Текст книги "Мой шейх 2 (СИ)"
Автор книги: Катерина Снежная
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 9 страниц)
Глава 10
Кадим Джабраилов не понимал таких людей, как Род Страквир. Не понимал и не уважал. По его мнению, подобные Роду люди не одарены Аллахом ничем, кроме удачи родиться в одно время с правителем и быть товарищами по детским играм.
В то время, близкие Кадиму люди по духу, одаренные и умные вынуждены с боем пробиваться в элиту. А на самом верху, имея не посредственный доступ к самому влиятельному человеку в королевстве держаться за свое место в жизни из всех сил ногами и руками.
И все же, в этот раз он согласился со Страквиром в том, что война не нужна Магрибским эмиратам.
К тому же, молодой шейх последние месяцы не выказывал после победы никакого иного интереса, кроме как к развлечениям, женщинам и охоте. Для Кадима такое поведение казалось не нормальным, даже загадочным. Шейха словно подменили. Верно говорят, война меняет людей, власть меняет характер, деньги портят душу. Но Аллах свидетель, Карим все это давно прошел и перерос.
Откуда же такой регресс?
Почему, он проводит свободное время в гареме. Почему ему привозят на пробу все новых и новых девушек? Во истину ненасытность удивляла тех избранных, что были в курсе. И хотя Карим отвергал большинство привезенных красавиц, некоторых все же оставлял. Девушек, чей цвет локонов был желтых или золотых оттенков. Почему при красавице жене и новорожденной дочери, он вел себя как будто только что вступил в пубертат? А теперь еще и война…
Поэтому, когда к нему в его личную резиденцию поступил запрос от топширов и их теневого главы Двадавра Хитрого, Кадим согласился его принять и даже приготовился к этой судьбоносной для эмиратов встречи. Новый наследник рода Мактумов с точки зрения дипломатии выглядел многообещающим союзником. Сын Али, молодой человек вырос в Аравии, но получил образование за рубежом. Он хотел править. Так что новый мир, подписанный и пока не крепкий ему был выгоден, также, как и Йылмызам.
Когда в его кабинет секретарь привел двух мужчин, Двадабра и еще одного посла Кадим лично встал их поприветствовать, полагая, что встреча крайне важна в том числе и для него лично. И вопреки этикету, требующему до начала официальной встречи любого светского разговора, он сразу же после пожатия рук, спросил без купюр:
– Уважаемые господа знают, я люблю ваши эмираты и давно, усердно прикладываю все усилия во славу всех нас. В том числе и топширов. Но как вы можете объяснить убийство брата нашего шейха? – он посмотрел на них строго и осуждающе.
– Такого приказа не было, – ответил мужчина пришедший с Двадабром. – А те, кто сделал это, убийцы были жестокого наказаны.
Кадим не поверил ни единому слову. Ну, что еще они могли сказать? Они все понимали и им было все равно.
– Вам хочется еще воевать? – спросил Кадим с вызовом в голосе, буквально читая по лицам пришедших положительный ответ, то, как его вопрос находит горячий отклик и поддержку в их языке тела. – Аллах мне в помощь, вы же не серьезно?
Он начал думать, что ошибся и беседует с фанатиками, а вовсе не с дипломатами.
– Мы не хотим потерь, – произнес вкрадчиво Двадабр, хитро глядя на Кадима. – Война для Аравии всегда бедствие и большое. Уверен, уважаемый ибн, знает, чем может порадовать и своего и нашего правителя.
В этот момент, Кадим подумал, что опять ошибается. Перед ним сидят вовсе не дипломаты, а обычные проходимцы и жулики. Иначе зачем им приходить на встречу с пустыми руками?
***
Умри Адам позже 2023 года, все досталось бы либо ребенку Арии, если это мальчик. Либо Кариму, если у нее будет дочь. Теперь все изменилось. Новый закон о гражданском личном статусе менял жизнь граждан в лучшую сторону. Ариа собиралась заслушать завещание и ее сопровождал Род. В глубине души она переживала и нервничала, надеялась, Карим когда узнает, примет все как есть. Если он узнает... Ребенок, которого она носила считался от мужа. И Ариа собиралась поддерживать легенду столько сколько сможет.
