Текст книги "Вороны Одина (ЛП)"

Автор книги: Келли Армстронг

Соавторы: Мелисса Марр
сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 13 страниц)

Фин хотел было вернуться в человеческий облик, но волк был быстрее. Он побежал к зомби и решил, что поменяет форму, когда будет рядом с Болдуином. Однако, когда Фин побежал, то понял, что зомби свернули его с пути. Проверяя свою теорию, он снова побежал к ним. Они обернулись, когда он подошел к ним, и несколько из них упали в воду.

После этого он начал их пасти. Это было немного неубедительно, как быть овчаркой вместо волка, но это было намного лучше, чем вкус зомби во рту.

И это даст Лори больше времени. Защищать ее было его главной целью в жизни; это было в течение многих лет, с тех пор, как дядя Стиг, ее отец, попросил Фина помочь присматривать за ней, когда его не было рядом. Наличие одного четкого фокуса значительно облегчало выбор правильного решения: все, чтобы Лори была в безопасности. В последнее время он начал добавлять в свой список Мэтта и Болдуина. В данный момент охранять их означало пасти зомби.

Фин не мог спустить в воду всех зомби или хотя бы половину из них – их было слишком много. Однако некоторых из них он гнал к реке группами. В то же время Болдуин продолжал бить их веслом. Это была система – не самая лучшая система, но учитывая все, это был довольно приличный план – и, что более важно, он работал.

В перерывах между попытками загнать зомби обратно в реку кислой похлебки Фин поглядывал на опушку леса, куда направлялись Лори и Мэтт. Как только они вошли под прикрытие деревьев, Фин помчался обратно к Болдуину, разбрасывая зомби на бегу.

Когда Фин добрался до Болдуина, то снова принял человеческий облик.

– Ух ты! – Болдуин моргнул, глядя на Фина. – Это был всего лишь один шаг, а потом бац, ты не мохнатый.

– С тех пор, как мы оказались в Хеле, переключение между формами происходит гораздо быстрее, – ответил Фин, надеясь, что перемена останется такой же, как сейчас, когда они снова окажутся в стране живых. Он показал свои зубы зомби и сделал угрожающий шаг к нему, экспериментируя с тактикой, которая работала как у волка.

Зомби дрогнул, но не изменил своего пути.

– Думаю, это работает только в качестве волка, – сказал Фин, а затем он схватил кость, которая была слишком большой, чтобы быть человеческой, и использовал ее как оружие, чтобы сбивать зомби с ног. – Отправляйся в сторону леса. Я обернусь и пойду за тобой. На четырех лапах я быстрее.

Болдуин вырубил еще двух зомби и побежал.

Как только Болдуин отошел на несколько шагов, Фин бросил кость и вернулся в волчью форму. Ему пришлось атаковать нескольких зомби, которые были слишком близко к Болдуину, но большинство, казалось бы, безмозглых мертвецов оставались у воды. Фин бросился на тех, кто приближался к лесу, а потом побежал вприпрыжку, чтобы не отстать от Болдуина.

Все меньше и меньше зомби преследовало их, и когда два потомка достигли первых деревьев, все зомби начали отступать назад в реку, будто вода притягивала существ обратно к ней невидимыми путами. Фин снова стал человеком, чтобы поговорить с Болдуином. Он подтолкнул Болдуина локтем и сказал:

– Смотри.

Какое-то время они стояли на опушке леса, наблюдая, как зомби пятятся назад к вновь бурлящей реке. Вода бурлила и кипела, когда мертвецы возвращались в нее. Если бы не тот факт, что они наблюдали за зомби и кислотной водой, это было бы круто. Фин покачал головой. На самом деле, это было все еще круто, но не означало, что у них было время продолжать смотреть.

– Пошли, – сказал он.

Болдуин кивнул, и они углубились в лес.

Тропинка выглядела довольно чистой, так что Фин надеялся, что они скоро догонят Лори и Мэтта… и что между ними и выходом из Хель не будет никакого другого монстра. Они столкнулись с Йотунном, гигантским многоглазым сторожевым псом, его жуткой тетей Хеленой, сварливыми мертвыми викингами, а теперь и с ядовитыми зомби. Фин был готов к чему-то менее утомительному. Но почему-то ясно очерченная тропинка через лес не слишком убедила его в том, что он вот-вот найдет то, что искал.

