Текст книги "Суккуб для Проклятого, или Ты мое наказание (СИ)"

Автор книги: Ксения Винтер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 16 страниц)

Битва

Дэйк бросился в тёмный угол, где скрывался призрак, Аластан же метнулся к моей клетке и, прошептав короткое заклинание, одним ловким движением вырвал дверцу.

Выбравшись из клетки, первое, что я сделала – отвесила Аластану звонкую затрещину, выражая этим всё, что думаю о его поведении.

– Признаю, заслужил, – спокойно отреагировал он. – Но поверь, у меня есть веские…

Договорить он не успел, потому что со спины к нему подобрался безлицый, неизвестно где раздобывший рапиру, и попытался нанизать Аластана на неё, точно кусок мяса на шампур.

Я с силой оттолкнула Аластана в сторону и отбила рапиру крылом. На полноценный бой меня сейчас, конечно, вряд ли бы хватило, да это и не требовалось: Аластан быстро сориентировался, вытащил из голенища сапог парные кинжалы и бросился на безлицего.

«Сразу видно выходцев из Средневековья, – мрачно подумала я, отходя в сторону, чтобы меня случайно не задели. – Нет бы обзавестись пистолетами, так они с собой металлолом таскают».

– Юинона!

Я вскинула голову и с изумлением увидела лицо Вилмара, торчавшее из дыры в потолке.

– Идите сюда, я вас вытащу.

И вытянул руку, словно и впрямь собирался мне помочь.

– Никуда ты не пойдёшь! – взревел призрак, и стены замка содрогнулись от волны магии, прошедшей по залу.

Рунический круг вспыхнул, а алтарь вдруг засветился красным цветом, и меня к нему начало притягивать, будто магнитом.

Уж не знаю, на что рассчитывал призрак, пытаясь принудить меня к какому-то непонятному ритуалу, однако на меня его фокусы не произвели ни малейшего впечатления.

Я ведь не молоденькая неопытная ведьма, ничего не смыслящая в ритуалах, в самом-то деле! Я опытный ритуалист и, даже лишённая магии, кое на что способна.

Даже не пытаясь противостоять магии, я спокойно приблизилась к кругу, протянула руку, надрезав ладонь о коготь на крыле, и равнодушно капнула кровью на несколько символов внутри круга.

И сам круг, и алтарь тут же погасли.

Любой ритуал требует чёткой последовательности действий и идеального воспроизведения магических знаков. Допустишь ошибку хотя бы в одном – и всё пойдёт насмарку. Чего я и добилась, «подпортив» своей кровью руны.

Битва между тем продолжалась.

Аластан отчаянно пытался совладать с бездушной чушкой, которая обладала весьма впечатляющим магическим потенциалом и прекрасно владела холодным оружием.

Дэйк возился с призраком, и до меня только сейчас дошло, что темнота в том углу какая-то уж слишком густая – похоже, это была не естественная тень, а облик самого призрака.

Правда я ни разу не слышала, чтобы призраки выглядели как тень. Всё-таки им обычно полагалось либо быть невидимыми, либо обладать той же внешность, что и при жизни.

Папаша Дэйка же умудрился и здесь выделиться.

– Ну, уж нет! Я никому не позволю мне помешать! – патетично воскликнул призрак, и по залу прошла новая волна магии, на этот раз ударившая Дэйка точно в грудь.

Надо отдать Дэйку должное, он устоял на ногах. Правда тоненькая струйка крови, потёкшая из ноздри, доказывала, что совсем без последствий эта атака не прошла.

Тень же в углу дрогнула и на мгновение словно сгустилась, превратившись в нечто, напоминающее желе… а затем метнулась вперёд, к Аластану, в этот момент занятому сражением с безлицым и весьма неудачно стоявшему к тени спиной.

– Ал! – испуганно крикнула я, но было поздно.

Чёрное желе с отвратительным хлюпающим звуком просочилось в его тело, и Аластан замер на середине движения, словно робот, у которого внезапно села батарейка.

