Текст книги "Тайна балета «Щелкунчик»"

Автор книги: Кэролайн Кин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 8 страниц)

УЖАС НА СНЕГУ

Дарси выбежала из дамской комнаты. Нэнси бросилась вслед за ней, но когда она подбежала к двери, та открылась в ее сторону, и ей пришлось отпрыгнуть. Пожилая дама в бархатном платье с высоким воротником и в жемчужном ожерелье вошла в дамскую комнату. Это была миссис Фарнсуорт.

– Привет, мисс Дру, – ласково поздоровалась она, не переставая при этом сверлить Нэнси взглядом. – Вы уже нашли мои елочные украшения?

Вопрос застал Нэнси врасплох.

– Ах, нет, – заикаясь, сказала она. – Но я знаю, что с ними случилось, – быстро добавила она, стараясь обойти женщину. – Именно над этим я сегодня здесь работаю, поэтому извините меня, пожалуйста… – Она широко улыбнулась миссис Фарнсуорт, протиснулась мимо нее и бросилась в холл.

Увидев, что Дарси там нет, Нэнси поспешила в главный зал. Шейна стояла у десертного стола, беседуя с Бесс. Поднявшись на цыпочки, Нэнси поискала глазами Лоренса. Не отвез ли он Дарси домой? Нет, вон он, рядом с мадам Дюгран и несколькими родителями, которые прощались и уводили своих усталых детей. Нэнси посмотрела на часы. Было почти одиннадцать.

От десертного стола ей помахала Бесс.

– Знаешь, ты должна попробовать этот торт, – сказала она, когда Нэнси подошла к ней и Шейне.

– Вы не видели Дарси? – спросила Нэнси.

– Видела, – ответила Шейна. – Минуту назад она ворвалась сюда и сказала папе, что ей нехорошо и она хочет домой. Они сейчас, наверное, берут пальто в раздевалке.

– Судя по всему, Дарси не призналась, – сказала Бесс.

Шейна покачала головой.

– Дарси не могла вести этот фургон. Конечно, моя сестра в последние дни совершила много глупых поступков и, может, действительно пыталась Помешать постановке балета. Но она никому намеренно не причинит вреда.

Шейна тяжело вздохнула и поставила на стол тарелку с тортом.

– Я страшно устала. Пожалуй, мне надо найти маму и Мишель. Папа вернется за нами через несколько минут. Увидимся в понедельник. Ладно?

Нэнси и Бесс согласно кивнули и, прощаясь, помахали рукой. Потом Нэнси подошла к десертному столу и отрезала себе кусок торта.

– Я все-таки что-то упустила, – сказала она Бесс, хмуря брови. – Была так уверена, что виноваты Лоренс и Дарси, что больше никого не заподозрила. Может быть…

– Да ладно тебе, Нэнси, – прервала ее Бесс, рассматривая блюдо с печеньем. – Кому же быть, как не им? Шейна просто защищает свою сестру. А мотивы имеются только у них, так ведь?

– Так, – согласилась Нэнси, но что-то не давало ей покоя. И тут она поняла, что именно – следы на снегу.

Поставив тарелку на стол, Нэнси резко повернулась.

– Пошли, нам надо идти, – обратилась она к Бесс. – Я должна посмотреть на следы прежде, чем их засыплет снег. Может, мы уже опоздали.

– Что? – Бесс с отчаянием посмотрела на стол со сладостями, а затем на Нэнси. – Мы все это оставим?

– Ага! – схватив Бесс за руку, Нэнси потянула подругу в раздевалку. – Я тебе это компенсирую пломбиром в «Йогуртном раю».

Вскоре Нэнси и Бесс вернулись на автомобильную стоянку балетной школы. Снег перестал падать, но теперь вокруг фургона было множество следов.

– По-видимому, здесь побывала полиция, – догадалась Нэнси. – Полицейские, вероятно, хотели удостовериться, что именно этот фургон врезался в нас.

– Как ты рассчитываешь найти следы Дарси в этой мешанине отпечатков? – спросила Бесс.

Нэнси зажгла фонарик и направилась от двери фургона к дороге.

– Мне нужно найти протоптанную ею тропинку. – Внезапно она нагнулась. – Вот они! – возбужденно сообщила она Бесс. – Так я и думала. – Нэнси направила луч фонарика на прекрасно сохранившиеся следы.

