девочка, чтобы меня можно было смутить.

Тео усмехается. Ну вот и к ней можно найти подход, главное уметь слушать и главное слышать.

– И как же ты будешь мне помогать? – спрашивает она.

– Я буду учить тебя любить эту жизнь, – пожимаю плечами.

– И как же? – наклоняет она голову в бок и смотрит на меня.

– Может для начала предложишь чай?

Девушка поджимает губы, пытаясь скрыть свою улыбку, а затем спускает ноги на пол.

– Ну пойдём пить чай.

Глава 17

Теона

У меня ощущение словно я сплю и вижу какой-то фантастический сон. Яркий и очень реалистичный. И в этом сне на кухне в доме моих родителей за столом сидит Остап. И этот настолько невероятно, что пока он не видит, щипаю себя под столом, пытаясь проснуться. Я не рассчитывала его ещё когда-то увидеть, мне казалось он свою миссию в моей жизни уже выполнил. Но он пришёл, сам, чтобы опять меня спасти. На этот раз от самой себя и своих тараканов.

Разливаю по чашкам чай и ставлю их на стол, вытаскиваю из холодильника сыр, колбасу, из шкафа печенье и конфеты. Сервирую стол на двоих. Мои пальцы немного трясутся и скорее всего это не от волнения, а от затянувшейся истерики. Я расклеялась и взять себя в руки не могу или просто не умею это делать. Меня всегда оберегали родители и сестра, наверное, никогда в жизни ещё не решала свои проблемы сама.

Сажусь напротив парня и смотрю на него. Он красив, особенно его глаза. Они притягивают внимание, не могу сказать что их цвет какой-то особенный. Нет с таким цветом ходит много людей вокруг, но тем не менее, они всё равно завораживают. Может потому что они тёплые? Глаза Артура всегда были холодными и какими-то пустыми, что ли, а в этих можно утонуть.

Остап берет чашку и делает глоток чая, при этом очень внимательно смотрит на меня. Изучает меня, словно сравнивает какой я была при нашей первой встрече и сегодня и поставив чашку на стол, говорит:

– Знаешь, тебе не идут слёзы. Надеюсь это были последние.

– Не могу обещать, – тихо мямлю я.

Беру из вазочки конфету, разворачиваю и отправляю её в рот. Разжевываю и чувствую как на языке перемешиваются вкус мяты и горького шоколада. От удовольствия прикрываю глаза.

– Значит любишь мяту и шоколад? – вдруг спрашивает Остап, а я прикусываю губу и смотрю на него.

– Ну да, необычное сочетание и очень вкусно.

– Не могу согласится, но кто я такой оспаривать чужие вкусы?

– А какой шоколад любишь ты?

– Я не люблю шоколад.

Смотрю на него как на полоумного, как вообще можно не любить шоколад?

– Да, представь себе не все любят шоколад. Я предпочитаю более здоровые сладости. Пастилу, например.

– Ты не помож на Озошника.

– А как в твоём понимании они выглядят?

Пожимаю плечами. Мне нечего на это ему сказать, потому что я не знаю как они выглядят. Просто Остап такой. Ну, блин, он какой-то нереальный. Вот что он, к примеру, может ходить по воде могу поверить, что он придерживается здорового питания не могу.

– Чего молчишь? – усмехаясь спрашивает он. – Я тебя смутил?

– Просто не знаю что ответить. Никогда не задумывалась об этом.

– Расскажи о себе.

– Детство? Где училась? Что люблю?

Остап хмурится и трясет головой. Вновь делает глоток чая. Он только пьёт и совсем ничего не ест. И всё время смотрит на меня. Так пронзительно, что я не могу есть.

– Это банально, Тео, – говорит он. – Расскажи о своей мечте. Почему именно она? С чем это связано?

– Стать крутой пианисткой как Марта Артерих. Чтобы играть в лучших консерваториях мира.

– Это очень амбициозная мечта и как далеко ты продвинулась к её достижению?

– Сейчас я далека как никогда от неё, – говорю отведя взгляд в сторону.

Остап отодвигает свою чашку и наклоняется ко мне, облокотившись на свои локти.

– И что же ты такого сделала, что твоя мечта от тебя ускользнула? Стать известной пианисткой вполне себе реально.

– Вау, прям вот так в лоб?

