Текст книги "Товарищи женщины! (СИ)"

Автор книги: Константин Денисов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 15 страниц)

– Интересно, почему снайпер не выстрелил? – не менее спокойно сказал своим сиплым голосом крыса, и ему, в самом деле, было это интересно.

– Потому что умер, – ответил я, – они оба там умерли!

Крыса дёрнулся, и я понял, что второй человек был на позиции не случайно, просто они о нём не упоминали. Это было логично, ведь один может отвлечься, отойти в туалет или поесть. Нужен кто-то на подмену, особенно, если работа такая важная. А в наше время от пленников, в самом деле, неизвестно чего можно ожидать. Не удивлюсь, если снайпера не раз спасали жизнь членам банды.

– И как же ты это сделал? – спросил крыса.

– Неважно, – сказал я, – тебя это не касается. Ты мне лучше скажи, сколько групп и какой численности сейчас на вылазках.

– А моя выгода какая? Отпустишь, если скажу? – сузил и без того маленькие глазки крыса.

– Нет, конечно! Вопрос только в муках, которые ты будешь испытывать перед смертью. Всё расскажешь и сможешь умереть быстро! – сказал я.

– Не годится! – оскалился крыса.

– Так выбора-то у тебя всё равно никакого нет! – сказал я.

– Я всё расскажу, вообще всё! Но, в обмен на свободу! – крыса лежал и сверлил меня глазами.

Я задумался. Отпускать его не хотелось. Если эта мразь останется жить, то пострадает ещё очень много людей. Скорее всего, невинных. Женщины, дети, в общем, те, кто не может за себя постоять. А эта живучая тварь протянет ещё долго. У таких выживание хорошо прокачано. На всё готов, лишь бы сохраниться. И что на других весах? Информация, которая вполне может оказаться бесполезной. А пытать и кромсать его на куски не хотелось. После истории с байкерами я зарёкся такое делать… правда, убивать тоже зарекался, но без этого, как оказалось, никуда. Некоторых просто необходимо вычеркнуть из списка живых!

Я наклонился и выдернул у крысы из рук его копьё. Ему пришлось разжать пальцы, хотя некоторая досада на лице отобразилась. Интересно, он всерьёз думал, что я не вижу оружие у него в руках?

– Ладно, подумай пять минут, скорее всего, последних в твоей жизни, – сказал я, вставая со стула.

В душе я очень надеялся, что он предпримет отчаянную попытку убежать и адская гончая, что сидит возле него на страже, просто разорвёт придурка. Но он, к сожалению, тоже понимал исход такой попытки и продолжал лежать. Надо было его сразу кончать, бесполезный пленник оказался. Ошибся я с выбором.

Встав, я направился к клеткам, где были заперты другие пленники. И почему эта мысль сразу не пришла мне в голову?

Полностью разрушать клетки смысла не имело, поэтому я сделал хрупкими только замки, после чего легко разбил их кулаком. Нужно будет найти мои вещи, а то клюшка для гольфа сейчас бы очень пригодилась, а её под рукой не оказалось.

Люди были измождённые, некоторые сильно избитые, кто-то даже покалечен. У одного мужика отсутствовал глаз, и было видно, что потерял он его недавно. Переломы рук и ног были у многих, не говоря о порезах, ссадинах и синяках.

– Спасибо, друг! – сказал средних лет мужичок, с удивительно аккуратной бородкой, – мы, честно говоря, уже с жизнью простились… ты же нас освобождаешь, а не собираешься скормить своим псам?

– Не переживайте, у них здесь достаточно еды, – сказал я, – мы вам поможем, но мне нужно кое-что знать. Вы давно здесь сидите? Эти уроды все были в лагере, или кто-то сейчас снаружи?

– Снайперы должны быть на крыше, нас предупреждали, – сказала пожилая женщина, – но они почему-то не стреляли. Может враньё?

– Нет, были, я с ними уже разобрался, – сказал я, – а кроме них?

– Можно туда? – нервно спросила одна из женщин, довольно молодая, – там должен быть мой ребёнок!