– Может, ты скажешь, в чем дело? – спросила Бесс. Она стучала зубами от холода и грела руки, потирая их о рукава пальто. – Прежде чем я замерзну до смерти.

Нэнси разогнулась.

– Эти следы почти такого же размера, как обувь Дарси, вот почему я сразу же подумала, что они принадлежат ей. Но сейчас я не очень в этом уверена. – Она опустила фонарик пониже. – Посмотри на острые носы.

– Ну и что? Может быть, Дарси взяла туфли у своей мамы.

Нэнси выключила фонарик.

– Может быть. Но если ты подросток и собираешься ограбить какой-то дом, что ты наденешь? Бесс задумалась.

– Наверное, сапоги без каблуков или же теннисные тапки.

– Вот именно. – Нэнси направилась к «мустангу».

Бесс пошла за ней.

– Ну так о чем говорят остроносые туфли?

– Ни о чем, – ответила Нэнси. – Пока что. Но Шейна, возможно, права. Мне надо перестать Думать только о Лоренсе и Дарси. – Подойдя к машине, Нэнси обернулась и с беспокойством посмотрела на Бесс. – Могут быть и другие желающие сорвать постановку «Щелкунчика».

– Так что еще я пропустила? – спросила Джорджи у Бесс и Нэнси, когда они проезжали через покрытый снегом сосновый лес. Было воскресное утро, и девушки направлялись в парк на лыжный кросс. – Автомобильную погоню – раз, страшилище с мышиной головой – два и пропавшие елочные украшения – три, – перечислила Джорджи. – Моя лыжная прогулка не была такой захватывающей.

Нэнси засмеялась.

– Сегодня мы поехали с тобой, чтобы забыть все треволнения балетной школы.

– О Боже, как бы я хотела забыть о них! – Бесс, сидевшая на заднем сиденье «мустанга», зевнула. – Я совсем замучилась от этого рыскания на холоде по снегу. Правда, чтобы забыться, я не стала бы выбирать лыжный кросс. Завтрак в каком-нибудь новеньком модном ресторане меня бы больше устроил.

– Это уж точно, – засмеялась Джорджи. – Меня удивило, что ты вызвалась нас сопровождать.

– А у меня не было другого выбора: либо ехать с вами, либо идти в балетную школу, – объяснила Бесс. – Мадам Дюгран сегодня утром позвонила по телефону и сказала, что миссис Волас-ки собирается прийти поработать, и спросила, не хочу ли я помочь ей. Мне пришлось быстренько придумать отговорку. Единственное, что пришло в голову, это сопровождать вас на лыжной прогулке.

– Я тоже разговаривала с мадам Дюгран сегодня утром, – сообщила Нэнси. – Полиция связалась с ней. Они установили, что именно фургон балетной школы врезался в нас. К счастью, поскольку мадам Дюгран не была за рулем, она не несет никакой ответственности. – Нэнси нахмурилась. – К сожалению, Лоренс не может доказать, что не он вел фургон. У него нет никакого алиби. Ведь с Дарси он встретился позднее. А поскольку Лоренс – сотрудник школы, то, может быть, школе и придется отвечать за ущерб, причиненный всем другим машинам. Бесс вздохнула:

– Бедная мадам Дюгран! Не хватало ей еще судебного дела.

– Значит, тебе, Нэнси, придется найти, кто вел фургон, – заметила Джорджи. Нэнси кивнула.

– И поскорей, – добавила она от себя, заводя «мустанг» на стоянку.

Но уже через полчаса, когда девушки шли на лыжах по парку, Нэнси попыталась забыть о мадам Дюгран и ее проблемах. Сквозь ветви сосен светило солнце, в его лучах сверкал снег. А поскольку было еще довольно рано, лыжня была полностью в распоряжении трех девушек.

– Ты готова сойти с лыжни для начинающих? – спросила Джорджи у Бесс, когда они достигли пересечения дорожек. Она показала лыжной палкой на холм.

– Право, не знаю. – Щеки Бесс горели от холода и движения. – Я всегда забываю, как много сил требуют лыжи. Может, вернемся и позавтракаем?

Нэнси с улыбкой посмотрела на часы.

