Текст книги "Отважная любовь"

Автор книги: Кристи Голд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 6 страниц)

– Джед…

Имя, слетевшее у нее с губ, омыло его теплой волной удовольствия.

– Повтори.

Она непонимающе заморгала.

– Что?

– Я еще раз хочу услышать, как ты произносишь мое имя.

– Я на самом деле это сказала?

– Да, ты назвала меня Джедом, а не доктором Грейнджером, как обычно, – не смог он сдержать улыбки.

– О, нет. – Брук медленно встала, надела рубашку и, оглядев себя, принялась стряхивать с ткани клочья пены. Казалось, что она хочет не только избавиться от излишней влаги, но и почистить те места, где руки Джеда прикасались к ее телу. – Полагаю, на сегодня мы все закончили, – сказала девушка, глядя в сторону.

Джед так не думал, но боялся быть излишне настойчивым.

– Поможешь мне вылезти из ванны?

– Оставайтесь пока там. Я достану полотенце.

Подойдя к бельевому шкафчику, она потянулась к верхней полке. Между задравшейся рубашкой и ремнем джинсов показалась тонкая полоска незагорелой кожи. Прекрасное место для поцелуя, решил Джед. Если она разрешит ему. А она разрешит однажды. Ей никуда не деться от него.

Достав полотенце, Брук бросила его Джеду. Затем положила его левую руку к себе на плечо и, поднатужившись, помогла ему выбраться из ванны. Во время этих маневров Джед ухитрился обернуть полотенце вокруг бедер.

Оказавшись на мокром полу, он заскользил загипсованной ногой и начал падать. Брук обхватила его за талию и попыталась остановить падение. Скольжение закончилось у стены, где они оказались прижатыми друг к другу. Полотенце, кстати, потерялось в процессе этого импровизированного танца.

Если бы Джед был джентльменом, то сразу бы отстранился. Но он был не в состоянии вести себя по-джентльменски.

Брук уперлась обеими руками в грудь Джеда. От его близости, от жара его сильного тела у нее закружилась голова. Ее сердце бешено колотилось.

Губы Джеда защекотали ей ухо:

– Мы оказались в сложном положении. И что будем делать?

– Продолжать. – Брук не сразу поняла, что сама произнесла это слово.

Джед приник к ее губам. Его руки начали увлекательное путешествие по восхитительному женскому телу. Вены Брук, казалось, наполнились жидким огнем. Она наслаждалась каждым прикосновением.

Где-то в глубине мозга у нее билась мысль, что она сошла с ума. Ей не следует разрешать ему делать это. Он всего лишь один из пациентов, не больше. Но под ласковыми руками доктора Грейнджера ее здравый смысл таял как снег.

– Ты знаешь, как долго я мечтал об этом? – прошептал Джед. Она только потрясла головой, не в силах сказать ни слова. – С того дня, как впервые увидел тебя.

Брук чувствовала, как его ласки возносят ее на вершину блаженства. Она не могла и не хотела остановить этот подъем. Когда наслаждение стало невыносимым, неведомая сила выгнула ее тело и плеснула в глаза слепящим светом.

Когда она пришла в себя, ее первой мыслью было: что подумает о ней доктор Грейнджер?

Нежные пальцы коснулись ее подбородка, заставляя поднять глаза и отрывая от печальных размышлений.

– С тобой все в порядке?

Брук упорно отводила взгляд.

– Нет, со мной не все в порядке. Я сумасшедшая. Я дура.

Поднырнув под его руку, она почти бегом направилась к двери.

– Брук, подожди.

Собравшись с духом, она остановилась и медленно повернулась к нему лицом. К счастью, полотенце уже оказалось на положенном месте.

– Не уходи, – попросил Джед.

– Нам не следовало делать этого.

Он неуклюже захромал к ней.

– Послушай, это моя вина. Я не должен был тебя провоцировать, зная, что ты еще не готова для таких отношений. Но прошу тебя, не уходи. Ты нужна мне.

