Текст книги "Взломщик (ЛП)"

Автор книги: Крис Райан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 11 страниц)

Он продолжал идти по своим следам, останавливаясь только для того, чтобы вытереть дождь с лица.

Он остановился.

На другой стороне дороги, скрытая темнотой, дождем, проезжающими машинами и автобусами, виднелась фигура. Его голова под широкополой шляпой была опущена, и на нем был тяжелый плащ. Зак не мог видеть его лица, но был уверен, что походка была ему знакома. В нерешительности он смотрел, как фигура спешит по улице в противоположном направлении. Он покачал головой. Время было дорого. Ему нужно было придерживаться плана.

Вскоре он подходил к входу в тупик. Именно здесь Ладгроув заметил Зака, следовавшего за ним.

И именно здесь Хендрикс словно растворился в воздухе.

Но никто не мог раствориться в воздухе. Было другое объяснение.

Он вышел на дорогу – Чолкер-Мьюз – как раз в тот момент, когда вспышка молнии расколола небо над головой, последовал раскат грома, заставивший его кости дрожать. Он продолжал идти, всматриваясь в темноту по сторонам. Дверных проемов не было, а с левой стороны была припаркована только одна машина. В конце дороги была высокая стена – метров пять, как минимум, без посторонней помощи подняться невозможно. Но интуиция Зака ​​подсказывала ему, что Хендрикс не поднялся наверх, когда исчез.

Он направился вниз.

Прямо перед стеной виднелась одинокая круглая крышка люка. Единственная в Чолкер-Мьюз, насколько видел Зак. Он оглянулся – скорее по привычке, чем из беспокойства. Больше здесь никого не было. Он наклонился и, пока дождь стекал по его шее, вонзил ногти под край крышки люка.

Дождь лился в глаза, он поднял крышку люка и сдвинул ее. Она звякнула о брусчатку.

Зак встал на колени у края дыры, включил фонарик и посветил им внутрь.

20

ПОДАВЛЕНИЕ

Первым делом Зак увидел в свете фонарика лестницу. Не встроенную в стене, чтобы можно было спуститься в канализацию, а стоящую у кирпичной стены. Обычная лестница, не очень грязная. Кто-то недавно ее тут оставил. Зак что-то нашел.

Он осторожно опустился в яму, нащупывая ступеньки лестницы. Найдя их, он спустился, оставив люк открытым. Это не давало ему много света, но заставляло чувствовать себя в большей безопасности. Хоть немного.

Он оказался примерно на три метра ниже. Когда его ноги коснулись земли, он краем глаза заметил движение и услышал шум, все живые здесь существа убегали от яркого света его фонарика. Он попытался выбросить из головы мысли о грызунах, но, конечно, это только заставило их появиться в его воображении. Он стиснул зубы и отошел от безопасного люка, куда попадал ливень.

Больше движения. Снова шорох.

Он шел дальше.

Подземный коридор, в котором он очутился, был узким – шириной менее метра. Зак ​​держался подальше от липких стен, и он едва прошел пять метров, как почувствовал необходимость натянуть футболку на нос, потому что запах становился все хуже и хуже. Звук дождя, стучащего по дороге наверху, постепенно стих. Тишина пугала. По мере того, как он шел дальше, он начал слышать звук капающей воды, а также шорох крыс. Звук эхом отражался от стен.

Примерно через пятнадцать метров он подошел к Т-образному перекрестку. Он должен был принять решение. Влево или вправо?

На короткое время он вернулся на остров Святого Петра, в самое начало обучения. Раф учил его ориентироваться, и Зак предложил простой вариант использования GPS на его телефоне.

– GPS – это хорошо, – сказал Раф, – но на него нельзя полагаться.

Похоже, его ангелы-хранители были правы. Снова. Он почувствовал внезапную боль. Чувство ужасной потери. Где они были? Что с ними случилось? Он выбросил эти мысли из головы. Он знал, что они не хотели бы, чтобы он отвлекался сейчас. Были дела важнее.

Он представил карту своего местоположения. Судя по маршруту, который он выбрал из офиса «Daily Post», он решил, что находился где-то к северо-западу от вокзала Виктория и направлялся на восток. Это означало, что ему нужно было повернуть направо.