– Сейчас только десять. И почему ты хочешь сидеть в помещении в такой чудесный день? – Она подняла голову вверх. – Взгляни на небо!

– Без темных очков не хочу, – проворчала Бесс.

– Хватит ныть, Бесс! – Джорджи рассмеялась, увидев мрачное лицо своей двоюродной сестры. – Похоже, к нам идет помощь. Слышите, мотор? Наверное, это смотритель парка везет нам горячий шоколад.

Нэнси посмотрела на санную дорогу, поднимающуюся на крутой склон холма. Казалось, шум мотора доносится именно оттуда.

Однако мотосани появились из-за скалы и мчались не по дороге, а по лыжне, направляясь прямо к ним. Нэнси увидела, что лицо водителя закрывал черный лыжный шлем.

– Это не служащий парка, – крикнула Джорджи через плечо. – По лыжне ехать не полагается.

– Может, надо ему сказать? – Нэнси заскользила вперед. Водитель гнал машину вниз и вместо того, чтобы, увидев девушек, притормозить, наоборот увеличил скорость и продолжал ехать по их лыжне.

– Сойдите с лыжни! – закричала Нэнси и, обернувшись назад, махнула палкой в сторону леса, а потом сделала ловкий поворот и направилась туда же. Она видела, как Джорджи подъезжает к опушке леса. А вот Бесс все еще оставалась позади на лыжне. Ее левая лыжа попала под правую, и она не могла сдвинуться с места.

– Бесс, быстрее! – крикнула Нэнси.

– Не могу, – отвечала, плача, Бесс. И вдруг упала на бок.

– Бесс! – Нэнси быстро оглянулась, и то, что она увидела, заставило ее содрогнуться. Мотосани катились вниз, набирая скорость. А водитель наклонился над рычагами управления и направлял сани прямо на Бесс!

ИСЧЕЗНУВШАЯ УЛИКА

Нэнси бросилась вперед в снег. Вытянув руки, она схватила Бесс за лыжную куртку и изо всех сил потянула ее с лыжни.

Мотосани промчались мимо в облаке снега, переехав через лыжи Бесс. Затем они остановились, повернулись кругом и снова направились на них.

– Осторожно! Он возвращается! – крикнула Нэнси и встала на колени, чтобы вытащить ботинки из креплений.

– Ложись, Нэнси, – услышала она голос Джорджи, а подняв глаза, увидела, что подруга стоит посередине лыжни уже без лыж и обеими руками, как бейсбольную биту, держит толстую ветку.

Нэнси вытянулась на снегу. Рядом с собой она слышала дыхание Бесс. Но решимость Джорджи, судя по всему, заставила водителя, передумать. Запустив мотор на полную мощность, он повернул назад и стал удаляться от них.

– Ну и ну! Еле спаслись! – пришла, наконец, в себя Джорджи. Бросив на землю ветку, она протянула руку Нэнси. – Давай, помогу тебе подняться.

Нэнси встала на ноги и справилась с лыжами.

– Еще чуть-чуть, и неизвестно, чем бы все кончилось, – сказала она.

– А у меня такое ощущение, будто я сломала обе щиколотки, – заметила Бесс, продолжая лежать на снегу. Подсунув руки ей под мышки, Джорджи подняла свою кузину. Лыжи Бесс взмыли вверх под каким-то немыслимым углом, а палки оказались на другой стороне лыжни.

Встав прочно на ноги, Бесс похлопала Джорджи по спине.

– Спасибо, что отпугнула этого подонка. Ведь он явно не шутил.

– Какие тут шутки, – согласилась Джорджи. По дороге к собственным лыжам она спросила Нэнси: – Кто, по-твоему, это был? И почему он или она хотели расправиться с нами?

Нэнси пожала плечами.

– Не знаю. Но, думаю, нам надо вернуться и поставить в известность смотрителя и охранников парка. Если это какой-нибудь псих, они должны знать о нем.

– А если он охотился именно за нами?

– Тогда нам лучше поскорее убраться отсюда в более безопасное место, – ответила Нэнси мрачно.

– Держу пари, это были мотосани, угнанные от дверей прокатной конторы. Нам уже сообщили о краже, – сказал смотритель парка, когда девушки рассказали ему о происшедшем. – Кто-то угнал их у молодой пары, которая отошла к своей машине, оставив двигатель саней включенным. Иногда такое случается. Обычно это делают детишки, желающие прокатиться.