– Извини, что ты опечалился из-за моей смерти, – сказал Болдуин. – Но это здорово, что вы все пришли за мной. Я хорошо проводил время, но действительно рад, что вернулся, чтобы помочь бороться с Райдерами и большой змеей, – он сделал паузу и посмотрел на Фина с очень серьезным выражением лица, прежде чем добавить: – Как думаешь, мне придется вернуться после боя, или я останусь жив? О! Надеюсь, я не начну гнить, когда мы вернемся. Я имею в виду, что я не стану зомби, не так ли?

– Нет, – ответил Фин, сам не зная, прав ли он, но пытаясь утешить. – Думаю, ты будешь такой же живой, как и я.

Болдуин вздохнул.

– Ладно. Это хорошо. Я действительно не хочу быть зомби. – Он улыбнулся и вдруг вздрогнул. – Это было забавно и все такое, но они довольно грубые, верно? Я скучаю по сердцебиению. И дыханию. Надеюсь, я и их получу обратно.

Фину захотелось рассмеяться. Настроение Болдуина никогда не отличалось чем-то иным, кроме веселого. Его жизнерадостность мешала Фину быть сварливым, и это кое о чем говорило. Он улыбнулся Болдуину, прежде чем сказать:

– Ты, вероятно, будешь так же жив, как и раньше, и ты прав: они были отвратительны. Однако я узнал кое-что, чего нет ни в одном из фильмов.

– Что?

– Зомби на вкус как грязная обувь. – Фина едва не вырвало от этого воспоминания.

Болдуин сочувственно фыркнул, прежде чем сказать:

– Вот они!

Когда Фин поднял голову, ему показалось, что он видит двух черных птиц, улетающих при их приближении, и подумал, не те ли это птицы, которых он видел раньше. Тем не менее, они улетали, и он не собирался тратить время на беспокойство о том, что не нападает на них.

Мэтт и Лори стояли у входа в пещеру. Мэтт стоял лицом к темной пещере, а Лори смотрела на тропинку, по которой они уже прошли. Несмотря на все случившееся, они были внимательны к потенциальному риску. Из этой пещеры могло выйти все, что угодно.

– Зомби наступают до сих пор? – спросила Лори.

– Нет. Как будто их утянуло. – Болдуин начал жестикулировать. Он выбросил вперед одну руку с растопыренными пальцами, как у паука, у которого не хватает ног, и медленно потянул ее к себе. Его пальцы дернулись, будто они боролись с какой-то силой. – Река поглотила их, как только мы достигли линии деревьев.

Мэтт взглянул на Фина, и тот кивнул.

– Значит, с зомби покончено. Хорошо. – Мэтт махнул рукой в сторону пещеры. – Есть шанс, что у тебя еще есть зажигалка?

Фин вытащил ее из кармана.

Мэтт стащил с себя остатки рубашки, скрутил ее и обернул вокруг палки, которую, очевидно, подобрал по дороге к пещере. Он завязал концы рубашки узлом, а затем протянул конец палки вместе с рубашкой Фину.

– Зажги.

Фин щелкнул зажигалкой и поднес крошечный огонек к ткани. Та ярко вспыхнула. Очевидно, заполненная зомби кислотная вода была катализатором.

С факелом в руке Мэтт повел их в темную пещеру. Всего через несколько шагов воздух стал влажным, и чем дальше они углублялись в темноту, тем сильнее становилось это ощущение. Без фонаря у них были бы неприятности. Главная тропа была достаточно широкой, чтобы они могли пройти по ней вдвоем, но по мере того, как они спускались все ниже, она становилась все уже.

Где-то поблизости слышался шум воды. Минут через десять они свернули за угол и обнаружили, почему: внизу бушевала река фосфоресцирующей воды.

– Ух ты! – Болдуин выдохнул это слово, растягивая его с благоговейным трепетом, присущим только поистине удивительным или решительно ужасным вещам.

– Да, – согласился Фин.

– Хорошая мысль для фонарика, Мэтт! – добавила Лори.

Торсен только кивнул и огляделся в поисках других угроз. Призрачный свет с реки внизу теперь освещал все вокруг, придавая всему болезненный зеленоватый оттенок. Мэтт крепче сжал факел.