Он глубоко вдохнул. Второй раз он шел на охоту за взрывным устройством. В прошлый раз ему повезло. Очень. Он не мог быть уверен, что ему снова повезет. Он почувствовал внезапную боль от страха, момент, когда храбрость почти покинула его. Возможно, ему стоило вернуться. Уехать из Лондона. Найти убежище. Скорее всего, его ангелы-хранители были мертвы. Зак проигнорировал эти мысли. Он принял решение. Он повернул направо.

Коридор расширился. Зак гадал, что это за сеть туннелей. Канализация? Шлюзы для дождевой воды? Он слышал, как люди говорили о викторианских водостоках под улицами Лондона. Может быть, для этого были эти старые коридоры. Он старался не думать о весе кирпичей над ним. Он просто продолжал идти.

Времени здесь не существовало. Он понятия не имел, как долго шел. Туннель вёл вправо, а затем открылся в нечто вроде камеры размером примерно половину теннисного корта. Крысы здесь не могли укрыться. Даже когда они убегали от луча фонаря, Зак видел их толстые пушистые тела и похожие на кнуты хвосты. Он стиснул зубы и продолжил путь сквозь это море визжащих, топчущихся грызунов.

Еще один коридор, на этот раз влево и немного под гору. Зак привыкал к своему окружению, поэтому он ускорился.

Он остановился.

Коридор снова открывался в комнату. Она была намного больше предыдущей – возможно, в пять раз больше, хотя в полумраке было трудно понят. Он видел очертания нескольких ящиков, около двух метров в высоту, в ширину и в глубину. На одном из них был предмет размером с книгу в мягкой обложке, от которого исходило бледно-голубое сияние.

Это было свечение, очень похожее на то, что Зак видел от детонатора второй бомбы.

* * *

В квартире в Найтсбридж Малкольм Мэнн спокойно смотрел на экран компьютера, следя за хэштегом #palacebomb. В своем воображении он видел земной шар, и, когда миллионы людей ретвитили его простое сообщение, на этом воображаемом глобусе появились маленькие светящиеся точки, освещающие целые континенты.

Он подумывал о взломе мэйнфрейма штаб-квартиры правительства Великобритании по связям с общественностью, чтобы посмотреть, какой ответ вызвала его вирусная кампания, но это требовало времени, и, как он понял, был более простой способ. Он встал, вздрогнув от острой боли, пронзившей раненое плечо. Он слабо подошел к телевизору и включил BBC News 24. Затем подошел к окну с видом на горизонт Лондона.

Сгустились тучи. Когда вспыхнула полоса молнии, казалось, что небо бурлило. Но на горизонте он заметил четыре вертолета. Они направлялись в сторону Букингемского дворца.

Он слышал новости на заднем плане. Репортажи были лихорадочным:

– Тело, найденное висящим на Вестминстерском мосту, было опознано как Джошуа Ладгроув… Главный комиссар столичной полиции призвал лондонцев сохранять бдительность… – но не было срочных новостей. Ни слова о новом беспорядке в небе над столицей. Малкольм понял, что это значило. Новости подавляли. Его план работал.

И его работа, решил он, была сделана.

Он огляделся. Он предполагал, что это было безопасное место, но как долго оно будет оставаться таким? Его жизнь была в опасности, это было ясно. Гарри обещал помочь ему, но теперь он ушел за бомбами, и это была миссия с самоубийством. Нет, он мог рассчитывать только на себя. Он ни за что не собирался позволить им отправить его обратно в психиатрическую больницу. Он скорее умрет. Его решение было принято. Он не видел причин задерживаться. Ощущая слабость, он покинул квартиру. Несколько мгновений спустя он пошел по пустой улице в ночь, просто еще один безликий представитель общества в охваченном ужасом городе.

* * *

Родни Хендрикс стоял на полпути к торговому центру, прислонившись к фонарному столбу. Он был насквозь мокрым, но почти не чувствовал этого.

По небу зигзагами пронеслась молния. Она озарила флагшток на крыше дворца, и Хендрикс увидел флаг, безвольно висящий под дождем. Он позволил себе мрачную улыбку. Если операция пройдет особенно хорошо, возможно, скоро лондонские флаги будут висеть приспущенными, поскольку страна будет оплакивать смерть своей королевы.

Отсюда ему открывался прекрасный вид на дворец, с достаточно безопасного расстояния, чтобы избежать последствий. Он будет наблюдать за плодами своего труда, а затем вернется в свою квартиру в безопасности, зная, что в его распоряжении будет гораздо больше средств. Это было только начало.

