Текст книги "Наперекор судьбе (СИ)"

Автор книги: Кира Стрельнева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 13 страниц)

Глава 23

Сегодня с самого утра меня мучил жуткий токсикоз. Из-за этого пришлось остаться дома, а Максиму ехать одному на поиски столь необходимой нам информации.

Первую половину дня я даже к еде притронуться не могла, и много часов просидела в обнимку с белым «другом». После обеда мне, наконец, стало лучше, и я смогла поесть.

Настроение сегодня не было совершенно. Я была зла, как чёрт, и сама не могла объяснить себе причины этого. Видимо, моя беременность даёт о себе знать. Что там обычно в таких случаях говорят? Гормоны шалят?

Может, и правда они, родимые. Иначе почему я сейчас злая и одновременно с этим безумно уставшая?

Хотя, может, просто у меня нет настроения, и моя беременность тут ни при чём.

Когда раздался звонок в дверь, я как раз допивала горячий шоколад с корицей. Давненько его не пила, а тут так захотелось!

Отставила кружку и потопала к двери встречать незваных гостей. С Максимом я созванивалась буквально полчаса назад, и домой он ещё не собирался. Так что, точно гости пожаловали.

И кого ко мне занесло?

Заглянула в глазок и тяжело вздохнула. Названным гостем оказался Дима, с которым совершенно не хотелось встречаться. Последнее время он стал слишком настойчиво добиваться моего внимания, и я уже просто не знаю, что с ним делать.

В общем, с каждым днём напряжение между нами становится всё сильнее и сильнее, и я просто не представляю, что с этим делать.

Разрыв связи – это моя единственная надежда, благодаря которой я вообще держусь.

– Ника, я прекрасно слышу, что ты стоишь за дверью, так что в этот раз избежать разговора не получится.

Недовольно поморщилась, понимая, что он прав. Глупо было полагать, что я смогу бегать от него вечно.

Дверь всё-таки открыла, впуская мужчину в квартиру.

– Я уж думал, что ты мне и дверь не откроешь.

– Была такая мысль, – честно говорю.

– Я в тебе и не сомневался, – усмехнулся он и последовал за мной в сторону кухни.

– Так, о чём ты хотел поговорить? – интересуюсь я, ставя чайник на плиту.

– О нас и том, что между нами происходит.

– Дим, это старая песня. Мы всё это уже обсуждали.

– Да, мы обсуждали, но в последнее время кое-что изменилось, если ты не заметила!

– Если ты о том, что иногда мы спим друг с другом, то этому виной лишь наша истинность. В эти ночи мы с тобой толком не соображаем и…

– А во время нашего последнего поцелуя ты тоже ничего не соображала? Тоже не могла себя контролировать?

Два дня назад Дима подкараулил меня на улице и поцеловал. Самое ужасное – я ответила и действительно наслаждалась этим. Тогда мы оба с ним всё соображали, и произошедшее никак нельзя было списать на те приступы безумия, что влекут за собой наши безумные ночи.

Это было что-то совершенно иное, не похожее ни на что.

Именно после этого поцелуя я стала Диму избегать. Это казалось правильным решением.

– Ника, хватит уже сопротивляться! Пора признать, что нас тянет друг к другу по-настоящему! – рычит Дима и обнимает меня, притягивая к себе. – Ты считаешь, что как только связь между нами разорвётся, всё закончится, но это не так. Пойми же, наши чувства настоящие! Ты именно та, с кем бы я хотел провести свою жизнь!

– Не прикасайся ко мне! – шиплю я, отталкивая от себя мужчину.

– Хватит играть со мной, Ника! Я устал от этого!

– Я не играю, – качаю головой, отстраняясь от оборотня.

– Не играешь? А кто каждый раз даёт надежду, а потом отталкивает меня?

– Я не…

– Хватит! – вновь рычит он, и его глаза горят неподдельной яростью. Впервые я видела этого мужчину в таком состоянии. Он на грани, и виной тому я. – Игры закончились! Я больше не отпущу тебя!

– Я замужем, если ты не забыл, – напомнила я, ехидно улыбаясь.

– Ничего. И с этим как-нибудь разберёмся, – уверенно говорит Дима, притягивая меня к себе.