Ей не хотелось слушать его. Эти слова были еще одним напоминанием, почему она не может продолжать работать с доктором Грейнджером.

– Я помогу вам подобрать другого врача.

– Да не хочу я другого врача! Мне нужна ты. Не только для лечения. И я получу тебя, когда ты будешь готова.

Брук тряхнула головой. Она никогда не научится заводить легкомысленные интрижки.

– Сейчас я не могу даже думать об этом, – пробормотала она.

– Учти, я всегда получаю то, чего хочу, – лениво улыбнулся Джед.

Черт побери его настойчивость!

– Я сообщу доктору Кемпнеру, что отказываюсь быть вашим врачом.

Он подошел еще ближе и осторожно убрал с ее лба выбившуюся прядку волос.

– Послушай, мы взрослые люди и можем делать все, что пожелаем. Я хочу, чтобы ты получала удовольствие.

Брук уже получила его в полной мере. Она боялась, что если останется еще хотя бы на минуту, то не выдержит и сама кинется ему в объятия.

– Мне нужно идти.

Широким жестом Джед показал на дверь:

– Ну так иди. Я позвоню тебе завтра.

– Я не думаю, что…

Для человека со сломанной ногой Джед двигался удивительно быстро. Брук не успела опомниться, как он оказался рядом с ней и накрыл ее губы своими губами.

Поцелуй был недолгим. Джед отодвинулся и произнес:

– А теперь иди. Но помни одну вещь: тебе никуда от меня не деться.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

– Брук, тебе звонят.

Девушка оторвалась от пациентки и взглянула на стоящую в дверях начальницу.

День был напряженным, и у Брук не было ни времени, ни желания болтать с кем-либо по телефону.

– Я потом перезвоню.

Мэйси открыла дверь немного пошире.

– Это доктор Грейнджер. Хочет поговорить о чем-то важном.

Сердце Брук выбило неровный ритм. Но она не могла отказаться подойти к телефону без того, чтобы не вызвать подозрений Мэйси.

– Хорошо. Я возьму трубку в комнате отдыха.

– Четвертая линия.

Брук глубоко вздохнула и похлопала свою пациентку по руке. У миссис Мор была больная шея и легкий характер. Вот если бы все пациенты были такими, подумала Брук.

– Извините, мне надо выйти. Это не займет много времени.

– Все в порядке, дорогая. Я знаю, какими могут быть эти доктора, – улыбнулась ей миссис Мор.

Брук вышла в холл и заторопилась в комнату отдыха, молясь про себя, чтобы там никого не было. Дрожащей рукой она сняла трубку и нажала на мигающую красным кнопку.

– Алло?

– Давно тебя не видел.

Брук ожидала, что Джед хотя бы поздоровается. Но когда он поступал так, как от него ожидали?

– Я на работе. Сейчас у меня пациент, поэтому я не смогу говорить с вами долго. Что вы хотели, доктор Грейнджер?

– Хочу увидеть тебя сегодня вечером.

– Я не смогу.

– Почему?

Брук до боли прикусила нижнюю губу. Стоит ли выдавать ему такую личную информацию? Но потом решила: почему бы и нет? Они были достаточно близки вчера вечером.

– Сегодня я праздную свой день рождения в семейном кругу.

– Почему же ты мне не сказала?

Его хрипловатый голос подействовал на Брук, как глоток хорошего виски. Ей стало жарко.

– Это всего лишь обычный день, но моя семья считает по-другому, – нашла в себе силы сказать она.

– Когда вы собираетесь начать?

– В восемь.

– Тогда давай встретимся в шесть. На нейтральной территории. Скажем, в Ривервок. Такое событие нужно отпраздновать.

– Не думаю, что это хорошая идея. С вами опасно находиться у воды.

Джед рассмеялся. От его смеха у Брук по спине побежали мурашки.

– Обещаю не сталкивать тебя в реку. Если ты, конечно, сама не захочешь поплавать. Я бы с удовольствием полюбовался этим зрелищем.

