Текст книги "Холодные мечты"

Автор книги: Кристина Шувалова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

– О, да, вы правы, молодой человек. В договоре было прописано, что вы становитесь владельцами Империи. Вы должны управлять двумя огромными секторами данной компании. Неужели, никто из вас не заметил в договоре строчку о том, что вы наследуете Единую Империю?! – с деланным недоумением спросил Афанасий Афанасьевич.

Никто эту фразу не заметил, о чем его и уведомили невербальными средствами, такими как пожатие плеч, выкатывание глаз и одним протяжным вздохом.

– Тогда я сочту своим долгом внести необходимые объяснения, – сказал Афанасий Афанасьевич с такой готовностью, что сразу становилось ясным, это объяснение было у него готово давным-давно, и оно ждало лишь подходящего случая. Например, такого как сейчас, когда новоявленные владельцы обо всем узнали, но еще не полностью осознали, какое же счастье на них свалилось. – Единая Империя состоит из двух больших секторов, тесно связанных между собой. Один сектор, так называемый – гламурный, был создан для маскировки деятельности компании. Но мы сумели его развить, и теперь он известен на всей планете, и к тому же, приносит неплохой доход. Второй сектор – Контролирующий, он осуществляет контроль за проникновением в наш мир любых форм жизни, зародившихся в других мирах. Изначальное название «Империя контроля», так и не прижилось, и фигурирует лишь в документах. Да и определение Контролирующий сектор, тоже особо не укоренилось, почему-то его чаще называют оперативным отделом.

Анжела выглядела ошарашено, она пыталась переварить полученную информацию и найти какой-нибудь компромисс, что-то, что защитит ее от второго Контролирующего сектора. И это было достаточно самоуверенно с ее стороны, ведь договор составлял самый ловкий адвокат столетия.

– Ну, дык я и сказал, что все понятно! – сверкнул брекетами Савелий. – Империя она и есть Империя! Нормально все!

– В дарственной сказано, что вы получаете Империю для того, чтобы продолжать дело Феоктиста. Вы должны управлять Единой Империей, не отклоняясь от концепции разработанной Феоктистом, – продолжил Афанасий Афанасьевич. И ведь он даже не сделал акцент на слове «должны», просто произнес это слово, просто его зрачки сузились, просто спорить с ним не хотелось. Просто они были должны! Должны служить Империи, должны слушаться адвоката, постоянно что-то должны. – Если открыть договор, то вы сможете увидеть этот пункт. А так же и тот пункт, который гласит, что если после подписания договора и ознакомлением со всеми сферами деятельности кто-то все же захочет отказаться от дара, то сделать это невозможно. Разумеется, невозможно только для живых.

На секунду воцарилась тишина, которая и должна была воцариться после сказанных слов.

– Для живых? – уточнила Доминика, ее очень даже устраивала второй сектор Империи. Ну или во всяком случае, если не устраивал, то пугал с такой же интенсивностью, как и первый. Поскольку и мода, и контроль за жителями других миров представлялись для нее одинаково труднодостижимыми вещами.

Анжела немного побледнела, очень немного, если бы она в это утро наложила бы чуть толще слой тонального крема, то ее бледность и вовсе осталась бы незамеченной.

– Ну, разумеется! Все законы пишут только для живых. Увы, но мертвым юриспруденция ни к чему, – адвокат счел нужным вздохнуть еще раз. – Право слово, мы все пока еще живы?! А пока вы живы…

В этот момент он полез за носовым платком, который отчего-то ему сильно понадобился, и поэтому возникла еще одна пауза, необходимая для лучшего усвоения последних слов.

– …вы должны выполнять свою работу. Обязаны соблюдать все, под чем подписались, – благополучно закончил адвокат, так и не найдя платок. – Ах, брошки, это так мило! Вам непременно следует заняться этой коллекцией! Уверен, что вам удастся совмещать ее создание с ознакомлением работы Контролирующего сектора.