– Ну, здесь другой случай, – сказала Нэнси. – Он желал не прокатиться. Он явно хотел на нас наехать.

Смотритель покачал головой и рывком встал из-за своего письменного стола. Его кабинет помещался в большом бревенчатом доме. В одном углу дома давали напрокат лыжные принадлежности. В другом – разместилось небольшое кафе. В центре, вокруг ревущего огня, стояло несколько скамеек. Бесс сидела у самого огня на теплом камне, стараясь согреться.

– Не знаю, что вам сказать, – продолжал смотритель. – Обычно жалуются, что мотосани портят лыжню. А чтобы водители саней на кого-то наезжали? Такого еще не было.

– А та пара случайно не видела угонщика? – спросила Джорджи.

Смотритель пожал плечами.

– Они его видели, но не с близкого расстояния. Сказали, что он – или она – был невысокого роста и на нем был лыжный шлем и зеленая куртка.

Нэнси и Джорджи посмотрели друг на друга. Лоренс был довольно высоким, и поэтому о нем речь идти не могла.

– Мы нашли их! – раздался звучный голос за спиной Нэнси. Молодой служащий парка в тяжелой куртке вошел в контору. – Мотосани, описанные вами, были брошены на краю парка.

– Около дороги? – спросила Нэнси. Служащий кивнул.

– То ли у у вора имелась машина, припаркованная там, то ли кто-то подобрал его.

– Как обидно! – с досадой воскликнула Джорджи. – Теперь мы никогда не узнаем, кто это был!

Нэнси встала.

– Спасибо за помощь, – сказала она.

– А мы просим извинения за доставленные вам неприятности, – ответил старший смотритель. Обменявшись с ним рукопожатиями, девушки присоединились к Бесс, сидевшей у огня.

– Ну как? – выжидающе посмотрела она на подруг.

Нэнси глубоко вздохнула.

– Ему удалось скрыться. И мы даже не знаем, кто это был – мужчина или женщина.

– Давайте позвоним Эдвардсам и выясним, где находилась Дарси сегодня утром, – предложила Джорджи. Порывшись в кармане куртки, она достала монетку в двадцать пять центов.

– Это мысль. – Взяв монетку, Нэнси направилась к телефону-автомату и набрала номер Эдвардсов. После второго гудка трубку сняла Мишель.

– Дарси? – удивилась девочка, когда Нэнси попросила ее позвать сестру. – Она еще спит. Папа сказал, что не надо ее будить, она вчера вечером плохо себя чувствовала.

– Позови ее, пожалуйста, – попросила Нэнси. – Скажи ей, что звонит Нэнси Дру.

Спустя пять минут Мишель снова взяла трубку.

– Она не открывает дверь. Велела сказать вам, чтобы вы катились подальше.

– М-м-м, – Нэнси не выразила удивления. – Ладно, Мишель, все равно спасибо.

Когда Нэнси повесила трубку, Джорджи и Бесс вопросительно посмотрели на нее.

– Ну как? – спросили они хором.

– Дарси велела мне катиться подальше, – сообщила Нэнси.

– По крайней мере, это доказывает, что она дома, – сказала Джорджи.

– Только она не пожелала открыть сестре свою дверь. Может быть, Дарси просто тайком пробралась обратно домой.

– Это вполне возможно, – согласилась Бесс. – Эдвардсы живут в фермерском доме, и комната Дарси находится в его задней части. Я помню это, так как много лет назад приходила к Шейне. Лоренс мог по дороге посадить Дарси в свою машину и привезти домой.

– Тоже возможно, – кивнула Нэнси. – А возможно, мы опять идем по ложному следу. – Нэнси взяла свои перчатки и шапку и направилась к автомобильной стоянке. – По-моему, – сказала она, – нам надо переодеться и пошарить в балетной школе. Может быть, я пропустила там что-нибудь важное.

* * *

На площадке перед балетной школой стояли только маленькая машина иностранной марки, принадлежавшая мадам Дюгран, и школьный фургон.

– Это хорошо, – произнесла Бесс с пассажирского сиденья. – Кажется, миссис Воласки уехала домой. У меня нет никакого желания закалывать булавки и подшивать костюмы.

