355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Кир Булычев » Кир Булычев. Собрание сочинений в 18 томах. Т.18 » Текст книги (страница 17)
Кир Булычев. Собрание сочинений в 18 томах. Т.18
  • Текст добавлен: 8 октября 2016, 13:17

Текст книги "Кир Булычев. Собрание сочинений в 18 томах. Т.18"


Автор книги: Кир Булычев



сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 55 страниц)

Глава четырнадцатая
ВСТРЕЧА В КРЕМЛЕ

Зачет по практике у Пашки приняли, хоть и сделали ему выговор за вмешательство в первобытные дела.

Зато его фильм, и особенно та часть, которая касалась неандертальцев, произвел сенсацию – посмотреть прибегали из всех отделов.

Но что удивительно – те кадры, где был Немо-Ной и его корабль, и кадры, снятые из корабля, не получились. Все обесцвечено, списано, стерто, смыто.

Так что Ричард и академики, которым Пашка рассказывал об эвакуации неандертальцев, поверили не до конца. Вернее, совсем не поверили. Это звучало так:

– Очень интересно, но ты ведь, Гераскин, известный фантазер!

Самое обидное – не поверили друзья: Алиса и Аркашка Сапожков.

– Погодите, – говорил Пашка, – вот прилетит Немо-Ной, он обещал. Тогда вы по-другому запоете.

Но Пашка и сам в это не верил. Прошло тридцать тысяч лет. Даже такой долгожитель, как Немо-Ной, вряд ли столько проживет.

Так бы эта история и закончилась, если бы не одно событие. Через девять дней после возвращения Пашки с практики в школе шел урок литературы. Ученики пятого класса репетировали трагедию Шекспира, которая называется «Отелло». Там один мавр задушил свою жену.

Случилось так, что за полчаса до репетиции у Маши Белой начался страшный насморк – а как известно, это последняя болезнь, с которой не смогли справиться к концу двадцать первого века. Прилетела «Скорая», Машу отправили в больницу, и репетиция грозила сорваться, потому что никто в классе, кроме Маши, не знал роли Дездемоны. И тогда учитель литературы Леопольд Модестович поглядел на Пашку, вздохнул и сказал:

– Я не хочу тебя обидеть, Гераскин, но ты ведь знаешь наизусть все трагедии Шекспира...

– Точно, – согласился Пашка, – в прошлом году я их выучил на спор с Джавадом Рахимовым, который проиграл мне на этом восемь порций мороженого.

– Значит, – сказал Леопольд Модестович, – ты должен пожертвовать собой ради коллектива.

– Только не это! – закричал Пашка. – Вы же обещали, что не будете давать мне женских ролей. Я не девчонка!

– Пашенька! – взмолился учитель. – Ты же понимаешь, что это только на репетицию. А к спектаклю Маша выздоровеет.

– Пашка! – хором завопили ученики пятого класса. – Не подводи!

– Пускай Алиса Селезнева по книжке прочитает текст, – предложил Пашка.

– Это очень интересно, – сказала Алиса, которая тоже только что возвратилась с исторической практики. – Как ты представляешь? Джавад будет меня душить, а я буду читать текст по книжке?

Когда все отсмеялись, Пашка махнул рукой – на что не пойдешь ради товарищей! – кое-как влез в белое платье Дездемоны, напялил парик с жемчужной ниточкой и стал ждать, когда войдет взбешенный муж Отелло.

Муж Отелло, то есть намазанный черной краской Джавад Рахимов, вошел решительными шагами и стал размахивать платочком, который потеряла Дездемона. И вот когда Джавад спросил грозным голосом: «Молилась ли ты на ночь, Дездемона?» – открылась дверь и вошел невысокий плотный человек в яркой форме комиссара Интергалактической полиции. На голове у него была фуражка с перекрещенными кометами, из-под которой выбивался непокорный чуб.

– Простите за вторжение. Меня зовут комиссар Милодар, – сказал он. – И еще простите, что сорвал репетицию бессмертной трагедии Шекспира «Гамлет».

Никто не улыбнулся, потому что все знают, какая сложная жизнь у комиссаров Галактической полиции – тут можно Шекспира и с Дюма спутать.

– А ты, девочка, лежи, лежи, – обратился он к Пашке. – Я мигом. Задам вопрос, и вы, молодой человек черного цвета, можете додушить свою невесту.

Все ждали, что будет дальше. Джавад так и замер над Пашкой, легонько сжав черными руками его горло.

