Текст книги "Покер на раздевание (СИ)"
Автор книги: Кристина Кальчук
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 10 страниц)
Легче не стало. Тревога, что директор решит вмешаться в это сомнительное дело, не отпускала.
По-моему, пора было что-то делать. Как минимум, обратиться к адвокатам. За клевету по головке не погладят. Поговорить с моим лечащим врачом, кто и когда распространял слухи! И, ну держись, Римма, я тебе устрою!
– Ну да, а если учесть, какие высокие у нее отношения с её ментом! Слушай, – затаила дыхание подруга, – А что, если тебе поговорить с Авдеевым?! Правда, я уверена, он не знает о выходках жены! Тем более, он явно неровно к тебе дышит!
– Неровно дышит, говоришь?! – распалилась я не на шутку.
– Ну, это видно…
– Значит, слушай сюда, Авдеев мой! Я его соблазню, и это будет моя месть Римме!
Глава 5
Мне хотелось быть кошкой. Так, чтобы иметь минимум семь жизней. Быть такой же независимой и местами равнодушной. Кошек невозможно заставить подчиняться и выполнять команды. Гуляющие сами по себе, они делают только то, чего сами хотят. Своенравие – не минус усатых-полосатых, более того, я могла бы сказать, что многим по вкусу их независимый характер. Грациозность, изящество и мягкая походка «маленького тигра» – это то, что делало нас женственными и соблазнительными.
Не зря красивую эффектную женщину иногда сравнивали с кошкой. Несмотря на свое свободолюбие, кошка способна искренне привязаться к человеку. Тем ценнее оказывалась ее любовь.
Хотя сейчас не про любовь, скорее, про соблазн. Главный вопрос заключался в том, как соблазнить чужого мужа. Как сделать так, чтобы он был от тебя без ума? Что придумать, чтобы именно он стал твоей жертвой, а не наоборот? Чем удержать? Достаточно ли грациозности тигрицы и мягкости кошечки? И вообще, какой фрукт этот Авдеев? Вполне возможно, мне еще предстояло пожалеть, что связалась с ним. Ведь он вполне подходил под тот тип мужчины, который способен разбить сердце.
Время летело со скоростью песчинок, подхваченных бурей пустыни. Уносилось вдаль и рассыпалось на миллионы частиц. И я чувствовала себя той самой песчинкой, которую ветер занес куда-то далеко.
Бегая из одного учреждение в другое, пыталась добиться справедливости. И понимала, что не могу ухватить тот конец, за который Римма, взявшись однажды, ловко раскручивала некрасивую историю. И, главное, ей здорово удавалось украсить это всевозможными правдами и неправдами.
С директором школы я тоже успела поговорить, предварительно проконсультировавшись с адвокатом. У меня получилось нарыть компромат на мужчину. Вышло это случайно. Зато разговор с самим директором после этого заладился на славу.
Выскочив из здания школы, я неслась на всех порах к машине. Меня переполняли смешанные чувства. И, если честно, увиденное ранее в кабинете директора, загоняло в тупик. Решилась позвонить Маруське.
– Марь! Я только что в школе была… – выдохнула в трубку, переведя дыхание.
– Ты чего, мать, с физруком норматив сдавала? – пошутила подруга.
– Хуже!
– Ой, только не говори, что ты того… – запнулась она.
Сцепив покрепче зубы, я выдохнула, злясь и на себя, и на нее.
– Того! Что?! Марусь, и ты туда же?! Вообще-то я нормальный человек…
– Ну прости! – перебила она меня покорным голосом и быстро затараторила, не давая сказать ни слова:
– Прости дуру, ну, ляпнула, не подумав. Сначала пошутить вроде хотела. Не злись, ладно? – протянула жалобно.
Запрыгнув в машину, я нарушала все мыслимые и немыслимые правила. Зажав ухом мобильный, рванула с места, крутя головой направо и налево и пытаясь не выронить телефон.
– Я нашего директора застукала как раз с этой паскудой Риммой! – крикнула так, что телефон все же выпал.
Притормозив слегка, бросила взгляд на пол. Трубка лежала возле левой ноги. Помедлив еще чуть-чуть, быстро наклонилась и, когда уже поднималась, услышала и, конечно же, почувствовала несильный удар. От этого машина и остановилась.
