Текст книги "Невеста дракона"
Автор книги: Кэти Роберт
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 12 страниц)
Глава 22
Брайар
Я думала только о том, чтобы дать Солу повод поразмыслить о чем-то, кроме того, что его беспокоит. Угроза Сола с первого дня нашей встречи мучила, отчего мне хотелось лезть вон из кожи, а лоно пульсировало от страстного желания. До этого момента мне не хватало смелости попросить о такой игре. И пока я бегу среди листьев, почти с меня размером, то задаюсь вопросом, не совершила ли ошибку.
Я не слышу, чтобы он преследовал меня.
Может, он так сильно шокирован моим предложением, что до сих пор стоит возле озера и смотрит мне вслед. Стоит ли мне вернуться? Или…
Как раз когда во мне пытаются зародиться сомнения, где-то позади меня раздается низкий рев. Он напоминает мне о шоу, которое я когда-то смотрела, о том, как какой-то лорд спустил за женщиной охотничьих собак. Они тоже так выли, только этот звук в тысячу раз мощнее. Он пробуждает во мне инстинкты добычи.
Внезапно это перестает быть игрой.
Я спасаюсь бегством.
Бегу быстрее, ныряю среди листьев и мчусь по земле. Не слишком милостиво по отношению к босым ногам, но я едва чувствую царапины. Страх кусает за пятки, принося с собой приятное возбуждение, от которого захватывает дух. Такие эмоции испытывают парашютисты, когда видят, как земля несется им навстречу?
Позади раздаются звуки. Кто-то большой продирается сквозь деревья вслед за мной. Издаю тихий визг и бегу быстрее. За время, проведенное в крепости, я узнала, что Сол передвигается почти бесшумно, как настоящий хищник, который случайно подкрался ко мне. После того, как сделал это в первый раз, чем поверг меня в настоящую паническую атаку, он старается, чтобы я всегда слышала его приближение или получала какое-то другое звуковое предупреждение о том, что он рядом. Сейчас он не пытается вести себя тихо.
Я лихорадочно озираюсь вокруг. Может, я могу забраться…
На меня наваливаются сзади. Снова визжу, когда Сол валит меня на землю, заключая в ловушку своим большим телом. На этом все и должно закончиться, но вызванное страхом возбуждение держит меня за горло, и я действую исключительно инстинктивно. Когда он перекатывается, я вырываюсь из его рук и пытаюсь встать на ноги.
Вот только он снова хватает меня огромной рукой за лодыжку и рывком роняет обратно на землю. Я не прекращаю попыток вырваться, впиваясь пальцами в грязь, пока он тащит меня к себе. Платье задирается.
Мы оба замираем, когда ткань доходит до бедер. Пауза длится не дольше, чем мое бешено колотящееся сердце совершает один удар, а потом Сол притягивает меня ближе и накрывает своим телом. Я пытаюсь оттолкнуть его, но это невозможно.
Мне нравится, что это невозможно.
Он переворачивает меня на спину и, схватив обе мои руки своей, задирает их над моей головой. Я впервые вижу его лицо с того момента, как бросила ему вызов и кинулась бежать. Сол выглядит… диким. В его глазах нет ни логики, ни разума, когда он вонзает когти в платье и разрывает его вниз от бедер.
За последние несколько недель я лишилась нескольких платьев из-за когтей Сола. Я знаю, что он может сорвать его с меня одним движением. Но сейчас намеренно делает это медленно. Все тело покрывается мурашками, и я сопротивляюсь сильнее. Я не уверена, делаю ли это всерьез или просто так сильно возбудилась, чувствуя, как он удерживает меня, что не могу мыслить ясно.
Еще один рывок – и я обнажена до бедер. От силы следующего рывка мое тело отрывается от земли. Ткань платья распадается в стороны, оставляя меня обнаженной под хищным взглядом Сола. Неважно, что я была голой рядом с ним у озера, как и то, что он наблюдал, как я надеваю платье после купания.
Сейчас все ощущается по-другому.