Уверенность необычайно сильная вещь, особенно подкрепленная правильными словами, она тут же передалась и Анжеле, которая заявила, что, конечно, полностью согласна со всеми высказываниями адвоката. А изучать что-то новое, будет ей необычайно интересно, и начать она готова тогда, когда требуется. От Доминики и Савелия последовали такие же заверения.

– В таком случае, вас порадует знакомство с Макеем, – провозгласил Афанасий Афанасьевич со счастливой отеческой улыбкой. – Это наш уважаемый начальник оперативного отдела, важной части Контролирующего сектора, настолько важной, что, как я уже сказал, и весь сектор периодически называют оперативным отделом. Макей вам расскажет многие аспекты по работе с жителями других миров.

И опять же адвокат получил заверения, что это будет необычайно интересно.

– Пожалуй, вам следует знать, что на первый взгляд Макей кажется достаточно жестким человеком, что соответствует действительности, но в силу ряда причин, он может быть и более мягким. – Описание разносторонних душевных качеств Макея не вызвало особого восторга, но адвокат этого и не требовал. Ему было достаточно, что молодые люди внимательно слушают его. – Насколько мне известно, пару раз в своей жизни он даже проявил добросердечие, правда, никаких документальных свидетельств этому нет.

– Вы нам какого-то монстра подсовываете, – сказала Анжела, в ее взгляде сквозила тоска по так и не созданной коллекции брошек. А еще тоска по той жизни, которая оборвалась с появлением этих, будь они неладны, гигантских улиток. Жизнь полная блеска исчезла, уступив место чему-то непонятному и пугающему.

– Смею заверить, что Макей обычный человек, с несамой обычной биографией, – заметил Афанасий Афанасьевич и без промедления стал рассказывать эту самую биографию. – Начинал он рядовым инквизитором, я бы сказал, что он был самым старательным и въедливым из всех. Трудился он в Европе, и как прочие представители данной профессии, был весьма образован для мрачной эпохи средневековья. Человек он от природы жесткий, поэтому…

– Это вы так шутите, да? – спросила Доминика. – Про средневековье и инквизицию это метафора?

– Круто! – согласился Савелий. – Всякие такие игры вооще класс!

– Это всего лишь биографические данные Макея, – пожал плечами Афанасий Афанасьевич, и продолжил спокойным ровным тоном. – Если мои слова вызвали двоякое толкование, то, пожалуй, следует пояснить, что современные ученые под термином «средневековье» понимают эпоху, начавшуюся с великого переселения народов Европы, и продлившуюся до глобальных географических открытий. Это заняло промежуток времени с пятого по пятнадцатый век. Точно не берусь утверждать, но Макей родился приблизительно в десятом веке на Руси, но еще ребенком был перевезен отцом в Рим. Сам он почти не помнит свое детство, а документов не сохранилось, поэтому приходится просто верить на слово, что так оно и произошло. Он, как я уже упомянул выше, много учился, разумеется, принял католичество и стал ярым поборником веры, в те времена это были необходимые условия для продвижения по социальной лестнице.

Доминика уже хотела было заявить, что не верит в эти сказки, примерно так же, судя по выражению на лицах, считали и Анжела с Савелием, если бы не крошечное но! Вчера вечером, а так же и этой ночью они уже столкнулись с тем, во что не верили. К тому же Афанасий Афанасьевич был не тем человеком, который шутки ради станет вдруг рассказывать небылицы. Поэтому, хоть они и не верили, но понимали, что все это правда.

– Да, – продолжил адвокат конфиденциальным тоном, покачивая при этом головой, как будто настаивал на том, что им всем надлежит слушать его рассказ и при этом чувствовать себя прекрасно. – Во время своей профессиональной деятельности Макей сталкивался с разного рода странными личностями, а его непосредственной задачей было добиваться от них правдивых показаний. И вот один из его клиентов однажды сознался в применении магии выше третьего уровня… Э-э, правда на тот момент подобный термин еще не был введен. Так же этот же клиент поведал, что попал сюда из другого мира, и попытался откупиться от дальнейшего допроса одним из своих снадобий. Могу предположить лишь, что он вновь применил магию достаточно высокого уровня, потому как Макей повелся на его уговоры, и выпил снадобье.