Мы с Дэйком обменялись встревоженными взглядами.

Несколько секунд ничего не происходило. А затем Аластан вздрогнул, и по его телу прошла судорога.

Когда же он повернулся ко мне, его глаза были абсолютно чёрные, а на губах играла зловещая улыбка.

Одержимость

– Надо было с самого начала так сделать, – заявил призрак голосом Аластана, – а не мучиться столько лет с ритуалами по выкачиванию силы.

– Правильно, зачем иметь что-то своё, когда есть чужое? – ядовито откликнулась я. – Чужая магия, чужой замок, чужое тело. Ничем не брезгуете, да?

Призрак криво усмехнулся, и эта гримаса на лице Аластана смотрелась совершенно чужеродно.

– Итак, дамы и господа, что будем делать? – насмешливо поинтересовался он, поочерёдно посмотрев на меня и Дэйка. – Ритуал изгнания я вам провести, разумеется, не дам. Равно как и не выпущу вас из этого зала.

– То, что ты в очередной раз показал своё гнилое нутро, заняв чужое тело, ничего не меняет, – непреклонно заявил Дэйк, и на его лице отразилась решимость. – Сегодня ты окончательно умрёшь.

– Неужели тебе хватит духа убить лучшего друга? – притворно восхитился призрак.

– Аластан сам выбрал свою судьбу, когда связался с тобой.

С этими словами Дэйк бросился на одержимого. Однако путь ему преградил безлицый, явно намеренный защищать своего «господина» до самого конца. Только вот Дэйк, в отличие от давно не выходившего «в поля» Аластана, противником оказался более серьёзным.

Понаблюдав пару минут за их поединком, призрак взмахнул руками, начертил в воздухе какую-то сложную фигуру и проговорил длинное заклинание.

Пол тут же мелко задрожал, плиты в некоторых местах потрескались и оттуда потянулись длинные чёрные щупальца, покрытые острыми шипами, сразу же атаковавшие Дэйка со всех сторон.

Убедившись, что Дэйк некоторое время его точно не побеспокоит, призрак повернулся ко мне.

– Ну, а ты, Юинона? – поинтересовался он обманчиво ласковым голосом. – Ты тоже готова пожертвовать Аластаном? А ведь вас столько связывает…

Мысли хаотично метались в голове. С одной стороны, избавиться от этого призрака было первоочерёдной задачей, он был слишком сильным и опасным, его никак нельзя было оставлять в живых.

Но с другой стороны, жертвовать близким, пусть и оступившимся и серьёзно накосячившим другом мне совершенно не хотелось.

Ситуация была патовая, и как часто бывает в подобных случаях, меня охватило раздражение.

– Аластан, тебе не стыдно? – глядя в глаза одержимому, недовольно спросила я. – Ещё не так давно вы с Дэйком делили на двоих звание лучшего охотника на нечисть. А тебя сумел одолеть жалкий призрак! Ну, не смешно ли! Давай, прекращай изображать из себя даму в беде, собери яйца в кулак и верни себе контроль над телом.

– Ты переоцениваешь его силы, – фыркнул призрак.

– Что ж, тем хуже для него.

Сделав пару стремительных шагов и сократив расстояние между нами, я нанесла удар крылом – призрак ловко увернулся и в ответ вскользь полоснул меня стилетом, метя в лицо. Я отбила удрал вторым крылом и вновь атаковала.

Убить Аластана в мои планы, естественно, не входило. А вот растормошить друга, заставив того бороться с наглым захватчиком – очень даже.

Правда я совершенно не была уверена в успешном исходе своего наспех придуманного плана. Он строился на предположении, что Аластан всё ещё испытывает ко мне определённую привязанность. Иначе с чего бы ему помогать Дэйку меня спасать?

Покружившись в боевом танце пару минут, нанеся друг другу пару десятков ударов, ни один из которых не достиг цели, я планомерно подвела одержимого к тому месту, где Дэйк тщетно пытался расправиться с колючими тентаклями.