Он смотрел и ждал. Шоу вот-вот начнется.

Но потом у него перехватило дыхание.

Фигуры появлялись из залитого дождем неба. Три – нет, четыре – силуэта, парящие над высокими стенами дворца.

Вертолеты.

Его восторг превратился в тошноту, когда он увидел фигуры, быстро спускающиеся с вертолетов на крышу дворца.

Хендрикс сдержал вой, подступивший к губам. Он продолжал наблюдать, как вертолеты, доставив людей, поднялись в воздух и начали кружить.

Он проверил время. Осталось меньше десяти минут. Он успокаивал себя. Если повезет, прибытие этих людей только усилит побочный ущерб от взрыва.

Еще одна вспышка молнии.

Раскат грома.

Дождь продолжал лить.

Время продолжало идти.

Он продолжал смотреть.

* * *

При других обстоятельствах это свечение детонатора привлекло бы все внимание Зака, но внезапно в комнате разнесся эхом голос:

– Хендрикс! Хендрикс! Это ты?

Непосредственным инстинктом Зака ​​было выключить фонарик и погрузить комнату в темноту. Но когда он это сделал, он понял, что узнал этот голос.

– Раф? – позвал он.

Воцарилась тишина.

А затем прозвучали два голоса, мужской и женский:

– Зак?

Зак снова включил фонарик и поднял его над головой. В двадцати метрах от себя он увидел две фигуры, сидящие на земле, прислонившись спинами к какой-то стойке, и отворачивали головы от ослепительного луча света.

Момент изумления – облегчения – прошел быстро. На это не было времени, и тон их голосов подсказывал ему, что не от чего испытывать облегчение.

– Шагай осторожно, Зак, – крикнул Раф. – Мы окружены взрывчаткой.

– Сколько еще на таймере? – напряженно спросил он.

Короткая пауза.

– Семь минут. Не подходи к нам слишком близко. Мы привязаны к датчикам давления. И никакого героизма, Зак. Просто делай то, что я тебе говорю.

Зак опустил луч фонарика на землю. Он осторожно шагнул вперед. Один шаг. Два. Три. Он оказался между двумя огромными ящиками.

– Хорошо, Зак, – сказал Раф. – Слушай внимательно. Хендрикс был здесь. Он оставлял бомбы.

– Я знаю. Хендрикс – это не его настоящее имя. Его зовут…

– У нас нет на это времени. Слушай. Он сказал нам, что детонатор с ловушкой. Если мы попытаемся его разрядить, он сработает.

– Тогда что мы будем делать? – выдохнул Зак. Здесь было холодно, но он понял, что потел.

– Пока он говорил, я попытался изучить его установку как можно лучше. Я хочу, чтобы ты подошел к ящику с детонатором. Кажется, я видел отдельные провода, ведущие от этого ящика к каждому из остальных. Я прав?

Зак сделал, как ему сказали. Когда он обошел центральный ящик, он увидел детали дисплея.

00:07:01

00:07:00

00:06:59

Он попытался сосредоточиться на работе, а не на времени, которое, казалось, ускользало из его пальцев. Раф был прав. Он насчитал девять проводов, которые, словно паучьи лапы, ползли по краю центрального ящика, по одному вело к каждому из остальных.

– Есть, – сказал он.

– Хорошо. Я не думаю, что можно будет обезвредить центральный ящик, если он будет прикреплен непосредственно к детонатору с ловушкой. Но, думаю, есть большая вероятность того, что мы сможем минимизировать ущерб, который нанесет взрыв наверху, если перережем каждый из этих проводов, чтобы предотвратить перенос заряда к другим ящикам. У тебя есть нож?

– Нет, – выдохнул Зак. Раф выругался под нос, но затем Зак кое-что вспомнил. Он сунул руку в карман и вытащил шпильку Габс в форме звезды. Он поднял ее к свету. – Твоя? – спросил он Габс.

– Моя, – прошептала Габс с благоговейным облегчением в голосе.

Зак взял в левую руку один из проводов и прижал к нему острый край, которым порезался. Он собирался перерезать провод, когда Раф снова заговорил:

– Зак?

– Ага?

