Текст книги "Кошка, которая гуляет сама по себе (СИ)"

Автор книги: Кира Александрова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 9 страниц)

– Нет…

– А чего ты тогда хочешь, Жанна? – он наклонился совсем близко.

– Поцелуй меня… – прошептала я, зарываясь пальцами в мягкие волосы Роберта.

Чихать на то, что вокруг лес, а в качестве постели плащ, расстеленный на траве, мне уже на всё чихать. Зато никто не будет стучать в стенку и недовольно орать, чтобы стонала потише, и потом – заниматься любовью на природе, по-моему, романтичнее некуда. О, господи, опять я проиграла, причём самой себе… Ну как я могу ненавидеть этого человека, такого нежного, ласкового, как можно сопротивляться поцелуям, сводящим меня с ума, а его руки, кажется, знали каждый сантиметр моего тела… И как я могла подумать, что мне нужен кто-то ещё?! Не помню, что я там шептала, умирая от наслаждения, и не хочу знать, потому что – потому что каким-то неведомым образом этот засранец сумел забраться ко мне в душу! Самое ценное и закрытое, что у меня есть, никто ещё не знал настоящую меня – до сего момента. Роберт имел необъяснимую власть надо мной, над моими чувствами, мыслями. Он мог найти меня везде, и без труда доказать, что сколько бы я ни ругалась и ни кричала, стоит ему действительно дотронуться до меня – и всё. Вся злость уходит, остаётся только желание, чтобы он никогда не отпускал. Чёрт, у меня же было множество мужчин, правда, но ни одного такого, как Роберт! Как могло так получиться, что я наткнулась на него?.. Или он нашёл меня, какая теперь разница, даже если к этому приложил руку Совет. Господи, но я не хочу любить его, нет! И не хочу, чтобы он любил меня…

Позже мы молча лежали рядом, и я молила всех известных богов, чтобы Роберт ничего не говорил, не начинал снова этот бесполезный спор, я ведь всё равно не изменю своего мнения. Или всё-таки изменю?..

– Ну что мне с тобой делать, родная моя, а? – услышала я тихий шёпот. – И не притворяйся, что спишь.

– Самое лучшее – оставь в покое, – еле слышно ответила я. – Возможно, мы будем время от времени встречаться в разных мирах, но постоянно находиться рядом с тобой я не намерена.

– Да ты боишься, Жанночка, – негромко рассмеялся Роберт, крепче прижав меня к себе. – Боишься даже больше, чем Совета и перспективы отвечать перед ним за своенравное поведение!

Чёрт. Попал в точку.

– Кого? Тебя, что ли, боюсь? – попыталась возмутиться я.

– Конечно, меня, – лёгкий поцелуй в ушко. – Это твой инстинкт ведьмы, милая. Всегда было так, что ты управляла людьми, мужчинами в частности, а теперь – кто-то имеет на тебя влияние, и не маленькое. Неизвестное всегда пугает, а ранее с тобой никогда такого не было, вот ты и испугалась. Помимо всего прочего, ты ещё гордая, как все ведьмы, ни за что не признаешься в своём поражении. Жанна, радость моя, ты для меня всё равно, что открытая книга, поверь, и нет смысла отрицать. Я знаю, что прав.

Зараза. Я молчала, а что можно было сказать? Конечно, он прав, Совет всё-таки действительно выбрал правильного человека! Но мне-то от этого не легче, как теперь расхлёбывать эту кашу?! Я не могу вот так просто сказать: "Да, хорошо, я стану твоей женой, и Совет отстанет от меня, вместе с Кейном", просто не могу!

– Давай спать, – я зевнула, поскольку хотела спать по-настоящему.

Большая часть ночи уже прошла, и не скажу, что провела её спокойно, посему вскоре мысли стали обрываться, и долгожданный покой наконец опустился на меня.

Когда мы проснулись, я всячески избегала разговоров на скользкую тему, посему мы быстренько позавтракали и отправились дальше. Впереди уже виднелись верхушки мрачных высоких елей – граница Дебрей, дорога впереди и позади нас оставалась пустынной – самоубийц маловато в одиночку там шастать. Мы въехали под мрачные своды, и где-то полтора часа ехали молча, думая каждый о своём. Дебри обступили дорогу, по-прежнему без единого путешественника, между деревьев вился полупрозрачный туман, и у меня вдруг появилось нехорошее предчувствие.