– Черт! Черт! Черт!
– Эй, подруга, ты там цела?!
– Цела! Я наехала на зад… – выдохнула, осматривая через лобовое стекло ДТП. А точнее, зад машины, в которую въехала. Мне кранты! Зад иномарки аж светился своей новенькой покраской и моделью. Ни дать, ни взять: машина точно совсем недавно покинула просторы элитного автомобильного салона. Интересно, моя дешевенькая страховка способна была покрыть такие бешеные затраты?
– Милан! Ты случайно ребенка не переехала? – осторожно спросила подруга, затаив дыхание.
– Дура! Типун тебе на язык! Ребенка я, слава Богу, не переехала! – выкрикнула я и вздрогнула от неожиданно прозвучавшего над самым ухом голоса:
– А могли!
Замерла. Боялась повернуться и посмотреть в холодные голубые глаза. Тембр голоса, который царапал душу, мне было не перепутать ни с одним другим. Сглатывая сухим горлом, уже знала, кто навис над приспущенным стеклом и дышал мне буквально в шею.
Авдеев. Хлопнув раскрытыми ладонями по баранке, натянула на лицо самую приветливую улыбку и повернулась.
– Сюрприз, – попыталась пошутить.
– Да уж, – озадаченно осмотрел меня мужчина.
Показалось, или в его взгляде я заметила толику беспокойства, которая сменилась облегчением, как только он заметил, что боец не ранен?
В этот самый момент к нам поспешил тот, кто вполне мог меня ранить. А именно, владелец той самой иномарки с невероятно красивым и новым задом! Битым задом!
Высокий молодой качок переступил с ноги на ногу, а во взгляде отчетливо читалось желание надрать мой зад. И речь шла совсем не о машине.
Понимая, что влипла, я бросила мимолетный взгляд на качка и вновь повернулась к Авдееву. Он меня сейчас, как ни странно, волновал больше, чем объект моих будущих проблем. На языке крутился самый настоящий, смертельно опасный смерч. Хотелось, как на духу, выдать всю правду о его жене. Совесть, а может, и не она – вполне возможно, моё самолюбие настаивало на том, что обязана раскрыть правду. В попытках что-то выдать я бурчала невнятные слова.
Показалось, что даже поперхнулась, так как сильно закашлялась. Из глаз брызнули слезы. А противный сухой кашель, напоминающий аллергию, все не хотел прекращаться.
Наугад нащупав дверную ручку, вывалилась наружу, жадно хватая воздух и пытаясь усмирить удушье.
– Милана, вам плохо? – крепкие руки сомкнулись на моих плечах.
Авдеев пытался заглянуть в глаза, совершенно игнорируя мои попытки оттолкнуть его. Меньше всего хотелось выглядеть глупой. Меня ужасно волновала собственная физиономия. Страшно было представить, какая я красотка сейчас. Мысли о Римме ушли на второй план.
– Милана…
– Момент, – прохрипела я, и как раз в эту минуту голос подал тот самый качок. Что, собственно, и привело меня в норму. Наглость и повышенный тон тотчас выбили глупые мысли, а кашель, что душил, как рукой сняло.
– Ты че, тела, ослепла?! Какого хрена ты мне в зад заехала?!
– Помягче, – голос Игоря не предвещал ничего хорошего.
– Слышь, ты вообще откуда свалился, защитник?! Баба что ли твоя?! Так, может, объяснишь, где педаль тормоза, или она только для одного годная?!
– Рот закрыл, – в нос качка уперлось удостоверение, – сейчас будем оформлять, что ты назад подавал, не глядя в зеркало. Я свидетель.
– Э-э-э-э, гражданин начальник…. Да ты че, серьезно?! Эта ду… – запнулся он, – красавица ваша дистанцию держать не умеет! И тормоз тоже не умеет…
Авдеев зло зыркнул еще несколько раз на качка, и тот стушевался. Правильно оценил ситуацию. Осмотрел зад машины, уныло почесав затылок, и, развернувшись, выдавил:
– Прошу прощения, хм, в зеркало не посмотрел… – и, не дожидаясь ответа, двинулся прочь.
Я стояла, как пришибленная, вытаращив глаза. Вот это да! Мужлан превратился в паиньку, как только понюхал корочку. Так интересно, походу, Авдеев – не последний авторитет!