Если бы внезапно скончался еще и муж Мары, она была бы на седьмом небе от счастья. Но пока никаких новостей о ней не было. Она приходила в офис еще раз, но там попросту не открыли дверь. Что делать она не знала, но понимала, помочь в этом семейном и щепетильном деле ей может только Карим.
На чтение, она нарядилась в самое огромное платье, какое только нашла в доме. Сверху, прикрыла еще одной накидкой и удлиненной чадрой. И когда она и Род вошли в библиотеку, вероятно одну из многих в таком огромном дворце, она забыла, как дышать. Карим смотрел прямо и только на нее. В комнате были еще люди: судья, два свидетеля, Сафири… Она ощущала лишь его обжигающий холодом взгляд.
– Рад приветствовать, – кивнул Карим.
Начался обмен соболезнованиями.
– Ох, Ариа, – не могла промолчать Сафири, пока мужчины говорили друг другу вежливые слова. – Ты беременная?
В библиотеке повисла тишина. Но ей показалась, что произошел оглушающий взрыв, Ариа мучительно залилась краской, ругаясь про себя. Ведь могла Сафири промолчать, ей же это выгодно. Так зачем она так!?
– Да, – отозвалась глухо, понимая, что все смотрят на нее. – У вас, я знаю тоже родилась дочь. Надеюсь, вы получили от нас подарки и поздравления.
– Конечно, они дошли до нас. Жаль, что тебе не повезло. Потерять мужа, на каком ты сроке?
– Четыре месяца, – отозвалась Ариа, сознательно занижая срок и думая про себя, какая все-таки Сафири с@@@. Могла бы и не заметить. Нет же, ей хотелось знать, когда точно.
– Аллах забирает и Аллах дает, – заметил Род, выводя Арию из под сощуренного взгляда Карима и усаживая в кресло по дальше.
– Итак начнем, – мягко произнес судья, когда все расселись.
– Нет, – Карим звучал непреклонно. – В завещании указано, что все наследует Ариа. Так что прошу всех покинуть кабинет, кроме тебя.
У Арии рухнуло сердце. Она вжалась в кресло, стискивая пальцами подлокотники. Что он задумал?
Чертовски страшно находиться под чужой властью, под посторонним влиянием, словно вовсе нет у тебя прав и сил. Неужели он обо всем догадался? Ее пульс забился, словно бешеный.
– Я хочу остаться, – робкий голос Сафири, подсказал, что у них не все ладно. – Не отсылай меня, пожалуйста. Это же семейное дело.
– Не переживай. Нам с Арией нужно обсудить судьбу детей Адама.
– Хорошо.
Ее «хорошо» прозвучало невыносимо обиженно. Ариа про себя усмехнулась. Сафири вышла из кабинета, всем видом изображая, как не довольна. И они остались одни.
Карим сидел за большим столом. От него исходила мощная волна напряжения. Теперь он шейх, а вовсе не тот мужчина, которого она встретила несколько месяцев назад. И Ариа буквально в его власти.
Она долго бродила взором по стенам библиотеки рассматривая корешки книг и избегая смотреть в сторону Карима. Она пришла сюда поговорить именно с ним. Карим мог ей помочь, но захочет ли? Ариа ощущала, как ей не хватает духа начать умолять и просить. Когда пауза затянулась до неприличия долго, она вынуждено подняла на него глаза.
От их прочного зрительного контакта, у Арии мгновенно вспотели ладони. Тело словно окунули целиков в тепло и все напряжение разом покинуло мышцы. Казалось, она за всего один вздох и выдох лишилась сил и энергии.
– Извини, – от невыносимого стеснения в груди она вскочила на ноги.
Карим отреагировал мгновенно. Он тоже вскочил и устремился к ней. Оказался рядом. Его покрасневшая кожа, сжатые кулаки и раздувающиеся ноздри, заставили Арию пожалеть о своей медлительности. Грохот в ушах и сухость в горле от учащенного дыхания, вызвали нервное покашливание.