– Роберт, тут что-то нечисто, – вполголоса предупредила я, вглядываясь в пространство между деревьями.

– Твоя интуиция? – слегка улыбнулся он, но рука легла на рукоятку меча.

Неожиданно на дорогу впереди выехал какой-то мужчина, и с гаденькой ухмылочкой оглядел нашу компанию. Вот так-так.

– Ба, какие люди! – протянул он, оглядывая нас. – Помнишь меня, Жанна?

– Оп-паньки… – я прищурилась. – Мартин, какими судьбами?

Ненавязчиво так позади нас собралась приличная толпа вооружённых людей, и впереди тоже образовалась такая же преграда. Чёрт. Не хватало ещё драться в Дебрях с каким-то маньяком, желающим отомстить за обиду.

– Жанна, кто это такой? – негромко спросил Роберт, покосившись на меня и на всякий случай положив ладонь на рукоятку меча.

– Он захотел свести со мной более близкое знакомство, когда я некоторое время служила его телохранительницей, – я поморщилась. – Ну, я доходчиво объяснила ему, что оказываю исключительно услуги по охране его задницы от лишних приключений. Видимо, он обиделся, – мой взгляд на Роберта выражал наивность и искреннее недоумение настоящей ситуацией.

Он усмехнулся и снова посмотрел на Мартина.

– Так ты что, решил отомстить, что ли? – Роберт изогнул бровь и покачал головой. – Ох, мужик, ты ненормальный. Это ж наёмница из Звезды…

– Против отряда вооружённых людей даже она не выстоит, – Мартин холодно улыбнулся. – И даже с твоей поддержкой. Кстати, Жанна, кто этот человек? Твой очередной любовник?

Я только открыла рот, чтобы достойно ответить, но Роберт как всегда опередил меня:

– Нет, Мартин, я её будущий муж, – меня несказанно возмутили его слова, да ещё сказанные таким уверенным тоном! – У тебя ещё имеются вопросы? Если нет, дай нам пройти, мы торопимся.

– Для начала я расквитаюсь с Жанной, – резко ответил Мартин и скомандовал своим людям: – Взять их! Наёмницу – живой!

– Ребята, вам жить надоело, да? – непринуждённо обратилась я к толпе, соскользнув на землю и мгновенно достав мечи.

Роберт молча встал рядом. Лошади благоразумно отошли в сторонку – поскольку это были простые животные, было бы жалко лишиться средства передвижения, да и я предпочитала драться пешей, больше места для манёвра, – давая нам пространство для манёвра, я встала в стойку, чуть прикрыв глаза, но ловя каждое движение противника. Мой спутник поманил нападавших пальцем, по-прежнему ничего не говоря. Толпа озверела от нашей наглости, и бросилась на нас. Я поднялась на носочки, на мгновение замерла, а потом для меня перестали существовать отдельные личности, слившись в одну массу. Клинки казались живыми в руках, серебристая сталь сверкала в лучах солнца, пробивавшегося сквозь листву. Я использовала мой любимый стиль, с помощью которого и сдала выпускной экзамен на отлично, учитель называл его просто "танец". Наиболее эффективен против толпы придурков, и меньше всего устаёшь. Роберт вроде тоже держался, насколько я успела заметить; не знаю, сколько прошло времени, но Мартин, видя, что дело застопорилось, и отомстить не удастся, решил по-тихому свалить.

– Куда ж ты, свет очей моих? – весело крикнула я, на мгновение присев и опустив один меч в ножны.

Кинжал из голенища сапога очень точно перерезал подпругу седла этого молодчика, и Мартин красиво вспахал носом пыль дороги. По-моему, от ярости и унижения у него аж потемнело в глазах. Взревев, как раненый в задницу медведь, он вытащил меч и рванул к нам, невзирая на толпу своих молодчиков. Ох, и повеселюсь сейчас! Неожиданно Роберт схватил меня за руку и потянул за собой.

– Их слишком много даже для нас, Жанна. Идём, у нас есть дела!

– Ага, в Дебрях, – я поморщилась, но последовала за ним – у нас действительно были дела.

– Только тихо, и ни одного магического действия, – предупредил Роберт, – если не хочешь, чтобы сюда сбежали все милые обитатели этого леса.

– Угу, – буркнула я.

