Текст книги "С любовью, Шторм (СИ)"

Автор книги: Кериен Коул

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 6 страниц)

Несколько мгновений он молчит, затем отвечает:

– Порой мне нужно это слышать. Я люблю вас обеих и никуда не уеду, пока Фасольке не исполнится, по крайней мере, год. Или, может быть, даже когда сядет за руль. Хотя об этом я ещё подумаю.

Я смеюсь.

– Я была бы не против. Может, нам просто назвать ее Фасоль.

– Нет. Ее имя совершеннее, и лучше, чем Фасолька. Увидишь.

ГЛАВА 15

Эвелин

Я прислоняюсь к дверному косяку и фотографирую Шторма, сидящего на полу детской в окружении кусков дерева, шурупов и разного оборудования. Перед ним разложена инструкция, и он что-то бормочет себе под нос. Хейло проходит через комнату и плюхается на край бумаги.

– Мне казалось, будет проще, – говорит он, поднимаясь и завязывая свои длинные волосы резинкой.

– Давай помогу.

– Нет. Этим должен заниматься отец. И ты можешь родить в любую минуту.

– Мне рожать только на следующей неделе.

Он встает и потягивается.

– Надо быстро сбегать в хозяйственный, не хватает несколько винтиков.

– Ладно. Я останусь здесь и приготовлю нам обед, пока тебя не будет.

Он притягивает мое огромное тело в свои объятия и нежно целует, потирая поясницу. Не могу дождаться, когда появится ребенок и я, наконец, вернусь в свою прежнюю форму. Шторм был великолепен, все время обнимал меня и всегда заставлял чувствовать себя такой же красивой и сексуальной, как раньше, но мне не по себе и чувствую слабость.

***

После того, как Шторм уходит, я вывожу Нико во двор, чтобы он прогулялся несколько минут. Затем начинаю нарезать овощи для салата.

Не прошло и пяти минут, как раздается звонок в дверь. Вытирая руки полотенцем, я ковыляю в прихожую и открываю дверь. На пороге стоит Ашер, его длинные волосы обрамляют бородатое лицо из-под черной шапочки. Он, как я называю, в деловой одежде в стиле гранж – черный пиджак поверх белой футболки, потертые джинсы и байкерские ботинки. Позади него на нашей подъездной дорожке припаркован его красный «Порш».

– Привет, красавица. Приехал проведать вас, ребята, – он целует меня в обе щеки и заходит внутрь. Когда я впервые увидела Ашера, то испугалась. Его пристальный взгляд и мрачная аура, а также сходство со Штормом пугали и заставляли чувствовать себя неуютно. Но теперь, когда я знаю его, люблю как брата.

– Шторм поехал за новыми шурупами; он пытается собрать кроватку. Но скоро вернется.

– Пытается, – повторяет он со смешком, следуя за мной на кухню. Он садится на табурет по другую сторону гранитного островка, на котором я режу, и берет персик из корзины с фруктами.

Я улыбаюсь ему.

– Я немного нервничаю из-за этого.

– Я бы тоже нервничал. Радуйся, что он не использует суперклей и клейкую ленту.

Я смеюсь, и внезапно по бедрам стекает жидкость. Боже мой. Я что, только что описалась? Смотрю на свои ноги – на полу небольшая лужица прозрачной жидкости.

– Эви?

Я смотрю на него и кладу нож для чистки овощей.

– Кажется, у меня только что отошли воды.

Его глаза оживают.

– Сейчас? – он вскакивает и обходит вокруг, чтобы убедиться.

– Пора, – говорит он. – Пойдем, я отвезу тебя в больницу. – он нежно берет меня за руку, но я вырываюсь из его хватки.

– Нет… Без Шторма я никуда не пойду.

– Эви, больница находится в получасе езды. Мы не можем сидеть здесь и ждать. Я позвоню ему по дороге, он встретит нас там.

Я хватаюсь за стойку, когда начинаю паниковать. Что, если он не успеет? Я не могу сделать это без Шторма – он моя опора, и это самое страшное событие в моей жизни. Мы ходили на все занятия вместе. Мне нужно, чтобы он помог мне дышать, тужиться и кричать.

Ашер гладит меня по спине, и я таю.