– Это всего лишь предположение. Ты понимаешь это, да? Я не могу обещать, что перерезание провода не активирует ловушку.

Зак посмотрел через плечо на своих ангелов-хранителей. Они оба с тревогой смотрели на него.

– Я думал, вы оба мертвы, – сказал он.

Пауза.

– Скоро будем, милый, – сказала Габс.

Ее слова были как спусковой крючок. Зак ​​помрачнел. Он снова посмотрел на провод.

А потом он разрезал его.

Наступила тишина.

– Готово, – сказал он.

– Перережь остальные провода, – приказал Раф, но Зак уже делал это. Он аккуратно разрезал и второй, и третий. Взрыва не было. В течение минуты он перерезал все девять проводов. Он взглянул на часы – пять минут и три секунды – и снова повернулся к Рафу и Габс. Они выглядели измученными.

– Теперь иди, милый, – сказала Габс. – Уходи отсюда поскорее.

Зак не слушал ее. Он поднял свой фонарик и посветил им под ноги. Датчики давления, на которых они сидели, были просто двумя листами металла. Он не знал, что за механизм находится под листами, но от каждого из них тянулось множество разноцветных проводов к центральному ящику и детонатору.

– Я сказал, Зак, – сказал Раф опасно низким голосом, – никакого героизма. Тебе нужно догнать Хендрикса, чтобы он снова не сделал …

Но Зак отвернулся от них. Он подбежал к ближайшему из ящиков с взрывчаткой – он был примерно в пятнадцати метрах от Рафа и Габс – и ударил кулаком по дереву. Дерево было тонкое и хрупкое. Зак сообразил, что оно было таким, чтобы не ослабить взрыв. Он крепко сжал звезду в правой руке и разрезал одну из боковых досок. Лезвие легко вонзилось, рассекло двадцать сантиметров дерева до смертоносного содержимого ящиков.

– Зак! – настаивала Габс. – Иди!

Он держался спиной к своим ангелам-хранителям и вырезал линию, параллельную первой. С немного большим трудом он разрезал поперек волокон на обоих концах параллельных линий. Дерево упало, открыв прямоугольную дыру. Зак просунул пальцы в дыру, сжал край и уперся правой ногой в ящик, потянул изо всех сил.

Хлипкое дерево вокруг ящика треснуло и раскололось. Шум эхом разнесся по комнате, напугав крыс, их писк хором заполнил пространство. Раф и Габс кричали на него, но он почти не слышал их, поскольку, не обращая внимания на занозы в грязных руках, продолжал ломать ящик. За сорок пять секунд он открыл одну сторону и осветил ее фонариком, чтобы увидеть, что там было.

Пластичная взрывчатка внутри ящика была аккуратно сложена. Маленькие свертки смерти, каждый размером с кирпич. И они были тяжелы, как кирпич. Зак взял шесть из них в руки и направился туда, где сидели Раф и Габс. Теперь они замолчали, уставившись на него с потрясением, он стал осторожно укладывать бруски пластичной взрывчатки вокруг ног Габс.

Он побежал к открытому ящику, на ходу поглядывая на часы. Три минуты. Он схватил еще одну охапку взрывчатки, побежал назад и добавил ее к куче.

И только когда он положил третью охапку, он вытащил алмазную звезду из кармана и перерезал веревки, связывающие запястья и лодыжки Габс.

– Медленно вставай и отходи, – сказал он. – Вес взрывчатки должен удержать пластину давления на месте.

Габс взглянула на Рафа. Он кивнул.

Она осторожно встала на ноги, кривясь от боли в затекших мышцах, а потом перешагнула взрывчатку и оказалась на полу.

Зак увидел, как пластина давления слабо покачнулась. Один брусок взрывчатки скатился с вершины, и его сердце чуть не остановилось. Но все замерло. Сработало.

Проверка времени.

00:02:17

– Помоги мне, – сказал он Габс. Ей не нужно было повторять. Они подбежали к открытому ящику и схватили больше брусков взрывчатки, быстро уложили их у ног Рафа. Второй заход, и они закончили. Зак перерезал его веревки, а потом затаил дыхание, когда друг медленно встал и перешагнул взрывчатку.