И в тот момент, когда нас троих разделяло меньше дюжины шагов, я сложила крылья за спиной, сделала шаг вперёд к своему противнику и, обхватив его запястье обеими руками, с силой вонзило стилет себе в живот, стараясь попасть так, чтобы не задеть жизненно важные органы.

– Не-е-ет! – диким голосом закричал Аластан, и за считанные секунды его глаза вернули себе первоначальный вид, и одновременно с этим из его тела с жутким воем вылетел призрак.

«Всё-таки любит», – удовлетворённо подумала я, начиная оседать на пол.

Краем глаза я заметила, как Дэйк сделал умопомрачительный кульбит, срубил одно щупальце и оказался рядом с призраком.

Сверкнуло фиолетовым лезвие кинжала, и призрак издал душераздирающий вопль.

– Юи, идиотка ты конченная! – в голосе Аластана звучала неприкрытая паника, когда он укладывал меня на холодные каменные плиты. – Зачем ты это сделала?

– Тебя, дурака, спасала, – со слабой улыбкой ответила я, ощущая острую, пульсирующую боль в животе.

– Сейчас, потерпи немного…

Ухватившись покрепче за рукоятку, Аластан одним резким движением выдернул стилет и тут же зажал рану ладонью.

– Сейчас, я тебе помогу.

Он наклонился ко мне, чуть приподнял голову и впился в мои губы решительным поцелуем, явно пытаясь активировать мои суккубьи способности и ускорить регенерацию.

«Дэйку это точно не понравится».

Разбор полетов

Когда я открыла глаза, то первое, что я увидела, был идеально выбеленный потолок, который ну никак не мог находиться в замке, даже если меня перенесли из подземелья в одну из комнат.

Потом моё чуткое обоняние уловило слабый запах дезинфицирующего средства и тошнотворный аромат лекарств, из чего я сделала печальный, но закономерный вывод – меня притащили в больницу.

– Ненавижу больницы, – заявила я отстранённо.

– Знаю, но мы побоялись положиться только на твою регенерацию, – раздался рядом усталый голос Аластана.

Я повернула голову на звук.

Аластан, с трёхдневной щетиной на лице и солидными тёмными кругами под глазами, сидел на неудобном деревянном стуле рядом с моей кроватью. А чуть дальше, справа от двери, на точно таком же стуле устроился Дэйк.

– И что ты тут делаешь? – поинтересовалась я у Аластана. – Нет, не пойми неправильно, я рада тебя видеть. Но разве ты сейчас не должен сидеть в камере и ожидать суда?

Аластан хмыкнул, приподнял рукав рубашки и продемонстрировал вырезанную на коже руну, блокирующую магию.

– В счёт прежних заслуг, а также в связи с тем, что я активно помогал в устранении преступника, на время следствия мне великодушно разрешили не сидеть в камере, – сообщил он. – Магии я лишён, так что угрозы ни для кого не представляю.

– А если сбежишь?

– Тогда его поймают и сразу, не дожидаясь суда, снесут башку, – мрачно ответил Дэйк.

Меня всегда поражала суровость законов, особенно в отношении членов УКН.

– Итак, – я, сложив руки на животе поверх одеяла, пытливо посмотрела на Аластана. – Расскажешь, как дошёл до жизни такой?

Аластан скривился.

– Сто пятьдесят лет назад, когда я служил в главном управлении, меня отправили в замок Абарран на рядовую проверку: убедиться в отсутствии мелкой нечисти и приведений перед тем, как туда запустят туристов.

– Разве проверка не проводилась перед началом восстановительных работ? – удивилась я. – Я чётко помню: когда мы с Дэйком уходили, замок полыхал, точно спичка. А потом наверняка не одно десятилетие, а то и несколько столетий, простоял пустующим. Там точно одним косметическим ремонтом было не обойтись.

– Всё так, – кивнул Аластан. – Если верить документам, выгорело всё Восточное крыло – на его реставрацию новый владелец потратил кругленькую сумму.

– Да плевать, сколько он там потратил, – отмахнулась я. – Была проверка перед началом работ или нет?