Пока они шли, Фин гадал, не станет ли их путь через пещеру более сложным, но кроме нескольких узких проходов, которые требовали ползти на четвереньках, и некоторых туннелей, где им нужно было пригнуться, они не нашли никаких других проблем.

Они уже почти добрались до узкого скалистого выступа, пересекавшего сверкающую реку. Он выглядел как естественный мост, созданный за много лет, когда вода стерла камень. Мост выглядел так, будто по нему можно было пройти только гуськом, и это был опасный спуск в подозрительно выглядевшую воду.

– Мне кажется, мы подходим к выходу. Я чувствую себя… лучше. – Болдуин казался более взволнованным, чем обычно, но это имело смысл: для Болдуина достичь конца пещеры означало вернуться к жизни.

– Я тоже, – пробормотал Мэтт. – Чем ближе мы подходим к миру живых, тем больше у меня энергии.

Фин помолчал, понимая, что Мэтт и Болдуин правы. Он тоже чувствовал себя сильнее. Дело даже не в том, что он чувствовал себя так ужасно раньше, но внезапно ему показалось, что он стал легче, будто не замечал, насколько усталым и тяжелым было его тело в Хеле, пока снова не начал чувствовать себя лучше.

– Думаю, просто пребывание в Хеле угнетает. Оно изматывает тебя так, что ты даже не замечаешь. – Лори нахмурилась. – Думаешь, мы бы умерли, если бы остались здесь? Прямо сейчас, я чувствую, как жизнь просачивается обратно в меня. Есть ли в этом смысл?

Мэтт и Фин согласились.

– Не знаю, как у вас, но мое сознание стало отчетливее. Я рад, что вы меня спасли. Не могу поверить, что я должен был тут остаться. Смерть – это не круто, – сказал Болдуин.

В молчаливом согласии они все пошли немного быстрее. Фин остановился у моста и жестом пригласил Болдуина пройти вперед. Сейчас тот был сильнее Мэтта, поэтому должен был взять инициативу на себя. Фин займет свое обычное место позади. Мертвый мальчик ступил на узкий мостик, Лори последовала за ним. Прежде чем Мэтт успел последовать за ними, они услышали рычание слева. Низкий, долгий ворчливый звук последовал за первым рыком.

Фин и Мэтт одновременно остановились и повернулись на звук. Они стояли бок о бок спиной к Лори и Болдуину, которые уже были на мостике.

Фин увидел два больших желтых глаза, глядящих из темноты. Он пробормотал отвратительное слово, от которого Лори ахнула, а Мэтт сказал:

– Ага.

– Какие планы? – Болдуин спросил.

– Не останавливаться, – прошептал Мэтт. – Вы с Лори направляетесь к выходу. Фин?

– Прямо здесь, Торсен. – Фин не сводил взгляда с желтых глаз. Существо еще не подошло ближе, и Фин гадал, не ждет ли оно возможности напасть на них. Он был рад, что все они чувствовали себя лучше, но это не означало, что Мэтт был в своей обычной боевой готовности. Фин бросил на него быстрый взгляд и спросил: – Или может Болдуин…

– Я могу это сделать. – Мэтт на мгновение задумался, а потом сказал: – Мне просто нужно разозлиться. Когда он попытается остановить нас, я рассержусь.

Фин испустил короткий вздох облегчения, но добавил:

– Это путешествие в Хель – веселая штука.

– Не спорю, – сказал Мэтт, – оно идет?

Фин оглянулся, а Мэтт наблюдал за его горящими глазами. Болдуин и Лори прошли еще несколько футов, но они еще не добрались до более широкого пространства по другую сторону пещерного моста. Он сказал об этом Мэтту, а потом добавил:

– Я не хочу драться по ту сторону реки.

– Знаю. Мы подождем здесь, – сказал Мэтт так тихо, что Лори не услышала. – Тогда, как только они переправятся, мы позволим ему следовать за нами на узкий участок, и я убью его.

Фин согласился. Даже учитывая то, что нужно было нос к носу встретиться с монстром на мосте над кислотой, план был хорош.

Существо начало ползти к ним, и когда оно это сделало, зеленоватый свет показал тело, которое шло за глазами. Он был не так велик, как тролль, но очень близок к параметрам. Паршивый коричневый мех покрывал массивное тело. Грязные когти клацали по каменной земле, а огромные влажные зубы выглядели еще более отвратительно, чем при нормальном освещении.