00:01:23

– Уходим! – рявкнул Раф. – Мы больше ничего не можем сделать…

Зак шел впереди, его фонарь освещал путь. Он бежал, как во сне, заставляя ноги двигаться быстрее, но не чувствовал, что бежит так быстро, как мог. С каждым шагом он ожидал услышать взрыв позади себя. Все, что они могли сделать, это надеяться, что взорвется только центральный ящик, и что сила взрыва не заставит взорваться остальные. Но даже так взрыв будет серьезным.

Это произошло без предупреждения, когда Зак входил в первую, меньшую комнату. Сначала он услышал звук взрыва – низкий, чудовищный грохот, эхо зловеще разнеслось по комнате, – прежде чем ударная волна сбила его. Это было так сильно, будто кто-то ударил его в спину тяжелым тупым предметом. Зак пролетел два метра, прежде чем рухнуть и проехать лицом по твердому, мокрому полу. Он проигнорировал внезапный поток испуганных грызунов, пронесшихся вокруг него, вместо этого повернулся, чтобы убедиться, что Габс и Раф в порядке.

Они были не в порядке.

* * *

Хендрикс посмотрел на часы. Осталось десять секунд. Его кожу покалывало. Не от холода или дождя. Все было куда серьезнее. Через десять секунд момент, которого он ждал годами, осуществится, и он увидит, как это произойдет.

Пять секунд.

Из садов Букингемского дворца поднялся одинокий вертолет. Хендрикс нахмурился. Там был драгоценный груз? Наверное, и эта мысль возмутила его. Но он не позволял себе унывать. Смысл была в здании. Обрушение дворца станет такой же мощной картиной, как 11 сентября.

Осталось две секунды.

Одна секунда.

Ноль.

Раздался гул. Хендрикс слышал его довольно ясно. Как далекое землетрясение, или, может, он просто хотел верить в это. Он прищурился, ожидая, что здание рухнет. Он тщательно спланировал это, каждый ящик с взрывчаткой был размещен так, чтобы произвести максимальный удар.

Ничего не произошло.

«Подожди, – сказал он себе. – После разрушения фундамента требуется время, чтобы увидеть последствия».

Он терпел.

По-прежнему ничего не происходило.

В его животе поднялась горячая волна гнева. Это было невозможно. Невозможно. Глупцы в подземной камере не могли поставить под угрозу устройство, и он знал, что не ошибся в его конструкции. И все же ничего не произошло.

Перед глазами появился красный туман. Он обнаружил, что шагал к дворцу. Он видел в своем разуме лицо. Юноша. Высокий для своего возраста. Непослушные волосы. Он сказал, что его зовут Гарри Голд, но Хендрикс начал сомневаться в этом. Он лучше всех знал, как легко можно изменить имя.

И он знал, как легко человека можно убить. В конце концов, он видел это много раз.

* * *

Габс добралась до комнаты, но отлетела на пол, как и Зак. Она вскочила, как кошка, и оглянулась как раз вовремя, чтобы увидеть, как туннель, из которого они вышли, рушится.

– Раф! – закричала она, они с Заком бросились в сторону обломков, падающих вокруг него. – РАФ!

Кирпичи сыпались с потолка – твердая версия дождя, промочившего Зака ​​снаружи. Это продолжалось около пяти секунд, после чего воцарилась ужасная тишина. Вход в туннель был полностью заблокирован. Их друга не было видно.

Ни Заку, ни Габс не нужно было говорить. Они схватились за обломки кирпича и камня у входа в туннель. Обломки были очень тяжелыми, и Зак почувствовал, как мускулы его рук и груди напрягаются, когда он пытался сдвинуть более крупные куски.

Прошла минута тяжелого труда, когда в комнате в десяти метрах от них снова обрушился град щебня. Они продолжали работать, будто не слышали звука, но когда он повторился через тридцать секунд, это не могло остаться незамеченным.

– Потолок рушится, – прохрипела Габс. – Если хочешь уйти, иди, – она не смотрела на Зака, когда говорила это, и надеялась, что он примет ее предложение. Зак не ответил. Он просто продолжал работать, без перерыва убирая куски потолка с входа в туннель.

Они увидели ладонь Рафа. Она выглядывала из щели между двумя валунами, но оставалась смертельно неподвижной.

– Раф… – прошептала Габс.

Ответа не последовало.