В памяти всплыли картины того, что случилось вчера. Ей снова стало жарко. Наверное, что-то не в порядке с кондиционером, подумала она.

– Полагаю, плавать было бы неразумно, – слабо произнесла она. – На дворе ноябрь.

– Жаль, – тяжко вздохнул Джед. – Тогда мы просто прогуляемся. Я умираю от желания попробовать ходить без гипса.

– Вам сняли гипс?

Радость, охватившая ее при этом известии, неприятно поразила Брук. Нога не входила в сферу ее профессиональных обязанностей. Впрочем, как и другие части тела. Не считая пальцев. Брук оглядела комнату отдыха, чтобы удостовериться, что никто не видел этой вспышки.

– Да, и я хожу почти нормально, – сказал Джед. – Так что мы можем отпраздновать два события: снятие гипса и твой день рождения.

Как она могла отказать ему? К тому же им следовало поговорить. Брук устала от недомолвок.

– Где мы встречаемся?

– Перед входом в Ривер-Сентер. Там еще несколько столиков стоят прямо на открытом воздухе.

– Я знаю это место. Но давайте лучше встретимся в половине седьмого. Мне нужно заехать домой и переодеться.

– У нас останется очень мало времени. Может, обойдешься без переодевания?

Если она не хочет поддаваться чарам доктора Грейнджера, ей стоит как можно меньше находиться в его обществе.

– В половине седьмого, – твердо сказала Брук. – И еще. Никаких подарков.

– Хорошо. Никаких подарков. Если, конечно, не считать подарком меня.

Присутствие Джеда на самом деле было одним из самых лучших подарков, какой могла пожелать себе Брук. И весьма опасным.

– Тогда до вечера, – попрощалась она.

– Жду тебя с нетерпением, – сказал он и повесил трубку.

Брук тоже опустила трубку на рычаг и задумалась. Что она делает? А может, ее сестра права? – внезапно пришла ей в голову мысль. Может быть, действительно, стоит использовать шанс и развлечься?

– Что хотел доктор Грейнджер, Брук?

Развернувшись, девушка увидела свою начальницу. Та стояла, опершись на шкаф. Ее темные, с проседью волосы, как обычно, были собраны на затылке в низкий пучок. И, как обычно, растрепаны. На пухлом лице было написано подозрение.

Брук давно планировала поговорить с Мэйси о прекращении занятий на дому. Момент подходил как нельзя лучше.

– Я решила не проводить больше занятия с доктором Грейнджером, – начала она.

– Полагаю, домашняя физиотерапия не сработала? – нахмурилась Мэйси.

И да, и нет, подумала Брук, стараясь не улыбнуться пришедшим в голову воспоминаниям.

– Он добился определенного прогресса, но есть некоторые затруднения.

– Что же случилось? – поинтересовалась начальница.

– Одно из сухожилий так и не поддалось лечению. Указательный палец доктора Грейнджера не начал двигаться. Боюсь, как бы не потребовалось хирургическое вмешательство. – Брук очень хотелось ошибиться в своих прогнозах.

Глаза Мэйси сузились.

– Ты говорила ему о своих подозрениях?

Нет, Брук не говорила. Но рано или поздно ей придется это сделать. Может быть, даже сегодня вечером.

– Я не хочу делать преждевременных выводов. Возможно, стоит немного подождать, – ответила она.

– Разумно ли тянуть?

– В его психологическом состоянии это было бы лучшим выходом. И потом, мне кажется, что он воспримет подобную новость легче, если услышит ее от доктора Кемпнера.

– Ты попробуешь убедить доктора Грейнджера продолжать занятия, если твое предположение подтвердится?

Мэйси понятия не имела, как много сил и терпения пришлось приложить Брук, чтобы заставить его заниматься.

– Давайте лучше немного подождем – пока все не станет окончательно ясно, – предложила Брук.

Мэйси развернулась, чтобы уйти, но передумала. Ей явно что-то не давало покоя.

– Ты мне все рассказала? – прямо спросила она.

Паника тугим обручем обхватила грудь Брук, мешая дышать.

