Текст книги "Сказ о снегах (СИ)"
Автор книги: Ксения Лисица
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 13 страниц)
Глава 13. Гнилой лес
Ружена с Кривом заговорили одновременно.
– Венцеслав! Где остальные?
– Что у тебя на голове?
– Вы его знаете? – С подозрением спросила Янтарина, принюхавшись. – Выглядит как один из нас, но пахнет как человек.
– Он человек, – развеяла её сомнения Ружена.
Потом повернулась к Венцеславу.
– Что за рога у тебя на голове?
Тот обиженно пожал плечами.
– Просто рога. И вообще, разве вы не должны обрадоваться тому, что я жив и спросить всё ли в порядке? А вас волнует только что с остальными, да эти рога. Чёрная неблагодарность после всего, что я для вас…
– Так ты знаешь, что случилось с Горецветом и Милоликой? – Перебил его Крив.
Княжич преувеличенно тяжело вздохнул.
– Знаю. Их поймала нечисть, но они в порядке. Пока что.
Подождав, когда Крив и Ружена проникнутся его словами, он продолжил.
– Я сюда и пробрался для того, чтобы их спасти. Пришлось притвориться нечистью и заслужить место в Тисовом тереме. При этом избегая встреч с Мраком. Это, знаете ли, было чертовски сложно.
– И у тебя получилось? – Недоверчиво спросила Янтарина. – Так быстро?
Венцеслав усмехнулся.
– Как оказалось, я прирождённая нечисть.
– Вот уж в чём никто не сомневался, – пробормотал Крив.
– И всё-таки, – снова спросила Ружена, – откуда рога?
Княжич поднял руку и стянул с себя рога. Она увидела, что вместе их скрепляла и позволяла держаться на голове тонкая верёвка, которая в буйстве каштановых локонов была практически незаметна.
– Ещё в самом начале убил какого-то рогатого, на которого мы налетели. Подумал, что это отличная маскировка.
– То есть, ты убил одного из нас, отрезал ему рога и надел себе на голову? – Протянул Аспид. – А люди нас называют жестокими.
Венцеслав пожал плечами.
– Но сработало же.
– Ты знаешь, где держат Горецвета и Милолику? – Спросила Ружена.
Княжич кивнул.
– Знаю, я как раз шёл туда. Сегодня мне, наконец, доверили их охранять.
Ружена ожидала, что они спустятся вниз, обратно в ходы под теремом или какое-нибудь подземелье. Где же ещё держать узников, если не в холодной тёмной клетке, за толстой решёткой? Но Венцеслав повёл их наверх.
Они шли длинными коридорами, извивающимся, как змеи. Янтарина сказала, что поражена тем, как хорошо княжич изучил Тисовый терем. Тот в ответ только хмыкнул.
Ружена чуть не застонала, увидев очередную винтовую лестницу. Здесь такие, похоже, любили. Раньше ей не приходилось ходить по ним, а теперь с каждым разом она ненавидела их всё больше и больше. Кто в здравом уме поставит такую в своём доме? Голова вечно кружится, так можно и свалиться с неё. Может, и насмерть.
Наверху их ждала маленькая круглая площадка всего с одной дверью. На уровне глаз в ней было окошко, сейчас закрытое деревянной заслонкой. Ружена с опаской огляделась.
– Ты должен сторожить их один? – Спросила она у Венцеслава.
Он кивнул.
– Насколько я понял, Мрак любит, когда терем почти пуст и полностью в его распоряжении. Странно, учитывая его размеры. Терема, не Мрака. Даже мне здесь неуютно. Но зато это нам на руку – нечисти здесь почти нет.
Янтарина возмущённо тявкнула: звук получился точь в точь лисий.
– Он просто слишком самоуверен! Думает, что здесь он в безопасности. Подкупил всех и радуется.
– А разве это не так? – Резко возразил Аспид. – Он действительно всех подкупил. Или превратил в безмозглых животных и отправил в Явь. Мы единственные избежали этой участи и я даже знать не хочу почему.
Янтарина тут же растеряла всю свою живость и тихо вздохнула.
– Думаю, Морена попросила Его за нас… Уж не знаю, как она Его уговорила. Я имею в вид, Он ведь понимал, что оставлять нас опасно. Если будет возможность, мы поможем Его врагам.
