Искатель, 2002 №6

Текст добавлен: 28 апреля 2026, 17:30

Текст книги "Искатель, 2002 №6"

Автор книги: Кир Булычев

Соавторы: Песах Амнуэль,Майкл Мэллори,Джеймс Ноубл

Жанры:

Газеты и журналы

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 12 страниц)

Назад к карточке книги

– Вы осторожнее, Лев Христофорович! – Лика почему-то оробела перед лицом всевластия науки.

– Чего вы боитесь?

– А звук будет? – ушла от ответа Лика.

– Спутник считывает текст по губам, так что он не может передать интонацию или тембр голоса, но смысл – пожалуйста.

Вдруг небольшой дисплей загорелся зеленым сиянием, и по нему побежали полосы.

– Есть тонкая настройка! – воскликнул Минц.

Весь экран заняла ладья, обычная ладья, на каковых любил ходить в походы Степан Разин, казак и народный повстанец.

В центре сидел, подпершись могучей рукой и склонив голову с печалью во взоре, народный вождь.

У его ног, глядя преданно и любовно, примостилась несказанной красоты восточная девушка в синих шальварах и белом бюстгальтере. Ее вороные волосы волнами ниспадали из-под круглой, расшитой жемчугом шляпки.

За спиной атамана и по бокам от влюбленной пары сидели казаки дикого вида. Некоторые гребли, другие чистили оружие или бездельничали. Со стороны последних и слышался ропот. Камера как бы прошлась по их лицам, отмеченным печатями различных пороков.

– Ой, – прошептала Лика. – Какая романтика.

Тем временем включился звук, и ровный бесстрастный голос машины стал озвучивать высказывания спутников Разина, тогда как Лев Христофорович и Лика имели возможность наблюдать за говорившими.

– Ох, и не прав ты, атаман!

– Нас на бабу променял.

– Вчера детский приют пожалел, не ограбил, куда это годится?

– Нас на бабу променял! Забыл обо всем!

– Вот именно, забыл о ночах любви со старыми товарищами!

– Сам наутро бабой стал.

Тут не выдержал и Степан Разин.

– Последнее высказывание меня возмущает, – сказал он. – Этого со мной не будет никогда!

– И слава Богу, – поддержала возлюбленного персидская княжна. – У нас со Степаном Тимофеичем любовь!

– Этого еще не хватало!

– А кто будет холопов из неволи освобождать?

– А кто возглавит сопротивление царским сатрапам?

– И не исключено, что эта княжна – агент иноземного влияния.

Степан Разин еще больше закручинился.

– Что же мне делать, братья возлюбленные мои?

Раздались разрозненные голоса:

– За борт ее!

– В набежавшую волну!

– И тут же – в поход на Москву!

Разин сопротивлялся.

– Во-первых, – сказал он, – княжна хороший товарищ и сладкая женщина. Во-вторых нам дороги добрососедские отношения с Персией.

– Надо, Степа! – был ответом хоровой крик.

– Ну, если надо, – глубоко вздохнул Степан Разин. – То делать нечего. Ты хоть плавать умеешь?

– Откуда мне в гареме плавать научиться? – удивилась княжна. – Для меня фонтан был крупнейшим водоемом.

– Так ты и потонуть можешь, – сказал Разин.

– Вот именно! Пускай тонет! – закричали товарищи-казаки.

– Ну, не поминай лихом, – сказал Разин и обхватил княжну обеими руками.

Княжна приникла к его губам в прощальном поцелуе. Степан стал подталкивать девушку к борту.

И когда борт был близок, он толкнул девушку, но при этом не прекращал рыдать и мучиться.

– Ах ты, гяур вонючий! – возопила княжна и дала Степану Разину тяжелую пощечину.

В этом месте показа Лика закричала:

– Так его! Всем им так будет!

Степан Разин схватился за щеку и отпрянул.

Другие казаки кинулись на девушку, желая ее утопить.

Ох и отбивалась княжна! Руками, ногами, когтями, зубами!

В конце концов казаки отступили и принялись вытаскивать пистоли и пищали.

Не ожидая расправы, персидская княжна кинулась в воду. Она гребла одной рукой и кричала:

– Да умею я плавать, умею! Каспийское море туда и обратно переплывала. А вы поглядите, не пропало ли чего на борту, кроме чести?

Казаки сразу поверили княжне, хоть она оказалась обманщицей. Ее топили, а она не потонула.

Пока искали и друг дружке мешали, княжна вылезла на берег под высокий обрыв утеса имени Стеньки Разина. Она подняла левую руку. В ней был зажат небольшой мешочек.