– Зачем мы сюда приехали? – спросила Джорджи у Нэнси, когда они вылезали из машины. – Что мы собираемся сказать директрисе?

Нэнси подняла две небольшие банки.

– Мы скажем ей правду: собираемся нарисовать полоски на колоннах, чтобы они походили на леденцовые палочки.

Бесс застонала:

– Ну, вот теперь подшивание костюмов кажется мне просто забавой.

Джорджи и Нэнси засмеялись и, поднявшись по ступенькам лестницы к главному подъезду, вошли в холл. Дверь кабинета директрисы была закрыта. Остановившись перед ней, девушки услышали, что кто-то ходит по комнате.

– Она, наверное, работает, – сказала Бесс, легко постучав в дверь. – Сегодня занятия начинаются только в два часа, но она, наверное, уже здесь. Мадам! – позвала она. – Это Бесс, Нэнси и Джорджи. Мы собираемся поработать в бутафорской.

Бесс еще раз постучала, но ответа не последовало. В кабинете все стихло. Бесс с тревогой посмотрела на Нэнси.

– Как думаешь, что там происходит?

Та повернула ручку двери. Она была заперта.

– Мадам Дюгран! – громко позвала Нэнси. – Вы живы?

– Тише! – шикнула Джорджи. Нэнси задержала дыхание. Из кабинета раздался тихий скребущий звук.

– Кто-то открывает окно, – прошептала Нэнси.

Быстро повернувшись, она бросилась к двойным дверям в задней части холла и толкнула одну из половинок. Она открылась всего на один дюйм, а потом застряла.

– Что там такое? – спросила Джорджи. Нэнси заглянула в образовавшуюся щель.

– Дверь не поддается. Кто-то засунул палку в ручку. Тот, кто находился в кабинете мадам Дюгран, пытается убежать.

– Что здесь происходит? – раздался голос из холла. Мадам Дюгран и миссис Воласки стояли на площадке лестницы, ведущей в подвал.

– Нам послышалось, что кто-то находится в вашем кабинете, – объяснила Бесс. – Но дверь оказалась запертой.

– И этот кто-то выскочил в окно и потом заблокировал заднюю дверь, – добавила Нэнси.

– О чем вы говорите? – мадам Дюгран подошла к ним с ключом в руках. За ней, прихрамывая, спешила миссис Воласки. – Моя дверь не может быть заперта.

Вставив ключ в замочную скважину, директриса распахнула дверь и в ужасе остановилась. Ящики из стола были вытащены, их содержимое выброшено. Папки и бумаги валялись на полу.

Войдя в кабинет, Нэнси посмотрела на окно. Оно было распахнуто настежь. Девушка бросилась к окну и выглянула наружу. Она увидела на снегу следы, шедшие вокруг дома к заднему входу.

– Я отправляюсь вслед за взломщиком, – объявила она. – Подсади меня, Джорджи.

Джорджи помогла подруге взобраться на подоконник. Нэнси села, перебросила ноги наружу и соскочила на снег. Затем она бросилась к задней стене дома.

Но она опоздала. Следы вели по снегу к отпечаткам автомобильных шин, потерявшихся затем на твердом покрытии дороги. Нэнси опять упустила преступника.

Она гневно сжала кулаки. Потом, нагнувшись, стала рассматривать следы. Это были те же отпечатки остроносой обуви.

Повернувшись, Нэнси пошла обратно, не отрывая глаз от земли на тот случай, если злоумышленник оставил еще какие-нибудь улики. Что-то блеснуло на снегу. Нэнси наклонилась. Это был осколок стекла. Она подняла его, осторожно положила в карман пальто и подошла к двойным дверям в задней части дома. Как она и догадывалась, палка от метлы была просунута в ручки обеих половинок дверей. «Тот, кто забрался в школу, хорошо подготовился», – подумала Нэнси. Значит, его действия были заранее просчитаны. Но кто это был? И зачем он это делал?

Когда Нэнси вернулась в кабинет мадам Дюг-ран, директриса, Бесс, Джорджи и миссис Воласки занимались уборкой.

– Что-нибудь пропало? – поспешно спросила Нэнси.

Директриса покачала головой.