Каждый вдох отзывается пламенем в груди, грудь вздымается от тяжелого дыхания. Сол тоже запыхался и выдыхает горячий воздух, который касается моих сосков. И все равно я слышу почти беззвучный щелчок, когда он втягивает когти, а через мгновение вводит в меня два пальца.
– Черт! – Моя спина выгибается так сильно, что грудь даже касается его рта.
Сол набрасывается.
Его челюсти смыкаются вокруг моего горла.
Я замираю, разрываясь между неподдельным ужасом и удовольствием настолько сильным, что кружится голова. Он ласкает меня пальцами, даже когда его зубы покалывают кожу. Тело не может решить, кончу я или же буду кричать без остановки. Ощущение его горячего дыхания на моей коже становится все сильнее, когда его язык скользит по впадинке у основания горла.
Он прижимает большой палец к клитору и начинает трахать меня остальными пальцами, протяжными, медленными движениями, от которых во мне устойчивыми волнами нарастает удовольствие. Я гляжу на полог леса и ни за что не могу ухватиться пальцами, борясь с его захватом на моих запястьях.
– Я не могу…
Он поворачивает запястье, и этого оказывается достаточно. Я кончаю с криком, от которого, кажется, сотрясаются все деревья вокруг нас. А может, это я дрожу, полностью лишившись самообладания.
Сол отодвигает свой рот, слегка царапая зубами кожу. Прихватывает кулон, туго натягивая цепочку. Она тянется между нами. Но он не разрывает ее. Напротив, он замер неподвижно.
Ждет, когда я скажу ему «нет».
Я должна.
Но попала в ловушку этой игры и могу лишь смотреть на него с молчаливым вызовом. Я не могу дать ему согласие… но и отказывать тоже не буду. Сол шипит, а потом резко дергает назад. Кулон срывается и улетает вдаль.
Мы смотрим друг на друга несколько мгновений. Затем Сол снова опускается на колени, вытаскивает из меня пальцы и обхватывает за талию. Держа одной рукой, он поднимает меня в воздух вниз головой. Ноги неожиданно раздвигаются в стороны, и он снова прикасается ко мне ртом, а его зубы впиваются в кожу, пока язык проникает в лоно.
Я кричу и извиваюсь. Каждый раз, когда он так делает, я полностью лишаюсь рассудка. На этот раз я сопротивляюсь, но эта борьба лишь напоминает о том, как мало у меня контроля. Он по-прежнему удерживает оба моих запястья, прижав их к бедру, а из-за волос, спадающих завесой вокруг моей головы, я практически отрезана от окружающего мира.
Если он не остановится, я снова кончу.
Я смотрю на его члены, которые возбуждены так сильно, что выглядят болезненно. В этот момент Сол решает двигать языком внутри меня в поисках точки «G». О господи. Это никогда не надоест. Я извиваюсь все сильнее, и Сол слегка наклоняется ровно настолько, чтобы я смогла дотянуться ртом до его членов. Он слишком большой, чтобы взять его внутрь, но это не мешает мне в исступлении облизывать и покусывать его. Он же в ответ, похоже, еще больше стремится заставить меня кончить ему на лицо. Были бы мои руки свободны…
Но так даже горячее. Что он не дает мне пошевелиться. Что мне приходится постараться, чтобы как можно ближе дотянуться до его членов. Что продолжает трахать меня языком, даже когда его зубы болезненно покалывают нижнюю часть моего живота и ягодицы.
Он вынимает язык и прижимает его к клитору, посылая вибрацию, пока я всхлипываю.
– Сол, пожалуйста. – Все это слишком и вместе с тем недостаточно, и я дрожу на пределе.
Но он на этом не останавливается. Никогда не останавливается. Сол поглаживает меня именно так, как нужно, чтобы довести до оргазма, от которого у меня поджимаются пальцы на ногах. Он длится и длится, пока наконец Сол не смягчает прикосновения и не опускает меня на землю.