Мы петляли между стволами деревьев, слыша за спиной радостно-воинственные крики ребят Мартина. Ой, глупые… В Дебрах, даже находясь на дороге, не стоит разговаривать слишком громко, а уж орать во всё горло, оказавшись в самом лесу, и вовсе дурость несусветная. Нам самим же предстояло исследовать Дебри на предмет пропавшего эльфийского талисмана. Кстати, о деле… Резко остановившись, я потребовала:

– Пока ты не расскажешь, как собираешься искать бирюльку своего ушастого приятеля, я с места не сдвинусь.

Роберт кротко вздохнул, и, схватив меня в охапку, затолкал в узкую нишу между двумя огромными валунами, лежавшими поблизости.

– Не так громко, Жанночка, – вполголоса ответил он, прижав меня к камням. – Пусть зверьё насытится, у нас будет больше шансов беспрепятственно дойти до нужного места. Теперь о том, как я найду талисман. Эльфийская магия пахнет, дорогая моя, и я способен почувствовать её запах.

Я во все глаза уставилась на Роберта.

– Пахнет?! Впервые в жизни слышу, чтобы чья-то магия… имела запах!

– Жанна, я не говорил, что магия имеет запах, – он улыбнулся. – По крайней мере, не такой, какой можно учуять носом. Так, по-моему, нам можно потихоньку двигаться, – Роберт прислушался, я тоже – голоса преследовавших нас неожиданно замолкли, твари в Дебрях нападают быстро и без шума, так, что даже вскрикнуть не успеешь.

– Ну пошли…

Роберт шёл впереди, я за ним, стараясь не отставать, и поглядывая по сторонам – мало ли что…. Я понятия не имею, как он ориентировался в поисках талисмана, но мы петляли по лесу, как зайцы, и у меня закралось подозрение, что ушастый приятель Роберта попёрся в Дебри не иначе, как употребив для храбрости изрядное количество градусов в ближайшей таверне. Чем ближе к вечеру, тем сильнее возрастала моя тревога – мне как-то не очень хотелось ночевать в Дебрях, даже с Робертом в качестве охранника.

– Мы долго будем бродить здесь? – наконец, не выдержав, поинтересовалась я. – Скоро вечер, а я не жажду провести ночь в этом лесу.

– Мы уже почти пришли, – Роберт в очередной раз повернул. – Мой бедный друг не мог продержаться в Дебрях больше одного дня, и не думаю, что он успел далеко зайти.

– Надеюсь, – пробормотала я.

Попетляв ещё немного, мы наконец вышли на большую поляну, посреди которой росло чудовищных размеров дерево, крона почти полностью закрывала небо над поляной, создавая своеобразную зелёную крышу. Я ахнула, разглядывая исполина, гадая, как он тут вырос, и пытаясь понять, что же это за вид дерева.

– Жанна, захлопни рот, – Роберт с улыбкой оглянулся на меня. – Амулет где-то здесь…

Он окинул поляну внимательным взглядом и, подойдя к дереву, что-то поднял из травы.

– Отлично, вот это.

Естественно, горя любопытством, я подошла поближе, посмотреть, ради чего мы рисковали своими задницами.

– Покажи, Роберт, – я заглянула через плечо.

– О, это очень занятная вещица, – Роберт с улыбкой повернулся ко мне, но ладонь, в которой был зажат амулет, не открыл. – Думаю, тебе она понравится.

Я с недоумением воззрилась на собеседника.

– А какое отношение имеет ко мне эльфийский амулет? Покажи, Роберт, ну пожалуйста! – я протянула руку. – Я имею право видеть, за чем мы попёрлись в Дебри!

– Конечно, имеешь, не спорю, – в следующее мгновение Роберт что-то одел мне на среќдний палец. – Только это не эльфы попросили меня, – на его лице появилась довольная ухмылочка. – Это я попросил разрешения отыскать талисман и взять его в качестве памяти о друге.

Я с лёгким недоумением опустила взгляд на собственную руку и оцепенела: на пальце поблёскивало простое золотое колечко с маленьким изумрудом. Меч сам оказался в руке, кончик клинка подрагивал у горла Роберта. Да что такое, сначала Кейн со своим браслетом, теперь Роберт! Я им что, новогодняя ёлка, чтобы увешивать меня цацками?!

– Сними это, – ровным голосом сказала я, сдерживая ярость.

