Текст книги "Дай мне шанс (ЛП)"

Автор книги: Кэсси Минт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 3 страниц)

– Можно я лизну?

Мюррей откидывает голову назад пробормотав мрачную молитву в потолок.

С его благословения я опускаюсь на колени и оказываюсь на одном уровне с членом моего будущего мужа. Конечно, я и раньше видела мужские члены – я же женщина двадцать первого века, хорошо знакомая с интернетом. Поймите меня правильно. Но я никогда не видела его вблизи, во плоти. В моей полной власти.

Я обхватываю пальцами основание члена. Оно теплое, кожа мягкая, но под ним твердый, как камень, стержень.

– Ты можешь сжать меня крепче.

Отлично. Я усиливаю захват и теперь чувствую, как пульс Мюррея бьется о кончик моего пальца.

– Вот так?

Дрожащий вздох.

– Да.

Вверх и вниз. Медленные движения, вверх и вниз. Я украдкой бросаю взгляд с члена в своей руке на лицо моего смотрителя маяка. Его щеки снова раскраснелись, глаза ярко блестят, не отрываясь от меня. Когда я провожу большим пальцем по щели, Мюррей резко дергает бедрами.

– Прости, – бормочет он.

Я делаю это снова.

Ближе придвинув лицо, я вдыхаю его запах. Он земляной, чистый и мужественный, и я втягиваю его с жадностью, двигая ладонью быстрее.

– Ты не обязана…

Я сначала пробую его на вкус. Быстро провожу языком по кончику.

Мюррей сдавленно рычит, и я ощущаю солоноватый привкус.

Я хочу большего. Я хочу его всего.

– Джессика, – предупреждает Мюррей и вздрагивает. Я втягиваю головку члена губами. Шумно шевеля языком и втягивая щеки, я старательно пытаюсь сделать минет. – Джессика. Если мы будем продолжать в том же духе, я вообще не смогу тебя трахнуть.

Черт. А вот это уже никуда не годится. Я послушно отпускаю его член и откидываюсь назад, вытирая рот.

– О боже, – бормочет Мюррей, пристально глядя на стену за моей головой. – Дай мне минутку.

Возможно, именно этого он и боялся – таких неловких моментов. Он, конечно, краснеет еще сильнее и не встречается со мной взглядом. Но как показать ему, что мне это нравится, нравится оказывать на него такое сильное воздействие? И это конкретное доказательство его желания?

– Прикоснись ко мне. – Я беру его за запястье и провожу рукой между своих ног. Крепкие пальцы скользят по моим мокрым складочкам, и Мюррей поднимает на меня глаза. В них светится триумф. Он снова выпячивает грудь. – Я тоже хочу вас. Очень сильно, мистер Макгрегор.

Он проводит пальцем по моему клитору, и я задыхаюсь.

А потом проникает в меня одним пальцем, и я начинаю покачивать бедрами.

Нет. Не стоит, если я позволю себе, то могу застрять здесь навсегда, скача на его руке в блаженном забытьи. А мне нужен в первую очередь его член, поэтому убираю руку, продвигаюсь вперед и становлюсь на колени прямо над ним.

Широкая головка упирается в мою дырочку. Я опускаюсь ниже, следя за тем, чтобы мы совпали.

– Готов?

Мюррей кивает. Он сжимает мои бедра так сильно, что на них останутся синяки.

Не знаю, чего я ожидала. По началу я чувствую легкое растяжение. Незначительное жжение. И ощущение, что я полностью заполнена – о, черт возьми, да. Но за этим следует нечто большее, что-то гораздо более глубокое, что-то ценное, как будто, когда Мюррей заполняет каждую мою клеточку, он заполняет собой и мое сердце. Слащаво, но это правда.

Мои глаза увлажняются, и я моргаю, глядя на своего жениха.

– Ты плачешь, потому что тебе больно? – спрашивает он, явно опасаясь ответа.

Я качаю головой.

– Нет. – И когда я нахожу его руку и прижимаю к своей груди, мне кажется, он понимает, потому что Мюррей кивает со смехом.

– Да. Я чувствую тоже.