Я хотела возразить, но не успела. Мои губы были захвачены в плен. Кажется, в этот момент он пытался заклеймить меня, доказать, что я действительно его.

– Третьим не возьмёте? – услышала я до боли знакомый голос и тут же напряглась.

– А вот и муж пожаловал… – довольно протянул оборотень, не выпуская меня из своих объятий. – Поговорим?

Сердце гулко стучало в груди. Я растерянно переводила взгляд с Максима на Диму и обратно. Мужчины стояли друг напротив друга и буквально скрестились взглядами, как шпагами.

В этот момент единственное, чего я хотела – это провалиться сквозь землю. Совершенно не хотелось здесь находиться и выяснять отношения, но видимо, пришло время. Я и так слишком долго избегала этого разговора.

Напряжённую тишину первым решил нарушить Дима.

– Ника моя истинная, моя судьба. Я не отступлюсь от неё.

– Да неужели? А мне Ника жена. Она поклялась мне в вечной любви и согласилась разделить со мной жизнь. Не думаешь же ты, что я отпущу её?

Максим, в отличие от нас с Димой, выглядел более… расслабленным. Да и голос у него был как будто с долей лукавства.

– Это не означает, что я брошу свои попытки добиться её любви.

– Похвально, – кивает Максим, сверкая глазами. – Скажи, а на что ты готов пойти, чтобы быть с ней?

И тут меня словно молнией прошибает. Я, наконец, поняла, что делает мой муж. Он не просто разговаривает с Димой, он пытается подтолкнуть того к нужному решению. Максим намекает ему о…

– На всё!

– Ты уверен в этом?

– Да.

– А что, если у тебя будет шанс быть с ней при условии, что эти отношения будут слегка… необычными?

Дима хмурится и выглядит растерянным. Думаю, что когда он собирался поговорить с моим мужем, то точно не представлял разговор таким.

– Я тебя не понимаю. К чему ты ведёшь?

Зато я всё уже поняла и вновь не знаю, куда себя деть. Нужно вмешаться в разговор, но где взять на это сил?

– Про секс втроём слышал? А если это будет нечто большее, чем просто секс?

– Подожди, ты хочешь сказать, что…

– Да, я хочу сказать, что мы можем её не делить, пытаясь каждый склонить на свою сторону.

Вот она, точка невозврата. Тяжело вздыхая, на секунду прикрываю глаза, а потом решительно перевожу взгляд на ошарашенного Диму. Пора раскрыть все карты.

– Дима, я должна тебе кое-что рассказать о своём прошлом. Это очень важно и касается… Егора.

Если мой истинный думал, что после предложения Максима его уже ничем не удивить, то вскоре понял, что ошибся. Я поведала ему свою историю о том, как оказалась связанной с двумя мужчинами, оба из которых мне были безумно дороги. Рассказывала я всё, стараясь не упустить деталей. Даже поведала ему о той ночи, когда я познала близость сразу с двумя мужчинами. И какую после чувствовала горечь, когда Егор решил не продолжать столь необычные отношения.

Стоило бы на этом остановиться, но я решила раскрыть ВСЕ карты. Поэтому, ненадолго замолчав, я всё-таки озвучила то, что он действительно должен знать.

– Я беременна, Дима. И возможно, это ребёнок твоего брата.

Всё, это стало для него последней каплей. Схватившись за голову, он что-то пробормотал, а потом направился к двери. Максим перегородил ему дорогу.

– Надеюсь, не надо говорить, что всё, что ты сегодня узнал, должно остаться между нами?

– Я никому не скажу.

Больше ничего не говоря, Дима покинул квартиру. Хлопок входной двери эхом отдался у меня в ушах. И в этот момент я поняла, что добилась того, чего так хотела. Дима всё-таки ушёл. Я оттолкнула его, и он больше не вернётся.

Я добилась своего, но радости мне это совершенно не принесло. В душе появилась какая-то зияющая пустота, и я почувствовала чуть ли не физическую боль от его ухода.

– И зачем ты всё вывалила на него? Решила таким способом оттолкнуть его?

– Он должен знать правду, – тихо сказала я, смотря на закрытую дверь.

– Это можно было и по-другому ему преподнести. Как-то помягче, что ли.