– По бумагам была.

– А по факту?

– А по факту её провели, как часто бывает с такого рода проверками «на отвяжись», – вместо Аластана вновь ответил Дэйк. – Проверяющий пришёл, для вида прогулялся по уцелевшей части замка, при этом даже не заглянув в подземелья, и с чистой совестью отчитался, что никаких тёмных сил в замке нет.

– В его оправдание могу сказать, что тогда единственный известный вход в подземелья был завален, – заметил Аластан.

– А проверяющий не захотел марать руки и тратить время на его расчистку, – понятливо закончила я. – Ладно, как столько лет призрак оставался незамеченным, ясно. Ты-то, мой условно разумный друг, как умудрился записаться в его миньоны? – я раздражённо уставилась на Аластана. – Чем он тебя подкупил?

Тут у меня в памяти всплыли слова призрака про упрямство охотников.

– Он что-то говорил про то, что с охотниками можно договориться после того, как переломать им руки и ноги. – Моё сердце болезненно сжалось от догадки. – Он тебя пытал?

– Я… – Аластан замолчал, явно подбирая слова. – Сглупил и попался в ловушку. А потом… – на его лице отразилось сожаление и раскаяние. – Я струсил, Юи. Понял, что либо соглашусь на его условия, либо он меня убьёт. И я согласился. Надеялся, что как только выберусь, сразу же уничтожу эту тварь. Только вот Джозеф оказался тварью очень умной и заставил меня мало того, что принести ему клятву верности, скрепив её своей магией, так ещё и взял клятву, что я никому не расскажу о нём.

Мне хотелось бы упрекнуть Аластана в малодушии, но я не смогла. Инстинкт самосохранения – базовый у любого человека. Все хотят жить.

Другое дело, какой ценой он оплатил эту свою жизнь.

Я тяжело вздохнула. И решила сменить тему, здраво рассудив: пусть суд решает судьбу Аластана и рассуждает о его виновности, невиновности и возможных смягчающих обстоятельствах.

– Сколько ещё я буду загорать в больнице? – поинтересовалась я, поочерёдно строго взглянув на обоих мужчин.

– Ещё день, – ответил Аластан.

– Зачем? – не поняла я. – Судя по моим ощущениям, исцеление прошло на ура. Я только надеюсь, что, прежде чем заняться со мной исцеляющим сексом, ты хотя бы наколдовал какую-нибудь ширму.

– Причём тут я? – удивился Аластан. И тут на его лице отразилось понимание. – Ты ничего не помнишь, да?

– Конечно, не помню, – мне это казалось совершенно очевидным. – Если раны слишком серьёзные, моё человеческое «я» полностью растворяется в суккубьих инстинктах. В таком состоянии я даже могу ненароком убить своего партнёра.

Дэйк шумно вздохнул. Я перевела взгляд на него и увидела непривычное зрелище: уязвимый взгляд и ошеломлённое выражение лица.

– Так, схожу-ка я кофейку попить, – усмехнувшись, заявил Аластан и поднялся. – А вы тут пока поговорите. Вам явно есть, что обсудить.

Искренность

Стоило за Аластаном закрыться двери, как в палате повисла напряжённая тишина, которую ни я, ни Дэйк не спешили нарушить.

– Ты и Аластан, – наконец, первым заговорил охотник. – Вы были любовниками?

– Были, – не стала отпираться я. – Примерно сто тридцать лет назад.

– Ты любишь его, – это был не вопрос, а утверждение. И всё же я ответила:

– Да, люблю. Так же как люблю Эда, Еруну и ещё целую кучу людей, – я не смогла сдержать улыбку при виде недоверия, отразившегося на лице Дэйка. – Ты ведь знаешь, что любовь – понятие многогранное. Она не обязательно несёт сексуальный или романтический подтекст.

– Однако с Аластаном ты спала, – продолжил настаивать на своём охотник.

– Тебя это настолько сильно задевает? Мы ведь уже выяснили, что я не невинная девица и за свою продолжительную жизнь имела любовников. И ты вроде бы даже смирился с этой новостью.