– Конечно! – тут же спохватился я, – если кому нужно, идите! Там священник сейчас их лечит, не мешайте ему и дайте закончить со всеми. Не уводите никого, им нужна помощь и он может её оказать.

В здание убежало трое. Две женщины и один мужчина. Всего в клетках было одиннадцать человек, больше, чем мне показалось сначала.

– Две группы по шесть человек на охоте, – серьёзно сказала молодая девушка, – в каждой группе два метателя пращи, два копейщика, и двое с огнестрельным оружием. В этом я не разбираюсь, но у всех оно разное. Да, и у каждого есть сеть. Я так поняла, они стараются ловить добычу живьём, чтобы мясо не испортилось. Любят выбрать, кого следующим приготовить. Гурманы проклятые!

– Хорошо, – кивнул я, – как давно они ушли?

– Сегодня утром, – сказала девушка, – уходило три группы, но одна вернулась, они привели вас. Им больше охотится смысла не имело, и так собак еле допёрли. Тебя священник тащил. Значит, две группы ещё где-то ходят.

– Интересно, сколько они ещё будут охотиться? Пока не поймают кого-нибудь? – задумчиво сказал я.

– Нет, должны сегодня вернуться, – сказала девушка, – я здесь третий день, и всегда под вечер все возвращаются домой. Похоже, боятся ночью шляться. Может быть, бывает по-другому, но при мне ни разу схему не нарушали.

– Странно, что ты так долго здесь продержалась, – сказал я, – молодая, среди толпы одичавших мужиков.

– Так я же здесь не единственная женщина, – сказала она, – но да, в этом они странные. Сначала тоже этого больше всего боялась. Но я вообще не видела, чтобы они кого-то насиловали. Как будто это их не интересует.

– У них здесь культ еды, – хмуро сказал одноглазый, – специфической еды!

– Да, это я уже понял, – сказал я и ненадолго задумался.

– Что с нами теперь будет? – спросила пожилая женщина, что говорила до этого про снайперов.

– Что захотите, – сказал я, – если есть куда идти, можете идти хоть сейчас, но не советую. Дождитесь хотя бы, пока священник всех подлечит. А если некуда идти, то… придётся вести вас всех в безопасное место. Судя по тому, что детей намного больше, чем людей к ним побежало, большинство здесь без родителей. О сиротах всё равно придётся позаботиться и отвести их в безопасное место. Можете присоединиться, если податься некуда.

– И когда выходим? – спросил мужичок с аккуратной бородкой.

– Как только добьём остатки банды, так сразу, – сказал я, – не можем же мы оставить этих уродов и дальше небо коптить!

– Не можем! – едва ли не хором ответили все бывшие пленники.

7. Истребление

Я отправил всех людей внутрь здания, к священнику. Если сюда нагрянут остальные члены этого мерзостного сообщества, не нужно, чтобы кто-то попал под удар. Я сам с ними справлюсь. К тому же у меня теперь есть адские гончие, с удивительной способностью к мгновенной регенерации. Жаль только, что работает она, скорее всего, только в обращённом состоянии.

Отказалась уходить только молодая девчонка, которая как раз и рассказала мне об отсутствующих сейчас двух группах. Ум у неё был цепкий, настроенный на выживание, и она, наверное, единственная из всех не расслабилась, посчитав себя спасённой, а хотела как-то помочь и поучаствовать в происходящем. В общем, инициативная девочка, молодец!

Звали её Кристина. Раз уж она так хотела помочь, я послал её на наблюдательный пункт, который находился на углу, на стыке забора и баррикады. Сами эти уроды на нём, кстати, при мне не дежурили, наверное, полагая, что находятся в безопасности. Если они долго не подвергались нападению, то могли начать испытывать ложное чувство собственного превосходства. За что, в общем-то, и поплатились.

Если какой-то из отрядов людоедов будет возвращаться, Кристина даст мне об этом знать. Сам же я вернулся к крысе. Так и не придумав, что с ним дальше делать, я решил его просто ликвидировать.