Я смотрю на него, потрясенная и опьяневшая от удовольствия. Теперь настал момент, когда он возьмет меня. От этой мысли нервная дрожь пронзает до самых костей. Всю свою жизнь я старательно соблюдала рамки. Только оказавшись с Солом, я начала понимать, что нет никаких запретов, когда люди на одной волне.
Это имеет более серьезные последствия, чем все твои прежние поступки. Мне все равно.
Я не хочу останавливаться.
Вот только Сол отстраняется. Взгляд у него по-прежнему совершенно дикий, но он сдерживается, как, на моей памяти, поступал и в первый день, а потом, когда мы впервые занялись сексом. Если предоставить его самому себе, он не даст нам то, чего мы хотим, из нежелания давить на меня.
Наверное, он прав. В сущности, я знаю, что он прав.
Но это не мешает мне подняться на дрожащих ногах и сделать неустойчивый шаг прочь от него. Сол напрягается, вонзаясь когтями в землю.
– Если побежишь, – цедит он. – Если убежишь, я возьму тебя прямо здесь, в грязи.
Желание пронзает с такой силой, что я едва стою на ногах. Выдерживаю его взгляд и делаю еще шаг назад, а за ним еще один.
Он оставляет в земле глубокие борозды, явно думая, что я пытаюсь улизнуть от него.
Я разворачиваюсь и бегу.
Во всяком случае, пытаюсь. Ноги все еще плохо слушаются, и мне удается сделать всего три неустойчивых шага, прежде чем Сол валит меня на землю. На этот раз он не дает мне возможности собраться с духом. Обхватывает меня рукой за бедра, приподнимает их и вставляет член. Я визжу. Мое тело привыкло к его форме, но обычно он дает больше времени, чтобы приспособиться к его размеру.
Но не сегодня.
Его челюсти смыкаются в том месте, где плечо переходит в шею, и он поднимает мои бедра выше, пока колени не отрываются от земли. Я снова окутана им, беспомощна и могу только принимать его член, когда он входит в меня. Я пытаюсь отползти, пальцы ног вонзаются в грязь, но тщетно.
Поэтому я перестаю сопротивляться. Мне слишком хорошо, чтобы продолжать противиться. Вместо этого я тянусь и прижимаю руку к его верхнему члену, создавая для нас обоих восхитительное трение между моими ладонями и телом. Сол шипит мне в кожу и двигается быстрее. Он входит в меня почти до боли, но я уже давно запуталась во всем, что мы делаем вместе. Я дрожу в его руках, близящийся оргазм еще сильнее первых двух.
– Сол!
Сделай мне ребенка.
Стыд от одной только мысли об этом делает происходящее еще более возбуждающим. Я не хочу этого. Правда, не хочу. Но опасность возбуждает меня сильнее.
Сол первым проигрывает в своей битве. Он врывается в меня, и, боже, я люблю этот момент больше всех прочих. Я чувствую, как он кончает, его член набухает внутри меня, а семя наполняет и, выливаясь наружу, стекает по бедрам.
– Еще!
Сол резко выходит из меня, а потом сажает на второй член. Мы должны остановиться, но вред уже причинен.
– Наполни меня, – стону я. – Пожалуйста, Сол. Наполни меня и заставь кончить снова.
Всего три толчка – и я не выдерживаю. Кончаю так сильно, что все мышцы в теле болезненно сводит. Сол подрагивает во мне, наполняя второй раз. Только после этого разжимает челюсти и оседает на землю со мной на коленях. Его член дергается внутри меня, и я извиваюсь всем телом, чем заставляю его выругаться.
– Хватит.
– Я не могу… – Он поднимает меня со своего тела, и с моих губ срывается всхлип.
Сол обнимает меня, даже слишком крепко, и прижимает к себе. Я льну в его объятья, пока наши тела охлаждаются, а сердцебиение приходит в норму. Его семя все еще сочится из меня, отчетливо напоминая о риске, на который мы только что пошли.
О риске, на который я пошла.
В конце концов, Сол хочет ребенка. По этой причине я и оказалась здесь.
– Брайар.