– Как такое вообще можно преподнести помягче? Я рассказала так, как было. На этом всё.

– Он вернётся. Ему просто надо время, чтобы осмыслить всё. Возможно, понадобиться много времени, но он обязательно вернётся.

– Не уверена в этом.

– А я уверен.

Глава 24

Максим оказался прав. Дима действительно вернулся спустя какое-то время. Только вот это было вынужденное возвращение. Когда сил сопротивляться нашему притяжению не было, он опять появился на моём пороге, и мы провели жаркую ночь, после которой мужчина исчез.

Так происходило не раз. На протяжении двух недель Дима приходил, а потом сбегал. Ночи помогали мне не сходить с ума из-за непреодолимой тяги, а в остальном…

Я чувствовала, будто лишилась части себя. Было невероятно больно вроде и быть рядом с истинным, но одновременно и ощущать, что он очень далеко от меня.

Не было больше задушевных разговоров, мы больше не обсуждали прошлое и наше будущее. Теперь нас объединяло общее дело и вынужденные ночи, что приходится делить друг с другом.

В конечном итоге, пришло окончательное понимание – я действительно потеряла своего истинного, и теперь всё, что нам осталось – это разорвать связь. Я ведь этого и хотела. Да? Тогда почему так больно от этого?

Еще сильнее мои чувства обострились из-за того, что наконец произошло мое полное слияние с волчицей. Мне исполнилось двадцать два года. Теперь я могу избавиться от истинной связи с Димой, но никогда не сделаю этого.

Мой ребенок должен жить, чтобы не произошло.

А другого способа разорвать нет. Каков итог? Мне придется мучиться до самых родов, а потом…

Так страшно думать о том, что меня ждет потом!

– Как тебе? – спрашиваю я у мужа, демонстрируя ему свой новый брючный костюм тёмно-синего цвета. Его я специально купила для семейного ужина, на который меня пригласили мои родители.

Когда Настя позвонила мне и передала приглашение родителей, я растерялась, не ожидая ничего подобного. Мы плохо расстались, и я не думала, что они смогут первыми решиться на шаг к примирению. Однако это произошло, и я была безумно этому рада. Хоть какие-то хорошие новости за последнее время.

– Ника, ты выглядишь просто отлично, – улыбаясь, отвечает Максим, обнимая меня.

– Если сегодняшний ужин пройдёт хорошо, и мы помиримся, то это будет означать, что они смогут принять и тебя. Они-то уже знают, что я твоя жена.

– Твои родители любят тебя. Поэтому я уверен – всё будет хорошо.

– Спасибо тебе за поддержку. Не знаю, чтобы я делала, если бы тебя не было в моей жизни. Лишь благодаря тебе, Максим, я всё ещё не сломалась и стою здесь.

– Нет, Ника, это я не представляю, что бы делал без тебя. Ты – моя жизнь. Я люблю тебя.

– А я люблю тебя, мой дорогой муж, – тихо шепчу и сама тянусь к его губам. Мы сливаемся в страстном умопомрачительном поцелуе, и на некоторое время я теряюсь, забывая обо всём. Хочется продолжения, и как можно скорее.

Моя рука уже тянется к его рубашке, чтобы помочь мужу избавиться от неё, но он ловко перехватывает моё запястье.

– Нет, милая. Продолжим мы вечером, а сейчас тебя ждут родители.

– Подвезёшь меня?

– Конечно.

Пока Максим вёз меня к родительскому дому, я нервно ёрзала на месте, обдумывая предстоящую встречу. Я прокручивала в голове все возможные варианты того, как она пройдёт.

Безумно боялась что-то испортить!

– Ну что, приехали, – с улыбкой говорит Максим, останавливаясь возле нужного дома. – Охрана будет ждать тебя снаружи. Когда выйдешь, они довезут тебя домой. Ну, или можешь мне позвонить, и я за тобой приеду.

– Да, спасибо, – киваю я.

– Удачи тебе.

Вдохнув поглубже, я выскакиваю из машины и неспешным шагом иду к входу. Сердце бешено стучит в груди, готовое вот-вот выпрыгнуть. А трусливая сторона меня постоянно напоминает, что пока не поздно, лучше сбежать.