Она рванулась к двери, но Карим оказался быстрее и перехватил ее за локоть, блокируя и не давая открыть проход.
– Прости, если я тебя расстроил, – его слова буквально убили ее.
– Отпусти.
Карим отпустил локоть, но тут же придержал дверь. Ей не удастся выйти, пока они не поговорят. А она, едва справляется с непонятными эмоциями.
– Я не уважал Адама, – сказал он не громко, пока она смахивала слезы. – Но жалею, что так вышло.
Он переживал, что она подумает на него. Ариа понимающе кивнула.
– Я все гадала, кто стоит за этим убийством? Кто устроил такую резню. Теперь я знаю, что это топширы. Ничего уже не изменишь.
Карим протянул руку и прикоснулся к ее чадре, снимая, и высвобождая золотистые локоны. Слегка улыбнулся, вероятно тому, что Ариа не винила его.
– Нам нужно решить, что мы теперь можем сделать для тебя.
То, что он сказал… Она могла уехать из страны. Ее никто не держал, кроме Мары. Но побег был бы подозрительным, поэтому у него точно возникли бы к ней вопросы. Она могла не приходить лично на чтение завещания. Можно было это сделать и онлайн.
– Я пришла сюда не ради денег, – сказала она, наблюдая, как его пальцы трогают локоны.
– А зачем тогда?
– Я хочу найти нового мужа.
Слова впечатлили так, что Карим замер, отпустил ее волосы, выпрямляя спину. Его зрачки максимально расширились, и кажется, он онемел от изумления.
Ариа потянулась и приблизилась настолько, что ее губы оказались в миллиметре от его. Заглянула в глаза и поцеловала его.
Глава 11
На долю секунды Карим обалдел, а затем откликнулся. Его руки обвили ее тело, прижали к себе, а язык ворвался в рот Арии сминая и исследуя ее страстно, сладостно, соскучившись.
И также неожиданно, как начала, она прервала их поцелуй, отступив вглубь кабинета.
– Что? – рваное дыхание и возбуждение Карима говорили ярче слов.
– Я никогда не буду второй женой, – Ариа твердо посмотрела ему в глаза. – Ничьей.
Слова разочаровали его. Он мгновенно остыл, приходя в пока еще не видное раздражение.
– Однако, ты здесь, – он отошел и сел на ближайший подлокотник, разглядывая с интересом торговца и не пониманием.
– Ты сам знаешь, такое решают лично.
Карим смерил ее оценивающе с головы до ног и впервые иронично усмехнулся. Ариа предлагала ему развод с Сафири и себя. Аллах, это женщина считала, что может все. Способна и имеет право торговаться с шейхом.
– И каковы твои условия?
– Я хочу, чтобы все мое наследство легализовали. По праву рождения. Все состояние. Землю. Деньги. Инвестиции. Заводы. Фирмы. Фонды. Всё.
Она просила всего лишь половину финансов страны. Карим едва сдержал рвущуюся улыбку.
– Что-то еще.
Ариа кивнула.
– Мне нужен отряд полиции!
Карим засмеялся. Не смог сдержаться. А почему не всю армию целиком? Ну, зачем девушке силовой вооруженный отряд. У Арии есть враги и ее женская месть будет страшна? Оно ведь забавно и в самом деле.
Ариа застыла на месте, глядя, как он хохочет, но не обиделась, не смутилась нисколько.
– Отряд, целый отряд?
– Да, все правильно.
Карим кое-как спрятал улыбку.
– А взамен, что получу я?
– Ты разведешься с Сафири и женишься на мне. Единственной дочери Хусейна. Истинного шейха Магрибских эмиратов, – Ариа стянула с себя чадру и скинула накидку, словно медленно раздевалась, выбивая из Карима выдох. – Ты сам знаешь, что власть и деньги это не все. Нужны еще и семейные связи.
Она шагнула к нему, ласково положила ладони на мужскую вздымающуюся грудь, мягко поглаживая и продолжая:
– Твой род, хоть и знатен, но недостаточно, чтобы удержать власть. Антара Карстен и подобные ему рода никогда не примут тебя. Брак со мной решит эту проблему. Придав твоей семейной истории глубину, уходящую в тысячелетия.