– Стой, – окликнул предмет моего дикого интереса. Запустив руку во внутренний карман, он выудил купюры и сунул качку, – Здесь больше чем достаточно, чтобы возместить нанесенный ущерб.
Качок словно не знал как поступить. Но, видимо, жадность все же взяла верх, и, выхватив деньги, он гордо удалился.
Я же себя чувствовала полной дурой. Как вообще мне в последнее время удавалось рядом с этим мужчиной вляпываться в такие дурацкие истории?
– Не стоило вам беспокоиться, – пробормотала, сама не зная почему раздражаясь.
С одной стороны было лестно, а с другой – обидно, что он не мой. Что привилегия быть защищенной каждый божий день этим мужчиной – не моя! Не моя, черт возьми!
– Милана, – протянул он, словно пробуя на вкус, – Такое имя красивое…
От удивления я открыла рот и тотчас захлопнула от его следующих слов:
– Может, пора нам перейти на «ты»?
— Товарищ Майор, – голос Михайлова сопровождался поспешными шагами позади меня.
– Чего тебе, лейтенант? – неохотно остановился. Почесал затылок и развернулся к спешащему навстречу мужчине.
Дело о наезде на женщину, которую действительно убили, приложив хорошенько битой, почти закрыли. Осталось прикрепить справки отчета судмедэксперта – и в архив.
Неделя была насыщенной и некстати тяжёлой. Порой хотелось, как волк, выть на луну. В постели последнее время стало холодно, утром за завтраком – пусто, вечерами – скучно и едва терпимо. Римма, кажется, испытывала меня на прочность не только своим безразличием к нашей семье, но всем остальным. Иногда думал, что не выдержу и так же огрею её битой, как это сделал муж той самой пострадавшей, документы которой скоро должны были перекочевать в архив. Мужика арестовали и передали дело в суд. Наказание ожидало по справедливости.
– Вот, – протянул лейтенант белый пухлый конверт, – просили передать из рук в руки.
– Кто просил? – включил я мента, рассматривая запечатанный конверт. Не любил сюрпризы. Еще больше преподнесенные тайно.
– Так курьер ошивался тут, все вас выспрашивал. Отдал только потому, что я сказал, что напарник, а так бы….
Он махнул рукой, словно доказывая некомпетентность и безалаберность курьера, и, кивнув на конверт, поинтересовался:
– Что там?
Я почти опешил от такой наглости. Но это почти, кажется, лейтенант попутал рамки и сам того не понял. Вскинув насмешливо брови, просто развернулся и двинулся на выход. Конверт запихнул во внутреннюю часть кожанки. Он противно обтягивал карман и словно обжигал грудь сквозь слои ткани. Я знал, что это, и не торопился вскрывать.
Запрыгнув в машину, достал мобильный и залез в приложение «Найди свой айфон». Оно позволяло обнаруживать любой второй телефон с введенными данными. Данными на поиск стал с некоторых пор аппарат Риммы. Геолокация показывала местонахождения гаджета и моей жены.
Скривился и завел машину. Римма находилась в школе. Зачастила она туда, однако, и это меня больше всего и напрягало. Жену свою знал, как облупленную, и её шалости, кажется, зашли слишком далеко. Не понимал, для чего вообще с ней тягался, ясно же было на самом деле, что происходило, черт возьми!
Сам не заметил, как вырулил на проезжую часть перед школой. Когда понял, что творю и до чего довела меня жена, разозлился не на шутку. Готов был ударить по газам, срываясь с места, и укатить, куда подальше в поисках забвения.
Но не успел поддаться безумному порыву, как неожиданно на глаза попалась та, что в последнее время не выходила из головы. Милана. Прекрасная блондинка с зелёными глазами, длинными ногами и офигенной попкой. Вот оно – моё забвение. Озадачило её лицо, а точнее пришедший в голову вопрос: что именно так сильно озадачило саму блондинку? Она кусала свою пухлую губу и так усердно о чем-то думала, что я не удержался и покатил следом за ней. Медленно подстраиваясь сзади.
Она даже не заметила моего присутствия. И это, как ни странно, насторожило и придало любопытства. Успел позабыть и про конверт, и про реальное нахождение моей супруги.