– Все будет хорошо, обещаю. Я буду с тобой, пока он не приедет. Эмбер родила Кензи меньше, чем за два часа. Я бы не стал ждать здесь, если только ты не хочешь рискнуть родить ребенка на кухне.

– Два часа? – не думала, что ребенок может родиться так быстро. И вообще займет столько времени.

Он кивает.

– Ребенок вот-вот родится.

Я позволила ему вывести меня из кухни.

– Подожди, дай мне переодеться. Я приготовила кое-какую одежду в спальне.

Переодеваясь в новое платье в цветочек, я пытаюсь дозвониться Шторму из спальни, но он не отвечает. Связь проходит по местным дорогам, так что не удивлена. Сделав глубокий вдох, успокаиваю себя ради ребенка. Не могу сидеть здесь, плакать и тратить время впустую.

– Готова? – спрашивает Ашер, когда я возвращаюсь по коридору.

– Подожди… Ещё нужна моя сумка для больницы. Только сейчас вспомнила.

– Где она?

Я указываю на шкаф для одежды в прихожей.

– В шкафу.

Он забирает мою сумку, пока я пытаюсь снова позвонить Шторму, но меня перебрасывают на голосовую почту.

– Не могу до него дозвониться, – говорю я, и слезы наворачиваются на глаза.

Ашер спокойно улыбается мне.

– Позвоним ему, когда доберемся до подножия холма, и он встретит нас в больнице.

Я скептически смотрю на него. Я хочу дождаться Шторма дома. Именно так я всегда представляла это в своей голове – как мы вместе едем в больницу, держась за руки в машине.

– Мой брат убьет меня, если я не отвезу тебя в больницу, Эви.

– Ладно. Думаю, ты прав.

Держа меня за руку, он выводит меня на улицу к своей машине и открывает для меня пассажирскую дверь. Я никогда в жизни не видела такой маленькой машины. Не знаю, насколько дорого она может быть, но машиной вряд ли это можно назвать.

– Аш… я не влезу в нее.

– Машина маленькая, но ты поместишься. Доверься мне, – он отодвигает пассажирское сиденье как можно дальше, насколько возможно.

Я приподнимаю платье на несколько сантиметров, и он помогает мне залезть в свою банку из-под сардин на колесах.

– Какой кошмар. Моя задница больше, чем вся эта машина.

Он смеется, когда я медленно опускаюсь на сиденье.

– Видишь? – говорит он. – Ты поместилась.

Почти. Живот почти касается приборной панели.

Он закрывает дверь и кладет мою сумку в багажник; затем прыгает за руль, разворачивает машину по узкому кругу на нашей подъездной дорожке и выезжает на улицу.

Я напугана до смерти. Малышка скоро появится на свет, а Шторм не со мной. Его сердце будет разбито, когда узнает, что я еду в больницу без него. Я дотрагиваюсь до живота, когда внезапная боль пронзает меня.

– Ты в порядке? – спрашивает Ашер, взглянув на меня. – Это была схватка?

Была ли? Уже?

– Кажется. Если честно, не уверена.

– Не волнуйся. Скоро приедем.

– Ты был там, когда родилась Кензи? – спрашиваю я.

Мне нужно продолжать говорить, чтобы отвлечься от того, что скоро я стану мамой и всех панических атак, потому что боюсь, что они могут ускорить рождение ребенка. О, Боже, я не могу родить своего ребенка на обочине дороги.

– Все время.

– Было ужасно?

– Нет. Наоборот. Наблюдать, как она появляется на свет – было прекрасно.

– Тебе было страшно?

Он кивает, умело лавируя сквозь поток машин на шоссе.

– Я был ошеломлен. Мы оба. Но порой самые страшные вещи – самые особенные.

– Как думаешь, Шторму будет страшно?

– Да. Определенно. – Ашер сжимает мою руку. – Но он не покажет тебе этого.

Я улыбаюсь и смаргиваю слезы.

– В этом ты прав.

– Попробуй позвонить ему ещё раз, мы спустились с гор.

Я достаю свой телефон из сумочки и звоню Шторму. Наконец, он отвечает.

– Привет, детка. Только хотел позвонить, чтобы узнать, не хочешь ли ты мороженого…

– У меня отошли воды! Я сейчас еду в больницу с Ашером.

– Что? Уже?