– И че? Макей помер? – предположил Савелий.

– Очевидно, нет, – хмыкнула Доминика.

– Он лишь испытал краткосрочную потерю сознания, а когда очнулся, то клиент уже успел исчезнуть. Макей сумел уладить тот случай, и стал еще более суров со своими клиентами, и это продолжалось около четверти века, пока он сам и его окружение уже не могли не отметить тот факт, что возрастные процессы Макея начисто остановлены, – продолжил Афанасий Афанасьевич. – Макей был вынужден срочно покинуть место службы, поскольку его бывшие коллеги стали проявлять к нему уже отнюдь не дружеский, а профессиональный интерес. Но вместе с мешком честно заработанных золотых, Макей уносил еще и бесценные знания. Он проанализировал, что за всю свою карьеру, общаться ему приходилось не только с людьми, а еще с какими-то особыми созданиями. Грубые определения колдун и ведьма, не включают в себя всего того, с чем ему довелось столкнуться. Далее он скитался по Европе, пытался заниматься алхимией, но эта наука ему плохо давалась. Периодически он возвращался к своей первоначальной деятельности, но уже не задерживался более десяти лет на одном месте, что было весьма разумно с его стороны. И везде он искал и находил материалы о проникновении в наш мир, о поведении тут переселенцев, и об их отношении к людям, и об отношениях людей к ним. Когда век инквизиции миновал, Макей служил в армии, он покорял Новый Свет, служил в Индии, бывал всюду, где только могло таиться нечто чужое, не свойственное нашему миру. Пожалуй, что за исключением Руси, а потом уже и России, он предпочитает умалчивать о причинах, заставивших его полностью игнорировать свою родину. За долгие века, у Макея накопились порядочные знания, и когда Феоктист лишь только основал Империю, Макей вернулся таки в Россию и явился к нему, блестяще прошел собеседование, и тот час же стал начальником оперативного отдела.

Пока Афанасий Афанасьевич излагал эту необычайную биографию, в его голосе изумительнейшим образом сочетались доверительность и сомнения, опасения и напыщенность. Одним словом, ему удалось эмоционально отразить все то, что и следовало отразить в этом пересказе.

– Заграничный солдат и инквизитор с многовековым стажем пыток и убийств, – подытожила Доминика, у нее уже не было ни малейших сомнений в том, что все это правда. – Очень интересно!

– Вы предлагаете нам общаться с ним?! – возмутилась Анжела и всхлипнула. Слезы, точно так же как и улыбки, очень хорошо помогали ей добиваться желаемого, увы, но это было лишь в ее предыдущей жизни. – С этим садистом? – Анжела всхлипнула еще раз, но безрезультатно.

Афанасий Афанасьевич, как и полагается людям его профессии, периодически становился слепым к проявленным чувствам, или же обращал повышенное внимание, на те чувства, которые могли ему помочь. Так он поступил и на этот раз.

– Ну что вы, что вы, – душевно начал он, – вам придется не только подружиться с ним, вам придется еще и многому у него научиться. Никто из ныне живущих людей не может похвастаться таким замечательным опытом общения с представителями других миров! И никто не научит вас так отменно разбираться в их психологии, поведении и уловках. В этом вопросе Макей большой специалист. Хотя, надо признать и тот факт, что его порой тоже обманывает их маскировка.

Анжела аккуратно промокнула глаза салфеткой, ее сражение с адвокатом было начисто проиграно. Слезы, не сумевшие помочь, следовало удалить, пока они не смыли тушь.

– Круто! – воскрикнул Савелий, пожалуй, он был единственный, кто с энтузиазмом воспринял историю Макея. – Вооще! Свой маньяк! Крутяк!