Они удвоили усилия. Зак сдвинул валун, который, если бы не адреналин в его венах, он не смог бы сдвинуть с места. Стало видно предплечье Рафа, его рукав был разорван, а кожа – в царапинах и крови. И он все еще не двигался. Габс пришла в неистовство, стала убирать камни вокруг руки Рафа и бросать за собой, будто они были из пенопласта. Ее губы шевелились, но она не издавала ни звука. Она будто бормотала беззвучную молитву.

И вдруг на ее молитву был дан ответ.

Рука Рафа пошевелилась. Пальцы сжались и разжались. Рука согнулась в локтях. Спустя несколько мгновений Зак убрал камень, открыв его торс, и другой, открыв его голову. Он упал на бок, его лицо было залито кровью. Он был оглушен, будто не понимал, где он был и как сюда попал.

Но звук падения щебня с потолка комнаты привел его в чувство.

– Нам нужно убираться отсюда», – сказал ему Зак. Он схватил Рафа за руку и помог другу вылезть в созданную ими брешь. Осветив фонариком комнату, Зак напрягся, когда он увидел завесу из обломков, падающих в нескольких метрах от них.

– Беги! – крикнула Габс.

И они так и сделали, закрыв головы руками, побежали сквозь дождь к другой стороне комнаты и в туннель.

Он казался меньше. Вызывал клаустрофобию. Потолок был ниже, стены – уже. Или, может, так казалось Заку. Он не мог бежать достаточно быстро. Когда они вернулись к Т-образному перекрестку, он крикнул остальным, чтобы те свернули налево, и он ощутил редкое облегчение, когда увидел открытую крышку люка и проливной дождь. Он вскарабкался по лестнице на открытый воздух, затем наклонился, чтобы помочь Рафу и Габс подняться.

Но при этом он услышал щелчок и почувствовал что-то твердое и холодное у затылка.

– Вставай очень медленно, – сказал голос. – Покажи мне свои руки. Любые резкие движения, мой юный друг, и я обещаю, что без колебаний убью тебя.

Зак сглотнул. Он медленно встал, подняв руки, растопырив пальцы.

– Повернись, – сказал голос.

Зак сделал, как ему сказали, и оказался лицом к лицу с Родни Хендриксом. У него был пистолет, нацеленный на лоб Зака, и глаза горели жаждой убийства.

21

ЖАЖДА УБИЙСТВА В ГЛАЗАХ

– Гарри Голд, – прошептал Хендрикс.

– Ли Хердер, – ответил Зак.

Хендрикс прищурился.

– Как ты узнал?

Зак ответил не сразу. Он не дал себе посмотреть в сторону люка. Он не хотел, чтобы Хендрикс знал, что внизу были Раф и Габс. Если Хендрикс думал, что они мертвы – а он, несомненно, так и делал – он без колебаний застрелит их, если они окажутся живыми. Он просто молился, чтобы они слышали, что происходит.

– Ладгроув расследовал смерть вашего брата, – сказал ему Зак. – Он был хорошим репортером.

Хендрикс усмехнулся.

– Он был слишком близок к тому, чтобы понять, кем я был на самом деле. Вот почему ему пришлось умереть. Больше он не будет лезть в чужие дела, – его маленькие круглые очки были залиты каплями дождя. Его борода была мокрой, с нее капало.

«Заставь его говорить, – подумал Зак. – Пока он говорит, он не стреляет».

– Ага, – сказал он. – Я заметил это. Не могу не задаться вопросом, как вы заманили его на Вестминстерский мост.

– Думаю, тебе придется и дальше гадать, – сказал Хендрикс. – Как ты узнал, где были бомбы?

– Длиннохвостый сорокопут, – выдохнул Зак. – Ваши коды было легко взломать, если знать, где их искать. Я не понимаю, почему вы вообще их выставили.

Хендрикс издал невеселый смешок. Зак заметил, что его рука с пистолетом слегка дрожала.

Из люка никто не вышел. Раф и Габс явно знали, что им не следует выходить. Сама дыра была рядом с ним. Хендрикс был в двух метрах от нее. Он слегка опустил пистолет, так что он был направлен на грудь Зака.

– Тебе не нужно этого знать, Гарри Голд, – выдохнул Хендрикс. – В любом случае, это уже не имеет для тебя никакого значения.

Зак отступил от Хендрикса. Один шаг. Два шага. Рука Хендрикса все еще дрожала.

«Он трус, – сказал себе Зак. – Он предпочитает убивать людей с помощью бомбы, чем пачкать руки…».