Фин начал:

– Это…

– Пещерный медведь? – закончил Мэтт. – Думаю, что да.

– Конечно. Что еще может быть в пещере в Хеле? – Фин собрался с духом, хотя желание бежать уже начинало одолевать его. Не было никакого смысла стоять на месте, пока гигантский чудовищный медведь из старых исландских саг крался к ним… за исключением того, что они должны были выполнить план Мэтта.

– Он уже почти здесь, – пробормотал Мэтт. – Ты можешь перекинуться?

– И что дальше?

– Дразни его, пока он не прыгнет на узкую площадку, а я ударю Молотом по камню и отправлю его в воду. Не высовывайся, когда я взорву его.

Чтобы следовать плану Мэтта, требовалось большое доверие, но Фин кивнул.

– Понял.

Как только пещерный медведь оказался достаточно близко, чтобы сделать выпад, Фин подумал, что его сейчас стошнит. Вонь от этой штуковины была невыносимой, она пахла как смесь гниющего мяса и переполненного переносного туалета в самое жаркое лето Южной Дакоты.

И я собираюсь бежать к нему…

Фин покачал головой от абсурдности этого, а затем превратился в волка и побежал на пещерного медведя. Он был не совсем на расстоянии удара, когда зверь хлестнул его когтями и зарычал. Фин повернулся, перекатившись так быстро, что его правая передняя нога заболела, будто он что-то порвал. Он побежал обратно к Мэтту.

В то же время Торсен отступил на узкий мостик. Он стоял, широко расставив ноги и напрягаясь.

– Пригнись, Фин! – закричал он.

Едва Фин упал на живот, заряд энергии Мэтта врезался прямо в медведя.

Тот зарычал и продолжил наступление.

Мэтт попятился.

– Он должен подойти ближе!

Надеясь, что он не собирается купаться в этой мерзкой реке, Фин вскочил и снова побежал к ней, а затем бросился обратно к Мэтту. Все еще в волчьей форме, Фин упал на живот в нескольких футах перед Мэттом.

Пещерный медведь последовал за ним, и Мэтт ударил его еще одним взрывом энергии из своего Молота.

За громким стуком последовал скребущий звук – это пещерный медведь скребся в поисках добычи. Сразу после этого раздался рев и всплеск. Фин посмотрел на медведя, который плыл к берегу реки далеко внизу. Он был мокрым, покрытым зеленой светящейся слизью, но в остальном невредимым. Фин со свистом выдохнул. Бороться с этим лицом к лицу было бы невозможно.

– Пошли, – сказал Мэтт. – Сейчас.

Фин вернулся в человеческий облик, и они поспешили за Лори и Болдуином. К счастью, остальные были у ворот в живой мир. Выход парил в воздухе, не совсем на каменной стене пещеры, но достаточно близко к ней, чтобы не было никакой возможности дотянуться до него. Он выглядел точно так же, как порталы, созданные Лори, но был постоянным.

Больше никаких препятствий не стояло между ними и выходом из Хель. Вместо этого, казалось, что они действительно были свободны. Когда Фин и Мэтт присоединились к двум другим детям, земля замерцала, и у их ног появилась стопка наполненных рюкзаков. В каждом рюкзаке лежал лист бумаги из крылышек насекомых и одним из их имен.

– Кажется, тетушка Хелена наверстывает упущенные дни рождения, – сказал Фин.

Свежая, незастегнутая одежда для всех четверых детей высыпалась из рюкзаков, когда они их открывали. В каждом рюкзаке каким-то образом оказался спальный мешок, несмотря на кажущуюся невозможность такого количества вещей поместиться в маленькие мешки. Разбирая рюкзаки, они достали одежду и обувь своих размеров. Фин не видел необходимости переодеваться, пока не смоет с себя грязь, но и Болдуин, и Мэтт натянули чистые рубашки, чтобы заменить те, что были уничтожены в реке в Хеле.

Пока мальчики надевали рубашки, Лори рылась в рюкзаке. Через мгновение она достала из сумки странный предмет: странный лук, который, казалось, был сделан из кости и сухожилий.

– Ммм, ребята?