– Это как раз и странно, – заметила она. – По-моему, ничего не взято. Неужели это еще одна попытка сорвать спектакль?

– Подождите минутку, – сказала Бесс. Она стояла рядом с письменным столом и вешала сброшенные на пол фотографии в рамках. Отступив назад, она оглядела стену. – Мне кажется, у вас здесь висело пять фотографий, мадам. Одна посередине и четыре вокруг нее, верно? Я поискала повсюду, но нашла только четыре.

– Гм, – директриса обошла стол и встала рядом с Бесс. – Ты права. Но кому она могла понадобиться?

Нэнси достала из кармана осколок стекла.

– Это, наверное, от нее, от стекла из рамки. Смотрите! На полу у стены валяются еще осколки, – добавила она, показав на пол. – Тот, кто взял фотографию, по-видимому, уронил ее, и стекло разбилось.

– Но зачем он ее взял, эту старую фотографию? – спросила миссис Воласки. Пожилая костюмерша опустилась на стул, чтобы дать ногам отдых.

Нэнси покачала головой.

– Не знаю, – ответила она с удивлением в голосе. – Но, может быть, фотографию украли потому, что она могла послужить какой-то уликой.

– О чем это ты? – спросила Джорджи. Нэнси окинула взглядом присутствующих. Четыре пары глаз выжидательно смотрели на нее.

– Я не уверена, – медленно заговорила Нэнси, переводя взгляд на директрису. – Но нет ли у вас еще одного экземпляра этой фотографии? Если есть, то мы, вероятно, сумеем разгадать эту тайну.

РАЗБИТЫЕ МЕЧТЫ

Все повернулись к мадам Дюгран.

– Нам повезло, – сказала та. – Я сохранила все свои старые фотографии, и у меня есть дубликат той, что украдена. Это сцена из «Щелкунчика», поставленного тридцать пять лет назад. Наклонившись с изяществом бывшей балерины, мадам Дюгран принялась перебирать разбросанные на полу фотографии. Нэнси опустилась на колени рядом с ней.

– Похоже, что вор искал также и дубликат, – сказала она. – Кому могло быть известно о существовании копии?

Мадам Дюгран пожала плечами.

– Да кому угодно. Я люблю показывать свои фотографии.

– Вот она! – воскликнула Бесс, стоявшая по другую сторону стола. – На ней вы в костюме Феи Драже.

Мадам Дюгран поднялась на ноги и взяла фотографию у Бесс. Джорджи и Нэнси смотрели на нее через плечо директрисы. На фотографии была снята группа танцовщиц. Молодая Элис Дюгран – ей тогда было что-то около двадцати лет – стояла в центре на пуантах. Остальные балерины примерно того же возраста, что и Элис, окружали ее, грациозно склонив к ней руки.

– Кто это? – спросила Нэнси, показав на крайнюю справа балерину. Та отвернулась от аппарата и зло смотрела на мадам Дюгран.

– Боже мой! – воскликнула директриса. – Это бедняжка Грейс Тернер. Чудесная танцовщица, но такая честолюбивая! Она была в ярости оттого, что партию Феи Драже дали исполнять мне. Она уверяла, что я отняла у нее эту партию, но это была неправда. Мне пришлось много поработать, чтобы получить ее.

«Да, – подумала Нэнси. – То, что рассказала мадам Дюгран, очень напоминало происходившее между Дарси и Шейной».

Миссис Воласки с трудом поднялась со стула.

– Я так рада, что вы нашли эту фотографию, Элис – сказала она. Но, извините меня, я должна вернуться к своим костюмам.

– Конечно, Гертруда, – ответила директриса. Она была погружена в какие-то мысли.

Можно мне еще раз посмотреть на это фото? – спросила Нэнси.

Директриса кивнула и подала фотографию Нэнси, которая принялась ее внимательно разглядывать. Поскольку это было черно-белое фото, она не могла даже сказать, какого цвета волосы были у Грейс Тернер.

– А что случилось Грейс? – спросила Джорджи.

Мадам Дюгран пожала плечами.

– В конце концов она ушла из труппы, утверждая, что режиссеры настроены против нее. Не знаю, бросила ли она балет вообще, но я потом никогда не слышала, чтобы ее имя где-нибудь упоминалось.