– Что вы имеете в виду?

– Между вами что-то произошло? Какова истинная причина твоего отказа работать с ним?

Брук с трудом подавила истерический смех.

– Все дело исключительно в моих подозрениях, – ушла она от вопроса.

Мэйси не выглядела убежденной.

– Ты сообщила доктору Кемпнеру о своем решении?

– Еще нет, – ответила Брук.

– Хорошо. Тогда сделай запись в истории болезни и поговори с доктором Кемпнером, – распорядилась Мэйси. Она поправила очки и сказала, глядя в сторону: – Брук, ты одна из наших лучших физиотерапевтов. Я хочу тебя предупредить.

Брук залилась румянцем и в который раз пожалела, что у нее такая нежная кожа, которая выдает все ее эмоции. Она начала подозревать, что Мэйси слышала часть их разговора с доктором Грейнджером.

– Вы о чем? – притворившись, будто ничего не поняла, спросила девушка.

– Иногда случается, что врач переступает границу профессиональных отношений с пациентом. Мне не нравится, что ты можешь пострадать от подобной ситуации, – не обратив внимания на ее слова, продолжила Мэйси.

– Не беспокойтесь, Мэйси, – выдавила улыбку Брук. – Со мной все в порядке.

Мэйси понимающе улыбнулась в ответ:

– Надеюсь, что с доктором Грейнджером тоже.

С этими словами она вышла за дверь.

Брук закрыла глаза и полной грудью вдохнула воздух. Потом медленно выдохнула. Перед ее мысленным взором стоял доктор Грейнджер.

Открыв глаза, она попыталась выкинуть его из головы и сосредоточиться на работе. Тщетно. Образ Джеда преследовал ее двадцать четыре часа в сутки, вторгаясь даже в сновидения.

Она приняла близко к сердцу дружеское предупреждение Мэйси. Мне не нравится, что ты можешь пострадать от подобной ситуации.Этого же боялась и сама Брук.

Так получилось, что ее больше не связывали с доктором Грейнджером только деловые отношения «врач-пациент». Они перешли на другой уровень. Более интимный. Брук совсем не была уверена, что развитие этих отношений не причинят ей новой боли.

Было бы правильным прекратить их. И Брук твердо решила заняться этим сегодня вечером.

Сан-Антонио просто дышал чувственностью. Брук жила здесь с детства, но никогда прежде город не казался ей таким. До этого вечера.

Место, где они договорились встретиться, находилось в двух шагах от реки. Когда Брук добралась туда, ее ноздри защекотали запахи перченой еды и свежеиспеченных лепешек, а ушей коснулся приглушенный шум разговоров. Днем она часто бывала здесь. Знала и любила маленькие магазинчики, рассыпанные на самом берегу. В этой атмосфере не было для нее ничего непривычного, но сегодня это место было другим. Может, из-за того, что она начала замечать мельчайшие детали, на которые не обращала внимания раньше. А может, из-за множества влюбленных парочек, прогуливающихся под руку.

Наконец она увидела доктора Грейнджера. Он стоял к ней спиной, глядя на реку.

На нем была темно-синяя рубашка и слаксы цвета хаки. Правую руку он спрятал в карман, а левой, как предполагала Брук, держался за перила. Его высокая широкоплечая фигура излучала уверенность и силу.

Олицетворение настоящего врача.

Брук пожалела, что у нее не было с собой камеры. Ей очень хотелось запечатлеть его таким – на фоне темнеющего неба, похожим на прекрасного архангела.

Она просто стояла и смотрела, боясь того момента, когда он осознает ее присутствие. Боясь, что ее сердце вновь поскачет сумасшедшим галопом.

Словно что-то почувствовав, Джед медленно обернулся и поприветствовал ее, помахав в воздухе алой розой на длинном стебле.

Брук очень осторожно пошла ему навстречу. Сегодня она впервые за много недель надела туфли на высоких каблуках и очень не хотела подвернуть ногу.