– Вот, – крикнула она, – вот она, ваша разбойничья казна, ваши драгоценные камешки, отнятые у свободолюбивого и трудолюбивого персидского народа!

– Держи ее! – казаки стали грести к берегу.

Но княжна пропала.

И над голосами, стонами и ругательствами казаков поднялся голос, очевидно принадлежавший Степану Разину:

– Чтобы никому об инциденте ни слова! Утопили и дело с концом. Пускай о нас песни слагают. Иначе позора не оберешься.

Экран погас.

– Убедительно? – спросил профессор Минц.

– Убедительно, – вздохнула Лика. – А непорочное зачатие показать сможете?

– Ты с ума сошла! Это же ночью было, в темноте.

И Лика согласилась со Львом Христофоровичем.

Они принялись думать, на какой бы еще спорный момент истории им взглянуть. Может, на финляндский вокзал, когда Ильич с броневика призывал к революции. Или посмотреть, своей ли смертью умер Иосиф Виссарионович Сталин.

Они так увлеклись забавной беседой, что не заметили, как вошла Ксения Удалова. Она искала своего мужа Корнелия, но ее заинтересовала беседа.

– А ну-ка, – сказала она, – шутки ради погляди, чем занимался мои Корнелий в четверг в восемь часов утра.

– Пожалуйста, – пошутил в ответ Минц. Он понимал, что ничего предосудительного в восемь утра Удалов делать не мог.

Нашли Удалова.

Оказывается, состав преступления был налицо, и Минц предал лучшего друга!

Экранчик показал, что Удалов сидит на толчке и, достав из-за сливного бачка конверт, пересчитывает заначку отложенную на новый спиннинг.

– Именно так! – сказала Немезида-Ксения и удалилась. На ходу она с отвращением повторяла: – Отнять у семьи, ограбить внучонка’ Нет такому пощады.

– Ничего, – сказала Лика, – отбрешется твой Корнелий. – А вот мне куда важнее узнать: мой петушок в самом деле на стрелку ездил на той неделе или с Маргошкой забавлялся?

– Все, – произнес тогда Минц. – Сеанс окончен, дети идут по кроваткам. Я не намерен потакать вздорным женским слабостям.

Лика ушла оскорбленная.

Со второго этажа доносились крики и звуки падения мебели – Удаловы выясняли отношения.

Изобретение профессора Минца уже начало давать горькие и даже бесполезные плоды.

Перед сном Минц еще побаловался немного в одиночестве. Ему обязательно захотелось узнать, кто поджег в прошлом году на выборах мэра детскую библиотеку, за что демократа Дудкина сняли с выборной гонки. Ведь у него дома нашли спички и книжку «Приключения Травки», которую сочли пропагандой наркомании.

Видимость была ночная, неясная, поджигали на экране библиотеку совсем иные люди во главе с известным детским поэтом-песенником Мишкой Сорокиным и председательницей фонда «Счастливое детство» Марфой Сорокиной. За их спинами с канистрой в руках маячил нынешний мэр Гусляра…

– Нет, – не поверил своим глазам Минц. – Даже наша система может давать сбой.

Пока он смеялся, оскорбленная Лика сидела в ночном клубе «Пуля Дантеса», пила кампари в компании Мишки Сорокина и ругала Минца последними словами. Мишка, как вы, может, знаете, и был петушком Лики, но нередко изменял ей, выполняя общественный долг.

Потом Минц пошел спать, думая, что завтра собственными глазами увидит последнего неандертальца, а Лика перешла в казино «Последний рейс старого фрегата», стала там пить мартини в обществе Соли Шустера и спрашивать его:

– Нет, ты скажи, интересно будет еврейскому народу увидеть, что делал ваш Моисей на Синайских горах и как он ходил вброд через Суэцкий канал? Вот обхохочешься!

Минц видел себя во сне, выдирающим гадюку из слабой руки Клеопатры, очень похожей на его первую любовь Верочку Н., а Лика тем временем встречала рассвет на веранде ночной закусочной «Вокзал на троих», где исповедалась бывшему члену бюро Горкома, а ныне хозяину магазина «Только для взрослых» Варамееву Г. Ф., уверяя, что завтра уже можно будет поприсутствовать на заседании Политбюро КПСС, принимавшем решение о вводе в Афганистан ограниченного контингента.

Так прошла ночь у главных героев этой смешной истории.

Минц проснулся рано.

И подумал – что же я такой счастливый?

Потом вспомнил: я принес человечеству историческую правду! Человечество утыкает памятниками мне все населенные пункты. С чего начнем день? – спросил сам себя профессор Минц.

И тут услышал над головой, на втором этаже, глухой тяжелый удар. Старенький деревянный дом барачного типа содрогнулся.