– Да, мы уже на полпути. Я хотела дождаться тебя, но он сказал, что мы не успеем. Скажу сразу, я испугалась…

– Нет, не жди. Черт, я почти дома, но разворачиваюсь и еду в больницу. Ты в порядке? – в его голосе звучат настойчивость и беспокойство.

– Да, просто очень нервничаю, и хотелось бы, чтобы ты был рядом.

– Я буду там, детка, обещаю. Что, черт возьми, за шум?

– Машина Ашера.

– Ты в «Порше»?

– Да, он меня, в буквальном смысле, придавил.

– Я убью его. Почему он не взял твой внедорожник?

Хороший вопрос.

– Не знаю. Мы не подумали.

– Моя быстрее и круче, – говорит Ашер достаточно громко, чтобы услышал Шторм, подмигивая мне.

– Как там оказался Ашер?

– Он просто зашел в дом после того, как ты уехал.

– Как всегда, со своей странной способностью при выборе удачного времени.

– Шторм, не гони как безумец. Ребенок родится не так быстро, как ты думаешь, – уверяю я, игнорируя взгляд Ашера, когда меня пронзает еще одна боль.

– Ладно. Увидимся там. Я люблю тебя, детка.

– Я тоже тебя люблю.

– Я и забыл, что у тебя есть машина, – говорит Ашер, когда я заканчиваю разговор.

– Как и я.

– Отличная выйдет история – твой шурин везет тебя в больницу на «Порше».

Боже. Надеюсь, нас никто не увидит. В соцсетях устроят праздник, если заметят, как Ашер Валентайн отвозит свою беременную невестку в больницу, а Шторма нигде нет. Я вздрагиваю и улыбаюсь ему. Знаю, он пытается рассмешить меня, но я слишком волнуюсь, чтобы сейчас над чем-то смеяться.

Когда мы подъезжаем к больнице, Ашер заезжает прямо в приемный покой, выскакивает, хватает инвалидное кресло и бежит с ним к пассажирской двери, чтобы осторожно помочь мне выйти из машины и сесть в кресло.

Я отправляю Шторму сообщение, что мы здесь, пока Ашер вкатывает меня внутрь, зовя медсестру.

– Лучше бы любимым дядей этого ребенка стал я, – говорит он.

– Будешь, уверена.

– Боже мой, это солист «Эшес&Эмберс»? – слышу, как восклицает медсестра.

Вмешивается другая:

– Кажется, да! Он чертовски горяч. А это, видимо, его девушка!

– Он женат, – парирует медсестра.

– Он может быть и женат, и иметь беременную девушку одновременно!

Пока я тру лоб, надеясь, что это не превратится в цирк слухов, мой телефон подает сигнал, оповещая о сообщении:

ШТОРМ: Я уже рядом. Я люблю тебя и малышку Фасольку. Целую.

Медсестры увозят меня в отдельную палату, все еще перешептываясь о том, кто же такой Ашер, в то время как он ждет прямо за дверью, звоня семье, чтобы сообщить им, где мы находимся. Тем временем меня переодевают в халат и подключают ко всевозможным мониторам.

– Это ваш муж? – спрашивает одна из медсестер.

– Нет… Это его брат. Мой муж уже едет сюда.

– Вы правда замужем за Валентайном? Из рок-группы? – шепотом уточняет у меня молодая медсестра.

– На одном из них, – отвечаю я. – Можем мы, пожалуйста, сейчас сосредоточиться на ребенке? И так, к сведению, Ашер женат, у него нет девушки. – я качаю головой, глядя на них.

***

Схватки участились, а Шторм так и не появился. Ашер пододвигает стул и берет меня за руку, позволяя сжать ее, несмотря на боль.

– Где он? – спросила я. – Разве он не должен быть уже здесь?

– Он, скорее всего, застрял в пробке. Не волнуйся. Я останусь здесь с тобой.

Мы недавно приехали с той же стороны, что и Шторм, и не попали не в какую пробку. Ужасные картинки проносятся в голове. Как в фильмах, где муж все никак не приходит, потому что он либо сбежал из города, либо попал в ужасную аварию.

– С ним точно все хорошо? – спрашиваю я, ища в глазах Ашера какие-нибудь нотки сомнений. Он ободряюще улыбается, его глаза не отрываются от моих.

– Он в порядке. Просто расслабься и подумай о своей маленькой девочке.

– Он писал тебе после того, как мы приехали сюда? – мой телефон молчит. Никаких звонков или сообщений.