Когда понял, что блондинка тормозить не собирается, выругался себе под нос, почти потирая от довольства руки. Вот не зря проказница-судьба меня привела к школе. Не зря. Растерянное и такое красивое лицо Миланы радовало глаз.
– Перейти на ты?.. – переспросила она и почему-то посмотрела в спину удаляющегося качка. Словно не верила в свое счастье, конечно же, в моем обличье!
– Да, Милана, все правильно.
Её имя в моих устах было словно потоки меда. Я пробовал его на вкус. Наслаждался и мечтал вкусить еще и вкус ее искусанных припухших губ.
В глазах женщины промелькнула легкая паника и искры удовольствия. Да, ей нравилось моё присутствие, она так же, как и я, слегка терялась и волновалась. А меня, кажется, больше не волновали ни чертов конверт, ни Римма. Думал только об одном – и это бесило и в то же время приносило удовольствие. Сцепив крепче зубы, я ждал её ответа.
– Кажется, теперь я ваша должница.
О! Ты даже не представляешь, насколько! – подумал я, но произнес совершенно другое.
Выдохнул, едва оторвав взгляд от соблазнительных губ. Хотел пошутить, сказать любую незначительную мелочь, чтобы как-то сгладить зависшее напряжение, но не получалось. Все мысли были о ней. Такой вот красивой, нежной, незащищенной. В её глазах горела печаль с примесью надежды, а на кончиках черных ресниц блестели слезы.
– Милана, – дернулся в её сторону.
Блондинка быстро отстранилась, незаметно смахивая слезы. Чувствовалось, что она расстроена, и, если быть откровенным, меня это озадачило. Неужели моя помощь сейчас растрогала или, наоборот, обидела? Женские слезы – это то, чего я больше всего боялся. Потому что просто не знал, как себя вести в этой ситуации. А в случае с Миланой и подавно, так как она мне до невероятного нравилась и еще пыталась скрыть слезы, а это говорило об их искренности. Не было, как у Риммы, излюбленной манипуляцией. Кстати о жене, вот и вспомнил.
– Да все нормально, соринка в глаз попала и режет, – Милана сделала слабую попытку улыбнуться.
– Мне показалось, что ты расстроена, – намеренно перешел я на «ты».
– Ну, – улыбка все же нарисовалась на красивом личике, – сложно оставаться совершенно равнодушной, когда попадаешь в такие ситуации. Игорь, спасибо вам, то есть тебе! – быстро исправилась она, пряча взгляд.
– Все нормально, я не сразу тебя заметил, уже после, когда ты шуму навела, – очередная попытка пошутить вышла вполне удачной. На лице Миланы появилась вполне искренняя улыбка, а в глазах заплясали искорки. Вот так, без истерик, без манипуляций и женских штучек, которые бесили до чёртиков.
– Честно, сама не поняла, как так случилось! Я вообще впервые в зад чей-то въехала, – призналась она и покраснела.
– Машину в ремонт надо, не ездить же с обвисшим бампером.
Милана обошла машину и, кажется, только сейчас увидела, что правая сторона бампера свисала до асфальта. Так интересно было наблюдать за её эмоциями, они сменялись одна за другой, напоминая краски радуги. Цветная девочка с нежностью рассвета.
Тряхнул головой, отбрасывая ненужные мысли и чувства. Слишком много всего она пробуждала. От дикого желания до нежности и необходимости просто обладать. Хотелось схватить её хрупкую фигурку и не только заключить в объятия, а именно обладать. Покорить её, завладеть телом и душой. Так чтобы она не сопротивлялась и была только моей.
Каждый раз, когда смотрел на эту дико привлекательную женщину, задавался вопросом: что придурок её бывший муж, если мог упустить такую прелесть?!
– Да, ситуация оставляет желать лучшего, – явно расстроилась она, наконец, оценив ситуацию, – придется звонить мужу…. Бывшему! – спохватилась и продолжила: – Страховка на нем еще…
– Понимаю, давай я отгоню автомобиль с проезжей части, – не зная, как реагировать на бывшего мужа, я решил просто действовать.