– Разыскивается один человек, – сказал Милодар. – После двух недель безустанных поисков следы привели меня в вашу школу. Не бойтесь, признавайтесь сразу, хуже уже не будет. Кто из вас Гераскин Павел?

Павлу стало неприятно. Его впервые разыскивала Галактическая полиция. Но так как все посмотрели на него, а Джавад посильнее сжал пальцы, то Пашка прохрипел:

– Это я Гераскин.

– Вы, девочка, – сказал комиссар Милодар, – не волнуйтесь. Ваша песенка спета. И я сюда пришел не шутки шутить.

Тут Пашка понял, что его вот-вот задушат, с трудом вырвался из лап Джавада и отпрыгнул в сторону.

– Я и есть Гераскин! – крикнул он. – Это я играю роль Дездемоны.

– Судя по голосу, возможно, – согласился комиссар. – А переодеться ты не мог бы?

– А чего мне переодеваться? – Пашка стянул через голову белое платье несчастной женщины и остался в джинсах и майке.

– Вот так-то лучше, – одобрил Милодар. – Тогда поехали в Кремль. Тебя ждут.

– В Кремль?

– Только придется надеть что-нибудь попраздничней, – сказал Милодар и показал на Аркашу Сапожкова, который стоял рядом в средневековом костюме – Аркаша играл мерзавца Яго. – Поменяйся одеждой с этим мальчиком.

– Еще чего не хватало! Одно дело, когда надо мной смеются в классе, а другое дело – в Кремле. И вообще, скажите, пожалуйста, что я такого сделал, что меня арестовывает Галактическая полиция и везет неизвестно куда?

– Вас не арестовывают, молодой человек... или девушка, я уж не знаю, как у вас в школе решили.

– Павел Гераскин почти отличник, – вмешался Леопольд Модестович, видно, желая взять Пашку под защиту, но Милодар только отмахнулся.

– Если не хочешь торжественно одеваться, не надо, – сказал он. – Но хоть куртка какая-нибудь есть у тебя с собой?

Пашка накинул куртку. Ребята пошли проводить его до выхода из школы, и хотя Милодар поклялся, что с Пашкой ничего плохого не случится, они все же беспокоились.

Спецфлаер со спецультразвуковой сиреной как молния промчался над Москвой и через несколько минут опустился на площади перед Кремлевским Дворцом.

Милодар с Пашкой поднялись на второй этаж. Часовые отдавали им честь.

Они прошли коридорами и залами. Милодар молчал, потому что он привык иметь дело с секретными поручениями.

Наконец они оказались в Грановитой палате. Там, в небольшом уютном зале, сидели в креслах, беседуя, несколько человек: сам президент, с которым Пашка не был знаком, но в последних новостях видел не раз; министр по делами космических отношений – юный гений с астрономического факультета по имени Гоша Добродеев; Акулина Ивановна Коган – министр культуры и другие важные персоны. А напротив них сидели трое.

Одного из них Пашка видел девять дней назад, остальных – чуть раньше.

Первый был древний, как сама Земля, капитан Немо-Ной, которому давно перевалило за пятьдесят тысяч лет. По обе стороны от него сидели те два неандертальца, которых Пашка встретил в бассейне перед путешествием в прошлое.

Пашка держал себя в руках – все-таки он не в школе. Вежливо поздоровался с президентом, пожал руку Гоше, а министр культуры поцеловала Пашку в щеку.

Пашка подошел к капитану Немо-Ною. Он был рад его видеть.

– Здравствуйте! – воскликнул он. – Вот уж не думал, что вы так скоро приедете!

– Ты ошибаешься, Паша, – сказал последний берендей. – Прошло больше тридцати тысяч лет со дня нашей встречи...

– Ну конечно же, – спохватился Пашка. – А кажется, что это было вчера.

Президент отпустил комиссара Милодара, а Пашке предложил сесть в кресло и съесть пирожное. В итоге Пашка незаметно съел пять, но никто не обратил внимания – разве в Кремле считают пирожные?

Президент стал расспрашивать Пашку о том, как проходила историческая практика и как потом Гераскину никто не поверил. Все смеялись, а капитан Немо-Ной сказал, что Паша – смелый мальчик.

– Так, значит, ваш опыт удался? – спросил Пашка.

И тогда заговорил один из неандертальцев, тот самый, который плавал с Пашкой в бассейне.

– Теперь мы – равноправные граждане Галактики, – сказал он. – У нас была сложная история, но мы смогли стать грамотными и даже сами изобрели космические путешествия. И за все это мы благодарны капитану Немо-Ною.