Дэйк недовольно поджал губы, скрестил руки на груди и отвернулся к окну.

– С этим невозможно смириться, – тихо проговорил он.

Я тяжело вздохнула и попыталась сесть, однако потерпела неудачу: в боку что-то кольнуло, и я с тихим стоном повалилась обратно на подушку.

Дэйк, прекратив изображать обиженку, за долю секунды оказался возле моей постели.

– Позвать врача? – спросил он, с тревогой глядя на меня.

– Нет, – отказалась я. – Но не откажусь от твоей помощи – помоги мне сесть, пожалуйста.

Я протянула руки, и Дэйк, не раздумывая, наклонился, позволяя мне обнять себя за шею. Его собственные руки тут же оказались у меня на спине, поддерживая.

– У тебя совершенно нет причин ревновать меня к прошлым любовникам, – шепнула я ему на ухо, воспользовавшись моментом. – С ними я была от безысходности и одиночества.

– А со мной?

– Потому что мне нравится находиться рядом. И не только в постели.

Дэйк, продолжая обнимать меня одной рукой, второй передвинул подушку и помог мне опереться на неё спиной, после чего выпрямился, выпуская меня из своих объятий и освобождаясь из моих.

– И даже после того, как ты узнала, кто мой отец? – с вызовом спросил он.

– Причём здесь твой отец? – удивилась я.

– Он пытал тебя. И чуть не убил.

– А ты, если верить его словам, меня спас. Как по мне, это намного важнее.

Мои слова почему-то не успокоили Дэйка. Напротив, он лишь сильнее нахмурился.

– Он делал это из-за меня, – после непродолжительной паузы заявил Дэйк каким-то обречённым голосом. – Ловил суккубов и инкубов и ставил на них опыты.

– В каком смысле из-за тебя?

– Ты помнишь, как я выглядел тогда, в детстве?

– Помню. Ты выглядел так, словно тебя морили голодом и не давали нормально спать.

– Я был болен, – голос Дэйка звучал холодно и отстранённо, однако я видела по глазам, что это признание даётся ему ой как нелегко. – Буквально находился одной ногой в могиле. И отец делал всё возможное и невозможное, чтобы меня спасти.

– Ну, судя по тому, что ты стоишь сейчас передо мной весь такой красивый и пышущий здоровьем, ему это удалось.

– Юи, – Дэйк смотрел на меня хмуро. – Не пытайся казаться легкомысленней, чем ты есть на самом деле. Мой отец – убийца и садист. Да, он оправдывал свои действия заботой обо мне. Что не отменяет его преступлений.

– А я его и не оправдываю, – пожала я плечами. – Просто констатировала факт: исцелить тебя ему удалось. Да, цена была непомерно высока. Но не ты решил её заплатить. А значит, к тебе не может быть никаких претензий.

Дэйк тяжело вздохнул. А затем медленно опустился на пол возле моей кровати и откинулся спиной на бортик.

– Я ненавижу его за то, что он сделал, – тихо проговорил он. – С тобой и с остальными.

Я протянула руку и запустила пальцы в волосы мужчины, нежно перебирая длинные пряди.

– Тебе стоит отпустить прошлое, – посоветовала я. – Да, твой отец – монстр и маньяк, и он выкупил твою жизнь ценой множества других жизней. Но это не твоя вина.

Дэйк ничего на это не ответил, и в палате на некоторое время повисла тишина, на этот раз вполне уютная, которую лично мне совершенно не хотелось нарушать.

– Ты, правда, не помнишь, кто и как тебя исцеляет?

Этот вопрос, заданный неуверенным голосом, который я отродясь не слышала у Дэйка, вызвал у меня удивление.

– Правда не помню, – заверила я его. – С чего бы мне об этом врать?

– Это был я.

– Где? – не поняла я.

– И тогда, почти пять столетий назад, когда ты вся израненная сбежала из монастыря, и сейчас, после того, как ты вонзила себе клинок в живот, помогая Аластану бороться с одержимостью. Оба раза в твоём исцелении участвовал я.