– Нет, – спокойно ответил он, глядя мне в глаза. – Нет, Жанна, радость моя. Тем более что оно не снимается. Это эльфийский талисман, а эльфы, как ты знаешь, женятся или выходят замуж раз и на всю жизнь.

– Я не стану твоей женой! – крикнула я, с трудом контролируя себя.

– А куда ты денешься, милая? – ласково улыбнулся он. – Это колечко будет с тобой в любом мире, куда бы ты ни отправилась.

– Врёшь, – с трудом выговорила я сквозь зубы.

– Проверь, – усмехнулся он. – Только я ведь и там найду тебя, куда ты уйдёшь сейчас.

Однако я не успела ничего предпринять, потому что за моей спиной раздался спокойный, ровный, знакомый до зубовного скрежета голос:

– Никуда она сейчас не уйдёт. Даже если очень захочет.

Я резко обернулась, с неприкрытой ненавистью уставившись на Кейна. Он был один, чему я мимолётно удивилась, но в следующий момент поняла, почему охотник не взял себе помощников. Поляну окутало невидимое, но вполне ощущаемое поле, гасившее всю магию на расстоянии трёх метров от нашей группы. В руках Кейн держал арбалет.

– Жанна, убери меч и подойди ко мне, – продолжил он тем же спокойным голосом. – Если будут лишние движения, кто-то из вас схлопочет болт, – взгляд его голубых глаз – да где же я их видела-то, а?! Причем мне казалось, при каких-то приятных обстоятельствах… – остановился на мне. – Тебя убивать мне нет никакого резона, посему, буду стрелять в уязвимые и болезненные места, Жанна. Чтобы только ранить. Но мне бы искренне не хотелось доводить дело до таких крайностей, поэтому надеюсь на твою благоразумность. К тебе, Роберт, – Кейн посмотрел на моего спутника, – я не буду столь милосерден. Ты мне совершенно не нужен, более того, мешаешь моим планам. Так что ведите себя спокойно, ребята.

Меня начала охватывать глухая ярость, я медленно отвела меч от горла Роберта, и сузила глаза.

– Хочешь – стреляй, но по доброй воле я никуда не пойду.

Кейн пожал плечами.

– Меня не затруднит самому подойти к тебе. Роберт, не надо, – предупредил он, увидев, что тот дёрнулся, собираясь встать передо мной. – Я не хочу лишних смертей.

Он сделал несколько шагов ко мне, я инстинктивно отступила назад, но замерла – охотник молча навёл арбалет на Роберта, и чуть надавил на спусковой крючок.

– Не надо, – мягко повторил Кейн.

Я скрипнула зубами, стиснув рукоять меча, но ничего не стала предпринимать – жизнь Роберта дороже, несмотря на мои чувства к нему. Охотник остановился рядом со мной, по-прежнему держа арбалет направленным на моего спутника.

– А знаешь, я успел соскучиться, – ладонь Кейна скользнула по моей щеке, я услышала резкий вздох Роберта. Мда, боюсь, при следующей встрече они просто поубивают друг друга…

– Представь себе, я нет, – дёрнув головой, я отвернулась.

Кейн улыбнулся.

– Ты была более приветлива в том домике, в лесу. Помнишь, Жанна?

Ответить я не успела: с края поляны послышался какой-то шорох, и я услышала протяжный, удивлённый свист Роберта. Переведя взгляд за спину Кейна, я почувствовала, как кровь отлила от лица, а пальцы похолодели.

– Кажется, мы попали… – вполголоса высказался Роберт, не сводя взгляда с твари, порадовавшей нас своим присутствием, его рука медленно поползла к мечу. – Кейн, убирай поле, немедленно. Иначе мы не выберемся отсюда живыми. Нельзя позволить ей подобраться к нам близко.

Около деревьев стояло порождение самых диких кошмаров, и внимательно изучало нас взглядом. Представьте себе приличных размеров пантеру, у которой вместо шерсти иглы дикобраза, а хвост – шипастая булава, и у вас появится отдалённое представление о твари, пожаловавшей к нашей компании. Вдобавок ко всему у этой милой киски иглы были отравленные. Кейн, покосившись через плечо, резко развернулся и встал рядом с Робертом, неуловимым движением пальцев сняв блокировку магии. Таким образом я оказалась заслонённой спинами двух мужчин, в обычной ситуации ни за что не согласившихся бы действовать заодно.