– Зато теперь я понимаю, почему Мрак вдруг вызвал нас к себе и даже дал работу, – заметил Аспид, бросив взгляд на Ружену, – чтобы приглядывать за нами и не дать встретить вас.
Крив кивнул.
– Да, вряд ли он думал, что мы заявимся в Навь.
Ружена невольно вспомнила, как Горецвет отговаривал их. Может, он был прав, но всё-таки они узнали то, что им было необходимо. И встретили Янтарину с Аспидом.
– Ты можешь открыть дверь? – Спросила она у Венцеслава.
Княжич кивнул.
– Да, мне отдали ключи.
Только сейчас Ружена заметила, что в двери аж три замочные скважины. Венцеслав снял с пояса кольцо с громоздкими, тяжёлыми на вид ключами и по очереди отпер все замки. Иногда тихо ругаясь под нос, когда ключ не хотел поворачиваться.
– Готово.
Дверь с тихим щелчком открылась, и Ружена, игнорируя предупреждающее шипение Янтарины и попытку Крива отодвинуть её и войти первым, шагнула вперёд. Только сейчас, когда он снова был так близко, она поняла, как переживала за Горецвета. Его Ружена встретила первым, и он был ей симпатичен – неудивительно, что она привязалась к Горецвету больше всего.
Но камера была пуста.
Ружена повернулась было к Венцеславу, чтобы потребовать объяснений и тут у неё за спиной раздалось:
– Это вы! Вы нас напугали.
На секунду назад пустующем месте стоял Горецвет. За ним пряталась Милолика, с опаской косясь на Янтарину и Аспида.
Гусляр обвёл их всех взглядом и улыбнулся.
– Я рад, что вы все в порядке. А это кто? – Он смотрел на нечисть больше с интересом, чем с подозрением.
Ружена представила их и объяснила, как они встретились.
– Вы пойдёте с нами?
Горецвет задал вопрос, который волновал и Ружену, но она решила повременить с ним, пока все не будут в сборе и не настанет момент покидать Навь. Момент настал.
Аспид с Янтариной переглянулись. Между ними произошёл молчаливый разговор, которые часто можно наблюдать у людей, знающих друг друга слишком хорошо. Старые друзья и супруги, прожившие вместе много лет, так же могли общаться без слов: Ружена была свидетельницей таких разговоров в Большом Ручье.
– Идём, – кивнула Янтарина. – Здесь нам не только опасно оставаться, да и в этом нет никакого смысла.
– Может быть, для этого Морена и добилась того, чтобы нам оставили жизнь, – тихо добавил Аспид, – знала, что в будущем кому-то вроде вас может понадобиться наша помощь.
Не теряя времени, они поспешили прочь из Тисового терема. И, только когда они снова оказались в Малом сосновом лесу, Крив спросил:
– Так как всё-таки вы с Милоликой умудрились стать невидимыми?
Ружене тоже было интересно, но всё её внимание уходило на то, чтобы вглядываться и прислушиваться, чтобы вовремя заметить погоню. Так что разговоры она предоставила другим.
Горецвет устало улыбнулся.
– Я обнаружил, что силы, которые мне достались, годятся не только на то, чтобы видеть вещие сны. В Нави ведь нельзя спать. Ты не устаёшь и как ни старайся не уснёшь. Я пытался. Признаюсь, без возможности получить видения я чувствую себя чертовски неуверенно. Зато я научился создавать иллюзии. Чисто случайно. Впервые это получилось от страха.
Милолика кивнула.
– Представьте наше удивление, когда нечисть, только что нас преследующая и едва не схватившая, вдруг остановилась как вкопанная в двух шагах! А потом пришла Алконост и они пытались доказать ей, что мы просто растворились в воздухе.
– Но вас всё-таки поймали, – заметил Венцеслав.
Горецвет кивнул. Похоже, сил на то, чтобы злиться, у него не осталось.
– Я до сих пор не очень понимаю, как это работает. Так что получается один раз из трёх.
– И Алконост вас не заметила? – Удивилась Янтарина. – Тогда твои иллюзии не так плохи, как ты думаешь.
– К слову об Алконост…
Крив рассказал остальным о разговоре в светлице, свидетелями которого они стали. Венцеслав просиял.