Точки над «и»

– Что?

Я ошеломлённо смотрела на Дэйка, пытаясь осознать услышанное. Пазл почему-то никак не хотел складываться.

– Подожди, – я нахмурилась. – Я не понимаю. Как это можешь быть ты?

– Сейчас или тогда? – уточнил Дэйк, пристально глядя на меня.

– Тогда. С сейчас всё понятно: в тебе взыграли собственнические инстинкты, и ты не мог позволить меня «лечить» кому-либо, кроме себя самого.

– В тот раз было то же самое. Ты была ранена и слаба и нуждалась в помощи. А я не смог найти в себе силы отдать тебя кому-то другому.

Это всё ещё не имело никакого смысла.

– Почему?

– Потому что я люблю тебя. И всегда любил.

Сердце пропустило удар, а затем испуганной пташкой затрепыхалось у меня в груди.

– Почему тогда ты сбежал? – спросила я, пока не находя в себе силы поверить в искренность этого признания. – Я думала, ты сожалел о том, что связался с суккубом.

– Ты не выпускала меня из постели три дня. А мне нужно было явиться на службу, я и так пропустил одно дежурство, за что, кстати, получил суровое наказание. Впрочем, неважно. Убедившись, что кризис миновал и ты заснула, не нуждаясь больше в постоянном сексуальном контакте, я ушёл на службу. А когда вечером того же дня вернулся, тебя уже не было.

– Я очнулась одна в пустом доме и решила, что будет лучше уйти, – объяснила я свой поступок. – Я думала, что совершила насилие над ни в чём неповинным человеком, принудив его к сексу с помощью своей магии.

– Ты была не в состоянии применить свои суккубьи чары, – покачал головой Дэйк. – Кроме того, на меня они не действовали ни тогда, ни сейчас.

– Чушь! – возмутилась я. – Ты прекрасно реагируешь на мои чары.

– Потому что это ты, – парировал Дэйк. – Окажись на твоём месте любой другой суккуб, эффект был бы нулевым.

– Допустим. Но почему ты мне ничего не сказал? Почему все эти годы делал вид, что нас ничего не связывает?

– Потому что считал, что это ты сожалеешь о том, что произошло между нами и поэтому притворяешься, будто ничего не было.

Я недоверчиво посмотрела на него. А спустя мгновение меня накрыло осознание, от которого по спине пробежали мурашки.

– Тот суккуб, которую ты любил и которая оставила тебе шрам на шее. Это была я?

Дэйк тяжело вздохнул.

– Да, – подтвердил он и пояснил: – Первые сутки ты металась в бреду и, несмотря на то, что не спала, мучилась от кошмаров. Во время одного из них ты меня и ранила. Впрочем, сама же рану и исцелила, не позволив мне истечь кровью.

– Мне жаль, – я ощущала острое чувство вины, стальным клинком вонзившееся в сердце.

– А мне нет, – отрезал Дэйк. – Ты была на грани, я тебя спас. И безмерно рад, что смог это сделать. А шрам… – Дэйк улыбнулся. – Я ношу его с гордостью. Как напоминание о том, что, пусть и ненадолго, но ты была моей.

Я укоризненно покачала головой, однако внутри разлилось приятное тепло от осознания, что свой первый раз я разделила именно с этим мужчиной.

– И что мы теперь будем делать? – спросила я, нервно сжав пальцы.

– Я всё ещё должен тебе два свидания, – напомнил Дэйк с безмятежным выражением лица. – И было бы неплохо вернуть «Дом огненных цветов» на прежнее место. Мне, знаешь ли, нужен мой напарник. Да и детям неплохо было бы подыскать хороший дом.

– Эд, наверно, там уже на стены лезет от скуки, – тихо рассмеялась я.

На душе стало легко и спокойно. И хотя я знала, что простыми наши отношения с Дэйком точно не будут, я даже не сомневалась: мы справимся со всеми трудностями. Вместе.