– А я сначала даже испугался, – смущенно признался Пашка. – Когда увидел вас в бассейне. Я думал, тут какая-то тайна.

– Никакой тайны – просто официальный визит с одной планеты на другую. Мы с моим коллегой, – он показал на второго неандертальца, – руководим Академией наук и Управлением культуры. А капитан Немо-Ной – наш почетный консультант.

Оба неандертальца были одеты в черные костюмы и такие белоснежные сорочки, что Пашка устыдился своего не слишком опрятного вида – словно он и есть настоящий дикарь в обществе культурных людей.

Доедая пятое пирожное, Пашка поинтересовался:

– А древние животные у вас остались?

– Кого вы имеете в виду? – спросил первый неандерталец.

– Он имеет в виду мамонтов, – улыбнулся Немо-Ной. – Ему так хотелось на них поохотиться!

– Ни в коем случае! – воскликнул второй неандерталец. – Они же занесены в Красную книгу и охраняются в заповедниках. Надо беречь природу.

– Правильно, – согласился Пашка.

А когда они прощались, первый неандерталец спросил Пашку, не раздумал ли тот переписываться с его дочкой. Пашка сказал, что, конечно, не раздумал, и тогда неандерталец дал ему живой портретик очень хорошенькой неандерталочки.

Пашке захотелось с ней познакомиться, но для этого ему еще придется полететь на планету неандертальцев.

Чулан Синей Бороды

Глава первая
ЗАДАНИЕ ДЛЯ АЛИСЫ

Через сто лет в Москве будет построен Институт времени. В нем поставят временные кабины. Если ты войдешь в кабину и нажмешь все нужные кнопки, то окажешься в такой же кабине, только в далеком прошлом. Конечно, все не так просто – в институте стоит один из самых сложных и умных компьютеров во Вселенной, там трудятся молодые и старые специалисты – профессора, доктора, старшие научные сотрудники, средние научные сотрудники и начинающие научные сотрудники.

В институте таятся не только машины времени, там есть множество лабораторий и мастерских, учебных центров и медицинских кабинетов, там служит вахтером бывший пират Сильвер Джонович, а помогает ему старый попугай, там есть буфет, в котором всегда выкипает кофейник, кабинет директора и шесть кабинетов академиков, роботы-охранники, которые обычно стоят выключенные в подвале, и много чего еще...

– Например, вчера, – сказал Алисе Селезневой Ричард Темпест, средний научный сотрудник института, ее большой друг, с которым ей приходилось попадать в невероятные переделки, – наш новый директор обходил комнаты, залы и подвалы и попал на склад.

Они вчетвером сидели в комнате Ричарда и пили чай: Алиса, Ричард, вахтер Сильвер и Пашка Гераскин, недавно возвратившийся с исторической практики, где разгадал тайну исчезновения неандертальцев. А так как не все наши читатели уже прочли повесть о путешествии Пашки в каменный век, придется объяснить: неандертальцы – это древние, давно вымершие люди, похожие не только на нас, но и на обезьян.

Пашка, Алиса и два сотрудника Института времени пили чай и обсуждали очень важную проблему: где Алисе проходить историческую практику? Какую бы историческую тайну ей разгадать?

Почти все одноклассники Алисы свои задания выполнили. Пашка Гераскин уже разузнал, куда делись неандертальцы, Аркаша Сапожков сильно помог науке, раскрыв тайну исчезновения динозавров, только Алиса до сих пор не могла решить – куда ей полететь? Что ей разгадать?

Сначала она решила открыть Америку. Ну конечно же не открыть, потому что Америку уже открыли без нее, но узнать наверняка, кто же это сделал? Говорят, что не Колумб, а викинги за много лет до Колумба. Алиса решила было отправиться с викингами на ладье в долгое путешествие через океан, но в последний момент все сообразили, что на ладьях викингов не бывало девочек. Не брали они их с собой.

У Алисы голова кругом шла, ее папа, мама и симферопольская бабушка ночей не спали, межпланетный археолог Громозека каждый день вспоминал исторические тайны, но, к сожалению, из истории своей планеты.

Спокойнее всего к этой ужасной проблеме относился Ричард Темпест.

– Нет тайны? – говорил он. – Отыщется. Сама придет. Ты только ее не торопи.

– Но где, где я ее буду искать?

И вот Ричард придумал, где искать историческую тайну.

Он позвонил с утра Алисе и сказал:

– Чтобы в двенадцать была у меня в кабинете. Есть идея.