Он был похож на счастливого помешанного, который твердо уверен, что должен радоваться любым новостям, поскольку, что бы ни случилось, это все равно было лучше его прежней жизни в Кутуповке. А еще все это напоминало одну из его любимых игр, что тоже было существенным плюсом.

– А вы? – спросила Доминика у адвоката. – Вы тоже родились в средневековье?

– Увы, но мой век не так велик. Мне чуть больше пятидесяти лет, и чудодейственного эликсира молодости мне никто не предложил. В отличие от многоуважаемого Макея. Всю свою жизнь я скромно трудился в области юриспруденции. – И скромный труженик одарил всех собравшихся скромной улыбкой. – Пока я еще изучал право на университетской скамье, меня приметил Феоктист и пригласил поработать в его фирме, вот так я и вошел в Империю. Был женат… И в этом, пожалуй, заключена вся моя биография. Достаточно скучная и простая.

– Точняк! – тут же согласился Савелий.

Доминика не была готова верить во все, что он сказал, хотя адвокат выглядел простым и скучным, но вовсе не являлся таковым. Принять хотя бы во внимание тот факт, что именно его Феоктист и сделал их опекуном, и то, что он в настоящий момент практически и являлся правителем Империи. Простому человеку такое явно не под силу.

– Что же вы такого сделали, что Феоктист вас приметил? – спросила Доминика. – У него ведь в тот момент уже была огромная компания, и он мог принять к себе на работу лучших специалистов, а не приглашать студентов.

– И в самом деле? – в глазах Анжелы мелькнул интерес, она надеялась разузнать о каком-нибудь слабом месте адвоката, чтобы потом использовать эти знания. – Что такое вы совершили?

– Я прилежно учился, – Афанасий Афанасьевич умолк, позволил себе улыбнуться, и продолжил уже более серьезно, – и однажды на спор написал свод законов для пришельцев из других миров. В другие миры я тогда не верил, но я верил в юриспруденцию, и при написании учел все аспекты, расписал все пункты. Ума не приложу, как эта работа попала к Феоктисту, но после этого мне было обеспечено место в Империи. Моя работа легла в основу ныне действующего свода законов, на основании которого Империя пропускает в наш мир переселенцев. Феоктист сказал, что если бы такой адвокат как я достался нашим противникам, то Империи было бы очень тяжело.

– Каким противникам? – тут же спросила Доминика.

– Ну надо же, как много времени прошло! – воскликнул Афанасий Афанасьевич, случайно взглянув на часы, кстати сказать, привычка случайно смотреть на часы в нужный момент выработалась у него уже давно. – Довольно уже говорить обо мне, это слишком просто и скучно, вам пора познакомиться с Макеем.

Глава 12 Начальник оперативного отдела

И они познакомились с Макеем, прямо в этот же день, всего через несколько минут после завтрака. Когда вопреки ожиданиям, менеджер в коричневом костюме (как оказалось, ее зовут Полина) проводила их вовсе не в зал ожидания, в который Доминика заглядывала ночью, и уже чувствовала себя чуть ли не знатоком всего происходящего, а в деловую часть резиденции в просторный кабинет.

За столом сидел человек в форме защитных цветов, на груди красовался логотип Империи буква «И» пронзенная стрелой (в Империи было два логотипа пронзенные стрелой сердечко или буква, оперативные отряды предпочитали букву, отдел креатива – сердечко), он что-то чирикал на разложенной перед ним карте. Доминика лишь увидев его короткостриженную макушку, нахмуренный лоб, и ощутила невольный страх, мелькнула мысль: «Пусть у него будут добрые глаза. Ну, пожалуйста. Пусть он инквизитор и прочее, но только пусть у него будут добрые глаза».

– Макей, к вам пожаловали владельцы Империи, – объявила менеджер и удалилась. Как показалось Доминике, удалилась она весьма поспешно.

