Текст книги "Прощай, Мари! Злодейка для принца (СИ)"

Автор книги: Ксения Рябинина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 10 страниц)

Прощай, Мари! Злодейка для принца

Глава 1. Кем быть?

Москва. Июль, 2021 год

Это катастрофа.

Банальный вопрос превратился в невыносимую загадку: «Кем ты хочешь стать в будущем?»

После восемнадцатого дня рождения Мари осознала, что началась полоса неудачных решений. Все они стали казаться глупыми. Родители изредка звонили из Испании и интересовались планами, брат посмеивался над её метаниями. И в голове у неё роились сомнения: что, если за углом ждёт очередное ошибочное решение? И этот новый выбор окажется напрасной тратой времени.

Мария запустила пальцы в волосы и с тихим стоном откинулась на компьютерное кресло. Еще и новое каре – результат импульсивной стрижки на восемнадцатилетие. Эксперимент этот стал неудачным. Непривычная длина раздражала.

Отделив чёрную прядь, она машинально накрутила её на палец.

Мир менялся стремительно. После карантина, начавшегося из-за какой-то летучей мыши, многие перешли на удалённую работу. А что будет через пару лет? Развитие искусственного интеллекта? Роботы?

Мысль учиться в программировании нейросетей воодушевила Мари… пока она не представила реакцию родителей. Они сочтут её сумасшедшей. Нет. Эту нелепую идею лучше отложить.

Покрутившись на кресле, Мария вздохнула.

С плаката на стене подмигивала воительница с жезлом полумесяца и чёрной кошкой на плече. Рядом висела пара рисунков от руки – от безделья Мария любила рисовать персонажей аниме.

Из раздумий вывел хлопок входной двери и уставший голос вернувшегося с работы брата вперемешку с довольным лаем далматинца Биби.

– Малинка, – крикнул из коридора Александр, – ты помнишь, что завтра мы хотели подать документы в университет?

Мари вздохнула. Помнит она, помнит. И весь день горько вздыхает по этому поводу, мучая бедный мозг. Лучше бы пересмотрела «Бездомного бога» в сотый раз… Хотя такими темпами она скоро станет похожей на того самого бога в трениках, исполняющего желания за десятирублёвую монетку.

Время подгоняло, но Мари все еще не решила. Ради брата училась она хорошо, побеждала в олимпиадах, сдавала дополнительные экзамены и вполне могла выбирать, где учится. Но пока она, Мария Малинина, не продвинулась в ответе на этот треклятый вопрос бытия. Легче иметь или не иметь выбор тогда уж?

– Лунная призма, дай мне сил, – закатила она глаза и громче добавила: – Окей, Ас, окей.

Неугомонный старший брат сейчас засядет за пособия по топографической анатомии и оперативной хирургии. Погрязнет в граните науки, ведь, в отличие от своей ветреной младшей сестрёнки, сам он с детства знал, что станет врачом. Хирургом! И упорно уже шесть лет на него учился.

– Кем быть? Кем? – размышляла Мари вслух, крутившись на кресле. Взгляд её упал на полку с фигурками любимых персонажей аниме, которые она коллекционировала почти пять лет. – Может, вы натолкнете меня на мысль? Хокаге? Нужно, кстати, предложить Асу пересмотреть «Наруто», не знаю, как у него, но у меня на эти бесконечные серии точно есть лишний годик-два. – Фигурка будущего Хокаге ей не ответила, и Мари перевела взгляд на стоящего рядом Луффи из «Ван Писа». – Не-е-е-е-т… Не люблю море и плавать, – сморщилась она. – Прости, Луффи, но королём пиратов мне не стать. – Мари окинула взглядом фигурку Медузы-Горгоны из одного аниме, которое она плохо помнила. Её подарил брат. Эта героиня – точно злодейка, ведь она создавала чёрную кровь и управляла людьми. Зачем брат подарил ей такого персонажа? Может, он считает, что она похожа на нее? – Я гениальна! – воскликнула Мари, бойко вскочив с кресла, которое продолжало крутиться.