Они все взглянули на оружие, что она держала, и проверили сумки. Ни у кого больше его не было.

– Смею предположить, не только я в семье думаю, что тебе следует держаться подальше от сражений, – подразнил Фин.

Лори легонько шлепнула его по руке, но при этом улыбнулась. Он понял, что и сам тоже улыбался. Он ничего не мог поделать: они были все вместе, они спасли Болдуина от смерти, и они собирались вернуться в страну живых. Дела снова пошли на лад. Теперь им просто нужно было спасти Оуэна, забрать близнецов и собрать остальные недостающие предметы для предстоящей битвы. Найти Молот Тора и несколько перьев не должно быть слишком сложно, верно? Они уже сделали невозможное – спасли Болдуина от смерти – и могли сделать и это тоже.

А, возможно, ничего и не нужно было делать. Они уже поменяли то, о чем гласил миф, они больше его не повторят. Может, спасения Болдуина было достаточно для предотвращения Рагнарёка.

Уставшие, но улыбающиеся, они пошли сквозь портал, что выводил из Хель. Мэтт шагнул первым, и остальные последовали за ним.

ГЛАВА ШЕСТАЯ: МЭТТ – ВОЛОСАТЫЕ, ОГРОМНЫЕ КОРОВЫ

Мэтт выпрыгнул из Хель в шторм. По крайней мере, так он думал, когда его ноги коснулись земли, и боль пронзила их. Потирая икры, услышал отдаленный раскат грома. Все еще дезориентированный после прыжка, потянулся, чтобы прикрыть голову от дождя, но понял, что это не дождь. Но гром продолжал греметь, да так громко, что сотрясалась земля. Когда он вдохнул, то почувствовал запах сухой земли и пыли.

Он посмотрел на выходной портал, мерцающий, как волна жара. Остальные еще не пришли. Когда над головой промелькнула темная фигура, Мэтт поднял глаза и увидел двух птиц, круживших так высоко, что он не мог различить ничего, кроме черных точек.

Гром опять-таки загрохотал. Парень оглянулся и увидел приближающуюся бурю. Похоже, пыльная буря катилась по открытой местности.

Они были в прерии – осенняя трава высокая и золотистая, темные холмы на заднем плане. Небо над головой было голубым. Яркое, почти ослепительно голубое, обжигающее глаза после сумерек и тумана Хель. Солнце светило, и не было видно ни единого облачка… кроме облака пыли на земле, которое катилось все ближе, кружащаяся бежевая масса, усеянная черными пятнами…

Мэтт понял, что он видит, как раз в тот момент, когда Фин начал выходить из портала. Мэтт сделал выпад и ударил его в плечи.

– Что за..? – начал Фин, прежде чем упасть обратно в Хель.

Мэтт попытался нырнуть вслед за ним, но вместо этого упал на землю. Очевидно, это был билет в один конец.

Он поднял голову и увидел облако пыли, а впереди него… шеренгу бизонов. Бегущих бизонов.

– Лори! – крикнул он, надеясь, что она каким-то образом услышит его с другой стороны. – Ты не могла бы сделать тут аварийный выход!

Поднимаясь, он огляделся по сторонам, но не увидел никаких признаков двери-портала Лори и не осмелился ждать, чтобы узнать, сможет ли она создать его. Бизоны приближались так быстро, что он чувствовал отвратительный запах их шерсти и слышал их паническое фырканье сквозь грохот копыт. Он бросился бежать, но уже понимал, что слишком поздно. Это было не просто несколько бизонов. Это было стадо… большое, по меньшей мере, несколько сотен, несущееся по земле подобно катящейся волне разрушения, сметающей все на своем пути. Включая любого тринадцатилетнего мальчика, который встанет у них на пути.

Однако он все еще пытался сбежать. Бежал так быстро, как только мог, пока не понял, что у него нет ни единого шанса. Затем свернулся в клубок и перекинул щит через плечо, блокируя, понимая, как мал щит, как мал и тонок. Сквозь пыль он видел бизонов. Массивных, лохматых зверей. Шесть футов ростом. В два раза длиннее. По тысяче фунтов каждый. Огромные заостренные рога. Закатившиеся в панике глаза.

«Я труп», – подумал он. – «После всего этого я труп, и это не тролли, не демонические собаки и не реки кислота. Это волосатые, огромные коровы».