Макей медленно поднял голову, и Доминика поняла, что ее надежды не оправдались. Его глаза не были добрыми, но они не были и злыми, это были глаза хищника. Серые пронзительные и настороженные, глаза человека многое повидавшего на своем веку… на своих веках.

– Заходите! – приказал он. – Мне поручено подготовить вас к встрече с переселенцами. И я сделаю это, кто бы не пытался мне помешать.

Хотя поблизости не было никого, кто бы осмелился на такой поступок, Макей грозно стукнул кулаком по столу, подчеркивая всю серьезность своих намерений.

Доминика не посчитала зазорным, сесть на дальний стул, так чтобы между ней и Макеем оказался Савелий. Анжела села еще дальше, этот день грозил принести ей жесткое разочарование в Империи, в которой оказалось не так много гламура, как казалось изначально.

– Садитесь! – приказал Макей.

И уже рассевшиеся молодые люди подскочили.

– Не нужно дергаться! – отчеканил Макей.

Проникшись перед великолепием упрека, они дернулись снова, впрочем, тут же решив, что это было в последний раз.

– В течение нескольких недель, которые вы провели в своем новом доме, вы многое освоили и этим самым выполнили свой долг. Я помогу вам в дальнейшем выполнении долга, расскажу о работе моего отдела. Ясно?

Это было ясно, о чем его и уведомили дружным молчанием.

– Мы тщательно изучаем всех, кто желает попасть в наш мир, и выдаем разрешения, лишь в том случае, если переселенец принимает наши условия жизни. Все, кто с этим не согласен, не сможет пересечь границы. Это ясно?

– Так точно! – радостно отрапортовал Савелий, начиная воспринимать все происходящее за новую игру. В этой игре он находил намного больше удовольствия, чем в игре с выбором новой одежды, или же чем при создании причесок.

– Ясно, – ответила Доминика.

Анжела лишь несколько изумленно посмотрела в ответ, к такому тону она явно не привыкла, и совершенно не хотела вступать в диалог, тем более учитывая биографию собеседника, многие факты которой были ей глубоко противны. Макей оказался резким и жестким, он выглядел единым комков нервов.

– Если кто-то из переселенцев жил у нас в течение многих лет. Многих сотен лет! И теперь пытается скрыться от регистрации, это тоже преступление, и виновные будут наказаны, – продолжил пояснения Макей. – Наш мир изначально населяли только люди. Все остальные – это переселенцы. Все они, абсолютно все, попадают под наблюдение Империи. Только так возможен мир и порядок. Ясно?

– А как же зверюшки? – слегка расстроился Савелий.

– Зверюшек отставить, я говорю о разумных формах!

– Зверюшки разумные, – не согласился Савелий.

– Сказано, зверюшек отставить! – рявкнул Макей. – Всякие лешие, домовые, русалки, кикиморы, кентавры, драконы и демоны, проникшие в нашу жизнь и в нашу мифологию, являются чужеродными нам элементами. У каждой из этой формы есть собственный мир, и если они решили его оставить, то милости просим, пройти регистрацию по всем правилам.

– Кентавры?! – переспросил Савелий, казалось, усвоивший одно лишь это слово из всей речи. – Кентавры круты!

– И опасны! Предлагаю вспомнить восстание в пятом веке до нашей эры! – оскалился Макей. – Десятки погибших, сотни растоптанных. Сюжет был благополучно внесен в мифологию. Лишь опытные шифровальщики из отдела истории, смогли восстановить все факты, и понять истинную сущность этих существ. За ними ведется особый контроль.

– Истории…, – недовольно потянул Савелий, опасаясь, что еще и это им тоже придется освоить.

– Кентавры? – с сомнением спросила Анжела, которая вообще-то очень даже неплохо училась в школе, и знала о мифологии больше, чем все ее одноклассники. Причем, необходимо отметить, что Анжела, поначалу воспринимавшая общение с Макеем чем-то неотвратимым и неприятным, ничуть не изменила свое мнение.