Он не отпускает руку, слушая мое учащенное сердцебиение, и я поднимаюсь на дрожащих бедрах. А потом снова опускаюсь, на этот раз глубже. Провожу рукой по его груди, прямо над сердцем, и мы оба чувствуем друг друга, внутри и снаружи.

– Это… – Я плохо соображаю. Не могу сосредоточиться ни на чем, кроме восхитительного покалывания в моей киске каждый раз, когда его член входит и выходит; стука его сердца под моей ладонью.

Глаза Мюррея тоже подозрительно блестят.

– Да. Так и есть.

Я опускаюсь еще ниже. Мы одновременно стонем.

А потом мы разнимаем руки, забыв о биении сердец, потому что льнем друг к другу, пока я скачу на Мюреее. С каждым разом моя задница врезается в его бедра все сильнее и сильнее, и я громко и протяжно стону, но Мюррей, кажется, не возражает.

Он с нескрываемым благоговением наблюдает, как я насаживаюсь на его член. А когда он просовывает руку между нами и снова ласкает мой клитор, я издаю такой сладострастный стон, что Мюррей не может скрыть своей ухмылки.

Нас наверняка услышат в соседнем городке. Даже несмотря на бушующий шторм.

– Просто охренительно, – хрипит Мюррей. – Джессика, мне так хорошо с тобой.

И это все, чего я когда-либо хотела. Все, о чем мечтала поздними ночами. Так долго это казалось невозможным, но я здесь, и это происходит, и Мюррей Макгрегор создан для меня. Он мой.

Я зарываюсь лицом в его шею, борода ласково щекочет мои щеки, а по телу волнами разливается жар, киска напрягается, бедра дрожат.

М-да. Похоже, я не из тех, кто может долго сдерживаться.

Но я не думаю, что Мюррей против. Он крепко сжимает бедра и врезается глубоко в меня, а затем держит, заливая липким теплом. Одна за другой на меня накатывают пульсирующие волны. Я закусываю губу, борясь со странным ощущением и чувствуя, как сперма стекает по моим бедрам.

Через некоторое время мы отстраняемся друг от друга, раскрасневшиеся, задыхающиеся и отчаянно нуждающиеся во влажной салфетке.

– Я схожу. – Мюррей поднимает меня так же легко, как одну из своих подушек, и укладывает по другую сторону от своих ног. Он перебирается к краю кровати, скрипя деревянной рамой.

Как только Мюррей поднимается на ноги, он надевает боксеры и внимательно смотрит на меня, а потом отводит взгляд. Его голос звучит неуверенно.

– Ты все еще в деле, Джессика?

Я ловлю его руку и целую костяшки пальцев.

– Я в деле. Совершенно точно.

Несмотря на свой внушительный размер, Мюррей практически вылетает за дверь, и я смотрю ему вслед с щемящей нежностью в сердце.

Я так сильно его люблю. Все реально.

Это случилось.

Не могу дождаться восьми утра.

Глава 8

Мюррей

Мы поженимся в полдень на вершине маяка. В рамках программы «Невеста по переписке» все необходимое подготовили несколько недель назад – на случай, если мы решим сказать «да».

И мы решили. Черт возьми, мы точно решили.

Ладно. Не думаю, что организаторы предвидели страховочные ремни над свадебным платьем невесты, но мне все равно. Я не буду рисковать. Только не с моей девочкой.

– Мы обязательно сфотографируем тебя в этом платье на пляже, – обещаю я, прижимаясь к виску Джессики, пока вокруг нас суетится горстка незнакомцев, готовясь к началу свадебной церемонии.

Ни друзей, ни семьи. Мы оба отправляемся в это путешествие в одиночку.

Не верно. Теперь мы не одни.

– Ты собираешься и дальше командовать, даже когда мы поженимся? – Джессика тычет пальцем в жилет, подтрунивая надо мной.

Я легонько пихаю ее в ответ, понижая голос.

– Только если ты этого хочешь.

Я сделаю все, чтобы она была счастлива. Все, что угодно.

Джессика Макгрегор. Как вообще мне настолько могло повезти?

– Две минуты, – объявляет один из организаторов. Мы оба киваем, беремся за руки и поворачиваемся лицом к морю.