– Я, кажется, просила вас – никаких подарков! – ее тон был полусерьезен.

– Откуда ты знаешь, может, я купил ее себе? – улыбнулся он озорной улыбкой, смертоносной для женских сердец.

Брук улыбнулась в ответ:

– О, тогда извините. Прекрасно выглядите.

Он нежно провел лепестками по ее щеке. У Брук захватило дыхание.

– Я просто не мог прийти с пустыми руками, зная, что у тебя день рождения.

Она взяла цветок и зарылась носом в нежные лепестки, всей грудью вдыхая его аромат.

– Наверное, мне следует сказать, что вам не стоило этого делать. Но я рада, что вы это сделали.

Ее неуклюжая многословность заставила его улыбнуться еще шире. Улыбка Джеда, его подарок будили в Брук чувства, которые она никогда прежде не испытывала.

– Она прекрасна. Мне давно не дарили цветов.

– Это плохо.

– Согласна. У меня на них аллергия.

Он сразу встревожился:

– Правда?

Брук начала безудержно хохотать. Она чувствовала себя такой свободной, такой счастливой.

– Извините, я глупо пошутила, – наконец смогла сказать она.

Джед наклонил голову и принялся рассматривать девушку.

– Ты маленький дьяволенок. Ты знаешь об этом, Брук Левис?

– Иногда я бываю такой, – согласилась она.

– Не хочешь чего-нибудь выпить? – предложил Джед.

Со стороны ближайшего ресторана донеслись такие вкусные запахи, что у Брук сразу заурчало в животе. Она вспомнила, что с самого утра еще практически ничего не ела.

– Сегодня у меня не было времени поесть, – призналась она. – Я успела перехватить только несколько крекеров. Если мы начнем со спиртного, то оно сразу ударит мне в голову.

Брук промолчала о том, что присутствие доктора Грейнджера пьянило ее не хуже коктейля.

– Ты чудесно выглядишь, – внезапно сказал он.

Брук вспыхнула. Ей хотелось запротестовать, сказать, что ничего подобного, что на ней старые вещи. Но внезапно она вспомнила наставления матери. Та всегда говорила: принимай комплименты с достоинством. Поэтому она только произнесла:

– Благодарю. Вы тоже хорошо выглядите.

Он потер шею.

– Сегодня я съездил в городской дом и принял душ. А после даже слегка подровнял волосы. Подумал, что пора выглядеть цивилизованным.

Брук он нравился в любом виде, будь то небритый фермер или опрятный доктор.

– Почему бы нам не прогуляться? Побудем туристами, – предложила она, надеясь, что на публике ей будет легче сохранить контроль над своими эмоциями.

Джед взглянул на дорожку, идущую вдоль реки.

– Что ж, давай пойдем туда.

Брук пристроилась было слева, но он, бережно взяв за плечи, передвинул ее на правую сторону.

– Так безопаснее, – объяснил он свой поступок. – Ты слишком привлекаешь внимание. В такое время суток это не всегда безопасно.

Брук почувствовала себя слабой женщиной, прячущейся за широкими мужскими плечами.

– Как благородно, доктор Грейнджер, – улыбнулась она.

Он остановился и взглянул ей в лицо.

– Меня зовут Джед. Нет ничего плохого в том, что ты будешь называть меня просто по имени. Джед. Запомнила?

Разве она может забыть, как его зовут?

– Хорошо, Джед. Теперь ты доволен?

– Я работаю над этим.

Некоторое время они шли молча. Тишина нарушалась только шумом, доносящимся из открытых дверей ресторанчиков и клубов.

– Итак, сегодня вся твоя семья собирается вместе, – наконец нарушил молчание Джед.

Брук нахмурилась:

– Да. Все будет как обычно. Мама начнет опекать меня, как будто мне десять лет, а папа будет смотреть на часы, боясь опоздать на игру. Потом мама и Мишель непременно поругаются. Мама начнет упрекать сестру за то, что она до сих пор не нашла приличного мужчину и не вышла замуж.

– А разве тебя это не касается? – спросил Джед.