Я не успеваю дойти до входа, как двери распахиваются, и ко мне навстречу устремляется сестра. Настя буквально врезается в меня и крепко обнимает. Тепло распространяется по телу. На душе становиться так хорошо…

Я обнимаю сестру, наслаждаясь этим мгновением. Всё это время мне безумно не хватало её.

– Пойдём, родители уже заждались тебя.

Она хватает меня за руку и спешно ведёт к входу в дом. Перед глазами замелькали воспоминания из детства. Когда-то мы часто вот так вот, держась за руки, вместе гуляли. Там, в детстве, всё было намного проще. Мы были близки, веря, что ничего не сможет заставить нас отдалиться друг от друга. Только вот взрослая жизни оказалась несколько сложнее, чем мы предполагали.

Надеюсь, что эта встреча поможет мне вернуть мою семью.

Глава 25

– Ника, девочка моя, наконец-то ты вернулась! – именно с такими словами меня встретила мама, а после крепко обняла, прижимая к своей груди.

Я затаила дыхание, вдыхая до боли родной запах мамы. Да, мы не всегда с ней ладили, но я любила её несмотря ни на что. Обняла в ответ и сильнее прижалась к ней. Мамочка, как же я люблю тебя…

И почему только мы так редко говорили это друг другу?

Отец обнимать меня не стал. Он окинул меня внимательным взглядом, а после сдержанно кивнул, поздоровавшись. Сколько помню, чаще всего папа таким и был – спокойным, хладнокровным, редко проявляющим свои истинные чувства. Хотя, и исключения свои тоже были. Взять хотя бы тот вечер, когда я ушла из дома.

За столом стояла напряжённая тишина. Мы все сидели и не знали, о чём говорить. Никто не мог решиться нарушить тишину первым.

Я вяло ковыряла вилкой в салате. На столе было расставлено множество блюд, большинство из них – те, которые я обожала всегда. Видимо, мама всё-таки запомнила, что я люблю.

От этого понимания стало так тепло на душе. Я прям представила, как мама суетливо готовила, стараясь, чтобы на ужин всем понравились угощения.

Улыбнувшись собственным мыслям, я всё же принялась активно кушать.

– Ника, расскажешь, где была всё это время? Настя говорила, что ты путешествовала, – решила нарушить звенящую тишину мама. – Расскажешь?

– Да, мы с моим мужем много путешествовали, – решила специально упомянуть про Максима. Если мы помиримся, то им надо привыкать к этому. – Я всегда мечтала посмотреть мир, и Максим решил исполнить мою мечту. Где мы только не были! Мир такой большой, и мест в нём интересных так много… Кстати, я писала небольшие статьи и заметки о большинстве мест, где побывала…

– Да? Интересно как, – улыбается мама. – Покажешь мне потом?

– Конечно, – тут же соглашаюсь я.

Не желая вновь погружаться в напряжённую тишину, я начинаю болтать, рассказывая о том, какие города посетила и что привлекло меня больше всего.

Обстановку удаётся разрядить. Настя с мамой начинают активно задавать вопросы и высказываться насчёт того или иного места. Глаза моей сестры прям загорелись, когда я ей рассказывала о Париже.

– Ох, Париж, как же я мечтаю в нём побывать! – воскликнула она. – Мне кажется, это просто удивительное место!

– Да, мне там очень понравилось, – киваю я. – Надеюсь, у тебя получится туда поехать.

– Ник, а правда, что там…

Разговор продолжался, и с каждой минутой мне становилось всё легче находиться дома. Единственный, кто заставлял меня волноваться – это папа. Он не принимал участия в беседе, лишь молча слушал, не отрывая от меня взгляда.

Когда ужин подошёл к концу, Настя затащила меня в мою старую комнату. Я с интересом осматривалась, подмечая, что всё осталось нетронутым. Всё в ней было так, как в тот вечер, когда я уезжала.

Настя сказала, что мама запретила здесь что-либо менять, сказав, что это комната будет ждать моего возвращения. Да, против отца моя мать пойти не могла, но она всё-таки надеялась, что однажды всё наладится и я смогу вернуться домой.

Мы с сестрой немного посидели на кровати, вспоминая прошлое, а потом меня позвал отец. Настя довела меня до его кабинета, а после ушла, сказав напоследок:

– Вам нужно поговорить наедине. Удачи!