Стадо ударило, земля содрогнулась, пыль полетела ему в глаза, нос, рот, звук и запах были настолько ошеломляющими, что он даже не мог думать. Первые несколько бизонов успели заметить его и проскочить мимо. Он не осмеливался заглянуть за щит, но знал, что удача ему не улыбнется. Скоро появится тот, кто этого не увидит…

Копыто с ужасным треском ударилось о щит. Бизон споткнулся, но каким-то чудом прошел прямо над ним, длинная шесть на животе задели Мэта. Удар по щиту отбросил парня в сторону ровно настолько, чтобы Мэтт успел заметить что-то мерцающее в десяти футах от него. Портал. Сможет ли он это сделать? Он поджал ноги и уперся ладонями в землю, готовясь к тому, что сейчас произойдет…

В мерцающей двери появилась фигура. Это был Болдуин, шагнувший вперед.

– Нет! – крикнул Мэтт. – Оставайся внутри!

Он вскочил на ноги, сразу же осознав свою ошибку. Бегущий на него бизон фыркнул и свернул в сторону, но тот, что шел за ним, продолжал приближаться, казалось, совсем его не замечая. Мэтт поднял щит и почувствовал, как вспыхнул Молот.

Его рука взметнулась вверх. Молот ударил по атакующему бизону. Тот споткнулся. Следовавшее за ним животное, врезалось в ошеломленного бизона, и они свалились в кучу, а остальная часть стада увидела эту кучу и побежала вокруг нее, оставив Мэтта стоять. Он пробормотал извинения упавшему бизону, когда тот, пошатываясь, поднялся на ноги. Затем парень повернулся к порталу как раз в тот момент, когда разъяренный бизон, опустив рога, бросился на Болдуина.

– Болдуин! – крикнул Мэтт.

Рога поймали Болдуина. Он взлетел в воздух. Портал снова замерцал, в него просунулась рука. Рука Фина.

– Нет! – прокричал Мэтт.

Он побежал к ним, едва не задев одного из гигантских зверей, когда тот с грохотом пронесся мимо. Теперь он мог видеть Болдуина, лежащего на земле, когда бизон пытался обойти его. Он отошел в сторону, подальше от портала, и Фин шагнул наружу.

– Фин! Назад! Вниз…

Фин вышел прямо перед нападающим зверем. Мэтт ударил Молотом Тора как раз вовремя, чтобы сбить зверя с курса, но теперь Лори вышла вперед, и Фин, должно быть, даже не успел понять, что происходит… все произошло так быстро, шок от того, что она вышла из Хель, был слишком велик.

Мэтт бешено размахивал руками, кричал во всю глотку, стараясь не только привлечь их внимание, но и показать бизонов. Некоторые повернули, но один огромный бык направлялся прямо к Лори.

– Нет! – крикнул Мэтт.

Мелькнула вспышка света, и сначала он подумал, что бросил Молот, но его руки все еще были прижаты к бокам, когда он бежал. Раздался оглушительный треск, и что-то ударилось о землю прямо за спиной Лори. Что-то настолько яркое, что ослепило их, и Мэтт не понял, что это было, пока не увидел черную трещину на песчаной земле и сухую траву вокруг него, вспыхнувшую пламенем.

Молния.

Мэтт посмотрел на небо, но оно все еще было голубым и безоблачным. Теперь он был вместе с остальными, бизоны фыркали и ревели, когда до них доносился запах дыма. Они обогнули трещину и небольшие возгорания… а также Лори и Фина, давая им достаточно широкое пространство, чтобы Болдуин мог встать на ноги. Болдуин подбежал к кузенам и догнал их так же, как Мэтт… и как раз в тот момент, когда огоньки погасли, стадо бизонов снова начало приближаться.

– Повтори! – закричала сквозь стадо Лори.

– Что? – спросил Мэтт.

– Молнию! – ответил Фин.

– Я не…

– Гром? Молния? Тор? – поинтересовалась Лори. – Это был ты!

Мэтт уставился на стадо, когда бизоны начали приближаться, пропасть, которую они дали детям, исчезла.

– В любое время, Торсен, – сказал Фин.

– Давай, Мэтт, – сказал Болдуин. – Что бы ты ни сделал, сделай это снова. Быстро. Эти буйволы намного крупнее нас.