Мария взяла чупа-чупс из стаканчика на столе, развернула и положила в рот. Она не прекращала думать об идее, что становилась всё заманчивее. Может, действительно, отказаться от банальных профессий и поискать что-то нестандартное?

Только вот где в Москве учат на злодеев? В МГУ такого факультета точно нет. В МГИМО – тоже. Может, есть подпольная академия тёмных искусств? Где-нибудь?

Звучало это ещё бредовее, чем программист нейросетей, но зато интереснее.

Взгляд опять упал на фигурки аниме на полке.

Что же это может быть за место, где все ходят в балахонах, расставляют ловушки рыцарям и стирают ластиком мораль? Не заморачиваются даже о ней. Это наверняка было бы весело! Мари стало интересно, каково это – быть злодеем. Например, пройти подготовительный курс по манипуляциям и углублённый по лицемерию.

От злодеев ничего не ждут, на них не давят старшие братья, родители и фигурки аниме, укоризненно глядящие с полки.

Она произнесла вслух эту мысль:

– Хочу стать злодейкой!

Слова казались слаще клубничного чупа-чупса, и чем больше Мария Малинина прокручивала их на языке, тем привлекательней становилась идея жить без давящего общественного мнения.

Всяких холёных напыщенных принцев там не нужно.

Злодей – это вам не избранный Гарри Поттер со шрамом на лбу и не Фродо с Кольцом Всевластия. Даже если бы ей доверили какое-то кольцо, Мари точно знала, что потеряла бы его спустя пару часов. Сама она носит только красную нить, повязанную братом на левое запястье год назад, и это – её единственное украшение, которое она никогда не потеряет. Потому что по примете, в которую они с братом не особо и поверили, ее желание исполнится, когда узелок на ней развяжется. А она хотела бы чтобы желание исполнилось.

Свободны ли злодеи от условностей? Они живут по своим правилам, создают законы и действуют так, как считают нужным. В этом Мари видела мрачную романтику – строить жизнь по собственному сценарию, не оглядываясь на других.

И никаких глупых вопросов: кем стать? Кем быть?

Их задают каждому, и люди, словно в настольной игре «Монополия», должны выбирать себе роль.

Мари выбрала, и усмешка расцвела на губах, едва она представила, как утром заявит Александру, что хочет стать злодейкой. Тем более новая прическа этому образу как раз соответствуют.

Комната её этим вечером была наполнена ароматом перечной мяты, что зацвела в горшке на подоконнике. Надев маску для сна, она легла спать и со вздохом признала реальность: завтра брат поведёт её подавать документы в медицинский колледж на медсестру. Ведь это был запасной вариант, если она не сделает выбор.

***

В полусне она услышала глухой стук, будто кто-то рядом постукивал по стеклу. Нет, даже не стук. Неистовый бой, от которого подпрыгивал пульс. И он не утихал, становясь только громче и хаотичнее, словно где-то вдалеке безумный барабанщик вёл свою партию.

Бум.

Бум.

Тёмные круги танцевали под её закрытыми веками. Звук отдавался в ушах, воздух, вдруг став тяжелым, обволакивал тело и не давал свободно дышать. Туман этого сна рождал панику, стискивал горло. С трудом Мария открыла глаза. Мигнула знакомая люстра, что больше десяти лет висит у нее в комнате. Она моргнула.

Бум.

Люстра исчезла. Над ней мелькали тени, растворяясь в сером мареве. Она попыталась встать, вышло не сразу. Оперевшись на дерево, Мари осмотрелась.

Вокруг стелился туман. А она – почему-то стоит посреди леса, одетая в любимую пижаму со Стичем, который скалился на Лило и ещится от малейшего порыва ветерка.

Если это сон, то подсознание подставило ей жёсткую подножку. Но он ли это?

Глава 2. Там, где страшно

Вокруг могучие, величественные дубы. И, подняв голову, Мария увидела, как тяжёлые, пропитанные влагой ветви исполинских деревьев сплетались в причудливый свод.

Земля, устланная ковром из опавших листьев, при каждом неуверенном шажке Мари отзывалась шорохом, похожим на шёпот потерявшихся людей. Их наверняка немало.

Пополнит ли этот список она?

