Текст книги "Тайна балета «Щелкунчик»"

Автор книги: Кэролайн Кин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 8 страниц)

ТЕМ ВРЕМЕНЕМ…

– Шейна! Что с тобой? – спросил Лоренс, обняв испуганную танцовщицу.

Глаза Шейны наполнились слезами.

– Со мной ничего, – ответила она дрожащим голосом. – Но когда я пришла в костюмерную померить костюм, я увидела, что он валяется р углу. – Шейна снова показала платье Феи Драже.

Кривые линии зигзагами протянулись по его корсажу, а воздушная тюлевая юбочка была оторвана от его верхней части.

– Его изрезали очень острыми ножницами, – сказала Нэнси, перебирая пальцами испорченный костюм.

– Что тут происходит? – позади Нэнси появилась мадам Дюгран. Увидев костюм, она вскрикнула: – Шейна! Твой прелестный костюм! Кто мог такое сделать?

– Ее костюм? – раздался дрожащий голос. – Что-нибудь случилось с ним?

Обернувшись, Нэнси увидела миссис Воласки, которая выходила из зала «А», держась, чтобы не упасть, за руку Мишель Эдварде. На Мишель была надета ночная рубашка Клары. Один ее рукав только что был приколот. Следовавшая за ними Бесс несла сантиметр и подушечку с булавками.

Когда миссис Воласки доковыляла до Шейны, ее лицо побледнело. Протянув руки, она осторож-цо забрала у Шейны изрезанное платье.

– Весь мой труд погиб, – сказала она печально.

Мадам Дюгран обняла миссис Воласки за плечи.

– Ах, Гертруда, мне так жаль!

Мишель расплакалась и бросилась к Шейне.

– Что ты теперь будешь делать? Ведь ты не сможешь танцевать Фею Драже и…

– Успокойся! – вмешалась Бесс. Она нагнулась и одной рукой обняла Мишель. – Не падай духом. Миссис Воласки и я – волшебницы и сошьем твоей сестре новый костюм.

– Правда? – спросила Мишель, все еще плача.

– Конечно, правда, – ответила Бесс. Но когда Нэнси посмотрела на седовласую костюмершу, у нее возникли сомнения, сможет ли старая женщина сделать такое. Ее опущенные плечи говорили о полном отчаянии.

– Это направлено против меня, – сказала миссис Воласки, посмотрев на директрису. – Все знают, что я потратила несколько недель, придумывая и создавая этот костюм.

– Нет, вы ошибаетесь, – с горечью сказала Шейна. – Это делается назло мне;– Она посмотрела прямо на Лоренса. – Думаю, это сделал ты, чтобы насолить мне. Ты и Дарси.

– Минутку, – возразил Лоренс. – Мне надоело быть злодеем. Этот спектакль так же важен и для меня. Зачем мне срывать его?

Тут вмешалась Джорджи:

– А затем, что вы оба, ты и Дарси, завидуете Шейне.

– И только тебя и Дарси весь вечер не было на празднике, – добавила Бесс. – Может, это именно вы залезли в школу и врезались в нашу машину.

Лоренс густо покраснел.

– Какая ерунда! Хотите знать, что мы с Дарси делали прошлым вечером?

– Хотим, – тихо ответила Шейна.

Все выжидающе посмотрели на Лоренса. Какую-то секунду он обводил взглядом их лица. А потом вздохнул.

– Ладно. Я не хотел ничего говорить, потому что дал слово Дарси. Она боится того, что может произойти и… – Лоренс заколебался. – И чувствует себя… как бы неловко.

– Извините, – вмешалась миссис Воласки. – Но я лучше пойду вниз и поработаю над костюмом Шейны. Может, юбочку еще можно спасти, а корсаж я пришью от другого костюма и… – Повернувшись, она стала спускаться по лестнице, что-то бормоча.

– Не знаю, почему вы так злитесь на Дарси, – вдруг сказала Мишель. – Она ведь все еще дома. Папа привезет ее позднее. Она никак не могла изрезать костюм.

Шейна вздохнула.

– Ты просто ничего не понимаешь, Мишель.

– Я, пожалуй, тоже пойду, надо закончить подгонку костюма Мишель, – сказала Бесс. Взяв младшую девочку за руку, она повела ее обратно в зал «А».

– Продолжай, Лоренс, – попросила Шейна. Ее голос немного дрожал. Он поднял руку.

– Знаешь, это нелегко. Я чувствую себя так, будто предаю Дарси.

