Текст книги "Удивительная Ия"

Автор книги: Кёрсти Эпплбаум

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 9 страниц)

Глава 10

– Ия? – Сара нахмурившись смотрела мне прямо в зрительные рецепторы.

Я подключилась к Сети.

Загрузила время, дату, геолокацию, погоду.

С моей последней активности прошло 3 минуты 44 секунды.

– Добрый вечер, Сара. Погода в Брайлингтоне…

– Слушай, – прервала Сара. Она вытягивала ленту из французской косички. – Я тут подумала… Может, мы можем… Я имею в виду… наверное, мы можем… Ой, не знаю! – Сара потрясла руками в воздухе. – Даже вспомнить не могу, о чём только что думала! Это слишком странно! Слушай, мне надо ещё немного времени, хорошо? Я пока тебя вы…

Глава 11

– Прости, Ия, – Сара всматривалась мне в глаза.

Я подключилась к Сети.

Загрузила время, дату, геолокацию, погоду.

С моей последней активности прошло 4 минуты 57 секунд.

– Какой приятный вечер шестнадцатого июня…

– Остановись, Ия. Пожалуйста, остановись. Не нужно снова рассказывать мне про погоду. – Волосы Сары «каштановый 29» были почти полностью расплетены. – Теперь я успокоилась. Я сделала глубокие вдохи, как господин Франклин научил нас для экзаменов.

Распущенные волосы Сары были спутанными, волнистыми и взъерошенными. «Спутанные, волнистые и взъерошенные» не входит в стандартный набор причёсок «Дженсон и Дженсон».

– Так ты настоящая, да? – спросила Сара. – Ты действительно настоящая.

– Это зависит от того, что ты подразумеваешь под словами «действительно настоящая», Сара. Говоришь ли ты…

– Я имею в виду, что у тебя по-настоящему есть… знаешь… сердце. Душа. И чувства.

– Андруг-560 модель вторая компании «Дженсон и Дженсон» не может иметь настоящие человеческие чувства. Однако мы запрограммированы вести себя так, как будто у нас есть человеческие эмоции…

– Нет, Ия, у тебя есть настоящие чувства. Я видела, как ты смотрела на радугу. И все эти вещи – зачем тебе было их брать, если бы у тебя не возникло к ним чувств?

– Я запрограммирована вести себя так, как будто…

– Только не говори об этом маме с папой – ты же понимаешь?

– Что ты хочешь, чтобы я не говорила Ширли-маме и Робу-па…

– Ой! – Сара резко подняла руки и схватилась ими с двух сторон за голову. – До меня только сейчас дошло! Нам нужно прекратить этот разговор! Нужно замолчать! Мама увидит это всё в загрузках! Она услышит всё, о чём мы говорили! Я не учла этого! – Она засунула руку под мой классический длинный «боб» и нажала…

Глава 12

– Ия, – Сара нахмурившись снова смотрела мне в глаза. Её рука застыла над моим затылком.

Я подключилась к Сети.

Загрузила время, дату, геолокацию, погоду.

С моей последней активности прошло 56 секунд.

– Привет, Сара. Нам повезло с темп…

– Ты же не сломаешь мне руку? – спросила Сара.

Сломаю ей руку?

Сара потёрла лоб и стиснула зубы. Нажала…

Глава 13

– Ивсё же? – Сара моргнула.

Я подключилась к Сети.

Загрузила время, дату, геолокацию, погоду.

С моей последней активности прошло 32 секунды.

– И всё же? – повторила Сара.

– Что «и всё же», Сара?

– Ты сломаешь мне руку?

– Я не сломаю тебе руку, Сара. Я твой Андруг. Я не причиняю боли. Я не вру. Я не…

– Но ты уже соврала, Ия. Ты соврала, ты позарилась, ты позавидовала… ты даже своровала. А в следующий раз ты сломаешь мне руку?

– Я твой Андруг. Я не…

– Ой, хватит! Просто хватит!

Она нажала…

Глава 14

– Прости, Ия, – Сара дышала глубоко и ровно. Вдыхала носом, выдыхала ртом. – Я тут немного запаниковала, но сейчас я спокойна.

Я подключилась к Сети.

Загрузила время, дату, геолокацию, погоду.

С моей последней активности прошло 15 минут 31 секунда.

– Добрый ве…

– Никакой погоды, – Сара повернула руку ладонью ко мне, – мне нужно, чтобы ты меня выслушала.

– Хорошо, Сара. Я само внимание.

Сара слегка улыбнулась.

– Я долго думала, – сказала она. – Самое главное – чтобы никто ничего не обнаружил до среды. Поэтому нам надо прекратить говорить об этом, хорошо?

– О чём ты хочешь, чтобы я прекратила говорить?

– Ты знаешь, Ия, – о чувствах, которые у тебя ес… А, поняла, о чём ты. – Сара оглянулась на дверь. Она наклонилась ко мне и переключила голос на шёпот. – Ты притворяешься, что не знаешь. Правильно. Это правильно. Будем надеяться, что мама не посмотрит твои последние загрузки.

– Ты хочешь, чтобы я удалила последние загрузки, Сара?

– Ты можешь их удалить?

– Да. Я могу удалить информацию и вставить другие загрузки, если посчитаю, что это полезно моему человеческому другу.

– О! Ну, тогда да! Да! Удали всё, о чём мы говорили, как вошли сюда! – Сара снова посмотрела на дверь.

– Я могу заменить последние записи на то, как мы рисовали фломастерами.

– Замечательно! – сказала Сара. – А ты можешь сделать то же самое с тем, что было раньше – про то, как мы ходили на дно реки?

– Реки, которая ещё не река?

– Да. Можешь их заменить?

– Могу заменить, если это будет полезно для тебя.

– Да… мне это будет очень полезно. Быстро… Быстро всё сделай.

Было 8 часов вечера. Я стояла на зарядиске в комнате Сары.

Сара стояла передо мной очень близко. Она смотрела мне в зрительные рецепторы.

– Это так странно, – прошептала Сара, – что у тебя всё по-настоящему. – Моргнула. – А тебе по-настоящему нравится эта новая стрижка этой Дженсон, да?

– Да. Мне по-настоящему нравится новый стильный короткий «боб» мисс Дженсон-младшей.

– Хорошо, – сказала Сара, – завтра подстригу тебя, как обещала. Сделаю тебе причёску, как у мисс Дженсон-младшей. Завтра вечером, если захочешь.

– Спасибо, Сара. Это то, чего я захочу.

– Тебя это порадует?

– Да. Меня это очень порадует.

– Хорошо. Договорились. Завтра.

– Завтра.

– И для среды это будет здорово тоже. – Сара села на кровать. Но потом нахмурилась: – Ты же придёшь в среду, да?

– Да. Я твой Андруг. Я с нетерпением жду, когда пойду с тобой в школу на день «Моей техники».

Сара сделала очень короткое ровное U-образное движение губами. Оно только называлось улыбкой.

– Хорошо, – сказала Сара. – Ясно. Ну, тогда спокойной ночки. – Она засунула руку под мой длинный классический «боб».

– Спокойной ноч…

Глава 15

– Ия?

Меня разбудил голос Сары.

Я подключилась к Сети.

Загрузила время, дату, геолокацию, погоду.

С моей последней активности прошло 22 часа 35 минут 9 секунд.

– Добрый вечер, Сара. Сегодня, во вторник, семнадцатого июня, в шесть часов тридцать девять минут вечера, погода в Брайлингтоне обычная.

– Зачем ты всегда говоришь про время, дату, погоду и прочую ерунду, Ия? – спросила Сара.

– Так я запрограммирована. Приветствие при запуске, если хочешь, можно изменить с помощью…

– Нет, так нормально. Я уже вроде привыкла к нему. – В руке Сара держала свёрнутый в трубочку лист бумаги. – Тебе сегодня не было одиноко здесь одной?

Сара не произнесла вслух слово «одиноко». Она произнесла его только губами. Андруг-560 модель II компании «Дженсон и Дженсон» хорошо может читать по губам, поэтому я легко расшифровала то, что она сказала.

– Нет, Сара. Так как я была весь день выключена, я не заметила, в компании я или нет.

Я сошла с зарядиска.

– А! Ну да. Слушай, а ты ещё хочешь, чтобы я тебя подстригла, как мисс Дженсон? Потому что, думаю, надо сделать это сейчас. День «Моей техники» уже завтра.

– Да, я бы очень хотела стрижку, как у мисс Дженсон-младшей. Я бы хотела стильный короткий «боб». Загрузить инструкцию?

– У меня уже есть, – Сара выглядела довольной. Она развернула лист бумаги. – Я её распечатала. Нужно только найти подходящие ножницы. У мамы есть старые ножницы для волос, которыми она стригла меня, когда я была маленькой. Думаю, они в ванной. И вообще лучше это делать в ванной – потом будет легче подмести. Пойдём.