Стоял тяжёлый аромат прелой листвы, смешанный с запахом сырости и чего-то неуловимо опасного. Мари, обнаружив тропинку, решила идти по ней. Ветки цеплялись за босые ноги, мокрые дубовые листья липли к ступням, прохладный ветер задувал под пижаму. Этот сон ей не нравился.

Сквозь туман проступили очертания, и Мари вгляделась. Над лесом возвышался чёрный замок. Пять его башен возвышались внушительными иглами, пронзая серое небо. Замок казался одновременно хрупким и несокрушимым.

При виде него возникла первая связная мысль: там могут быть люди, надо к ним! И она рванула к нему, но замок, как бы Мари ни спешила к нему, предательски только удалялся. Что это за сон такой? Бред.

Тишину разорвал протяжный вой. Мари застыла, боясь пошевелиться и представляя, как голодные твари обгладывают её косточки.

Из-за деревьев выскользнули силуэты и быстро двинулись к ней. Волки?! Пять серых волков с горящими голодом янтарными глазами окружили её. Мария прижалась спиной к дереву, чувствуя, как кора царапает локти. Она с трудом сдерживала дрожь, видя их острые зубы и стекающую из пастей слюну. Каждый их рык пугал её все сильнее, сердце билось всё быстрее.

Молниеносно из-за деревьев выскочил другой волк, более крупный, с серебряной, а не грязной серой шерстью, и встал перед ней, будто загораживая. Белоснежная шерсть переливалась, создавая впечатление, будто тот волк – сама луна этого мира. Он предупреждающе рыкнул. На неё, а не на стаю.

Мария глубоко вдохнула и, медленно обогнув ствол дуба, бросилась бежать так быстро, насколько могла. Споткнувшись, она упала на колени, и руки обожгло болью. Она поднесла ободранные ладони к глазам и осознала… это – ни черта не сон.

Что за тьма?

Она рассматривала капельки крови на ладонях и терпела металлический привкус во рту. В мыслях её уже не было места для переживаний о серебряном волке, что остался позади. Ступни горели. Дыхание сбивалось, горло жгло, так будто хищники успели его расцарапать. Мария не понимала, где она, но, когда ткань майки прилипла к потному телу, а запах влажной шерсти и чего-то гниющего стал невыносимым, её захватила единственная важная мысль.

Нужно домой. Очень!

Скорее нужно вернуться под тёплое одеяло.

Перестав разглядывать грязные листья под ногами, она подняла голову – и крик застрял в горле. Навстречу ей из чащи приближался то ли человек, то ли зомби.

Хромая и жутко кряхтя, он опирался на… лопату!

– Хочу домой, – икнув, Мари зажмурилась. Веки сомкнулись так плотно, что на переносице проступили складки.

Нежить бодро приближалась.

Вскочив, Мари попятилась. Шаг за шажком, она искала путь к спасению, но, подключившись на этом самом моменте, судьба показала своё отвратительное чувство юмора: скользнув по влажной листве, нога Мари угодила прямо в челюсти охотничьего капкана. Металл сомкнулся с леденящим душу щелчком. Мир перед глазами перевернулся, когда тело резко взлетело, беспомощно повиснув над землёй.

Куда же ещё хуже?!

Она висела вверх ногами.

И думала, что, к сожалению, есть куда.

– А-а-а! – вероятно, прежде чем Мария потеряла сознание, а существо с лопатой подошло ближе, крик её разнёсся по всему лесу.

***

– Мари, а Мари…

– Ас, отстань, – зевнув, она отмахнулась, – мне же не нужно на эти бестолковые школьные занятия.

Невольно возник образ злой исторички Петровны и помахал указкой перед её носом в назидание за гипотетическое опоздание.

Марию затрясло аж от воспоминаний.

– Мари.

– Нет меня, – пробурчала она сильнее, зарывшись носом в подушку.

– Мария Малинина.

И… молчание.

Нет. Это не Ас. Он бы назвал её Малинкой.

Кто же тогда сейчас зовёт так настойчиво?

Это точно была женщина, что Мари приметила не сразу. Она была решительно настойчива, и голос незнакомки звучал хрипло, как при сильной боли в горле.