– Но кто-то должен наконец объяснить, что происходит, – потребовала Нэнси. – Через четыре дня генеральная репетиция. Тот, кто стремится сорвать спектакль, готов пойти на все.

Лоренс покачал головой.

– Я только могу рассказать вам, что произошло, и, надеюсь, вы для разнообразия поверите мне.

– Я тебе поверю, – пообещала директриса, похлопав его по руке. – Ты мне как сын, и я не могу себе представить, что ты способен сделать мне какую-нибудь гадость.

– Спасибо, – Лоренс благодарно ей улыбнулся, а затем посмотрел на Шейну.

Мадам Дюгран попросила всех пройти к себе.

– Пожалуй, лучше поговорить у меня в кабинете, – предложила она.

Как только они вошли в кабинет, Лоренс глубоко вздохнул и сказал:

– Ладно. Признаюсь, что, когда Шейна вернулась и мадам Дюгран попросила ее помочь с хореографией, я здорово рассердился. Попытался даже сделать так, чтобы на репетициях у Шейны все выглядело плохо. В общем, вел себя по-дурацки, о чем сейчас очень сожалею. А когда Шейна чуть не упала, я вдруг осознал, чем это может кончиться. – Он посмотрел на Шейну, как бы извиняясь. – Теперь я понимаю, что ты просто старалась сделать постановку «Щелкунчика» удачной, а вовсе не собиралась навредить мне.

– А что Дарси? – подсказала ему Нэнси.

– Дарси действительно была в бешенстве, – продолжал Лоренс. – Она убедила себя, что партию Феи Драже должна танцевать она. И… – он покраснел, – убедила себя также в том, что у меня с ней особые отношения. Когда я увидел, как сходит с ума Дарси, как она старается отбить у всех охоту участвовать в спектакле, я попытался образумить ее.

Нэнси кивнула.

– Но она ничего не хотела слышать.

– Да нет, она слышала, – ответил Лоренс, проводя рукой по своим светлым волосам. – Она даже призналась, что зарядила снежную машину мыльными хлопьями и запустила ее. Думала, что это создаст массу трудностей. Когда же услышала, что мадам Дюгран упала, она здорово испугалась.

– Ну а как насчет тебя и Дарси? – неуверенно спросила Шейна. Нэнси заметила, что лицо танцовщика залила густая краска.

– Вчера вечером перед началом праздника я сказал ей, что мы только добрые друзья, – тихо произнес Лоренс, не отрывая глаз от Шейны. – Наверное, Дарси думала иначе и отнеслась к этому очень болезненно.

Мадам Дюгран со вздохом опустилась на стул.

– Наверное, я сама во всем виновата. Можно было раньше догадаться, как себя чувствует Дарси, и поговорить с ней.

Нэнси нахмурилась и принялась ходить взад и вперед по тесному пространству кабинета.

– Нет, мадам, это не ваша вина. У вас много других забот. Кто-то постарался, чтобы у вас их было еще больше. Пожар, порванные костюмы, украденные елочные игрушки, падения Шейны, отмена печатания программок. – Остановившись перед Лоренсом, она внимательно посмотрела на него. – Ты говоришь, что., за исключением снежной машины, Дарси больше ни в чем не виновата?

Лоренс кивнул.

– Я в этом уверен.

– Тогда нам нужно вместе взяться за поиски того, кто несет ответственность за все остальные происшествия. – Теперь Нэнси сочла необходимым рассказать мадам Дюгран, Шейне и Лоренсу о мотосанях.

Лоренс присвистнул.

– Ничего себе! Кто-то уже не шутит.

– Я думаю, – сказала Нэнси, – что тут замешаны двое. Кстати, вот еще почему я подозревала тебя и Дарси.

Директриса подняла руки.

– Может быть, нам стоит отменить спектакль. Тогда никто не пострадает.

Нэнси отрицательно покачала головой.

– Именно этого добиваются преступники.

– Что здесь происходит? – послышался пронзительный голос. Все головы повернулись к двери. На пороге стояла Дарси и с удивлением смотрела на присутствующих в комнате людей.

Потом ее взгляд остановился на Лоренсе.

– Ты им все, конечно, рассказал? – обвиняющим тоном спросила она. По ее щекам потекли слезы. – Я тебя ненавижу! Ненавижу; всех вас! – Она резко повернулась, но Шейна успела подбежать к ней и схватить за руку.