Такой прямой вопрос Остапа сродни удару под дых. Пока я пыталась подобрать слова, он продолжал смотреть на меня. Словно я нахожусь под микроскопом, а он учебный. Молчание затянулось, спустя минут пять мне всё ещё нечего было ему ответить.

– Наверное, любовь, – всё же промямлила ему.

– Интересно, – задумчиво ответил он. – Ты предала мечту ради любви, а в итоге осталась и без любви.

– Спасибо что напомнил, – пробурчала я.

– Я не сказал ничего криминального. Но ведь это действительно интересно. Ты рискнула всем ради любви и проиграла. Твоей любви было недостаточно? Или это была не любовь?

– Я не знаю, – начала раздражаться на парня. – Чего ты добиваешься? Зачем ковыряешь эту рану?

– Чтобы ты сделала нужные выводы и знала, что нужно выбирать себя.

– Себя? Это бред какой-то. Тебе любой ответит это.

– Ты хочешь быть удобной или счастливой?

Его вопросы меня раздражали всё больше и больше. Как же можно быть таким нахальным и так наплевательски относится к чужим личным границам? Совать свой нос в сокровенное?

– Я тебя раздражаю? Верно? Только это ничего не изменит. Вопросы будут и отвечать на них всё равно придется. Так вот, если ты хочешь быть счастливой, нужно выбирать себя. Эгоистично? Может быть. Но в этой жизни у тебя есть только ты сама. И тебе придется научится любить себя. Выбирать себя, свою мечту, свой комфорт.

– Это глупость.

– Да неужели? Твой Артур думал о тебе хоть раз? Нет, он выбирал себя. Ты собираешь себя по кускам, а он живёт дальше. Ты предала мечту ради него. Что он сделал для тебя?

В груди защемило, стало больно дышать. На самом деле мне до сих пор больно от того как закончилась моя любовь. Что моё сердце разорвано в лоскуты. Прикрыла глаза и тихо сказала:

– Уходи. Я хочу, чтобы ты ушёл.

Остап молча поднялся, направился к двери.

– Спасибо за чай, – сказал напоследок и вышел.

Он прикрыл за собой дверь, а я выдохнула. По щекам вновь покатились слёзы. Смахнула одну рукавом и громко всхлипнула. А затем вздрогнула: дверь с грохотом ударилась об стену и я в шоке уставилась на Остапа, который никуда не ушёл. Он стоял на пороге кухни и опять смотрел на меня.

– Тео, не надейся от меня избавиться так же как от своей мечты. Чтобы я убрался из твоей жизни тебе придётся хорошенько попотеть.

Глава 18

Остап

Теона смотрит на меня с расширенными от шока глазами. Я смог её поразить, да так что она потеряла дар речи. Не тороплюсь продолжить свою речь, предоставляя ей возможность хоть как-то отреагировать на мой выпад. Но она всё ещё молчит, тогда громко цыкнув языком, продолжаю:

– У нас с тобой сейчас будет очень интересная экскурсия, поэтому советую бежать в комнату и быстренько собираться.

– А если не пойду? – с вызовом спрашивает Тео.

– Значит ты поедешь вот так: с опухшими от слез глазами, в домашних штанах и кофте, с гнездом на голове.

– Ты не посмеешь вытащить меня из дома в таком виде.

– Тео, малышка, я могу тебя вытащить из дома хоть в нижнем белье. Готова посмотреть как далеко я могу зайти?

– Вероника тебе не позволит, – победоносно говорит она, улыбаясь.

Делаю вид, что обдумываю её слова, а потом начинаю скатиться. На улыбку это точно не похоже.

– А кто, по твоему мнению меня сюда позвал?

Улыбка сходит с её лица мгновенно. Девчонка начинает возмущенно сопеть, раздувая ноздри, а потом подскакивает со стула и уносится прочь.

– Молодец, малышка, – кричу ей в спину. – У тебя десять минут.

Через десять минут, громко топая по ступеням, спускается Тео. На звук выходит Вероника, она смотрит то на меня, то на сестру.

– Что происходит? – интересуется она.

– Ничего особенного, просто наша малышка бунтует. Правда это мило?

Теона проходит мимо меня и специально задевает плечом, в Вероники глаза становятся ещё больше.

– Теона никогда себя так не ведёт. Что ты сделал?

– Всего лишь начал нашу терапию, – пожал плечами. – Я бы ещё поболтал, но меня ждут. Пока.