Я закрываю глаза. Мне не нужны его извинения, но я не готова столкнуться с потенциальными последствиями нашего поступка. Я сама сделала такой выбор, но это не значит, что меня не переполняет противоречивый вихрь сожаления и желания.
– Я не хочу об этом говорить.
Сол молчит мгновение, за ним второе. Наконец, он говорит:
– Я причинил тебе боль?
– Нет. – Это не совсем правда. Мое лоно – сплошная пульсирующая боль, хотя ее не назвать всецело неприятной. А еще у меня идет кровь в разных местах от его укусов, хотя когда я смотрю на них, то вижу лишь маленькие струйки от уколов его зубов. Я не должна считать это зрелище сексуальным, но в моем отношении к Солу мало логики. – Все нормально.
– Обманщица. – Он медленно встает, но не ставит меня на землю. – Я отнесу тебя обратно. Не спорь со мной. – В его голосе зарождается что-то серьезное, почти сердитое. Не могу понять, адресовано это мне или нет, а когда смотрю ему в лицо, то остаюсь все так же не уверена.
Изо всех сил стараюсь не замыкаться в себе, сделать свое тело меньшей мишенью. Умом понимаю, что он не причинит мне вреда, но некоторые инстинкты не так легко перенаправить. Сол еще никогда на меня не злился.
Похоже, я только что облажалась.
Глава 23
Сол
Не утруждаюсь вернуться к озеру, чтобы забрать штаны. Здесь нет никого, кто мог бы стать свидетелем того, как я сердито шагаю через лес в крепость. Мы одни: я и моя дрожащая жена. Я ощущаю ее страх на языке, и это сводит с ума. Мной по-прежнему управляют инстинкты, требуя пометить ее, защитить ее, плодиться с ней.
Стоило знать, что, погнавшись за Брайар, я потеряю контроль. В моей голове не было ни одной мысли, кроме той, как поймать ее, сорвать чертов кулон, а потом овладевать ей, пока она не признает, что принадлежит мне во всем, что имеет значение.
Два пункта из трех кажутся пустой победой.
Я должен что-то сказать, должен найти слова, чтобы успокоить ее. Их нет. Я хочу заверить ее, что не сорвал бы кулон и не отбросил его прочь, если бы она велела мне остановиться. Я хочу сказать ей, что не стал бы брать ее без защиты, если бы она не убежала от меня во второй раз.
Я хочу… но не уверен, что это правда.
Впервые за долгое время мне хочется, чтобы родители были живы и дали мне совет. Я появился на свет, когда они были уже пожилыми, и вместе покинули этот мир несколько лет назад. Прожив с ними больше сорока лет, я думал, что они научили меня всему, что нужно. Я смирился с утратой, но это нормальный этап перехода во взрослую жизнь.
В конце концов, мы, драконы, не живем вечно.
Но я не знаю, что это. Я сейчас с трудом себя узнаю. Мои руки дрожат вокруг Брайар, и пока я шагаю прочь от леса к замку, сам не уверен, с какой целью: чтобы отнести ее в нашу спальню и уйти… или запереться с ней, пока она не перестанет прятаться от меня.
Нет, Богиня, нет.
К худшему или к лучшему, она сама сделала такой выбор. Она может возненавидеть меня, как только эндорфины полностью рассеются, но с ее стороны несправедливо винить меня, когда мы оба в этом участвовали. По крайней мере, я так думаю.
С другой стороны, едва ли я могу сейчас мыслить ясно.
– Сол.
– Нет. – Я мотаю головой и вхожу через парадную дверь.
– Не сейчас.
Брайар крепче прижимается к моей груди.
– Хорошо.
По пути в спальню мы не встречаем ни души. Оно и к лучшему; я не уверен, что бы сделал в таком настроении. Мне тошно от этого. Я не теряю самообладание. Не совершаю ошибок из-за импульсивности. И уж точно не стал бы намеренно подвергать Брайар опасности.
Даже с моей стороны.