Он явно завис и Ариа, продолжила гладить его затылок, расточая ласки пальцами, трогая его лицо.
– Брак с Сафири ненадолго закрепит мир с топширами. Она выиграла тебе время и выполнила свою роль. Дальше снова война, без поддержки старых семей, типа моей и Карстена, ты не сможешь удержать власть.
Она намекала, что Сафири дальняя родня Мактумов. И хотя новый наследник помнил об этой связи, все-таки ее род не давал ныне никаких политических выгод ни Кариму, ни Магрибским эмиратам.
– Адам знал о твоем уме?
Показывать ум в среде, где правит мужское эго недальновидно. Мужчины не терпят конкуренции так, что Ариа лишь усмехнулась.
– А это уже не важно. Наш брак решит все проблемы. Закрепит твои позиции во власти, лишит законных оснований на месть топширов, укрепит статус в старых семьях и придаст блеска родословной. Ты, – ее уголки губ дернулись в уничижительной ухмылке. – Самозванец. Как и весь твой род. Без тысячелетней истории, и богатых склепов, сразу приобрёл бы вес благодаря моей семейной истории.
Каждое ее слово выводило Карима из себя, задевая мужскую гордость и самолюбие. Так вот он кто в ее глазах на самом деле. Ничтожество, собака, не способный удержать власть. Он думал, что привез жертву по приказу отца, а выходит джиннию? Можно ли было подобное предположить? Ариа так искусно и сладко его уговаривала, пользуясь страстью и одержимостью владеть ею. И имя ей – Умм аль-Лэйл! Не иначе.
– На тебе женится Страквир.
Ей с трудом удалось сохранить лицо, чтобы то не вытянулось в конец. Ариа замерла, но рук от Карима не убрала. Она застыла, быстро моргая и пытаясь понять не шутит ли он. Затем шумно выдохнула, отступила к двери. Жар заливал ее щеки.
– Значит, ты уже все решил?
Карим оттолкнувшись от подлокотника, встал на ноги и приблизившись к ней, пальцами сжал ее подбородок, поднял лицо Ариа к себе, чтобы увидеть ее первую реакцию, искреннею, ту что невозможно скрыть за ледяной ненавистью.
– Дети Адама будут воспитываться во дворце. Как только родишь, я заберу ребенка, которого ты носишь. Страквир разведется с женой и женится на тебе. Отряд ты получишь. Еще одна такая выходка и наказание будет в разы жестче. Никогда не ставь мне ультиматум. Ты поняла меня?
Он ждал, убежденный, что увидит гнев. Может быть ярость. Но с ее лихорадочно, горящих глаз сорвались слезы. Она дернулась, чуть попятившись назад и Карим физически ощутил ее гамму чувств.
– Ты наказываешь меня? – в голосе сквозило бездна разочарования. – А знаешь, никто не вечен!
– Угрозы ничего не исправят.
Она хотела что-то сказать. Было видно, как Ариа стиснув кулаки и сжав зубы, давится слезами.
– Как скажешь, – с дрожью процедила она и выскользнув за дверь, чуть не сбила с ног Сафири. Ариа шла по чужому дворцу проклиная его хозяина и понимая, что отныне не только карты, но и удача не на ее стороне.
Глава 11-1
Страквиру позвонил секретарь буквально минут пятнадцать спустя. И то, с какой скоростью состоялся разговор Карима с Арии беспокоило и тревожило его. Он вошел в кабинет и сел напротив Карима.
– Я хочу, чтобы ты женился на Арии, – приказал он, вгоняя Рода в шок.
– Что? Зачем? Взять второй женой?
– Нет, первой, потом женись, если угодно.
Род опешил. Карим с ума сошел? Развестись с любимой женой в положении, чтобы жениться на чужой жене, пусть и вдове беременной от другого. Звучало словно бред…
– В смысле?
Карим не ответил.
– Ты же не серьезно?
– Ты должен развестись и жениться на Арии. Условие нужно соблюсти для нее. Мне нужен этот брак для будущего и для страховки, но она поставила условие, и я обещал его выполнить. Тебе это принесет одни бонусы.