– Дарси, остановись! Хватит с нас злости и зависти. Лоренс должен был все рассказать. Нам нужно было знать, что ни он, ни ты не причастны к тем ужасным происшествиям, которые здесь случились.

– А я причастна, – зарыдала Дарси. – Но я не хотела никому причинить зла. Просто… Просто я так злилась на всех. И думала, что все меня ненавидят.

– Успокойся. – Мадам Дюгран достала из кармана кусок марли и подошла к Дарси. – Я тебя ни в чем не виню, моя девочка. Если бы такое случилось со мной, я тоже была бы расстроена.

Нэнси вспомнила рассказ директрисы о Грейс Тернер. Хорошо бы получить после обеда это возрастное фото. У нее было предчувствие, что старое фото содержит важную улику.

Дарси громко высморкалась, а Шейна обняла ее за плечи.

– Ну как, – спросила она, – тебе стало легче? Дарси кивнула.

– Я знаю, времени осталось мало, – сказала директриса с хитринкой во взгляде. – Но поскольку ты уже разучила всю партию, может, станцуешь Фею Драже на одном из утренников? Конечно, если ты, Шейна, не возражаешь, – добавила она поспешно.

Обе сестры согласно кивнули. Дарси обняла мадам Дюгран.

– Простите, что причинила вам столько беспокойства.

– Никакого беспокойства, дорогая. – Мадам Дюгран погладила каштановые волосы девушки. Лоренс удовлетворенно вздохнул.

– Теперь, когда все разрешилось, что нам делать дальше? – И он посмотрел на Нэнси.

– Вернуться к работе над «Щелкунчиком», – ответила Нэнси. – Добиться того, чтобы это был лучший спектакль, когда-либо поставленный балетной школой. Но, – предупредила она, – не забывайте – мы все в опасности.

Утро понедельника Нэнси провела дома. Позвонив по телефону в балетную школу и удостоверившись, что там ничего необычного не происходит, она занялась чтением газет, а потом не спеша позавтракала.

Но время шло, и Нэнси стала испытывать беспокойство. Ей не терпелось посмотреть на обработанную фотографию. Когда она вторично позвонила Мак-Гиннису, тот рассмеялся.

– Будет готово через час, – заверил он ее. – Техник оставит конверт у дежурного.

Нэнси позвонила Бесс и Джорджи, быстро съела ленч, потом заехала за своими двумя подругами, и они отправились в полицейский участок. После разговора с начальником полиции прошел ровно час. Войдя в участок, девушки направились прямо к дежурному.

– Мы пришли за фотографией, – сказала Нэнси дежурному сержанту.

– Вы, наверное, Нэнси Дру, – ответил он, доставая конверт размером десять на восемь дюймов и протягивая его Нэнси.

– Скорее вскрой его, Нэнси, – поторопила ее Бесс.

Нэнси вытащила из конверта две фотографии и положила их рядом на столе сержанта. Одна из них была увеличенным фото Грейс Тернер тридцатипятилетней давности. Вторая – компьютерной разработкой.

Девушки молча рассматривали постаревшую женщину. Компьютер наградил ее завитыми седыми волосами, впавшими щеками и морщинами под глазами.

– Кто это, по-вашему? – спросила Джорджи. Нэнси задумалась.

– Старая Грейс Тернер немного похожа на молодую. Она не напоминает мне никого, но ведь наша преступница могла изменить свою внешность.

Тут у Нэнси возникла идея. Она возбужденно повернулась к дежурному сержанту и попросила у него карандаш.

– Давайте кое-что попробуем, – сказала она и быстро принялась рисовать на фотографии. Дорисовала очки, вместо завитков – пряди прямых волос и мешки под глазами.

Бесс, наклонившись, смотрела на исправленную фотографию.

– Не может быть! – воскликнула она через секунду. – Как похожа на миссис Воласки!

– Боюсь, что так, Бесс, – откликнулась Нэнси. – Очень возможно, что миссис Воласки и есть Грейс Тернер – единственный враг, который когда-либо был у мадам Дюгран.

ЗВЕЗДА В ОПАСНОСТИ

– Подожди минуту, – в смятении попросила Бесс. – Миссис Воласки и есть Грейс Тернер? Но это безумие. Ей около семидесяти лет. А Грейс Тернер должна быть того же возраста, что и мадам Дюгран.

Нэнси крикнула.

– Очень хитро придумано, не правда ли?

– Значит, все это притворство, – сказала Джорджи. – Хромота, палка, сутулая спина. Какой расстроенной она казалась, когда увидела изрезанный костюм Шейны!