Вот только это ведь неправда? Даже когда поверхностные мысли говорят одно, какая-то глубинная часть меня довольна исходом сегодняшнего дня. Часть, которой нравится запах нашего секса. Которую успокаивает вид следов моих зубов на коже Брайар.
Я вхожу в нашу спальню и пинком закрываю дверь.
– Ты позволишь мне искупать и исцелить тебя.
– Хорошо. – Ее голос звучит более кротко, чем обычно, а от слышимой в нем дрожи мне хочется шипеть от ярости. Вот только не могу, потому что я – причина появления этой дрожи.
Закрываю глаза и стараюсь, чтобы мой голос звучал спокойно. Мне удается только отчасти.
– Тебе не нужно меня бояться.
– Я знаю. – Дрожь все еще слышна, но она говорит увереннее. – Правда, знаю.
Эта уверенность успокаивает меня достаточно, чтобы я мог войти в ванную и опустить ее. Одной рукой придерживаю ее за талию, готовясь поймать, если подкосятся колени, но ей удается устоять на ногах. Ванна манит, но мы оба так сильно перепачканы грязью, что лучше принять душ. Включаю воду, а потом, как только она нагревается, мою Брайар.
На ее коже уже темнеют синяки в нескольких местах, а некоторые из следов от моих зубов все еще кровоточат. Но к тому времени, как я заканчиваю, она уже не дрожит. Быстро ополаскиваюсь, испытывая отвращение от того, как дрожат руки. Не от беспокойства. Я едва сдерживаю желание оказаться в ней снова. Это так неправильно.
Выключаю воду и заворачиваю Брайар в пушистое полотенце, которое она назвала своим любимым на второй неделе пребывания. Она начинает возражать, что может идти, но слова стихают, когда я снова беру ее на руки. Кладу Брайар на кровать и широко раздвигаю ее бедра. С непроницаемым выражением лица она наблюдает, как я тянусь за целебным бальзамом.
– Ты не обязан это делать.
– Нет, обязан. – Не в силах отвести взгляд от ее лица, зачерпываю немного бальзама и втираю в нее.
Кажется, она хочет держать глаза открытыми, но, когда я начинаю сосредоточенно наносить бальзам внутрь, откидывает голову назад. Приоткрывает рот от удовольствия.
Было бы проще простого продолжать. Я знаю, как сделать ей приятно. Когда мы трахаемся, она не думает.
Но так поступать неправильно.
Неохотно заканчиваю наносить бальзам и вынимаю из нее пальцы. Самое время поговорить, обсудить случившееся, но не могу избавиться от страха, что в результате потеряю ее. Она ясно высказала свои мысли насчет беременности. Я не имел права срывать кулон, и мы оба это знаем. Другой кулон гарантирует, что она не забеременеет после этого контакта. Но только если я потороплюсь.
Встаю на ноги.
– Отдыхай. Я вернусь.
– Сол…
Не задерживаюсь, чтобы дослушать. Возможно, я заслуживаю всех упреков, которые она мне посылает, но, по крайней мере, если заменю кулон, то есть шанс довести начатое до конца. Все исправить.
Мчусь по лестнице и едва не срываю дверь своего кабинета с петель. Такая сила пугает меня, и я упорно стараюсь замедлиться, не перевернуть стол в поисках свитка, который использую для общения с Азазелем.
Нет причин для паники. Я не потерял ее. Она наверху, и очень скоро я все исправлю, и между нами все снова станет как прежде.
У меня ужасный почерк, но мне удается нацарапать свою просьбу.
Случилось происшествие. Мне нужен другой кулон. Немедленно.
Смотрю на свиток в ожидании ответа. Он всегда приходит быстро. Я по-прежнему не уверен, отвечает ли Азазель лично или у него есть сотрудник, ответственный за подобную коммуникацию. Это неважно.
Ответа нет.
Секунды превращаются в минуты. Черт возьми, что ему мешает? Беру перо, чтобы написать второе послание, как вдруг на стол падает тень.
– Сол, что ты делаешь?