Что же он натворил? Он понятия не имел. Он не думал и не делал ничего, только паниковал, и если этого было достаточно, то сейчас повсюду должны были лететь молнии, потому что его сердце бешено колотилось…

Молот. Возможно…

Он сжал амулет, и его рука метнулась вперед, но он сразу почувствовал, что это не то же самое. Была вспышка и грохот, но то, что упало на землю, было просто обычным ударом Молота, которое абсолютно ничего не сделало.

Мне нужна молния. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, дай мне…

Прямо на их пути появился бизон. Мэтт схватил щит одной рукой, размахивая им перед собой, и крикнул:

– Становись за мной!

Затем он запустил Молот. Тот сбил бизона с курса, но второй шел прямо за ним, и не было времени, чтобы бросить еще раз…

Раздался леденящий кровь вопль. Сначала Мэтт подумал, что это Лори. Ладно, возможно, он думал, что это кричал он сам, когда понял, что его вот-вот растопчут, и маленький деревянный щит не спасет. Но потом он увидел что-то, пробивающееся сквозь пыль и стадо, что-то огромное и белое. Еще один крик. Затем раздалось гулкое ржание, и он увидел женщину с синими отпечатками ладоней на щеках и длинными рыжими волосами, струящимися позади. Хильдар. Предводительница Валькирий. Зрелище почти такое же ужасное, как бизон, с ее раскрашенным лицом, сверкающим мечом и рычанием боевой ярости, когда ее конь бежал рядом с бизоном, сбивая его с курса. Мэтт взмахнул щитом…

В последнюю секунду лошадь дернулась, и чья-то рука схватила его сзади за рубашку. Он взлетел в воздух и каким-то образом приземлился на лошадь позади Хильдар.

– Нет! – сказал он. – Другие…

Он оглянулся через плечо, когда трое всадников подхватили Лори, Фина и Болдуина. Хильдар что-то крикнула, и он обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть споткнувшегося бизона, напуганного лошадьми. Он рухнул прямо у них на пути. Мэтт схватился за края седла, готовясь к удару. Валькирия что-то крикнула, и они уже собирались врезаться в поверженного бизона, а потом…

Все вокруг побелело. Яркая, ослепительно белая вспышка, и он все еще слышал гром стада, но они были размыты с обеих сторон. Ветер пронесся мимо, и его щеки расплющились, волосы взъерошились, глаза защипало, будто он летел вниз с самых больших американских горок, какие только можно вообразить, и все, что он мог делать, это держаться. Затем шум стада исчез, и размытое пятно бизонов тоже исчезло. Его желудок сжался, а рот наполнился вкусом реки. Вкусом мертвецов. Еще один желудочный спазм. Он быстро закрыл глаза, зажмурился, чтобы после всего этого его не вырвало на Валькирию.

Его не вырвало. Поездка замедлилась, и он открыл один глаз, видя густой лес. Хильдар остановила лошадь на поляне. Мэтт огляделся, моргая, чтобы смахнуть пыль с глаз.

Они снова были на Блэк Хиллс. По крайней мере, так казалось: густой лес, массивные деревья, теснящиеся вокруг поляны.

– Слазь, – сказала она.

Мэтт соскользнул на землю, что было действительно нелегко, когда седло находилось на высоте около восьми футов. Он ударился. Хильдар бросила на него испепеляющий взгляд. Даже ее лошадь топала и фыркала, и Мэтт готов был поклясться, что она закатила глаза. Несмотря на клубящуюся грязь, зверь умудрялся оставаться ослепительно белым. Единственными цветными пятнами были синие отпечатки ладоней и завитки, похожие на те, что были на лице Хильдар, которые, казалось, сверкали на солнце, когда она поправляла свой щит и меч.

Позади него появились другие лошади, и детям бесцеремонно приказали спешиться. Мэтт пошел помочь Лори, но Фин отмахнулся от него и помог ей сам. Болдуин перекинул ногу и спрыгнул. Его одежда снова была порвана и грязна, но он выглядел ничуть не хуже из-за того, что его чуть не затоптали бизоны.

– Буффало? – сказала Хильдар, ведя свою лошадь рядом с Мэттом. – Сын Тора почти убит буйволом?