Развернулся и покинул дом. Тео стояла около моей машины, сложив руки на груди и нетерпеливо постукивала носком своей туфли по асфальту.

Пока шёл к машине, успел рассмотреть что решила надеть девушка. Интересный выбор, но мне нравится: джинсовый комбинезон с огромным количеством кнопок. “Его можно быстро снять в экстренной ситуации?” – промелькнуло у меня в голове. Сверху надета косуха, которую она не стала застегивать. Волосы заплетены в косы, а в ушах огромные серьги кольцами. На глаза солнцезащитные очки, хотя сегодня пасмурно.

Прохожу мимо девчонки, она хмуро смотрит на меня, чем вызывает улыбку.

– Зачетные кольца, – говорю ей открывая пассажирскую дверь.

Тео молча устраивается на сиденье и пристегивается ремнём. Обхожу машину и замечаю стоящую на крыльце Веронику. Готов поспорить она жалеет, что позвонила мне, но уже ничего не изменить.

Выезжаю со двора и включаю плейлист на телефоне. Вообще мои предпочтения вводят людей в ступор: в одном списке можно встретить классическую инструментальную музыку, тяжелый рок и даже попсу. Так сложилось, что в этой жизни мне многое что нравится. Я давно уяснил простую вещь: удовольствие можно находить и в мелочах и нужно быть всегда верным своему выбору.

– Куда мы едем? – спрашивает Тео, глядя в окно.

– Туда, где всё началось.

– Ты, блин, ребус на ножках, можешь нормально ответить? – шипит она.

– Нет. Это скучно.

Тео бурчит себе под нос и больше ни о чём не спрашивает.

– Мы приехали, – сообщаю ей, паркуюсь отстегиваю ремень.

Она переводит взгляд на здание и торопится выйти из машины. Не сразу у Теоны получается отстегнуть ремень и открыть дверь. Пальцы соскальзывают с ручки. Она психует, но всё же взяв себя в руки, выходит.

– Музыкальная школа? – читает вывеску на здании.

– Сюрприз, – улыбаюсь ей.

– Я не хочу туда идти, – тихо говорит Тео.

– Могу отнести, хочешь?

– Почему ты меня заставляешь?

– Потому что. Как тебе такой ответ?

– Ты садист.

– Я психолог, малыш.

– Пф, ну конечно. Психологи слушают своих клиентов и помогают разговорами по душам.

– Да ладно? Многих повидала? И сколько из них поговорили с тобой по душам.

– Это не имеет никакого значения.

– Согласен. У тебя такой психолог, которого ты заслужила. Идём.

Протягиваю руку и беру ладошку Тео. Тоненькие пальцы прохладные и чуть влажные – нервничает. Мы входим в здание, охранник мельком смотрит на нас и сразу же возвращает всё свое внимание на экран компьютера, куда выведены изображения со всех камер. Идём вдоль длинного коридора.

Нас ждут на занятиях в самого младшего класса. Где ещё юные мальчишки и девчонки знакомятся с миром музыки. Уверенно веду за собой Теону, она всё время тормозит – рассматривает плакаты на стенах, награды на стеллажах. Насколько мне известно, Тео ходила в другую музыкальную школу, но главное ведь уловить суть.

Мы подходим к нужному кабинету. Двери открыты и едва мы появляется на пороге, преподаватель, серьезная женщина средних лет, провожает нас до подготовленных для нас мест.

– Ты привёл меня на сольфеджио? – в шоке спрашивает Теона.

Улыбаюсь, её негодование меня забавляет. Сольфеджио, самый ненавистный предмет всех, кто хоть немного посещал музыкальную школу. Нотная грамота. Тео аж скривился, когда ребятам начали объяснять следующую ноту.

– Что ты видишь? – спрашиваю у неё.

– Маленькие дети учат ноты, – пожимает она плечами.

– Ты не видишь главного, – разочарованно говорю ей.

– Чего же?

– Блеска в их глазах. Они сидят на самом ужасном предмете, но они счастливы.

– Просто они дети. А дети всегда счастливы.

– Малыш, нельзя же так бездарно использовать то, чем наделила тебя природа.

– В смысле?

– Ты смотришь, но не видишь. Глаза этих детей блестят именно от того, чем они занимаются. Смотри внимательно. Они даже перестают дышать, когда им объясняют материал.