– Вот и решение! Хорошо, что мы отправились в Навь. Давайте выкрадем этот договор, как только его составят, и отправимся прямиком к Грому!
Аспид покачал головой.
– Во-первых, составление договора дело небыстрое. Мрак наверняка будет изо всех сил стараться выбить как можно более выгодные для себя условия. А Алконост терпеливая. Она даст ему перебеситься. Нам ни за что не удастся скрываться здесь всё это время. Нужно идти в Явь…
– Во-вторых, – перебила его Янтарина, – не слишком ли вы самоуверенные? Да Мрак скорее уничтожит всю Навь со слугами и душами, чем позволит вам так легко разрушить его планы!
– Они правы, – заметил Горецвет, – но дело не только в этом. Нам всё ещё нужно найти последнего человека, наделённого силами и вернуть тебе, Ружена, Ледяной Дождь.
Милолика наморщила лоб.
– Ледяной Дождь?
– Это серп Морены, который выковал для неё Огнебог, – пояснил Крив, – полагаю, с ним Ружена и правда станет сильнее.
Ружена кивнула.
– Хватит с нас пока Нави, надо возвращаться.
Венцеслав повернулся к Янтарине и Аспиду.
– Можно покинуть Навь по другому пути, не через Смородину?
Янтарина фыркнула.
– Как раз через Смородину вы уйти и не сможете – это путь в один конец. У Мрака и приближённых к нему тоже есть своя дорога, прямо из Тисового терема. А простые бессмертные, вроде ваших покорных слуг, пользуются тропой через Гнилой лес.
Ружену затошнило от одного только названия. Она сразу вспомнила Ведьмин Нос, мужчину с гнилью вместо крови и урожай, который им пришлось сжечь в Лисьих Холмах.
Судя по тому, как притихли остальные, они вспоминали о том же. Даже Венцеслав выглядел мрачным.
– Да бросьте! – Неверно истолковала их молчание Янтарина. – Здесь недалеко и он совсем не такой мерзкий, как может показаться из названия.
Аспид фыркнул.
– Ладно, – исправилась она, – он мерзкий, но неопасный.
То, что Гнилой лес находится недалеко, оказалось некоторым преувеличением. Им пришлось вернуться в Большой сосновый лес и обойти приличный его кусок, прежде чем обстановка вокруг начала меняться, и Ружена почувствовала знакомый сладковатый запах.
Земля под ногами стала влажной, и сложно было убедить себя, что это просто вода – Ружена знала, что это не так. Влажность давала о себе знать и в воздухе: дышать стало тяжелее, тело покрылось мерзкой плёнкой липкого пота.
Слева что-то забулькало, но Ружена решила не поворачивать голову. Судя по полному отвращения вскрику Милолики и вздоху Горецвета, она поступила правильно.
– Ну и мерзость, – пробормотал Венцеслав.
От сладкого запаха гнили у Ружены закружилась голова. Она не сразу услышала шаги.
– Ой, а кто это у нас тут? – Протянул мурлыкающий голос.
– Ч-чёрт! – Выдохнула Янтарина, явно прикидывая, нельзя ли быстренько отсюда смыться.
Но нечисть окружила их со всех сторон.
Ружена обернулась и посмотрела прямо в жёлтые глаза мужчины с чёрными кошачьими ушами. Он плотоядно ей улыбнулся.
– Далеко собрались?
– Чем дальше от тебя, тем лучше, – пробормотала себе под нос Янтарина, но услышали это все.
Тот, всё с той же жуткой улыбкой, наклонил голову на бок, словно удивлённый грубостью Янтарины. И махнул рукой, подавая знак остальной нечисти.
За секунду лес превратился в поле битвы.
Ружена порадовалась тому, как легко и быстро откликаются её силы. Теперь ей и в самом деле призвать их было так же легко, как сделать вдох. Рядом взвился в небо огонь Крива, а Венцеслав достал из ножен Хладный Клинок. Горецвета и Милолику она не увидела, должно быть, те снова скрылись за иллюзией. Хорошо. Помочь им они всё равно не могли, и Ружена была рада, что те в относительной безопасности.