– Э-э… вообще-то их принято называть бизонами. – Он уловил выражение ее лица. – Неважно.

– Он ни в чем не виноват, – сказала Лори. – Выход из Хель привел его прямо на тропу этого стада.

– И ты думаешь, что это было случайно?

– Если ты намекаешь на то, что это спланировала Хелена, то она не сказала нам, где выйти. Это было…

– Неважно, – оборвала ее Хильдар, словно предпочитая винить во всем Хелену, – и все же сын Тора должен был смотреть, куда ступает. Все потомки Севера должны быть осмотрительнее.

– Мы только что сбежали из Хель, – сказал Фин, – мимо огненных гигантов, сторожевых собак-убийц и зомби-викингов…

– Их зовут драугры, – прошептал Болдуин Фину.

– Нет, на самом деле, это не… – Мэтт замолчал, поймав взгляд Хильдар. – Это сейчас не имеет значения. Дело в том, что я все испортил, и я беру на себя полную ответственность.

– Что сослужило бы тебе хорошую службу в загробной жизни, – сухо заметила Хильдар. – Убит буйволом? Ты даже не войдешь в врата Вальгаллы.

Мэтт мог бы сказать, что это действительно несправедливо… встреча с бизоном была, по меньшей мере, такой же ужасной, как и любая драка, в которую они ввязывались. И это была своего рода битва. Не говоря уже о том, что вся эта затея с «только-попасть-в-Вальгаллу-если-ты-умрешь-на-поле-битвы» была чепухой. Но сейчас, вероятно, было не время говорить об этом.

– Мне очень жаль, – сказал Мэтт. – Я все испортил. Спасибо за…

– Мы должны были спасти тебя. Из Буффало.

Фин шагнул вперед.

– А тот факт, что мы все отменили, потому что только что закончили спасать Болдуина из Хель, вообще не считается? Неужели?

– Мы довольны тобой за это, сын Локи. Как мы рады сыну Тора за то, что он благополучно вывел вас из Хель.

– Хм, я не вытаскивал нас, – сказал Мэтт. – Это была совместная работа. Я упал в реку кислоты.

– Как и положено, – сказала она. – Мы тоже этому рады.

Очевидно, она говорила с сарказмом, но выражение ее лица и тон не выдавали этого.

– Мы все работали вместе, – сказала Лори. – Я открыла дверь в загробную жизнь, и Фин убедил Хелену освободить Болдуина. Мэтт, Фин и Болдуин – все они – отбивались от зомби…

– Да, да, вы все сыграли свои роли, – пренебрежительный тон. – Но сын Тора и дочь Локи должны быть более осторожны. Каждый раз, когда мы спасаем вас, это считается вмешательством, и это нарушает баланс вещей. Теперь, когда мы спасли вас от буйволов, мы не сможем помочь вам в ближайшее время.

С тех пор как он услышал Петуха в Хель, бабочки поселились в животе Мэтта, порхая, шепча, что это может не закончиться, даже если они вытащат Болдуина. Пока Хильдар говорила, эти бабочки падали, как свинцовые шарики.

– Ближайшее время… – сказал он, едва выговаривая слова. – Значит, это еще не конец.

– А с чего бы?

– Мы спасли Болдуина. Миф разрушен. Рагнарёка не будет.

Тишина. Впервые с тех пор, как он встретил Хильдар, холод в ее голубых глазах исчез. Когда она заговорила, он не сказал бы, что ее голос был добрым, но он был мягче.

– Ты так думал, сын Тора?

– Мы все так думали, – сказала Лори. – Разорвать круг, остановить апокалипсис.

– Нет, дети. Вы не можете остановить Рагнарёк. Когда вы изменяете ход мифа, вы изменяете ход результата. Если перемена положительная, например, спасение Болдуина, то шансы меняются в вашу пользу. Это не мелочь.

Мэтт кивнул, но не смог заставить себя заговорить.

– Теперь настало время отдохнуть, – сказала Хильдар. – Мы будем стоять на страже.

– Но мы не можем отдыхать, – сказала Лори. – Оуэн где-то там. Его держат в плену и…

– Он свободен.

Лори помолчала.

– С ним все в порядке?

– Оуэн такой, каким и должен быть. Больше никаких разговоров. Отдыхайте. Сейчас. Нужно сделать еще кое-что.