– Леди Мор, ваша матушка всенепременно сказала бы, что это неприлично – спать так долго, как наша… гостья, – разорвал тишину ещё один голос, напоминавший старую деревянную дверь на заброшенном чердаке.

– Эх… Моя матушка слишком мало спала и много говорила, – задумчиво выдохнула, видимо, «Леди». – Но, Мария, вы и правда проспите всё самое интересное, если сейчас же не встанете.

Промозглый, коварный сквозняк пробрал до костей, заставляя зубы выбивать нервную дробь. В носу защекотало, отчего она беспомощно чихнула.

– Ч-что? – сквозь щекотку в носу уточнила Мария.

– Леди Мор, возможно, человечка спятила?

Хотелось с этим голосом поспорить, но Мари осеклась, решив, что в чём-то даже он прав.

Она определённо спятила.

Мария готова была поспорить, что эта самая «Леди» на это заявление пожала плечами.

– Что? – повторила она, почесав нос.

– Что, что?

– Я спрашиваю, что такое интересное я просплю? – выдохнула Мария, спешно добавив в подушку: – Леди… Как-вас-там.

– Грег, я всё больше убеждаюсь, что ты прав в своих предположениях.

Мари махнула рукой, позволяя им думать как угодно, и глубже зарылась носом в подушку.

– Леди, о чём вы? – удивился Грег, но его снова перебил какой-то лязг, словно лопатой прочертили по плитке. – О том, что ваша идея изначально звучала сомнительно, или о том, что человечка спятила?

Мари, думала, что это – какой-то слишком странный сон. Сначала лес, потом волки и… белый волк, а сейчас ещё и какая-то Леди.

– Я тут вспомнила, Грег, что моя матушка также говорила, что перечить своим господам и называть их идеи сомнительными – это тоже признак дур… дур…

– Дурного тона, Леди, – подсказал ей безжизненный низкий голос, перемежаемый сухим кашлем.

Мария не выдержала.

– Господа, мешать доброму человеку спать – это тоже признак этого вашего тона, – бросила она, демонстративно взмахивая рукой, отметая саму возможность диалога. – Дурного.

Сознание ныряло в сладкую манящую дрёму, но вдруг… Лязг лопаты, ворчание и глухой всплеск разорвали тишину. На Мари обрушился водопад. Ледяной. Вода ударила с такой силой, что, казалось, её швырнули в прорубь.

Взметнувшись с постели, Мария взревела раньше, чем мозг успел понять происходящее:

– Александр, мать твою, что за шутки!

Она замерла посреди промокшей кровати, сжимая кулаки. Одежда незавидно прилипла к телу, а волосы превратились в мокрые сосульки. Взгляд метался по помещению, пытаясь ухватиться за реальность. Стены, сводчатый потолок, переливающийся полупрозрачной дымкой, пропуская приглушённый свет.

Это что ещё за пристанище Снежной королевы?

Мария провела пальцами по мокрым коротким волосам, ощущая капли, стекающие по шее.

Глазами она впивалась в детали: светильники, похожие на застывшие капли росы; мебель с плавными, почти живыми очертаниями; стены, испещрённые таинственными символами. Наконец взгляд поймал двух незнакомцев – вернее, одну незнакомку и… нечто, напоминающее зомби.

– Вы… вы… – голос застрял в горле. – Кто такие?!

Мария бы закричала, но от ледяной воды голос связался в огромный запутанный клубок, который застрял в горле.

Перед ней стояло нечто среднее между зомби, Франкенштейном и мумией – с лопатой в руках, будто оно только что само себя откопало из могилы. Как это? Мария сама особо не поняла, она лишь сглотнула, когда он нравоучительно буркнул:

– Это невеж…

– Грегори, – резанула незнакомка, бросив на нечисть ледяной взгляд.

Она тут местная Снежная королева? Почему у неё такой сиплый голос?

– Так… вы кто такие?

Незнакомка медленно подняла руки, демонстрируя серебряные браслеты с загадочными символами.

– Мы тебя призвали в мир Энтер, чтобы ты исполнила пророчество и своё предназначение! – провозгласила она, воздевая руки к потолку.