Хендрикс не опустил пистолет, но шагнул вперед. Теперь он был рядом с крышкой люка. Когда над головой раздался удар грома, его рука дернулась вместе с испуганным телом.

Позади Хендрикса возникло движение. Автомобиль повернул в Чолкер-Мьюз. Его фары были включены на полную мощность. Они освещали проливной дождь и отбрасывали длинные тени на мощеную улицу. Сначала Зак подумал, что машина остановилась, но через пару секунд он понял, что она медленно двигалась к ним. Хендрикс наверняка знал, что машина была там. Он должен был видеть, как фары отбрасывают его тень и тень Зака ​​на заднюю стену тупика. Но появление машины не удивило и не обеспокоило его. Зак мог только предположить, что он этого ожидал. И это не могло быть хорошими новостями.

Зак отступил на два шага.

– Пожалуйста, не убивай меня, – прошептал он.

Хендрикс снова двинулся вперед, как и надеялся Зак. Это была его ошибка.

Люк был теперь позади него. Вне поля зрения. Зак ухватился за свой шанс.

– Сейчас! – крикнул он.

На лице Хендрикса промелькнуло замешательство. Что имел в виду мальчик? Только в самую последнюю секунду он понял, что приказ был не для него. К тому времени было уже слишком поздно. Габс выскользнула из люка в абсолютной тишине, как змея из кувшина. Только верхняя половина ее тела была выше уровня земли, но этого было достаточно. Она наклонилась к Хендриксу и поймала его за лодыжку. Потом она потянула.

Из оружия Хендрикса раздался выстрел, но он уже падал, когда стрелял. Пуля безвредно пролетела мимо правого бедра Зака ​​и вонзилась в кирпичную стену позади него. Хендрикс упал на землю. Он попытался повернуться, чтобы еще раз прицелиться в Зака, но Зак был слишком быстр. Он подался вперед и выбил оружие из руки нападавшего. Пистолет загремел по брусчатке, Габс полностью вылезла из люка, а вслед за ней и Раф.

Хендрикс пополз прочь, отчаянно пытаясь снова взять оружие в руки, но Раф мгновенно догнал его. Он схватил его за редеющие волосы и поднял на ноги. Хендрикс вскрикнул от боли, а Габс пробежала мимо него и забрала пистолет. Однако внимание Зака ​​было сосредоточено на другом.

Автомобиль в Чолкер-Мьюз теперь находился примерно в двадцати метрах от них. Его фары все еще были ослепительно яркими – Заку пришлось прищуриться, чтобы смотреть на него, – но сама машина остановилась. Двери открылись с обеих сторон, и четыре фигуры вышли под дождь.

Для Зака, ослепленного светом фар, они были тенями. Но он смог различить силуэты их оружия. У них были не пистолеты, как у Хендрикса, а пистолеты-пулеметы, и они направил их в сторону квартета в конце тупика.

Зак почувствовал облегчение. Вооруженный ответ. Они были в безопасности. Но потом он увидел лицо Хендрикса. Вспыхнул жестокий блеск восторга, и в этот момент Зак понял, что вооруженные люди прибыли не на помощь ему, Рафу и Габс. Они были врагами.

– ВНИЗ! – проревел он, падая на землю. Его ангелы-хранители немедленно отреагировали, ударившись телами о брусчатку. Они упали как раз вовремя. Раздалось три отдельных выстрела, и Зак почувствовал движение воздуха, когда пуля пролетела в метре над тем местом, где он прижимался к земле.

Еще два выстрела, но на этот раз от Габс. Ее цель была точной, и выстрелы разбили фары машины, погружая Чолкер-Мьюз во внезапную темноту.

У машины снова стреляли, но из-за того, что фары погасли, они не попали. Зак и его ангелы-хранители двигались с одной мыслью. Плевать на Хендрикса: нужно было спастись. Он покатился по мокрой брусчатке к люку. Добравшись до него, он не стал беспокоиться о лестнице, а просто спрыгнул в относительную безопасность туннеля, бросился в сторону, чтобы дать Рафу и Габс шанс последовать его примеру. Раф прибыл первым, тяжело приземлился. Габс последовала за ним сразу же. В целом она была более быстрой – когда она ударилась о землю, она уже повернулась и целилась из пистолета в люк. Она произвела предупредительный выстрел в сторону улицы, затем упала на колено, вытянув руку с оружием, готовая стрелять в любого, кто появится в поле зрения.