Постучавшись, я тихо прошла в кабинет. Отец сидел в кресле за рабочим столом. Я устроилась напротив него, нервно стуча ногтями по поверхности стола.

– Выпить хочешь? – спросил отец, ставя на стол бутылку виски и пару бокалов. Вопрос заставил меня растеряться на некоторое время. Никогда мой отец не предлагал мне выпить.

– Нет, я не пью.

– Давно?

– Уже несколько месяцев.

Разговор выходил каким-то натянутым, и я не понимала, как это можно исправить. Однако казалось, что если я сейчас не найду правильных слов, то могу потерять свой шанс восстановить отношения с отцом. Только вот как их найти?

Отец открыл бутылку и налил в бокал виски, тут же беря его в руки. Я внимательно следила за каждым его действием.

– Если бы я знал тогда, почему ты связалась с гибридом, то никогда не выгнал бы из дома, – заговорил папа. Он не извинялся, но его слова всё равно заставили меня почувствовать теплоту. – Почему ты мне не рассказала?

– Я не хотела, чтобы ты выбирал между мной и Настей. Поэтому приняла решение сама.

– Если бы ты рассказала, то всё могло бы быть по-другому. Мы бы вместе искали…

– Ты уже не первый месяц про это знаешь. И как? Нашёл выход? – я не успела себя остановить. Вопросы сорвались раньше, и я совершенно не понимаю, какой чёрт меня дёрнул за язык. Я ведь мириться сюда пришла, а не ругаться!

Отец никак не отреагировал на мой выпад. Сделал несколько глотков виски и отставил бокал в сторону.

– Во всём, что произошло с тобой и Настей – виновата семья Меркуловых. Если бы не они, то…

– Но они не виноваты, что на их роду проклятие! – возразила я. – Они сами страдают от него и…

– Да, но они живы, а моя дочь в любой момент может из-за них умереть!

Я вздрогнула от стального голоса своего отца. Тема, что мы с ним подняли, порядком его разозлила. Да, непростой разговор выходит. И совсем он не такой, каким я его представляла.

– Умирать я не собираюсь, – тихо говорю, смотря прямо в глаза отцу. – Давай не будем сегодня об этом? Хорошо? Мне совсем не хочется портить этот вечер.

– Конечно. Обсудим всё в следующий раз.

Я облегчённо вздыхаю, и на моих губах появляется улыбка.

– Пойдём в гостиную? Мама упоминала какой-то вкусный пирог, а мы его так и не попробовали, – напомнила я.

Отец молча кивнул, поднимаясь из-за стола. Когда я вставала, у меня немного закружилась голова. Пришлось ухватиться за стол.

– Всё в порядке?

– Да. Всё отлично, – кивнула я и покинула кабинет следом за отцом.

Вишнёвый пирог, что приготовила мама, оказался очень вкусным. Я с огромным удовольствием ела его и запивала ароматным чаем.

Мама с Настей болтали о чём-то, а я поддерживала разговор, стараясь не обращать внимания на головную боль. В какой-то момент голова снова начала сильно кружиться. Я сдавила виски пальцами, пытаясь прийти в себя.

– Что-то мне нехорошо, – тихо сказала я. – Нужно… позвонить Максиму и…

Кто-то выхватил из моих рук телефон, который я достала. Преодолевая боль, я подняла голову и посмотрела на своего отца. Он смотрел прямо на меня, будто ничего особенного не замечал.

– Что… что происходит?

Последнее, что я помню – как мой мобильный полетел на пол, а сверху на него встала мощная нога отца. А после тьма поглотила моё сознание.

Глава 26

Во рту самая настоящая пустыня. В теле слабость. А голова так раскалывается, что я с трудом смогла открыть глаза. Далеко не сразу я поняла, где нахожусь и что вообще происходит.

Растерянно посмотрела по сторонам. Закрытое помещение с потёртыми стенами, которое освещалось лишь тусклой лампочкой на потолке. Железная дверь – это единственный выход отсюда, но она была закрыта.

Сама я лежала на небольшой кровати, застеленной шёлковым постельным бельём. На фоне остального это бельё казалось совершенно не к месту. Рядом стояла тумбочка, на которой я заметила бутылку с водой.