Тео смотрит на меня, потом на детей. До самого конца занятия она внимательно следит за учениками. Переводит взгляд с одного на другого.

– Ты ведь тоже когда-то также сидела за партой и старательно записывала ноты. Тебе нравилось, ты старалась ради оценок? Или знаний?

– Конечно ради знаний. Я же говорила что хотела быть пианисткой.

– Вот и каждый из них хочет стать музыкантом. Представь, что они сдались и струсили. Все.

– Это слишком грустно, чтобы думать о таком.

– А твоя семья это видит сейчас. Идём.

– Куда?

– На следующий урок. Будем слушать музыку.

Тео не сопротивляется. Мы пробыли в музыкальной школе несколько часов. Успели и послушать музыку и поучиться её анализировать. С интересом смотрел по сторонам, это мой первый опыт посещения такого заведения. Ведь я был скорее дворовой шпаной, чем мальчиком с тонкой душевной организацией. А Теона попала в свой мир. В процесс она втянулась быстро и даже поучаствовала в ответе детей, чем вызвала их негодование – какая-то незнакомка ворует их оценки своими ответами.

– Думаю на сегодня достаточно, – сказал ей, когда повёл к выходу. – Мне ещё нужно тебя накормить и вернуть домой.

– Мы завтра опять приедем сюда? – с надеждой спросила она.

– Обижаешь, малыш, я не повторяюсь.

– Ты издеваешься?

– Может быть. Главное что тебе уже интересно, а это первый шаг из твоего вакуума.

Глава 19

Теона

Перекусить мы заехали в ресторан в центре города. Русская народная кухня. Интерьер – это яркие ассоциации с нашей страной: печка с пирогами, пейзажи из белых берёз и медведи. Вообще, как по мне, это всё не сочетается, но дизайнер умудрился сделать красиво и гармонично.

Ели мы молча. Я прокручивала в голове сегодняшний день и что чувствую в данную минуту, а Остап изучал интерьер. Может он устал от меня сегодня?

После он отвез меня домой, подмигнул сестре, которая вышла нас встречать и уехал.

– Где были? – спросила Вероника, когда мы вошли в дом.

– В музыкальной школе, – ответила ей.

– Зачем? – удивилась она.

– Думаю Остап хотел, чтобы я вернулась в то состояние, когда горела музыкой.

– И всё-таки он странный, но может именно такой подход тебе и нужен?

Я лишь пожала плечами, понятия не имею что мне нужно. Я запуталась в своих мыслях и желаниях, потерялась и не могу выбраться. Словно иду по темному туннелю и нет здесь и лучика света. Может именно Остап будет тем лучиком?

– Как твои пальцы? – спрашивает сестра.

– Нормально.

Они уже выглядят намного лучше, порезы затянулись корочкой и скоро должны полностью зажить. Интересно, останутся ли шрамы.

– Я действительно не резала пальцы специально, просто невезучая, – зачем-то оправдываюсь опять перед сестрой.

– Я верю, – тихо говорит сестра.

– С чего это вдруг? – скептически спросила у неё.

– Меня убедили, что это бред, – смутившись ответила сестра.

– Остап.

И это не вопрос, а констатация факта. Удивительно что совершенно чужой человек верит мне больше, чем родная сестра, а ещё доверяет мне. Вероника кивает, закусив губу.

– Давай устроим девичник? – вдруг предлагает сестра.

– А твой жених?

– Он сегодня приедет поздно.

Пожимаю плечами. Мне в принципе всё равно что делать. Хотя, наверное, я даже рада, что в комнату нужно будет вернуться позже. Я провела в ней безвылазно несколько дней по своей воле, но сейчас появилось ощущение что эта клетка, где прячусь от всего мира.

– Давай устроим. Почему нет. Что будем делать?

– Давай как в детстве? – глаза сестры загораются.

– Залезем под одеяло с мороженым и фонариком и будем травить страшные байки или сплетни про соседей? Или устроим конкурс на самую страшную историю, – с сомнением спросила сестру.

– Да!

– Мы же уже не маленькие дети такое делать.

– Ты реально как бабка старая. Залезла в свой панцирь и хандришь. Ещё немного и будет рано утром ездить в общественном транспорте с кошелкой на колесиках, выбешивая всё работающее население.

– А дома меня будут ждать сорок кошек?

– Нет. Пятьдесят, потому что ты запущенный случай.