Тишина. Просто дождь.

А потом визг шин наверху, становящийся все громче. Мысленно Зак увидел, как машина приблизилась к люку, прежде чем резко остановиться. Послышались шаги, а затем голос с сильным европейским акцентом донесся до их убежища:

– Хорошо, Хендрикс, в машину. Вамос, – мужчина говорил по-испански.

– К-куда мы поедем? – голос Хендрикса был взволнованным.

– Он хочет поговорить с тобой.

– Кто?

– Как ты думаешь, идиот? Конечно, сеньор Мартинез.

Шарканье. Тени упали на открытый люк. Габс держала руку прямо и прицеливалась, но никто не попал на ее линию огня.

Зак услышал, как хлопнули двери, и машина на огромной скорости поехала задним ходом. А потом снова воцарилась тишина.

Просто дождь стучал по брусчатке, и неистово колотилось его сердце.

* * *

Внутри машины, увозившей Родни Хендрикса от Чолкер-Мьюз, было очень тепло. Так тепло, что его мокрая одежда начала высыхать, а кожа чесалась. Но он не обращал внимания на пар или зуд. Он обращал внимание на вооруженных людей, по одному с каждой стороны, два были впереди. Они не разговаривали с ним. Они даже не смотрели на него.

– Куда мы едем? – спросил он.

Ответа не было.

– Я требую, чтобы вы сказали мне, куда мы едем.

Бандит справа от него, наконец, взглянул на него. Он скривил губы.

«Ты не имеешь права ничего требовать», – будто сказал он, хотя на самом деле он не произнёс ни слова.

Автомобиль без фар вызвал гудки других автомобилей. Примерно через три минуты водитель въехал в переулок и остановился. Все четверо вооруженных мужчин выбрались из машины. Один из них потянул Хендрикса за руку, показывая, что он должен сделать то же самое.

Прямо перед ними был припаркован «Лэнд Крузер». Бандит открыл заднюю дверь и толкнул Хендрикса на заднее сиденье, где его кто-то ждал.

Он был худощавым юношей. Не намного старше, подумал Хендрикс, чем Гарри Голд. В его глазах горел холодный, жестокий свет, и он молчал, пока бандиты не забрались в машину, и она не поехала. Даже тогда его слов было немного, и они были тщательно подобраны.

– Признаюсь, я разочарован, – сказал юноша. – Ваша кампания не увенчалась успехом, – в его безупречном английском были лишь следы испанского акцента.

– Я бы так не говорил, сеньор Мартинез, – пробормотал Хендрикс.

– Что бы вы сказали?

– Первая бомба сделала то, для чего была предназначена. Вторая бомба тоже, хотя из больницы и эвакуировали людей.

Тишина.

Хендрикс обнаружил, что стал запинаться:

– Третье… третье устройство было обезврежено.

– Да?

Случайно – а может быть, намеренно – они прибыли к Букингемскому дворцу. У ворот была усиленная охрана, но она была совершенно цела. Сеньор Мартинез многозначительно посмотрел на него.

Хендрикс вспотел в мокрой одежде. Он смотрел перед собой через лобовое стекло, пока «Лэнд Крузер» продолжал ехать.

– Я дал вам значительную сумму денег, мистер Хендрикс. Наш уговор был совершенно ясным. Вы взрываете три места в Лондоне. Один взрыв в транспортной системе, как это было сделано ранее с большим эффектом. Один, чтобы показать, что вы можете убить даже самых невинных в обществе, если это необходимо для достижения ваших целей. И один на ваш выбор. Чтобы доказать мне свою изобретательность, вы заранее объявляете место каждого взрыва одним из методов, которые мы обсуждали. Если вам удастся сделать тайное объявление и успешно взорвать бомбы, я буду знать, что вы достаточно умелый, чтобы стать частью моей организации. Тогда я продолжу финансировать ваше маленькое хобби. У вас есть причины атаковать жителей Великобритании – причины, которые меня не особо интересуют – и у меня есть свои. Это могло стать идеальным союзом. К сожалению, мы не смогли обсудить, что будет, если вам не удастся провести эту операцию должным образом. Я думаю, что это обсуждение нам нужно сейчас провести, не так ли?