– Жанна, уходи, – не глядя на меня, бросил Роберт. – Ты здесь ничем не поможешь.

– Согласен, – неожиданно сказал Кейн. – Тебе лучше убраться из этого мира как можно быстрее, – он вытащил меч, не сводя глаз с твари, нервно бившей себя хвостом по бокам. Ей что, не досталось мяса, что она с таким вожделением смотрит на нас?..

– Вы ненормальные?! – вырвалось у меня. – Она же может убить вас!..

Две пары глаз, карие, с весёлым огоньком, и спокойные голубые, с одинаковым выражением уставились на меня.

– Жанна, ты ведьма, – мягко напомнил Роберт. – А здесь нужна магия посильнее. Уходи, я сказал!

Кошка сделала неуловимое движение в сторону, собираясь прыгнуть, Кейн резко выбросил вперёд ладонь, тварь отбросило назад. Перевернувшись в воздухе, она приземлилась на лапы и зло оскалила клыки.

– Мы её разозлили, – заметил охотник. – Жанна, послушайся хорошего совета. Уноси ноги. Я найду тебя, – добавил он, уголки его губ дрогнули в намёке на улыбку.

– Я сделаю это быстрее, – Роберт наклонился и быстро поцеловал меня. – Всё, иди!

– Психи! Оба! – нервно рассмеявшись, я скрестила руки над головой в замысловатом жесте, и пробормотала нужные слова.

Минутное потемнение в глазах – и я исчезла из этого мира. С кольцом Роберта и браслетом Кейна, чтоб их обоих сожрали демоны…

Глава 5

…Полутёмная комната, обстановка далеко не шикарная. Самочувствие парќшивое – не надо было вчера столько пить, чёрт! Держась за больную голову, я сползла с кровати, радуясь, что клиент ушёл раньше моего пробуждения. Не думаю, что Роберт найдёт меня в этом мире, поскольку ему и в голову не придёт искать в борделях, среди парижских шлюх – как же, скорее, он подумает, что я окажусь какой-нибудь аристократкой, и отправится в великосветские салоны. Да, когда-то Анриетта де Кресс действительно блистала в высшем свете, вот только так уж получилось, что сброд, напавший на меня по пути в поместье, не интересовали титулы и положение в обществе. Им нужны были деньги, драгоценности, и собственно я в качестве живой игрушки. Проведя неделю в грязной хижине в лесу, привязанная к кровати, я решила, что не имеет смысла возвращаться в прошлую жизнь. Анриетта де Кресс пропала где-то в лесах недалеко от своего поместья, а в одном из борделей Парижа появилась девушка Эмма. Когда меня вышвырнули на дорогу, полуживую, в лохмотьях, думала, не выкарабкаюсь. Однако мне несказанно повезло: проезжавший мимо крестьянин сжалился и подбросил до Парижа. Вот так-то. Здесь моя жизнь далеко не сахар, приходится считать каждую монетку, и уметь постоять за себя – с хорошенькой мордашкой и фигуркой шляться ночью по Парижу небезопасно.

Надев потрёпанное, но опрятное платье – уж за собственной внешностью я следила при любых условиях жизни, – я накинула плащ и спустилась вниз.

– Пойду я, Лиз, – обратилась я к пышнотелой женщине. – Прогуляюсь немного.

– К вечеру-то вернёшься, Эмма? – Лизи тогда выходила меня, и теперь относилась отчасти с материнской жалостью к моей скромной персоне, она даже как-то пыталась отговорить остаться в борделе. Я отказалась, потому что деньги нужны, а иного способа заработать для себя я не видела. Лиз не знала, кто я на самом деле.

– Не знаю, – я пожала плечами. – Может вернусь, а может и нет. Ты же знаешь, Лиз, клиенты есть везде.

– Ну иди. Всё-таки надеюсь увидеть тебя вечером.