– Слушаюсь! – ответила Алиса.

– Ты с кем так говоришь? – спросил Пашка Гераскин.

– С Темпестом. Зовет к себе. Есть у него идея.

– Возьми меня с собой, а то делать нечего, – сказал Пашка. – Посижу с умными людьми.

Он стал немного задаваться после путешествия к неандертальцам, почувствовав себя почти настоящим ученым.

И вот они уселись в кабинете Ричарда, вахтер Сильвер, стуча деревянной ногой, принес помятый чайник с кипятком, верно служивший ему еще на пиратском корабле, заварил чаю и, пока тот настаивался, сказал Ричарду Темпесту:

– Начинай, молодой человек, выкладывай свою бессмертную идею.

Глаза у старого пирата были хитрыми, а его попугай качался на лампе под потолком и повторял:

– Опасность! Грррозная опасность справа по борррту... пли!

– Идея очень простая, – сказал Ричард. – Конфету хочешь, Алиса?

– Нет, спасибо.

– А я хочу, – признался Пашка. – Но не для себя, а для попугая.

– Чепуха! – сказал попугай.

– Он с утра арбуз склевал, – сказал пират.

– Ах! – откликнулся попугай и перевернулся вниз головой.

Пират разлил чай по чашкам.

– Идея, конечно, моя, – сказал он. – Но ответственность берет на себя Ричард Питерович. Выкладывай, научный сотрудник.

– Новый директор, – сказал Ричард, – попал вчера на склад и остался недоволен тем, как хранятся у нас некоторые предметы, привезенные из экспедиций в прошлое. Ведь институт существует не первый год, каждая экспедиция что-нибудь да привозит. Только часть добычи нужна ученым. Об этих вещах пишут статьи и защищают диссертации. Остальное складывают до лучших времен.

– Ну и пылища там у вас! – сказал Пашка.

– Пылищи там немного, – возразил Ричард. – Все склады герметически закрыты, и все находится под контролем телекамер. А вещи на наших складах лежат весьма любопытные.

– И что же вы предлагаете Алисе? – спросил Пашка, который никому не даст Алису в обиду.

– Я предлагаю ей отыскать свою историческую тайну в нашей кладовой. Директор велел привести все в порядок за три дня. А у нас кто в отпуске, кто в экспедициях – сама знаешь. И я подумал...

– Это я подумал, – перебил Ричарда старый пират. – Пускай девочка полазит по чулану Синей Бороды. И нам поможет, и себе пользу принесет.

– А вы ручаетесь? – спросил Пашка. – Что будет польза?

– Если ты хочешь помочь подруге, – сказал пират, – залезай в чулан и трудись! Мы тебе тоже спасибо скажем.

– И не мечтайте! – возмутился Пашка. – Я уже прошел историческую практику, разгадал свою тайну, и теперь у меня каникулы. Вы мне лучше скажите, почему складские помещения научного института назвали чуланом Синей Бороды? Да знаете ли вы, кто такой был Синяя Борода и что у него таилось в самой маленькой комнате?

– Трупы! – крикнул с потолка попугай. – Трррупы! Несчастные жены кончили дни от злодейских рук герцога.

– Вот именно, – сказал Пашка. – Ты понимаешь, Алиска, куда они тебя толкают?

– Во-первых, – сказал Ричард, – Синяя Борода – это выдумка сказочника Перро. Во-вторых, складские помещения научно-исследовательского института обходятся без трупов несчастных женщин. Просто в склады посторонним входить нельзя – ведь там лежат ценные, уникальные, древние предметы. Поэтому на двери кое-что написано.

– Что? – спросил Пашка.

– Алиса согласится поработать, пойдет и сама увидит.

– Отлично, – обрадовался Пашка. – Значит, без меня.

А Алиса подумала, может быть, идея пирата совсем не такая глупая. Ты ведь никогда не знаешь, почему разгадала задачку? Весь вечер мучилась, а утром проснулась – задачка уже сама в голове решилась! Да и интересно поглядеть, чего там натащили сотрудники Института времени из экспедиций.

Они допили чай, поговорили о разных вещах. Пашка сомневался – у него на физиономии было написано, что он разрывается между желанием забраться на склад Синей Бороды и другими своими делами. В конце концов он попрощался и убежал, сказав, что как-нибудь заглянет. А Алиса позвонила домой, чтобы ее не ждали к обеду, чем расстроила робота Полю.

Глава вторая
БАБУШКА – ТУТ КАК ТУТ!