Выражение лица Ашера остается спокойным, когда он качает головой.

– Нет. Но не волнуйся.

Просить меня не волноваться – все равно что просить расправить крылья и полететь на Луну. Этого никогда не случится. Просто невозможно.

Я вытираю слезы со своих щек.

– Ладно. Стараюсь. И тебе не обязательно держать меня за руку.

– Но я хочу, – мягко говорит он. – Приятно чувствовать, как ты сжимаешь мою руку в ответ.

Я киваю в молчаливом понимании. Даже представить себе не могу, как сильно он скучает по Эмбер и всему, что у них было. Даже думать об этом душераздирающе. Если со Штормом что-то случится, не знаю, как смогу это пережить.

Где же он? Бросаю взгляд на настенные часы и понимаю, что прошло много времени, по крайней мере, больше часа.

Внезапно дверь моей палаты открывается, и Шторм врывается с самой широкой улыбкой на лице, весь запыхавшийся.

– Я сбежал с парковки. – он бросает свое пальто на другой стул и садится на край кровати, берет меня за другую руку и наклоняется для поцелуя. – Я не должен был уходить в этот гребаный хозяйственный магазин. Было предчувствие, что она появится сегодня.

Я с облегчением прижимаюсь к нему, не желая отпускать.

– Я так волновалась, – шепчу я.

– У меня кончился бензин, а на телефоне села зарядка. Пришлось идти пешком.

– Боже мой, – представляю, как он бредет по обочине шоссе, мимо него пролетают машины, а его длинные волосы развеваются на ветру.

– Ты серьезно? – восклицает Ашер, отпуская мою руку и поднимаясь со стула, чтобы Шторм мог занять его место.

– Предельно. Какой-то чувак подобрал меня и узнал, кто я. Он вел себя как сумасшедший, фотографировал меня и звал в бар спеть караоке или еще какую-нибудь хрень. Я сказал ему, что просто выгляжу как парень из группы и на самом деле обычный строитель. Мне казалось, этот псих похитит мою задницу.

– Ты магнит для сумасшедших. Я рада, что ты здесь, – переплетаю свои пальцы с его.

– Я добрался сюда, несмотря ни на что, детка. Я бы прошел весь путь, если бы пришлось.

– Где твоя машина? – спрашивает Ашер. – Я распоряжусь, чтобы ее привезли сюда.

– Дальше по дороге, примерно в двадцати милях от того нового отеля.

Как только Ашер уходит, Шторм снова целует меня.

– Не хотел тебя волновать. Ты в порядке? Как малышка?

– Теперь, когда ты здесь, все хорошо. Она решила появиться раньше времени, но доктор сказал, что все нормально, – говорю ему.

Он глубоко вздыхает и улыбается, все его лицо озаряется.

– Этот день настал, – говорит он. – Наша малышка Фасолька скоро будет здесь.

Вот и все – у нас будет ребенок. Наша жизнь никогда не будет прежней.

***

Роды длятся три часа, Шторм рядом со мной, дышит вместе со мной, плачет вместе со мной и заставляет смеяться, как и всех остальных в комнате.

После долгих усилий и немалой боли на свет появляется наша маленькая Фасолька – вопящая, с копной темных волос – весом пять килограммов и три грамма. Шторм с гордостью перерезал пуповину, медсестры вымыли ее, и он осторожно забрал у них малышку, словно она сделана из тончайшего хрусталя. Видеть, как он несет ко мне нашего крошечного ребенка, – зрелище, которое я запомню навсегда. Он целует ее морщинистый лоб, затем отдает мне на руки.

– Она похожа на маленького ангела, – шепчу я, проверяя ее крошечные пальчики на ручках и ножках, ее идеальные маленькие ушки и приглаживая волосы, которые так и норовят встать дыбом. У нее огромные проникновенные глаза, и я надеюсь, они зеленые, как у Шторма.

– Это Уинтер Рэйвен Валентайн, – мягко говорит он, держа ее за маленькую ручку.

О, ее имя настолько прекрасно, что не могу придумать ни одного другого, которое бы подошло ей.

– Оно прекрасно, – бормочу я. – Как она. И ты.

Приподняв меня за подбородок, он нежно целует меня в губы.

– И ты. Мы любим тебя.