Милана кивнула и, словно вспомнив что-то важное, кинулась за мной к машине. Не понимая, что происходит, я предпочитал наблюдать и делать выводы. Издержки работы – ничего личного. Блондинка стушевалась и, нырнув в машину, выудила мобильный из-под водительского кресла.
– А вот и виновник происшедшего, я так понимаю, – пошутил, отмечая про себя, что начинаю злиться.
Милана сконфузилась еще больше и поспешила набрать мужа, «бывшего», как она подметила. Правда, мне это не помогло. Раздражение не утихло, а, наоборот, еще больше вскипело, когда я услышал, как она с ним разговаривает по телефону. Не знал, что он ей там втирал, а вот она держалась очень достойно. Черт! Да она говорила мягко и украдкой, словно кошка, и это еще больше злило. Буркнув что-то себе под нос, я упал на переднее сиденье, отгоняя автомобиль.
Опомниться не успел, как этот придурок прикатил к месту происшествия. Он что же, её караулил?! Признаться честно, я даже опешил от такой скорости. Что не так легко, учитывая мою работу! Этот лох примчался буквально сразу и, главное, принялся крутиться вокруг Миланы.
– Девочка моя, ты не ушиблась?!
Молодая женщина растерялась еще больше и отпихнула настойчивого мужчину, который, воспользовавшись ситуацией, решил облапать все её конечности и не только. Придурок. И я в особенности, какого хрена лез во все это? У них же совместный ребенок, поди, склеят разбитую вазу и заживут счастливой семьей, как раньше.
– Мне пора, – произнес отчужденно, – Помощь подоспела. Всего вам хорошего, Милана, – снова перешел на «вы» и, не глядя больше в их сторону, двинулся к своему автомобилю.
– Спа-сибо… – прилетел растерянный голос блондинки в спину.
Не отвечая, я хлопнул дверкой и рванул с места, на ходу доставая и распечатывая конверт. Раз уж настроение хрень, значит, самое время его еще больше испортить.
– Спасибо? Это что еще за пижон? – в голосе бывшего мужа послышалась явная ревность. Окинув его взглядом, я пожала плечами и, кивнув на документы в руках, сказала:
– Надо решить вопрос со страховкой.
То, что пришлось ему звонить, сильно напрягало и нервировало одновременно.
– Вообще-то я задал вопрос, – с нажимом сказал он.
– Вообще-то я его проигнорировала! Ты не в том положении, чтобы задавать мне такие вопросы! Не находишь?
Не знаю, что меня больше всего сейчас злило: его неуместная ревность или тон, которым он задавал свои настойчивые вопросы в сопровождении такого же наглого и пронзительного взгляда.
– Мне кажется, как раз-таки очень даже уместные вопросы, раз наша дочь живет с тобой и воспитывается тобой! Я как отец обязан знать, кто именно греет твою постель…
– Ты придурок, да?! – от злости я даже уперла руки в бока.
От такой наглости захотелось заехать ему в глаз и коленкой прямо туда, откуда перла вся его гордость. Урод, блин. Должен он!
– Милана…
– Послушай, дай мне эту гребанную страховку и вали на все четыре стороны! Ты вообще не имеешь никакого больше права ни на меня…
– Не горячись! Малая такая же дочь мне, как и тебе! Меня родительских прав не лишали! Да и не за что. А вот ты очень даже под вопросом, с твоим-то диагнозом!
Пока он все это говорил, я и не заметила, как приблизился, загнав меня в ловушку. Уперевшись спиной в боковую дверь, только сейчас поняла, как близко он находится. Стоит и смотрит с диким и нездоровым блеском в глазах, а на губах стало ощущаться его рваное дыхание. Зрачки расширились, на шее некрасиво вздулась вена. Опешив вконец, я, сжав кулаки, сильно двинула ему прямо в солнечное сплетение.
– Ду-ра… – задыхаясь, согнулся он пополам.
– Сам дурак. Какого лешего лезешь ко мне?! Ты хотел развода, так получил! Незачем теперь тут свои права качать и тем более угрожать мне! Понятно?! – раскричалась я до одышки.