У Селезневых тогда гостила симферопольская бабушка, бывшая иллюзионистка, отчаянной отваги пожилая женщина, маленькая, смирная на вид. Но домашний робот Поля вчера вечером, когда она уже улеглась спать, пришел к Алисе и зашептал ей на ухо:

– Алиса, я тебя предупреждаю, твоя бабушка – хулиганка. Самая настоящая хулиганка.

– Почему ты так решил? – сонно спросила Алиса.

– Во-первых, я видел, как она ходит на руках.

– Поля, – возразила Алиса, – моя бабушка – пожилой, даже старый человек. Ей приходится заботиться о своем здоровье. Некоторые бегают по утрам, а бабушка – ходит на руках по своей комнате. Разве это плохо?

– Пускай ходит! – шепотом завопил робот Поля. – Пускай крутится на кухне у меня под ногами и уверяет, что умеет лучше меня печь оладьи! Пускай не вытирает ног, приходя с улицы! Пускай поет по ночам пиратские песни! Но только не это...

И тут в коридоре послышались четкие, звонкие шаги бабушки, которая всегда ходила в сапожках на квадратных каблучках и не признавала домашних шлепанцев.

– Зачем сплетничать? – спросила она. – Я понимаю еще, когда сплетничают люди, но когда сплетничает банальный домашний робот – это никому не делает чести. Наверное, пора такого робота списывать и найти новую, совершенную систему. Кстати, в Симферополе делают такие роботокомплексы, которые находятся под ковром и никому не мешают жить своими ночными жалобами.

– Ах! – сказал робот Поля. – После всех лет... Я качал на коленях эту девочку!

– Сомневаюсь, – отрезала бабушка, – чтобы кто-нибудь разрешил качать младенца на жестких пластиковых коленях.

– Подтверди, Алиса! – взмолился робот.

– Я думаю, что Поля говорит правду, – вступилась за робота Алиса. – Правда, я не помню, как это было.

– Все, – сказал робот. – Ухожу на переплавку.

И ушел.

Алиса сказала:

– Бабушка, ну зачем ты так обращаешься с нашим Полей? Он же может подумать, что ты говоришь серьезно.

– Робот, который не знает разницы между серьезными словами и шуткой, обречен на то, что его заменят подковерной машиной, – ответила бабушка. – Кстати, что он имел в виду?

– Когда?

– Когда сказал, что он мне чего-то не может простить.

– Спроси у него сама, – сказала Алиса. – Мне так спать хочется! А завтра мне к Синей Бороде идти.

– Честное слово? – спросила бабушка.

Она была умная, заслуженная, но доверчивая. Другая бабушка сказала бы: «Ты что, Алиса, выдумываешь глупости!» А симферопольская бабушка спросила:

– А мне нельзя к Синей Бороде?

– Зачем? – спросила Алиса.

– Чтобы меня тоже убили, – ответила бабушка и засмеялась серебряным смехом. – И я буду лежать среди ненужных вещей в чулане, такая красивая и стройная. Ну, сознавайся, Алиса, куда ты собралась?

– Завтра, – сказала Алиса. – Завтра все узнаешь, бабуся.

Бывают упрямые бабушки, но бывают и упрямые дети, и еще неизвестно, кто упрямее.

Бабушка вздохнула и ушла к себе, а робот Поля через минуту заглянул в дверь и прошептал:

– Ну и здорово же ты отбрила эту провинциалку!

Наутро за завтраком бабушка спросила:

– Ты обещала мне рассказать про страшную опасность, которая тебе угрожает!

Представляете, если так скажет приезжая бабушка, когда вы завтракаете с папой и мамой!

Мама от испуга выронила чашку и разлила кофе, папа скомкал газету – он выписывает старинную бумажную газету, так как считает, что настоящий мужчина не должен забывать о печатном слове.

– Воистину хулиганка! – сказал робот Поля, который вроде бы смотрел в сторону.

– А ну, – сказал папа, – признавайся, Алиса, что ты еще придумала?

– Я сегодня работаю в Институте времени, – ответила Алиса. – А про Синюю Бороду – это шутка, и бабушка тоже шутит, правда?

– Если возьмешь меня с собой, – сказала бабушка, – тогда не буду ябедничать.

– И все-таки, старые и малые, расскажите, – попросила мама.