Страквир готов был послать его, и едва сдерживался.
– Мне она ничего не принесет. И тебе тем более. Шариат вообще такое одобрит? Ты понимаешь, что у нас и так сложные отношения с топширами. Вынуждать ее против воли выходить замуж снова, за одного из нас, после убийства Адама. Да топширы вырежут меня на следующий же день, как только я женюсь. Ты это знаешь? А Карстен, ты думаешь не поймет, для чего она так поспешно выходит замуж? Отпусти ее. Она хочет возвращения домой и ничего больше.
То, что говорила Ариа буквально полчаса назад, звучало логично и очень заманчиво. Но то, каким тоном и с какой манере не могло не унизить Карима, не оскорблять достоинства и чести. Отпустить ее Карим не мог.
– Топширы не простят нам этого, ты же понимаешь? Они хотят привести к власти Хусейнов.
– Вот именно, – Карим потерял терпение. – Война все равно начнется. Так пусть хотя бы права будут на нашей стороне.
Страквир впервые в жизни пришел в ярость. Он вышел из кабинета. Хлопнул дверью. Карим же остался сидеть, раздумывая, что делать дальше. Род был самой подходящей кандидатурой. Он настолько сильно любит свою жену, что не тронет Арию даже после вступления с ней в брак. По крайней мере, хотелось надеяться.
***
Род нашел Арию в одном из садов с фонтаном и огромными кустарниками роз. Она сидела и смотрела, как струи бьют гладь воды в чаше и казалось не реагировала на внешний мир, погрузившись внутрь себя. Он сел рядом, ощущая, как от воды несет мягкой прохладой.
Оба расстроенные, они молча долго сидели, пока не начало темнеть и зажглись уличные подсветки.
– Ты примешь его решение?
Ариа смотрела вперед и кажется не замечала. Ему за нее стало страшно.
– Прошу тебя, Ариа, не делай глупостей. Чтобы ты не решила, не делай этого.
Пальцы рук у нее были слишком сильно сцеплены друг с другом, напряжены. На лице челюсти чрезмерно сжаты. Казалось, в ее внутреннем стрессе еще немного и наступит кататония.
– В твоем мире понятия о правах человека и особенно женщин так сильно отличаются от моего! У меня просто нет больше сил бороться, – неожиданно сказала она, продолжая смотреть в невидимую точку перед собой. – Ваши женщины бесправные и абсолютно без сильные. Они не могут строить карьеру, выбирать мужей и делать все то, что означает свободу. Ваши женщины безропотны и тихи, без права голоса просто ждут, когда за них все решат мужчины. Отец, брат, муж, сын.
– Не начинай!
– Это его решение. Ты сам знаешь!
– Ты можешь предотвратить его. Поговори с ним еще раз! Мой развод с женой и наш брак! Это все неправильно!
Она, соглашаясь закивала, и стало очевидно, что Ария беззвучно плачет. Просто в темноте слез не видно.
– Все, в любом случае неправильно. Не верно. И потому, все вот так, как есть. Если мы откажемся, мы потеряем все. Ты жену, а я детей. И если мы хотим победить, нам придется выполнить, то что приказал Карим.
В ее голосе послышались ноты уверенности, твердость, отчего у Рода возникло чувство, что Ариа, что-то задумала, что-то решила, имеет план. И этот план не сиюминутный, не женский и не мести, а чего-то большего. Слишком уж сильно в ее словах слышалась боль, перемешанная с надрывом, с фанатизмом вконец отчаявшегося человека. Она приняла какое-то решение.
– Только не делай глупостей. В конце концов, на все воля Аллаха.
Ариа усмехнулась полная горечи.
– Я считаю, что мы должны быть за одно. Ты понимаешь, о чем я?
Род внутренне напрягся. Он не мог и не хотел идти против Карима и своей страны. Но то, что случилось, ставило вопросы преданности и веры выше его собственного счастья. И выбор ему предстояло сделать не легкий. Ему предстояло выбрать между товарищем по детским играм и новой женой…
– Пойдем домой, пора ужинать, – предложил он, полагая, что их обоих вымотала ситуация и утро вечера лучше.