– Может, я жалею…
– Что?! Себя пожалей, придурок, – выхватив из его цепких пальцев бумаги, я присмотрелись к гадкому бамперу, свисающему до асфальта, и пнула его ногой, что было силы. Идея оказалась так себе, поскольку я завыла и начала прыгать на одной ноге от боли. Окончательно охарактеризовав этот день, как самый худший из худших. Авдеев уехал, сухо пожелав всего наилучшего, или так нас в пекло послал, черт его знает. В итоге мы напоминали двух идиотов: я скакала на одной ноге, бывший муж кашлял, согнувшись пополам.
Продолжая прыгать, я не заметила сразу остановившийся сзади автомобиль. Скорее услышала звук тормозящих шин на асфальте.
– Милана, что с вами? – голос Авдеева так удивил, что я встала на поврежденную ногу и взвизгнула от боли. Из глаз брызнули слезы, и, кажется, я от досады, ко всему прочему, прикусила сильно губу. Ощутила во рту солоноватый привкус крови и закатила от досады глаза.
– Все хорошо… – разомкнула, наконец, губы.
– Да у тебя кровь! – вскрикнул Авдеев и в два прыжка оказался передо мной.
– Да нет, все нормально, – попыталась я высвободиться из его цепких рук.
Мужчина же впился мертвой хваткой в плечи, рассматривая моё лицо.
– Он что, поднял на тебя руку? – прорычал так угрожающе, что я от страха втянула шею и, как болванчик, быстро замотала головой.
– Нет, нет! Это я споткнулась неудачно, – так эмоционально начала, что аж подпрыгнула на здоровой ноге, – ну и…. Как сказать? Ударилась ногой о выступающий бампер. Вот.
Авдеев явно понял, что я говорила не полную правду. Его озадаченное лицо так сильно развеселило, что я растянула рот в улыбке. Смотрела на мужчину своей мечты и не могла оторвать от него глаз. Мужественные черты, волевой подбородок. А глаза… Мамочки мои, в таких можно потеряться навсегда. Утонуть в тех эмоциях, которые били через край этих необычного цвета радужек.
Кажется, на краткое и такое хрупкое мгновение я забыла, как дышать. Авдеев сделал шаг и гулко, рвано вздохнул. Приблизился и поднял руку. Пальцы его коснулись моей губы, и я непроизвольно приоткрыла рот. Все это длилось ничтожно мало, а для меня будто время остановилось. Не было никого и ничего вокруг. Только он и я. Его глаза, которые блуждали по моему лицу. Крепко сжатые губы и пламя, буквально исходящее от мужчины. Я чувствовала этот огонь каждой клеточкой тела.
– У тебя кровь, – пальцем стер капельку и, словно очнувшись, сделал шаг назад и нахмурился.
– Эээ.. это я прикусила губу от боли.
– Наступить можешь? – кивнул он на мою пострадавшую ногу.
– Не-ет! Пробовала уже…
– Понятно, – почесал он затылок, – в травмпункт надо.
– Надо, – коротко согласилась я.
Боковым зрением заметила угрюмую рожу бывшего. Оказывается, все это время он украдкой наблюдал за происходящим. Сказать, что порадовалась этому, не могла, так как эмоции на лице бывшего мужа говорили сами за себя. И ничего хорошего я там не увидела.
Авдеев же вел себя так, словно бывший и рядом не стоял. Будто мы тут только вдвоем. С трудом оторвав взгляд от мужчины, я посмотрела на бампер и чуть не подпрыгнула от хлопнувшей двери и сорвавшейся резко машины. Муж не выдержал и с шумом укатил.
– Милана, вам нужно осмотреть ногу. Желательно у специалиста, – напомнил о себе Авдеев.
– Да-а-а… А разве мы не на «ты»? – решила я как-то сгладить ситуацию. Вышло не очень. Словно я пошутила, но шутка при этом оказалась не в тему.
Сконфузившись окончательно, попыталась ступить на ногу и некрасиво завыла от боли.
– Боже! Горе ты моё луковое! – с этими словами Авдеев в два шага преодолел дистанцию между нами и ловко подхватил меня на руки.
– Ой! – взвизгнула я, неловко уткнувшись носом ему в шею и стараясь хоть как-то отдалиться. Избежать неожиданной и такой заманчивой близости.
– Смущаешься?! Перестань, мы же на «ты»… – с этими словами он слегка подкинул меня на руках, и я оказалась в такой близости от его губ, что стало нечем дышать. Изворачиваясь, опять уткнулась в шею и пробормотала:
– Ну, не настолько!