ЭПИЛОГ

17 лет спустя

Шторм

Ее голубые глаза умоляют об этом, жадно следя за тем, как игрушка раскачивается взад-вперед перед ее лицом и ударяется о ее носик. Она открывает рот, высовывая розовый язычок.

– Нет… – предупреждаю я. – Не трогай.

В уголке ее рта появляется слюна.

– Хочешь эту кость, да?

Она скулит и приближается ко мне.

– Нет, нет, нет… Жди. Предвкушение – лучшая часть.

Эви появляется в дверном проеме и смотрит на меня, лежащего на полу в гостиной.

– Шторм, прекрати дразнить щеночка. Ужин готов, можешь пока положить ее в вольер?

– Я не дразню, а тренирую, – я протягиваю щенку косточку.

– Ладно, забирай.

Щенок маламута осторожно берет кость из моей руки. Я глажу ее пушистую головку, пока она играется со своей костью; затем веду ее к вольеру в углу гостиной, чтобы мы могли спокойно поужинать без щенка, бегающего вокруг.

Я присоединяюсь к Эви на кухне, обнимаю ее сзади, пока она раскладывает курицу и клецки по двум тарелкам.

– Пахнет почти так же восхитительно, как ты, – шепчу ей на ухо. – Где дети?

Она поворачивается и подает мне тарелку.

– Уинтер у подруги, а Хейл в доме Джимми играет в видеоигры.

– То есть, сегодня вечером дом в нашем полном распоряжении?

Ее улыбка сладкая и чувственная.

– Ага.

Самое, черт возьми, лучшее время. Теперь, когда дети стали подростками, они входят и выходят из дома, словно это вращающаяся дверь.

Я сажусь за кухонный стол, а Эви занимает свое обычное место напротив меня. Мы встречаемся взглядами и одновременно улыбаемся.

– Джакузи? – предлагаю я, облизывая губы.

– Думала, ты и не предложишь.

Ночь с Эви в джакузи под звездами – именно то, что мне нужно после того, как я провел неделю в студии с группой, сочиняя новые песни.

Входная дверь открывается и закрывается, и мы удивленно переглядываемся, когда на кухню входит Уинтер под руку с темноволосым парнем почти такой же длины, как у меня, татуировкой на всю руку и пирсингом в виде змеиного укуса на губах.

Я медленно кладу вилку и смотрю на свою семнадцатилетнюю дочь – юную копию Эви с черными волосами, милой улыбкой и голубыми глазами – одетую в розовые кроссовки, одну из моих старых черных кожаных курток и белую футболку с надписью «Обожаю плохих мальчиков»

О, черт возьми, нет.

– Мама, папа… это Коди, – ее лицо светится гордостью, словно она вручает награду.

– И он…? – подсказываю я.

Эви пинает меня под столом.

– Приятно наконец-то познакомиться с тобой, Коди, – говорит Эви. – Уинтер многое о тебе рассказывала. Вы голодны?

– Мы собираемся в закусочную, мам.

– Нет, спасибо, миссис Валентайн. Уинтер просто хотела, познакомить меня с вами теперь, когда мы встречаемся.

– Встречаетесь? – восклицаю я.

– Папа…

Коди подходит ко мне и протягивает руку.

– Мистер Валентайн, для меня большая честь познакомиться с вами. Я ваш большой фанат. Первый концерт, на которой я ходил, была группа «Эшес&Эмберс». Из-за Вас я начал играть на гитаре.

Этот парень должен знать, что заставлять меня чувствовать себя старым – не самый лучший вариант для первого впечатления.

Я пожимаю ему руку, но прищуриваюсь, глядя на него.

– По этой причине ты встречаешься с моей дочерью?

– Нет, сэр. Я даже не знал, кто она такая, когда встретил ее.

Я откидываюсь на спинку стула и изучаю этого парня. Я знал, что когда-нибудь моя маленькая девочка придет с парнем вроде него. Она выросла в семье рок-звезд; вполне логично, что ее потянуло к юному металлисту. Просто не хочу, чтобы ее использовали, потому что она в родстве с известными музыкантами. Я надеру задницу этому парню, если он причинит вред моему первенцу.

Прикусив внутреннюю сторону губы, наклоняю голову набок, не уверенный в его словах.

– И как же вы двое познакомились?