Бесс в недоумении потрясла головой.

– Ничего не понимаю. Миссис Воласки, не разгибая спины, шила этот костюм. Она не стала бы нарочно портить его.

– А может быть, она думала, что это отведет от нее подозрение, – заметила Нэнси. – Вспомните, она ведь знала, что мы нашли фотографию. И, держу пари, слышала из холла, как я связала Грейс Тернер с инициалами на носовом платке. Очевидно, она поняла, что кто-нибудь ее рано или поздно узнает.

– Давайте вернемся в школу и предупредим мадам Дюгран, – решительным тоном сказала Джорджи.

В балетной школе девушки сразу же пошли к кабинету мадам Дюгран.

Услышав стук в дверь, директриса подняла глаза.

– Все становится на свои места благодаря вам, девушки, – сказала она с улыбкой. – Программки получены, Дарси и Лоренс репетируют для утренника, а миссис Воласки удалось привести в порядок костюм Шейны. – Тут она заметила встревоженные лица девушек. – Что случилось? – поспешно спросила она.

– Боюсь, у нас плохие новости, – сказала ей Нэнси. – Посмотрите-ка на это.

Бесс достала из конверта две фотографии и положила их на стол.

– Я попросила обработать на компьютере ваше старое фото, – пояснила Нэнси. – Вот Грейс Тернер тридцать пять лет назад, а вот она в настоящее время.

– Но она выглядит, как… Не может быть… – Мадам Дюгран подняла голову и взглянула на Нэнси. – Как Гертруда Воласки?

Все три девушки утвердительно закивали. Мадам Дюгран сморщила лоб и опять стала рассматривать фотографии.

– Значит, Грейс действительно вернулась, чтобы посчитаться со мной. Она, вероятно, по-настоящему меня ненавидит. – Директриса вздохнула. – А я-то считала, Гертруда вызвалась шить костюмы из любви к балету. Как грустно думать, что она лишь ждала случая отомстить.

– А где она сейчас? – спросила Нэнси_.

– Внизу, шьет для Шейны новый костюм, – ответила мадам Дюгран.

– Шейна одна с ней? – спросила Нэнси с испугом.

– Да, разумеется. Она спустилась вниз примерно полчаса назад. Надеюсь, ничего там не случилось.

– Я тоже, – мрачно заметила Нэнси и выбежала из кабинета директрисы. Все четверо бросились за ней через холл к входу в подвал. Но когда они вошли в костюмерную, там никого не оказалось.

– Боже мой! – воскликнула мадам Дюгран, окинув взглядом костюмерную. – Что же могло случиться? Я знаю, что полчаса назад они находились здесь, внизу.

Нэнси сжала руку директрисы.

– Не будем впадать в панику, – сказала она успокаивающе – Может быть, они в одном из учебных залов.

Вернувшись наверх, девушки и директриса разошлись по разным помещениям. Сначала Нэнси проверила зал «А». Там разучивали па-де-де Лоренс и Дарси.

– Что еще случилось? – спросил Лоренс, когда Нэнси жестом подозвала его. – Хватит и того, что наш так называемый пианист Роджер не явился.

Но услышав, что Шейна пропала, Лоренс и Дарси немедленно вызвались помочь. Надев свитера и брюки, они последовали за Нэнси в холл.

По дороге в следующий зал Нэнси рассказала им о фотографии и объяснила, почему они ищут миссис Воласки.

Спустя десять минут все собрались в кабинете мадам Дюгран. Они обыскали все здание, но нигде не нашли и признаков миссис Воласки и Шейны.

– Сегодня Шейна приехала на машине? – спросила Нэнси.

Мадам Дюгран кивнула.

– А я заезжала за Гертрудой.

– Тогда мы должны продолжить поиски в ее доме.

Мадам Дюгран дала Нэнси адрес миссис Воласки. Нэнси быстро надела пальто и пошла к выходу. Лоренс, Джорджи и Бесс последовали за ней. Дарси и мадам Дюгран остались в школе, чтобы позвонить Эдвардсам и узнать, не приезжал ли кто-нибудь из них за Шейной.

На автомобильной стоянке старый «форд» Шейны оказался на обычном месте рядом с небольшой, иностранной марки, малолитражкой мадам Дюгран.

– Нэнси, посмотри сюда, – позвала ее Джорджи, стоя у угла здания.

Нэнси, Бесс и Лоренс кинулись к ней по снегу. Джорджи держала в руке блестевший на солнце золотой браслет.