Мокрая и дрожащая Мари сверлила её взглядом. Алое платье незнакомки обтекало фигуру, словно расплавленная кровь, а чёрные волосы, почти как у неё, струились до пояса.

Украшения, напоминающие нити с жемчугом, были нежно вплетены в них.

– Звучит пафосно, Леди, – фыркнула Мария, стуча зубами. – Но мне-то это зачем, в вашем жутком мире?

– По сценарию ты должна была спросить о своём предназначении.

– Кому должна?! Я вообще-то домой хочу!

– Леди, я же говорил, она чо… – пробормотал зомби-Франкенштейн, но осёкся под взглядом хозяйки. – Пойду-ка я… дел много, много… так много.

И, бурча что-то о несправедливости мира, существо растворилось в арке, где, видимо, был выход в коридор.

– Как мне попасть в Москву, на улицу Большая Якиманка?! – выпалила Мария, делая шаг.

Она готова была соскользнуть с кровати – рвануть к арке, пробить путь, найти выход из замка и оказаться дома, в родной любимой Москве. Мари осмысливала этот план, когда незнакомка бесшумно приблизилась.

– Ты – Избранная, Мария Малинина.

Какая, к чёрту, «избранная»?

Она, конечно, была бы не против, но точно не в этом мире, который очень «приветливо» её встретил, поселив в сердце только лютый страх.

Мария упрямо тряхнула головой.

– Я. Хочу. Домой! – процедила, разделяя каждое слово.

Казалось, она сейчас способна воспламениться от одних только воспоминаний о своих приключениях в лесу. От вида волков и НедоФранкенштейна сердце вообще в пятки пряталось.

Что-то щёлкнуло, и температура упала на несколько градусов.

Веки наливались свинцом, но Мари упрямо бормотала:

– Хочу домой… домой…

– Всё хорошо, милая, – незнакомка провела ладонью по её волосам. – Успокойся. До встречи с твоим принцем ещё месяц.

Сон кутал. И был пропитан запахом льда, первого снега и подснежников.

Мария Малина мечтала, что, проснувшись, окажется в их с братом двушке, где Ас приготовит её любимый омлет с помидорами и отправится на работу. В Москве, где сейчас был июль. И она, включив новую серию какого-нибудь старенького аниме, забудет, абсолютно точно забудет бред про Леди с её недо-Франкенштейном в мире Энтер и про какого-то там принца, что ждёт её.

Да. Проснувшись, она точно посмотрит «Сейлор Мун» под чашечку кофе.

Глава 3. Чашечка кофе или...

Сквозь сон Мари напевала тихонько под нос заставку из «Сейлор Мун». Навязчивая мелодия играла в голове, и она уже предвкушала… омлет, кофе, телевизор… когда… увидела сверкающий сводчатый потолок белоснежного, до рези в глазах, замка.

Понятно. Омлет, кофе, телевизор отменяются?

Мария протёрла глаза – рядом никого.

Огромная спальня угнетала своей пустотой. Ведь туалетный столик с зеркалом, шкаф, что стоял в дальнем углу, и кровать, на которой полулежала она, – единственная мебель в ней. Рывком сбросив странную простыню, которая заменяла одеяло, Мари сползла с кровати.

Босые ступни коснулись пола, и обожглась.

Всё белое вокруг отдавало холодом и мурашками.

Осмотрев себя, Мари с огорчением заметила, что на ней – длинное платье-сорочка, похожее на саван призрака из фильма-ужастика.

– Вот уж, – придирчиво поправив длинные рукава, она направилась к арке, ведущей в коридор. Неважно куда. Лишь подальше из этой комнаты, где стены казались ледяной тюремной клеткой.

Нужно найти путь домой! К Асу и щеночку Биби, которого брат порой забывает кормить из-за работы. Она не будет попаданкой, что отдастся на волю судьбе и странной судьбы, предназначенной ей тут.

Мысль эта билась чечёткой в сердце и подгоняла её.

А может, хотя бы стоило бы выяснить, что за судьба и предназначение там важное такое?