– Хм… – парень нервно смотрит на Уинтер. – Она врезалась в мой мотоцикл на своей машине, когда выезжала с парковки.

Уинтер вскакивает.

– Я едва тронулась, папочка, и не заметила его. – она встает рядом с Коди. – С машиной все хорошо, клянусь.

– У меня был ужасный синяк на ноге, но это ерунда. Она буквально слетела с катушек из-за того, что сломала мне ногу и что разбила свою машину. – он начинает тараторить под моим пристальным взглядом. – Хотя на крыле ее машины была лишь небольшая вмятина. Я был с ней, пока она не успокоилась, затем предложил убрать вмятину, и после этого мы начали встречаться.

Мы с Эви смотрим друг на друга и улыбаемся, качая головами от иронии. Мы оба знаем, чем закончится эта история.

– Что за мотоцикл? – спрашиваю я его.

– «Харлей», сэр.

– Она угробила его, когда врезалась в тебя?

– Папа!

Коди смеется.

– Всего лишь пару царапин.

– Ладно… нам пора. Можно? – с тревогой в голосе спрашивает Уинтер.

– Веселись, – говорит Эви. – Постарайся быть дома к полуночи.

– Не раньше, – добавляю я. Хочу побыть наедине со своей женой.

– Я верну ее домой к двенадцати, – говорит Коди, когда они поворачиваются, чтобы уйти.

– Эй, Коди? – зову его. – В следующий раз, когда будешь здесь, мы с тобой сыграем.

– Ого, серьезно? – спрашивает он.

– Безусловно.

Уинтер отпускает его руку, подбегает ко мне и обнимает.

– Спасибо, папочка. Он мне правда нравится, – шепчет она.

– Знаю, милая. Знаю.

После того, как они уходят, Эви улыбается мне, читая мои мысли. Моя жена всегда знает, о чем я думаю. Она встает и подходит, ободряюще обнимая.

– Она повзрослела и это нормально, Шторм. Но она всегда останется твоей маленькой девочкой.

– Знаю… просто все происходит так быстро, – такое чувство, словно только вчера я катал ее в коляске; теперь же она едет на свидание с длинноволосым парнем в машине, татуировками и гребаным пирсингом.

– Они напоминают мне нас, – говорит она. – Она все мне о нем рассказывает. И он – копия тебя.

Я делаю глубокий вдох.

– Кажется, мы только что познакомились с нашим будущим зятем.

***

Позже тем вечером, когда мы лежим в горячем джакузи, сплетаясь ногами и руками, медленно начинает падать первый снег, как в замедленной съемке.

Мы вместе смотрим на небо, наблюдая за падающими хлопьями и исчезающими в паре от джакузи.

– Снег всегда напоминает мне о том, когда я влюбилась в тебя, – мягко говорит Эви. – Хотела бы я поймать одну и сохранить навсегда.

– Хммм… – я провожу губами по ее губам и задерживаюсь на пару мгновений. – Тебе напомнить?

– Нет… Как я могла забыть это? – ее руки блуждают вверх и вниз по моей спине, проводя ногтями по телу. Закрыв глаза, наслаждаюсь ощущением ее прикосновений, любя их так же сильно, как в первый раз, когда она дотронулась до меня.

– Просто уточняю. – Перемещаю руки с внешней стороны ее бедер на талию. – Пойдем наверх. Хочу подарить тебе кое-что на годовщину.

Она склоняет голову, выглядя точно так же, как щенок, когда я издаю странный звук.

– Сейчас? До нашей годовщины еще два месяца.

– Знаю, но сегодня, кажется, самое подходящее время, – Эви хмурится, замирая.

– Не переживай, детка. Все хорошо. Правда. Обещаю.

Щенок следует за нами наверх, цепляясь лапами за ковер позади нас. Я останавливаюсь на лестничной площадке, чтобы выглянуть в одно из окон, выходящих на подъездную дорожку, и щенок останавливается и садится у моих ног, выжидающе глядя на меня. Я до сих пор не придумал для нее имя.

Эви тянет меня за руку.

– Шторм… еще рано. У них есть ещё два часа, – она целует меня в плечо. – А это значит, что у нас есть еще два часа, – намекает она.

Смотрю на Эви краем глаза, по-прежнему осматривая улицу, чтобы убедиться, что этот парень не припарковался там и не целуется с моей дочерью.