***
Ужин с женой, запланированный на вечер, предполагал, что у Карима нет никаких других встреч и обязательств. Обычный семейный ужин вдвоем в их случае был целой церемонией, со слугами, подачей изысканных блюд и протокольной беседой. Карим почти не слушал жену, мысленно возвращаясь вновь и вновь к словам, сказанными Арией. Смущение, дерзость и потрясающий ум с красотой, все это не могло его не волновать.
– Ты не слушаешь меня, – обиженно заметила Сафири, почти не притронувшись к еде.
– Прости, слушаю, – отозвался Карим, мысленно воспроизводя строки отчета о том, зачем Арии потребовался вооруженный отряд полицейских.
Там докладывалось вовсе не о мести, как он предположил изначально. Нет. Они взломали двери офиса фонда семьи Хусейнов. Ариа забирала свое по праву. Но то, что она обнаружила в дальних комнатах офиса, рассердило Карима.
Оборудованная под медицинскую палату, в ней содержалась управляющая фондом женщина. Ее удерживали под медикаментозным воздействием. Полиция уже была на месте, потребовалась карета скорой помощи. Карим практически не помнил Мару Ибрагимову, больше о том, как красивая топширка сохранила верность Арии. Признак, указывающий на то, как Ариа умеет быстро заводить преданных друзей. И то что отец, его покойный отец даровал защиту семьи. Адам выдал ее спешно замуж и не следил за дальнейшей судьбой, и выходило Ариа права, семейство шейха не сдержало слова. Все вместе наносило урон его репутации.
– Она уже агукает, – донеслись до него слова Сафири. – И такая хорошенькая.
– Наша дочь?
Он перевел взгляд на жену, думая, уже не об отчете, а о животе Арии. О том, что это мог оказаться и его ребенок, если бы срок был на месяц больше.
– Да.
– Как наша дочь?
– Здорова. И врачи говорят, что она быстро развивается. Ты ей можешь гордится.
– Я и горжусь. Она мой первенец.
Сафири обрадовалась, что Карим наконец проявил к ней интерес и более того, хоть как-то подтвердил, что ему не все равно.
– У нас еще будут мальчики, – она потянулась и сжала пальцами его запястье. – Я рожу тебе много сыновей.
Между ними снова повисла пауза.
– Я слышала, ты собрался воевать с топширами, – спросила она, разглядывая содержимое тарелки, а затем поняв взгляд на Карима. – Я хотела бы, чтобы ты подписал союзное соглашение с наследником Мактумов, моим дядей Амином. Вам уже нечего делить, а топширы вредят и ему и нам. Они наши общие враги.
Карим начал есть, приходя внутри себя в негодование. Он что осел? Или так слаб? Почему его женщины советуют ему, как править и что делать?
– А еще не доверяй так слепо Джабраилову. Он хоть и министр финансов, но очень симпатизирует топширам.
Карим шумно выдохнул, окончательно потеряв аппетит.
– А когда ты стала дипломатом? – спросил он жену, незамечающую его взвинченности.
Сафири усмехнулась, начав есть.
– Я дочь своего отца и своих эмиратов.
Карим крепко схватил ее за руку, и с тяжестью заглянул ей в глаза.
– Ты моя жена! Ни министр, ни дипломат, ни советчик, а жена! – его голос звенел от ярости.
Он резко отпустил. Сафири обиженно прижала к себе, слишком пережатую руку. Карим мало уделял ей внимания последнее время. Если не сказать больше, попросту игнорировал, чуть ли не со дня свадьбы.
– Раз это так, – произнесла она через силу, едва сдерживая слезы. – Я бы хотела, чтобы ты хоть иногда показывал мне это не только на людях.
Карим не откликнулся, сосредоточившись на еде и показывая всем собою, что беседа завершена.
Он не собирался возвращаться в спальню Сафири. То была воля и желание покойного отца, но не его. У него был гарем. А еще Ариа, которая станет покорной, как только родится ее первенец. Она станет шелковой, если в ней есть хоть капля материнских инстинктов и желание принимать участие в судьбе собственного дитя.