Магия отозвалась, забурлила в венах, холодя кровь. С кончиков пальцев Ружены сорвались ветра и снега, накинулись на нечисть, закрутили её в воронках ураганов, замели сугробами снега, вонзились иглами льда. Она вдруг почувствовала такую лёгкость, что засмеялась. Но резко остановилась, поймав взволнованный взгляд Крива.
Нечисти уже практически не осталось, а их желтоглазый предводитель бежал одним из первых. Венцеслав добивал последних: его глаза сияли, а на губах змеилась улыбка. Ружене стало жутко. Неужели и она так выглядела?
– Ого, – услышала она голос Горецвета, – а ты стала намного сильнее.
Они с Милоликой вышли из-за деревьев. Венцеслав вытирал меч о траву, Янтарина слизывала кровь с длинных когтей, а Аспид брезгливо отряхивал одежду. Крив смотрел в ту сторону, где скрылись их противники.
– Не слишком ли легко они сдались?
Янтарина фыркнула и дёрнула ухом, словно отгоняя назойливое насекомое.
– Да не, это всё Борис. Он приходится родственником Баюну, которого боги выбрали охранять Древо Жизни. И жутко задирает нос! Хотя сам и когтя на его руке не стоит! Прибежал сюда выслужиться, как собачка! Только не ожидал, что мы ему не по зубам, – довольно заключила она.
Ружена обвела взглядом место битвы. Многие деревья оказались порезаны, поломаны и повалены и теперь она могла видит гниль, которая текла у них внутри. Она медленно сочилась из их ран и тяжёлыми каплями падала на землю. Ружена отвела взгляд.
Глава 14. Руины
Ружена не сразу поняла, что Навь осталась позади. Гнилые деревья всё ещё возвышались над ними, и сладковатый запах витал в воздухе. На несколько минут всё вокруг окутала дымка, а затем рассеялась. Им пришлось пройти ещё минут десять, прежде чем Ружена заметила изменения.
Звери и птицы избегали этого леса, а вот многие насекомые им не брезговали. Ружена видела мошкару, комаров, мух, улиток, слизней и червей. Печально было осознавать, что подобное место, гниющий лес, находится в Яви.
– Всё, – вдруг остановившись, сказала Янтарина, – дальше в таком виде мы идти не можем. Подождите-ка секунду.
И вот на том месте, где только что стояли она и Аспид, появились уже знакомые Ружене лиса и змея. Змея обвилась вокруг лисы и довольно положила голову на рыжую макушку. Янтарина раздражённо дёрнула ухом, но попыток сбросить друга не делала. Ружена улыбнулась. Такими они, честно говоря, нравились ей больше.
Милолика посмотрела по сторонам и поморщилась.
– Как долго нам ещё здесь находиться, как думаете? – Неуверенно спросила она. – Место жуткое и этот запах... У меня от него болит голова.
Венцеслав ногой откинул со своего пути ветку. Получилось это у него неожиданно изящно.
– Судя по донесениям, которые получал мой отец, Гнилой лес небольшой и находится ровно посередине между Болотищем и Руинами, на Западном побережье. Скоро мы должны из него выйти.
– А что нам делать с богами? – Задумчиво спросил Крив. – В Нави они нас не трогали, это не их территория. Но теперь мы снова в Яви и защитные знаки больше не работают...
– Я нарисую новый, – перебил его Венцеслав, – сильнее. Правда, теперь надолго их не хватит, но день или два они должны нам выгадать.
– Как только выйдем из этого леса, хорошо? – Сказала Ружена. – Не хотелось бы тут останавливаться.
Это была опасная просьба, но она видела, что все с ней согласны. Гнилой лес пугал и вызывал отвращение, не говоря уже о том, что от сладкого запаха голова разболелась не только у Милолики. У самой Ружены ломило виски, и она видела, как морщится Венцеслав, массируя лоб.
Но вот запах начал ослабевать, а среди гнилых деревьев появлялись ещё нетронутые гнилью. Несмотря на внезапно навалившуюся усталость и голод, которых они не чувствовали в Нави, все как по команде прибавили шагу. И были вознаграждены свежим воздухом и прекрасным пейзажем.
Они стояли на холмах, где заканчивался лес, а внизу лежала долина, полная ручьёв и дубовых рощиц. Чуть вдалеке текла река.
Впрочем, Ружена недолго наслаждалась видом. В реальность её вернул голос Крива.