Судя по всему, он это понял. Понял ещё до того, как я к нему приблизился. Но жажда жизни была в нём неимоверна сильна, поэтому, как только я подошёл, крыса тут же затараторил:

– Подожди, не торопись! У меня есть что тебе предложить!

– Сомневаюсь! – усмехнулся я.

– Правда, есть! Жирный кусок! Очень жирный! Этим я не предлагал, они бы не смогли его проглотить, – он сделал подбородком круг, как бы обозначая всю базу бандитов, – но ты парень крутой, наверняка рисковый, с тобой такое дельце вполне можно провернуть!

– Не думаю, что мне будет интересно то, что ты можешь мне предложить, – сказал я и уже даже поднял руку, чтобы убить крысу, но тот вдруг воскликнул крайне возмущённо, и такая неожиданная эмоция заставила меня остановиться.

– Погоди! Ты послушай сначала! Убить ведь всегда успеешь! – сипло говорил крыса, сверля меня своими маленькими глазками.

– Ладно, даю тебе минуту! – сказал я и опустил руку.

Секунду подумав, я даже сел на принесённый ранее железный стул. Я не сомневался, что крыса предложит мне какую-нибудь дрянь, но выслушать его всё же стоило. Вдруг не зря оставил его в живых? Может быть, хоть что-то полезное узнаю.

Поняв, что заинтересовать меня – это его единственный шанс продлить себе жизнь, крыса нервно облизал губы и заговорил.

– Есть одна контора! Мощная! С ними связываться не стоит, потому что растопчут и не заметят. Но у этой конторы есть одно местечко… секретное! Секретное даже для них… для большинства из них. Охраняется слабо. В общем, если есть силёнки, то можно это место взять. А у тебя эти силёнки есть! В общем, я показываю где это, ты убиваешь охрану, барыши пополам! – сказал крыса и неожиданно радостно уставился на меня.

– Полная хрень! – резюмировал я.

– Семьдесят на тридцать! – расщедрился крыса.

– Не в этом дело… – начал я, но он меня перебил.

– Восемьдесят пять на пятнадцать! – решил меня добить крыса.

– Если бы я даже повёлся на то, что ты предлагаешь, – сказал я, – то твоей доле было бы сохранение жизни. Но дело даже не в этом. Мне неинтересно! Я вообще не буду в это ввязываться! Ты предлагаешь мне кого-то ограбить, а я этим не занимаюсь.

Крыса немного сник, но сдаваться не собирался, поэтому продолжил сипло тараторить:

– Зря отказываешься! Я за этой конторой долго наблюдал, у них много точек. Но эта база, одна из самых слабозащищённых. Мы могли бы её выпотрошить! Эти лысые придурки её почти не охраняют…

– Кто? – замер я.

– Придурки эти лысые! – оживился крыса, увидев, что я заинтересовался, – туда периодически приезжают крытые машины на солнечных батареях. Если некоторое время понаблюдать за этим местом, можно вычислить, через какие промежутки они это делают, и неожиданно нагрянуть, когда там мало кто будет. А? Ну как? Это же верняк! Я бы давно их обнёс, да только компании подходящей не было. А ты, я смотрю, крутой! Вдвоём мы с тобой справимся! Чувствую, что там жирный кусок. Склад какой-то тайный!

– Где находится это место? – спросил я, стараясь не выдавать сильной заинтересованности, но, похоже, что это у меня плохо получилось. Крыса уже знал, что подцепил меня на крючок. Впрочем, я и сам это знал, а потому не собирался давать ему собой манипулировать.

– Алик, идут! – раздался рядом голос Кристины.

– Хочешь, помогу с ними разобраться? – тут же предложил крыса, поняв, о ком речь, – я сам этих уродов терпеть не мог, но приходилось с ними жить… что ещё было делать?

– Не есть людей! – сказал я, вставая и направляясь к воротам.

Крыса было дёрнулся за мной, но адская гончая, которой я его поручил, утробно зарычала, и он понял, что не стоит двигаться с места.