Что бы это могло быть? – подумал Минц.

А это упал на пол Корнелий Удалов, который пытался повеситься, не в силах выдержать скандалов с женой. Но веревка была слаба для такого плотного тела и оборвалась.

А Минц догадался: это Ксения во сне с кровати бухнулась. И засмеялся своей догадке.

Он помылся, почистил зубы и все думал о том, какую радость он несет людям.

Потом вспомнил: надо за молоком сходить.

Минц открыл дверь и вышел, но в дверях развязался шнурок, и Минц присел на корточки, чтобы его завязать.

Это Минца и спасло.

Потому что очередь из автомата, направленная ему в сердце, просвистела как раз над головой.

Это вела прицельный огонь охрана благотворительного фонда «Счастливое детство».

Рядом с ухом в косяк двери вонзились пистолетные пули, направленные рукой владельца ночного клуба «Пуля Дантеса» Мишки Сорокина, который когда-то украл ноты всех своих песен у композитора Шаинского.

Бутылка соляной кислоты разбилась чуть в стороне. Прицел Соли Шустера был неверен.

И тут взорвалась граната, брошенная лично мэром города, известным борцом с терроризмом, имя которого вам и без меня известно.

Так что делегации от бывшей Компартии, пришедшей водрузить красное знамя над руинами рейхстага, пришлось пролежать некоторое время в пыли рядом с Минцем, потому что их всех накрыло взрывной волной.

Разумеется, от изобретения Льва Христофоровича остались лишь рожки. Даже ножек не нашли.

Самого Минца Лика вынесла с поля боя и утешала в своей однокомнатной горенке.

Минц буквально плакал.

– Я же хотел открыть им всем глаза! – повторял он.

– А ты в следующий раз раскрывай глаза родственникам Клеопатры, но в наши дела не лезь.

– Неужели людям не нужна правда?

– Нам нужна правда про соседа, – ответила Лика. – Но уже про собственного мужа никто из нас не желает знать всей правды. А правду о себе не решится опубликовать ни один человек.

– Но я готов! – закричал Минц.

Может, он закричал оттого, что Лика мазала йодом его спину.

– Значит, не быть тебе политиком или просто великим человеком, – сказала Лика. – Жизнь у тебя была скучной и нетворческой. Ты даже не украл ничего толком.

– Может, и украл, – вяло ответил Лев Христофорович.

И только тогда он понял, к краю какой бездонной пропасти подвел вчера человечество.

– Знать бы, кто гранату метнул, сказал бы ему спасибо, – заключил он.

МИР КУРЬЕЗОВ

ФАУСТУ И НЕ СНИЛОСЬ

Вся Германия только что дружно и шумно отпраздновала 250-летие своего народного поэта Иоганна Вольфганга Гете. Да так лихо отпраздновала, как даже бесшабашная матушка-Россия не решилась отметить двухсотлетний юбилей не менее великого стихотворца Пушкина.

Истинные почитатели дарования Гете, еще не забывшие недавнего осквернения останков гения, в котором была повинна Академия наук почившей в бозе ГДР, убеждены, что их кумир не просто перевернулся, а совсем извертелся бы в своем гробу, узнай он, что творится на родине по милости тех, кто превратил память о нем в доходное дело.

В преддверии праздника на всех углах всех германских улиц шла бойкая торговля майками «гете», часами «гете», сосисками «гете», кофейными (хорошо хоть, не пивными) кружками «гете» и иными одноименными скобяными и гастрономическими товарами. Словом, образ великого стихотворца шел оптом и в розницу, под зазывные кличи оборотистых торговцев кичем.

Не остались в стороне и издатели. Но, вместо того чтобы выпустить в свет юбилейное собрание сочинений поэта, они разродились дурацкими книжонками, в которых говорится, что Гете был гомосексуалистом, да еще и «стучал» в тогдашнюю тайную полицию.

Впрочем, едва ли эти торговые и издательские извращения смогли бы всерьез задеть или встревожить могучий ум стихотворца. Гораздо больше Гете обеспокоило бы то обстоятельство, что немецкий народ, охотно и шумно празднуя его юбилей, в то же время не слишком рвется читать его произведения. Лишь 14 процентов немецкой молодежи знают о творчестве Гете больше, чем сказано в школьной программе, и 20 процентов юношей и девушек когда-либо брали в руки «Страдания молодого Вертера».

INFO

6 (281)

2002

Главный редактор

Евгений КУЗЬМИН

Редактор

Александра КРАШЕНИННИКОВА

Художники

Иван ЦЫГАНКОВ

Александр ШАХГЕЛДЯН

Ева НИКОЛЬСКАЯ

Технолог