Макей хмыкнул, что должно было обозначать, то ли еще вам предстоит услышать, и продолжил свою речь.

– То, что в других мирах считается нормой жизни, может оказаться опасным для нас. Где-то вместо привычных нам законов всякой там физики и химии, действует магия. Магия – это изначально чужеродный нам сгусток энергии. С проявлениями магии мы боремся. Ясно?

В этот момент Доминика отчетливо представила огни инквизиции, которые горели в средневековье и жарко встречали всех несогласных с размышлениями Макея. Спорить с ним не хотел никто, кроме…

– Не-а, – неожиданно сказал Савелий. – Мы же того, мы же сами тоже магию используем.

Доминика вспомнила ручку Афанасия Афанасьевича, и загадочный солнечный компас, и, вроде еще что-то говорили про временную петлю, которые иначе как магическими предметами не назовешь.

– Мы используем магию, тогда когда надо использовать магию! – отчеканил Макей. – Прибывшим к нам из других миров использование магии запрещено…

– Свыше третьего уровня запрещено, – сказала Доминика и захлопнула рот.

Савелий с Анжелой уставились на нее в недоумении.

– Верно! – констатировал Макей, и вовсе не стал уточнять, откуда у нее могла взяться эта информация. Приятно ли ему было, что она уже владеет какой-то информацией, или нет, это никак не отразилось на лице Макея. Впрочем, внешние проявления каких бы то ни было чувств были ему несвойственны. – Далее, вам надлежит знать, что где-то проживают агрессивные твари, привыкшие многие тысячелетия использовать наш мир, как собственную кормушку. Они негодуют, что им перекрыли доступ. Они пытаются прорваться. Они пытаются нас перехитрить. Мы этого не допустим!

– Ага! – обрадовался Савелий. – Не пройдут!

– Сразиться и уничтожить врага, это одно. А не допустить появление врага – это наша цель. Все это запомнили?

– Да, – Анжела блеснула одной из своих улыбок. – Я никогда не забуду ни этих слов, ни этот день. Как такое можно забыть!

– Верно, некоторые фразы нужно вызубрить на зубок.

«Маньяк инквизитор» – беззвучно прошептала Анжела. Обстановка подавляла ее, она не пыталась бесконечно блистать или очаровывать, нет, теперь она сосредоточила все свои усилия на том, чтобы сохранять невозмутимый вид, и не выказывать брезгливость. – «Бесчувственный монстр!»

Но она ошибалась, хотя манеры Макея и не отличались мягкостью, но он великолепно чувствовал все, происходящее вокруг. За многие годы его интуиция отлично развилась, и позволяла предугадывать то, что не способны были рассчитать никакие точные приборы. Да и внешний вид его был крайне обманчив, он научился менять образы так часто, как другие люди меняют рубашки. За все время общения с ним, продолжавшееся еще пару месяцев, молодые владельцы имели счастье в этом убедиться. Макей был то подтянутым и серьезным, то разбитым и слабым, то элегантным и утонченным. У него менялось выражение лица, тембр голоса, манера речи, мимика и жесты. Он менял деловые костюмы, простые майки, спортивную одежду, военную форму. Он использовал все, чтобы казаться тем, кем было необходимо казаться на данный момент. И тем, кем необходимо было казаться для работы. Таких же преображений он требовал и от них, от несчастных владельцев Империи.

– Валентина учит вас, как создавать образ, используйте эти знания. Наши враги применяют маскировку. Что это значит?

– Они хитрые, – попытался догадаться Савелий, единственный из троицы владельцев, кому нравился Макей.

– Нет, это значит, что мы должны применять маскировку вдвое лучше! – отчеканил Макей. – Учитесь у Валентины.

– С удовольствием, – мило ответила Анжела, вовремя оборвав фразу, которая целиком звучала бы следующим образом: « С удовольствием я бы училась только у Валентины, но теперь намного больше времени вынуждена проводить с таким маньяком как ты!»