– Все эти ручьи наверняка уже отравлены гнилью… Остаётся только надеяться, что река ещё нет.
Прежде, чем кто-то успел ему ответить, Горецвет покачнулся и полетел бы вниз с холма, если бы не быстрая реакция Венцеслава, успевшего его поймать.
– Что такое? – Взволнованно спросила Ружена, когда княжич уложил гусляра на траву.
– Не знаю, – нахмурился Венцеслав, – он без сознания. Милолика?
Девушка кивнула.
– Я посмотрю.
Но стоило ей опуститься на колени рядом с Горецветом, и тот открыл глаза.
– Я в порядке, – попытался улыбнуться он, глядя на склоненные над ним обеспокоенные лица, – просто видениям надоело ждать.
– У тебя было видение? – Крив помог ему подняться. – О чём?
– Нам нужно идти к Руинам. Там мы сможем найти Ледяной Дождь для Ружены. Но кто-то его охраняет, кто-то могущественный… я, к сожалению, так и не понял кто именно.
– Руины не так далеко отсюда, – заметил Венцеслав, поворачиваясь к реке. – Пройдём мимо неё, дальше по дубовым лесам чуть более полсуток пути.
– Значит, идём туда, – подвела итог Ружена, – но сначала защитные знаки.
Княжич снова нарисовал их, изменённые, в основании шеи каждого и ещё добавил какие-то маленькие знаки на лопатки и вдоль позвоночника. Времени это заняло намного больше, чем в прошлый раз, но работой он остался доволен.
– Ну вот, – довольно сказал он, закончив, – это должно помочь нам остаться невидимыми ещё ненадолго.
Ружене опять пришлось рисовать знаки на Венцеславе, и она искренне надеялась, что справилась неплохо.
Теперь, когда они снова оказались невидимы для божественных глаз, пусть и ненадолго, нужно было позаботиться и о глазах человеческих. Их компания, заодно с лисой и змеёй, могла привлечь ненужное внимание. Вполне возможно, что кого-то из них опознали после происшествий в деревне, где они сожгли посевы, и в Болотище. Уж Венцеслава-то точно должны были узнать.
Поэтому решено было держаться подальше от людей и, по возможности, еду и всё необходимое добывать своими силами, а ночевать под открытым небом. Может быть, они преувеличивали опасность, но Ружена считала, что в их случае лучше уж перебдеть, чем недобдеть.
До реки они добрались без приключений. Ружене было не по себе на открытой местности и хотелось как можно скорее оказаться под привычным, словно обещающим защиту пологом леса. Но спокойствие, которое она ощущала в тени дубов, было обманчиво. Не от чего они не могли её защитить.
Они отыскали какую-то узкую тропу, которая вела в нужную сторону и пошли по ней. Час проходил за часом и когда впереди вдруг зазвучали голоса, Ружена вздрогнула. Она-то уже начала надеяться, что никто по дороге им не попадётся, и они потихоньку доберутся до Руин незамеченными. После всего, что им пришлось пережить, боги могли бы и сжалиться над ними… Ружена тихо рассмеялась себе под нос, поймав себя на этой мысли. Боги были их врагами.
Но, к счастью, в чаще их поджидали не боги, а обычные люди. И они даже не заметили чужого вторжения. Решено было подобраться поближе и послушать их разговоры, но на глаза не попадаться. Ружена вместе с Горецветом замерла в кустах. Она чувствовала, как по ноге ползёт какое-то насекомое, а травинки щекочут подбородок, но лежала не шевелясь.
На небольшой поляне теснилось человек пятнадцать. Разводили костёр. Чуть вдалеке, под деревьями, Ружена увидела две телеги и распряжённых лошадей, утоляющих жажду из притащенных ребятишками вёдер с водой.
Костёр разгорелся, люди собрались вокруг него и, как это неизбежно бывает, потекли застольные разговоры. Хотя, скорее, предзастольные, потому что еда только готовилась: совместными усилиями двух старых мужчин и пожилой женщины, которая больше руководила ими, чем действительно готовила.
– И с чего вы вообще уверены, что в этой еде гнили нет? – Мрачно спросил рыжебородый великан. – В прошлый раз двое померли.
– В прошлый раз мы были слишком близко к Гнилому лесу, – возразила молодая женщина с такой светлой косой, что волосы в свете солнца казались белыми.
– Прекратил бы ты ныть, Рыжий, – бросила ему женщина, следившая за готовкой, – как ребёнок, в самом деле! Если будет такова воля богов, то ты и самой здоровой едой на свете отравишься.
Рыжий насупился и замолчал, лицо его приняло обиженное выражение, которое действительно предало ему сходства с огромным бородатым ребёнком.
– Не все с таким спокойствием готовы встретить смерть, как вы, матушка, – заметил черноволосый мужчина, в голосе сквозили шутливые нотки.
Несмотря на то, что сказанное звучало зловеще, все сидящие вокруг костра, кроме Рыжего, заулыбались.
Женщина фыркнула, но без раздражения.
– Не понимаю, как вы можете быть так спокойны, – вздохнул юноша, очень похожий на черноволосого мужчину; Ружена решила, что это его младший брат. – Этот чёртов лес разрастается с невероятной скоростью! Нам пришлось бросить свои дома, свои вещи… Добрая треть деревенских умерли из-за отравленной пищи!
– Всем это известно, Див, – жёстко оборвала его мать. – И ты никому не делаешь лучше, повторяя эти ужасные вещи. Хочешь, чтобы мы впали в панику, стенали и рвали на себе волосы? Погоди, для этого ещё будет время. А пока нужно найти безопасное место.
Девушка со светлой косой подняла голову.
– А есть ли оно, безопасное место, тётушка?
Все молчали.
Ружена сделала Горецвету знак уходить и сама задом поползла прочь. Убедившись, что услышать её больше не смогут, она встала и дождалась, пока соберутся остальные. Первыми, конечно же, оказались Янтарина и Аспид: им в обличие животных передвигаться было проще. Следом появился Горецвет, за ним Крив и Венцеслав, который помог подняться приползшей последней Милолике.
Когда все снова твёрдо стояли на ногах, Ружена сказала:
– Нам нужно скорее идти к Руинам. Гнилой лес, если его так оставить, разделит Дубравное надвое и обе его части уничтожит.
– Если бы только Гром об этом знал, – вздохнула Милолика.
Заночевать пришлось в лесу, но они встали с первыми лучами солнца и к полудню уже дошли до Руин, расположившихся на берегу океана. Впереди дубы редели, и можно было рассмотреть очертания давно покинутого города. Ещё дальше, на самом краю утёса, обдуваемая всеми ветрами, стояла полуразрушенная башня.
Они замерли на границе леса: Янтарина бегущая первой, издала неожиданно хриплый лисий крик и остановилась. Но, как Ружена ни вглядывалась, не увидела того, что её насторожило. Впрочем, и нечисть и боги отлично умели скрываться. А догадаться, куда они отправятся, было совсем не трудно: чтобы стать сильнее и вернуть себе ещё одну часть магии Морены, Ружене нужен Ледяной Дождь.
– И что нам делать? – С лёгким раздражением в голосе спросил Венцеслав. – Торчать тут до ночи и надеяться, что, кто бы там ни был, ему надоест ждать и он уйдёт?
Ружена вздохнула. Конечно же, так они поступить не могли.
– Горецвет, Милолика, вам лучше остаться здесь… – Начала было она, но её тут же перебили.
– Нет уж, – сказал гусляр, – я иду с тобой. Мои иллюзии могут пригодиться.
Видя решимость (с львиной долей упрямства) на его лице, сияющую в его глазах, Ружена не стала напоминать Горецвету, что не всегда его иллюзии работают, а просто кивнула. И перевела взгляд на Милолику. В мыслях появились сомнения: не опаснее ли оставить её тут одну, чем брать с собой? Ружена-то думала, что она будет вместе с Горецветом, под защитой иллюзий. Увидев её колебания, Милолика быстро сказала:
– Я тоже пойду! Я знаю, что это опасно, и буду осторожна, – продолжила она, – буду прятаться где-нибудь в стороне. Но мне нужно вас видеть и, если вдруг что, вовремя вылечить.
Ружена вздохнула, признавая поражение.
– Хорошо, пойдём все вместе, но сначала… – Она нашла взглядом лисицу и змею. – Янтарина, Аспид, вы можете осмотреть Руины и попытаться провести нас незамеченными?