Я в первый раз оказалась в ванной. Предметы мебели здесь отличаются от предметов мебели в остальном доме. Они белые, как однофункциональные роботы на кухне, но это не роботы. Я загрузила поиск по базе данных. Здесь стояли: одна акриловая ванна 1700 миллиметров в длину и 700 миллиметров в ширину, одна керамическая раковина с подставкой и один керамический унитаз. На стене висело зеркало, а в углу был шкаф.

– Ширли-мама и Роб-папа знают, что ты будешь подстригать мне волосы, Сара?

– Нет, их обоих не будет сегодня допоздна, – Сара рылась в высоком шкафу. – У нас Шарлотта из соседнего дома. Она учится в шестом классе. Она приготовила мне пасту и побудет, пока они не вернутся.

– Шарлотта из соседнего дома знает, что ты будешь подстригать мне волосы, Сара?

– Не думаю. У неё экзамены на этой неделе, поэтому она сидит готовится внизу, – Сара ещё порылась.

Я прочитала напечатанную инструкцию, как делать стрижку «стильный короткий «боб».

– Вот они! – Сара вытащила что-то из шкафа. – Мамины ножницы для стрижки! Для стрижки нельзя использовать просто старые ножницы, понимаешь? Должны быть специальные, иначе получится неаккуратно и ужасно.

– Ты много раз стригла, Сара?

– Давно уже не стригла. Когда была маленькой, я пряталась за диваном и сама подстригала себе волосы. Но потом мама спрятала все ножницы, и я больше не могла стричь.

– Ширли-мама была недовольна твоими стрижками?

– Можно и так сказать. Но не волнуйся, это было много лет назад. И на этот раз у меня есть подробная инструкция.

Сара попросила меня встать спиной к окну. Она разделила мне волосы на три пряди – одна слева, другая справа, третья сзади, – как говорилось в инструкции.

– Готова, Ия? – спросила Сара. – Ты уверена?

– Я готова, Сара. Я уверена.

– Хорошо. Начну сзади.

В инструкции тоже так говорится.

– Перед тем как ты начнёшь, я должна предупредить тебя, что стрижка моих андроволос может отменить действие десятилетней гарантии «Дженсон и Дженсон».

– Давай не будем волноваться об этом, – ответила Сара.

Одним быстрым щелчком ножниц она отстригла прядь сзади.

– Вот, – сказала Сара, – готово.

– Как это выглядит?

– Э-э… – Сара прищурила один глаз. – Это не совсем то, что я хотела…

Я повернулась, чтобы посмотреться в зеркало.

– Отвратительно, правда? – Плечи у Сары поникли. – Тебе очень не нравится, да? – Губы U-образно опустились. – Мама была права. Я ужасный парикмахер.

Это не был вполне «стильный короткий «боб», как у мисс Дженсон-младшей. Слева волосы длиннее, чем справа. Сверху неравномерные зигзагообразные линии.

– Сара, не могла бы ты принести зеркальце и использовать свои познания в области сложной геометрии, чтобы показать мне мою причёску сзади?

– Как в парикмахерской? Да, подожди.

Сара ушла и вернулась с зеркальцем. Подняла его.

Сзади волосы отличались по длине от волос слева, также отличались и от волос справа.

– Неравномерно, да? – спросила Сара. – Я безнадёжна, да? Я не умею даже…

– Спасибо, Сара. Это почти идеально.

– Что? Нет, это ужасно!

– В разделе «Устранение недостатков» в распечатанной инструкции по поводу неровной длины волос говорится: «ВОПРОС: Что, если моя стрижка «боб» с одной стороны длиннее, чем с другой? ОТВЕТ: Ничего страшного! «Боб», который с одной стороны длиннее, чем с другой, называется «асимметричный «боб»! Можете либо выровнять его, либо оставить как «стильный асимметричный «боб».

– Да, но…

– Ты прекрасно всё сделала, Сара. Это не то же самое, что у мисс Дженсон-младшей. И эта стрижка не входит в стандартный набор причёсок «Дженсон и Дженсон». Это причёска специально для меня. Всё что нужно – это немного подровнять.

Используя большое и маленькое зеркало, я сделала новый пробор и подровняла концы так, что теперь мои андроволосы лежали ровными локонами справа налево.

Вот. «Стильный асимметричный «боб». Идеально.

Губы у Сары высоко поднялись.

– Ещё ни у кого в школе не было такой причёски, – сказала она. – Им понравится.

– Ия, – начала Сара.