– Нет.

– Но почему?

Здесь все слишком запутано, подумала Брук, а вслух ответила:

– В основном из-за астмы, хотя мама никогда в этом не признается. Я была болезненным ребенком, и она посвятила свою жизнь тому, чтобы укрыть меня от опасного внешнего мира. Убедить ее не делать этого невозможно. Поэтому я просто смиряюсь с маминой заботой и занимаюсь своими делами.

– Она боится за тебя.

– Да. У моей бабушки тоже была астма, и она умерла сравнительно молодой.

– Но сейчас другие времена. Медицина сделала громадный шаг вперед.

– Моя мама испытывает чувство вины за то, что я родилась такой. – Бросив взгляд на Джеда, Брук заметила на его лице улыбку. – Это забавно? – спросила она.

– Нет, просто знакомо.

Драматическим жестом Брук приложила руку к груди.

– Только не говори мне, что твои родители тоже испытывают чувство вины.

– Просто похожая ситуация. Мои родители тоже предопределили мой путь с самого рождения. Я обязан был стать врачом. Продолжить семейную традицию. Бог знает, что бы случилось, если бы я решил стать кем-либо еще. А мог бы. В годы юношеского максимализма я хотел пойти в десантные войска.

Брук с трудом могла представить такое. Рядовой Джед.

– Так твой отец тоже был врачом? – с любопытством осведомилась она.

– Да, и мой отец и дед были одними из самых лучших врачей.

– И это подстегивало тебя.

Брошенный на нее удивленный взгляд говорил о том, что Джед не ожидал от нее такой проницательности.

– Это сыграло роль, – согласился он. – А еще то, что я люблю свою профессию. И всегда видел себя только врачом.

– Хочу сказать, что ты достойно продолжил династию. Ты стал великолепным хирургом. Лучшим в городе, а может, и во всем штате.

Джед неожиданно свернул под арочный мост и остановился, прислонившись спиной к стене.

– Что-то с ногой? – встревожилась Брук.

– Нет. Просто я думаю, что нам стоит взять паузу, – ответил он.

Она не поняла, что он имеет в виду, но послушно встала рядом. И вновь между ними повисло молчание. Брук размышляла о том, что больше не может относиться к Джеду как к доктору Грейнджеру, светилу медицины. Рядом с ней находился мужчина из плоти и крови. Мужчина, привыкший скрывать свои истинные чувства, свою ранимость. И человек, который потерял все.

– Я хочу объяснить свое поведение вчера вечером, – прервал Джед затянувшуюся паузу и, помолчав еще немного, словно собираясь с мыслями, продолжил: – Я всегда добиваюсь того, чего хочу. Иду к цели напролом. Так было всегда, и меня это устраивало. Теперь я хочу измениться, потому что встретил тебя.

– Но я не желаю, чтобы ты менялся. Тем более из-за меня, – ответила Брук дрожащим от волнения голосом. – Наоборот, я восхищаюсь твоим упорством.

– Прошлым вечером я мог навредить тебе. Я грубо флиртовал с тобой, зная, насколько отрицательно ты относишься к такой настойчивости. Прошу меня извинить.

– Послушай, Джед, – покачала головой Брук. – Я уже большая девочка. И поверь, умею постоять за себя. Вчера я сама не хотела тебя останавливать.

Он не смог скрыть довольную улыбку.

– Ты меня не обманываешь?

– Нет. Иначе я бы просто сбегала к машине за бейсбольной битой.

Он поднял лицо к небу, на котором загорались первые светлячки звезд, и рассмеялся.

– И почему меня это не удивляет?

– Потому что ты понимаешь меня больше, чем догадываешься.

И больше, чем собиралась открывать ему сама Брук.

– Я хочу узнать тебя еще лучше, – пылко произнес Джед, беря ее руки в свои. – Ты позволишь?

– Посмотрим.

Брук не могла обещать ему большего. Она все еще боялась, что, подпуская его ближе, совершает ошибку. Но ее как будто несло неуправляемым течением событий.