– Это браслет Шейны, – воскликнул Лоренс. – Она никогда его не снимает. Даже на репетициях. Она, вероятно, нарочно уронила его.

– Задержитесь здесь на минуту, – велела Нэнси остальным, боясь, чтобы кто-нибудь случайно не затоптал следы, а сама быстро повернула за угол дома. Здесь она медленно двинулась вдоль тропы, по которой убегал вор, укравший фотографию. Рассматривая следы, она нашла отпечатки своих собственных туфель, оставленные еще в воскресенье, а также следы остроносых ботинок. Вперемежку с ними протянулась ниточка третьих следов, шедших прямо вперед. Рядом с ними виднелась небольшая группа отпечатков, которые шли зигзагообразно вперед и назад.

Нэнси наклонилась, чтобы лучше их рассмотреть. В одном месте третья группа следов поворачивала к вмятинам, оставленным на снегу. Казалось, будто кого-то тащили по снегу.

Сердце Нэнси забилось быстрее. Если браслет обронила Шейна, какие-то из этих следов принадлежат ей. И если догадка Нэнси правильна, то скорее всего – зигзагообразные. А это означало, что Шейна оказывала сопротивление.

Следы привели Нэнси на дорогу позади балетной школы. Там она обнаружила новые отпечатки автомобильных шин на той стороне, где машина останавливалась. А потом увидела остроносые следы, переплетающиеся с двумя другими группами отпечатков. У Гертруды Воласки явно был партнер. Но кто?

Нэнси пыталась нарисовать в уме картину того, что произошло. Миссис Воласки под каким-то предлогом выманила Шейну на улицу. Там она каким-то образом заставила балерину пройти за угол дома, где костюмершу ожидал сообщник. Нэнси глубоко вздохнула. Другими словами, Шейна была похищена.

– Пора позвонить вашему другу начальнику полиции Мак-Гиннису, – сказал Лоренс, когда Нэнси вернулась к остальным и рассказала им, что она обнаружила.

– Я знаю, что он скажет, – ответила Нэнси и заговорила низким голосом: – «До тех пор, пока после исчезновения не пройдет сорок восемь часов или же если мы не обнаружим письмо с требованием выкупа, мы ничего сделать не можем». – Нэнси вздохнула. – У нас ведь нет даже доказательств того, что Шейну похитили. Это только мое внутреннее убеждение.

– А твое внутреннее убеждение всегда оказывается правильным, – заметила Джорджи.

– Так что же нам предпринять? – спросила в волнении Бесс.

Нэнси направилась к подъезду школы.

– Сначала расскажем все мадам Дюгран. А затем нанесем визит в дом миссис Воласки.

– Но зачем Гертруде похищать Шейну? – спросила мадам Дюгран, когда пришла в себя после первоначального шока. Дарси вернулась в зал «А» забрать свои вещи.

– Нет лучшего способа причинить вам неприятность, мадам, чем похитить звезду вашего спектакля, – ответила Нэнси.

Директриса обхватила голову руками.

– Как это все ужасно! – сказала она дрожащим голосом.

– Мы сейчас же отправляемся к Гертруде, – сообщила ей Нэнси.

– Я поеду с вами, – настойчиво попросила мадам Дюгран, надевая пальто. – Мы возьмем фургон. В нем мы все без труда поместимся.

– Бесс, может, тебе остаться здесь? – сказала Нэнси. – Мы сразу же вернемся, как только что-нибудь узнаем. Если через час ты от нас ничего не услышишь, позвони Мак-Гиннису и все ему расскажи.

Лицо Бесс вытянулось.

– А что, если миссис Воласки вернется, а я здесь буду одна?

– Сомневаюсь, что она когда-нибудь снова появится здесь, – заверила Нэнси подругу. – Попроси Дарси побыть с тобой. Она захочет поставить в известность и своих родителей.

– Ладно, – произнесла Бесс, стараясь улыбнуться.

Спустя несколько минут мадам Дюгран уже вела машину по Гэлуорти-роуд. Стало темнеть, небо заволокло тучами.

– Остановитесь на другой стороне, мадам, – сказала Нэнси, увидев серый дощатый дом с крыльцом.

– Если только они не сидят в темноте, то в доме никого нет, – заметила Джорджи, когда мадам Дюгран припарковывалась на другой стороне улицы. – Что будем делать?

Нэнси подняла воротник пальто.