И тогда Алиса рассказала о том, как новый директор Института времени велел привести в порядок склад трофеев, которые привезли из экспедиций сотрудники института. А Ричард Темпест предложил Алисе поработать на складе, потому что Алиса до сих пор не придумала, куда отправиться на историческую практику и какую бы мировую тайну разгадать. Вот Ричард Темпест и надеется, что в кладовке Алиса может натолкнуться на какую-нибудь старинную вещь или рукопись – мало ли что может подсказать Алисе хорошую идею? Посмотрит она на вещь и скажет: вот именно туда я и хочу полететь!

– А ты не заразишься? – спросил робот Поля, который стоял в дверях и слушал рассказ Алисы. – Ведь ты только представь, откуда они притащили всю эту дрянь! Это же сплошные микробы и паразиты!

– Нет, – уверенно ответил папа Селезнев. – Я знаю, что в Институте времени все вещи, даже самые микроскопические, которые попадают к нам из прошлого, очень тщательно дезинфицируются.

– Простите, я не поняла ни слова, – сказала бабушка. – Что это значит?

– Это значит, что их моют, скоблят и чистят, – объяснил робот.

– Значит, опасности нет? – спросила мама.

– Опасности нет, – ответил профессор Селезнев, – но это еще ничего не значит, потому что твоя дорогая доченька конечно же найдет опасность, приключения и совершенно немыслимые вещи в этой кладовке. Недаром склад зовут комнатой Синей Бороды.

– Не комнатой, а чуланом Синей Бороды, – поправила Алиса. – Но это шутка. Конечно же там нет ни одной убитой жены.

– И все же я пойду вместе с тобой, – сказала бабушка. – Мне все равно сегодня делать нечего, я в музей собиралась, а теперь лучше посмотрю, что же тащат из прошлого работники Института времени.

Честно говоря, Алисе не очень хотелось, чтобы кто-то с ней шел. Бывают приключения, которые лучше переживать в одиночестве, но родители обрадовались, что бабушка пойдет с Алисой, и она не решилась отказаться от бабушкиного общества.

Так что Алиса явилась в Институт времени в сопровождении маленькой, скромной и почти незаметной бабушки.

Вахтер Сильвер сидел за столом на входе в институт и принимал свою утреннюю дозу ямайского рома. В руке он держал серебряный стакан, который ему подарил капитан Дрейк. А если вы незнакомы с капитаном Дрейком, то ничего не знаете о пиратах.

– Доброе утро, – сказала Алиса. – Я пришла работать.

– Каррамба! – крикнул с потолка попугай, который, как всегда, качался на люстре. – Что за девочка с тобой?

Тут пират тоже увидел бабушку.

– Ты кто будешь Алисе? – спросил он.

– Простите, – произнесла бабушка робким голоском, – я буду двоюродной бабушкой вашей подруги Алисы. Приехала навестить ребенка и узнала, что вы заставляете крошку трудиться в пыльном чулане.

– У нас нет пыли, – сказал Сильвер.

Он вытащил из ящика стола подзорную трубу и уставился на бабушку. А так как он сидел недалеко, то труба уткнулась бабушке в нос.

Бабушка чихнула и отмахнулась, отчего труба превратилась в букет фиалок. Пират Сильвер пытался смотреть на бабушку через букет фиалок и ничего не видел.

– Чепуха какая-то, – сказал он, – опять труба засорилась.

Он отвел руку от глаза и увидел, что у него в руке вовсе не труба, в страшном гневе отмахнулся от букета, и тот полетел по воздуху. Но попугай успел слететь с люстры и подхватить букетик на лету. Он поднес его бабушке, бабушка приняла букетик и сказала попугаю:

– Вежливая птичка. Хорошо воспитана. Где дрессировались?

– Любимый ученик клоуна Дурова, – поклонился попугай.

Сильвер пришел в себя и загрустил:

– Вот этого от тебя, птица, я не ожидал. Честный пират, всю жизнь провел на мачте, а оказывается – любимый ученик!

– Судьба, – ответил попугай и взлетел на люстру.

Бабушка снова превратила букетик в подзорную трубу и протянула пирату.

– Проводите нас, пожалуйста, в чулан, – сказала она. – Не будем тратить времени зря.

Пират сдался, вызвал среднего научного сотрудника Ричарда Темпеста, и бабушка с Алисой пошли на склад.

Они шли по длинным коридорам института, перед ними летел попугай, который показывал дорогу.

Порой им встречались сотрудники института. Они спешили по своим делам. Некоторые были одеты в камзолы, тоги или мундиры прежних эпох, другие спешили в компьютерные залы, пошивочные мастерские, лингвистические, то есть языковые, кабинеты, мастерские или в библиотеку.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю