Текст книги "Невеста дракона"

Автор книги: Кэти Роберт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 12 страниц)

Глава 20
Брайар

Я не нахожу ответ на вопрос Сола ни в тот день, ни на следующий; одна неделя сменяет другую. Он не давит на меня, но порой я замечаю, что он смотрит на меня, будто ждет, что я разобьюсь вдребезги… или взорвусь.

Я нахожу себе занятия в библиотеке. Я могла бы всю жизнь копаться на стеллажах и все равно не смогла бы просмотреть их все, но это не такая уж и большая проблема. Они не дают мне скучать. Отвлекают. По большей части занимают.

Я была бы рада сказать, что его присутствие уносит все плохие мгновения прошлого, но это неправда. Мне по-прежнему снятся кошмары. Я по-прежнему подскакиваю каждый раз, когда громко хлопает дверь или слышу незнакомые шаги.

Вчера я разбила тарелку и чуть не порезала руки, в панике бросившись убирать осколки и беспрестанно извиняясь. В комнате не было никого, перед кем можно было извиняться. Никто даже не заметил, что на кухне недостает тарелки, по крайней мере, ни Сол, ни Алдис не упоминали об этом.

А ночи – что ж, ночи я люблю. Мы с Солом трахаемся, как будто каждый раз может стать последним, как будто он чувствует, что секунды ускользают, словно песок сквозь пальцы, так же стремительно, как и я. Семь лет казались вечностью, но с приближением месячной годовщины моего брака с Солом я не могу избавиться от чувства, что этого времени недостаточно.

Семь лет. Всего лишь восемьдесят четыре месяца.

Теперь уже восемьдесят три.

– Брайар.

Я моргаю и краснею.

– Прости, я задумалась.

Сол вращает бокал с вином в своем кубке. Я знаю его достаточно хорошо и чаще всего могу понять выражение его лица, а сейчас у него задумчивый вид, и я не уверена, что мне это нравится. Он очень осторожен со мной – за прошедший месяц это не изменилось, – но я вижу, что его что-то беспокоит. Наконец он усаживается поудобнее.

– Ты счастлива здесь?

– Что? А с чего мне не быть счастливой? – А может, я не должна таковой быть. Несмотря на то, что я считаю общество Сола очень приятным, это не меняет того факта, что мы оказались в безвыходной ситуации с конечным сроком. У нас разные цели, даже если в остальном мы сходимся.

Он не отвечает. Просто ждет. Терпеть не могу, когда он так делает. Никогда не позволяет мне отвечать вопросом на вопрос, когда хочет знать ответ. Или когда чувствует, что мне нужно поделиться этим ответом. Это неловко, но, какой бы досадной мне ни казалась порой его привычка, не могу делать вид, будто она продиктована чем-то иным, кроме как заботой обо мне.

Делаю торопливый глоток вина.

– Да. Я здесь счастлива. – И это правда. Он был прав в тот день в библиотеке. Возможность проводить время по своему усмотрению приносит исцеление. Возможность проводить его с ним в комфорте безо всяких требований. Он больше не говорил о детях, хотя стремление наполнить меня разыгрывается во многих наших сексуальных контактах.

Я дрожу и делаю еще один глоток.

– Но у меня по-прежнему нет ответа на твой вопрос. Я не знаю, чего хочу, Сол. Может, было бы проще, если бы знала. – Он несколько раз упоминал о том, что его покойные родители правили вместе, но попытка сделать это, тогда как я не намерена здесь оставаться, кажется мне большим обманом драконьего народа.

Сол рассматривает меня.

– Давай завтра выберемся отсюда. Хотя бы ненадолго.

Мы говорили об этом на протяжении нескольких недель, но, кажется, каждый раз что-то срывает наши планы. Я улыбаюсь.

– А как же новая партия отчетов, которые поступили сегодня утром?

Он тихо шипит.

– Могут подождать денек. Я хотел бы показать тебе земли за пределами крепости.

По телу пробегает приятный трепет. Я не покидала крепость с первого дня своего пребывания. К счастью, брачное исступление ослабло настолько, что Сол не возражает, чтобы Алдис проводила с нами время в библиотеке в течение дня, и мне очень нравится ее общество. Но пока ему не комфортно видеть в крепости больше подданных. Притом, что при каждом еженедельном визите с проверкой Раману так сильно раздражают Сола, что оставшуюся часть дня и ночи он трахает меня почти до потери сознания и покрывает всю своим семенем. Возможно, это вызывало бы у меня смутное беспокойство, если бы не возбуждало так сильно. А может, беспокойства заслуживает как раз то, что меня это так сильно возбуждает. Я не невинная наблюдательница, в такие моменты я ловлю себя на том, что дразню его, говорю то, что вызывает в нем приступ бешенства и потерю контроля.

Возможно, это безрассудно с моей стороны, но он никогда не давал мне повода сожалеть об этом. Честно говоря, он признался, что это возбуждает его не меньше, чем меня. Постельные утехи. Я даже не думала, что может быть так весело.

Тем не менее чтение привлекло мое внимание ко многим вопросам о землях, окружающих это место.

– А как же хищники в окрестных лесах?

В ответ он выдает то, что можно назвать зубастой драконьей улыбкой.

– Я самый опасный хищник в округе.

Я смеюсь.

– Верю. – Отпиваю вина. – Я бы хотела осмотреть твои владения, Сол.

– Хорошо.

* * *

Начало следующего дня оказывается ясным и солнечным, будто Сол повелевал погодой, чтобы создать безупречную обстановку. Я чуть было не надела брюки, но Сол сказал, что мы не будем уходить слишком далеко, а мне нравится, как он смотрит на меня, когда я надеваю платья.

Он ведет меня не тем путем, которым мы ходили в прошлый раз, направляясь в противоположную от священного источника сторону. Теперь, когда я не пребываю в оцепенении и шоке, я с любопытством рассматриваю лес, через который мы идем. Вряд ли меня можно назвать любительницей проводить время на открытом воздухе. Деревья похожи на… деревья. Такие большие, что даже не верится, но я не могу сказать, отличаются ли они от тех, что растут в моем мире. Должны отличаться. Еда, что я ела, кажется смутно знакомой, но в то же время какой-то странной, как будто продукты, к которым я привыкла, и те, что употребляют здесь, когда-то имели общее происхождение, но в какой-то момент эволюционировали в совершенно разных направлениях.

Сол идет рядом в комфортной тишине. Она всегда комфортная. Он не чувствует необходимости заполнять пространство словами, если ему нечего сказать. Мне потребовалась почти неделя, чтобы я перестала подскакивать каждый раз, когда он шевелился, уверенная, что он потребует моего внимания.

Похоже, он просто счастлив быть рядом. Это… приятно. Особенно притом, что я чувствую то же самое. Я считаю, что совместно проведенное с ним время действует на меня успокаивающе, по крайней мере, когда мы не занимаемся сексом. В нем-то уж точно нет никакого спокойствия.

– Над чем это ты там смеешься?

Я веду пальцами по его руке, а потом переплетаю с его пальцами.

– Просто думаю о том, что секс с тобой вовсе не спокойный.

Он фыркает.

– Надеюсь, что нет. Единственный момент, когда у тебя должно возникать желание заснуть в процессе – когда я трахаю тебя до потери сознания.

– Такое было один раз. – Да и то не совсем уж до потери сознания. Просто тело отключилось от переизбытка удовольствия и ощущений. – И этого бы не случилось, если бы я не чувствовала себя в безопасности с тобой.

Он крепче сжимает мою руку в легчайшем жесте.

– Ты знаешь, я не принимаю это как должное. То, что ты чувствуешь себя в безопасности со мной.

В груди возникает легкий, пугающий трепет. Я с трудом сглатываю.

– Знаю.

Месяца покоя недостаточно, чтобы окончательно оставить в прошлом почти половину жизни, которую я прожила в страхе. Мне бы хотелось, чтобы было иначе. Хотелось бы взмахнуть волшебной палочкой и стереть все шрамы, но в жизни все устроено не так. Я не могу за один месяц избавиться от привычек, которые вырабатывались половину жизни, но больше не жду подвоха в отношениях с Солом.

Я… счастлива.

Сол ведет нас с главной тропы на узкую грунтовую тропинку, заставляя меня пыхтеть и отдуваться. Как ни странно, я получаю удовольствие от прилагаемых усилий. Воздух здесь пахнет по-другому. Не знаю, как это объяснить. В крепости всегда прохладно, комфортно и всегда ощущается холодок на языке. Здесь же полностью противоположная атмосфера. Воздух умеренно влажный и ощутимо липнет к коже. Если бы было намного жарче, это вызывало бы раздражение, но сейчас приятно.

Мы поднимаемся на вершину холма, и Сол отступает в сторону, открывая передо мной рай. Здесь деревья растут дальше друг от друга, и густые кроны расступаются, позволяя солнцу беспрепятственно проникать внутрь. Поляна с белыми, голубыми и желтыми цветами ведет к небольшому озеру, которое упирается в высокий утес. Похоже на живописную картину.

– В детстве я проводил здесь много времени. – Сол поднимает голову и закрывает глаза под лучами солнца.

Мы уже немного говорили о нашем детстве, но только в общих чертах. Мы оба единственные дети в семье, и я выяснила, что для нас обоих это по разным причинам является болевой точкой. Я уверена, что у многих людей нет ни братьев, ни сестер, и при этом они совершенно счастливы, но притом, какими были мои родители, у меня было невероятно одинокое детство. Судя по замечаниям Сола, кажется, у него было то же самое. Родители нежно любили его, но были заняты многочисленными обязанностями.

– Почему у твоих родителей не было больше детей?

Он смотрит на меня.

– Они пытались. В былые времена у моего народа были большие семьи с кучей детей, но уже много поколений все обстоит иначе.

Я покусываю нижнюю губу, когда мы подходим к озеру.

– А на всех землях этого мира все обстоит так же?

– Только на землях кракена. У остальных не было таких трудностей, как у нас.

Мне не составляет труда прочесть между строк. Я не понимаю, как люди и драконы вообще могли породниться, но, очевидно, для этого потребовался не просто магический проводник. С каждым поколением без смешения с людьми трудности возрастали.

От чувства вины в горле встает ком, но я пытаюсь сглотнуть его. Я всего лишь человек. Я не могу решить все проблемы этих земель.

Ты могла бы решить некоторые из них.

Я гоню этот тихий голосок прочь. Мне очень нравится Сол. Может, не просто нравится. В другой жизни я бы из кожи вон вылезла, чтобы дать ему все, чего он хотел, все, в чем он нуждался. Мне хотелось бы думать, что я бы не подарила ему ребенка, которого не собиралась растить, но не могу сказать наверняка. Отчаянные времена требуют отчаянных мер, и очень долгое время выживание было моим единственным принципом.

Я не могу это сделать.

Вот если бы все не закончилось через семь лет…

Но эта мысль причиняет больше боли, чем остальные. Притом, что я узнала о Азазеле и влиянии демонов-торговцев на распределение власти в этом мире, я даже представить не могу, что он позволит мне остаться, когда закончится срок.

Более того, несмотря на то, что Солу, похоже, нравится мое общество в общении и в постели, он не давал согласия навсегда обзавестись женой-человеком. Мы женаты только для того, чтобы ребенок (истинная цель этого контракта) был законнорожденным. Если бы его план прошел безупречно, я бы оставила ему ребенка и освободила место для какой-нибудь милой драконихи. Не его бывшей – он упоминал, что они теперь в браке с кем-то другим, – но в прошлом он уже влюблялся достаточно сильно, чтобы подумать о женитьбе. Конечно, влюбится снова и после моего ухода.

– Брайар. – Судя по тону Сола, он уже не в первый раз зовет меня по имени.

– Прости, задумалась. – Я смотрю на великолепную сцену передо мной. Возможно, озеро успокоит мои тревоги.

Вот только беспокоиться не о чем. Нет ни неведомой области, ни неизвестных последствий. Тропа – у нас под ногами, и ведет она только в одно место. Просто я не ожидала, что буду бояться грядущего окончания срока, а не ждать его с нетерпением.

– Ты умеешь плавать?

Я смотрю на Сола.

– Что?

– Ты умеешь плавать? – терпеливо повторяет он. Сол всегда так чертовски терпелив. Он никогда не злится на меня, когда я погружаюсь в мысли и не уделяю ему все свое внимание. Он просто возвращает меня в настоящее, если ему нужно мое внимание… или позволяет предаваться размышлениям, если не нужно.

Снова гляжу на озеро. Я всего лишь собиралась прогуляться по каменистому берегу и помочить ноги.

– Умею, но я не самый сильный пловец. – У меня не было особого повода практиковаться, даже притом, что ванна здесь так велика, что могла бы сойти за бассейн.

– Ты не обязана ко мне присоединяться, но не возражаешь, если я искупаюсь? – Он проводит рукой по голове. – Уже давно здесь не был, а обычно именно так справляюсь со сложными проблемами. Лучше думаю, когда плаваю.

– Давай. – С неподдельным интересом наблюдаю, как он снимает штаны с жилетом и заходит в воду. Не знаю, чего ожидать, но со странным восхищением замечаю, что плавает он почти как крокодил, рассекая воду носом и продвигаясь извилистыми движениями. Зрелище завораживает, даже когда внутри пробуждается инстинкт добычи.

Подтягиваю колени к груди и наблюдаю за ним, пока солнце поднимается по небу, а ароматный воздух становится липким. Я могу провести часы и недели, беспокоясь о будущем… а могу насладиться отведенным временем.

Будущее наступит, что бы я ни делала.

Чувство в груди похоже на печаль, и все же больше напоминает радость, отмеченную горечью. Оно не пройдет в ближайшее время. А может, никогда. Но сейчас Сол рядом.

Я встаю на ноги и начинаю расстегивать платье.

Глава 21
Сол

Прошедший месяц был настоящим блаженством. С Брайар так легко, что брачное исступление уже давно бы прошло, если бы не одна-единственная проблема, которая не перестает раздражать.

Она сдерживается.

Ничего другого я и не ожидал, но она так легко отдает свое тело и время, что я злюсь оттого, как она сдерживает свое сердце. Я знаю, что ее беспокоит будущее и прошлое. Честно говоря, я тоже волнуюсь, но совсем по другим причинам. Эта женщина за несколько коротких недель запала мне в душу.

Она умна и обладает очаровательной склонностью выпаливать все, что у нее на уме, а потом тут же приобретать пристыженный вид. А еще она невероятно храбрая. Даже после всего, что она пережила, Брайар все еще стремится к свету. Меня это восхищает. Она идет на уступки в спальне и не только, и будто сама наслаждается ревнивым брачным исступлением так же сильно, как стал наслаждаться я. Она выводит меня из себя, а потом принимает с распростертыми объятьями.

Я еще никогда не встречал таких, как она. Сомневаюсь, что когда-нибудь еще встречу.

Меня беспокоит даже не вероятность того, что у нас не будет детей. Неважно, что я говорил ей в первую неделю, я не спешу ими обзаводиться. Возможно, драконы живут не так долго, как жили несколько поколений назад. Продолжительность нашей жизни ближе к человеческой и, за редким исключением, достигает ста пятидесяти лет. Не вечность, но у нас достаточно времени.

Вот только это не так.

Семь лет казались слишком долгим сроком, когда Азазель впервые предложил мне человеческую невесту. Я был намерен насладиться ею, а потом, в конечном счете, наслаждаться неминуемым воспитанием детей, когда она вернется туда, откуда пришла. Ныряю глубоко под воду, но ледяные глубины озера никак не успокаивают мысли.

А сейчас? Сейчас я не уверен, что не вырву Азазелю глотку, если он попытается забрать у меня Брайар.

Выплывая к поверхности, замечаю, как Брайар заходит в воду. Плыву быстрее. Стоило предупредить ее, что у меня достаточно большой объем легких, чтобы оставаться под водой долгое время. Я должен был понять, что она начнет волноваться, если я нырну и не вынырну, но порой при всех наших различиях кажется, будто я блуждаю в темноте. Я не знаю, обо что могу споткнуться, пока не упаду на колени.

Выныриваю в отдалении, стараясь не напугать ее, и легкая улыбка, которую она мне дарит, опьяняет, как и вид ее обнаженного тела, когда она заходит глубже. Она набрала вес с тех пор, как прибыла сюда, и мне очень приятно видеть, что кости больше не выступают у нее под кожей. Брайар стала мягче, и я надеюсь, это означает, что она вместе с тем стала и счастливее.

Вода касается ее ребер, и она дрожит.

– Холоднее, чем я думала.

– Лето только наступило. Хотя теплее, чем сейчас, уже не станет. – Я неспешно плыву к ней. – Ты передумала.

– Я слишком много думаю. – Она протягивает руку, и я, не колеблясь, беру ее и тащу по воде в свои объятья. Здесь достаточно глубоко, чтобы вода доходила мне до плеч, а значит, Брайар уйдет под нее с головой. Она изо всех сил обхватывает меня ногами. – Тебя беспокоит наше будущее?

У меня нечасто возникает желание солгать, но я не знаю, о чем она задумалась. На этот вопрос существует правильный ответ, и я хочу дать ей его. Но, возможно, правильный ответ – это попросту быть честным.

– Да.

Она проводит по моей челюсти кончиками пальцев.

– Я не ожидала, что буду испытывать такие сложные чувства, особенно в такой короткий промежуток времени. – И снова честность побеждает.

– Я тоже. – Я хочу, чтобы ты осталась со мной.

Это нечестная просьба. Возможно, со временем мои чувства становятся мягче и вместе с тем сильнее, но после всего, что она пережила, я не стану очередным мужчиной ее жизни, который пытается сковать ее и сломать, чтобы она могла стать моей навсегда. Она договорилась о семи годах. Не сказала ничего, что указывало бы, будто хочет продлить срок, и в нашем нынешнем положении я не могу поднимать этот вопрос.

Да еще через месяц? Она рассмеется мне в лицо.

Вот только Брайар не станет. Она просто станет тихой и замкнутой, и я потеряю ее задолго до того, как она уйдет из моей жизни. Это не та проблема, решение которой я смогу найти, тем более сегодня.

Вместо этого я могу подарить ей приятные воспоминания.

– Поплавай со мной.

Она тотчас сжимает меня крепче.

– Когда я сказала, что не самый сильный пловец, то имела в виду, что в последний раз плавала лет двадцать назад. – Она смотрит в кристально чистую воду, туда, где земля обрывается в нескольких метрах от нас. – Мне кажется, я боюсь глубины.

– Я не дам тебе утонуть. – Я осторожно отцепляю ее от себя и обхватываю руками за талию. – И в этом озере нечего бояться. Моя семья приходила сюда на протяжении многих поколений, поэтому, пускай порой мы подолгу не появляемся, хищники знают, что сюда лучше не соваться.

– Хищники, – пищит она.

– Помнишь, что я говорил?

Брайар смотрит на меня своими большими темными глазами.

– Что ты величайший хищник в округе.

– Да. – Это правда, хотя объяснение этому не такое простое, какое я предложил. Причина отсутствия опасных хищников в окрестностях крепости заключается в том, что мы убиваем всех, кто подходит слишком близко. С годами почти все стаи научились оставлять нам большую часть территории, а мы в свою очередь их не трогаем. Драконы сами по себе хищники, но стая келпи может одолеть взрослого дракона, не говоря уже о детеныше.

Что-то мне подсказывает, что я напугаю Брайар, если скажу об этом прямо. Пускай она взрослая, но она человек. У нее нет ни чешуи, ни когтей, ни зубов для защиты. От этой мысли по телу пробегает холодок, даже когда меня охватывает желание защищать.

– Я никому не позволю причинить тебе вред.

Она смотрит на меня долгое мгновение и наконец кивает.

– Хорошо. Что мне делать?