Я вышла на улицу, шумную, залитую солнцем улицу утреннего Парижа. Пальцы непрерывно крутили узкий золотой обруч с маленьким тёмно-зелёным изумрудом – подарок Роберта, проклятая эльфийская игрушка. Его было не снять, Роберт правду говорил, как только я тянула кольцо с пальца – оно словно сжималось, ни в какую не желая слезать, хотя вроде как свободно сидело – пока его не трогать. Я бродила по городу, в голове крутились назойливые мысли о ноже и отрезанном пальце, но в таком случае следовало сразу отрубать всю кисть – оставался ещё браслет Кейна, – а на такие жертвы я пока не была готова. Следовало придумать что-то другое, и как можно быстрее, хотя бы в отношении подарочка охотника. Идея родилась внезапно, когда я проходила мимо городского кладбища – на Париж постепенно опускался вечер, улицы пустели и темнели. Глядя под ноги, уныло размышляя о неприятностях, свалившихся как снег на голову, я скользнула взглядом по невзрачной серой травке, росшей у самой ограды кладбища, и вдруг застыла, осенённая идеей. Ну конечно, как я раньше не вспомнила! Разрыв-трава! Уж от браслета она меня избавит, готова спорить на что угодно! Оглянувшись и убедившись, что улица, к которой примыкало кладбище, пуста, я присела и осторожно сорвала несколько пыльных травинок; аккуратно обмотав ими часть браслета, я стиснула зубы и резко рванула золотую цепочку. Звенья разошлись с еле слышным звоном, и я чуть не умерла от облегчения и радости, даже тоска немного отпустила.

– Теперь попробуй, найди меня, – мстительно улыбнувшись, я размахнулась и закинула браслет за ограду, на кладбище. – Ищи на здоровье, среди могил!

В какой-то момент вдруг кольнуло непрошенное сожаление, что мы больше не встретимся, некстати вспомнились голубые глаза и тихий шёпот "Я найду…". На мгновение мелькнула картинка: Кейн стоит у покосившегося креста, прищурившись, смотрит куда-то вдаль, а в кулаке зажат обрывок золотой цепочки. Вздрогнув, я тряхнула головой и прогнала видение, но осадок остался: с какой это стати вдруг мне захотелось снова встретиться с охотником?! Упасите боги… Уж лучше Роберт. Кстати, о нём. Как ни крути, от Роберта мне не убежать, это подсказывало сердце, ведьминская интуиция, да все предыдущие миры, если уж на то пошло. Если он отыщет меня и тут – а он отыщет ведь, колечко же на мне, – то боюсь, придётся выкинуть белый флаг и сдаться на милость победителя. Собственно говоря, он меня поймал, сволочь, сукин сын! Я не от Роберта бегаю, нет, а от самой себя – от своих чувств, как ни тяжело признаваться. А чувств этих я боюсь до чёртиков, и докопаться до причин моего дремучего страха не сможет даже консилиум самых именитых психоаналитиков во главе с дедушкой Фрейдом! Я и сама толком не понимаю, почему так упорно отрицаю очевидное, избегаю сильно привязываться к мужчинам, и почему боюсь даже про себя произнести слово, означающее мои чувства к Роберту. У меня не было неудачных романов, я всегда легко уходила, так в чём причина панического страха перед любовью?! Ответа нет…

Тем временем набежали тучи, народ быстренько попрятался, и с неба полил дождь. Я шла под холодными струями, в ботинках хлюпала вода и грязь, плащ очень быстро промок; отчаяние запустило в меня когти, слёзы катились по щекам вперемешку с дождём. Любовь?.. Я думала, ведьма не имеет права на неё, не имеет права привязываться к кому-то одному, отдать ему себя и свою свободу, но как так получилось, что я схожу с ума по единственному мужчине во многих, если не во всех мирах?! Господи, прости, но я хочу быть с ним, мне никто больше не нужен, и я устала быть одна… Я готова отказаться от пресловутой свободы, собственно, не думаю, что присутствие Роберта в моей жизни так уж стеснит её – он же просто будет рядом. Бессильно присев на крыльцо какого-то дома, я подтянула колени к подбородку и уткнулась в них мокрым носом, стуча от холода зубами и всхлипывая время от времени. Конечно, я не опускалась до того, чтобы пожалеть себя, но была очень и очень близка к подобному глупому шагу. Себя надо любить, а не жалеть, однако сил следовать моему жизненному кредо уже не осталось. Я впала в какое-то оцепенение, а дождь всё не прекращался. Ноги окончательно замёрзли, одежда промокла до нижнего белья; неоќжиданно на улице остановилась чья-то карета, хлопнула дверь, и кто-то подошёл ко мне. Я не поднимала головы, и так прекрасно зная, кто это был. На меня перестало капать – зонтик, поняла я, – и знакомый до боли голос негромко сказал:

– Пойдём домой, Анриетта.