Конечно, лысые, это необязательно Орден Паука, но я был уверен, что в этом случае это он и есть. Даже тени сомнения не было. Хотя, казалось бы, что в этом особенного? Я и без крысы знал, что у них много баз, и даже где некоторые из них находятся. Но я пока что не ставил себе задачу залезть в каждую дыру и уничтожить каждую базу Ордена. Так почему же меня заинтересовало именно это место? Интуиция? Или то, что их опорные точки есть даже далеко от основной базы, и сеть Ордена может оказаться значительно больше, чем мне казалось сначала? Ответа у меня на этот вопрос пока что не было, но узнать, что именно за место видел крыса, очень хотелось. Так, на всякий случай. Чтобы потом, когда понадобится, не искать.

Да, гадёнышу в самом деле удалось меня заинтересовать. Только вот это не избавит его от смерти. Лишь немного отсрочит её.

Пока я шёл к воротам и обдумывал всё это, Кристина быстро шагала рядом, стараясь не отстать, и докладывала обстановку.

– Возвращается группа в полном составе. Ведут девять человек пленников. В основном женщины, много пожилых. Двое детей, двое мужчин, но в возрасте и побитые. Дети чуть старше десяти лет, – делово говорила она, – из банды все шесть человек целы и не ранены.

– Хорошо, скройся, чтобы тебя видно не было. Помогать мне не нужно, – сказал я.

– Хорошо! – кивнула Кристина и убежала.

Я вспомнил, что забыл заправить бывших пленников маной, дотянулся до своей новой помощницы и одарил по полной. Девушка от неожиданности вскрикнула, и, к сожалению, слишком громко. Да, пожалуй, делать такое без предупреждения не стоило.

Я сдвинул засов и потянул на себя створку ворот. Отряд был уже близко, и бандиты выглядели встревоженными. Кристина издала совершенно нехарактерный звук для этого места, чем озадачила их. Крики боли и отчаяния – это понятно, а почти радостный возглас женским голосом, это что-то из ряда вон выходящее.

– Давайте быстрее, сколько вас можно ждать! – крикнул я, махая им призывно рукой.

– Ты кто такой? – ошарашенно сказал мужик, оказавшийся ко мне ближе всех.

– Ваш новый господин! – сказал я, – заходите, чего встали!

– Чего? – нахмурился мужик, поднимая автомат.

Этого ему делать, конечно, не стоило. Я прожёг ему лицо насквозь. В голове образовалась ровное круглое отверстие.

В общем, заманить их внутрь не получилось, нужно было убивать здесь.

Краем глаза я увидел, что нечто зеленоватое и слабо святящееся прилетело сверху, и один из конвоиров окутался слабым сиянием, похожим на плёнку. В следующее мгновение с забора на него прыгнула Кристина, с занесённой над головой трубой и криком:

– Сдохни, тварь!

Угрозу она свою тут же реализовала, размозжив уроду голову.

Я забрал ману у оставшихся в живых четверых и первым делом снял вооружённого винтовкой. Пропустил плазменный выстрел, но сработала защита, и стрелявшего снова настигла труба Кристины. Девушка двигалась стремительно, хотя ещё недавно была не в лучшей форме. Да, серьёзных травм у неё не было, но общее состояние было не для драки.

Быстро добив оставшихся, я сказал пленникам.

– Не волнуйтесь, вы в безопасности. Мы истребили этих уродов, и их база теперь под нашим контролем. Заходите внутрь, потом решим, как лучше поступить. Если захотите, то сможете уйти, но не сейчас. Снаружи есть ещё несколько человек из этих, лучше им не попадаться. Вот уничтожим всех, тогда можно будет относительно спокойно пробираться домой… если этот дом у вас есть, – сказал я.

– Он правду говорит, – поддержала меня Кристина, потому что перепуганные пленники не очень верили в счастливое избавление. Они вообще не понимали, что происходит, – я сама была пленницей, и меня только что освободили.

– Заходите внутрь! – слегка повысил я голос, чтобы добавить им мотивации. Уговаривать их до темноты желания не было, – мужики, а вы помогите трупы внутрь затащить.

– Зачем? – удивлённо спросил один из них.

– Чтобы те, кто вернётся позже, не почуяли неладное и не сбежали, – сказал я, – потому что тогда они могут начать следить за базой и отлавливать всех, кто будет отсюда уходить. А нам это не нужно. Нам надо истребить их полностью.

Больше никто и ничего спрашивать не стал, женщины и дети прошли через полуоткрытые ворота, а двое пожилых мужчин взяли по телу за ноги и потащили следом.

Кристина тоже ухватила одного и, кряхтя, поволокла на базу.

– Я кому сказал не высовываться? – строго спросил я у неё.

– Это был мой! – хмуро сказала Кристина, которой не понравилось, что я её отчитываю, потому что до этого момента пребывала в эйфории победительницы, – за ним должок был. А если бы ты сам его убил, долг остался бы неоплаченным.

– Всегда слушай, что я говорю! В этот раз тебе повезло, в другой удача может отвернуться. Не лезь на рожон! Сказал не высовываться, значит, не высовывайся. Поняла?

– Поняла, папа! – сказала она с нескрываемым сарказмом в голосе и потащила труп дальше.

Всё это время я не разрывал связь со священником, продолжая подпитывать его маной. Лечение было очень, очень затратным делом! И дело не в том, что мне было жалко маны, вовсе нет, у меня этого добра было навалом. Проблема была в другом. Просто без меня лекарь был очень ограничен в своих возможностях. Ему нужен постоянный источник энергии. И если в мирное время, когда травмы происходят от случая к случаю, это не проблема, то в суровые времена, как теперь, это очень сильно усложняет жизнь.

Хорошо, что лекарь вообще есть. Ну, или «хилер», как я про себя его называл. Дар очень полезный, и мне очень хотелось привлечь Валеру на нашу сторону. Но прежде необходимо было выбить из его головы дурь, что пользоваться даром это что-то бесовское, или как он там себе это объясняет. Да, сейчас в экстремальной ситуации он отошёл от своих убеждений, но не факт, что после того, как ситуация успокоится, не попытается вернуться к ним снова.

– Мы, бывало, по неделе никого поймать не можем, голодать начинаем и бывало даже, что своих жрали, – вдруг раздался голос крысы, – а в последние дни попёрло как никогда! Столько народу вокруг стало бродить, ловить не успевали! И вдруг раз, и всё закончилось.

– То, что ты сейчас сказал, вовсе не добавляет тебе очков, – крикнул я ему и пошёл показывать новым освобождённым пленникам, где найти священника, который должен их подлечить.

Но не успел я сделать и нескольких шагов, как остановился.

– Кристина! – крикнул я, слегка обидевшейся помощнице.

Поняв по тону, что я не просто так её зову, а есть какое-то важное дело, она тут же сбросила все лишние и неконструктивные эмоции и с деловым видом подбежала ко мне.

– Что-то случилось? – спросила она.

– Да, похоже, последняя группа этих уродов тоже рядом, но они не приближаются. То ли что-то почувствовали, а может быть, даже увидели нашу расправу. Отпускать их нельзя, я пойду за ними. Ты выпусти меня за ворота и запри их. Потом отведи людей к священнику и возвращайся на наблюдательный пункт. Собаки тебе помогут, если что, но ты всё равно за крысой приглядывай, – сказал я.

– За крысой? – она повернулась к единственному пленнику, который до сих пор был жив. Меня это тяготило, но информация про Орден Паука всё же требовала проверки, – точно ты его обозвал! Очень похож!

Одному всё делать самостоятельно и следить за всем сразу очень тяжко. И несмотря на множество людей, освобождённых мной из плена, инициативу и деятельное участие проявила только одна девушка.

Она в принципе не делала ничего такого, что бы я и сам не смог сделать, но её помощь всё равно была очень важна. Я чувствовал некую психологическую опору, мог делегировать часть задач, пусть и не очень сложных. Но это всё равно экономило время и силы. Но почему остальные не принимают такого же деятельного участия в происходящем? Неужели жизнь в постапокалиптическом мире их ничему не научила? Почему они так быстро расслабились, решив, что я так и буду их дальше опекать? Да, некоторые ничего делать были просто не в состоянии… но многие вполне могли бы оказать посильную помощь!