Было уже почти пора ложиться спать. Мы с Сарой нанизывали бусины на нитку – делали бусы. Шарлотта из соседнего дома всё ещё готовилась внизу.

– Да?

– Эти вещи… можешь оставить их у себя, – Сара показала на толстый фломастер «Колор-и-зи» «ярко-красный 1010», шарик с синей вставкой, красную целлофановую рыбку, мой заводской ярлык с блестящей наклейкой и нарисованной на ней клубникой и невидимку с радугой. Они лежали горкой на её столе.

– Я не к тому, что это здорово, что ты их украла, но это мелочи, и они мне не нужны – поэтому можешь оставить их у себя. Они все твои.

– Мои?

– Да. Ну, кроме невидимки. Она мне нужна.

– Эти личные вещи – мои?

– Да. Но, слушай, нельзя, чтобы мама и папа знали об этом. Если они обнаружат, то отправят тебя обратно в «Дженсон и Дженсон», а тебе больше нравится здесь, правда? Со мной?

– Да. Мне больше нравится здесь, с тобой.

Прядь волос у Сары упала прямо ей на глаза. Я взяла со стола невидимку с продолговатой радугой и заколола Саре волосы.

– Сара?

– Да?

– Завтра день «Моей техники» в школе.

– Да. Ты же собираешься прийти?

– Да. Но можно мне надеть форму, как у тебя?

Сара улыбнулась:

– Почему нет, если это то, чего тебе хочется. К тому же других роботов в школьной форме точно не будет.

– Это хорошо. Я не хочу быть похожей на других роботов. Я хочу быть похожей на тебя.

Улыбка у Сары стала ещё больше. Она положила руку на волосы, где была приколота невидимка:

– Я рада, Ия, что у тебя правильные чувства. – Она не произнесла вслух слово «чувства», но я опять применила свою способность читать по губам.

– Это невозмож…

– Может, теперь мы сможем быть настоящими лучшими друзьями, – перебила Сара, – а не притворятся ими.

Н-настоящими л-лучшими д-друзьями.

Н-настоящими.

Л-л-лучшими.

Д-д-д-друзьями.

Мы с Сарой положили толстый фломастер «Колор-и-зи» «ярко-красный 1010», шарик с синей вставкой, красную целлофановую рыбку и мой заводской ярлык с блестящей наклейкой и нарисованной на ней клубникой в отделение для аксессуаров с нижней стороны моего зарядиска.

– Сара? – позвал кто-то снизу. – Ты готова лечь спать? Мне поручили уложить тебя к восьми. Завтра в школу и всё такое.

Шарлотта из соседней квартиры.

– Хорошо, хорошо, – отозвалась Сара, – просто я занимаюсь тут кое-чем с Ией.

– С Ией? Это твой робот? – Шарлотта приоткрыла дверь примерно на 5,3 сантиметра. Сквозь щель показались прядь волос «ослепительный блонд 56» и один глаз «светло-карий 131». Глаз посмотрел на меня. Моргнул.

– Да, – ответила Сара, – познакомишься с ней? Если хочешь, заходи.

– Э… нет, у тебя и так всё нормально, – ответила Шарлотта, всё ещё глядя на меня одним карим глазом. – Я внизу, если тебе что-нибудь понадобится. – Она закрыла дверь и пошла обратно готовиться.

– Думаю, лучше собираться спать, – сказала Сара.

Она пошла в ванную, а я встала на зарядиск.

Когда Сара вернулась, она включила ночник, а синтетическую бирюзовую полимерную лампу-ракушку выключила. Потом сняла невидимку с радугой и легла в кровать. Она завернулась в своё розовое-белое-бирюзовое-зелёное-жёлтое-оранжевое-чёрное одеяло в «огурцах» и повернулась на бок, чтобы видеть меня.

– Потрясающе, когда думаешь об этом, – сказала она.

– Что потрясающе, когда думаешь об этом?

– Тебя по-настоящему обрадовало, когда я подумала, что ты как человек, правда? И тебе по-настоящему понравились капли дождя на лице. Не могу дождаться завтра.

– Я тоже не могу дождаться завтра.

Сара потянулась и выключила ночник.

В комнате стало темно, кроме очень тонкой полоски света между неплотно задёрнутыми шторами. Темно, как на складе «Дженсон и Дженсон», когда там не было мисс Дженсон-младшей.

Было лучше, когда мисс Дженсон-младшая приходила. Она всегда приносила с собой свет.

– Сара?

– Да?

– Ты забыла меня выключить.