Ну конечно, кому как не ему знать, кто я на самом деле, и как меня зовут. Я встала, избегая смотреть на него; представляю, как отвратительно сейчас выгляжу, вся мокрая, замёрзшая, хлюпающая носом – ужас!

– Маленькая моя, тебе холодно, – Поль – тут его так звали, – обнял меня и прижал к себе.

И сразу стало так хорошо, тепло, уютно… Он довёл меня до кареты, мы молча сели, причём Поль усадил меня к себе на колени, заставив снять насквозь мокрый плащ и закутав в свой, тёплый и сухой. Поль ничего не спрашивал, я ничего не говорила – нам просто было хорошо вдвоём; пригревшись, я даже задремала, прислонившись к плечу Поля. В дом он внёс меня на руках; поднимаясь по лестнице, отдал распоряжение о горячей ванне и кофе с коньяком. Я шмыгнула носом и чихнула, вызвав улыбку.

– Сейчас согреешься, милая.

В его комнате горел камин и из большой ванны шёл пар от горячей воды. Поль отложил влажный плащ, помог мне стащить мокрую одежду, совершенно не приставая и даже не делая никаких двусмысленных намёков – что меня очень удивило, признаюсь.

– Давай забирайся, Анри.

Я начала потихоньку согреваться, было настоящим блаженством лежать в воде, тёплой воде, чувствовать покалывание в кончиках отогревающихся пальцев; Поль намылил мочалку.

– Я помогу, не возражаешь, малышка?

Молча покачав головой, я закрыла глаза и предоставила ему свободу действий. Нежные прикосновения, кстати, ничуть не были похожи на попытки пробудить страсть, Поль просто осторожно намыливал меня, ничего более. Знаете, это было приятно, и чертовски непривычно, ново. Потом Поль вытер меня полотенцем, и завернул в тёплый халат.

– Ну, согрелась? – улыбнулся он.

– Ага, – кивнула я, усевшись в кресло.

Поль сел во второе, буквально мгновением позже вошёл слуга с подносом и кофе.

– Ваш кофе, мсье, – с непроницаемым видом возвестил он.

– Поставь на столик, Жан. И, кстати, чтобы не было потом лишних вопросов и недоразумений, – Поль глянул на него. – Эта девушка – Анриетта де Кресс, моя будущая жена.

– Да, мессир, – снова поклонился Жан. – Сударыня, сударь, – он удалился.

– Это имя давно умерло, – тихо сказала я, смотря в огонь камина. – Об Анриетте де Кресс все забыли.

– Я снова воскрешу его, – спокойно отозвался Поль. – Пей кофе, Анри, тогда обойдёшься без насморка завтра утром.

Я молча прихлёбывала кофе, чувствуя непривычный покой; Поль с задумчивой улыбкой наблюдал за мной. Отставив чашку, некоторое время я оставалась на месте, недоумевая, что же мне как-то… не так, не знаю, пока не поняла: просто мне хотелось быть рядом с Полем. Встав, я, по-прежнему молча, забралась к нему на колени, и свернулась калачиком. Всё. Теперь совсем хорошо. Поль тихо рассмеялся, погладив меня по голове:

– Киска ты моя рыженькая!

Самое интересное, что я ведь и уснула в таком положении! На коленях Поля, свернувшись клубочком… Наверное, он отнёс меня потом в спальню, потому что, проснувшись внезапно ночью, я обнаружила себя в кровати, по-прежнему в халате, и – ОДНУ! Совсем чудеса. Вернуться с небес на землю заставило странное чувство, будто кто-то тянул меня к себе. Я резко села, сердце судорожно заколотилось, потому что в голове раздался властный голос: "Я жду тебя на кладбище, Анриетта. Немедленно". Не может быть! Как он нашёл меня без браслета?.. Я ведь не порезалась, когда сорвала его! Не порезалась, правда?.. Осмотр кисти окончательно убил робкую надежду: запястье было слегка оцарапано, и на цепочке вполне могли остаться несколько капелек крови – достаточно, чтобы получить надо мной власть. Мысленно застонав, я зажмурилась и вцепилась в край кровати, в тщетной попытке противостоять приказу; тело сделалось ватным, а сознание словно погрузилось в туман – я не могла сопротивляться магии крови. "Анриетта! Я жду!" Как во сне я встала, накинула халат, спустилась вниз на первый этаж, и вышла из дома. Мелькнула отстранённая мысль, что на сей раз, кажется, я попалась, даже Поль не поможет, он попросту не догадается, что случилось, и куда я пропала. Не помню, как дошла до кладбища, очнулась я тогда, когда увидела фигуру Кейна у ограды. Он сжимал в кулаке браслет и смотрел на меня. Я остановилась в нескольких шагах от него, сжимая у горла халат, и не в силах заставить себя двинуться дальше. Нежелание выполнить его приказ оказалось сильнее магии принуждения, и пока я стояла – но уйти всё-таки не могла.