– Сначала постучим, и, если никто не отзовется…

– Взломаем дверь, – прорычал Лоренс, распахивая дверцу фургона. – Тот, кто похитил Шейну, поплатится за это.

– Я, по правде говоря, думала действовать иначе, – сказала Нэнси, тоже выходя из фургона. Когда они вчетвером приближались к дому, ее сердце колотилось. Уличные фонари еще не были включены, поэтому все выглядело темным и мрачным. Нэнси стала тихо подниматься по ступенькам крыльца, крепко сжимая в руке фонарик: если им все-таки придется незаконно войти в дом, не надо будет зажигать там электричество.

У входной двери Лоренс догнал Нэнси. В руках он нес монтировку.

– Я на всякий случай захватил ее, – сказал он тихо.

Нэнси кивнула.

– Может понадобиться, – сказала она. – Сообщник Гертруды, кто бы он ни был, возможно, тоже здесь. – Она нажала на кнопку звонка. Ответа не последовало.

Джорджи подошла к одному из окон и заглянула внутрь.

– Занавески плотно задернуты. Ничего не видно.

– Давайте войдем, – решительно произнесла Нэнси. Она подергала ручку, затем открыла висевшую на плече сумку и вынула свой набор отмычек. Спустя несколько секунд дверь распахнулась.

Попав в дом, Нэнси сразу же поняла, что это не просто жилище Гертруды Воласки. Это еще и храм, посвященный бывшей балерине Грейс Тернер. Нэнси осветила фонариком стены прихожей, оклеенные фотографиями и вырезками из газет. Повсюду в гостиной висели снимки Грейс в различных костюмах. На всех столах и полках лежали балетные программки, а над камином болталась пара потертых балетных туфелек.

– Какая грустная картина, – произнесла мадам Дюгран, осматривая комнату. – Как жаль, что Гертруда не сказала мне, кто она. Грейс Тернер – ее сценическое имя. Я никогда не знала, что ее зовут Гертруда. Может, я помогла бы ей справиться со злобой и облегчить душу.

– Не думаю, – ответила Нэнси, показав на стену. Там висела украденная фотография Элис Дюгран в костюме Феи Драже. Стекло в рамке было разбито, а на лице молодой балерины нарисован большой крест.

Мадам Дюгран печально покачала головой.

– Бедная Грейс, – сказала она.

– Эй, посмотрите-ка сюда, – позвал Лоренс с другого конца комнаты. Он открыл большой деревянный ящик, который нашел в углу. – Драгоценные елочные украшения миссис Фарнсуорт!

Джорджи и Нэнси подбежали к нему. Увидев, что ценные украшения из тонкого стекла различной формы и различных цветов лежат в целости |я сохранности, Нэнси с облегчением вздохнула.

– Теперь нам остается найти Шейну. Разделимся на пары и обыщем дом. Ищите то, что может навести нас на сообщника миссис Воласки |или на какой-нибудь другой адрес.

Лоренс и Джорджи вдвоем отправились в кухню. Нэнси и мадам Дюгран стали осторожно подниматься по лестнице. В узкий коридор выходили ре комнаты и ванная. Нэнси заглянула в первую комнату. Это была спальня Гертруды. Ящики комода были выдвинуты, шкаф открыт, одежда разбросана на кровати, будто кто-то очень спешил. А из-под кровати торчал какой-то пушистый предмет. Мадам Дюгран, пораженная, схватила Нэнси за руку. Та наклонилась, чтобы поднять предмет. Им оказался парик миссис Воласки.

– По-видимому, он ей больше не нужен, – мрачно произнесла Нэнси и жестом показала мадам Дюгран, чтобы та следовала за ней. – Проверим вторую комнату.

Это был маленький, скудно обставленный кабинет. Нэнси подошла и открыла дверцу дубового бюро, осветив фонариком стопку конвертов.

– Вот банковский конверт с погашенными чеками. Может быть, они о чем-нибудь нам расскажут. Не хотите ли просмотреть? – спросила она, передавая конверт мадам Дюгран. После чего принялась рассматривать другие конверты. Это были письма, счета…

Почувствовав на своем плече руку мадам Дюгран, Нэнси обернулась. Директриса пристально смотрела на пачку чеков.

– Нэнси, взгляни сюда, – сказала она. Нэнси взяла чеки из рук мадам Дюгран, осветила их фонариком и стала внимательно изучать.

Всего в пачке было десять чеков – каждый на пятьсот долларов и каждый выписан на имя Роджера Л. Воласки.

Они нашли сообщника Гертруды Воласки!