Удивительно обучать человека тому, что драконы умеют делать инстинктивно. Ее тело имеет совершенно другую форму. Она не может плавать так, как я. В итоге я кладу руку ей прямо под грудью и держу на плаву, пока она пробует разные движения, чтобы найти самое эффективное. Брайар умна, и я заметил, что стоит ей страстно чего-то захотеть, как почти ничто не может помешать ее стремлению к цели.

С плаванием все то же самое.

В течение часа она барахтается, гребет руками и смеется так беззаботно, что кажется, будто она потянулась и пронзила меня в самую грудь. Она плывет в мои объятья и взбирается по моему телу, чтобы поцеловать в нос.

– Спасибо за сегодняшний день, Сол. Думаю, мне это было необходимо. – Останься со мной.

Я снова не говорю этого вслух.

Но пока следую за Брайар на берег, наконец узнаю чувство, которое обосновалось в груди, пустив щупальца. Любовь. От этого осознания ощущаю невероятный подъем, но в то же время чувствую, будто кто-то привязал груз к моей груди и сбросил меня с утеса. С Аникой было иначе. Я любил их, мог представить, что проведу с ними остаток жизни, но когда родители положили конец нашим отношениям, мои душевные страдания длились всего несколько месяцев. Потому что я не потерял Анику. Вовсе нет. Мы по-прежнему друзья. Они по-прежнему присутствуют в моей жизни.

Когда я потеряю Брайар, она исчезнет без следа. Я больше никогда ее не увижу.

Брайар выходит из воды и останавливается, чтобы расплести свои яркие волосы. Она бросает на меня взгляд через плечо и хмурит брови.

– Что такое? – спрашивает она на моем языке.

В последнее время она стала часто так делать. Пробует говорить небольшие предложения на драконовском языке по мере того, как осваивает наши уроки. Строение ее рта для этого не подходит, но она говорит вполне внятно, и каждый раз, слыша от нее нашу речь, я становлюсь немного рассеянным.

Выяснить, как обойти заклинание перевода, оказалось не так просто, как мне бы того хотелось. Пришлось просить Раману – Азазеля – о помощи. Они чуть ли не со злорадством наносили свою кровь на кожу Брайар, но конечный результат того стоил. Брайар может загасить заклинание перевода на время наших занятий. Или когда сама пожелает. Я прокашливаюсь.

– Ничего.

– Сол… – Она колеблется. – Ты только что солгал мне.

Велик соблазн просто нырнуть обратно под воду и плавать, пока не кончится воздух в легких. Я… боюсь. Беру себя в руки и смотрю ей в глаза.

– Ты права, солгал. – Я резко выдыхаю. – Но я бы не хотел об этом говорить.

Долгое мгновение Брайар всматривается в мое лицо и наконец кивает.

– Хорошо. – Она подходит к лежащему на земле платью и надевает его через голову. Я начинаю беспокоиться, что расстроил ее, но она оборачивается с легкой улыбкой. – Если передумаешь, я рядом.

– Я это ценю. – Понимает ли она, как ново для меня, что она не настаивает? Меня так и подмывает рассказать ей все, признаться в своих чувствах, но я сдерживаюсь в последний момент. Несправедливо возлагать это на нее. Не имеет значения, что я сейчас чувствую, и уж точно неважно, что это чувство будет неизбежно расти с течением времени.

– Сол.

Голос Брайар изменился. Переключаю внимание на нее и вижу, что ее щеки залил очаровательный румянец.

– Да?

– В день нашей встречи. – Она не смотрит мне в глаза, теребя пальцами волосы почти в исступлении. – Помнишь, что ты мне сказал?

Я много чего говорил ей в тот день, но не уверен, о чем именно она думает. Стою неподвижно и внимательно за ней наблюдаю.

– Напомни.

– Ты сказал. – Она делает резкий вдох, от которого ее грудь подпрыгивает. Наконец Брайар поднимает голову и встречается со мной взглядом. – Ты сказал: если я убегу, ты погонишься за мной.

По телу разливается жар, но я заставляю себя стоять на месте.

– Теперь помню.

Брайар делает небольшой шаг назад, и я не могу побороть инстинкт, который подталкивает следовать за ней. Она слегка улыбается.

– Догони меня, Сол.

Она уносится в лес.