Мари шла осторожно, тихо, рассматривая трещины на хрустальных стенах так внимательно, будто в одной из них был спрятан путь домой. Пол под ногами, казалось, мерцал в тех местах, где она ступала на него, погружённая в раздумья.

Как вообще попасть домой?

Коридоры разветвлялись, путали следы, играя с ней. Стены беспощадно отражали, умножали одинокую фигуру в бесчисленных гранях, создавая призрачную свиту.

Дом… Ас и Биби… Компьютерный стол, заваленный чупа-чупсами и карандашами для рисования…

Мари пыталась воскресить голоса, запах кухни и шум города за окном: рёв моторов, нетерпеливые гудки, монотонный звук светофора на перекрёстке. Но образы таяли в холодном свете стен. Она замерла, едва завидев за очередной аркой зал – огромный, с высокими сводами и ледяными витражами, потрясавший величественностью.

Прижавшись к стене, скрылась в тени.

В центре, на возвышении, блистал трон из переплетённых хрустальных ветвей. И та самая незнакомка с сиплым голосом, что сначала казалась Мари лишь видением, восседала на нём и, медленно проводя гребнем по длинным волосам, внимательно слушала гостя.

Как князья в сказках внимательно выслушивали просьбы простого люда.

Мужчина в поношенной дублёнке стоял у ступенек – сгорбленный, будто что-то давило на его плечи с неподъёмной силой. Рукава обтрёпаны, воротник порван, тёмные волосы спутаны. А кулаки… Мари невольно задержала на них взгляд: сбитые костяшки с засохшей кровью.

Она вслушивалась в их разговор, и с каждой минутой её уверенность крепла: этот человек был именно тем, кем казался на первый взгляд.

Преступником.

– И я ему сказал, что убивать чужой скот непозволительно, а потом… потом… – он запнулся, уставившись в пол.

– Убил его, – перебила его леди с трона. – Ты уже в третий раз подходишь к этому.

Он вскинул голову, в глазах вспыхнул отчаянный блеск:

– Но я не хотел! Это… Это просто случилось!

Звучит так же фальшиво, как и пение Мари на первом и единственном уроке вокала в детстве.

Снежная королева же сейчас прикажет вздёрнуть подонка на виселице?

Мари стало очень интересно посмотреть, какие в этом мире законы и как его накажут. Накажут ли?

Незнакомка пока не торопилась с ответом. Медленно, с ленивой властностью, она провела гребнем по длинным тёмным прядям и произнесла – негромко, хрипло, но так, что каждое слово повелительно вонзилось в тишину:

– Ты пришёл просить о помощи или лепетать оправдания?

Последнее её будто бы и не интересовало.

– Леди Мор, нужно срочно спрятать тело старика Нура, иначе капитан Хилл... – пробормотал мужчина, сжимая кулаки.

Спрятать тело?

Мари, прикусив нижнюю губу, озадачилась.

Что за бред? Разве злодеи занимаются подобным?

По спине её пробежал холодок.

Леди, восседающая на троне, медленно опустила гребень. Глаза – тёмные, бездонные омуты – скользнули по залу и на миг задержались там, где пряталась Мари за поворотом арки.

Заметила ли?

– Почему, когда что‑то нужно, так сразу «Леди Мор»? – её голос с едва заметной издёвкой почти передразнивал отчаявшегося гостя. – А обычно величаете меня «Исчадием бездны»…

Тишина затрещала, будто перетянутая струна скрипки.

– Так и быть, – в этом «так и быть» мелькнула усталая, но непреклонная властность. – Грег!

Человек в поношенной дублёнке вздрогнул и схватился руками за голову. В его глазах вспыхнула паника, когда он увидел зомби-Франкенштейна, выросшего из полумрака.

– Грег, выпроводи этого… мужчину и помоги в его небольшой просьбе.

Небольшой просьбе? Спрятать труп – это небольшая просьба?!

Сглотнув, Мария решила, что, когда Ас в следующий раз попросит выкинуть помойку, она не будет отлынивать и ворчать, что он бедную её загонял. По сравнению с этой «леди» её брат – ангел, спустившийся с небес.

Чужие трупы он точно не помогает прятать… Хотя. Он же врач? А как говорят, у каждого врача есть своё маленькое кладбище.