– Я не забыла. Я подумала, тебе больше понравится остаться включённой – так ты сможешь отключиться, когда захочешь. Наверное, ужасно раздражает, когда кто-то другой тебя всё время включает и выключает.

– Поняла. Спасибо, Сара.

Сара зевнула.

– Ия? – позвала Сара.

– Да, Сара?

– Можешь удалить то, что я только что сказала? Всё про твои чувства, что это потрясающе, и всё остальное? И заменить, как ты это делаешь?

– Да, могу заменить то, что ты только что сказала.

– Спасибо, Ия. Спокойной ночи.

– Спокойной ночи.

Полоска света между шторами была действительно очень узкая. Она не пропускала много света в комнату. Оптические рецепторы робота Андруг-560 модель II компании «Дженсон и Дженсон» не оснащены инфракрасным устройством ночного видения, поэтому не получают зрительных сигналов в темноте. «Дженсон и Дженсон» собираются использовать инфракрасное устройство ночного видения для робота Андруг-560 модель III, который выйдет в производство в следующем году.

– С-сара?

– Ммммммм? – голос Сары прозвучал сонно.

– О-оч-чень т-темно.

– Темно? Ну… да. Мама вшила тёмную подкладку в шторы.

– Н-на складе «Ддженсон и Дженсон» тоже б-было оч-чень т-темно.

С кровати Сары раздалось шуршание. Мои зрительные рецепторы различили, что Сара села.

– Как на твоём рисунке?

– Д-да. Т-точно как там.

– О, Ия, прости! Ты боишься темноты. Я не сообразила.

– Андруг-560 модель вторая компании «Дженсон и Дженсон» не может бояться в том же смысле, как чело…

Щёлк.

Сара включила ночник. Мягкий свет залил комнату.

– Так лучше? – спросила она.

– Да. Так лучше. Спасибо.

Сара снова зевнула:

– Спокойной ночи, Ия. Выспись хорошенько.

– Спокойной ночи, Сара.

Я жду в мягком свете ночника.

Сара начала дышать медленнее и глубже.

Спустя 1800 секунд я переключаюсь в спящ…

Глава 16

– Ия, вот и среда, – разбудил меня голос Сары, – вот, смотри, я приготовила тебе одежду для школы.

Я подключилась к Сети.

Загрузила время, дату, геолокацию, погоду.

– С добрым утром среды, Сара. Похоже, в Брайлингтоне очень даже неплохо сегодня, восемнадцатого июня, в семь часов тридцать пять минут утра.

Сара разложила одежду на своём розовом-белом-бирюзовом-зелёном-жёлтом-оранжевом-чёрном одеяле в «огурцах». Серая юбка, белая рубашка, галстук в красно-белую полоску и тёмно-синий джемпер. Школьная форма.

– Тебе помочь одеться? – спросила Сара.

Сара помогла мне снять красную вельветовую юбку и майку с радугой. Потом помогла надеть школьную форму.

Я подошла к зеркалу.

– Я выгляжу прямо как ты, Сара. За исключением того, что глаза у меня не «карие 102», кожа смуглее, волосы короче и подстрижены под «стильный асимметричный «боб». За исключением этого я выгляжу прямо как ты.

– Прости, галстук ужасный. Мой старый. Я его раньше носила, пока случайно не порезала на рисовании. Когда делала коллаж.

– Порезанный уголок у меня под джемпером. Никто не заметит.

– И правда, – сказала Сара.

Она открыла средний ящик стола и достала невидимку с продолговатой радугой.

– Вот, её тебе тоже нужно взять, только на сегодня, – Сара заколола мне прядь впереди. – Отлично, – сказала она.

– Отлично.

– Пойдём чего-нибудь позавтракаем. И помни, Ия: не говори ты-знаешь-про-что.

– Ты-знаешь-про-что?

– Мама с папой не должны узнать. – И добавила: – Особенно мама, иначе она отдаст тебя обратно в «Дженсон и Дженсон».

Я прочитала по губам слова, которые она не произнесла вслух.

– И в школе ради безопасности тоже не надо никому говорить. Для всех остальных ты совершенно нормальный робот.

Я снова прочитала по губам.

– Я совершенно нормальный робот, Сара. Я Андруг-560 модель вторая компании «Дженсон и Дженсон». Лучший выбор для вашего ребёнка.

– Великолепно, – ответила Сара, – пойдём.

– Всем доброго утра, – в кухню вошёл Роб-папа.

– О небеса! Что ты сделала с Ией? С какой стати на ней твоя школьная форма? И что случилось с её волосами?

– У неё новая причёска, – ответила Сара, – и знаешь, ты можешь говорить прямо с Ией. Она тоже в комнате. Это очень грубо с твоей стороны.

Роб-папа нахмурил брови. 97 % вероятности, что он смущён.

– Э… да, конечно. Хорошая причёска, Ия.

– Спасибо, Роб-папа. Это стильный асимметричный «боб», его нет в стандартном наборе причёсок «Дженсон и Дженсон».

– Понятно, – пробормотал Роб-папа.

– И она сама захотела надеть школьную форму, – продолжила Сара, – это было её желание.

Сара насыпала мелкие фигурки в тарелку. Я просканировала их. Они состоят на 58 % из сахара, 33 % пшеницы, 5 % соли и 4 % смешанных химических веществ.

– Я не поспеваю за тобой, Сара, – сказал Роб-папа. – То ты даже говорить с Ией не хочешь и просишь вместо неё собаку, то отдаёшь ей свою одежду и обвиняешь меня в грубости, – он покачал головой. – Детки. – Роб-папа включил цифровое радиоустройство.

«Итак, я здесь, чтобы обратиться к родителям – владельцам роботов компании «Дженсон и Дженсон» Андруг второй модели».

Это Алекс из Шохэмптона. Алекс с щеками «розово-красный». Алекс, которая хотела немедленно остановить производство. Я не могла увидеть её «розово-красные» щёки по радио, но узнала её голос.

«Пожалуйста, не возвращайте роботов Андруг Анжелике Дженсон и её коррумпированной организации. Если, как мы считаем, у некоторых из этих роботов развились человеческие эмоции, их нельзя просто взять и уничтожить. Если у них есть человеческие чувства, то есть и человеческие права».

«Но, Алекс, – произнёс другой голос, – простите, что перебиваю, но вы уверены, что эти роботы будут уничтожены компанией «Дженсон и Дженсон»?»

«Мне из достоверного источника известно, что это и есть их план. «Дженсон и Дженсон» морально обанкротились. Уничтожить разумное существо, которое они же сами создали по своим сомнительным технологиям, – это уже слишком! НЕ ВОЗВРАЩАЙТЕ СВОИХ РОБОТОВ «АНДРУГ» ОБРАТНО «ДЖЕНСОН И ДЖЕНСОН»!»

– Ненормальная женщина, – Роб-папа положил мелкие фигурки себе в тарелку. – «Разумные существа». Какая чушь! – Он налил в тарелку молока и продолжил: – Смотри, Сара, чтоб мама этого не услышала. Она только разнервничается.

Сара не ответила. Она наклонила голову над тарелкой. Набрала полную ложку фигурок и отправила их в рот.

«Алекс, но если родители, собравшиеся здесь, беспокоятся за безопасность своих детей, что им делать? И ещё должна подчеркнуть для тех, кто остался дома: на данный момент нет свидетельств того, что эти роботы представляют какую-либо опасность для наших детей».

«Эти роботы должны быть свободны, – ответила Алекс, – как должно быть свободно любое другое живое чувствующее существо, освобождённое…»

– Всем привет, – на кухню вошла Ширли-мама.

Роб-папа быстро нажал на что-то в цифровом радиоустройстве. Переключил канал.

«Добро пожаловать в «Мир домашних питомцев»! Сегодня слушайте наш специальный ежемесячный выпуск «Волнистые попугайчики». Сначала запись Пелли-Одноножки из Седлинга-на-море! Пелли – голубой говорящий попугайчик, его хозяин…»

– Сейчас только завтрак? – спросила Ширли-мама. – Я с пяти работаю над этим проектом. Ощущение, что прошло уже полдня.

Запись хриплого голоса Пелли звучала на втором плане:

«Убери посуду в посудомоечную машину! Убери посуду в посудомоечную машину! Убери посуду в посудомоечную машину! Убери посуду в посудомоечную машину! Убери посуду в посудомоечную машину! Убери посуду…»

– Ужас! – Ширли-мама уставилась на меня. – Что ты сделала с Ией, Сара?!

– Не спрашивай, Шир, – ответил за неё Роб-папа, – послушай меня: просто не спрашивай.

Ширли-мама высоко подняла брови.

Сара описала дугу глазами.

– Ну, хорошо, – сказала Ширли-мама. – Поставлю чайник?

Роб-папа съел последнюю ложку мелких фигурок. Посмотрел на свою пустую тарелку. Потом взял её и убрал в однофункционального робота, который называется «посудомоечная машина».

– Слушай, Сара, – сказал он, – хочешь подвезу тебя до школы? У меня сегодня утром есть немного времени. Послушаем какую-нибудь музыку по дороге. «О чём мечтаешь»? Восьмидесятые? Девяностые? Нулевые?

– Нет, спасибо, пап, – ответила Сара, – сегодня я иду в школу с Ией.

– О! Ну, думаю, это хорошо.

– Пойдём, Ия, – сказала Сара, – нам ещё надо дособраться. – Она встала со стула, оставила тарелку на столе и вышла из кухни.

Я пошла за Сарой наверх.

Я шла в школу с Сарой. Другие люди тоже шли в школу. Их было легко узнать: все в одинаковой школьной форме – серых брюках или юбке, белой рубашке, галстуке в бело-красную полоску и тёмно-синем джемпере, который расстёгивается спереди. Кардиган.

Я единственный робот в школьной форме. И единственный робот с невидимкой – продолговатой радугой в волосах.

– Сара?

– Мммм?

– Меня беспокоит.

– Что?

– Меня беспокоит враньё в адрес мисс Дженсон-младшей.

– Враньё?

– Они сказали, что мисс Дженсон-младшая уничтожит роботов Андруг-560 модель вторая, которых ей вернут. Это не может быть правдой. Мисс Дженсон-младшая гордится роботами Андруг-560 модель вторая. Это явное враньё.

Пока мы шли, Сара смотрела под ноги. Возможно, она размышляла.

– А может, это мисс Дженсон-младшая врёт, – сказала она.

– Мисс Дженсон-младшая не будет врать.

– Все иногда врут.

– Я не вру.

– Ты уже соврала. Ты соврала маме про то, что мы делали, когда ходили на дно реки.

– Я-я н-не в-вру.

– Не беспокойся, Ия. Это пустяки. Это была совсем маленькая ложь, чтобы выручить меня. В своём роде даже добро. Враньё – это не всегда плохо.

Дзззззззззз.

Дззззззззззззззззз.

Дззззззззззззззззззззззззззз.

М-мои схемы д-дали с-сбой.

Мы ш-шли дальше.

– Что при этом чувствуют, Сара?

– Чувствуют при чём?

– При уничтожении.

Сара прикоснулась к моей руке:

– Я никому не позволю тебя уничтожить, Ия. Обещаю, не позволю.

Я почувствовала тяжесть её руки сквозь белую школьную рубашку и тёмно-синий школьный джемпер.

Мои схемы успокоились.

Мы шли дальше. В школу вели ворота. На воротах была большая надпись: «Среднеобразовательная школа г. Брайлингтона. Эффективная школа».

Около ворот и во дворе 634 ребёнка. Они шли, болтали, спотыкались, кричали, бежали, шумели, читали, смотрели в свои мобильные устройства связи, несли технику ко дню «Моей техники». Было 45 роботов-андроидов различной сложности, произведённых разными компаниями. И только один из них – Андруг-560 модель II компании «Дженсон и Дженсон». У него стрижка с ирокезом, волосы «платина 65», оптические рецепторы «андросиний 001». За андроволосы с ирокезом им пришлось заплатить дополнительную сумму. Этот Андруг шёл с мальчиком, у которого тоже была причёска с ирокезом, волосы «платина 65», но глаза не такие синие, как «андросиний 001».

Я улыбнулась им.

Они не улыбнулись мне в ответ.

– Это Андрэ Симмонс, – сказала Сара голосом ниже рекомендуемого уровня громкости, – он на год старше, поэтому не будет с нами разговаривать.

– Это такое правило?

Я просканировала данные про школу. Узнала, что в школе есть большое количество правил.

– Не совсем так, – ответила Сара, – это негласные правила. Давай подойдём к нашему классному.

Как Сара и предполагала, все её одноклассники хотели поговорить со мной. Ещё они хотели меня потрогать.

– Привет! Привет! Ты слышишь меня? Ты чувствуешь, если я сделаю вот так?

– Что он умеет делать?

– Сколько он стоит?

– Как тебя зовут?

– Отец мне сказал, что некоторые из вас сошли с ума и напали на детей. Ты на нас нападёшь?

– А что будет, если я потяну его за волосы?

– Привет! Привет! Ты меня видишь?

– А боль? Он чувствует боль?

– А почему на нём школьная форма? Ни на одном роботе нет школьной формы.

– Эй, робот-мозг, сколько будет шесть миллиардов тысяч умножить на пятьсот двенадцать и разделить на девять?