– Так точно! – поддакнул Савелий. – Будем учиться!

– Постоянно! – добавила Доминика.

Что было истинной правдой, они только и делали, что обучались. Обучались целыми днями, не покидая резиденцию, ни разу с того момента, как впервые переступили ее порог. Учились распознавать пришельцев из других миров, учились ведению дел в своем мире, познавали такие науки как бухгалтерский учет, менеджмент и маркетинг, тонкости управления активами. И вся эта учеба проходила в резиденции, огромной резиденции – за чем зорко следил Афанасий Афанасьевич. Следил и уверял, что уже скоро их пригласят на какое-то событие, но пока просто не наступило время, чтобы они как владельцы Империи предстали во всем блеске. Спорить с ним было бесполезно.

Поэтому они обучались.

Валентина каждый день объясняла что-то о новинках моды, о сочетании цветов, о макияже и о духах «правильно выбранный аромат подчеркнет имидж, сделает акцент на индивидуальности, скрывает особый аромат иномирян». Они узнали, что при должном таланте жителей других миров можно узнать по запаху, а так же и по тем духам, которыми они пытаются замаскировать свой запах. Валентина рассказала забавную историю о том, как в девятнадцатом веке один выходец из мира, жители которого испускают очень резкий специфический запах, активно продвигал на рынке духи с запахом шиповника, лишь он мог замаскировать истинную сущность. А еще Валентина рассказала о различных способах изменения внешности, принесла в один из дней маскировочные браслеты, которые поставляли из какого-то мира с неплохо развитой магией. Эти браслеты применялись там, где не могли бы справиться обычные косметические средства. По классификации уровень магии этих браслетов достигал всего лишь первой отметки. Доминика и Савелий даже примерили их (Анжела начисто отказалась), и в зеркале вместо себя они увидели безобразных гоблинов.

– Программировать браслеты может лишь тот, кто владеет магией, – пояснила Валентина. – У нас в маскировочном отделе работают специалисты, разбирающиеся в подобных вопросах. Эти браслеты они приготовили специально для вас, разумеется, для переселенцев браслеты создают человеческий образ. Если уровень магии падает, то человеческий образ начинает пропадать, и проступают истинные черты, мы называем это светиться.

– Круто! Это, можно я себе оставлю, – попросил Савелий, совершенно по-детски, должно быть точно так же он и десять лет назад просил у родителей купить ему новую машинку.

– Разумеется, – позволила Валентина, – вы же владельцы всего, что находится в этих стенах.

– И я тоже, – тут же выпросила Доминика, которая уже прекрасно понимала, что быть владельцем Империи и хоть чем-то тут пользоваться это две совершенно разные вещи.

– Можно, – благосклонно кивнула Валентина.

И если занятия с Валентиной стали более увлекательными, то общение с Макеем как было с самого начала, так и осталось похожим на танцы вприсядку по минному полю. Да и встречи он назначал в разных помещениях резиденции, то это были захламленные кабинеты, то залы, уставленные непонятными (и как оказалось, сделанными в других мирах) вещами, но ни разу он не провел в ту часть резиденции, где можно было столкнуться с кем-нибудь из иномирян.

– Вам предстоит работать с выходцами из разных миров. Готовьтесь к изменчивым условиям. Готовьтесь к непредвиденному. Когда я решу, что вы готовы, тогда вы встретитесь с ними.

Однажды он привел в зал, более напоминавший военную базу. По десяткам мониторов непрерывно шли какие-то доклады и сообщения, сидевшие там подчиненные Макея ежесекундно обрабатывали получаемую информацию. А всю отдельную стену занимал огромный экран, на котором отражалась карта мира. Карта была размечена пятнами разного цвета, причем они не стояли на месте, а медленно передвигались, увеличивались или уменьшались.