– Очень жаль, – бросил мужчина, усаживая меня на переднее сидение своего автомобиля.
Окончательно обалдев, я застонала, уставившись на закрытую под самым носом дверь.
Все это, конечно, было очень интересно и волнующе, вот только…
– Милана?
– Да?
– Скажи честно, твой муж…
– Бывший муж, – перебила я Авдеева.
– Хорошо. Бывший муж, он как-то причастен к твоим травмам?
Тю, ты блин! А я уже успела надумать… Что?! Так, Мила, давай заканчивай с ненужными выводами!
— Травмами? – глупо переспросила.
– Да.
– Да нет никаких травм! То есть все на самом деле нелепая случайность…
– Ага, и муж бывший, – быстро добавил он, – пополам сгибался тоже по случайности.
– Это как раз была не случайность, а вполне себе намеренные действия. Пришлось ему хорошенько врезать, чтобы дистанцию соблюдал.
Кажется, я услышала, как скрипнули его зубы. Хотя, может, показалось. А вот руки сильнее сжали руль, так, что костяшки побелели.
– И такое бывает? – ложно-спокойные нотки его голоса не смогли обмануть. Авдеев злился.
– Впервые, – бросила я.
– Странные у него намерения после развода, – продолжил мужчина, невзначай иногда посматривая в мою сторону.
– Самые обыкновенные. Увидел соперника, и, как говорится, Остапа понесло!
Спохватившись, я быстро затараторила, поняв, что только что сказала:
– Ну, он же не знает, что вы, блин, то есть ты не со мной! Точнее, что ты женат! Нет! Ну, что мы не пара! Вот! Так будет правильно. Точно, именно так! – выдохнула я, краснея до корней волос. Вот это наплела, без ста грамм не разберешься.
– Не уверен, – бросил Авдеев, резко тормозя возле здания травмпункта.
Глава 6
Не уверен! Что за черт, и почему с этим хвостатым так сложно?! Ну неужели тяжело нормально изъясняться?!
– Милана, ты так смотришь, будто самого рогатого увидела.
Скорее хвостатого! – подумала и порадовалась, что Боженька умом наградил, и я промолчала. А то что-то в последнее время постоянно несла какую-то чушь.
– Прости, задумалась обо всей этой глупой ситуации.
– Ну, почему глупой?! Так понимаю, муж не совсем бывший…
– Нет! – вскрикнула я и прикусила губу.
Авдеев вопросительно вскинул брови, а я быстро затараторила: – Вазу разбитую не склеишь! Как бы он этого ни хотел. Опять же, мне кажется, это обычная, хотя нет, не обычная, а, скорее, эгоистичная ревность!
– Ревность бывает эгоистичной? – заинтересованно уточнил мужчина.
– По-моему, ревность бывает абсолютно разной. От эгоистичной до больной. Он же как собака на сене. Сам не знает, чего хочет. Эгоист. Увидел рядом со мной интересного мужчину, и вот его эго и проснулось.
– Интересного мужчину? – бровь взметнулась еще выше.
– Ну да, – растерянно пробормотала я, – а разве нет? Хотя не стоит больше об этом, может, уже поедем в травмпункт? Мне бы дочурку успеть со школы забрать. И с машиной надо решать….
– Я все решу, не переживай.
И все, больше ни слова. Просто заглушил мотор шикарного автомобиля и вышел наружу. Обошел вокруг и открыл дверь. Понимание того, что он сейчас опять возьмет меня на руки, взволновало, и я заерзала на сиденье.
– Может, это, я как-то сама, а то люди подумают, Бог знает что, – пробормотала неуверенно.
– Что?
– Ну, не знаю…
– Ну, раз не знаешь, – наклонился он, чтобы меня взять на руки, а я быстро выкрикнула:
– Тогда каталку или, как его там, кресло… Черт! Неудобно же…
Авдеев задумчиво уставился на меня и как-то неуверенно спросил:
– Тебе некомфортно на руках или больно?
– Да нет! – возразила я с запалом. – Просто люди…
– Милана! Мне плевать, что подумают какие-то там люди! – и с этими словами он осторожно взял меня на руки.