Сегодня оно спокойнее. От вчерашнего шторма не осталось и следа, вокруг ровная серебристая гладь и бледное небо.

Прямо над нашими головами кружит чайка. Джессика, щурясь, смотрит на птицу и бормочет:

– Даже не думай.

Мой громкий смех разносится по склону скалы. Должно быть, меня слышно на многие мили вокруг.

– Считается, что это к удаче, знаешь ли.

– Еще большая удача – не нагадить на невесту. – Джессика ворчит, но она счастлива. Ее щеки расцвели румянцем.

Я сжимаю ее руку.

– Милая, я бы зажарил для тебя эту чайку на ужин.

Настает ее очередь смеяться, и я чувствую себя выше на тысячу футов.

Церемония проходит быстро, наши слова уносит легкий бриз. Но это неважно. Мы слышим наши клятвы, и оба верим в них до глубины души.

– Берешь ли ты, Мюррей Макгрегор, Джессику Браун в законные жены?

Я смотрю в глаза своему личному чуду, и грудь распирает от счастья. Никогда еще это слово не имело для меня такого значения.

– Беру.

***

Шесть лет спустя

Я затягиваю ремни безопасности, затем в четвертый раз проверяю страховочный трос.

– Ну же, папа. – Мой сын буквально вибрирует от предвкушения, практически подпрыгивая до самого неба. Его темные волосы развеваются буйными прядями, а худенькая фигурка утопает в красном свитере ручной вязки. Я связал ему свитер в прошлом году.

– Может, я бы закончил быстрее, если бы ты перестал вертеться.

Он резко вдыхает и превращается в камень. Я обмениваюсь улыбками с его матерью, прижимающей к груди нашу новорожденную дочь на верхней площадке башенной лестницы.

– Ты тоже будь осторожна, – предупреждаю я. – Не выходи на ветер.

Джессика закатывает глаза.

– Мюррей, мы все знаем. Перестань волноваться.

Нет. Извините, но я не могу. Я всегда буду беспокоиться о своей жене и детях. Это у меня в крови. Они для меня все. Абсолютно все.

И если из-за этого я буду сводить их с ума дополнительными мерами предосторожности? Пусть будет так.

– Пойдем скорее, – снова начинает причитать наш сын. – Ты так редко разрешаешь мне подниматься сюда!

– На это есть веские причины, – ворчу я, но беру его за руку и вывожу на дорожку башни. Когда он подрастет, то сможет подниматься сюда чаще, а пока мы соблюдаем осторожность. Он поднимается наверх только со мной или не поднимается вовсе. – Ты взял с собой тряпку?

Сын размахивает ею, как маленьким флажком. Я поручаю ему протирать фонарь, пока он здесь, и ничуть не жалею. Ему это нравится, и это весело.

Сегодня на улице спокойно, и это тоже по плану. Во время грозы я никого из них сюда не привожу. Но мы высоко, поэтому наши голоса все равно уносит ветер, а одежда хлопает по телу.

– Папа? – кричит мой сын.

Я снова дергаю за его страховочный трос. Просто проверяю.

– Да?

– Можно я сегодня потрублю в горн?

Я смотрю на волны, ухмыляясь, и шрамы на коже растягиваются.

– Если будет туман.

– Да. – Он вскидывает маленький кулачок вверх. – Маме ты всегда позволяешь трубить в горн.

Я подмигиваю Джессике, которая улыбается нам из тени.

– Ну, она моя любимица.

– Мюррей, нельзя так говорить, – восклицает Джессика.

– Конечно, можно. – Я ерошу волосы сына. – Она ведь и твоя любимица, правда?

– Ага.

Я нисколько не удивляюсь этому. У моего сына отличный вкус. И мы любим подтрунивать друг над другом. Он цепляется за мою руку, как за спасательный круг, и я готов на все ради моего мальчика. И моей дочери тоже.

Когда я смотрю, как он протирает тряпочкой стекло фонаря, широко улыбаясь, моя грудь наполняется такой любовью, что я могу лопнуть.

Я так долго был одинок.

Но теперь… что ж. Моя семья стоила ожидания.

Конец