– Сразу можно видеть благополучные и неблагополучные районы. Можно видеть районы с наибольшим количеством иномирян, – сказал Макей. – Участки карты, окрашенные в темные цвета, вызывают более проблем, чем остальные. Оперативники следят за условиями жизни иномирян, за соблюдением законов. Многие из них работают в опасных зонах, ежесекундно рискуют своей жизнью, но отсеивают и трепортируют всех нарушающих законы.

– У вас в отряде есть некий Арс? – Доминика надеялась, что ее вопрос будет звучать легко, как бы про между прочим, но голос почему-то дрогнул. Она и сама не знала, от чего вдруг именно сейчас вспомнила про грабителя ювелирного магазина. Может от того, что на карте промелькнул ее родной Зеленозеленск, а может, вновь услышанное слово трепортация, подействовало на ее память.

– Арс? – Макей пожал плечами. – У меня несколько тысяч подчиненных. Такого имени, не помню.

– Ну и ладно, это совсем не важно, – поспешно сказала Доминика, и заметила, что теперь уже все на нее смотрят с неприкрытым любопытством. – Это так, просто так спросила.

И тут на карте появилась тревожная красная точка, она принялась мигать, привлекая к себе внимание. Несколько оперативников, получив сообщения, принялись энергично бить по клавишам.

– Что это? – спросила Доминика, необычайно обрадовавшись от того, что можно сменить тему. Что бы там произошло, это было и в половину не так страшно, как ее смущение. И в самом деле, с чего ей вдруг вспомнился этот Арс?! Она же и думать про него уже забыла.

– Незаконное проникновение в наш мир! Из кси-мира, – Макей принялся давать пояснения. – Основной портал находится здесь, в Империи, но периодически находятся умельцы, взламывающие защиту, и создающие временные порталы для перемещения. Никто с добрыми намерениями так не поступает! А у кого намерения нехорошие, должен быть трепортирован! – это слово он произнес с каким-то особым выражением, Доминике показалось, что когда-то давно с таким же выражением он произносил и слово «пытки».

– Что такое трепортация?

– Об этом скоро узнаете! – пообещал Макей, а глаза его так нехорошо вспыхнули, что захотелось отложить объяснения на какой-нибудь гигантский промежуток времени.

– Собираемся! – приказал Макей.

– Куда? – голос у Анжелы дрогнул, что-то было непохоже, чтобы им предложили собираться на модную вечеринку или на показ эксклюзивных коллекций, о которых она так мечтала.

– Не куда, а собираемся с духом! – рявкнул Макей. – К нам незаконно проникли из кси-мира. Сейчас вы посмотрите, как выглядит оперативная работа! Антон неплохо вас подготовил, но отпусти я вас на настоящее дело, Империи пришлось бы искать себе новых владельцев. Все взгляды на экран!

Доминика посмотрела на экран, на котором вместо карты красовался какой-то темный двор, вероятно изображение шло с камеры наблюдения. Именно в таких дворах, которые окружены поросшими травой надтреснутыми стенами пятиэтажек, и должны происходить самые странные вещи.

– Я не буду смотреть на экран! – послышался гневный голос Анжелы.

– Смотреть на экран! – отчеканил Макей. – Сейчас…

– Мы владельцы компании! – зло перебила его Анжела. – А вы постоянно кричите на нас. Отдаете нам приказы! Но это вы работаете на нас, а не наоборот. Я даже могу вас уволить! Мой отец всегда увольняет грубых сотрудников. А вы очень резко со мной разговариваете. Постоянно! Вы могли бы быть немного вежливей.

Доминика лишь изумленно захлопала глазами, ей даже и в голову не приходило все то, что высказала Анжела, что можно вот так ответить начальнику оперативного отдела, самому Макею, один взгляд которого вызвал трепет. Да, она была владелица, верней, совладелица Империи, но, увы, она пока еще не чувствовала этого, да им и не давали этого почувствовать. Изображение на экране (во дворе появилась мерцающая точка) теперь интересовало намного меньше того, что происходило тут, в зале.