– Ладно. Этого времени достаточно, чтобы погрузить тебя в оргазмическую кому. Но сначала ты получишь свой подарок.

– В этом году ты рановато с покупками. Я впечатлена, – она забирается на кровать, в то время как щенок хватает одну из своих игрушек в форме косточки и тащит на свою собачью кровать возле окна.

Я исчезаю в гардеробной, чтобы достать из секретного места подарок Эви.

– Вообще-то, – я сажусь рядом с ней на кровать. – Я не искал его специально. Вышло совершенно случайно, когда мы играли в Нью-Йорке несколько месяцев назад, и я подумал: «Черт, оно идеально подойдет Эви».

Она выглядит очаровательно и сексуально, сидя со скрещенными ногами, лишь в одной из моих мягких фланелевых рубашек, расстегнутую до середины груди, дразня меня своим декольте.

– Нашел? На улице?

– Нет. В антикварном магазине.

– Что ты делал в антикварном магазине?

– Мы с Ашером собирались перекусить, а магазинчик был как раз рядом с продуктовым. Он все ещё в поиске ключей от всех дверей.

Она кивает.

– Ох. Не могу дождаться, чтобы увидеть подарок.

– Закрой глаза.

Едва сдерживаю смех, когда она крепко зажмуривается и покусывает нижнюю губу, изо всех сил стараясь не подглядывать.

Черт, я люблю эту женщину.

Беру ее правую руку и медленно надеваю кольцо ей на палец.

Ее губы формируются в удивленную букву «О».

Я наклоняюсь ближе к ней и целую в губы.

– Можешь открывать глаза.

Ее глаза распахиваются, и она смотрит на бриллианты в два карата на своем пальце, ограненные в форме идеальной снежинки.

– О боже… это же моя вечная снежинка! – она отрывает взгляд от кольца и смотрит на меня. – Не могу поверить, что ты нашел алмазную снежинку. Случайно!

– Когда ты сказала, что хочешь такую же, я просто не мог дождаться, чтобы подарить ее тебе.

– Я в восторге! – ее голос мягкий и полон надежды. – Знаю, я все время говорю, что люблю тебя… – она секунду смотрит на кольцо, затем поднимает голову, чтобы встретиться со мной взглядом. – Но этого мало. Ты правда самый удивительный муж и лучший отец. Ты миришься со всеми моими причудами, и с тобой я всегда чувствую себя в безопасности и любимой. Каждую ночь я лежу в постели и смотрю, как ты спишь, и не могу поверить, как мне повезло с тобой. С каждым днем я все еще влюбляюсь в тебя все больше и больше.

Я сжимаю ее руку.

– Хорошо… раз уж мы признаемся… каждый раз, когда ты говоришь мне, что любишь меня, я как будто слышу это в первый раз. Ты офигенная мама. Самая горячая, самая милая жена на планете. И, эй, когда ты это смотрела, как я сплю? Я мечтаю о тебе и о том, как мне повезло. Я тоже до сих пор влюбляюсь в тебя, и знаешь что? Никогда не перестану.

Она нервно смотрит на меня из-под завесы своих волос.

– Даже если я беременна?

Мое сердце подпрыгивает от шока и волнения.

– Срань господня, детка! Ты серьезно?

– Да. Сегодня утром я сделала восемь тестов и также была удивлена, как и ты сейчас.

Я переворачиваю ее на спину и со всей любовью целую в губы, затем нежно кладу руку ей на живот, уже по уши влюбленный в третью маленькую жизнь внутри.

– Спасибо, – шепчу ей в губы. – Это лучший подарок на годовщину, который ты могла мне преподнести.

Перед смертью бабушка сказала, что мой не рожденный малыш когда-нибудь вернется ко мне, и я сразу же это пойму.

Так и произошло. Я понял.

Теперь моя жизнь, моя семья и мое сердце обрели полную гармонию.

Конец

КТО СЛЕДУЮЩИЙ?

АШЕР!

Notes

[

←1

]

Брайдзилла – невеста, слишком зацикленная на своей свадьбе.

[

←2

]

Социофобия – (или социальное тревожное расстройство) страх того, что на виду у других людей будет сделано что-то, что вызовет негативную оценку у окружающих.

[

←3

]

WebMD – веб-сайт, публикующий медицинские симптомы, информацию об аптеках, лекарствах и блоги врачей.