– Грейс Тернер, – задумчиво произнесла Нэнси. Какое-то воспоминание зашевелилось у нее в голове, и она вдрух возбужденно повторила: – Грейс Тернер! Г. Т.! – Повернувшись, она схватила свою сумочку, лежавшую на столе.

– Г. Т.? – переспросила Бесс удивленно. Нэнси порылась в сумочке и вытащила оттуда носовой платок с кружевами.

– На платочке именно эти инициалы, а я нашла его на сцене после пожара!

Директриса резко вскинула голову.

– Неужели ты хочешь сказать, что Грейс Тернер имеет отношение пожару? Нет, этого не может быть!

– Знаешь, Нэнси, ты действительно вообразила Бог знает что, – заметила Бесс. – Грейс сейчас было бы… скажем, больше пятидесяти.

Минуточку, – прервала ее Джорджи – Может быть, это была не Грейс, а кто-то, кто хотел бы, чтобы мы думали, что это была Грейс.

– Что ж, – сказала Нэнси. – Есть лишь один способ выяснить. – Она повернулась к директрисе. – Можно мне взять эту фотографию?

– Разумеется! – ответила директриса. – Но, пожалуйста, береги ее. Она у меня последняя.

В этот момент Нэнси услышала, как в холле что-то скрипнуло. Она посмотрела на дверь. Та была наполовину открыта. Приложив палец к губам, Нэнси знаком попросила остальных молчать и на цыпочках приблизилась к двери. Она осторожно взялась рукой за ручку и с силой распахнула дверь. В холле никого не было.

– Кто-нибудь еще, кроме миссис Воласки, есть сейчас в школе? – спросила Нэнси у директрисы.

– Насколько я знаю, никого, – ответила та. – Вскоре должна прийти Шейна, чтобы примерить свой костюм.

Бесс хихикнула.

– Наверное, это был дух Грейс Тернер.

– Вот именно, – пробормотала Нэнси еле слышно. Может быть, она и слишком далеко заш-шла в своих предположениях относительно старой соперницы мадам Дюгран, но в этот момент Нэнси не собиралась отказываться ни от одной из версий.

Девушки помогли директрисе убрать остальную часть кабинета и вернулись в холл.

– Ну, что теперь? – спросила Бесс.

– Поехали в полицейский участок, – ответила Нэнси, направляясь к входной двери.

– Сообщить о краже? – удивилась Джорджи. Нэнси засмеялась.

– Вряд ли полицию заинтересует пропажа старой фотографии. Нет, нам надо узнать побольше о Грейс Тернер.

Спустя полчаса Нэнси, Бесс и Джорджи находились в кабинете начальника полиции Мак-Гин-ниса.

– Я с радостью поручил бы нашему технику определить возрастные изменения тех, кто изображен на этой фотографии, – сказал начальник, беря в руки фотографию. – Но сначала нам придется сильно увеличить ее, и она потеряет четкость.

– А что значит определить возрастные изменения? – спросила Бесс.

– Это процесс, когда компьютер сканирует фотографию и определяет, как то или иное лицо выглядит в любом возрасте независимо от того, сколько лет прошло, – объяснил Мак-Гиннис. – Этот метод используется при поисках давно пропавших детей.

– Здорово! – сказала Бесс. – Значит, мы можем узнать, как выглядит Грейс Тернер сейчас. Начальник полиции засмеялся.

– Или хотя бы как она должна выглядеть по мнению компьютера.

– Как раз то, что мне надо. – Нэнси вкратце рассказала начальнику, что происходило в школе. – А когда это будет готово?

– Как насчет завтра, во второй половине? – начальник полиции улыбнулся при виде нетерпения Нэнси. – К сожалению, техник по воскресеньям на работу не ходит, так что вам придется попридержать лошадей.

– Ладно. Мы заедем за фотографией завтра. – Нэнси поблагодарила полицейского, и девушки покинули участок.

– А куда мы отправимся сейчас? – спросила Джорджи.

Бесс сделала гримасу.

– Хочешь, отгадаю? Обратно в балетную школу. Правильно?

Нэнси засмеялась.

– Как это ты догадалась? Я хочу держать все под контролем. Кроме того, там куча дел с реквизитом. Но сначала мы заедем в «Йогуртный рай» на ленч. Я угощаю.

– Спасибо, – вздохнула Бесс. – Мне понадобится много сил. Я знаю миссис Воласки. Она поручит мне массу шитья.

* * *

– Так почему ты думаешь, что водитель мотосаней пытался нас задавить? – спросила Джорджи у Нэнси спустя час. Обе девушки находились в бутафорской, раскрашивая красной и белой краской колонны. Нэнси стояла на двух ящиках, стараясь дотянуться до верха колонны.

– Я думаю, этот человек пытался навести такого страха, чтоб мы все бросили. – Нэнси наклонилась и обмакнула кисть в красную краску. – Если только он не хотел в самом деле задавить одну из нас, – добавила она мрачно. – В конце концов, убрав меня или Бесс легче было бы сорвать спектакль. До генеральной репетиции осталось всего четыре дня.

Пока Джорджи смотрела на Нэнси, с кисточки ей на щеку капнула краска.

– Ой! – засмеялась она. – Так дело не пойдет. Краска нужна для колонны! – Но тут же тон ее снова стал серьезным. – Знаешь, до истории с мотосанями фактически никто не пострадал. Но мотосани! – По телу ее пробежала дрожь. – Они ведь могли сломать Бесс обе ноги.

– Угу! – Нэнси перестала красить. Что ж, если преступники задумали сорвать постановку «Щелкунчика», значит, мы здорово помешали им. Все просто из кожи лезут, чтобы спектакль состоялся вовремя. А это значит, что преступники, кто бы они ни были, начинают приходить в отчаяние.

Джорджи кивнула.

– Ты права. Теперь нам остается только вычислить, кто все это делает.

– Кто делает что? – раздался звучный голос от двери.

Нэнси резко обернулась. Прислонившись к дверной раме и заложив руки за спину, там" стоял Лоренс. На секунду Нэнси стало не по себе при мысли о том, что он может держать за спиной. Еще одну железку?

– Мы обсуждали, кто мог проникнуть в школу, – ответила Джорджи. Лоренс хмыкнул.

– Нетрудно догадаться. В школу проникли мисс Дру и мисс Марвин. Потом они выдумали глупую историю о том, как какая-то мышь напала на них.

Нэнси легко спрыгнула с ящиков.

– Неужели? – с иронией спросила она. – А кто же запер нас в бутафорской? Ты?

Лоренс двинулся вперед, по-прежнему держа руки сзади.

– Ты однажды меня в этом уже обвинила. Ну-ка, напряги свое воображение. Может быть, вы сами нарочно там заперлись?

– Что ж, неплохо придумано. – Нэнси притворилась удивленной. Она подвинулась поближе к Джорджи за пределы досягаемости Лоренса. Хотя У него на лице играла веселая улыбка, она не понимала, к чему он клонит. – А для чего мы это сделали? – спросила она.

Лоренс пожал плечами.

– Чтобы очернить меня. Думаю, вы действуете заодно с нашей прима-балериной, мисс Шейной Эдвардс. А я знаю, что она пойдет на все, чтобы не дать мне играть заметную роль.

Внезапно танцовщик выбросил руку из-за спины прямо в лицо Нэнси. Та испуганно отскочила назад и столкнулась с Джорджи. На них смотрели широко раскрытые глаза и злая зубастая улыбка. Это была кукла-щелкунчик.

Лоренс рассмеялся.

– Противный малыш, верно? Но выглядит совсем как новый. Может быть, вы уберете его в безопасное место до генеральной репетиции в четверг? Я не хочу снова приводить его в порядок.

– Зачем надо было так пугать нас! – Джорджи выхватила куклу из рук Лоренса.

В эту минуту громкий крик, раздавшийся из холла, заставил замереть всех троих.

– Это Шейна! – с ужасом крикнул Лоренс. Он повернулся и бросился из бутафорской. Нэнси и Джорджи побежали за ним.

Нэнси увидела Шейну. Та стояла на верхней ступеньке подвальной лестницы. В красивых зеленых глазах балерины застыл ужас. В руках она держала свой костюм Феи Драже.

– Посмотрите, что сделали с моим костюмом! – воскликнула Шейна. – Он испорчен. – Она протянула им когда-то прекрасное платье. Его шелковый корсаж был исполосован в клочья.