– Не думал, что ты догадаешься воспользоваться разрыв-травой, – негромко сказал охотник, не сводя с меня взгляда. – Настолько не хочется видеть Совет?

– Настолько не хочется видеть тебя, – процедила я сквозь зубы.

– Ах, – он улыбнулся, – значит, ты всё-таки решила остаться с избранником Совета?

– А вот это уж совсем не твоё дело! – я повысила голос. – Отпусти меня!

– Нет, Анриетта. Подойди ко мне.

– Она не сдвинется с места, – чьи-то руки обвились вокруг моих плеч, и я оказалась прижата к широкой груди Поля. Господи, как он вовремя!.. – Кейн, можешь убираться на все четыре стороны и передать уважаемому сборищу ведьм, что закон соблюдён, и наказывать некого.

Кейн покачал головой.

– Мне было сказано привести её, независимо от обстоятельств. И я это сделаю.

Пальцы Поля чуть сильнее сжали моё плечо.

– А может, дело в другом, Кейн? – вкрадчиво спросил он, от обманчиво мягкого голоса у меня по спине пробежали мурашки. – Может, здесь играет роль личный интерес? У тебя ведь была возможность отдать Анри ведьмам, ты предпочёл не торопиться.

– Не понимаю, о чём ты, – охотник нахмурился.

– Подожди пока, ладно? – шепнул Поль на ухо, и отошёл на шаг, оставив меня в сторонке. – Отлично понимаешь, Кейн. Ты хочешь забрать её себе, попросив у Совета в качестве награды, так?

– Даже если и так, ты что-то имеешь против? – охотник прищурился.

– Есть одна маленькая деталь, она – моя невеста. И я не позволю всяким грязным типам вроде тебя тянуть к Анри лапы!

Мне захотелось истерически рассмеяться: они выясняют, кому я принадлежу, даже не удосужившись спросить меня, собственно! Пытаясь сдержать дрожь, я обхватила себя руками, прикусив губу и сморгнув слёзы отчаяния. Заклинание Кейна ещё держало меня, но уже не так сильно – он отвлёкся на Поля. Пара минут, и я смогу наконец воспользоваться моментом и убраться из этого мира, наплевав на них обоих. Пошли к чёрту, надоело быть предметом спора, пока не додумаются поинтересоваться моим мнением, буду избегать и Поля, и Кейна! Даже несмотря на то, что я уже определилась с чувствами по крайней мере к одному из засранцев…

– Следи за словами, – в голосе охотника проскользнули угрожающие нотки, между пальцами правой руки заплясали искорки.

Я всё-таки хихикнула – нервы стали ни к чёрту. Не думала, что из-за меня когда-нибудь будут устраивать магические поединки.

– Я ухожу. Слышите, оба, я ухожу! – выкрикнула я, стиснув кулаки. – И никто из вас сейчас меня не удержит! Идите к чёрту со своими амбициями, надоело уже быть переходящим призом!

Вскинув руки над головой, я зажмурилась и пробормотала несколько слов. До меня донёсся слитный крик:

– Анриетта!!

Вспышка, и реальность вокруг изменилась.

Мня разбудило щекотание собственными волосами кончика носа. Чихнув, я открыла глаза, с наслаждением потянувшись. Кажется, я вернулась обратно в современный мир – это радует. И первый, кого увидела, был Степан собственной персоной. С одной стороны приятно, с другой – я ж вроде уже почти призналась, что люблю Поля… Ну и ладно, между прочим, я ему ничего не обещала, и вообще, слегка обижена за вопиющую наглость в разговоре с Кейном! И здесь я с ним ещё не знакома, так что имею полное право вести себя так, как хочу! Хм. Я оправдываюсь? Перед кем, интересно, и почему, я ж ни в чём не виновата. Да, я оправдываюсь! Перед своей совестью…