Не хотела ничего брать здесь, но жажда оказалась сильнее, и вскоре я припала к бутылке, жадно глотая воду.

Понемногу мысли стали собираться в кучу. Я вспомнила семейный ужин и то, как он закончился – стальной взгляд отца и мой мобильный, который он специально разбил.

Зачем он это сделал? Что происходит? Меня что, похитил собственный… отец? А мама и Настя? Они ведь тоже были на ужине! Неужели и они во всём этом замешаны?

Боже, не хотелось верить в это. Неужели мои родные могли предать меня? Зачем, чёрт возьми? Почему меня заперли?

Когда я более-менее пришла в себя, то с остервенением начала колотить в железную дверь. Даже учитывая мою силу оборотня, она не поддавалась.

Я поняла, где нахожусь. Подвальное помещение, расположенное у нас во дворе. Родители всегда запрещали нам сюда ходить, и на это были причины. Именно здесь всё было оборудовано так, чтобы в случае чего тут можно было изолировать оборотня, и он не смог отсюда выбраться. В каждой стае есть такое место. Наша далеко не часто им пользовалась. Последний раз это было восемь лет назад. Сюда заперли оборотня, что подозревался в убийстве всей своей семьи. Это место – временная мера. Его продержали недолго, а после отправили вместе со специальной группой, которая занимается этими вопросами.

В детстве мне было любопытно здесь побывать, и однажды я, украв ключи у отца, всё-таки пробралась в эту комнату. Поймали меня быстро, и влетело мне тогда жёстко. И вот, спустя столько лет, я вновь оказалась в этом месте. Только теперь как пленница.

За что они со мной так? Почему так поступают? И… что они планируют делать дальше?

Силы покинули меня быстро. Я устало вернулась к кровати и, свернувшись в клубочек, начала думать о своём муже. Он ведь знает, где я, и обязательно должен меня найти. А охрана? Они ведь остались снаружи и ждут, пока я покину дом, и если этого не произойдёт в ближайшее время, то они могут заподозрить что-то неладное.

Да, надо всего лишь подождать, и меня обязательно спасут.

Спасут от собственной семьи! Боже, за что мне всё это?

Когда я услышала шум возле двери, то тут же подскочила. Дверь распахнулась, и я увидела отца. Он спокойно зашёл в мою «темницу», закрыл за собой дверь и, окинув меня взглядом, спросил:

– Как ты?

– Как я? Серьёзно? Ты усыпил собственную дочь и запер её в тюрьме!

Меня потряхивало от злости. Я сжимала руки в кулаки, готовая броситься в бой, чтобы отстоять свою свободу, но понимала, что это бессмысленно. Я не выстою против альфы, особенно в том состоянии, что я сейчас нахожусь. Да и нельзя мне рисковать в моём положении. Ребёнок! Я надеюсь, они не проверили меня с помощью магии? Если проверили, то они должны знать, что я беременна, и тогда это будет плохо. Очень плохо.

Последний раз, когда я попала в больницу, Максиму с огромным трудом удалось скрыть моё положение. Его магия сильна, но даже сквозь неё можно увидеть, если знать, что искать, или если будет достаточно сильный маг.

– Да, и сделал я это всё ради твоей же безопасности.

– Ради моей безопасности? Я… я не понимаю.

– Ника, я всё знаю.

– О чём ты? – испуганно спрашиваю. Неужели про мою беременность узнал? Не хочет, чтобы я рожала от гибрида?

– Я знаю о предсказании.

Мои ноги подкосились. Я едва смогла устоять на них. Медленно дошла до кровати и буквально рухнула на неё. Сидела, смотря в пол, и никак не могла прийти в себя после той догадки, что меня озарила.

Нам известно, что далеко не одна стая объединилась против нас, веря в это дурацкое предсказание. Только вот неужели в этом замешан и мой отец? Мог ли он тоже стоять за всеми этими покушениями?

Нет, не может быть. Он сказал, что пытается защитить меня. А это значит…

А что он подразумевает под моей защитой?

О боже, мой ребёнок! Неужели он всё-таки знает про него?