Я начала смеяться. Звук собственного смеха заставил вздрогнуть – так давно не смеялась, что стала забывать каково это.

– Ладно, уговорила, – сдаюсь сестре.

– Отлично. Иди переодевайся и жду тебя в своей комнате.

Умываюсь, расчесываю волосы и переодевшись в пижаму, иду к сестре в спальню. Она уже принесла огромное ведро шоколадного мороженого и ложки в комнату, достала огромное одеяло и большой фонарик.

На Веронике смешная пижама с овечками и толстые носки с рожицами. Смотрю на них и улыбаюсь.

– Я тебе такие же приготовила, – протягивает мне пакет и подмигивает. – Скорее надевай.

Натягиваю носки и забираюсь на кровать. Она раза в два больше чем моя. Кажется что на ней может поместиться человек пять и прекрасно проспать всю ночь.

Сестра передает мне мороженое и ложки, берёт с тумбочки фонарик и забирается ко мне. Накидываю на нас обеих одеяло. Включаем фонарь, берем ложки и начинаем есть десерт.

– Ммм, это самое вкусное мороженое, – говорит сестра.

– Обычное, вроде.

– Кто ты и куда дела мою сестру?

– Это всё ещё я.

– О нет. Моя Теона была веселая, немного сумасбродная и первая бежала творить глупости.

– Может я просто выросла?

– Нет, просто тебе нужно найти правильного мужика, – со знанием дела заявила Вероника.

Спорить о том, о чём не знаю глупо, поэтому я просто ела холодную сладость. Вероника первая начала рассказывать детскую страшилку-стишок, а мальчике-грибнике. В какой-то момент сидеть стало неудобно и мы улеглись, перед этим выставив мороженое на тумбочку. И продолжили рассказывать друг другу истории.

То что в комнате мы были уже не одни даже не услышали, пока Слава громко не сказал:

– Так вот чем занимаются девчонки оставшись одни дома.

От неожиданности мы с сестрой даже вскрикнули и поторопились вылезти из-под одеяла. Слава стоял в дверях, опершись плечом о косяк и весело смотрел на нас.

– Мы тебя не слышали, – сказала Ника.

– Я так и понял.

Сестра вскочила на пол и бросилась к своему жениху, обняла его и крепко поцеловала. Я здесь лишняя. Подхватила с пола мороженое и направилась к себе.

– Сладких снов, – сказала сладкой парочке перед уходом.

У себя в комнате упала на кровать и принялась разглядывать потолок. Что там пыталась найти непонятно и спустя минут пять его бесцельного разглядывания, перевернулась на живот и залезла в телефон.

Вот уже месяц я обходила стороной все соцсети, а сейчас не знаю сама зачем полезла туда. И буквально сразу же увидела фото Артура. У него всё прекрасно: король веселится на ночных тусовках. Пьет элитный алкоголь, отдыхает в премиум клубах. Рядом с ним его вечные гадкие друзья и какие-то девицы. Как какой-то ненормальных мазохист листала ленту и смотрела на него на этих фото и заметила что рядом с ним очень часто стоит миловидная, хрупкая брюнетка. У него появилась девушка? Значит он забыл обо мне и теперь можно жить полной жизнью без страха где-то столкнуться с ним?

Мне пришло сообщение, открыла нужную вкладку и замерла: написал Артур. Не хочу знать что он пишет. Стёрла всю нашу переписку даже не заходя в неё, а потом заблокировала Артура. Откинула телефон в сторону и начала ходить по комнате взад-вперед.

– Как он увидел, что я смотрела его фото? Там ведь не показывают гостей страницы. А если он просто написал? – рассуждала вслух. – Глупости. Он ничего просто так не делает. Не хочу чтобы он писал мне.

Вернулась к телефону и удалила свой аккаунт из соцсети. Сейчас всё равно мне не с кем там общаться: своих друзей у меня не осталось, а с друзьями Артура общаться я точно не буду. Вытерла об пижамные штаны вспотевшие ладони и убрала телефон на тумбочку. Легла в кровать с ясным пониманием что не хочу возвращаться в то своё амебное состояние, в котором жила последнее время. Артура в моей жизни больше нет, зато мне пора открыться чему-то новому.

Поэтому утром я вскочила с кровати едва забрезжил свет и когда приехал Остап, уже была готова ехать куда он скажет.