Гром и молнии! Я сходила с ума от его близости. Каждая моя клеточка буквально кричала от наслаждения. Хотелось большего. Намного большего! Этот запах, эта мощь… Еще немного – и могла лишиться чувств от желания, которое пронзило позвоночник. Дыхание сбилось, словно это я тащила его на руках. Мне стало совершенно нечем дышать, так как его запах вместе с дорогим парфюмом, казалось, въелся под кожу и заполнил собой легкие.
– Милана, если ты сейчас же не прекратишь…
Не знаю, что именно я должна была прекратить, так как Игорь не смог продолжить фразу. Навстречу к нам поспешил санитар или фельдшер, Бог его знал, но именно он стал помехой, не позволившей мне уточнить, какие последствия ждут, «если я не прекращу»! И вообще, все как-то так быстро завертелось, что я и глазом не успела моргнуть, как уже сидела на приеме у травматолога, а сам рыцарь на белом коне ускакал, напоследок заверив, что решит вопрос с машиной и заберёт моё чадо со школы.
Вот так и доверяй хвостатым. Голову вскружат, а потом поминай, как звали. Авдеев ушел, настроение – вслед за ним. Еще и врач слишком умело вправил ногу, так что чуть глаза не вылезли от боли.
– Ну-ну, скоро все пройдёт. Сейчас вам мазь выпишу, волшебную.
– Таки волшебную? – буркнула я.
Из меня прямо лезла наружу какая-то невоспитанная особа. Сидела, бурчала себе под нос, вместо того чтобы поблагодарить доктора.
– А то! Не верите? Так потом вспомните мои слова. Вы мужу название отправьте, пусть по дороге домой купит, вечером обильно мазь нанесите и бинтом перемотайте.
– Не, мужу нельзя…
– А чего, нормальный мужик вроде, вон как на руках носит!
– Не муж он! Ну, то есть муж, но не мой!
Черт! Что я опять несла?!
– Понятно! Любовник, значит…
– Послушайте, вот что вы себе позволяете?! Я понять не могу, у нас что, в стране на руках женщин носят только мужья или любовники?
– Почему же, еще отцы, правда, в детстве!
– Ха-ха, очень смешно! Не любовники мы…
– Это я уже понял.
– Интересно как? – не отступала я.
И вот нет, чтобы молча закончить эту перепалку – мне надо было прям высказаться от досады.
– Слушайте, может, вам еще к моему коллеге заглянуть? На второй этаж.
Вопрос травматолога скорее удивил, чем заинтересовал.
– А что у вас на втором этаже?
– Психиатр, говорят, помогает.
Осознала, наконец, как себя вела, и мне стало безумно стыдно. Так стыдно, что не знала, куда деться. И про Авдеева тотчас забыла, и про мужа, и про Римму.
Буркнула под нос, что мне и тут хорошо, а потом оторопела, пытаясь сообразить, как теперь добираться до дома.
Авдеев
Проклятье. Какого хрена я все время попадал в эту петлю бесконечности?! Пытался сбежать от невероятно красивых глаз. Нереально притягательных губ. И соблазнительного запаха красивой женщины. Ходил по кругу и, как дебил, возвращался в исходную точку. Точку, где соприкасались наши взгляды. Где секунды застывали от одной её неуверенной улыбки. Где сердце замирало, а нижний орган рос, когда ноздри щекотал нежный запах. Она – как вирус, который медленно распространялся по организму. Осталось найти прививку от прекрасной Миланы, правда, боялся, это не так просто.
Бывший её бесил до чёртиков. Смотрел так, словно она принадлежит только ему. Я не терпел такой тип мужиков. Сразу видно, из какого он теста. Забродившего от самолюбия, не иначе. Такие думают в первую очередь о себе любимых. Наглый и беспринципный. Не такой, как блондин, который ошивался недавно около нее, тот, скорее, был акулой.
Не мог точно определить, что повлияло так сильно на меня, раз я разозлился и уехал. Осознание, что оставил девушку, которая в последнее время не давала мне покоя, в сложной ситуации, развернуло назад. Кажется, вновь забыл, кем являлся на самом деле. И что прекрасный пол нельзя оставлять в беде. А с учетом того, какой фрукт её бывший, то все сводилось именно к этому. Пришлось вернуться и, как оказалось, не зря.