– Отец, ты хочешь сказать, что являешься одним из тех фанатиков, верящих в глупое предсказание? – решилась-таки спросить я. – Тоже боишься, что я рожу ребёнка?

– На следующий день после того, как ты ушла из дома, к нам заявилась чета Меркуловых. Как ты уже знаешь, от них я и узнал о проклятии. Именно после этого я занялся поисками тебя и способа твоего спасения. Однажды на меня вышел один из оборотней. Он обещал информацию о тебе, и… я её получил, узнав о предсказании и о том, что тебя считают именно той, кто должна родить необычного ребёнка.

– И ты действительно поверил в это? – спросила я, поднимая на него взгляд.

– Не сразу. Я начал копать и… Ника, знала бы ты, сколько за этим стай и охотников стоят. Они действительно верят в это и пойдут на всё, чтобы не позволить тебе родить. Сейчас они пытаются действовать осторожно, потому что боятся, что информация дойдёт до гибридов, и тогда… Боюсь, что столкновения будет не избежать. Многие гибриды уже давно недовольны своим положением в обществе, и если они узнают, что это может измениться…

– Они их боятся, – поняла я. – Если бы они не пытались действовать более или менее осторожно, чтобы не привлечь лишнего внимания, то мы бы давно были мертвы. Да?

– Учитываю то, какую они мощь набрали, то да.

– Какова твоя роль во всём этом?

– Я всего лишь хочу защитить собственную дочь.

– Значит, ты не веришь в предсказание?

– Я столько всего наслушался и о стольких вещах узнал, что уже и не знаю, во что верить, – тяжело вздохнув, отвечает отец. – Одно я знаю точно – тебе погибнуть я не дам.

Папа говорит, а у меня появляется странное ощущение, будто я что-то упускаю. Словно что-то спрятано между строк, а я этого не вижу. Дурное предчувствие сдавило грудь. Близилось что-то страшное, но я не понимаю, что именно.

– Как ты меня собираешься защитить? – хрипло спрашиваю, не отрывая взгляда от отца. Он молча посмотрел на меня, и я, не выдержав, вскочила со своего места, повторяя вопрос. – Как, чёрт возьми, ты хочешь меня защитить?

– Я заключил с ними сделку.

Рваный выдох вырвался из моей груди. Появилось ощущение, что я вляпалась в самое настоящее дерьмо.

– Каковы условия?

Ох, сколько же сил требовалось, чтобы оставаться спокойной хотя бы внешне…

– Нужно уничтожить тех, на ком лежит проклятие. В предсказании сказано, что в ребёнке будет течь кровь проклятого рода. А если не будет этого рода, то…

«Значит, никто всё ещё не знает про моего ребёнка» – мелькает мысль в голове, а затем смысл сказанных слов доходит до меня.

– Вы хотите убить всю семью Меркуловых? – воскликнула я, не веря, что мой отец действительно может участвовать в этом.

– Не будет их, и тебе больше не будет ничего угрожать, – разводит руками отец.

– С ума сошёл? Ты действительно готов убить невинных из-за дурацкого предсказания?

– Я готов это сделать, чтобы защитить свою дочь!

– Нет, не надо меня спасать такими методами! – голова шла кругом. Так сложно было всё это осознать. – Когда вы собираетесь это делать? Говори! – отец молча смотрел на меня, и я вновь поняла всё без слов. – Это произойдёт сегодня? Да? Поэтому ты меня запер здесь?

– Я должен был быть уверен, что ты не натворишь глупостей и этой ночью будешь в полной безопасности.

– Не смей!

Сама не поняла, как кинулась на родного отца. Однако он быстро пресёк мою жалкую попытку нападения. Я оказалась прижата животом к холодной стене и почувствовала давление альфы. Отец вновь применил на мне свой талант альфы, пытаясь подавить волю.

– Если с ними что-то случится, то я никогда тебя не прощу, – шиплю я, сопротивляясь давлению.

– Зато ты будешь жива.

Больше отец ничего не сказал и спешно покинул мою личную тюремную камеру, а я же осталась совсем одна, чувствуя себя жалкой и беспомощной. Где-то там сегодня будут умирать те, кого я люблю, а всё, что могу я – это колотить в закрытую дверь и сыпать проклятиями в сторону отца.

Как же я ненавидела себя в этот момент…