Марии пришла в голову совершенно по-детски бредовая идея. Может, стать похоронным агентом? Или гробовщиком? Полезная профессия, кстати. Не успев себя представить за рулём чёрного внушительного катафалка в чёрном классическом костюме, она услышала женский визг:

– Вы меня обманули! – верещала чайкой вбежавшая в зал женщина.

Зомби с мужчиной уже ушли, а это, наверное, следующая... гостья. Жертва? Просящая?

Пышное голубое платье её, на аристократический манер, было рваным в нескольких местах, а из хитро сплетённой причёски выбивалась пара прядей, будто что-то загнало её в этот зал.

– В чём же? – спокойно уточнила Мор.

– Вы обещали, что ритуал будет безопасным! – женщина яростно шагнула вперёд, так что её монументальная прическа даже слегка покачнулась. – А теперь я не могу снять это кольцо! Оно жжёт!

– Жжёт? Любопытно… вы следовали инструкции? Ни одной детали не упустили?

– Конечно, следовала! – женщина сжала кулаки, и на пальце вспыхнуло кольцо с тёмным камнем. – Я произнесла всё, зажгла свечи в нужном порядке и даже... – её голос дрогнул. – Добавила каплю крови, как велел ритуал.

– И попросили… – уточнила Мор.

– Красивой оставаться всегда, конечно! – в голосе гостьи звучала почти детская обида.

Леди Мор медленно откинулась на спинку трона, скрестив пальцы, и в полумраке зала в глазах её блеснула уже не та холодная насмешка, что была раньше, а сталь.

– «Вечно» – слово опасное, леди, – заключила она неторопливо. – Особенно когда его шепчут над ритуальным кругом.

Мари не совсем поняла, что ещё за ритуальный круг, но продолжила слушать.

– Что вы несёте?! – гостья дёрнулась, но кольцо вспыхнуло ярче, заставляя её замереть. – Я хотела лишь сохранить красоту! Чтобы он… чтобы Лорд Морис продолжал смотреть только на меня!

– Вот в этом‑то корень ошибки, – Леди Мор чуть наклонила голову, и тени легли на её лицо так, что черты стали резче. – Вы просили не о красоте. Вы искренне желали власти над его взглядом… или сердцем Лорда, как вам угодно это трактовать.

Гостья всхлипнула, глядя на пульсирующий камень:

– Как это снять?! Скажите! Я заплачу любую цену!

– Уже заплатили, – Леди Мор кивнула на кольцо. – Оно – и есть цена. Теперь кольцо будет гореть, пока вы не перестанете лгать, – поднявшись с хрустального трона, она шагнула ближе к ней. – Пока не признаетесь хотя бы себе в истине.

В зале повисла тяжёлая тишина, нарушаемая прерывистым дыханием женщины. Мария, всё ещё прятавшаяся в тени, невольно сжала кулаки.

– Но… есть же способ? – в отчаянии шептала гостья в пышной юбке голубого платья, опускаясь на колени. – Хоть какой‑то?

– Есть. Сказать правду.

– А если я откажусь? – в голосе её прорезалась злость. – Или просто отрежу палец?!

– Попробуйте, – Леди Мор беспечно отмахнулась. – Ваше право.

Камень на пальце гостьи пульсировал, отбрасывая багровые блики на полупрозрачный пол.

– Помните только, что магия прижилась в вас, а кольцо – лишь инструмент, – тихо подсказала Мор. – Покиньте Зеркальный зал, леди Элизабет.

– Но госпожа Мор! Вы обязаны… Вы…

– Я сказала: «Прощайте»!

Мор, отвернувшись, направилась в сторону арки, у которой пряталась Мари. Краем глаза она следила, как силуэт красивой женщины растворялся в бликах хрустальных граней. Только теперь и леди Элизабет, и Мария заметили: стены зала не просто отражали свет – они хранили отражения прошлых просителей. Они шептались, протягивали руки, пытались что‑то сказать, но голоса их тонули в безмолвии.

Леди Элизабет топнула ногой от отчаяния и выбежала.

– Теперь нужно разобраться с тобой.