Янтарина коротко тявкнула и скрылась в кустах. Аспид быстро пополз в другом направлении. Единственное, в чём никто из них не сомневался: кто-то должен их там ждать. Едва ли нечисть хочет, чтобы они забрали серп.
Янтарина и Аспид вернулись спустя почти час. Всё это время Ружена нервничала и с трудом подавляла порывы броситься на поиски. В мозгу бились, как птицы в клетке, навязчивые мысли: что если их поймали, что если им нужна помощь? Может быть, она зря тратит на сомнения драгоценные секунды. Видел же Горецвет в своём видении кого-то могущественного.
Но вот в сочно-зелёной траве мелькнули тёмная рыжая шкурка и белая чешуя. Янтарина метнулась к Ружене, потёрлась о её ноги и отбежала в сторону, призывно махая хвостом.
Они прошли вдоль кромки леса, потом вдоль ручья, чьё буйное течение заглушало звуки вокруг, и спустились в рощу. Среди деревьев сбоку мелькали разрушенные городские дома. Потом оврагом, пригибаясь, они прошли до следующего скопления деревьев. Затем, кустами, ещё до одного. Так, перебежками, стараясь не выходить на открытое место, они добрались до башни.
Почти добрались.
Они сидели под защитой огромных камней, укрытые их тенью. Милолике было решено остаться здесь: отсюда открывался прекрасный вид на остатки замка и башню, расположенную ниже по склону. Впрочем, Ружена надеялась, что её немедленные услуги во время боя не понадобятся.
А бой обещал быть жестоким.
Со своего места они видели хвост – огромный, покрытый тёмно-зелёной чешуёй, оканчивающийся чем-то наподобие плавника в форме наконечника стрелы. Хвост лежал спокойно, а из-за башни они почти не видели остальной части Горыныча – его, если верить легендам, выбрали охранять Ледяной Дождь. И, должно быть, именно его и видел Горецвет в своём видении. А Ружена надеялась, что это просто легенда! Вот она заметила кончик лапы, но и только. Понять, спит змей или бодрствует, было невозможно.
Кончик хвоста слегка дрогнул и Ружена напряглась. Краем глаза она заметила, как Венцеслав сжал рукоять меча, и впервые пожалела, что не может за что-нибудь так же ухватиться: магия нематериальна. Что ж, если всё пройдёт гладко, скоро у неё будет серп Морены.
Ружена обернулась к Горецвету.
– Можешь прикрыть нас иллюзией?
Тот медленно, сосредоточенно кивнул.
– Попробую.
Он глубоко вдохнул и слегка прикрыл глаза. И тут же поднял голову, спросив:
– Получается?
Сначала она не поняла, о чём Горецвет говорит. Но, оглянувшись, не увидела Венцеслава. И невольно улыбнулась про себя такому выбору первого «подопытного». Кивнула.
– Получается.
А потом вдруг Ружена снова увидела княжича и по тому, как скользнул по ней взгляд Милолики, поняла, что и её накрыло покрывалом иллюзии. Значит, они смогут видеть друг друга, а другие их – нет. Хорошо, так гораздо удобнее.
С замиранием сердца Ружена вышла из-за камня. Стоять на открытом пространстве, рядом с Горынычем, уже было страшно, а ей предстояло обойти башню и встретиться с ним лицом к лицу. Впрочем, если всё пойдёт по плану, то перед этим змею уже будет нанесён порядочный урон.
Необходимость полагаться на иллюзию Горецвета пугала Ружену. Хотелось бы ей безоговорочно верить в него, но воображение услужливо и очень настойчиво подкидывало ей картинки, где покров иллюзии спадал в самый неподходящий момент.
Ружена и Горецвет обходили башню с одной стороны, Крив и Венцеслав с другой. Если они неожиданно нападут все вместе, то, может быть, смогут сразу переломить ход битвы. Или, по крайней мере, у них будет немного времени, прежде чем змей поймет, что происходит и кто его противники.
Вот из-за башни появилась мощная лапа с огромными загнутыми когтями. Ружена поспешно отвела от неё взгляд, стараясь не думать о том, с какой лёгкостью эти когти могут разорвать человека на части.