Вскакиваю, а потом проклинаю себя за это. Брайар успела завернуться в одеяло, в которое, кажется, предпочитает кутаться, когда меня нет рядом, чтобы ее согреть. Это знак, что она не хочет, чтобы я приходил к ней?
Я зацикливаюсь. Не знаю, случалось ли такое прежде. Какие бы испытания ни возникали, им всегда находилось логическое решение. Даже с Аникой мое разочарование и душевная боль не затмевали способность мыслить. А сейчас я не думаю. Я в панике. Я должен все исправить, но не знаю как.
– Возвращайся обратно в постель.
– Нет, сомневаюсь, что смогу. – Она натягивает одеяло на плечи и садится в кресло напротив меня. – Что происходит? Почему ты себя так странно ведешь?
– Вовсе нет.
Она хмурит брови.
– Ты уже второй раз лжешь мне сегодня. – Тянется рукой к обнаженной шее. – Это все из-за кулона? Из-за того, что ты его сорвал?
– Прости, – выдавливаю я. – Я не должен был этого делать.
Она хмурится сильнее.
– Извини, но разве ты один принимал в этом участие?
Стыд вынуждает меня сгорбить плечи.
– Дело не в этом. – Я еще никогда так остро не осознавал различия между нами, как в тот момент, когда преследовал ее по лесу. Я чувствовал, будто я хищник, а она добыча, и мне это слишком уж нравилось. Мы не были равны. – Сорвав кулон, а потом взяв тебя, я зашел слишком далеко,
– Что ты сделал?
Мы оба вздрагиваем, когда появляется Азазель. Он заполняет весь дверной проем, а его загнутые рога царапают облицовку косяка, когда он входит в комнату. Окидывает нас мрачным взглядом и хмурит брови.
– Объяснись.
– Я…
– Не ты, Брайар. – Он не сводит с меня глаз. – Я хочу, чтобы дракон объяснил, почему он извиняется за то, что сорвал с тебя противозачаточное средство, а потом взял тебя. – Одно дело извиняться перед Брайар. А выставлять случившееся на суд Азазеля – совсем другое.
– Это наше дело.
– А тут ты ошибаешься, братец. – Он делает еще один шаг вперед и нависает над столом. – Мой контракт утверждает обратное.
В голове звучит сигнал тревоги. Он же не собирается… Я медленно встаю на ноги.
– Если бы я нарушил контракт, ты бы уже поджидал меня, когда мы вернулись в крепость. Ты бы знал о случившемся еще до того, как заявился сюда.
Он прищуривается.
– Возможно, контракт и не отметил случившееся как причинение вреда, но то, что я услышал, указывает именно на это.
Он прав, и мне это претит. Но это не значит, что я пойду на уступки. Тем более когда ставки так высоки.
– У нас все нормально. Уходи.
– Брайар. – Его тон гораздо мягче, когда он говорит с ней, а не со мной. – Ты давала согласие на то, чтобы рожать от Сола детей?
Она бледнеет, ее кожа приобретает зеленоватый оттенок.
– Что? Нет. То есть… – Ее голос звучит хрипло. – Мы больше не говорили об этом с момента нашего первого разговора.
Темные глаза Азазеля мерцают красным цветом.
– А во время того разговора ты сказала ему, что…
Брайар становится еще зеленее.
– Что не хочу иметь детей во время действия этого контракта.
– Подожди… – Я не знаю, какие у меня аргументы, но, в конечном счете, это не имеет никакого значения.
Его глаза вспыхивают багровым цветом.
– Я не знаю, что считается причинением вреда на этой территории, но на моей – это определение явно применимо. – Он оглядывается кругом. – Я скоро вернусь, чтобы обсудить детали.
Брайар переводит взгляд с меня на Азазеля.
– Стой, я не это имела в виду.
– Не пытайся его защищать. – Он подходит к ней в два быстрых шага. Я улавливаю его намерения и бросаюсь к нему, но слишком поздно. Азазель хватает Брайар за плечо, и они исчезают, телепортируясь прочь.
Навсегда.
– Нет!