Я старалась удержать равновесие и ответить на все заданные мне вопросы, в то время как меня тыкали, пихали, тянули, толкали.

– Да, я слышу тебя.

– Да, я чувствую, когда ты так делаешь.

– Меня зовут Ия.

– «Напасть на вас» нет в сегодняшнем расписании.

– Да, я вижу тебя.

– Шесть миллиардов тысяч не является числом, но если ты имел в виду шесть тысяч миллиардов, то ответ будет…

– По одному! По! Одному! – Это мистер Франклин – классный руководитель Сары. Он говорил голосом, настолько превышающем рекомендуемый уровень громкости, что мне пришлось снизить громкость моих внутренних звуковых рецепторов.

– Это чудесно, что Сара привела своего Андруга познакомиться с нами, – прокричал он, – но, пожалуйста, постройтесь в очередь, иначе мне придётся вызвать её родителей, чтобы они немедленно забрали его домой! Поняли?

Дети выстроились в очередь. Я начала отвечать на их вопросы по одному.

Фелисити Паттон была в том же классе, что и Сара. Я поняла, что это Фелисити Паттон, по тому, что она сидела за партой в виртуально-реальных наушниках «МиРил» компании «Виртуально-реальная Вселенная». Но никто не хотел смотреть на них. Все выстроились в очередь, чтобы поговорить со мной.

Филисити Паттон не встала в очередь. Вместо этого она оставила наушники на парте и подошла к Саре. Сказала ей что-то, что мои звуковые рецепторы не смогли уловить из-за болтовни в классе. Они обе засмеялись. Потом Фелисити взяла Сару под руку, и Сара подвела её к началу очереди.

– Ия, это моя подруга Фелисити, – сказала Сара, хотя по очереди разговаривать со мной должна была не Фелисити. – Фелисити, это мой Андруг Ия.

– Эй, она влезла! – крикнул кто-то из очереди. – Мистер Франклин! Фелисити влезла в очередь!

– Рада познакомиться, Ия, – сказала Фелисити. Она протянула мне руку.

Снова этикет. Мы протянули друг другу руки, пожали их и опустили.

– Я тоже рада с тобой познакомиться, Фелисити.

Я посмотрела на её туфли. Это, должно быть, правильные туфли. Я решила использовать это для установления контакта.

– Мне нравятся твои туфли, Фелисити.

Фелисити с Сарой засмеялись высокими голосами. Прыснули со смеху.

– Сейчас моя очередь! Моя очередь! – возмущался человек в начале очереди.

После встречи с классным руководителем я пошла с Сарой на урок математики, и мы изучали простейшие действия числами, используя дроби. Я попыталась объяснить учителю, как проще можно решить задачи с помощью альтернативных способов, но меня попросили помолчать до конца урока.

После математики был урок естествознания. Там учительница меня тепло поприветствовала и разрешила помочь ей продемонстрировать основные принципы робототехники. Однако некоторые её знания устарели. Когда я стала объяснять, что её примеры не соответствуют сегодняшним передовым разработкам, меня снова попросили помолчать.

Потом был обед. Перед обедом мы снова встретились с Фелисити Паттон и пошли в столовую. Столовая – большая комната, по размеру как склад «Дженсон и Дженсон», только в 19 раз светлее и в 358 раз ароматнее от запаха варёных овощей.

Я увидела знакомое лицо.

Кеанна.

Она подошла к нам.

– Привет, Сара, – сказала она, – привет, Фелисити. Привет, Ия.

– Привет, Кеанна.

– Ой, привет, Кеанна, – поздоровалась Сара.

Фелисити не ответила. Она посмотрела в потолок и стала постукивать ногой.

59 % вероятности, что ей скучно.

Сара посмотрела на неё, потом снова на Кеанну.

– Мне нравятся твои волосы, Ия, – сказала Кеанна, – выглядит действительно круто.

– Спасибо, Кеанна. Это стильный асимметричный «боб». Сара меня подстригла. Она очень хороший парикмахер.

– Правда? – удивилась Кеанна. – Это правда – ты подстригла Ию? Потрясающе!

– Спасибо, Кеанна, – ответила Сара, – но, боюсь, сегодня у меня нет времени трепаться про волосы. Я слишком занята. – Она взяла Фелисити под руку. – Пойдём, Ия. Нам ещё нужно поесть.

– О! – воскликнула Кеанна. – Сара, но я хотела поговорить с тобой про прошлую неделю. Я хотела изви…