Телом Горыныч больше всего походил на ящерицу-переростка. Ружена даже удивилась: она-то ожидала чего-то величественного и такого же мощного, как и лапы. А вот и три головы на длинных шеях. Выглядели они совершенно непропорционально остальному телу: шеи тонкие и длинные-длинные. На конце – как будто слишком большие для них плоские змеиные головы.
Змей спал, уютно свернувшись у входа в разрушенную башню. Иногда он дёргал задней лапой, словно собирался почесать за несуществующим ухом, и напоминал Ружене собаку. Даже жалко как-то его становилось.
Но вот одна из трёх голов приоткрыла пасть, и она увидела длинные, острые зубы, с которых что-то капало. Ружена надеялась, что это обычная слюна, а не какой-нибудь яд. В легендах говорилось, что змей может дышать огнём, но нигде не упоминалось, что он ядовит.
Ружена кивнула Горецвету, воззвала к своей магии и подала Венцеславу и Криву условный знак, о котором они договорились заранее. Они пришли сюда за серпом Морены и без него не уйдут.
Её магия взвилась в воздух и ринулась прямо к голове змея. Порыв ледяного ветра ударил в тупоносую морду. Боковым зрением Ружена заметила, как Крив и Венцеслав атаковали другие головы. Горыныч тут же проснулся, распахнул глаза, заревел, неожиданно тонким для такой громадины голосом, и принялся отфыркиваться. Но прийти в себя ему не дали новые удары.
Венцеслав атаковал правую морду, которая отчаянно моталась на длинной шее в попытке то ли сбежать, то ли увернуться. Ружена обрушивала на левую ледяной ветер и острый лёд. Легче всего приходилось средней голове. Крив и Горыныч оба несли в себе огненную магию и огонь кузнеца почти не обжигал змея, только слепил глаза и мешал.
Благодаря иллюзии Горецвета, Горыныч не видел нападающих. Головы крутились в разные стороны, с недоумением и раздражением разглядывая пустой двор разрушенного замка. Вот он, окончательно разъярённый, вскочил на лапы. Хвост змея распрямился, как пружина, и Ружена поняла, что он куда длиннее, чем она думала. И очень быстрый.
Это была её последняя мысль перед тем, как стремительный удар сбил её с ног. Горыныч махал хвостом во все стороны и краем глаза Ружена заметила, что тот сбил и Крива. У Венцеслава получилось увернуться. А Горецвет?
Ружена с трудом перевернулась на бок и поморщилась от ноющей боли, охватившей всю правую сторону. Оперевшись на руки, она всё-таки поднялась и тут же снова бросилась на землю: над ней просвистел конец горынычева хвоста.
Ружена отползла под сомнительную защиту почти до основания разрушенного куска стены, и выглянула из-за него. Венцеслав не сдавал позиций, а Крив уже снова вступил в бой. Послав им на подмогу несколько порывов режущего ветра и залп ледяных кристаллов, Ружена заметила, что Горыныч бьёт куда прицельнее и смотрит прямо на них. Иллюзия разрушена.
Она поспешно отыскала взглядом Горецвета и ахнула. Ему повезло куда меньше, чем ей или Криву: головой гусляр ударился об один из древних камней и теперь силился встать, утирая рукой кровь, обильно струившуюся на лицо из раны на лбу и заливающую глаза. Из-за больших камней к нему уже бежала Милолика, с беспокойством поглядывая на Горыныча. Поколебавшись, Ружена решила оставить гусляра на неё, а сама поспешила на помощь к Венцеславу и Криву.
Хвост змея в сочетании с руинами вокруг, оказался по-настоящему опасным оружием. Увернуться от него было тяжело, только у Венцеслава, искусного воина, это получалось. А шанс удариться о какой-нибудь камень, раньше бывший частью стены или колодца, был велик.
Теперь, видя их, Горыныч стал не только увереннее уворачиваться от атак, но и сам бил куда прицельнее. Им, наоборот, увернуться, особенно от его огненного дыхания, стало куда сложнее. Ружена и Крив хотя бы могли атаковать издалека, а вот Венцеславу приходилось туго. Впрочем, хоть сколько-нибудь обеспокоенным или сосредоточенным он не выглядел: на лице княжича сияла улыбка. Ружена подумала, что он слишком сильно наслаждается этой битвой.