– Ты когда-нибудь каталась на этом? – он кивнул в сторону речного такси, как раз проходившего под мостом.

– Однажды. Я спешила, и мне показалось, что будет быстрее, если я проеду одну остановку на речном такси. Но поездку по всему маршруту никогда не совершала.

– Хочешь попробовать?

– Конечно, – пожала плечами Брук. – Почему нет? Это может быть забавным.

Взявшись за руки, они отправились к речной станции. Ощущая захват пальцев Джеда, Брук с удовольствием думала о том, что упорная работа дала положительный результат. Его ладонь еще не могла полностью сжиматься, но это было всего лишь вопросом времени. Указательный палец так и остался неподвижным.

Следует ли ей сказать о своих подозрениях сейчас? Нет. Она не хотела расстраивать Джеда, когда он в таком хорошем настроении. Лучше выбрать момент позже.

Джед купил билеты. Речное такси уже стояло у причала, и они зашли на судно. Кроме них там находилась семейная пара с двумя маленькими детьми. На следующей остановке семейство вышло, оставив Джеда с Брук наедине.

Речное такси вновь полетело вперед, оставляя за собой пенный след. Они сидели на корме, тесно прижавшись друг к другу. Рука Джеда нежно поглаживала плечо девушки. Она чувствовала жар его пальцев даже через плотную ткань жакета. Еще несколько дней назад такое было невозможно – Брук просто оттолкнула бы его. Но сейчас она была абсолютно счастлива и расслаблена, наслаждаясь каждым прикосновением.

У нее слегка кружилась голова. И она сама не знала, что было тому причиной – романтическая обстановка, едва заметный запах его одеколона или присутствие рядом мужчины, которым она восхищалась.

Ласки Джеда становились все настойчивее. Он уже принялся поглаживать ее грудь. Брук задрожала.

– Тебе холодно? – прошептал он.

Ноябрьский вечер и вправду был прохладен. Но Брук не заметила бы холода, даже оказавшись на северном полюсе.

– Да, немного, – сказала она, прекрасно понимая, что дрожь была вызвана возбуждением.

Джед снял с себя пиджак и накинул ей на плечи. Затем наклонился и поцеловал ее в губы.

– Счастливого дня рождения, Брук, – сказал он.

– А знаешь, – прошептала она в ответ, – я уже счастлива.

Он снова приник к ее губам. Поцелуй обещал быть долгим и страстным. Но Джед быстро отстранился.

– Ты сводишь меня с ума, – хрипло пробормотал он, – но, если мы продолжим в том же духе, нас арестуют за оскорбление нравственности.

Брук уже не волновало, что их кто-то может увидеть. Никогда в жизни она не испытывала такого возбуждения.

Джед быстро глянул на часы.

– Уже почти восемь. Тебе пора.

Покидать его общество не входило в ее планы. Не сейчас. Она сама решит, как ей справлять свой день рождения – и с кем.

– Ты прав, – сказала она. – Только идти пора не мне, а нам. Прямиком в мою квартиру. Потому что, если мы этого не сделаем, я за себя не отвечаю. И нас точно арестуют.

Он выглядел ошеломленным.

– А как же твой семейный ужин?

Брук приложила палец к его губам. Часть ее сознания ужасалась тому, что происходит. Но она уже ничего не могла с собой поделать. Джед разбудил в ней женщину. Страстную женщину.

– Я могу поужинать с семьей потом. Сейчас у меня другие планы.

Он широко улыбнулся:

– И какие же?

Если бы она не хотела так сильно его поцеловать, то залепила бы пощечину за деланое непонимание.

– Увидишь, – пообещала Брук.

Джед взял ее лицо в ладони и серьезно спросил:

– Ты уверена, что хочешь именно этого?

– Как никогда в жизни, – уверила она его.

На самом деле Брук пугало только одно: осознание того, что она готова влюбиться в доктора Грейнджера и забыть клятву никогда больше не поступать так неразумно, никогда не наступать на одни и те же грабли.