Я не забыл повесить на вновь прибывших метки «свой» для адских гончих и отправился вслед за удаляющимися сигналами резервуаров маны. Их было шесть, что позволяло сделать вывод, что это ещё один отряд людоедов хотел вернуться домой, но передумал. И эти, похоже, были без добычи.

Сейчас они начали быстро двигаться куда-то вглубь застройки. Как только Кристина заперла за мной ворота, я побежал. Нужно было разобраться с проблемой как можно быстрее, не откладывая в долгий ящик.

Дел и так хватало. Неожиданно на моей шее оказалось под три десятка человек, бросить которых я не мог. Требовалось их куда-то пристроить, и самая рабочая версия была отвести в Сокольники. Но тут ещё нужно понять, все ли захотят туда идти. Возможно, что некоторым есть куда вернуться, как с ними быть? Разводить по домам? Этим я не собирался заниматься, тогда можно надолго погрязнуть в этих делах. Да и таскать за собой толпу плохо приспособленных к жизни людей тоже такое себе удовольствие.

Одно я знал точно, с базы людоедов нужно уходить как можно скорее. Место это было, мягко говоря, неприятным… а точнее, отвратительным. Там висела аура смерти. Причём смерти жестокой и несправедливой. Нет, из этого мерзостного места нужно было сваливать.

Преследуя шестёрку людоедов, я не особо скрывался, потому что был уверен в своих силах. Сдерживаться я при встрече с ними не собирался, моя задача была просто убить их по-быстрому и вернуться.

Через некоторое время я понял, что они остановились и вроде как рассредоточились полукругом. Такое ощущение, что ждали меня. Увидели издалека в конце улицы? Вроде не должны были. Хотя, как знать, может быть и так. Я не особо деликатничал с ними и шёл с открытым забралом.

У них было огнестрельное оружие, по словам Кристины. Оно было в каждой группе, выходящей на промысел. Под пули подставляться всё же не стоило, и совсем уж в лоб их атаковать я не планировал. Пора было переходить в более осторожный режим преследования.

Нужно было только убедиться, что все шестеро – это члены банды, а не часть отряда и пленники. Такое я своим детектором определить не мог.

Заметив большой пролом в стене, я направился туда, собираясь обойти банду по параллельной улице.

Мои щупальца никого в здании не обнаружили, поэтому я бежал туда смело. Каково же было моё удивление, когда из сумрака выпрыгнула большая тень и бросилась на меня, раззявив огромную пасть.

Я чудом успел среагировать и бросился в сторону. Зверюга пролетела мимо меня, и, проскользив лапами по камням, подняв при этом облако пыли, сделала что-то вроде полицейского разворота, и с пробуксовкой лапами снова устремилась ко мне.

Мана в животном не чувствовалась, так что воздействовать на него таким образом я не мог. Никакого оружия я с собой самонадеянно не взял, даже клюшку так и не нашёл.

Это было что-то вроде аллигатора на длинных ногах, с кошачьей грацией, как бы странно это ни звучало. И ростом эта рептилия была почти с лошадь!

Я ударил в раскрытую пасть молнией, но она отскочила, как будто отразилась от зеркала. Я успел бросить плазменный шар, но он растёкся по морде, вызвав золотистое свечение.

Защита!

Надо было убегать! Я бросился назад, споткнулся о здоровенный камень, полетел кубарем, обернулся к чудовищу и, когда уже его пасть нависла прямо надо мной, я рефлекторно заслонился рукой, зажмурился и мысленно крикнул: «Не-е-е-е-ет!», потому что ничего другого мне делать не оставалось. Бесславный конец!

Прошла секунда, вторая, третья, но меня так никто и не сожрал. Я приоткрыл глаза и увидел смотрящие на меня в упор глаза рептилии, в которых, я готов в этом поклясться, читалось удивление!